Текст книги "Миллиардеры на дороге не валяются (СИ)"

Автор книги: Кора Бек

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

День рождения в воздухе

Вау, как круто! – первое, что сказала Танюшка, оказавшись в салоне бизнес-джета.

Очень красиво! – подтвердила её слова Оксана и смущённо улыбнулась.

Смущение Ксюши я понимаю. Ведь она понятия не имела, к встрече каких гостей они с бабой Аней готовились. О том, что Сафаров – миллиардер, моя бабулечка понятия не имела, да и в любом случае ей до этого дела не было. От меня баба Аня только слышала, что один приезжий из Москвы попал на Чёртовой косе в аварию. А так как этот действительно чёртов спуск забрал когда-то жизни моих родителей, она это место всей душой ненавидела.

С другой стороны, отчасти поэтому баба Аня близко к сердцу приняла приключившееся с Даром несчастье, и с того самого дня называла его не иначе, как “бедненький”. И что бы бабушка могла рассказать Оксане, если сама ничего об Эльдаре толком не знала? Так что не только для меня, но и для моих подруг подарок Эльдара стал действительно сюрпризом.

Причём, как оказалось, Дар подготовился к моему дню рождения основательно. У трапа самолёта нас встретила красивая темноволосая стюардесса. Взглянув на неё, я ощутила себя Золушкой, но не той, какой она была на балу, а в самом начале сказки.

Стюардесса по имени Марианна нас тепло поприветствовала, а меня поздравила с днём рождения и подарила большой букет белых хризантем. Конечно, мне было приятно такое внимание, но всё равно я почувствовала себя не в своей тарелке. И особенно меня смущала та жалкая мочалка, в которую превратились мои волосы после того, как меня угораздило окунуться в Безымянку.

Видимо, Дар догадался о моём состоянии, потому что, взяв меня за руку, он поднялся со мной по трапу и, пока мы поднимались, он не отрывал от меня восхищённых глаз. Думаю, с его стороны это не было игрой. Хотя, что Дар нашёл во мне, не понимаю?

Хорошо ещё, он ничего мне не говорил, иначе я знатно опозорилась бы, потому что у меня из головы не выходила Марианна. Я мучительно думала, между ней и Эльдаром что-нибудь было, или нет, как вдруг вскрикнула от неожиданности. Потому что первое, что я увидела, попав внутрь борта, это был манекен, который держал в руках большущее ведро с эскимо!

Причём манекен был наряжен, как знаменитый волшебник из сказки “Старик Хоттабыч”, т. е. у него была белая борода до пояса, на голове белый шёлковый тюрбан, одет в кафтан и шаровары, а на ногах – сафьяновые туфли с загнутыми носками. Это один из моих любимых сказочных персонажей: забавный, но очень добрый волшебник.

Впечатление, будто Дар сумел заглянуть в мой мозг, либо услышал наш разговор с Таней на Безымянке, когда я, спев песенку Крокодила Гены, посетовала на то, что нет волшебника, который подарил бы нам хотя бы по парочке стаканчиков пломбира. Ведь на улице даже в воде сегодня было жарко. И вот он – волшебник, пожалуйста! Да ещё и с ведром эскимо.

Я так была сражена наповал фантазией Дара и его стремлением сделать мне приятное, что захлопала в ладоши и, позабыв бабушкины наставления, что девушку украшает скромность, поцеловала его в щёку. Он посмотрел на меня таким обжигающим страстным взглядом, что я чуть не кинулась ему на шею. Хорошо, я вовремя опомнилась, ведь Эльдар всё ещё носил слинг-повязку.

Прильнув к его ушку, я шёпотом спросила:

Откуда ты узнал, Дар, что только сегодня днём я мечтала об эскимо? А потом забыла…

И Дар также шёпотом серьёзным тоном мне ответил:

Знаешь, Марта, я часто с тобой мысленно разговариваю. И мне почему-то показалось, что на свой день рождения ты захочешь мороженого.

Спасибо тебе, – я легонько сжала его руку. – Это так здорово – очутиться в сказке!

А он хрипло выдохнул:

Не представляешь, Марта, как я хочу поднять тебя на руки и…

Договорить свою мысль Дар не успел, потому что на борт поднялись Таня с Оксаной. Мы вошли в салон и едва не потеряли дар речи. Он был украшен от пола до потолка нежными чайными розами! Цветы были повсюду. Целое море цветов!

Жаль, летом не растут подснежники, – прошептал мне в ухо Эльдар. – Но после этих цветов, которые мне теперь очень дороги, я предпочитаю чайные розы. Надеюсь, тебе они тоже нравятся, моя любимая маленькая девочка?

Его горячее дыхание опалило мне шею. Я почувствовала головокружение и жар во всём теле. К счастью, в этот сложный момент мне на помощь, сама не подозревая о том, пришла Танюшка, выдав: “Вау, как круто!”. Все рассмеялись. А Эльдар попросил нас чувствовать себя, как дома. Следом появился Эмин и включил музыку.

После взлёта Дар предложил провести экскурсию по самолёту, пока Марианна накроет на стол. Безусловно, белые кожаные диваны и кресла, мраморные столешницы, телевизор с большим экраном, идеально гладкий деревянный пол меня впечатлили, но больше всего я была поражена, обнаружив на борту ванную и душевую кабину.

Танюшка ходила, всё комментировала, а, увидев в одной из комнат большую кровать на резных ножках, вдруг замолчала. Стояла и пялилась на неё, пока я не ущипнула её за локоть. В ответ Танька тихо огрызнулась: “Дай посмотреть! Я такие кровати видела только пару раз в исторических фильмах. Вот бы на ней полежать!”. Кое-как я Таньку оттуда увела.

После праздничного обеда, хотя по времени это был скорее ужин, Эмин предложил всем потанцевать. Татьяна с Оксаной его идею с удовольствием подхватили. А Дар под шумок увлёк меня в другое помещение. Нет, не в спальню, а в рабочий кабинет.

И там мы с ним целовались, целовались, целовались… У меня опять кружилась голова, но это было чертовски приятное головокружение. А в перерывах между поцелуями Эльдар рассказывал мне, как сильно он меня любит, как хочет меня познать, но до свадьбы ничего себе не позволит. Потому что понимает, что для такой девушки, как я, честь всего дороже.

Я слушала его и как будто плыла по небу вместе с загадочными серебристыми облаками. Слушала и не понимала, за что судьба, которая особенно меня не баловала, вдруг наградила таким щедрым даром, как мой любимый? За ним я и вправду готова была идти босиком на край земли. Дар целовал моё лицо, шею, а мне казалось: ещё немного – и я просто потеряю сознание. От его нежных поцелуев, от нестерпимого счастья.

Я отвечала на поцелуи Эльдара и сама неловко его целовала. Это был самый невероятный день рождения в моей жизни, который я отметила в воздухе.

Внеочередной отпуск

Ночью я долго лежала, глядя в белёный потолок. Спать не хотелось совершенно. Я без конца прокручивала в голове минувший вечер. Сердце замирало, стоило только вспомнить сильные объятия и страстные поцелуи Эльдара. Я и не подозревала, сколько, оказывается, непередаваемой сладости таят в себе поцелуи с любимым человеком. Кажется, так бы всю жизнь и целовалась. И больше ничего не надо…

А когда мы опомнились, что неприлично долго находимся в рабочем кабинете Эльдара и присоединились к нашим друзьям, Эмин поставил песню Дианы Гурцкой “Ты здесь”. Дар увлёк меня на середину комнаты отдыха, обнял здоровой рукой, и, тесно обнявшись, мы танцевали. А Эмин умудрился танцевать сразу с Танюшкой и Оксаной. Красавчик!

Я слышала биение сердце любимого, купалась в исходившем от него тепле, наслаждалась чувством своей защищённости, а сама думала, что Диана Гурцкая поёт о нас с Даром:

Ты здесь! Чувствую я тебя,

Радуясь и любя.

Ты здесь! Только не уходи,

Всё у нас впереди.

Ты здесь, ты здесь.

Заснуть мне удалось с большим трудом. Утром пришлось забежать к Оксане за тональным кремом (я сама косметикой не увлекаюсь), однако, глядя на синие круги у меня под глазами, можно было подумать невесть что. И попробуй потом людям докажи, что у тебя накануне была бессонница, а не то, что им скорее всего пришло бы в голову!

Ровно в 07.45 я была на рабочем месте. Поздоровавшись с нашей воскресной сменщицей Марией Сергеевной, хотела было переодеться, как меня неожиданно вызвали к Сан Санычу. Я подумала, что, наверное, ночью привезли тяжёлого больного, и Пивоваров хочет дать мне какие-то особые указания.

Похлопав себя по щекам и усиленно поморгав, чтоб прогнать остатки сонного состояния, вошла в кабинет главврача. Учитывая, что давеча я нанесла на лицо тональный крем, на мой взгляд, я не выглядела усталой или невыспавшейся. А Сан Саныч вдруг выдал:

Что-то ты, Зарубина, в последнее время выглядишь неважно. Давай-ка, мы отправим тебя во внеочередной отпуск?

От такой новости я остолбенела. Это я-то выгляжу неважно?! Да Сан Саныч не видел, как офигенно я смотрелась какой-нибудь час назад! А сейчас меня можно выпускать на подиум! Но потом я почувствовала холодок за грудиной и поняла, что что-то случилось. Интуиция меня никогда не обманывает.

Да и вообще, отпуск мне положен в октябре, а сейчас август. Желающих отдохнуть летом – пруд-пруди, но у нас в больнице в первую очередь предоставляют отпуск тем, кто давно здесь работает. Но я работаю всего лишь два года. Очень странно!

А главное, если я уйду в отпуск, у меня не будет тогда возможности видеться с Даром. Он, конечно, чувствует себя неплохо. Но только мы оба друг без друга уже не можем. Ради меня Эльдар отправил обратно санитарный вертолёт. Просто Танька, когда начала говорить об этом, до самого главного момента дойти не успела. А я чуть не ушла на дно Безымянки.

Дар так перепугался за меня, что не стал тратить время, нервы на разговор со своей мамой, а бросился ко мне, чтобы сказать, что он любит меня и хочет, чтобы я стала его женой. Это было вчера. Ещё вчера я летала от счастья. А сегодня у меня ощущение, будто мне обухом заехали по темечку.

Сан Саныч, у меня всё в порядке, – осторожно ответила я на предложение главврача. – Можно, я пойду в отпуск по графику?

Нет, нельзя! – резко произнёс Пивоваров и добавил: Приказ уже подписан.

Но кто меня сейчас заменит? – не верила я своим ушам. – Людей и так не хватает.

На твоё место, Зарубина, выйдет одна девушка, студентка медуниверситета. Девушка очень хочет попрактиковаться во время летних каникул, – и, к моему удивлению, Сан Саныч после этих слов, ухмыльнувшись, добавил: Флаг ей в руки! Верно?

Кажется, Пивоваров и сам не горит желанием ставить вместо меня на дежурство какую-то студентку, подумала я. Эта мысль меня немного приободрила и я предприняла ещё одну попытку воззвать к разуму Сан Саныча.

А вы уверены, Сан Саныч, что эта девушка справится? Вон, во второй палате лежит тяжёлый больной Игнатьев. А баба Соня Колесникова? – я лихорадочно вспоминала всех наших пациентов, кто нуждался в особом внимании. – Я каждый день вывожу её на прогулку. И это, сами знаете, даёт положительную динамику в лечении.

Про Эльдара я скромно умолчала. Я и так еле избавилась от ярлыка “гулящей женщины” после бегства из Медвежьего Рыкова. А потому что людям говорить стало не о чем. Ладно, благодаря нашей соседке Зое Петровне, которая раструбила на весь райцентр, что внучка бабы Ани строит глазки богачу из области, меня полоскали на всех углах Медвежьего. Но когда Рыков позорно сбежал, говорить про меня стало неинтересно.

А появление в наших краях московского бизнесмена всё ещё продолжало будоражить умы жителей райцентра. Я могу об этом судить даже по местным девчатам, у которых вошло в привычку прогуливаться вечерами у больницы. Да они, если заподозрят, что Дар неровно ко мне дышит, соберутся и всем скопом меня побьют! А если серьёзно, я не хочу, чтоб то светлое чувство, которое мы с Даром испытываем друг к другу, кто-то марал разговорами.

Однако главврач был непреклонен. Единственное, попросив меня ввести в курс дела эту девушку по имени Нина, он обронил странную фразу. С каким-то раздражением в голосе Сан Саныч заметил, что у начальников, чёрт бы их побрал, есть дети, и, как все родители, они хотят устроить их судьбу.

В процедурном кабинете я нашла ту самую Нину. Это оказалась высокая видная девушка с утиными губами и свежим дорогим маникюром. Я подумала про себя, что маникюр она сделала зря. Ведь в районной больнице медсёстрам много чем приходится заниматься, и в том числе приходить на помощь санитарам, когда те не успевают вытереть пыль в палатах, либо вынести судно из-под больного. Работа есть работа, а в коллективе ещё очень важна взаимовыручка.

Студентка медуниверситета почему-то держалась со мной довольно надменно. Я быстро объяснила ей, что к чему, и, выйдя из процедурного кабинета, направилась в палату Дара. Но там его не оказалось. Как объяснил мне сотрудник СБ, к Эльдару Амировичу приехали его партнёры из соседнего города, и он сейчас находится на переговорах. Чувствуя себя так, будто на мои плечи положили тяжёлые мешки, я ушла. А ведь ещё вчера я летала…

Вот тебе и тихий райцентр!

День тянется бесконечно долго. Несколько раз я пыталась читать моего любимого автора Шарлотту Бронте, а потом понимала, что в голове ничего не задерживается. Пыталась хоть чуток вздремнуть, но тоже ничего не получилось. Сон упорно не шёл, хотя я сегодня спала всего несколько часов.

К счастью, после обеда позвонил обеспокоенный моим отсутствием на работе Эльдар. Я чуть не разревелась, услышав в трубке его до боли родной голос. Но всё же сумела взять себя в руки. Сказала, как оно есть: что Сан Саныч неожиданно отправил меня в отпуск, и что теперь мы сможем только созваниваться, но через Таньку я буду передавать любимому завтраки, обеды, ужины.

Дар мои последние слова пропустил мимо ушей. Гораздо больше его волновало, что у нас не будет возможности видеться. Он и так старался вести себя очень осторожно, чтобы не навредить ненароком моей репутации. А вчера попросил Эмина сделать так, чтобы больные узнали, что я чуть не утонула, получив солнечный удар (такова официальная версия моего обморока). Конечно, все пациенты прониклись ко мне сочувствием. И маленький фуршет с шампанским и тортом после такого инцидента не выглядел как-то подозрительно.

Ну, захотелось московскому миллиардеру сделать что-то приятное для медсестры, в день своего рождения пережившей сильный стресс, и фиг с ним! У богатых свои причуды.

Скорее всего, так подумало большинство больных нашего отделения, которые видели во мне только медсестру. А вот Дар страшно переживал из-за нашей неожиданной разлуки.

Но я, хоть и разрывалось у меня сердце от тоски по любимому, понимала, что хотя бы у одного из нас должна быть трезвая голова. Дару осталось пройти небольшой курс лечения, поэтому о выписке не может быть и речи. А даже, если бы он выписался, то как и где мы с ним могли бы видеться?

Вместе с тем я не была уверена, что студентка медуниверситета в нашей больнице надолго задержится. Отпуск-то мне дали на две недели, но ведь за это время всё может поменяться. Жизнь не стоит на месте даже, если мы сами вдруг этого не замечаем.

Подумав, Дар со мной согласился. Правда, мне показалось, что в этот момент он мыслями был где-то в другом месте. А потом к нему в палату кто-то вошёл, и мы простились с ним до завтра. Потому что, как объяснил любимый, вечером у него второй раунд переговоров. Встреча была запланирована в местной гостинице, но Дар опасался, что переговоры могут затянуться, а ночью он не хотел бы меня тревожить.

И вот опять я лежу на диване и пялюсь в потолок. А куда ещё смотреть? Окна в нашем с бабушкой домике небольшие, да и то они выходят во двор. Но там – ничего интересного. А потолок с трещинами, глядя на которые я представляю, будто это старинные фрески, – вот он, передо мной! Хоть засмотрись! Помню, в детстве, когда на улице стоял сильный мороз, и занятия в школе отменяли, я любила стоять у окна и разглядывать нарисованные на стекле белые узоры. А потом придумывала разные истории. Эх, хорошее было времечко!

Вдруг запиликал телефон. Я обрадовалась: думала, Дар освободился раньше времени, а, оказалось, это звонила Татьяна. Она уже вышла на дежурство и торопилась мне рассказать последние новости. А новости были довольно любопытные.

Выяснилось, что та самая Нина, которой во время каникул захотелось попрактиковаться в больнице, это дочь главы района Кукушкина. Таня одно время занималась плаванием, и в эту же группу ходила Нина. Правда, когда они встретились в больнице, Кукушкина хотела сделать вид, будто Татьяну не узнала. Но не на ту нарвалась. Танька по-свойски хлопнула её по плечу и поздравила с почином. Пришлось Нине отвечать на Танины вопросы.

Естественно, в первую очередь подружка поинтересовалась, что Кукушкина тут делает? Нина рассказала то, что я слышала от Сан Саныча. Но Танька, язва такая, ей не поверила и в лоб спросила, уж не из-за Сафарова ли дочь главы района в больнице нарисовалась? Лицо бедной Нины пошло пятнами. Заявив, что, мол, парни за ней табунами ходят и в очередном (?!) поклоннике она не нуждается, Кукушкина быстро распрощалась.

Татьяна так всё ярко описывала, что у меня очки с носа слетели, а затем ко мне заглянула бабушка узнать, не случилось чего, потому что за весь день я впервые смеялась. Хотя Нину мне было немного жаль. Вряд ли эта девушка, которая выглядела, как кукла для взрослых, по собственной инициативе пришла в больницу. Наверное, её отправил отец, чтобы дочь попыталась охмурить московского бизнесмена. Потому что Нину с её маникюром и белым халатиком по “самое не хочу”, представить несущей судно в руках я не могу.

А Танька вдруг выдала:

Слушай, Марта, я всё забываю у тебя спросить: Эльдар сделал тебе предложение?

Я от неожиданности поперхнулась и даже покраснела. Ну, ладно, она Нине задала вопрос в лоб. Кукушкина – человек для Татьяны посторонний. Но меня-то чего в краску вгонять?

Я осторожно ответила вопросом на вопрос:

С чего ты, Тань, взяла? Мы с Даром знаем друг друга без году неделя. И вообще…

Знаешь, что я тебе, дорогуша, скажу? – вспылила Танька. – Миллиардеры на дороге не валяются. Смотри, будешь долго кочевряжиться – упустишь такого крутого парня! И останешься в дурах, – добавила она со свойственной ей непосредственностью.

Причём тут деньги? – простонала я и от злости ударила по подушке. – А если я просто его люблю? Что, так нельзя? Достали меня, – продолжала я бушевать, – эти разговоры про миллиардера! А то, что Дар – хороший потрясающий человек, это неважно, да? А ещё ты не знаешь, как он… – я чуть не ляпнула: “целуется”, но вовремя прикусила язык. Всё-таки такие личные вещи касаются только меня и Дара.

В трубке раздался оглушительный хохот. Наконец, Танька прекратила смеяться и сказала:

Ну вот, дорогуша, ты и призналась, что по уши втюрилась в Эльдара!

Кострова, я тебя убью! – заорала я и запустила подушкой в ни в чём неповинный стул.

Это мы обсудим завтра, – хладнокровным тоном заявила Татьяна. – Пока! Меня ждут больные, ясно? – и отключилась от связи.

А я, потратив столько сил и эмоций на общение с Танькой, уснула.

Проснулась среди ночи от звонка. На дисплее высветилось имя: “Таня”. Я подумала, что подруге стало скучно, и неохотно ответила на звонок. Но, оказалось, я ошибалась. Впервые в жизни я слышала, чтобы Танька разговаривала шёпотом.

Марта, ты сидишь? – подруга с ходу меня озадачила.

Нет, лежу, – я всё ещё была немного сонной и говорила, как зомби.

Значит, не упадёшь, – сделала вывод Татьяна. – Ты, главное, не волнуйся.

Всё моё сонное состояние, как рукой сняло. Свистящим шёпотом я спросила:

Дар жив? – это первое, что пришло мне в голову. – Не тяни резину, слышишь?

Жив, – слава богу, Танька не стала надо мной ёрничать, а ответила по существу дела. – Мне удалось предотвратить покушение на Эльдара.

Что?! – у меня всё поплыло перед глазами. – Тань, ты серьёзно?..

Извини, я больше не могу говорить, – заторопилась Танька. – Эмин приехал, ребята, сейчас будем разбираться. А ты не переживай, Марта, понятно? Пока-пока! До завтра!

В трубке раздались частые гудки… А я, присев на краешек кровати, долго смотрела перед собой невидящим взглядом. Сердце покалывало, а в голове просто не укладывалось, что в нашем райцентре, который даже местные жители нередко называют не Медвежье, а Медвежий угол (кстати, Дар тоже так его назвал) за его тихую, размеренную жизнь, кто-то хотел убить Дара. Кому он мог перейти дорогу?

Ещё несколько раз в эту длинную, нескончаемую ночь я набирала Таню, но телефон был отключен.

Главное, Эмин рядом с Даром, – твердила я, как заклинание. – Эмин, Таня, ребята. О, боже, как я хочу, чтобы скорее наступило утро!

Чужой среди своих

Мне кажется, я только сомкнула глаза, но, услышав звонок, обнаружила, что за окном уже светло. Часы на телефоне показывали начало восьмого. По видеосвязи мне звонила Танька. Выглядела моя подруга, как я вчера утром: то есть блуждающий взгляд, под глазами круги, и лицо у неё было такое бледное, что веснушки посерели и стали менее заметными.

Ну, как очухалась, засоня? – поприветствовала меня Татьяна усталым голосом.

Как там Дар? – от волнения я с трудом смогла выговорить эти три слова.

Нормально, – ответила Танька будничным тоном. – Заснул твой любимый недавно.

Ну, хоть не сказала: “твой миллиардер”, обрадовалась я, и спросила:

А почему так поздно? Или у него проблемы со сном?

Проблемы с головой, – ляпнула Кострова и постучала себя по голове.

Тань, ты чего? – я в ужасе посмотрела на подругу, а про себя подумала: Если у кого и есть проблемы с головой, то, скорее, у Таньки. Что за хрень она несёт? Понимаю, что с ночи, ну так и работает не первый день. А Кострова сейчас натурально гонит.

Не боись, – ухмыльнулась Татьяна, – с ним всё в порядке, – и сложила пальцы козой.

Слушай, Кострова, не томи душу! – взмолилась я, глядя на кривляния подруги. – Что вчера произошло? А то, – пригрозила я, – прибегу сейчас на работу и настучу тебе по твоей глупой головушке!

Ой-ой-ой! – Танька сделала вид, будто испугалась, но потом заговорила нормально: Вчера твой Дарик появился в больнице ночью. Эмин меня предупреждал, что у босса какие-то переговоры. А сам он поехал по делам в город. Так что на переговоры Дарик отправился в сопровождении Азиза (это начальник СБ Эльдара).

И с ним же вернулся? – спросила я утвердительным тоном, поскольку уже поняла, что в таких кругах, где вращается Дар, для любой ситуации существует свой протокол, и если не личный помощник, то начальник СБ обязан сопровождать шефа вообще везде.

Нет, – Татьяна мотнула головой. – Сафаров появился один, пожелал мне спокойного дежурства и прошёл в свою палату. А я посмотрела ему вслед и заметила, что походка у Дарика странная. Обычно он весь такой подтянутый, а тут идёт как-то расслабленно. И ещё я заметила, когда Дарик мимо меня проходил, что у него расширенные зрачки.

Заткнись, Кострова! – наверное, я сейчас выглядела, как ненормальная, но я с трудом удерживалась от слёз. Ведь моя подружка описывала манеры типичного наркомана. Но Дар никак не может быть наркоманом. Он даже сигареты не курит, уж не говоря о запрещённых веществах.

Ты хочешь, Марта, узнать продолжение истории? – поинтересовалась Татьяна. – А то мне скоро сдавать дежурство Кукушкиной.

Тогда, Тань, говори по существу!

От того, что я услышала от подруги, у меня волосы на голове встали дыбом. Оказалось, что вскоре после возвращения Дара она на всякий случай решила заглянуть к нему в палату. Зашла и остолбенела от удивления. Потому что у такого большого аккуратиста, как Эльдар, в палате ночью был настоящий бедлам. Брюки, сорочка, галстук были брошены на пол, а туфли лежали в разных углах.

Свет в палате не был погашен. Постель не расстелена. Дар лежал на кровати, уткнувшись лицом в подушку. Такое впечатление, будто он едва добрался до постели, подумала Таня, и решила проверить пульс. А он еле прощупывается! Татьяна попробовала разбудить Дара, но он спал таким глубоким сном, что вообще ни на что не реагировал. Не шевелился, и всё!

Таня бросилась за помощью к сотрудникам СБ. Втроём они кое-как растолкали Эльдара. Но он выглядел подозрительно вялым и сонливым. Вызвали врача. К счастью, этой ночью дежурила Елена Петровна Грачёва – доктор с большим опытом работы. Первым делом она дала Дару воды с активированным углем, а потом им удалось искусственно вызвать у него рвоту. Эту процедуру провели раза три. Таня взяла анализы. А они показали, что у Эльдаа передозировка пентобарбиталом.

А ведь это – препарат, который применяют с большой осторожностью при бессоннице. И то для его назначения должны быть очень серьёзные основания. Правда, за этим лекарством ещё охотятся наркоманы. Но Сафаров и близко на наркомана не был похож. Елена Петровна попробовала расспросить Эльдара, каким образом в его организм попал пентобарбитал.

Дар долго не мог понять, о чём речь, потому что впервые слышал такое название. А потом вспомнил, что когда они с Азизом находились в гостинице на переговорах, у него заболела голова, и Эльдар спросил у начальника службы безопасности, не найдётся ли у него какой-нибудь таблетки от головы? Азиз дал ему таблетку. Голову у Дара после этого как будто бы отпустило, но почему-то на него вдруг накатили дикая сонливость и апатия.

Чем закончились его деловые переговоры, Дар потом даже не смог вспомнить. Он очень сильно удивился, когда Танюшка ему рассказала, как он прошёл мимо неё подозрительно расслабленной походкой и пожелал ей спокойного дежурства. Однако Эльдар не помнил об этом совершенно.

Между тем передозировка пентобарбиталом может иметь очень серьёзные последствия, вплоть до летального исхода. Мне было страшно представить, что могло случиться с моим любимым, если бы Танюшка так вовремя не заглянула к нему в палату. Это о таких случаях говорят: “Промедление смерти подобно”.

Отдав Тане все необходимые распоряжения по поводу лечения Сафарова, доктор Грачёва ушла. А Татьяна тут же набрала Эмина. Вместе с другими сотрудниками СБ (а они у палаты Эльдара дежурили посменно) он сразу примчался в больницу. И хоть расследованием таких дел обычно занимается начальник службы безопасности, в данной ситуации по понятным причинам Эмин не стал ничего сообщать Азизу, а начал сам выяснять все обстоятельства случившегося инцидента.

Когда картина более-менее прояснилась, Эмин вызвал полицию. Этой же ночью Азиз был арестован по подозрению в покушении на убийство.

Дар, который после детоксикационной капельницы почувствовал себя немного лучше, с мрачным видом обронил:

Чужой среди своих. Пригрел я на груди гадюку.

Ну вот, – закончила Таня свой рассказ, – такая весёлая у нас выдалась ночка. Пошла-ка я спатки, – и сразу отключилась. А я даже не успела её поблагодарить за спасение любимого.