Текст книги "Часовщик 1 (СИ)"

Автор книги: Константин Вайт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Глава 9

Глава 9

Утром я проснулся рано. Лёжа в кровати, перебирал новые воспоминания. Теперь мне стало понятно, почему я оказался в другом мире и откуда у меня местные знания. Постарались Серкх и его ребёнок. Мне стоило поблагодарить их за новые возможности, да и мир здесь интересный.

В прошлой жизни у меня всё равно не осталось близких людей. Последний мой друг, Ильдар, погиб. Он был сильным воином и хорошим человеком. Помню, как отец привёл его ко мне в первый раз.

– Это Ильдар, – представил он мне тридцатилетнего и явно недовольного новым назначением мужчину, – он будет твоим адъютантом и телохранителем.

– Зачем он мне? – Я сидел за столом и занимался расчётами нового артефакта. Визит отца оторвал меня от дела.

– Ты совсем зачах за своими бумагами. Это плохо сказывается на нашем роде. Люди поговаривают, что мой сын слаб и безумен!

– Какое нам дело до того, что говорят люди? – я пожал плечами.

– Мы – королевский род! На наших плечах лежит защита простого народа. Они должны видеть, что не просто так платят налоги!

– С каких пор тебя интересуют сплетни простолюдинов? – Я отодвинул тетрадь. Никогда не слышал подобных речей от своего отца. – Тебе об этом сказал дядя? – догадался я.

Мой дядя, брат отца, он же король нашего королевства Наиль Максимус никогда не любил говорить прямо. Даже недовольство Наиль выражал косвенно. Что поделать – король был больше политиком, чем воином. Сказать отцу, что люди недовольны, а сын главного защитника королевства слаб и безумен, – способ донести до отца: ещё немного, и я впаду в немилость, а возможно и вся наша ветвь пострадает. Отправят служить на окраину. Наиль знает много способов ослабить род своего брата. У нас не мало врагов, которые готовы на все лишь бы мы впали в немилость и осоводили место защитников королевства.

– Это ничего не меняет! – Взгляд отца стал суровым. Мне хорошо знаком был этот тон. Отец был упрям и тверд, как скала, которую можно бесконечно пытаться прошибить лбом. Он этого даже не заметит.

– Так чего ты хочешь от меня?

– Ты – маг немалой силы! Твоё место – на поле боя.

– Ты забыл о моём увечье, – в моем голосе звучали горечь и обида. Как он себе представляет меня на поле боя?

– Для этого теперь у тебя есть адъютант. Он поможет с перемещением и решением всех насущных проблем. Докажи делом, что род Максимус силен и не сгибается, встретившись с трудностями! – Отец резко развернулся, показывая, что разговор окончен, и широким шагом двинулся к выходу из комнаты.

– Но отец!..

– Первое задание через три дня. Половина дохода остаётся у тебя. Больше я ни серебрушки не выделю на твои бесполезные исследования. Но я даю тебе возможность заработать и больше не быть бесполезным балластом! – Произнеся это, он резко захлопнул за собой дверь.

В комнате повисла тишина. Я посмотрел на Ильдара. На лице его читалось недовольство.

– Тебя-то за что сослали? – поинтересовался я.

– За любовь, – крепко сжав губы, процедил он.

Как я позже узнал, Ильдар оказался тем ещё гулякой. И его любовь была обширной. В первую очередь он любил замужних женщин, во вторую – молодых вдов. И если со вторыми проблем особых не было, то с первой категорией их хватало. Удивительно, как он до сих пор оставался жив. Его выручало воинское умение и репутация. Мало кто отваживался вызвать его на дуэль.

Мы долго притирались друг к другу. Ильдару не нравилось ухаживать за капризным калекой, мне же сначала было стыдно просить о помощи, но, видя его реакцию, я начал нарочно издеваться над своим адъютантом. Однако совместные походы сближают. Несколько раз Ильдар спасал мне жизнь, я отвечал ему тем же. У нас появилось взаимное уважение.

Отец был прав – боевые операции помогли мне стать сильнее, закалили характер, отточили магию…

Вынырнув из воспоминаний, я поднялся с кровати и отправился умываться. Это всё было в прошлом, не стоит им жить.

После завтрака я отправился в магазин, торгующий магическими принадлежностями. Ещё вчера днём сделал в нём заказ через интернет.

Мне требовались специальная краска для нанесения рун и кисть.

Товары в этом магазине стоили недёшево. Небольшая баночка краски – от пятнадцати рублей, простая кисть из меха магически усиленной белки – минимум, рубль. К счастью, я нашёл хороший вариант, точнее, мне его подсказала Лена. Можно взять парочку пробников краски. Ёмкость небольшая, всего пятьдесят миллилитров, но для моих задач вполне достаточно. Пробники стоили пятьдесят копеек штука. Их изготавливали специально – в рекламных целях. Под руководством девушки я оформил заказ, и сейчас мне оставалось только забрать его и расплатиться.

До магазина было далеко. Мне понадобился почти час. Шёл я пешком. Мог бы воспользоваться автобусом, но пока недоверчиво относился к этому виду транспорта.

Над магазином была установлена скромная вывеска «Магические товары от Зотовъ». Тихонько звякнул колокольчик, когда я открыл дверь. В помещении магазина было светло, пахло лавандой, тихо играла музыка. Витрины были заполнены различными товарами. Хотелось всё поподробнее изучить.

– Доброе утро! – поприветствовала меня молодая девушка в строгом костюме, состоящем из тёмной юбки и приталенного пиджака. Она окинула меня взглядом, в котором читалось недоумение, – что такой, как я, мог забыть в этом магазине?

– Доброе, мне заказ забрать, – у меня полностью пропало желание изучать содержимое полок. Лучше потом в интернете посмотрю. Под пристальным взглядом продавщицы, который был полон презрения и неодобрения я даже слегка оробел. Слишком уж не привычно оказаться в такой ситуации.

Спокойно подойдя к прилавку и не обращая внимания на поджатые губы девушки, ч назвал номер заказа. Девушка порылась в компьютере и отлучившись на минуту вынесла мне маленький пакетик.

– С вас полтора рубля, – она поставила пакет на прилавок и окинула меня презрительным взглядом.

В этот момент я задумался. Ещё вчера меня бы возмутил подобный взгляд, брошенный на особу королевской крови. Да, моя одежда выглядит не лучшим образом, но это не даёт повода смотреть на меня подобным образом. Хотелось ответить как-нибудь грубо, а ещё лучше – явиться сюда через пару месяцев в шикарном костюме, чтобы девушка кусала губы и извинялась. Но эти мысли меня сейчас только рассмешили. Чем больше во мне просыпалось воспоминаний, тем спокойнее я становился. Вот и сейчас я лишь грустно улыбнулся. Если девушка судит о людях по их одежде – это её проблемы, а никак не мои.

– Что, деньги дома забыл? – иронично усмехнулась она. – Мы здесь не подаём! Полтора рубля с тебя.

– Мне хотелось бы посмотреть на заказ, – я нарочито медленно и спокойно достал из пакета кисточку и маленькую банку краски, – заказаны были два пробника и кисть. Итого – два с половиной рубля. Здесь же только одна баночка краски.

– Поэтому и полтора рубля, – девушка недовольно изогнула губы, всем своим видом показывая, что не желает продолжать эту беседу.

Один пробник – это очень мало. Я опасался, что и двух может не хватить! В Подольске было всего два магазина с магическими товарами. Второй находился в торговом центре, туда добираться крайне неудобно. Пришлось бы ехать на самую окраину города, и не факт, что мне удастся там купить пробник. А на нормальную баночку краски у меня денег не было. Я мог бы наскрести нужную сумму, но подобная покупка оставит меня совсем без денег!

– С математикой у меня всё в порядке, – я покачал головой, – цену я не оспариваю. Но заказ был на два пробника. Мне пришло подтверждение, что заказ собран и готов к выдаче, и в нём были указаны именно два пробника. Ваш магазин не в состоянии отвечать за свои слова?

– Мальчик, – голос девушки сочился ядом, – забирай, что есть, и иди отсюда по-хорошему!

– Вас, видать, плохо обучали манерам, – мой тон оставался полностью спокойным, – хамить покупателю, не выполнять обязательства. Это норма для магазинов Зотова?

– Я в праве отказать в обслуживании любому, – она гневно сверкнула глазами, – можешь идти и жаловаться, куда угодно! – Девушка убрала в пакет краску и кисточку. – Нечего делать оборванцам в престижном магазине. Пусть твой хозяин присылает нормального слугу!

Мне стало смешно. Нарвался на скандал фактически на пустом месте. Я, человек, который сражался в кровопролитных боях, перед которым склоняли колени вражеские маги, тот, в ком течёт королевская кровь… Спорю в магазине с какой-то продавщицей. Но смех смехом, а ситуацию надо выправлять. Мне нужна эта краска. Я взял на себя обязательства, которые должен выполнить.

Что делают в подобных случаях? По идее, закон на моей стороне. Мне только необходимо всё зафиксировать. Я достал из кармана телефон и начал съёмку, комментируя произошедшее вслух:

– Я нахожусь в городе Подольске, на улице Суворова. Мне отказываются выдавать заказ в магазине Зотова по надуманным причинам. Продавец прямо заявила, что не собирается обслуживать оборванца, – я поднёс камеру к зеркалу, показывая себя со стороны. Да, одет я бедно, но точно не оборванец! – Продавец чётко заявила, что ей плевать на репутацию магазинов Зотова!

– Ты рехнулся! – Щёки продавщицы пошли красными пятнами. – Выключи немедленно, или я жму на кнопку, и через три минуты заявится ГБР! – От её крика задрожали стёкла витрин.

Из подсобного помещения выскочил растрёпанный мужчина. Увидев меня и камеру, он первым делом поправил костюм и причёску.

– Что происходит? – обратился мужчина к девушке.

– Тут у нас провокатор! Собирается опорочить честь магазина, отказывается уходить, – с явной агрессией выдала она, потом вдруг опомнилась и извиняющимся тоном затараторила:

– Сейчас вызову группу быстрого реагирования, его быстро поставят на место! Всеволод Дмитриевич, не переживайте, видео удалят, он заплатит штраф, – её рука потянулась под прилавок, судя по всему, девушка собиралась нажать кнопку.

– Стоп! – неожиданно громко рявкнул мужчина. – Тебя я выслушал, теперь, молодой человек, ваша очередь! – Его взгляд был строг. Сейчас мужчина напоминал экзаменатора, но меня таким не проймёшь.

– Да уж, – дружелюбно улыбнулся я, – сходил, называется, за заказом. Думаю, у вас на камерах, – я кивнул на развешанные под потолком камеры, – всё есть, – оправдываться я не собирался.

– Меня зовут Зотов Всеволод Дмитриевич. Я владелец этого магазина.

– Максим Андер, – представился я в ответ, – зашёл получить заказ. Вчера пришло подтверждение, что он собран и ожидает меня.

– Максим Андер, – Зотов порылся в компьютере, – так и есть. Заказ собран и ожидает вас. В чём проблема?

– У меня проблем нет. Выдайте мне заказ, я его оплачу и покину ваше заведение.

– Заказ! – Он требовательно посмотрел на продавщицу, та протянула пакет.

– Итак, пробник магической краски, – произнёс Зотов, достав баночку из пакета и положив на прилавок, – есть. Кисть, шерсть белки, магически усиленная, размер два – есть. В заказе должен быть ещё один пробник краски, – он вопросительно посмотрел на девушку.

– Закончились, – та, фыркнув, пожала плечами, – пусть забирает, что есть, и проваливает!

– Я получил подтверждение, что заказ полностью собран. Ваш магазин не выполняет взятые на себя обязательства. Точность и ответственность важны даже в подобных мелочах. Я уже молчу о хамстве персонала, что, на мой взгляд, недопустимо! – сказал я, обращаясь к Зотову. – У вас не ларёк на рынке.

– Приношу свои извинения, – он слегка поклонился, – вы абсолютно правы. Агата, извинись перед покупателем, – в голосе его звучал металл.

– Прошу прощения, – поклонилась девушка, но глаза говорили, что ей лучше не попадаться на узкой дорожке. Никакими извинениями там и не пахло.

– Так что с моим заказом? – слегка кивнув в ответ, поинтересовался я.

– Пробников действительно не осталось, но я могу предложить вам в качестве компенсации банку краски большего объёма за ту же цену. Вас это устроит?

– Вполне, – кивнул я.

Всеволод Дмитриевич положил мне в пакет банку объёмом двести миллилитров.

– Ещё в подарок лично от меня кисть большего размера, это семёрка, я так понимаю – вам для написания рун? Беличья подойдёт для небольших узоров, там, где нужна точность. Эта же для более крупных штрихов. Кисть из шерсти магически усиленного волка, жёсткая и долговечная! – Он положил её в пакет.

Заплатив два с половиной рубля, я покинул магазин. В руках был пакет с заветной краской, а на лице – победная улыбка.

Я устроился в сквере на лавке неподалёку от интерната. Требовалось разобраться в себе. Несколько упражнений из аутотренинга, начальной стадии медитации, упорядочили мои мысли, и мне стало стыдно. Агата была права – я её провоцировал и вёл себя не слишком достойно. Маг моего уровня должен быть абсолютно спокойным и уравновешенным. Ситуация вышла глупой. Наверняка её можно было разрешить без скандала. Просто попросить позвать старшего и уже с ним продолжить общение, не доводя Агату до крайности. Но это я сейчас понимаю, а в момент спора будто бы поглупел. Похоже, сказывается влияние молодого тела и то, что память и цельная личность так до конца и не вернулись. Надо лучше контролировать себя.

Помнится, в пятнадцать лет я был весьма заносчивым молодым человеком. Знатное происхождение и деньги сказались на мне не лучшим образом. К обычным людям я относился с презрением. Они не были достойны моего внимания, как и большинство обычных дворян, кто был беднее или менее родовит.

Как раз в ту пору я поступил в магический университет, и вокруг меня собрался достаточно большой круг прихлебателей. Всё-таки я был сыном брата короля, а университет находился в нашем городе, где отец имел немалое влияние.

Знания давались мне легко, так что времени на гулянки оставалось достаточно. Но год подобной разнузданной жизни сказался на мне сильнее, чем я ожидал. Появилось много учеников, менее знатных, но более усердных, которые обогнали меня по многим дисциплинам. Дошло до того, что я проиграл магическую дуэль одному из таких выскочек. Но даже это не заставило меня взяться за ум.

Помогли наступившие каникулы и то, что отец заметил проблему с моим воспитанием. Он был воином до мозга костей и не мог спустить подобного своему сыну. В первый же день каникул меня отправили с отрядом на боевое задание. Там я познал все тяготы службы, когда рядом с тобой нет служанок, горячая ванна может только сниться, а вечером ты с трудом находишь силы, чтобы просто смыть грязь со своего тела в холодной воде ручья.

Три месяца службы под руководством сурового полковника, не дававшего мне спуска, – и в магический университет я вернулся совсем другим человеком. Более спокойным, собранным, готовым переносить любые бытовые трудности и с уважением относиться к простым людям.

* * *

Когда Максим Андер вышел из магазина, Всеволод Дмитриевич повернулся к девушке:

– Агата, ты о чём вообще думаешь? – Его голосом можно было заморозить воду.

– Но Всеволод! – Девушка упрямо поджала губы и с вызовом взглянула на начальника. – Я полностью права! Он отказывался забирать заказ и начал скандалить. С какой стати я вообще перед оборванцем должна извиняться? Пусть спасибо скажет, что я его вообще сразу не выгнала! У нас магазин для респектабельных клиентов.

– Агата, Агата, – Зотов устало покачал головой: как до неё достучаться? – Я взял тебя на стажировку, потому что об этом попросил твой отец. Но это не значит, что я готов терпеть подобные выходки!

– Да что такого? – Девушка сложила руки на груди. – Я с ним вежливо разговаривала, он первый начал!

– Ты сейчас ведёшь себя, как маленькая капризная девочка. «Он первый начал!» – передразнил её Всеволод. Девушка вспыхнула под его взглядом. – Неважно, как клиент одет и выглядит. Мы подтвердили заказ и должны его выдать. Или решить вопрос другим способом, но так, чтобы клиент остался доволен.

– Тоже мне клиент! – фыркнула Агата.

– Да, он клиент! – твёрдо и с нажимом произнёс Зотов. – Мир рунологов не такой уж и большой. Они часто присылают посыльных, когда им срочно требуются материалы. Ты можешь нагрубить посыльному раз, другой. Но это дойдёт до сообщества, и наш магазин вычеркнут из списка доверенных, – Всеволод опустился на стул и обвёл взглядом свой небольшой магазин, – репутация строится годами, а разрушается в один миг!

– Но он меня специально провоцировал, да ещё и камеру достал!

– Ты так и не понимаешь да? – вкрадчиво поинтересовался Всеволод. – Пусть бы он даже кричал на тебя, твоё дело – выдать заказ и улыбаться! А если есть проблемы, которые ты не можешь решить, то позвать меня. Это ты способна понять?

– Хорошо, – Агата опустила глаза, – была не права. Но вы всё равно слишком с ним любезничали!

– Твоя проблема не только в том, что ты ставишь себя выше других, но и в том, что ты совсем не разбираешься в людях. Стоило обратить внимание на то, как он держался, как говорил, насколько был спокоен! Да, у него нет на пальце дворянского кольца, и одет Максим бедно, но в нём сразу ощущается порода. Её не скроешь дешёвой одеждой. Именно это ты должна научиться считывать, а не поношенность одежды!

Глава 10

Глава 10

Пообедав в столовой интерната, я поднялся в комнату, где меня уже с явным нетерпением ждали Савва и Лена.

– Как у вас дела? – спросил я, хотя по лицам учеников всё читалось. Они были как открытая книга. Лена радостно светилась, значит, успехи есть, Савва же, наоборот, был задумчив, но не мрачен. Делаю вывод – подвижки есть, но до успехов Лены не дотягивает.

– Отлично! – открыто улыбнулась Лена. – Это упражнение с камушками мне очень сильно помогло! Я целыми днями не выпускала из рук мешочек с ними. И теперь с закрытыми глазами могу понять, сколько камешков в нём не хватает.

– Молодец, – похвалил я, – источник получилось почувствовать?

– Не совсем, – она пожала плечами, – вроде есть какое-то уплотнение. Не могу словами объяснить, но у меня получается ощущать его вес и, если беру из него энергию, понимаю, на сколько он становится легче.

– Что по объёму, прикинула?

– Да! Ровно двадцать единиц! Я, оказывается, могу брать оттуда по кусочку и не тратить. Как камешки из мешочка. Потом просто складывать обратно, – девушка вся светилась от возбуждения. Рассказывая об успехах она мерила комнату быстрыми шагами. Я мог понять её радость. Сам проходил через подобное. Первые успехи кружат голову. Кажется что вот, протяни только руку и ты познаешь магию.

– Всё правильно, – кивнул я, – в руке ты можешь удерживать четверть источника за раз. В твоём случае это пять единиц. Чем больше источник, тем больше ты можешь держать в руке, и тем сильнее твоё заклинание.

Я повернулся к Савве:

– У тебя какие проблемы?

– Никак не получается посчитать, – он недовольно поморщился, – и ещё – слишком много усилий приходится прикладывать, чтобы взять хотя бы одну единицу!

– Это особенность целительской магии. Она постоянно поддерживает тебя. Если для обычных магов энергия, скорее, чужеродный объект, который просто накапливается в источнике, то для целителей вся энергия – родная.

– И так всегда будет? – Он поднял на меня вопросительный взгляд. – За что мне это?

– Не переживай. Многие маги при достижении уровня ста единиц сталкиваются с подобной проблемой. На этом уровне тело мага пронизывают каналы, и источник начинает принимать участие в развитии тела. Многие так и застревают на этом этапе, потому что вдруг оказывается, что магия не хочет выходить за пределы организма. Так что в твоём случае лучше преодолеть этот барьер сейчас.

– Как его преодолеть? Надо мной и так все смеются, когда я пытаюсь выдавить из себя магию! – Савва скорчил обиженное лицо, казалось, ещё немного – и он заплачет.

– Помни, что ты целитель. Ты не просто выдавливаешь магию, ты делишься ею во благо! Нужно внутреннее желание помочь, оно должно быть очень сильным, и тогда источник сам поделится ею, – я подошёл почти вплотную к Савве и протянул ему руку.

– Мне очень нужна энергия, я не умираю, но твоя помощь необходима, – говорил я, глядя ему в глаза, – просто пожелай помочь мне! Представь на моём месте отца или страдающего человека. Твоё сердце полно добра, и отдать часть – это так просто!

Савва сглотнул, кивнул головой, и спустя миг его энергия потекла ко мне.

– Остановись! – сказал я, когда в мой источник перекочевало почти семь единиц. Я разжал руку, прерывая контакт. Он был не обязателен. Целитель мог передавать энергию на расстоянии до полуметра. Но при контакте потери практически нулевые.

– Получилось! – Глаза у Саввы округлились, он уставился на свою ладонь, потом на меня. Перевёл взгляд на Лену. – Я не тужился! Она просто пошла! Послушалась моего желания.

– Теперь твоя очередь, – я протянул руку Лене, – зачерпни пять единиц и поделись со мной!

Лена взяла мою ладонь и прикрыла глаза. Достаточно долго ничего не происходило, но в итоге ко мне перекочевало ровно пять единиц. Процесс был медленный, энергия перетекала по одной капле размером в единицу.

– Это было труднее, чем я думала, – Лена отошла от меня и села за стол.

– В чём возникла сложность?

– Отделить пять единиц и направить к руке было просто, а вот вытолкнуть их дальше…

– Думаю, первое, чему вас будут обучать в школе магии, это выталкивать энергию за предел своего тела. Савва пусть и тужился, но раньше уже делал подобное, его каналы на правой руке развиты и открыты, у тебя же они очень тонкие и узкие. Ты можешь влить в руну единицу, но разом передать пятёрку не сумеешь. Вот и сейчас ты мне отдавала по капле, в то время как Савва передал почти всё в два захода.

– Как нам их развивать? – Лена была не слишком рада, что по итогу Савва её обошёл. – Есть же упражнения?

– Всё очень просто. Делаете круг из своих рук. Берете левую руку в правую или правую в левую, кто как хочет, – я продемонстрировал это упражнение, с улыбкой глядя на озадаченных ребят, – и по кругу переливаете энергию из одной руки в другу. Так каналы развиваются, а магия почти не теряется.

– Здорово! – обрадовалась Лена.

– Учтите, что «почти не теряется» не значит, что вы можете делать так бесконечно. Часть энергии, покидая источник, растворяется в вашем теле, часть уходит через мелкие каналы наружу, часть укрепляет сами каналы. Так что бесконечно это упражнение вы делать не сможете. Для начала – десять кругов за раз два раза в день.

– Спасибо! – Савва поклонился. – Ты нам очень помогаешь.

– Тренируйтесь, – оборвал я его. Мне необходимо было заняться своим источником, и как можно скорее, пока в нём есть энергия, – и упражнения с мешочком камешков не забрасывайте.

Получив в ответ утвердительные кивки, я отправился на улицу, в беседку. На моё счастье, там никого не было, и я занялся своим источником.

Дело было непростым: надо было отыскать каналы, что питают астральные руны, и частично их заблокировать. Как бы перекрыть краны, но не до конца, – нельзя полностью лишать руны энергии. Они от этого деградируют. А вот устроить им небольшое «голодание» можно.

У меня ушёл почти час на установку барьеров. Энергии осталось около восьми единиц, чего было вполне достаточно. Сейчас к рунам утекала, в среднем, одна единица за два-три часа. Когда источник опустеет, барьеры тоже разрушатся.

На часах была половина шестого вечера. Зайдя в комнату, я забрал пакет с краской и кисточками и отправился в автосервис.

На площади перед автосервисом стояли три автомобиля. В одном из них были распахнуты все двери, изнутри играла громкая музыка, которая отражалась от стен окружавших площадь зданий. Рядом с машинами стояла группа молодёжи от восемнадцати до двадцати пяти лет. Пять ребят и три девушки. Все уверенные в себе, весёлые. У двоих на пальцах я заметил боярские кольца. Маленькие колечки, выставленные напоказ, говорящие о том, что передо мной дворяне. Среди этой группы был и Стас, он в этот момент как раз громко смеялся над очередной шуткой. На мой взгляд, излишне громко, как бы демонстративно.

Заметив меня, Стас сделал вид, что мы не знакомы, и резко отвернулся. Я подошёл к открытым дверям сервиса, где с хмурым лицом стоял Михаил.

– Пришёл! – констатировал он, пожимая мне руку.

– Как договаривались, к шести, – ответил я и обернулся, почувствовав копошение за спиной. Компания рассаживалась по машинам и вскоре с визгом покрышек покинула площадь.

Михаил посмотрел им вслед, махнул рукой и начал закрывать ворота.

– Участники вечерней тусы, – сообщил он мне, – Стас общается с ними и тоже будет участвовать в гонках, – Михаил кивнул на «Ладу», что снова висела на подъёмнике, – на пробу сделай его машину. Оплачу, как договаривались.

– Хорошо, – кивнул я и прошёл под автомобиль, внимательно разглядывая коробку передач над своей головой. Одно дело – изучать картинки, и совсем другое – смотреть «живьём». Я водил рукой по холодной поверхности и удивлялся, насколько всё качественно сделано. Хорошее литьё, обработка. В моём королевстве подобное было просто технически невозможно.

– Справишься? – прервал мои размышления Михаил. – Держи, – он протянул мне куртку от спецовки, – чтобы не запачкаться.

Я с благодарностью принял её и надел.

На верстак рядом положил банку краски и обе кисточки, они как раз пригодятся. Простым карандашом начал накидывать руну. Потом уже начисто обведу краской.

Михаил внимательно смотрел, как я работаю. Он не отвлекал меня, но было видно, что ему скучно и хочется задать много вопросов. Когда набросок был закончен, Михаил предложил мне чай. Я не стал отказываться.

– Будет работать? – Он кивнул головой в сторону машины. Мы сидели на диванах, поставленных друг напротив друга. Посередине расположился столик, заваленный журналами.

– Конечно. Как раз для «Гранты» и подготовил руну. Думаю, Стас сразу заметит разницу. После первой же гонки.

– Лучше бы он делом занялся, а не гонял! – махнул рукой Михаил. Похоже, для него это был больной вопрос. – Скажи, – он внимательно посмотрел мне в глаза, – вот ты же молодой и явно из благородных. Обедневших, но это же не имеет значения. У меня глаз наметан. Таких как ты видно издалека. Уверенность в каждом движении, спокойствие…, – он задумчиво уставился в свою кружку чая и замолчал.

– В чём вопрос? – Я добавил в свой голос холода. Мы с этим Михаилом практически не знакомы, а он лезет в мою личную жизнь.

– Прости, если мои слова тебя задели. Просто за брата переживаю. Вопрос вот в чём: ты же не считаешь, что делать что-то своими руками, значит, порочить свои честь и достоинство?

– Смешно, – я уставился на Михаила поверх чашки, – какое вообще значение имеет, чем ты занимаешься и к какому сословию принадлежишь? Понятно, что разгребать нужники я бы не стал, но… тут всё зависит от мотивации. Если я в военном походе, то могу самостоятельно выкопать яму, а потом и засыпать её.

– Стас мечтает стать дворянином. Он считает, что для бояр открыты все дороги. Их уважают. А быть простолюдином в современном мире – всё равно, что расписаться в слабости и бессилии. Стыдно ему болты крутить. Так что наши родители собираются ему на день рождения подарить деревню и сделать боярином.

– Боюсь, твоего брата ждёт глубокое разочарование, – сказал я, поднимаясь с дивана. Не люблю подобные разговоры. Они не несут в себе смысла и ни на что не влияют. Чтобы я ни говорил, родители, любящие своего сына, купят ему деревню.

– Ты о чём? – Михаил поднялся вслед за мной.

– Ты видел, как он общается в той компании? Он стыдится тебя, да и себя тоже. От меня вообще отвернулся. В его жизни ничего не изменится. Появится дворянское кольцо на пальце, но он останется прежним. Всегда будет кто-то более знатный или просто более богатый. И Стас будет ему завидовать, считать, что ему просто не повезло. А ведь дело в нём самом, а не в других. Надо уважать себя, верить в себя, принимать себя. Когда ты знаешь, что ты – достойный, ты и действуешь достойно. И на тебя смотрят, как на достойного. Но пока ты в себе не уверен…

Я открыл краску и начала аккуратно наносить её на руну, вливая немного магии, чтобы она моментально закреплялась. Когда руна была полностью нарисована, приложил руку и подал пять унций энергии, снабдив всё это дело пониманием и волей. Руна исчезла, впитавшись в металл коробки передач. Я не сомневался, что работать она будет так, как и задумывалось.

– Ты можешь найти небольшую шестерёнку? У меня тут появилась идея! – сказал я, отходя от автомобиля и любуясь законченным делом.

– Эта подойдёт? – Михаил порывшись в мусоре протянул мне небольшую шестерню.

– Отлично! Шестнадцать зубьев, – я покрутил в руках потрёпанную деталь, – я тут думал над тем, как сделать, чтобы ко мне не было вопросов. Насчёт руны. Если ты приваришь шестерёнку вот сюда, – я поставил карандашом точку, – точнее, маленький пруток, на которую поставишь шестерёнку, то каждое применение руны охлаждения будет её поворачивать. Когда руна используется шестнадцатый раз, шестерня активизирует руну стирания, и на машине не останется и следа от рун!

– Это можно сделать, – Михаил удивлённо посмотрел на меня, – а её можно будет немного назад провернуть, если понадобится не шестнадцать использований?

– Можно, – кивнул я, – а можно и вперёд, чтобы самостоятельно стереть руну.

– Не опасно?

– Нет, абсолютно!

– Хорошо, попробуем. С этой машиной, я уверен, проблем не будет. Вряд ли кто-то посторонний сможет осмотреть машину моего брата. Вообще, интересное решение! Правда, проблема остаётся. За своих клиентов я могу поручиться, но сторонних брать пока не получится. У тебя нет ни лицензии, ни личной печати. Я-то, может, просто штрафом отделаюсь, а вот для тебя последствия могут быть значительно хуже!

– Думай, – спокойно произнёс я. Михаил, конечно, прав, но уверен – он весьма заинтересован в моих услугах, и в его же интересах решить этот вопрос.

Михаил приварил основу, на которую разместил шестерню. Проверил её вращение – достаточно туго, то, что надо. Я пометил зубец, который стирает всё, и установил нужную руну. Как раз пригодились мелкая кисточка и остатки краски.

– Всё, готово, – я вытер руки протянутым мне полотенцем, после чего помыл кисти и сложил обратно в пакет.

– Максим, – Михаил протянул мне оговорённую сумму, – оставь мне свой номер, думаю, на неделе появится для тебя работа.

Мы обменялись телефонам.

– Подожди, – когда я собирался уходить, он остановил меня, – ты прав насчёт Стаса, но, может быть, у тебя есть какой-нибудь совет?

– Совет? Это неблагодарное дело, и мне не хотелось бы вмешиваться. Михаил, ты для меня пока никто, как и твой брат. Могу лишь сказать то, что лежит на поверхности, – Михаил хмуро слушал. Ему были неприятны мои слова, но и спорить с ними не имело смысла.

– Будь так добр.

– Оторвите его от родителей. Всё, что угодно. Университет в другом регионе с минимальной денежной поддержкой, чтобы пожил самостоятельно. Армия – ещё лучше. Вахтовая работа где-то далеко, где важна взаимовыручка. Вариантов много, и все они давно известны, – я развёл руками, – главная проблема не в нём, а в вас. Пока вы его опекаете и сдуваете каждую пылинку, ничего не изменится.