Текст книги "Время есть – точи топор! (СИ)"

Автор книги: Константин Денисов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

– Не забивай себе голову, главное, что сможет! – сказал я, – мы же живём в магическом мире.

Юки сидела на коленях. После истерики у неё наступил отходняк, и она впала в некое подобие прострации. Она была здесь, всё видела, воспринимала, но как-то без эмоционально. Как будто слова Снегурочки её добили. И вдруг неожиданно она заговорила.

– Ты думаешь о том, во что одеть детей? – подняла она на меня глаза.

– Да, а что? – не понял я, что её так озадачило.

– Незнакомых детей, которых ты даже видел только мельком, которых ты фактически освободил от власти Карачуна… и вместо того чтобы спокойно отойти в сторону с чувством выполненного долга, ты пытаешься придумать, где добыть им одежду? – также безо всяких эмоций сказала Юки.

– А что в этом такого? – пожал я плечами, – по-моему, это нормально.

– Это нормально, – сказала Юки, – а вот я в последнее время жила ненормально! Я натворила столько дерьма, что мне никогда это не отмолить…

– Всегда есть возможность искупления, – сказал я, – всегда! У многих из этих детей нет родителей. У большинства нет! Кто-то должен о них позаботится. Скоро здесь всё изменится. Древо даст кров и еду. Дети смогут жить здесь, но они не смогут находиться одни. Нужен кто-то, кто будет за ними приглядывать, кто позаботится о них. Хочешь отмолить грехи? Хочешь искупления? Прими этот крест и неси его! Помоги этим детям. Смогла им навредить, смоги теперь и помочь. А истерики устраивать, большого ума не надо. Да и не решают они ничего, Снегурочка всё правильно сказала. Искупление, это работа! Это тяжёлый труд!

– Искупление! – проговорила Юки, – ис-куп-ле-ние!

– Мы их нашли! Они внизу, под Карачуном! – неожиданно раздался возбуждённый голос Феникса.

3. Дети

Огневухи слово сдержали и не полезли к детям сами, хотя это и стоило им больших усилий.

Юки встряхнулась от такого известия и, подхватив Снегурочку, полетела туда, куда указали птицы.

Феникс, сообщив новость, тоже обернулся обратно и, подхватив меня подмышки лапами, легко поднял в воздух. Птица была большая, и мощь в его движениях и полёте, я ощутил в полной мере.

Жар-птица сделала несколько кругов над нами и пристроилась позади, видимо, чтобы не напугать всех своим огнём.

Мы перелетели через тушу, которая лежала неподвижно, и можно было подумать, что Карачун в самом деле умер.

Под нависающим боком монстра было отверстие, похожее на сфинктер. Через него-то и выбрались наружу Снежана и дети. Они успели отойти на некоторое расстояние, но теперь спешили обратно, видимо, их спугнули появившиеся птицы. Увидев огневух и не зная чего от них можно ожидать, Снежана решила увести детей с открытого места.

Дети постарше несли самых маленьких. Все были совершенно без одежды и поскольку шли по льду и снегу, от жалости к ним аж сердце сжалось. Надеюсь, что Сирин сможет быстро организовать переброску сюда Пети, а уж в кармане чего-нибудь найдём. Не зря же мы туда целый склад перетащили!

Когда Снежана увидела меня, то немного успокоилась и что-то крикнула детям. Они остановились и сбились в кучу. Им было холодно, очень холодно! Я распустил свои щупальца, постарался дотянуться до всех и очень аккуратно принялся подпитывать их маной. Магическая энергия помогала всегда, она давала организму недостающие ресурсы. Да, этой «опцией» тоже нужно было уметь пользоваться, но всё равно, мана деткам лишней не будет. Главное – дать столько, чтобы не навредить маленьким организмам.

К моему удивлению, их «резервуары» оказались довольно «раскачанными». Впрочем, чему удивляться? Их же использовали для генерации маны, просто как батарейки.

Начав получать ману, дети стали удивлённо переглядываться, не понимая, что происходит. Мы все приземлились и птицы тут же обернулись в человеческий облик.

– Мама! – раздался хриплый детский голосок, и раскосая девчушка выскочила из толпы и бросилась к Юки.

– Детка! – крикнула та, срывая с себя кимоно, чтобы укутать ребёнка.

– Павлик! – крикнул Феникс, растерянно шаря глазами по группе детей.

– Папа! – выбираясь из толпы, воскликнул парнишка и бросился к родителям.

– Жара, я понимаю, это трудно, но можешь ты пока что не быть матерью? Обернись птицей, согрей детей! – сказал я.

Только успевшая обнять сына мать обернулась ко мне, посмотрела мокрыми и благодарными глазами, кивнул, отдала ребёнка Фениксу, отбежала в сторону и обернулась Жар-птицей.

– Подходите к огню, там будет теплее! – крикну я громко.

– Серёжа! – дрожащим от волнения голосом сказала Снегурочка, медленно приближаясь к детям, – Серёжа!

Она повторила это уже несколько раз, произнося имя сына всё громче и громче. Но из плотной кучки больше никто не выбирался.

– Снегурочка, мне жаль… – неуверенно произнесла Снежана.

Снегурочка остановилась и медленно повернулась к ней.

– Ты уверена? – невероятными усилиями пытаясь сохранить самообладание, проговорила Снегурочка.

– Да, я его видела… он… его больше нет… уже давно… почти сразу… – Снежана говорила, с трудом подбирая слова.

– Не-е-е-е-е-е-ет! – прокричала Снегурочка, падая на колени и вцепляясь руками себе в волосы, – н-е-е-е-е-ет! – она согнулась головой до земли и повалилась набок, после чего затихла, как будто умерла.

Дети так и стояли, сбившись в кучу. Напряжённая ситуация, да и вообще страх перед полыхающей птицей не позволяли им сдвинуться с места.

Повисла пауза, всех как будто парализовало, время вообще как будто остановилось, и каждый боялся пошевелиться, чтобы не нарушить эту хрупкую тишину.

– Так не должно было быть! – воскликнула Снегурочка, вскакивая, – тогда всё зря!

Она вдруг сорвалась с места и с разбега бросилась на полыхающую поблизости Жар-птицу, раскинув руки для последних объятий.

Никто не успел ничего ни сделать, ни понять. За броском последовала яркая вспышка, и в следующее мгновение Жар-птица обернулась человеком. Но Снегурочки рядом уже не было! Только небольшое облачко медленно поднималось вверх. Мне показалось, что в этом облачке я различаю черты лица Снегурочки.

– Простите меня… – прошелестело в воздухе, как будто ветер шумит листвой… только вот, никакой листвы здесь даже близко не было. И слова эти услышали все!

Облачко уплывало всё выше и выше…

– Я не успела… я просто не успела обернуться! – потрясённо проговорила Жара.

– Ты не виновата, – сказал я, продолжая смотреть на удаляющееся облачко, – она просто не смогла пережить гибель сына. Ты здесь ни при чём.

– Как же так? – проговорила Юки, кутая свою дочку в своё кимоно.

– Жара, обратись снова, – сказал я, – детям по-прежнему холодно.

Жар-птица, которая пока не смогла прийти в себя, потому что считал себя виновной в гибели Снегурочки, выполнила мою просьбу.

Да, ещё недавно они с Фениксом сами хотели их убить. Но сейчас ситуация перевернулась, и когда тебя используют как инструмент для смерти, не спрашивая согласия… это, наверное, паршивые ощущения. Так что пускай пока что погорит, заодно успеет переварить случившееся.

– Дети, не бойтесь, эта птица специально для вас горит, чтобы согреть тех, кому холодно! – сказал я, – махнув рукой ребятам.

Глазами я при этом выбирал самых старшин и, поймав их взгляд, кивал в сторону Жар-птицы. И чтобы подать пример, сам первый подошёл к ней и протянул руки к огню. Ко мне тут же присоединились Феникс с сыном, у которых тоже на двоих было ноль одежды.

Я скинул дублёнку и протянул девочке лет двенадцати, у которой на руках была совсем малышка. Та кивнул и, взяв дублёнку, завернула в неё ребёнка.

– Да, дети, подходите смелее! – говорила Снежана, беря самых нерешительных за руки и подводя ближе к Жар-птице.

Постепенно дети смелели, и сами начинали тянуться к огню, почувствовав его тепло. Вскоре все выстроились рядом, настолько близко, насколько это было возможно, чтобы не сгореть.

– Но это не решит проблему, – сокрушённо покачала головой Снежана.

– Решит, – сказал я, – одежду сейчас должны привезти. Если всё будет нормально, вопрос нескольких минут. Я уже послал за ней.

– Да? – вытаращила на меня глаза Снежана, – а где же её можно взять?

– Не забивай себе голову ненужной информацией, – сказал я, – одежда будет и это главное.

– Наверное, ты прав… – грустно сказала Снежана и посмотрела в небо, туда, где совсем недавно скрылось облачко Снегурочки.

Я специально не стал поощрять общественную рефлексию по поводу её гибели. Нужно было решать проблемы, которых был вагон и маленькая тележка. И хоть при воспоминании о Снегурочке, в груди что-то мучительно сжималось, я старался на этом не фокусироваться.

Трагедий в нашей жизни было полно, и каждая новая, особенно когда она случалась прямо у тебя на глазах, могла окрасить мир только в чёрные тона, если постоянно думать об этом. Иногда нужно было просто переступить через уже случившееся и идти дальше.

Помочь Снегурочке не мог никто! Она была обречена с самого начала, ведь судя по словам Снежаны, её ребёнок погиб почти сразу, и всё это время её обманывали. Она жила во лжи, творила зло, не имея никаких шансов вернуть себе сына. И если до этого момента она могла как-то оправдать свои действия, то всё это вдруг потеряло смысл, и она не смогла пережить такого. Думаю, что многие не смогли бы. Никому не пожелаешь оказаться в такой ситуации, как она.

Я ей искренне симпатизировал и чувствовал, что она не плохой человек. Да и Юки тоже оказалась вполне нормальной. То, что их заставляли делать то что они делали, при помощи шантажа, не полностью их оправдывает, конечно… но кто из нас без греха? Со стороны легко осуждать, пока сам не окажешься в тяжёлой ситуации. И вот тут-то оказывается, что всё не так просто.

В общем, Снегурочку было искренне жаль!

Жар-птица продолжала стойко полыхать, не имея сейчас возможности обнять сына. Это был, воистину, героизм с её стороны. Пусть маленький и бытовой, но героизм…

Как всё же причудлива жизнь! Огневухи не знали, что их сын жив, но он к ним вернулся! Снегурочка же, наоборот, думала, что её ребёнок живой, а оказалось, что его давно уже нет…

Я потряс головой, чтобы прогнать от себя эти мысли. Слишком сложно, слишком тяжело… слишком невыносимо! Лучше не думать!

Я посмотрел в небо и увидел там приближающуюся крупную точку. Сирин выполнила задание. Не знаю, видели они меня уже или нет, но я на всякий случай дал в воздух несколько залпов небольшого салюта, чтобы привлечь внимание.

Это сначала вызвало испуганные вскрики среди детей, а вслед за этим и восторженные.

Да, бывало, что Алиса одна носила Петю. Маша тоже могла это делать. Но, видимо, в этот раз они решили принести его сюда совместно. Я не сразу смог разглядеть комбинацию, в которую они сплелись для полёта, пришлось ждать, когда они приблизятся.

Вскоре я смог понять, как именно они летят. Петя сидел верхом на Маше, а Сирин и Алиса держали его под руки. Наверное, это было разумно, потому что нагрузка делилась на троих, и всем было легко.

По мере приближения всё больше и больше народу замечало их. Даже дети стали тыкать пальцем в небо, в сторону этой странно летящей группы. Особой странности добавляло то, что крыльями махала только Сирин. Если бы крыльев вообще ни у кого не было, это и то воспринималось бы более естественно. А так… полёт выглядел очень чудно.

Но, если подумать, кому какое дело, как это выглядит?

Я смотрел, как приближаются мои друзья, и даже отсюда видел, что они, мягко говоря, удивлены происходящим. Хотя нет, это слишком мягко сказано, на самом деле, они были в шоке! Это явно читалось на их лицах.

– Это свои! – на всякий случай крикнул я, чтобы никто не выкинул чего-нибудь необдуманного.

Когда они только заходили на посадку, я, чтобы не терять времени даром, прокричал:

– Нужно одеть детей! Куртки, одеяла, спальники, всё пригодится. Маша, ты знаешь, где всё это лежит? Нужно быстро притащить сюда! А то, не успев спасти детей, мы их угробим!

– Сделаем! – крикнула мне Маша.

Как только они приземлились, она с Петей исчезла в кармане, но оттуда вместо них вынырнули Топор, Боря и Шторм. Похоже, что они ждали там наготове на случай возможных неприятностей и теперь сработали по изначальному плану. Но выпустив их, сам Петя не вернулся, а отправился выполнять моё поручение.

Трое здоровых мужиков стояли и с удивлением оглядывались.

Алиса с широкой улыбкой подошла ко мне, обняла, положив руку на плечо, и задрала голову, чтобы посмотреть на высящуюся над нами тушу Карачуна.

– Нормально ты так психанул из-за бабы! – хохотнула она, – напомни, чтобы я с тобой не ссорилась, если вдруг я забуду!

Я резко на неё взглянул и сказал:

– Напоминаю!

– Ой, не из-за бабы, из-за русалки… из-за Риты, точнее! – тут же спохватилась Алиса, – извини!

– У меня только один вопрос: как? – сказал Топор.

– С трудом, – туманно ответил я.

– Опасность какая-нибудь есть? – спросил Шторм, внимательно глядя по сторонам.

– Нет, – сказал я, – по крайней мере, мне неизвестно. На самом деле теперь здесь всё должно быть в порядке.

– Не сомневаюсь! – сказал Топор, который тоже стоял с задранной головой и смотрел на Карачуна.

– А это нормально? – сказала Алиса, указывая на полыхающую Жар-птицу, – это что за акт публичного самосожжения?

– С ней всё в порядке, она просто греет детей, – сказал я.

– Ну ладно! – равнодушно сказала Алиса и, убрав руку у меня с плеча, прошлась, заложив руки за спину.

Но неожиданно поскользнулась и не упала только потому, что успела взлететь. Она громко выматерилась, приземляясь, чем заслужила окрик всех находящихся рядом мужчин.

Алиса взглянула на детей, поняла почему все так возмутились, приложила руку к груди и, поклонившись, сказала:

– Весьма извиняюсь!

После чего пошла дальше.

– А кто в лагере остался? – спросил я, вдруг поняв, что все самые крепкие ребята здесь.

– Никого, – улыбнулся Боря.

– Как никого? – удивился я, – хотя да, здесь сейчас посторонних быть не должно, ничего не пропадёт.

– Не оставили, потому что лагеря там не осталось! Мы все сюда приехали! С вездеходом и мертвецами, – продолжая улыбаться, сказал Боря, – когда Сирин сказала, что кто-то должен отправиться сюда, оставаться там никто не захотел. Мы быстро собрались, загнали вездеход и вот! – Боря развёл руки в стороны.

– А-а-а-а-а! – протянул я, – понятно! Может, оно и к лучшему! С Тохой-то повидались?

– Конечно! – улыбнулся Боря, – он в порядке!

– Как же меня достал холод! – громко сказала Алиса, – в кармане сидели столько времени в холодрыге, теперь попали в какую-то зиму посреди лета… когда же всё это кончится?

– Скоро! – сказал я, – очень скоро. Я потом всё расскажу, но когда разберёмся с детьми, и все соберутся вместе, чтобы по сто раз одно и то же не повторять.

Из кармана стали появляться люди, таща охапки тёплых вещей.

– Совсем для маленьких если и есть вещи, искать нужно! – громко сказала Маша, – так что кутаемся в то что под руку попалось. Главное согреться, а красоту потом наводить будем. Давайте, ребята, не стесняйтесь!

– Наверное, детей лучше будет в карман завести, – сказал Шторм, – мы одну фуру освободили и оборудовали под тёплую комнату. Греем её постоянно. Там по очереди все отдыхают, чтобы хоть немного в тепле побыть. Можем детей туда пока поместить. Их, конечно, много… но поместиться должны. И накормить их, я думаю, нужно.

– Да! – кивнул я, но тут же спохватился, – нет! Насчёт покормить, нужно ещё подумать!

– Почему? – удивился Шторм.

– Они находились долгое время погружёнными в раствор. То есть, твёрдую пищу не ели. Так что, с едой нужно быть очень аккуратными, неизвестно что у них там с желудками. Хорошо бы придумать чего-нибудь жиденького, тёпленького и питательного, – сказал я.

– И кто это такое с детьми сотворил! – сурово сказал Шторм, сдвинув брови, но потом непроизвольно повернулся к Карачуну.

– Это просто инструмент. Его хозяин где-то далеко… и надеюсь, что сюда не пожалует, – сказал я.

Мы все подошли к детям, чтобы помочь им разобраться с одеждой. Бедняги хоть и замёрзли, но видя кучу тряпок, не решались проявить инициативу и начать в них ковыряться. Вообще, большое скопление людей их и немного пугало, и смущало тех, кто постарше, особенно девочек.

Но наши девчонки быстро со всем этим разобрались, накинув всем на плечи одеяла. Когда это было сделано, начали более детально подбирать, во что можно одеться. Маша, прихватив пару помощников, снова исчезла в кармане, отправившись за штанами и обувью.

Пуля пыталась дать куртку Фениксу, но тот упрямо отказывался, всё время кивая на детей.

– Бери, – крикнул я ему, – ты никого этим не обделишь. Курток на всех хватит.

Феникс ещё секунду поколебался и взял-таки куртку. Удалось всучить что-то и Снежане, которая отказывалась от одежды по тем же соображениям, стараясь сначала одеть детей.

– Ладно, раз здесь я не нужен, пойду дам повару инструкции, пусть придумает, чем детей кормить. Думаю, проблема решаемая!

Я смотрел на всю эту суету, и на душе постепенно теплело. Немного отстранившись от ситуации, я взглянул на происходящее как будто немного сверху. Если оценивать произошедшее непредвзято, то результаты были неплохие… намного лучше, чем мы могли рассчитывать.

Нашлись наши друзья, удалось их вытащить и объединиться – это была основная задача. Попутно нейтрализован региональный монстр и потенциально из него может выйти новая точка притяжения для людей. Такого не планировалось, конечно, но это очень крутой дополнительный бонус.

Спасено несколько десятков детей и двое из снегурочек. Тоже неплохой побочный результат. Сюда же можно добавить и огневух, которые вернули себе сына. Теперь эти двое не будут нацелены на месть и разрушение.

А минусы? Я узнал про Риту. Не смог помочь Снегурочке… но это не моя вина. Здесь обстоятельства были сильнее!

– Это новенькая? – вдруг вывел меня из задумчивости голос Амины, которая принимала участие в общей суете, но теперь делать уже было нечего, и она подошла ко мне.

Говорила она про Снежану.

– Это третья снегурочка, – сказал я, – она попала в немилость у Карачуна и была в заточении.

– Ясно, – кивнула Амина, – вторую я помню, – кивнула она на Юки, не выпускающую из рук дочурку, – а третья где? Не выжила? Или свалила?

– Её ребёнок был среди прочих, но умер. Узнав это, она не перенесла… в общем, её больше нет. Детей держали в колбах, не все из них смогли это пережить, – сказал я.

– В колбах? Значит, тела остались? – спросила Амина.

Я медленно повернулся к ней, выпучив глаза, постепенно осознавая, что она имеет в виду. А когда до меня это окончательно дошло, я схватил себя руками за волосы и закричал!

4. Не до шуток

Чувство безысходности и невосполнимой потери чуть не сожгло меня изнутри.

Я выдрал у себя пару больших клоков волос. Меня просто разрывало от чувства невосполнимой утраты. Вспоминая смерть Снегурочки, я теперь понимал, что её можно было избежать, что всё можно было исправить… было! Ключевое слово «можно было»! Теперь уже ничего вернуть нельзя, ведь от Снегурочки тела не осталось, она просто мгновенно растаяла, испарилась…

– Ты чего? – я пришёл в себя, оттого, что Амина трясёт меня за плечо.

– Всё в порядке! – взяв себя в руки, сказал я, – всем не поможешь!

Я огляделся и понял, что все встревожено на меня смотрят.

– Так что с детьми? – спросила Амина.

– Возьмёшься? – спросил я.

– Возьмусь, – пожала воскресительница плечами, – дети же! С тебя мана, с меня работа! Как всегда, результат не гарантирован, но шансы, я думаю, неплохие.

– А-а-а-а! – ещё раз, но уже не так громко вскрикнул я, больше для того, чтобы сбросить скопившееся напряжение, и несколько раз хлопнул себя ладонями по щекам, как бы отрезвляя.

– Всё в порядке? – спросил с тревогой Топор.

– Нет! – честно признался я, – кое-что в порядке, конечно, но не всё! Ладно, нужно разобраться с этим до конца.

– И как же? – спросил Топор.

– Я сам этим займусь! – сказал я и крикнул, – Снежана, можешь подойти?

Опальная снегурочка быстро подбежала, потому что уже понимала, кто здесь главный и от кого всё зависит, в том числе и их дальнейшая судьба.

– Да, что случилось? – спросила она, – ты так кричал!

– Нервы немного сдали, – сказал я, – не обращай внимания. Есть дело!

– Я слушаю! – с готовностью сказала Снежана.

– У нас здесь есть вход в портал… – сказал я медленно, ища слова как бы это объяснить.

– Да, я поняла, не слепая! – улыбнулась Снежана, – когда люди появляются из воздуха, а потом исчезают там же, именно такое на ум и приходит.

– Хорошо, – кивнул я, – он ведёт в безопасное место, там наша база. Единственная проблема, там тоже холодно. Но есть отапливаемое помещение, где можно будет согреть детей. Твой ребёнок ведь тоже здесь?

– Да, – быстро обернулась на детей Снежана. Она так равномерно распределяла внимание между всеми, что я даже и не понял, какой именно ребёнок её.

– Сможешь оставить его здесь, со всеми остальными, потому что нам понадобится твоя помощь? – спросил я.

– Оставить? – растерялась Снежана, видимо, она была не готова расстаться со своим ребёнком, только что его вернув.

– Наши люди обязательно позаботятся обо всех, без исключения. Им ничего не будет угрожать, даже, наоборот, они теперь под защитой, – сказал я.

– Прости, я не могу! – покачала головой Снежана.

– Сколько твоему ребёнку лет? – спросил я.

– Одиннадцать, это мальчик, – сказала Снежана, снова обернувшись на детей.

– Одиннадцать это нормально, – сказал я, – уже большой, можно будет взять с собой.

Я не хотел на неё давить и заставлять оставить ребёнка здесь. Понятно было, что для неё это сейчас просто немыслимо!

– Куда взять? – слегка напряжённо спросила Снежана, – что случилось?

– Ты сможешь найти дорогу обратно, к колбам, где были дети? – спросил я.

– Думаю, что да, – ответила Снежана, – а зачем?

– Возможно, есть шанс помочь тем, кто там остался, – сказал я.

– Я одну извлекла, но пришлось её… убить, – нехотя сказала Снежана, – не думаю, что с остальным будет лучше. Будучи духами, они совсем крышей поехали, превратились в кровожадных тварей.

– О чём она? – удивлённо повернулась ко мне Амина.

– Она про взрослых, которые там ещё остались живые в колбах, – пояснил я, – их мы трогать не будем, возможно, кристалл их перевоспитает как-нибудь… ну, в общем, оставим на его усмотрение.

– Что? – вытаращила на меня глаза Снежана, и я понял, что по её мнению, я после всего пережитого начал намного бредить.

– Всё сложно, – улыбнулся я, чтобы её успокоить, – потом расскажу. Карачун не умер, он теперь просто сильно изменится. В хорошую сторону, разумеется.

– Я вообще запуталась, – сказала Снежана.

– Сейчас я тебя распутаю, – сказал я, – переходим к сути. Есть шанс спасти детей, тех, что там остались. Для этого нужно туда вернуться, ну и, наверное, безопасно извлечь их из колб, хотя возможно, что именно это уже не столь важно.

– Я забрала всех живых, все, кто там остался, они же… – с сомнением на меня глядя, проговорила Снежана.

– Подруга, не тупи! – покачала головой Амина, – ты оглянись, вспомни, в каком мире ты живёшь! Иногда то, что кажется смертью, ещё далеко не конец.

– А это нормально вообще? Они будут живыми или… ну, как… у вас же есть ходячие мертвецы, я сама видела, – осторожно сказала Снежана.

– А, ты думала, что мы из них таких же зомбаков сделаем? – усмехнулся я, – нет! Есть шанс их реально вернуть, по-настоящему.

– Алик тоже умирал, – сказала Амина, но вдруг спохватилась и повернулась ко мне, – ничего, что я об этом сказала?

– Не знаю, – пожал я плечами, – но в этом случае, наверное, нужно было. Чтобы она поняла. А так, конечно, не стоит об этом кричать на каждом углу. Я сам расскажу, кому захочу.

– Поняла, – сказала Амина и сделала жест, как будто закрывает свой рот на замок.

– По-настоящему? – пытаясь осознать услышанное, проговорила Снежана, – конечно, я только за! Кто же откажется помочь детям! А там ведь и ребёнок Снегурочки… – Снежана вдруг прижала ладонь ко рту, – ужас какой! Ты поэтому так кричал? Потому что понял?

– Да, – сказал я, – думаю, что лучше не тянуть, бери своего сына, попроси Машу, это вон та деловая девушка, найти ему обувь… да и тебе тоже, скажи, что я попросил. И подходи к нам, как будешь готова.

– Хорошо! – сказала Снежана и побежала к Маше.

– Знаю, что уже говорила, – обняла меня Амина за плечо, – но умеешь ты сделать жизнь интересной! Вот прямо не заскучаешь с тобой!

– Эй, стоит отвернуться, как тебя уже другая баба обнимает! – раздался голос Алисы.

– Я провела с ним много незабываемых дней, – сказала Амина, повернувшись к фурии, – пока ты сидела в норе. Это было великолепно, да Алик?

– Не старайся, я ведь знаю, что ты Алика не интересуешь! – усмехнулась Алиса.

– Я скучала по тебе, – сказал Амина, – сиськами будем мериться?

– Зачем? – удивилась Алиса, – и так ведь очевидно, что ты проиграешь!

– Давайте не сейчас, а? – попросил я.

– Что не сейчас? – удивилась Амина, – сиськами мериться? Я думала, что это, наоборот, всех развлечёт!

– Всё не сейчас, – сказал я устало, – тем более что у нас с тобой ещё есть дело!

– Какое? – заинтересовалась Алиса.

– Не всех детей вытащили, – сказала Амина, – нужно кое-куда сходить и забрать остальных.

– Блин, наверное, лучше сразу с собой что-нибудь тёплое взять! – спохватился я и направился к Маше, которая как раз, судя по её виду, собиралась в карман.

– Алик! – обрадовалась она, когда я подошёл, – так хочется поболтать!

– Мне тоже, – улыбнулся я, – я скучал по всем вам. Но сейчас совершенно нет времени. Слишком много дел! Нужны ещё тёплые вещи, что-то вроде одеял или спальников. Штук десять. Возможно, мы сейчас ещё детей приведём.

– Я тут сообразила, – сказала Маша, – там где-то есть пара ящиков с тапочками! Нужно их раздать. Конечно, по снегу и льду это не лучшая обувь, но лучше, чем босиком-то, да?

– Раздавать не нужно, – сказал я, – они сразу промокнут. Но детей сейчас в карман будут заводить, чтобы погрелись, лучше там их уже и обуть. Но с собой бы я взял некоторое количество.

– Хорошо, – тут же согласилась Маша, подошла к торчащей из воздуха палке и, взявшись одной рукой за неё, а второй схватив меня за куртку, шагнула в карман.

Петя был внутри и стоял возле сооружения, на котором была закреплена эта палка. Видимо, эту штуку специально придумали, чтобы можно было самостоятельно входить и выходить, главное, чтобы хозяин кармана обеспечивал физический контакт с палкой.

– Интересный лайфхак! – с уважением сказал я.

– Нравится? Это Тоха соорудил! Он вообще себе мастерскую организовал и теперь постоянно что-то выдаёт.

– Магическое? – спросил я.

– Как правило, нет, – сказал Петя, – просто полезные вещи делает, вроде этого. Про магическое лучше у него спросить. Он, наверное, и сейчас там сидит!

– Не сейчас, – сказал я, – тут других дел пока что полно. Потом со всеми наговоримся.

– Это же просто удивительно! Я до сих пор в себя прийти не могу! – не удержалась и сказала Маша, – Алик жив, вытащил нас из ледяного плена, пришёл с кучей старых и новых людей… у меня даже слов нет! Я просто счастлива!

– Надо сказать, что найти вас было нелегко, – сказал я, – и та, что мне в этом существенно помогла, хотя могла бы этого и не делать, только что погибла… извините, не могу об этом не думать, всё время мысли к этому возвращаются! Просто если бы не она, фиг бы я вас нашёл.

– Да, это ужасно! – вздохнула Маша, – и… – хотела она сказать что-то ещё, но осеклась и замолчала.

Наверное, хотела вспомнить про Риту, но вовремя остановилась, чтобы не бередить мне ещё одну рану.

Вездеход стоял недалеко от входа в карман, мертвецы стояли возле него плотными шеренгами.

Мы отправились за одеялами и тапочками.

– Ребята всё подготовили, можно заводить детей, – раздался голос Шторма, – пусть погреются.

– Хорошо, командуй там, – кивнул я ему, и мы пошли дальше.

– Все, кого мы считали погибшими, сегодня вернулись, – сказала Маша, – это просто чудо какое-то! Даже Амина! Знаешь, что она мне сказала, когда мы сегодня встретились? – хихикнула Маша.

– Что? – спросил я, потому что понимал, она всё равно расскажет.

– Что у меня попа стала ещё красивее! Ты ведь помнишь, она про это сказала тогда, перед самой смертью! И вот сейчас повторила. Помнит! – и Маша весело рассмеялась.

– Амина хорошая, я ей жизнью обязан. Это она меня спасла, – сказал я, – да и не только меня.

Мы быстро нашли всё что нужно, Маша заботливо достала для меня большую сумку, куда я всё это уложил, и мы отправились наружу. Но выйти из кармана сразу не получилось, потому что как раз в этот момент заводили детей, а дело это было небыстрое, они проходили через портал по одному, с опаской и были в шоке от такого мгновенного перемещения. Так что, пришлось немного подождать, пока всех заведут внутрь.

Снаружи меня уже ждали. Снежана с сыном, который был одет в длинное женское пальто и, очевидно, великоватые ботинки, а также Амина с Алисой, которые стояли и болтали как заправские подружки.

– Я с вами пойду, если ты не возражаешь, – сказала Алиса.

– Не возражаю, – сказал я, – с чего бы? К тому же помощь может и понадобиться.

– Я бы тоже пошёл, – сказал Топор, – мало ли что?

Я запустил руку себе в волосы и слегка их взъерошил.

– Чего-то я совсем туплю, – с тяжёлым вздохом сказал я, – башка плохо соображает. На самом деле нам нужно просто взять с собой Петю, и всё. Получится, что и все остальные будут с нами. И не придётся детей тащить по холоду через кучу внутренних коридоров. Да и сумку на себе не таскать!

А сумка получилась довольно объёмная и тяжёлая, надо сказать.

Я взялся за палку и снова шагнул в карман. Через минуту уже вернулся с Петей.

Чтобы сильно не толпиться, мы «загнали» внутрь всех, кроме тех, кто собирался идти ногами. Остались только я, Снежана с сыном, Топор, Амина, Алиса и Петя. В принципе, мне нужны были сейчас только Снежана, чтобы показывать дорогу, и Петя, чтобы перемещать карман. Но пришлось идти таким составом. С другой стороны, так было спокойнее, мало ли что?

Мы пролезли через по-прежнему открытый сфинктер и углубились в недра Карачуна. Мне недолго пришлось идти одному, потому что почти сразу Алиса и Амина подхватили меня под руки и дальше мы шли плотной тройкой.

– Знаешь что, Алик, – сказала Амина, – мы тут с подругой обсудили сложившееся положение вещей, и раз уж ты теперь свободен, то предлагаем тебе наши кандидатуры! Можешь выбрать кого-нибудь, а можешь даже не выбирать! Мы настолько хорошо друг к другу относимся, что готовы с этим мириться!

– Ты ведь понимаешь, что для шуток ни время, ни место, ни повод сейчас неподходящие? – спросил я.

– А я и не шучу! – сказала Амина и плотнее прижалась к моей руке.

– Я же говорила, что момент неподходящий, – усмехнулась Алиса.

– Девочки, вот серьёзно, давайте не будем! – сказал я, вырывая у них руки, – я сейчас, мягко говоря, нахожусь в не очень стабильном психическом состоянии. Никому не нужно, чтобы я взорвался, всё бросил и ушёл, верно? По крайней мере, до того момента, как мы закончим здесь основные дела.