Текст книги "Принцесса Египта (СИ)"

Автор книги: Константин Денисов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

В этот раз я не поскупился на ману и взорвал заряд значительно мощнее первого. Наши догадки оказались верны, в черепахах было ещё чему взрываться, кроме моей плазмы. Панцирь разорвало на куски, как осколочную гранату, выкосив вокруг всё подчистую. Думаю, что все выжившие адепты Ордена, кто находился сейчас неподалёку от взрыва на открытом месте, погибли. Такая гигантская осколочная бомба никого не пощадила.

Даже Тити находящиеся поблизости, гневно взвыли, наполучав осколками по своей толстой, непробиваемой шкуре. Хотя она у них наверняка пробиваемая, просто тяжело. Сейчас, насколько я мог разглядеть в монокуляр, некоторые титаны получили ранения. Наиболее острые осколки панцирей посекли даже их шкуру.

Да, эти ранения были несмертельными. Да, они даже на их подвижности не особо сказались, но всё равно. Какой-никакой, а ущерб был нанесён. Я пересчитал оставшихся черепах. Их, как и Титанов, было ещё очень много!

– М-да уж! – вздохнул я.

– Что? – спросил Шторм, видя мой невесёлый настрой.

– Не знаю, – передёрнул я плечами, – вроде бы мы всё правильно делаем… а только всё равно внутри какой-то червячок гложет… ну ладно в бою убивать, когда тебе угрожают. Но вот так, просто хладнокровно истреблять тех, кто не может тебе ничего сделать? Ну такое…

– А-а-а-а-а, – с пониманием кивнул Шторм, – понятно. Но ты ошибаешься! На войне всегда так. И эти зверушки о-го-го сколько всего могут сделать и тебе, и всем, кто тебе дорог. Они совсем не безобидные и не беззащитные.

– В каком смысле, на войне всегда так? – не понял я его мысль.

– Война, это не всегда рукопашная или столкновения лицом к лицу. Если до этого дошло, то значит, где-то раньше был допущен просчёт, – сказал Шторм, – если проводить аналогии, то ты сейчас работаешь как дальнобойная артиллерия. Уничтожаешь силы врага на расстоянии. Если ты этого не сделаешь, то они рано или поздно придут сюда, и тогда уже с ними придётся иметь дело всем. Многие могут погибнуть! Ты ведь этого не хочешь?

– Умом-то я понимаю! – вздохнул я.

– Это война, Алик! Самая что ни на есть настоящая! А в войне нет никакой романтики. Это всегда кровь, пот, грязь и сделки с совестью. Отключай эмпатию! Совсем отключай! Да, может быть эти существа и не виноваты ни в чём, но они созданы с определёнными целями, и если их не остановить, они этих целей будут достигать. Пострадают люди. Много людей! – Шторм на секунду задумался, но тут же продолжил, – я понимаю, что говорить всегда проще, чем делать. С удовольствием бы взял у тебя эту ношу… но, к сожалению, не обладаю такими возможностями. Эти противники не по мне!

– Ты прав, – вздохнул я, – я и сам что-то подобное время от времени говорю. Но вот сейчас, стоять здесь и заниматься геноцидом… тяжело. Внутри что-то сопротивляется!

– У нас нет выбора! – развёл руками Шторм.

– А переговоры могут помочь? – спросил вдруг сзади Петя.

Мы повернулись к нему.

– Бывает, что и помогают, – сказал Шторм, – если сторонам есть что предложить друг другу. Но здесь, похоже, уже не с кем договариваться. Оружие Ордена осталось без присмотра и живёт теперь своей жизнью. А оружие, без того, кто им управляет, это опасная и непредсказуемая штука. Никогда не знаешь, когда и где оно бабахнет.

– Да, похоже, что есть с кем поговорить, – сказал Петя, – вон, переговорщик к нам чешет!

Мы повернулись туда, куда он указал, и в самом деле увидели бегущего в нашу сторону человека, которого раньше почему-то не заметили. К его левой руке была привязана большая и светлая тряпка.

– Надо же, парламентёр! – удивлённо сказал я.

22. Туман

Парламентёр был странный. По всем приметам он походил на адепта Ордена, но в то же время что-то в нём было не так. Он бежал спотыкаясь, руки болтались по сторонам как плети, на лице было ничего не выражающее выражение, как будто это не лицо, а маска.

Я даже обернулся, чтобы убедиться, что Зои нет рядом. Но некромантка ушла в карман с остальными и сейчас была либо там, либо держала путь через туман к выходу Ксюши в Барбинизатор. Вряд ли это был её боец, хотя адепты среди них вполне могли оказаться.

К тому же этот бежал к нам со стороны врага.

– Мертвяк! – резонно заметил Петя.

Впрочем, это поняли все, ведь отряд Зои постоянно был на глазах и характерные маркеры движения мертвецов уже считывались всеми без проблем.

– Может, тоже камикадзе как черепаха? – озвучил вполне логичное предположение Шторм.

– Возможно, – нахмурился я, – но тряпка как бы намекает, что он хочет вести переговоры!

– Так мертвяки же вроде не разговаривают! – вспомнил Петя.

– Может, это Зоины не разговаривают, – сказал я, – ну да, они же не дышат, как им воздух через связки прогонять? А вдруг здесь какая-то другая технология? Или пока труп свеженький, можно заставить его дышать?

– Или его послание будет не на словах, а в какой-то другой форме. Например, взрыва… – продолжал нагнетать Шторм, видимо, категорически не желая доверять противнику.

– Спрячьтесь в Петин новый карман, – сказал я, – а через пару минут возвращайтесь проверить, как я тут.

– Ещё чего! – возмутился Шторм, – ты за кого нас принимаешь?

– Моё дело предложить, – пожал я плечами, – если он хочет нас взорвать, всем сразу умирать тоже глупо.

– Здесь просто нужно принять решение, верим мы, что это переговорщик, или нет, – сказал Шторм, – я так понял, что ты веришь и хочешь получить послание. Что же, поскольку ты у нас главный, мы принимаем твою позицию. Остальное просто лирика. Короче, встречаем мертвяка и ждём, что он «скажет». Но, Петь, если что, будь готов нас эвакуировать.

Я оглянулся на верхнюю часть эстакады, где находились остальные.

– Не думаю, что он может нести такой большой заряд, чтобы их достало, – как будто прочитал мои мысли Шторм.

– Ну да, ну да, – вздохнул я, понимая, что сейчас в принципе реально всё. Бомба ведь может иметь и магическую природу, а здесь вообще границы возможного неизвестны. Кто знает, на что способен маг, управляющий этим мертвяком.

«Парламентёр» приближался, но медленно. Его темп сильно упал, когда он начал преодолевать место недавней схватки нашей группы с ордами тварей. Через кучи трупов перебраться было не всегда легко, особенно если ты не очень хорошо скоординирован. Последние десятки метров ему дались вообще очень тяжело.

Мы терпеливо ждали. Ну а что ещё было делать? Помогать мертвяку лезть через трупы? Ещё не хватало!

Так или иначе, но он всё же до нас добрался. Остановился напротив и медленно начала переводить взгляд с одного на другого.

Это было не очень по «мертвяковски». Было во взгляде что-то человеческое, и это очень плохо сочеталось с таким никудышным контролем над телом.

Разглядев всех нас хорошенько, мертвец упёрся взглядом в меня.

– Алик? Приятно познакомиться! – сказал вдруг он довольно внятно.

– Туман? – наобум ляпнул я.

Оказалось, что интуиция меня не подвела.

– Да, ты очень догадлив, – расплылся в улыбке мертвец.

– Зачем тебе этот аватар? – спросил я, – пришёл бы сам поговорить. Ты же сверхчеловек, так что, чего бояться-то?

– А кто тебе сказал, что я боюсь? – удивился Туман, – я просто делаю так, как мне удобнее. Но да, ты прав, с этим туловищем я немного не угадал. Извините, что пришлось так долго ждать, пока оно сюда доковыляет. Слишком много повреждений, очень тяжело удерживать его в рабочем состоянии. Но что поделать, если вы не оставили на поле боя нормальных человеческих тел?

– Извините? Серьёзно? – усмехнулся я, – ты извиняешься за ожидание, после всего того, что здесь устроил?

– Не принимай мои извинения близко к сердцу, – сказал Туман, – это просто вежливость. Ничего не значащая фигура речи.

– Понятно, – улыбнулся я, – значит, и на другие твои слова внимания можно не обращать. Вдруг они тоже фигура речи? Получается, Туман, что ты недоговороспособный!

– Это смотря, как договариваться, – сказал Туман, – просто нужно создавать такие условия в договорённостях, чтобы ни у кого не было возможности поступить иначе. В этом и смысл. Нарушать договорённости должно быть невыгодно!

– Случается по-всякому, – возразил я, – бывает, что невыгодно исполнять договорённости. Но это не значит, что своё слово не нужно держать. Иначе ни ты, ни твои обещания ничего не стоят. Фуфло!

– Ты идеалист, Алик, – улыбнулся Туман, – мир устроен не так. В нём нет места чести, достоинству, верности слову. Только реализация своих планов всеми возможными способами, и ничего другого. Делай всё, что возможно, бери всё, до чего можешь дотянуться. Вопрос только в том, на что у тебя хватит сил.

– Да, мы очень разные, – покачал я головой, – твоё мировоззрение… убогое. Такие, как ты всегда проигрывают.

– Посмотрим, – Туман вздохнул, – не скрою, впервые за очень продолжительный период тебе удалось меня разозлить. Я уже и не помню, когда поддавался эмоциям в последний раз. Уничтожить плоды длительной подготовки Ордена за такое короткое время, это… очень неплохой результат. Но эмоции, это зло, нужно использовать разум. Сначала я хотел с тобой разделаться раз и навсегда, как ты разделался с Пауком. Но уничтожать такой мощный, уникальный инструмент, было бы ошибкой, – сказал Туман.

– Это я инструмент? – меня захлестнуло возмущение.

– Да, – ответил Туман, – Паук пытался тебя завербовать, но безуспешно. Однако это вовсе не означает, что тебя нельзя использовать.

– Ну, попробуй! – я скрестил руки на груди.

– Обязательно! – сказал Туман, – каждого можно использовать, просто нужно подобрать подходящий ключик.

– Ну и как? Подобрал? – усмехнулся я.

– Конечно! – хитро улыбнулся Туман, – ты уже знаешь, что не мне одному нужен город, Паук ведь тебя просветил. Но ты почему-то считаешь своим долгом защищать эти руины. Если тебе нравится, то не буду мешать. Я просто покажу тебе, откуда ещё исходит угроза. Если ты остановил экспансию Морозко, мою, то почему бы тебе не остановить и остальных? Вдруг получится? А мне это будет на руку.

– А не боишься раскрывать мне свои планы? Вдруг я не захочу тебе подыгрывать? – нахмурился я.

– А ты сможешь? Сложнее всего победить себя, а ты не готов отказаться от защиты города, хотя тебя на это никто и не уполномочивал. Не хотел бы играть в эти игры, не играл бы! Но ты играешь! Получается, нужно просто дать тебе больше информации, показать новую цель и отойти в сторону. Ты не сможешь с собой совладать и кинешься в драку. Так что, помогать мне ты будешь не напрямую, а делая то, что ты и так стремишься делать, спасая людей! – сказал Туман.

– Но ведь когда-нибудь дело снова дойдёт до тебя, – сказал я.

– Это вряд ли, – улыбнулся Туман, – с Демиургами напрямую ты соперничать не можешь. Твой уровень, это их марионетки. И в данном случае наши интересы совпадают. Ты будешь защищать город от вторжений, тем самым ослабляя моих конкурентов и давая мне возможность не отвлекаться на борьбу с ними.

– Но ведь таким образом я буду помогать не только тебе, но и другим. Вот сейчас я помог всем, кроме тебя, – усмехнулся я.

– Это правда! – печально вздохнул Туман, – но что поделать, такова жизнь. Теперь нужно натравить тебя на того, кто добился наибольшего успеха, чтобы он не успел его как следует развить… говорят в Бирюлёво совсем беда! Врата в ад открываются всё шире, монстры оттуда лезут всё более живучие… так они скоро и весь город захватят… – сказав это как будто даже не мне, а просто размышляя, Туман с лёгкой улыбкой искоса взглянул на мою реакцию и замолчал.

– Я слышал про Бирюлёво, – сказал я серьёзно, чувствуя, что логике Тумана противопоставить особо ничего не могу.

Да, я не собирался туда лезть, это не моя проблема. Далеко, да и я не служба спасения, чтобы бросаться на каждый пожар… но общий смысл его рассуждений был верный. Туман выбрал тактику натравливать меня на других Демиургов, при этом сам, судя по всему, планировал держаться в тени, не вступая со мной в конфронтацию. И хотя он раскрыл весь свой план, и я в душе надеялся, что не буду ему следовать ни в коем случае, однако сила обстоятельств вполне может вынудить меня делать именно то, что нужно Туману. Да, сложная ситуация.

– А если я не справлюсь? – вдруг пришла мне в голову мысль, – что если я не одолею твоих противников?

– Конечно, не одолеешь, это факт! – развёл руки в стороны Туман, – но потрепать наверняка сможешь. Мне даже интересно, насколько далеко ты сумеешь зайти. Буду наблюдать за этим как за увлекательным фильмом. И даже болеть за тебя буду, за твой успех!

– Болеть? А помогать не собираешься? – усмехнулся я.

– Помогать? – поднял брови Туман, – ты предлагаешь мне сотрудничество? Что ж, я подумаю над этим.

Я понял, что попался. И как он сумел так повернуть разговор? Ведь вроде бы всё было просто, всё на поверхности, а я уже всерьёз начинаю думать, какое содействие он сможет мне оказать, если я схлестнусь ещё с кем-то!

Аватар Тумана вдруг сделал пару шагов в сторону и уселся на кучу трупов.

– Это тело слушается всё хуже и хуже. Удерживать его вертикально с таким количеством сломанных костей нелегко. Пускай сидит, я лучше сосредоточусь на мимике, чтобы наше общение было более тёплым и человечным, – сказал Туман.

– Тёплым? – я едва не рассмеялся, – ты тот ещё комик!

– Да, пошутить иногда тоже можно, – сказал Туман и вдруг широко открыл рот, потом закрыл и начал делать что-то вроде лицевой гимнастики.

Он старательно двигал челюстью, надувал щёки, напрягал и расслаблял все лицевые мышцы.

– Что происходит? – напрягся я.

– Всё в порядке, – прервал своё занятие Туман, – мышцы трупа начинают потихоньку закостеневать, нужно их размять, а то становится сложно разговаривать. Ну помнишь, про тёплое человечное общение и всё такое? – и сказав это, Туман снова принялся разминать лицо.

Усмехнувшись, я повернулся к Шторму и обомлел. Шторм стоял как статуя, глядя куда-то вдаль. Я перевёл взгляд на Петю, с ним было то же самое. Они оба производили впечатление кукол.

– Не волнуйся, – успокоив лицо, сказал Туман, – я их временно парализовал, потому что наш разговор должен быть конфиденциальным.

– Если с ними что-то случится… – начал я, переводя взгляд выше, где были остальные люди и Дракайна.

Оказалось, что и они тоже как будто окаменели. Я посмотрел на место, где находилась орда, и вдруг понял, что Титаны и черепахи тоже стоят неподвижно. Как будто весь мир вокруг нас остановился и только мы с Туманом продолжаем свою неспешную беседу. Это было жутко… и заставило меня сомневаться в реальности происходящего.

– Очень хочется спросить: «что тогда?», но я не буду, – сказал Туман, – не переживай, с ними всё будет в порядке. Я просто вывел их из игры, чтобы они не мешали нам беседовать. Наш разговор должен быть конфиденциальным. Никому не нужно знать, о чём мы с тобой договоримся.

– Я могу тебе ответить на вопрос «что тогда?», – сказал я, – тогда я убью тебя!

– Амбициозно, но не убедительно, – сказал Туман, – к тому же вредить им не в моих интересах. Это твой ресурс, а если уж ты будешь, пусть и невольно, играть на моей стороне, я не заинтересован в том, чтобы тебя ослаблять. Наоборот, ты должен быть могучим, чтобы остановить экспансию на город других Демиургов.

– А не боишься, что в процессе я прокачаюсь настолько, что потом приду и за тобой? – спросил я.

– Не боюсь, – сказал Туман, – в очередной раз повторяю, ты не можешь соперничать с Демиургами. И стать Демиургом ты не можешь, потому что это судьба, это данность! Твой уровень, это борьба с наёмниками, шестёрками, приобретённым ресурсом, но не с игроками.

– Всё меняется, – усмехнулся я.

– Не всё! – возразил Туман, – уровень игроков не меняется. Ты хорошая фигура, сильная, но только на своём уровне. На другой тебе никогда не перейти.

– Посмотрим! – спокойно сказал я.

– И смотреть нечего! – улыбнулся Туман, – к тому же ты не видишь всей картины, не понимаешь, какая игра и зачем идёт. Ты не знаешь ни целей партии, ни других игроков, ни даже их фигур на доске. Ты можешь видеть только то, что происходит на соседних клетках, а доска для игры очень большая, это тебе не шахматы. И она многоуровневая, три-де если хочешь. И Москва в этой игре важна, даже очень, но это только одна из целей, один из элементов, который просто может позволить занять более выигрышную позицию, улучшить своё положение. Но контроль над Москвой, это не победа, это просто ещё один ресурс. Очень важный, но один из многих.

– И какая же главная цель у этой игры? – спросил я.

– Прости, Алик, но это не твой уровень. Впрочем, догадаться несложно, цель любой игры, это победа. А победа даёт выигрыш. Что-то, чего у тебя раньше не было, что ты не контролировал, что тебе не принадлежало. Масштаб игры прямо зависит от размера приза, – сказал Туман.

– Так что же это за приз? – спросил я, – контроль над регионом? Над континентом? Над планетой? Вряд ли что-то крупнее!

– Открою тебе секрет, – после небольшой паузы сказал Туман, – в данном случае, именно в этой игре, дело не совсем в призе. Дело в процессе самой игры, в конкуренции. Если ты не будешь играть, то тебя просто раздавят, растопчут, уничтожат. Поэтому, если хочешь выжить, приходится принять эти правила и включаться в процесс. Выбора нет!

– Ты всё время говоришь: игра, игра, игра… а ведь на кону стоят человеческие жизни! Тысячи, если не миллионы! – сказал я.

– Да, ты прав, – равнодушно сказал Туман, – но мне нет до них дела. Знаешь, некоторые Демиурги относятся к игре более серьёзно… и тоже не любят называть её игрой. Думают, что это важно, что это жизнь, что от этого что-то зависит… но это всё иллюзия. Таких мало, и они обычно проигрывают схватки. Они не имеют веса, и уж тем более шансов на победу. Вся эта лабуда вроде морали, сострадания, человечности… хотя я и сам о ней сегодня говорил. Это всё не для серьёзных дел. На самом деле всё ограничивается только твоими возможностями и ничем иным. Только то, что ты можешь сделать, на что решишься и что осилишь. Впрочем, на своём уровне ты и сам это хорошо знаешь. Не нащупывал бы всё время предел возможного для себя, не стоял бы сейчас здесь и не разговаривал бы с Демиургом.

Я старался не показать виду, но когда Туман сказал о том, что не все Демиурги разделяют его взгляды, это почему-то меня весьма воодушевило. Конечно, это могло быть с его стороны сознательной провокацией, но мне почему-то казалось, что он просто не придал этим словам особого значения. А я придал! Если это правда, то вполне можно было найти кого-то из таких Демиургов и вступить с ними в союз!

Я тут же постарался задвинуть эту мысль подальше, чтобы ненароком не выдать свою заинтересованность Туману. Даже если это обман, даже если он сказал это специально, чтобы вызвать именно такую мою реакцию, не нужно показывать, что ему удалось достичь своей цели и заинтересовать меня.

– И что дальше? – спросил я.

– Дальше? – пожал плечами Туман, а точнее, его аватар, – дальше мы разойдёмся в разные стороны, и каждый займётся своим делом. Да, уничтожать и дальше моих зверушек, я тебе не позволю!

Не успел Туман договорить эту фразу, как вдруг прямо с земли густыми струями начал подниматься вверх дым… или пар, или туман… и происходило это по всей территории, где располагалась разгромленная орда.

Всех Титанов и черепах быстро стало закрывать этим стремительно растущим облаком, и буквально за считаные секунды они все скрылись из вида. А потом это гигантское туманное облако стало двигаться прочь с большой скоростью, и там, где оно отступало, уже не было ни черепах, ни Титанов. Под прикрытием этого тумана остатки Ордена стремительно отступали или скорее их просто уносило прочь.

– У меня есть ещё один вопрос, – сказал я, решив попытать счастье.

– Давай, но последний! – безэмоционально сказал Туман.

– Паук в Перово похитил девочку, которую зовут Аня. Что с ней и зачем она ему понадобилась? Тебе известно про этот случай? – спросил я.

– Ах, Аня! – вдруг улыбнулся Туман, – он нашёл её по моему приказу. Аня у меня. Это очень перспективная девочка с крайне редким, уникальным даром, который, правда, ещё не раскрылся в полной мере в силу её возраста. Она даже предположить пока не может, на что станет способна в будущем. Ну ничего, со временем она обретёт силу. Они с мамой составляют очень удобный и хорошо управляемый тандем. Угрожаешь матери, и ребёнок делает всё, что нужно. Угрожаешь ребёнку, и мать готова на всё! Беспроигрышная схема!

И Туман рассмеялся.

– Её мать жива? Отпусти их, и я подумаю о сотрудничестве с тобой! – стараясь держать себя в руках, сказал я.

– До скорой встречи, Алик! – сказал аватар Тумана, и его тело вдруг безвольно повалилось набок, а потом скатилось на землю.

– Убью, мразь! – сжимая до хруста зубы, процедил я.