Текст книги "Часовщик 1 (СИ)"

Автор книги: Константин Вайт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

– При чём тут возраст? Да и зачем мне говорить неправду, ведь это легко проверяется? – Я был совершенно спокоен и уверен в себе. Уж с несколькими рунами я точно смогу справиться.

– Мы подготавливаем машины к гонкам, которые проходят каждое воскресенье на проспекте, – задумчиво произнёс Михаил, – руны – вещь полезная. Но ближайший мастер в Москве, и берёт он за свои услуги недёшево.

Михаил замолчал, выжидающе глядя на меня, я же внутренне усмехнулся. Хорошая манера вести дела – многозначительно молчать и ждать, когда я сам предложу свои услуги.

– А сколько такая коробка стоит? – обратился я к Стасу, похоже, с ним проще вести разговор. Парень молод и не так опытен, как старший брат. Может сболтнуть лишнее. А то я пока просто не представляю, что и сколько здесь стоит.

– Новая – рублей пятьсот, но мы обычно бэушную берём. За три сотни можно найти вполне рабочую. Тем более, наши клиенты гоняют так, что её иногда и на месяц не хватает!

– А руну нанести сколько будет стоить?

– Тут уже от мастера и количества вложенной энергии зависит, – продолжил Стас под неодобрительным взглядом брата. Тот был бы рад его прервать, но это выглядело бы очень некрасиво, – как минимум, триста рублей. Но это стандартная руна, без особых расчётов и точности.

– Так почему не возят к мастеру? Выгода же очевидна? – Простая математика показывала, что проще взять новую коробку за пятьсот рублей и поставить на неё руну, чем каждый месяц покупать бывшую в употреблении.

– Так я говорю – руна стандартная. Она постоянно морозит. Летом ещё ничего, а вот зимой жутко неудобно! Да и ставят обычно тяп-ляп. То слишком сильно морозит, то вообще мало толку!

– А что за датчик? – Михаил, похоже, тщательно обдумал мои слова. – Ты говоришь, что руну можно снабдить датчиком от перегрева?

– Конечно, ничего сложного, а польза громадная!

– Это интересно! – Михаил кивнул и прошёлся по гаражу. – Почему же другие рунологи так не делают?

– Откуда мне знать? – Я кивнул головой на артефакт, висящий под потолком. – Вот, у вас артефакт с руной воды и датчиком на повышение температуры как раз. При превышении порога включается руна и орошает всё водой.

Михаил задумчиво посмотрел на артефакт в виде круглой шайбы размером с футбольный мяч.

– Точно! – обрадовался Стас. – У нас раньше другой стоял, реагировал на дым, но после того, как он пару раз сработал от выхлопа, мы его заменили, – он посмотрел на брата, тот лишь хмуро качнул головой. Похоже, он был не в восторге от болтливости Стаса.

– Готов установить тестовую руну за пятьдесят рублей. Если вас устроит работа, следующие руны будут стоить двести, – озвучил я своё предложение.

– У тебя есть диплом об окончании магической школы, может быть, личная печать мастера? – Голос Михаила был полон иронии, но я подмечал малейшие детали и видел, что моё предложение его явно заинтересовало. Он подошёл ближе, продолжая мять в руках тряпку:

– Магические работы без лицензии запрещены. Штраф может достигать пятисот рублей!

– Да как ты можешь что-то уметь? Тебе лет-то сколько? – Стас явно был раздражён, услышав моё предложение. Такое впечатление, что его задела цена, которую я запросил. Интересно, сколько ему лично денег перепадает?

– Лет мне шестнадцать, и – да, умею. Это несложно проверить. А насчёт штрафов… могу ставить руны, которые будут держаться всего три месяца. Да и клиентам вашим, думаю, незачем знать, что их ставит совсем молодой человек. Мне слава не нужна, как и лишние проблемы.

– Двести рублей – слишком дорого. Да и риск… – Михаил склонил слегка голову на бок, ожидая моего встречного предложения. Уже хорошо, что он от принятия перешёл к торгу.

– Дешевле ста пятидесяти рублей я даже браться не буду. К тому же, думаю, в городе имеются и другие мастерские, кроме вашей, – я демонстративно развернулся, показывая, что собираюсь уходить.

– Подожди, – остановил меня Михаил, – первая руна – пятнадцать рублей. Если всё будет работать, как надо, сто пятьдесят меня устроит. Договорились? – Он протянул мне руку.

– Сто пятьдесят за каждую. Если на коробку ставить две руны, то это уже триста. Я могу не только холод поставить, но и укрепление! – напомнил я. Хотя, возможно, это не имело смысла. Если коробка не перегревается, то и укреплять её незачем. Уверен, метал из которого сделаны шестерёнки, достаточно крепок и прочен и в обычных условиях справляется со своим предназначением.

– Договорились!

Мы пожали друг другу руки.

– В воскресенье приходи часам к шести вечера. У нас будет машина, мы её проверяем перед гонками. Сколько тебе времени надо, чтобы нанести руну? Может быть, инструменты какие-нибудь?

– Тридцать минут. Инструменты не нужны, всё принесу с собой.

– Только учти, – Михаил строго посмотрел на меня, – если с машиной что-то произойдёт во время гонки по твоей вине… на этом твоя жизнь и закончится. Слишком непростые люди за рулём этих автомобилей!

– Понимаю и принимаю, – спокойно ответил я, – рад был познакомиться и прощаюсь с вами до воскресенья!

Развернувшись я покинул автомастерскую.

* * *

Михаил задумчиво смотрел вслед молодому парню. Если тот действительно сможет устанавливать руны за сто пятьдесят рублей, это здорово повысит статус его мастерской. Да и денег на этом можно будет очень хорошо заработать. То, что у начинающего рунолога лицензии нет, не такая уж и проблема. Главное – сохранить его имя в тайне. Конкуренты непременно начнут рыть землю носом, когда деньги станут утекать мимо их носа.

– Ты правда хочешь дать ему устанавливать руны? – Стас раздражённо пнул ногой деталь коробки передач. – Он же совсем мелкий! А ты такие деньги готов платить. Вдруг что не сработает или сломается во время гонки. Это большой риск. Да и вообще… – Он посмотрел обиженно на старшего брата, – мальчишка же совсем не разбирается в машинах! Он даже «Ладу Гранту» не признал. Я с шести лет ковыряюсь под капотом, а какой-то выскочка будет зарабатывать больше меня!

– Знаешь, Стас, – Михаил присел на скрипучий стул, – этот выскочка показался мне старше тебя и основательнее. Не ныл, не юлил. Вопросы задавал по делу, хорошо держался. Ему совсем не нужно разбираться в автомобилях. Главное, чтобы он разбирался в рунах.

– Это обидно! – Стас продолжал канючить.

– У каждого человека свой дар и своё призвание. Главное – найти своё место и стать хорошим специалистом в своей области. А потом уже приложатся и уважение, и деньги.

– Ты хочешь сказать, что я не нашёл своего места? Или до сих пор не стал хорошим специалистом?

– Возможно, – спокойно пожал плечами Михаил, – ты же постоянно твердишь, что работа в мастерской не для тебя. Занимаешься практически только своей машиной, – Михаил махнул рукой в сторону висевшей на подъёмнике «Лады Гранты», – если бы ты действительно работал и помогал мне с машинами клиентов, зарабатывал бы значительно больше, но тебе лишь бы покрасоваться, а вот работать – это не твоё.

– Я не хочу быть прислугой! Люди сейчас зарабатывают миллионы в интернете, а возиться с железяками – в этом нет перспективы. Здесь много денег не поднимешь.

– Тогда не завидуй другим, а ищи свой путь. Не прожигай своё время с друзьями. Двигайся, пробуй. Я же не против и всегда готов тебя поддержать. Ты же год назад хотел магазин открыть с кроссовками, почему до сих пор не открыл?

– Да ну тебя, – Стас обижено махнул рукой и, подойдя к подъёмнику, начал спускать свой автомобиль. Хотелось ещё успеть обкатать свою красавицу. Он хоть и назвал «Ладу» ведром с гайками, но это, скорее, для красного словца. Машину свою Стас любил и вложил в неё немало труда.

– Ты мне парня не спугни, – подошёл к Стасу Михаил, – если он действительно может ставить руны, это нам очень поможет. Ты же знаешь, что я до сих пор кредит не закрыл, которых брал на эту мастерскую.

– Да знаю, – Стас недовольно поморщился. Последние три года почти все деньги, что зарабатывал старший брат, уходили на кредиты. Тот, конечно, обещал, что как только кредит закроет, станет полегче, но жить-то хотелось сейчас, а не потом!

– Думаю, пусть он на твою машину поставит руну. Ты как, не против?

– На мою? – Стас удивлённо замер и посмотрел на брата взглядом, полным благодарности. – Спасибо!

– Да не за что, – Михаил хлопнул по плечу младшего брата, – всегда рад тебе помочь.

От автора: Друзья! Не забудьте поставить до лайк и добавить книгу в библиотеку. Спасибо!

Глава 7

Глава 7

В интернат я пришёл голодный, но довольный проведённым вечером. Столовая была уже закрыта, но кухарка, которая убиралась, сжалилась надо мной. Вынесла стакан компота и несколько котлет с тарелкой нарезанного хлеба. Наскоро перекусив и поблагодарив сердобольную женщину, я отправился в свою комнату.

– Наконец-то ты пришёл! – встретил меня Савва и, тут же схватив телефон, начал строчить сообщение. – Ты не ложись, сейчас Лена забежит!

Не прошло и пяти минут, как к нам в комнату вбежала запыхавшаяся Лена. Глаза у неё горели, щеки раскраснелись. Растрёпанный вид её совершенно не смущал.

– У меня получилось! – заявила Лена, только переступив порог нашей комнаты. – Смотри! – Девушка требовательно протянула руку Савве, и тот подал ей лист бумаги и карандаш.

Положив лист на тумбочку, Лена уверенно начертила руну «холод» и влила в неё энергию. Руна исчезла, и на её месте сразу появился приличный слой льда.

– Молодец, – сказал я, глядя на слегка пошатывающуюся девушку. Налицо все признаки магического истощения. Но это ей идёт только на пользу.

– У меня тоже… почти получается, – скромно сообщил Савва, – вроде руну правильно рисую, но вот подать энергию толком не могу.

– Ладно, – я поставил стул посреди комнаты, усадив Лену на свою кровать. Так мне было удобнее наблюдать за обоими учениками сразу, – продолжайте тренировать руну. Спешить вам некуда.

– Хорошо! – закивала Лена.

– Что вы знаете об объёме источника, и какой он у вас? – Этот момент я вскользь изучил в интернете, но хотелось получить ответ от ребят.

– Измеряется в единицах, – начал Савва с важным видом, – минимальный размер – двадцать единиц. В магических школах есть специальные артефакты, которые могут измерить размер источника. Но и маги как-то тоже умеют это делать.

– Точно! – встрепенулась Лена. – Что-то типа эхолокации! – Я поморщился от незнакомого слова. В памяти всплыло: «отражение волн от стен». Вроде так, но понимания у меня не имелось.

– Для тренировки попробуйте сами измерить свой источник. Найти его, прочувствовать глубину и научится отделять одну единицу магии.

– А как её отделять?

– Ты, судя по всему, совсем не умеешь работать с источником, – я с укором посмотрел на паренька.

– Ага, он тужится, как будто в туалете сидит! – поддела мгновенно покрасневшего Савву девушка.

– Неправда! – Он опустил взгляд в пол. – У меня просто не получается из него ничего забрать. Я… – Парень покрутил рукой, подбирая слова, – как будто тюбик выдавливаю.

– Молодец, – я хлопнул Савву по плечу, – хорошее сравнение подобрал. На самом деле, у каждого свой способ доставать энергию из источника. Кто-то просто берёт, как пипеткой, кто-то зачерпывает ложкой, кто-то выдавливает. Это всё не так уж важно, со временем будет гораздо легче. Для начала просто научитесь брать минимум энергии.

– Вроде бы единица так и появилась – это минимальная капля, которую можно извлечь. Если брать меньше, энергия рассеется. И она стандартна для всех магов! – Савва в очередной раз показал, что не зря просиживает столько времени за учебниками.

– Так и есть, но случаются и исключения. Всё зависит от уровня контроля и умения оперировать магией. Ваша единица, она, скорее, для начинающих магов. Когда вы станете опытными, сможете забирать и меньше. Правда, в этом особо и смысла нет. Я при вас вливал в руну примерно четверть капли энергии.

– Разве это возможно? – Савва переглянулся с Леной.

– Почему нет? Если имеешь хороший контроль, то даже такую мелочь сможешь использовать, – с улыбкой наблюдая за учениками, ответил я.

Для меня действительно это было просто. Тут не только контроль, но и воля играли важную роль. Что с одним, что с другим у меня проблем не было. Но, как я и говорил, использовать такое маленькое количество энергии обычно не нужно. Это умение требуется только для артефакторов или зельеваров. Да и то – те же зелья варят обычно в большом объёме, а после разливают по маленьким флаконам.

– А как увидеть свой источник? – Лена слегка прикрыла глаза, пытаясь ощутить его. – Как он должен выглядеть?

– Неважно, как. Вы его видеть не можете. Он глубоко внутри вас. Но вы можете его ощущать и визуализировать. Для начала возьмите в руку горсть монеток или камешков. Привыкните к этому ощущению, к их объёму и весу. И уберите один из них. Если вы научились ощущать эту горсть достаточно хорошо, то сразу заметите изменения. Так что вот вам первое и очень важное упражнение.

– Нам набрать камешков? – Лена недоверчиво посмотрела на меня. – Я думала, можно сразу пытаться увидеть свой источник.

– Можно, – пожал я плечами, – но проще начать с камешков или монеток. Поверь, так будет легче.

– А что с объёмом? Как нам его увидеть?

– Головой подумать! Если ты убрал один камешек из горсти, ты можешь сказать, насколько горсть стала легче, и сколько там ещё осталось?

– Наверно, – Савва озадаченно уставился на меня, – да… я точно смогу!

– Ну вот и хорошо! – Я хлопнул в ладоши. – У вас есть занятие дня на три. До понедельника постарайтесь управиться.

– Во дворе дорожки посыпаны щебнем! – Савва посмотрел на Лену, она в ответ кивнула.

– Оставь мне планшет! – попросил я у Саввы, когда он одевал куртку.

Оставшись один в комнате, я углубился в интернет в поисках места для медитации. Мне срочно надо было решать вопрос с моим источником. За сутки он восстанавливался почти на девяносто процентов, но всё это уходило на астральные руны. При медитации скорость увеличивалась в два-три раза. А если проводить медитацию в магически насыщенном месте, то и в пять!

Через час копания в интернете я задумчиво отложил планшет. Как интересно! В этом мире очень много магически насыщенных мест. Находятся они обычно в лесах, и одно совсем недалеко от Подольска.

Места эти считаются опасными и при этом прибыльными. Опасность исходит от зверей, усиленных магией, а прибыль получают от сбора растений, на которые повлияло большое количество энергии.

Правда, многие писали, что подобные леса не сильно опаснее тайги. Там животные и пострашнее водятся. От медведей и секачей до стай голодных волков и диких рысей. Так что подмосковные леса считаются одними из самых безопасных территорий, насыщенных магией. Правда, отыскать редкие растения в ближайших лесах сложно – слишком много любителей заработать их посещает.

Вообще, обычные люди глубоко в подобный лес зайти не могут. Если у тебя нет магического источника, или он слаб, высокий магический фон не позволит далеко продвинуться. Всё начинается с лёгкого головокружения, а заканчивается потерей сознания и даже смертью. На магов тоже действует высокий магический фон, но не так сильно, как на простых людей.

Решил, что стоит пообщаться на эту тему с Саввой и Леной. Им тоже не помешает посетить подобное место и провести пару часов в медитации. Пока они для меня – хорошие кандидаты, которых я бы взял под своё крыло. Так что, чем сильнее они станут, тем и мне лучше.

Утром, после завтрака, я снова сидел в кабинете директора интерната. На этот раз Соломон Данилович был весьма благодушен. Он с доброй улыбкой разглядывал мои работы:

– Должен признаться, не ожидал от тебя подобных результатов! – Директор положил бумаги на стол и прошёлся по кабинету.

– Это звучит несколько странно, – я откинулся на спинку стула, не сводя с директора взгляда, – вы меня совсем не знаете, чтобы чего-то ожидать.

– Зато я знаю людей, которые попадают в интернат, да и возраст, – он развёл руками, как бы говоря, что это всё объясняет, – пятнадцать-шестнадцать лет. В этом возрасте хороших учеников – раз-два и обчёлся. Тем более, у нас зачастую люди из неблагополучных семей или потерявшие разом родителей и не имеющие родственников, – поймав мой недовольный взгляд, Соломон Данилович снова развёл руками и покачал головой, – ничего против тебя не имею, руководствуюсь просто статистикой и очень рад, что ошибался!

– Так что там с результатами?

– Они отличные! Думаю, официальный тест ты напишешь так же. К моему удивлению, ты решил некоторые задачи за первый курс университета. Наш математик любит подсовывать сложные упражнения в тест. Так что постараемся оформить тебе красный диплом! – закончил он с таким видом будто делает мне одолжение, а я непременно теперь должен начать благодарить.

– Хорошо, – я спокойно кивнул в ответ, явно расстроив директора своим поведением, – и зачем мне красный диплом?

– Ну как же! – Тот всплеснул руками. – Ты можешь выбрать любой университет! Поступить без экзаменов на бюджетный курс. При этом у тебя ещё и льгота будет, как у сироты.

– Мне не нужен любой университет, – покачал я головой, – меня ждёт школа магии.

– Точно! – Соломон Данилович радостно улыбнулся. – Так и тут большая польза будет. Скидка пятьдесят процентов на первый курс.

– А на второй?

– Если будешь всё на «отлично» сдавать, то и на второй.

– Это хорошие новости, – улыбнулся я директору. Он явно переживал за меня и искренне радовался. Участливый дядька, что тут сказать. Наверняка, конечно, прокручивает какие-нибудь свои дела и имеет лишнюю копеечку на этой должности, но о детях и интернате заботится. Это мне в нём импонировало.

– У нас с понедельника начинается свободное посещение – две недели на подготовку к тестам. Расписание будет висеть в холле первого этажа. Выбирай сам, что тебе интересно. Я бы советовал хотя бы по разу сходить на занятия, чтобы понять, какие вопросы будут, и как проходит сам тест. Обязательные предметы – русский язык, математика, история и французский. Дополнительные выбираешь сам, но я бы посоветовал физику или химию. Ты показал весьма достойные результаты.

– Подумаю, – вот ведь ещё проблема. Савва меня просветил, что сдавать придётся пять предметов. Четыре обязательных и ещё один на выбор. Можно даже шесть, как Савва. Хотя ему было легче: он чётко знал, на какую специальность собирается.

– Сейчас иди, найди Никодима. Сдашь ему зачёт по труду и физкультуре, – Соломон Данилович взял в руки телефон и начал строчить сообщение, – он тебя будет ждать в классе труда на первом этаже.

– Благодарю, – я поднялся и, поклонившись, покинул кабинет директора.

Отыскать класс трудовика было не сложно – соседняя дверь рядом со столовой. Так что спустя пару минут я уже стучался к Никодиму.

– Максим, – Никодим стоял у окна в накинутом поверх жилетки и рубашки синем халате, – проходи.

В кабинете приятно пахло свежеструганным деревом. К этому запаху примешивался запах краски или лака, но не яркий, а нежный, слегка сладковатый.

– Мне зачёт надо сдать, – я остановился рядом с учителем по труду.

– Ты вообще рукастый? – Тот прищурил один глаз и внимательно оглядел меня.

– Вроде да, – я уверенно кивнул.

– Смотри, есть несколько вариантов: сделать скворечник, табуретку или, вот, скалку выточить на станке. Что хочешь?

– Скалка – слишком просто и быстро, – начала перебирать я, – скворечниками, я смотрю, у нас тут все деревья увешены, а вот табуретка – вещь полезная!

– Молодец! Наш человек. Вот инструмент, материал, – он кивнул на верстак и стопку досок у стены, – у тебя два часа.

– Схема есть какая-нибудь, или самому что-то придумывать?

– Соображаешь! – В голосе трудовика появилось уважение, и он достал несколько листов ватмана. – Тут четыре схемы с размерами. Выбери, что по душе придётся. А я пока пойду! Как вернусь – проверю и сходим на площадку, оценим твою физическую форму. Надеюсь, до обеда уложимся.

– Договорились! – ответил я, с интересом разглядывая схемы табуреток.

Выбрал один из вариантов и принялся за дело.

К исходу второго часа в кабинет вернулся Никодим и с довольным лицом осмотрел результат моего труда, коим являлись целые две табуретки. Первую я сделал минут за сорок, на вторую ушло чуть меньше получаса. Ничего сложного в этом не было. Материал хорошего качества имелся, инструмент тоже. Распилить по нужным размерам, собрать, скрепить.

– Молодец. Заработал «отлично»! – заявил Никодим. – И ещё плюсик за то, что прибрался за собой и положил инструмент на место.

Я действительно смёл все опилки и разложил инструмент. Не люблю, когда в мастерской всё свалено в беспорядке и намусорено.

Спустя десять минут мы с Никодимом стояли на спортивной площадке. После того, как я подтянулся пятнадцать раз, он попросил меня слезть с турника.

– И так вижу, что ты в норме. Много ещё можешь?

– Не знаю, – я пожал плечами. Не объяснять же ему, что руки у меня усилены магией, и подтягиваться я могу долго без особой усталости.

– Давай тогда пробежку, – учитель достал из кармана телефон и, дав мне отмашку, запустил секундомер.

Бежал я в спокойном темпе. Не знаю, какие здесь нормы, но бег явно не был моей сильной стороной. Особенно, учитывая, что последние двадцать лет я вообще не мог ходить. Но, тем не менее, в детстве у меня были хорошие инструкторы, которые внимательно следили за моим правильным физическим развитием, так что бег меня не пугал, хоть и не доставлял никакого удовольствия.

– Хватит! – Никодим махнул рукой, когда я начал уставать. – Хорошая техника, скорость, конечно, невысокая, ты, скорее, стаер, чем спринтер. Для зачёта вполне достаточно.

Я остановился рядом с ним, приводя дыхание в норму.

– Ты, вообще, куда собираешься поступать?

– В школу магии.

– Я так и понял, – кивнул своим мыслям Никодим и сразу пояснил:

– Ты явно из благородных. Твоя манера речи, умения… Идём со мной, – он словно принял решение и уверенным шагом направился к зданию интернета.

Мы зашли внутрь и прошли в небольшой спортивный зал. Вдоль стен были разложены маты, оставляя немного открытого пола. Крашеные доски под ногами скрипели, когда Никодим подошёл к двери и, открыв её ключом, скрылся в подсобном помещении. Вскоре он вышел, держа в руках шпаги с затупленными концами.

– Я как бывший военный имею право принимать зачёт по бою на шпагах, – с гордостью в голосе произнёс он, протягивая мне одну.

Я взвесил оружие в руке. Хоть шпага была явно учебной – слишком тяжёлой, из не очень качественного металла, – развесовка у неё оказалась вполне на уровне.

Покрутив шпагу в руке, привыкая к весу, я занял привычную стойку. Как же давно я не стоял в ней! На глаза навернулись слёзы.

– Давай, покажи, что ты умеешь! – Никодим встал в стойку напротив меня. – Атакую! – Он сделал медленный подшаг вперёд, шпага в его руке резко прыгнула, целясь мне в плечо. Я совершенно спокойно парировал выпад.

Все движения Никодима читались, как открытая книга. Мне достаточно было следить краем глаза за его ногами, и я уже понимал, как он будет действовать. Наш поединок был похож на избиение младенца. От любого выпада или финта Никодима я уходил играючи, а вот он моим выпадам не мог ничего противопоставить.

– Обидно, – Никодим вытер со лба выступивший пот и отобрал у меня шпагу, – я пять лет обучался шпажному бою на службе, а ты меня тут носом возишь, даже не вспотев!

Он закрыл подсобку и подошёл ко мне.

– Поставлю «отлично».

– Благодарю, – кивнул я. Оценка меня совершенно не интересовала, но было приятно взять в руки шпагу и вспомнить былое. В пятнадцать лет я очень хорошо фехтовал. Учитель хвалил меня и обещал большое будущее. Но жизнь внесла свои коррективы.

– Если твои родители не объявятся, я бы рекомендовал тебе съездить в геральдическую палату и сдать тест на родство. Они возьмут у тебя кровь, отпечаток ауры и определят, к какому роду ты принадлежишь. Лично у меня нет никаких сомнений, что за твоей спиной стоит очень знатный род, наверняка, из высшей аристократии.

Мы не спеша пошли в сторону столовой, Никодим продолжил свои размышления:

– За последние три года пало два княжеских рода. Замореновы и Лапины. Вполне возможно, что ты из них. Твою память могли просто стереть и оставить тебя в живых. Среди аристократов ещё встречаются благородные люди, которые считают, что воевать с детьми – ниже их достоинства.

– Не думаю, что я имею к ним какое-то отношение, – я покачал головой. Хотя мысль Никодим подкинул интересную – сдать тест. Вдруг в этом мире у меня и вправду есть родственники? С другой стороны, при получении дворянства тест делают автоматически, так что спешить не обязательно.

– Правда, есть опасность, что, если тебя признают наследником какого-нибудь из уничтоженных родов, их враги постараются сжить тебя со свету. Так что тебе следует хорошенько подумать!

– Благодарю вас, – я попрощался с Никодимом у дверей столовой. Тот с задумчивым видом отправился в свою мастерскую.

После обеда я вместе с Кимом снова пошёл погулять по городу. Но этот раз мы с ним помогли разгрузить машину в строительном магазине. На грузовик понадобилось целых четыре грузчика, и даже при таком количестве прошло часа четыре, пока мы выгрузили всё содержимое и перевезли с помощью ручных тележек на склад. За эту разгрузку выдали десять рублей, и я стал богаче на два рубля пятьдесят копеек.

Когда мы шли обратно в интернат, Ким разговорился:

– Мне нравится жизнь в интернате. Тут и сыт, и обут. Есть крыша над головой. Вот Леший, например, у нас остался на второй год, и я его отлично понимаю. В этот раз его уже не будут держать и с любыми оценками выпустят во взрослую жизнь. А она меня пугает, – он шмыгнул носом, но, скорее, для вида, – не хочется уходить.

– Так тебе же ещё пару лет здесь жить?

– Ну да, но это не мешает думать о будущем. Снять даже комнату – это десять-пятнадцать рублей. Плюс коммуналка – ещё рубля три. Телефон и интернет – тоже пара рублей в месяц, а поесть, а одежда! – Он возмущённо взмахнул руками.

– Зато ты будешь самостоятельным, – я не понимал этого возмущения и недовольства. Что хорошего – жить в интернате, когда впереди – взрослая интересная жизнь?

– Высшее образование мне не светит, в колледж я тоже не пойду. Помощником в магазин или на завод – вот мой путь. С зарплатой в шестьдесят рублей. Можно и под сотню зарабатывать, но это, скорее всего, на вредном производстве. Никаких перспектив. Сопьюсь, как мой отец, – Ким обречённо махнул рукой, – он по пьяни попал под машину. Не заметил фуру! Ты представляешь? Раздавили в лепёшку.

– Соболезную.

– Да чего там, я от него ничего хорошего и не видел. Мать у меня осталась, но где она, никто не знает. Родила лет пять назад мне сестрёнку, но не от отца, и свалила с ней в закат. Меня бросила! Новый муж не хотел чужих детей. Уехали куда-то. Когда отец погиб, не смогли с ней связаться. Так и отправили меня в интернат.

– Ну… – Я растерянно замолчал, не зная, что на это сказать, – найдёшь её ещё. Мало ли, как там сложилось. Может, не было у неё других вариантов, – но в моей голове не укладывалось, как можно бросить собственного сына.

– От папаши никакого наследства не перепало. Даже комнаты нет. Так что в интернете мне хорошо, но вот как жить дальше?

Меня удивляло взрослое отношение Кима к жизни. Вроде бы я значительно старше, но особо не строю никаких планов и не задумываюсь о подобных серьёзных вещах. Тут, скорее всего, сказывается моя уверенность в себе. Нет у меня ни капли сомнений, что я не пропаду и даже дворянство раздобуду в ближайший год. Для сильного мага это не такая уж и сложность.

И с деньгами особых проблем не вижу, опять-таки – спасибо магии. Окажись я на месте Кима, даже не знаю, что бы делал. Без магии тяжело. Хотя мой опыт говорил, что, будь я на месте Кима, всё равно бы вырвался вверх. Но это опыт эмпирический, как бы оно всё оказалось на практике, даже не представляю.

Поднявшись в свою комнату, я застал Савву за учебниками.

– Ты бы сходил погулял, а то чахнешь тут целыми днями!

– Скучно там, да и учиться надо. Скоро сдача тестов. Если повезёт, наберу достаточно баллов, чтобы получить скидку на обучение. Тогда точно договор с графом будет у меня в кармане!

– Ты помнишь о своём обещании?

– Конечно! Но в августе принимают в магическую школу, и надо оплачивать учёбу. Граф оплатит без клятвы, но, если я не пойду под его руку, это может плохо сказаться на моей дальнейшей карьере.

– До августа ещё почти три месяца. Я что-нибудь придумаю! – пообещал я.

Савва выдал мне планшет. Взяв тетрадь, я начал готовиться к нанесению руны на коробку передач. Не хотелось ударить лицом в грязь. Всё-таки, дело мне предстояло ответственное, можно сказать, мой первый шаг в этом мире по дороге артефакторики.

Первым делом изучил устройство самой коробки и отыскал идеальный температурный режим. Как оказалось, перегреть её было не так уж и просто, если эксплуатировать машину в обычном городском режиме, а вот при участии машины в гонках коробка действительно получала повышенные нагрузки. Но, в первую очередь, грелось сцепление, которое непосредственно прилегало к самой коробке. Таким образом, руну следовало наносить как можно ближе к сцеплению.

Идеальный режим её работы – от шестидесяти до восьмидесяти градусов. Меньше – масло слишком густое, и смазка работает хуже, что приводит к износу шестерёнок. Теперь стало ясно, что в большинстве случаев руна «холод» – не лучший вариант. Действительно, проще и дешевле покупать новую коробку, так как с руной её срок службы уменьшается. Но вот если ставить руну с датчиком!..

Я занялся вычислениями. Кому-то это может показаться скучным делом, я же любил заниматься расчётами. Надо было правильно высчитать размер самой руны, её мощность, длительность работы. Можно было бы поставить два датчика: один – если температура превысила восемьдесят пять градусов, руна включается на охлаждение, второй – если снизилась до шестидесяти, выключается. Но в этом случае очень сильно усложняется сама руна, да и потребление энергии сильно увеличивается. В итоге я высчитал оптимальную руну, максимально приближенную к тем, что принято рисовать в этом мире. Пока не хотелось раскрывать свои знания, мало ли кто увидит эту руну. Могут возникнуть вопросы, на которые мне не хотелось бы отвечать.

Когда всё было готово, я сложил свою и Саввину грязную одежду в тазик. Именно на таких условиях Савва предоставил свой планшет в моё пользование.

«Я, человек, в чьих венах течёт кровь королей, должен заниматься стиркой!» – ворчал я про себя, спуская по лестнице в подвал. Именно здесь располагалась прачечная.

Где мои служанки, которые брали на себя все бытовые заботы⁈

В подвале стояли четыре большие стиральные машинки. Одна из них мерно гудела, переваривая порцию одежды. Здесь было влажно, и пахло сыростью, при этом тепло, как будто я попал в баню, до конца не успевшую выстудиться.