Текст книги "Миллиардеры на дороге не валяются (СИ)"

Автор книги: Кора Бек

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)

Признание Сафарова

Узнав от меня про неприятность, случившуюся с приезжим, моя добрая бабулечка тут же начала хлопотать, собирая ужин для Сафарова. А так как окрошку на хлебном квасе, чтоб она не “размокла” и не потеряла своего вкуса, подают к столу после приготовления, я чуть ли не сразу отправилась в обратную дорогу.

Баба Аня дала мне пакет с четырьмя баночками. В двух была окрошка, а в двух других – горячая картошечка, сдобренная сливочным маслом и посыпанная укропом. Один ужин предназначался “бедненькому”, имеется в виду Сафарову, а другой – моей подруге Тане.

Я иду осторожно, чтоб не разбить банки, хоть они и обёрнуты полотенчиками, а у самой из головы не выходит Дар (такое сокращение я придумала для имени Эльдар). Хорошо, у нас в Медвежьем не то что пробок на дорогах не бывает, но и машин в целом не так много, как в городе. Иначе я могла бы запросто оказаться под колёсами. Но когда рядом со мной вдруг затормозил какой-то автомобиль, я от неожиданности вздрогнула.

Поднимаю голову и вижу… Рыкова, развалившегося на заднем сиденье ярко-красного крузака. Между тем я так торопилась выйти из дому, что даже не успела переодеться. На мне всё тот же короткий сарафан на бретелях, в котором я утром пришла на работу. Он не то чтобы совсем уж короткий, но выше колен сантиметров на десять.

Рыков оглядывает меня с нескрываемым любопытством. Я свободной рукой одёргиваю сарафан и смотрю на него сердитым взглядом, типа: Уйди, противный! Другой человек на месте Алексея Христофоровича сразу скумекал, что девушка с ним не то что говорить не желает, а видеть его категорически не хочет. Но Рыков думает иначе. Облизнувшись, он предлагает меня подвезти. Я в ответ отрицательно мотаю головой.

Несколько минут мы с ним стоим, препираемся. Точнее, я стою на тротуаре, а Рыков уговаривает меня, сидя в автомобиле. Наконец, злой, как чёрт, он приказывает водителю ехать. Довольная, что Рыкову обломилось, я иду дальше.

У самой калитки, ведущей во двор больницы, сталкиваюсь нос к носу с Пивоваровым. Сан Саныч смотрит на меня с удивлением и хмуро спрашивает:

Ты что, Зарубина, решила выйти в ночную смену?

Нет, Сан Саныч, – отвечаю, глядя главврачу прямо в глаза, типа мне от него скрывать нечего и, кивая на пакет, уточняю: Я ужин принесла Тане.

Тебе больше заняться нечем? – удивляется Пивоваров и, что-то пробурчав себе под нос, выходит за территорию.

На самом деле Сан Саныч – человек очень добрый. Но, мне кажется, он стесняется этого качества своего характера и притворяется вечно чем-либо недовольным.

Делаю несколько шагов и слышу сверху радостный вопль:

Ура, Марта! Давай, поднимайся скорее, а то мне поболтать не с кем.

Это, высунувшись из окна процедурного кабинета, кричит Танюшка. Я машу ей рукой и захожу внутрь больницы. Не дождавшись, пока я поднимусь, Танька бежит мне навстречу и начинает громким шёпотом рассказывать, сколько людей из числа местных бизнесменов приходили за последний час отметиться к миллиардеру (так, без всякого стеснения, подруга называет Эльдара).

В Медвежьем, оказывается, богачей-то немало! – хохочет Танька. – Я думаю, почему они раньше мне не встречались? А теперь поняла: они же по улице, как мы с тобой, не ходят!

Тише, Тань? – прошу я подружку. – Вдруг кто-нибудь из пациентов заснул?

Ничего подобного! – возражает Танька и приводит аргумент: Сейчас начало девятого. А что они ночью будут делать, если сейчас заснут? Выть на луну, что ли? – и начинает опять хохотать. За ней, не выдержав, смеюсь я, представив, как это могло бы выглядеть.

Отсмеявшись, спрашиваю, как наших бизнесменов встретил Сафаров? Оказалось, Эльдар Амирович ни с кем не захотел видеться, включая Рыкова. Таня отключила его от капельницы с полчасика назад и больше в палату вип-пациента не заходила.

А он ничего – нормальный, – подмигивает мне подружка. – Я-то думала, миллиардер каждые пять минут дёргать меня будет, но ничего подобного.

Только мы подошли к процедурному кабинету, как из палаты Сафарова показался один из его телохранителей и зашагал в нашу сторону. Я с сочувствием посмотрела на Таню: она так хотела со мной поболтать, а её к себе уже Эльдар вызывает! Но ничего не попишешь: работа есть работа. С другой стороны, ужин, который я принесла Сафарову, занесёт в таком случае Татьяна. Я-то собиралась его передать через службу безопасности.

А телохранитель – тот самый парень с добрым лицом, вдруг обращается ко мне со словами, что Эльдар Амирович просит меня ненадолго к нему зайти. Я ошарашенно смотрю на Таню. Откуда Сафаров узнал, что я пришла? А, с другой стороны, смена-то сейчас не моя! Татьяна, язва такая, пожимает плечами: дескать, я тут ни при чём. Ну что делать? Отдав Таньке банки с её ужином, иду в палату Сафарова.

Он выглядит уже получше, чем утром. Конечно, это благодаря Сан Санычу. Он назначил правильное лечение. Ну и молодой организм тоже не подкачал, а то у некоторых больных порой случаются осложнения. В белоснежной майке, которая красиво оттеняет его смуглую кожу и позволяет полюбоваться рельефной грудной клеткой, Эльдар смотрится обалденно. В воздухе тонкий аромат дорогого парфюма. Видимо, Сафаров принял душ.

При виде меня взгляд Сафарова проясняется. В его бездонные чёрные глаза сейчас можно смотреться, как в зеркало. Что мне особенно приятно, во взгляде Эльдара я не вижу похоти. Он даже как будто смущается, увидев меня в коротком сарафане, и старается смотреть глаза в глаза, а не ощупывает визуально моё тело. После общения с Рыковым, которому захотелось развлечься в тихом скучном райцентре, это так приятно!

Тем не менее я не теряю бдительности и помню, какая огромная пропасть нас разделяет. В принципе, это не сожаление, а констатация факта. Мне ни в коем случае нельзя подпадать под очарование этих невероятно красивых глаз. Знаю я, чем такие вещи заканчиваются!

Эльдар Амирович, я ненадолго, – я сразу расставляю все точки над i. – Вот, ужин для вас принесла, как обещала.

Большое спасибо, Марта, – голос Дара звучит хрипло, и эта его хрипотца оказывает на меня такое воздействие, что колени сразу начинают подкашиваться, руки дрожат, а голова кружится, как если бы я сейчас смотрела вниз с верхушки колеса обозрения.

Откуда-то издалека доносится голос Эльдара:

Честно говоря, Марта, не ожидал, что ты придёшь. Думал, пошутила. Вдруг слышу: кто-то окликнул тебя по имени, и очень обрадовался.

Так вот, где собака зарыта! – мысленно восклицаю, но даже не пытаюсь ответить. А если у меня опять голос не выйдет? Сколько можно, в конце концов, позориться?

Кое-как мне удаётся добраться до стола, где находится посуда. Часть дела сделана, уф! Но как трясущимися руками налить в тарелку окрошку – я не представляю? У меня уже лоб от волнения взмок, очки на переносице скачут. Боюсь показаться в глазах Эльдара полной идиоткой, у которой руки не с того места растут, а крышка банки упорно не открывается.

И вдруг я чувствую на своей шее горячее дыхание. Это Дар умудрился встать с кровати и подошёл ко мне, чтоб помочь. Наверное, он стоит так близко, думаю я, на случай, если не сможет удержаться на ногах. Ведь мало того, что у Эльдара вывих левого плеча, так ещё и растяжение связок голеностопа всё на той же многострадальной стороне тела.

Дар придвигается ко мне ещё ближе, пропускает руку под мою грудь. Я чувствую, как от него сквозь тонкую маечку исходит тепло. Нет, даже не тепло, жар! И этот жар проникает в меня… Пожалуй, такого сильного жара я не ощущала в натопленной от души баньке. Всё моё тело будто охвачено огнём. Становится трудно дышать.

Что интересно, Сафаров меня и не пытается тронуть. Его здоровая рука, оказавшись под моя святая святых, не стала её лапать, а зависла где-то там впереди в воздухе. Кажется, он что-то пытается ею делать. А левой рукой на слинг-повязке упирается мне в спину. Но даже без всяких объятий я чувствую силу и нежность Эльдара. Чувствую его бережное ко мне отношение. Наверное, это то, что женщина в первую очередь ждёт от мужчины.

Буквально какие-то доли секунды я позволяю себе понежиться в прежде неизвестных мне ощущениях. А затем меня как будто током бьёт по голове.

Я вздрагиваю, потом резко дёргаюсь в сторону, освобождаясь из плена его чар. За кого он меня принимает?! Ведь те знаки внимания, которые я оказываю Сафарову, продиктованы исключительно чувством сострадания. А он, похоже, вообразил невесть что… Между нами ничего нет и быть не может!

В чём дело, Эльдар Амирович (Ура, голос не пропал!)? – спрашиваю ледяным тоном.

Хочу тебе помочь, – невозмутимо отвечает Дар. – Наверное, Марта, ты очень устала? Вон, руки как дрожат!

Как же мне сейчас хочется его прибить: и за то, что он заметил моё дрожание рук, и за его ласковый тон, а главное – за то, что в его присутствии я саму себя не узнаю! Тем временем Дар, как оказалось, успел открутить крышку банки. Перелив окрошку в тарелку, в другую он вываливает картошку, отступает назад, и всё тем же невинным голосом просит:

Покормишь меня, Марта?

Да вы, Эльдар Амирович, как будто бы выздоравливаете, – отвечаю ему ехидно. – Не удивлюсь, если через неделю вас уже выпишут. В Медвежьем-то условия для лечения не самые лучшие.

Этому райцентру больше подошло бы название Медвежий угол, – улыбается Сафаров и делает неожиданное признание: Хотя мне тут начинает нравиться. Люди хорошие… А среди них есть очень-очень хорошие. Меня к ним, как магнитом, тянет!

Он смотрит на меня таким обжигающим взглядом, что я теряюсь. Что значат слова Дара? На вертопраха или бабника он как-то не похож. Но и в сказку про Золушку я тоже не верю.

Таня всё знает!

Ты где, Марта, так долго пропадала? – это первое, что я слышу от Таньки, переступив порог процедурного кабинета.

Кормила Сафарова, – отвечаю я с неохотой, опасаясь, как бы подружка не начала надо мной ёрничать.

Татьяну хлебом не корми, дай поболтать, посмеяться. А тут такой удобный повод – Марта Зарубина, которую местные парни за глаза называют “Снежная королева в очках” (идиоты, вообразившие, будто у них отменное чувство юмора!) сама признаётся, что она не тяжёлого больного с ложечки кормит. Но баба Аня так меня воспитала, что я лгать не умею. Иногда, как в этом случае, ложь бы и не помешала. Ведь что стоило сказать, будто мы с Сафаровым просто болтали? Таня тоже разговаривает с пациентами. Всё понимаю. Но мне… стыдно.

Хотя… Сегодня я кормила Дара уже второй раз и мне это нравится. Моя бабушка говорит, что во мне очень развит материнский инстинкт. Я действительно с большим удовольствием вожусь с малышами, когда, к примеру, соседи оставляют своих детей на моё попечение.

Может, потому что у меня не было братишек и сестрёнок? Только Таньке это не понять: в их семье трое детей. Она – самая младшая и не то чтобы избалованная, но озорная. Таких, как Татьяна, выдумщиц ещё поискать! С другой стороны, Таня во всём ищет некий скрытый смысл, за что я в шутку называю свою подругу “мисс Марпл местного разлива”.

Вот и сейчас она смотрит на меня ошарашенным взглядом, но, к счастью, отвлекается на одну любопытную мысль, которая пришла ей в голову, пока я м-мм общалась с Сафаровым. Но начинает Танюшка издалека:

Ты представляешь, Марта, Рыков недавно приходил? Уже второй раз за вечер! А твой миллиардер снова отказался с ним видеться.

Пропускаю мимо ушей слова про “моего миллиардера” и объясняю то, что, на мой взгляд, лежит на поверхности:

Отказался, потому что ужин никто не отменял. Рыков сам виноват, что не подумал об этом. И, вообще, зачем так навязываться к человеку, который чувствует себя не самым лучшим образом?

Я тоже так подумала! – оживляется Таня. – Остальные-то наши богатеи сразу отстали от твоего миллиардера, как только получили от ворот поворот. Но Рыков не отстаёт. А ведь у него статус будет значительно выше, чем у того же Дикого.

Дикий – это самый богатый человек в нашем райцентре. Ему много чего принадлежит в Медвежьем: и автозаправки, и пресловутый ресторан “Элитный”, и гостиница. А ещё – сеть аптек, СТО, салон красоты, хлебокомбинат, стоматология. Можно сказать, он всё под себя подмял. Недаром в Медвежьем Дикому дали прозвище “Дикарь”. Он никаким, даже мелким бизнесом типа сапожных мастерских, не брезгует. Ну и денег, говорят, у него немерено. Но тем не менее Дикому до Рыкова далеко. И всё же Рыков упорно крутится вокруг Сафарова.

Делать ему, наверное, нечего, – пожимаю я плечами. – Нет, чтоб к себе домой уехать, он у больницы околачивается. Сафаров лечение получает, ему сейчас не до бизнеса точно. Да и к тому же, от Рыкова в этой ситуации всё равно ничего не зависит.

Вообще-то, я всегда не прочь поболтать с подругой. Таня – весёлая, добрая, и ко многим вещам она относится проще. Но сегодня все мои мысли крутятся вокруг Дара. Мне хочется вновь и вновь вспоминать его огромные чёрные глаза, гордый разворот плеч, чувственный хриплый голос и, конечно, взгляд – то сумрачный, когда Дар о чём-то задумывается или же чем-то недоволен, то обжигающий, когда он смотрит на меня. В такие моменты у меня аж сердце в пятки падает.

Я не знаю, почему Эльдар так на меня смотрит. Ведь наверняка там, в столице, у него есть девушка, которая его ждёт и по нему тоскует. Да и как не тосковать по такому красавчику? Если б Дар был моим мужчиной, я бы тоже места себе не находила, когда он в отъезде.

Ход моих мыслей прерывает голос Тани:

Насчёт “делать нечего” – не уверена. В нашем регионе Рыков – далеко не последний человек. Ему есть, чем заняться. Но его поведение мне кажется очень странным.

Танюшка делает паузу. Ждёт, когда я спрошу, какие у неё есть аргументы. Порой я думаю, что Костровой с её неуёмным характером надо было идти учиться на следователя. А она за компанию со мной поступила в медколледж. Я выдвигаю свою версию поведения Рыкова:

Наверное, Рыков опасается, что у него какая-то сделка с Сафаровым сорвётся? Вот и пытается его обхаживать. А Дар ему не поддаётся.

Дар?! – большие серые глаза Таньки увеличиваются вдвое. Я мысленно ругаю себя за оплошность, но поздно: подруга уже сделала свои выводы.

Ну, Марта, ты даёшь! – Таня даже не пытается скрыть своё огорчение. – Мы ж с тобой договаривались, что та, кто первая влюбится, сразу всё рассказывает. А ты? Заводишь за моей спиной отношения. Я вынуждена сама обо всём догадываться. Это нечестно!

Тань, ты сдурела? – я еле сдерживаюсь от смеха. – Никаких отношений с Эльдаром у меня нет. А Дар он потому, что мне так легче и быстрее его имя выговаривать (сказала и на душе стало легче: саму себя не обманешь. Просто, как все девушки, я тоже порой мечтаю о любви. А на самом деле, стоит Дару уехать из Медвежьего – и я его забуду).

Да-а?.. – тянет Танюшка, сверля меня взглядом, но долго сердиться она не умеет (да и повода, если подумать, для этого нет), и приступает к самому главному:

Ты, Марта, сегодня весь день проторчала на работе, а я тебе скажу, что в Медвежьем все только и говорят, что про… – она хмурится, подыскивая подходящее слово, потом машет рукой, типа: какая разница, – про твоего миллиардера.

Да нет у меня никаких отношений с Сафаровым! – я в ужасе вскакиваю со стула. Чёрт побери, какой кошмар: оказывается, весь райцентр перемывает мне косточки, и, что в голове не укладывается: на пустом месте!

Садись, всё понятно, – невозмутимо замечает Таня и поясняет: Это я называю его так, чтоб тебя подразнить. А, вообще, все обсуждают, сколько времени он пробудет здесь, и не захочет ли увезти с собой невесту? Говорят, он холостой. Наши девки, – хохочет она, – все, как с ума посходили: в салон красоты Дикого запись на месяц вперёд!

Ничего себе! – я так обескуражена, что и не знаю, что можно сказать. Сажусь опять на стул. А Танюшка, по уши довольная, что ей удалось меня удивить, продолжила:

Но главное не это, – Татьяна переходит на шёпот. – Ты знаешь, Марта, какая мысля пришла мне в голову?

Танька опять делает паузу. А я понимаю, что мою подругу понесло. Недаром её любимая фраза: “Таня всё знает!”. Кострова действительно верит, что у неё глубокий аналитический ум и под этой маркой порой выдвигает самые чудовищные гипотезы на разные темы. Судя по блеску в глазах, сейчас она хочет мне выдать что-то эдакое, от чего я потеряю дар речи.

Ну, говори быстрее! – тороплю я подругу. – Мне уже пора идти домой.

Ладно, так и быть, – нехотя соглашается Таня и начинает опять говорить шёпотом: Я думаю, Сафаров попал в ДТП неслучайно. Кто-то хотел его убрать! – и смотрит, язва такая, на меня с торжествующим видом, типа: Ты мне не верила, а зря!

Да ну, серьёзно?! – я чуть не падаю со стула. – С чего ты, Тань, взяла?

Сделала выводы из того, что мне довелось узнать, – не торопится она открывать свои карты, но потом, не выдержав, выпаливает: Наши местные в аварию на Чёртовой косе давно не попадали. Все знают, что там крутой спуск и сбавляют скорость.

Так ведь Сафаров и остальные ребята не местные, – не понимаю я, куда гнёт Татьяна.

Зато водитель и ещё один парень из охраны Рыкова – родом из Медвежьего, – говорит она и, пересев на соседний стул, начинает громко шептать мне в ухо: Я думаю, аварию подстроил Рыков. После того, как Сафаров выжил, он испугался, что правда всплывёт наружу, и пытается замазать ему глаза. А Сафаров, возможно, о чём-то догадывается.

Я в ужасе смотрю на Таньку и думаю: Действительно, очень на то похоже. Ведь остальные местные бизнесмены от Дара отстали, когда поняли, что он, во всяком случае, пока видеть никого не хочет. Один Рыков упорно пытается встретиться с Сафаровым. Я понимаю, они – деловые партнёры. Но какие, к чёрту, дела, когда человек находится в больнице, и к тому же только первый день? М-да, как ни крути, приходится признать: “Таня всё знает!”.

Но главное, на чём базируются подозрения Татьяны, это то, что люди Рыкова из местных. Они никак не могли не знать про Чёртову косу. Да и вообще, в наших краях есть и получше места, где можно поохотиться. Я уж молчу, что охота не задалась, и Дар только зря потерял время. Хотя…

Я вспоминаю его обжигающий взгляд и вдруг понимаю, что если бы не авария, мы с ним не встретились бы. И тогда я никогда бы не узнала, каково это, когда сердце падает в пятки.

Таню вызвали к больному, и я пошла домой, прокручивая в голове наш разговор.

Девочки, большое спасибо за ваши оценки глав, и отдельное, бо-о-льшое спасибо за лайки! Я пишу, сразу выкладываю написанное, чтоб вам не пришлось слишком долго ждать проду, а спустя время захожу и с большим волнением смотрю статистику. Она пляшет, среднее арифметическое не стоит на месте. Для меня это такой драйв! Спасибо! Ещё хочу сказать, что история Марты Зарубиной и Эльдара Сафарова одной книгой не закончится. Мне есть, что вам рассказать. Поэтому, надеюсь, мои хорошие, вы со мной надолго. Ваша КБ. Люблю!

Ухажёры на дороге

Иду я, никого не трогаю, вдруг слышу знакомый голос:

Виват Снежной королеве!

Поднимаю голову, а передо мной – Николай Костров, старший брат моей подруги Тани. В Медвежьем Коля считается моим, можно сказать, официальным ухажёром. Хотя лично я ни ему, ни кому другому никогда не давала повода так думать. Но люди так устроены, что им нравится считать, будто бы они знают обо всём на свете. Просто те, о ком они точно всё знают, пытаются свою частную жизнь конспирировать, но у них это не получается. М-да…

В общем, логика у некоторых людей интересная. И ведь им даже в голову не приходит, что они тем, про кого типа всё знают, так порой кровь портят! Но деваться некуда.

А то, что мы с Колей якобы жених и невеста, в райцентре решили после того, как Николай подарил мне букет белых роз. Помню, после окончания первого курса мы с Таней приехали домой, и Колька нас встретил на автовокзале. Он как раз весной вернулся из армии, давно не видел сестрёнку, вот и вызвался нас до дому доставить.

Конечно, Танюшка сразу бросилась брату на шею. А я Колю сразу и не узнала. Наверное, служба в ВДВ на Николае так сказалась, что он из жилистого, но вполне заурядного парня, вдруг превратился в здорового бугая с фирменной бесшабашной походкой.

Нет, моё сердце продолжало всё также ровно биться. Но я, пусть и близорукая, однако не слепая, и разглядеть изменения в Танькином брате, которого знаю с детства, естественно, смогла.

А вот Коля, освободившись из объятий сестрёнки, увидел меня и встал, как вкопанный. Ну такой смешной, нет слов! Я-то знаю, что никаких сильных метаморфоз с момента нашей последней встречи со мной не произошло. Со спортом я никогда дружбы не водила, чтобы, как Николай, так заметно измениться. Ну, немного вытянулась в рост, и всё!

Но Колю почему-то перемкнуло, и на следующий день он явился в мой дом с цветами. В доме, кроме нас с бабушкой, никого не было. Но люди как-то узнали (может, соседи через забор увидели?), что Николай Костров подарил мне букет роз. И тут же пошли разговоры…

К счастью, несмотря на “общественное мнение”, Коля меня своими ухаживаниями особо не донимает. Нет, однажды он попытался признаться мне в любви, но я быстро пресекла этот дурацкий разговор. Не понимаю, как можно влюбиться в человека, который в детстве катал тебя на спине, угощал сорванными в соседском саду ранетками и отгонял от тебя мух, когда, наигравшись с его сестрой, ты засыпала на берегу речки? Не по-ни-ма-ю!

Но главное, как можно полюбить того, кто для тебя никакой загадки не представляет? Ты воспринимаешь этого человека в лучшем случае, как старшего брата, и всё.

Последний месяц мы с Николаем как-то не сталкивались. Теперь, увидев его, я даже по– своему обрадовалась и с улыбкой сказала:

Привет, Коля! Как хорошо, что ты не назвал меня “Снежной королевой в очках”! Я это прозвище на дух не выношу. А вот против королевы ничего не имею.

Ты зря, Марта, обижаешься на это прозвище, – заявил в ответ Николай. – Потому что главное в нём – это то, что ты королева! А очки – так, в придачу. Хотя, – нахмурился он, – если кто тебя вдруг обидит, скажи, я с ними быстро разберусь!

Я качаю головой. Ох, Коля, Коля! Парню скоро 24 года должно исполниться, а у него всё кулаки чешутся.

Может, Рыжий? – на Колю что-то сегодня нашло, и он не прекращал попыток узнать имя моего возможного обидчика. – Этот щегол любит девчонок задирать!

Мне стало смешно, но я постаралась скрыть улыбку, чтоб Николая ненароком не обидеть. Ведь Коля, как и Танька, сам был рыжим. Другое дело, что в Медвежьем никто его рыжим назвать не рисковал. Это было чревато серьёзными последствиями. А парень, которого все звали Рыжим, Ваня Макаров, между прочим, вовсе не был щеглом. Ваня моложе Николая всего на пару лет. Но, что правда, то правда – девчат он задирать любит. Конечно, не меня.

Не надо, Коль, ни с кем разбираться, – прошу я своего нечаянного рыцаря и добавляю: Я и сама сумею за себя постоять. Уж кто-кто, а ты меня знаешь!

Сама-сама, вечно так! – проворчал Николай и перевёл разговор на другую тему: А ты откуда идёшь, Марта? Таня вроде давно ушла на работу. Но сейчас, – он посмотрел на свои наручные часы, – уже половина десятого вечера.

И тут я вдруг поняла, что Коля сегодня совсем не случайно мне встретился по дороге. Как пить дать, Танька, зная о том, что её братец вздыхает по мне, рассказала ему, что я обещала заглянуть в больницу вечерком! Хотя она прекрасно знает, что я к Николаю отношусь, как к старшему брату, даром что у меня ни брата, ни сестры нет. Вот язва такая!

Баба Аня сегодня приготовила вкусную окрошку. Вот я и подумала, почему бы Таню не угостить? – отвечаю я равнодушным тоном. В принципе, сказала правду. Танюшке окрошку честно донесла, просто свернула по дороге ещё в одно место… Ведь другим людям тоже домашняя пища требуется!

Но Николай посмотрел на меня как-то так недоверчиво и спрашивает:

А этот миллиардер, по которому наши девки хором стонут, он случайно не в вашем ли отделении лежит?

В нашем. А ты почему о нём спрашиваешь?

А Николай меня удивил! Точнее, вогнал в краску своими словами:

Да я хотел тебя, Марта, в кино сегодня пригласить. Пришёл к вам, а тебя дома нет. Ну баба Аня меня окрошкой угостила и заодно рассказала, что ты ушла на работу.

Коля сделал паузу (это у них семейное, что ли?) и стал сверлить меня взглядом таких же серых, как у Таньки глаз, типа: признавайся, грешница, что ты в больнице делала?

Блин, как же мне в этот момент хотелось провалиться сквозь землю! Бабушка права: надо всегда говорить всю правду, а не её половину. А ещё мне было очень стыдно перед Таней. Я-то думала, это она Коле насчёт меня проболталась, а Танюшка ничего говорить даже и не собиралась! Какая же она хорошая, подружка моя!

Да, – говорю я холодно, а потом с вызовом посмотрела Николаю в глаза. – Я сходила на работу во внеурочное время. Теперь, как видишь, иду домой. А ты, Коля, похоже, решил мне устроить допрос? В честь чего?! Почему, вообще, ты за мной шпионишь?

К сожалению, мне не удалось с собой справиться, и последние слова я почти выкрикнула Коле в лицо. Николай от неожиданности отшатнулся в сторону и в очередной раз удивил меня, сказав:

Я за тобой, Марта, не шпионю. Просто сегодня, куда ни пойду, все только и говорят об этом миллиардере из Москвы. Вот я и решил сходить в больницу на всякий случай. Ну, чтоб он к тебе не вздумал клинья подбивать, думал, пойду и популярно объясню ему, что к чему.

Тебя к нему охрана не пропустит, – замечаю я и, сама того не желая, снова взрываюсь:

И, вообще, нечего впрягаться за меня, особенно, когда тебя не просят! Понятно, да?

Бедный Николай посмотрел на меня ошарашенным взглядом, внезапно побледнел и вдруг выдал:

Ты что, Марта, в него влюбилась? Я тебя такой взволнованной никогда ещё не видел.

В кого? – не сразу сообразила я, о ком речь, но потом, догадавшись, покраснела. – Не говори, пожалуйста, Коль, глупости, ладно? Пошла я, сильно устала, утром на работу. Пока, Коля!

Коля остался стоять, а я, совершенно выдохшись после нашего разговора, побрела к дому. Но ещё издалека увидела знакомый крузак ярко-красного цвета. У меня глаза полезли на лоб. Откуда Рыков узнал мой адрес? Тоже мне, ещё один ухажёр взялся на мою голову!

Между тем наш региональный магнат, увидев меня, соизволил выйти из автомобиля. Я не имела никакого желания с ним разговаривать и хотела пройти мимо. В принципе, мне и так понятно, что Рыков от меня добивается. Только мне это всё, мягко говоря, не интересно. Но Рыков перегородил мне дорогу со словами:

Послушай, Марта, ну что ты ведёшь себя, как маленькая?

В сравнении с вами, Алексей Христофорович, я действительно маленькая, – сказала я ему, как отрезала. После разговора с Колей мне было как-то не по себе. Не дай бог, по Медвежьему пойдут разговоры обо мне… А самое обидное, на пустом месте!

Я заказал в ресторане “Элитный” столик на двоих. Позволь, Марта, тебя пригласить?

В “Элитном” я не ем и вам, Алексей Христофорович, не советую. У них продукты все просроченные, – заметила я равнодушным тоном. – И, кроме того, хочу вам ещё раз сказать: вы зря здесь теряете время. А лучше не приближайтесь ко мне на пушечный выстрел, – и, ехидно улыбнувшись, добавила: Жених у меня ужасно ревнивый, чуть что за нож хватается!

Зайдя в дом, я заперла дверь на засов. Баба Аня очень удивилась. Но я ей объяснила, что в Медвежьем нынче много приезжих. Мало ли что? А бережёного бог бережёт. После таких слов бабушке пришлось со мной согласиться.