![](/files/books/160/oblozhka-knigi-i-zagoritsya-sneg-si-377247.jpg)
Текст книги "И загорится снег (СИ)"
Автор книги: Кирилл Ивлев
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)
Плетение взрыва я распутывать не стал, я просто прицепил его к своей ауре, а сам же подошел к бездыханной северянке. Ран на ней нет, кроме двух небольших на шее, в основании головы. Девушка отравлена ядом, просто так не вылечить, придется выдумывать по ходу дела. Положил на шею руку и потянулся в раны Источником, кровь девушки, совсем неохотно отозвалась.
Кровь, которая уже не спешила по ее венам, которую сердце не спешило гнать, не хотела мне подчиняться, но я был напорист, и она, наконец, сдалась. Аура девушки, она просто гаснет, остается только вокруг сердца, надо торопиться.
Темно-красная, почти черная жижа, вот во что стала превращаться ее кровь, эта жижа не хочет подчиняться магии крови, моей воле. Значит, ее нужно убрать, как можно быстрее. Стал выталкивать ее через маленькие порезы на шее, да сколько ее, понять невозможно. Если крови не будет, девушка умрет, это однозначно, ясно. Не смотря на окруживших меня тварей, сплел исцеляющее заклинание, и применил его к девушке, следом еще одно и еще. Сердце неожиданно и резко стукнуло, значит все верно. Стал выталкивать черную жижу все сильнее и сильнее, так, что даже услышал, как она ручьем потекла из ран на шее Илоны.
Еще одно исцеляющее заклинание, единственное, которое знаю, и сердце застучало, ритмично и уверенно. Девушке не хватает сил, чтобы восстановится, теперь понятно. От Источника, в самый центр мигающей ауры девушки протянул два плетения, такие же, что использовал для питания заклинаний, и стал гнать силу из Источника в ауру девушки.
И, о чудо, сердце стало двигаться еще быстрее, аура гореть ярче, а кровь стала совсем послушной, словно моя. Осмотрел ауру девушки, нашел еще пару мест, где путы ее ауры совсем потухли, бросил из Источника еще одно плетение для подпитки этих участков и стал накачивать ее, все сильнее и сильнее. И вот, наконец, из ран на шее потекла кровь, а не черная жижа, веки девушки задергались и медленно открылись.
– Эм, я знала, что ты меня спасешь… – Едва слышно прошептала она и с ужасом оглянулась вокруг, с ее красивых губ вырвался испуганный вскрик. Среди тварей послышался легкий шепот, который тут же прекратился. Девушка подняла руку и указала на вожака этих тварей и уже сильным голосом сказала: – Ангиак[1], не подходи ко мне, у тебя нет надо мной власти!
– Теперь уже да. – Спокойно ответило существо. – Давно я не встречал магов крови, а тех, кто смог излечить от моего яда, уже, наверное, тысячу лет. Признаюсь, ты меня удивил, маг.
– Мы уходим. – Коротко ответил я и осмотрелся по сторонам, стараясь предугадать, откуда на меня могут напасть. Лечение Илоны меня совсем измотало, Источник почти пустой. Девушка, когда стала приходить в себя, вытянула из него почти все, столько, что хватило бы на битву с целой армией.
– Я от своих слов не отказываюсь, ты можешь идти, вместе со спутницей. – Он указал в сторону рукой и его слуги тут же расступились. – Поднимаешься вверх, а там уже найдешь выход, как раз к тоннелю, ты уже почти возле города.
Молча, кивнул ему, меч убирать не стал, помог подняться девушке и мы побрели к выходу, как вдруг монстр в плаще сказал: – Зря ты отказалась от такого подарка, Илона, зря. Человеческий век короткий, а мы бессмертны. Если передумаешь, ты знаешь, где меня найти.
– Не передумаю! Лучше умереть, чем стать ангиаком, как ты!
– Многие готовы убить за такую возможность, многие ее ждут годами, как Родальд. А ты, маг крови, что скажешь?
– У меня и так проблем хватает. Ты так и не представился. – Ответил я, обернувшись к ангиаку.
– Я генерал Карсилайс, собственной персоной. – Ответил монстр, распахнув слегка плащ и явив моему взору небольшой длины, широкий плоский меч в золотых ножнах.
– Эмерик де Нибб. – Коротко бросил я, еще раз посмотрел на старинный меч чудовища, и пошел в сторону выхода.
Поднимались мы наверх в полной тишине, изредка оглядываясь назад, словно нас должны были преследовать, но к счастью, за нами никого не было.
Довольно скоро пещера плавно перешла в вырезанные в скале коридоры, лестницы, которые и вывели в уже знакомый резной тоннель. А там оказалось довольно просто, мы направились в ту сторону, откуда шел наиболее приятный воздух, выходом оказался такой же духовой тоннель, как и вход, а снаружи нас ждала столица этого сурового края, наполовину вырезанный в скале Грондольд.
Доски, перекрывавшие вход в подземелья были мной отодвинуты, мы оказались на узкой улочке, с низкими каменными домами и узкими окнами. И только тут я ощутил себя в безопасности, за все это время.
– Мы в бедном районе, здесь патрулей больше. – Неожиданно нарушила тишину Илона, сказав то, что я и так знал. – Как ты это сделал?
– Сделал что?
– Излечил меня от укуса ангиака, это же невозможно. – Напряжение спало, и она прижалась ко мне так, словно не видела меня целое столетие. – Прав был Агвид, ты необыкновенный.
– Что такое «ангиак»?
– Это чудовище, бессмертный монстр, что питается кровью людей, я думала это сказки, пока не увидела их сама. Ты что, никогда про таких не слышал?
– Я рос в семье священника, отец мне такие вещи не часто говорил, но он упоминал про сосущих кровь мертвецов, но назывались они иначе. – Несколько смущенно ответил я, словно оправдываясь за то, что не знал таких вот простых вещей.
Девушка поцеловала меня в губы, словно в знак примирения, а затем посмотрела в глаза и произнесла: – Ты необыкновенный, Эмерик де Нибб. И каждый раз меня удивляешь, правда. Генерал Карсилайс – это старинная страшилка, ей пугают детей в Хотрене. Говорят, он давным-давно пытался захватить наш край, но стал жутким ангиаком и теперь охотится на непослушных детей. Сказка оказалась правдой…
– Тебе нечего боятся, пока ты со мной. – Горделиво успокоил я девушку, взял ее за руку и повел в город, искать доверенного человека, у которого можно было бы спрятаться.
[1] Ангиак – дух брошенного умирать новорожденного ребенка в верованиях северных народов. Детей, которых не могли прокормить, уносили в тундру и оставляли умирать на холоде. По поверью, после смерти такой ребенок становился Ангиаком – мстительным духом, возвращающимся пить кровь своих живых родственников. По ночам он проникал в дом оставившей его семьи и сосал грудь бросившей его матери. Со временем, становясь сильнее, Ангиак приобретал способность превращаться в различных диких животных, в облике которых убивал членов своей семьи, одного за другим.
Глава 9
Грондольд, столицу Хотрена, я уже видел, но, как оказалось, с куда более приятной его стороны, а сейчас мне предстало довольно унылое зрелище. Тот самый бедный район, в котором, как и говорили, должны были жить нищие, что частично уходил в скалу, представлял собой старые, ветхие дома, значительная часть из которых буквально вырезана из камня, и от того выглядела совсем уж необычно – низкие стены, окна, похожие на бойницы в крепостных стенах, а над головой, высоко наверху, нависает огромная скала, которая, того и гляди, когда-нибудь упадет вниз и пришибет всех, кто надумал под ней селится.
Признаться, я был даже расстроен таким зрелищем, так как та часть, которую я уже видел, выглядела куда как лучше, да и кроме толпы военных патрулей, на улицах ничего бросающегося в глаза и не было. А здесь же те самые патрули выглядели естественно, а вот множество нищих, слоняющихся между домов, чем-то похожих на угловатые муравейники, вдоль всего трех улиц, упирающихся в отвесную скалу, явно бросались в глаза.
– Скажи мне, Хозяйка Севера, здесь всегда так? – Спросил я, едва поспевая за Илоной, стараясь не столкнуться ни с кем из прохожих. Девушка, как только мы вышли в город, сразу же направилась к своему доверенному человеку. Доверенным человеком был хозяин пушной лавки, что располагалась в центре Грондольда, Олав Маттсен, с которым мне пока что встречаться не доводилось.
– Все изменилось, как Мирей пришел сюда, люди стали нищать, понимаешь? У них забрали работу, закрыли шахты, скупают пушнину по низким ценам, навязали огромные налоги. Все, что ты видишь, это результат работы Империи, Эм. – Ответила, не оборачиваясь, девушка. – Кто-то, конечно, продолжил заниматься охотой, но теперь, как видишь, и этого не хватает. Мы жили и цвели, благодаря торговле с эльфами, что живут по сторону гор, на восток. А теперь, когда они нам стали врагами, сам понимаешь, ни о какой торговли и не может идти речи. Там теперь эта проклятая застава, что тянется далеко-далеко. Поэтому я и занимаюсь всем этим. Хорошо, хоть церковь сюда все еще не пришла так, как могла бы.
– Почему?
– Мы для них идолопоклонники, Эмерик, они нас ненавидят. – Коротко бросила мне девушка и резко нырнула между домов так, что я чуть не проскочил мимо. Обойдя один из домов, мы оказались возле невысокой, каменной стены. Девушка тут же пошла вдоль нее, пока не остановилась рядом с небольшим проломом.
– Это лаз в богатую часть города, стену империя построила, так легче отслеживать, кто куда ходит, и всегда можно перекрыть город. – Объяснила девушка, протискиваясь в пролом в стене. – Когда мы победим, я распоряжусь снести эту стену, разумеется.
Ничего ей отвечать на эту идею я не стал, да и не следовало, наверно. Она, если у них все получится, будет, я уверен, занята совсем другим, а не сносом дырявых стен посреди города. Сомневаюсь, что людей она будет волновать. Скорее, каждый будет пытаться урвать побольше, пока есть возможность, а ты, Илона, будешь договариваться со всеми. Хотя, это не мое дело и не будущее. Моя задача – выйти на главарей «Черной правды», да и убить фон Далхота, чья смерть выгодна тайной службе Императора. Но, сомневаюсь, что самому императору, по одной причине – он с кириомагом очень хорошо дружит, да и прикрывает его постоянно. Значит, все же выгода здесь только у господина де Фаттена, который очень хочет владеть всем пороховым оружием империи, да и кто знает, чем еще. Убивать главного мага страны никак не может быть выгодно человеку, который об этой стране беспокоится.
Глянул на идущую впереди меня Илону – очень красивая и сильная девушка, как по мне, тяжеловатый у нее из-за этого характер. Она так и не сказала, что дух у нее попросил за мое исцеление, хотя явно же попросил нечто ценное именно для него. У меня же попросил его освободить, что я и сделал, о чем, возможно, многие люди потом пожалеют.
После того, что произошло в тоннелях, где мы встретили этих кровопийц и неожиданно живого древнего генерала, я все-таки осознал, что она мне не безразлична. Не знаю, но все это как-то само произошло, ведь мог ее там оставить, но не оставил и даже, действительно, переживал за нее.
Мы резко свернули с улицы, уходя от встречи с очередным патрулем, и вышли к лавкам, народа на улице были целые толпы, не смотря на собачий холод. Как они живут в постоянном холоде, не понимаю. Девушка уверенно направилась к противоположной стороне улицы и пошла вдоль различных магазинчиков, выискивая тот самый.
Я же еще раз удостоверился, что ни одной знакомой ауры не вижу и что никто за нами не следит, последовал за ней, едва не снеся какого-то зазевавшегося господина, который что-то недовольно пробурчал мне в след.
Пушная лавка оказалась ничем не примечательным маленьким магазинчиком, со старой дощатой вывеской. Девушка по-хозяйски отворила дверь, от чего висящий колокольчик весело оповестил о нашем визите всех, кто мог его услышать. Внутри он больше напоминал какой-то обеденный зал, в дальней части комнаты, единственной тут, был широкий стол, за ним приоткрытая дверь.
– Дядя, ты где? – Неожиданно громко закричала Илона. Послышалась возня и на свет лампы из задней комнаты явился небольшого роста мужчина, лет, наверное, пятидесяти, с короткой седой бородой и совсем лысой головой.
– О, моя дорогая Или, как давно ты не заходила! – Голос мужчины был довольно живым и радостным и совсем не подходил старику. – А кто твой спутник?
– Дядя, я в беде, нам нужна помощь. – Сразу же выпалила северянка, а затем, оглянувшись на меня, произнесла то, что заставила мое сердце стучаться чуть быстрее. – Мой близкий друг, Эмерик де Нибб, он с юга.
– Проходи, чего же ты ждешь, закрывайте двери и проходите, все расскажите. – Ответил старик, озорно мне улыбнулся и направился назад в ту комнату, из которой только что вышел. Я повесил на дверь засов, а затем, идя за стариком, у Илоны тихонько спросил: – Дядя?
– Не родной, он мне очень помогал, когда я осталась без отца. – А затем, замявшись, добавила. – Он моей семье многим обязан, да и я сама его не раз выручала, сам понимаешь, торговля дело непростое, иногда случаются проблемы.
Дядя принял нас радушно, сразу же накрыл стол, выставив какие-то сладкие, интересной формы, сладости, как сказал – испек сам, кашу, что готовил утром, разлил всем горячей травяной настойки и стал слушать рассказ северянки.
Девушка рассказывала все, что с нами происходило, изредка прерываясь на то, чтобы прожевать горячую кашу, а Олав, молча, слушал и не перебивал. Я же разговором себя не утруждал, а только ел и ел, словно никогда этого не делал.
И вот, когда я наелся, Илона как раз закончила свой рассказ и стала ждать слова дяди. Тот, посмотрев на то, как я запихиваю в себя его выпечку, добродушно улыбнулся и заговорил: – Сочувствую тебе, дочка, сочувствую. Много тебе проблем выпало за последнее время, но я рад, что ты и твой спутник смогли выжить. По вашему делу скажу так, я помогу, чем смогу, но на многое рассчитывать не стоит, я уже давно ничем подобным не занимался.
– Но как выяснить, кто меня предал?
– По-хорошему, надо поймать кого-нибудь из твоих бывших соратников и допросить, думаю, твой друг легко справится с допросом. Да это еще не все, кириомаг прибыл сюда, вчера.
Услышав это, девушка тихонько ахнула, а я чуть не подавился сладким крендельком, последним, что был на столе.
– И что?
– Ничего! Он остановился в доме фон Роуланда, насколько я знаю, обсуждает свои дела с генерал-губернатором Хотрена. Никто его убить вчера и не пытался. Может, не надо тебе в это дело лезть, дорогая моя?
– Как ты не понимаешь? На совете родов было поставлено четкое условие – доказать Северу мою силу, убить архимага. Убийством фон Далхота я решу сразу множество проблем. Никак не отказаться от этого, дядя. Понимаешь, кто убьет его, тот и заслужит уважение и поддержку всего Севера, и благословление на войну с империей.
– А причем здесь «Черная правда»?
– Им нужна помощь, в будущем, когда они начнут, и сейчас надо империю отвлечь, немного, создать как можно больше проблем для Императора.
– Знаешь, мне сдается, они решили тебя исключить из цепочки, по одной простой причине – нашли того, с кем легче договорится о помощи и сотрудничестве. Я так понимаю, убивать его должен был твой друг?
Та кивнула, мельком глянув на меня, а затем ответила: – Да, это так. У них довольно много требований, пришлось спорить по каждому из них. Не все они хороши для Хотрена, дядя.
– Значит, есть люди, что считают иначе. Ну что же, вам следует отдохнуть, я постараюсь узнать, кто сейчас главный в подполье. Возможно, он и есть главный предатель. А вот что делать дальше, тут необходимо думать и думать.
Он выделил нам комнату на втором этаже своего магазинчика, хозяйскую, даже с небольшим балкончиком, шириной едва больше двух ладоней, и до середины окна забитым снегом. Комната убрана довольно скромно, жесткая кровать, пара тумб, крючки для одежды и небольшой ловец снов на стене. Что интересно, комната вроде бы и скромная, да и в магазинчике людей нет, но на окнах стекла, а это очень и очень дорого. Сдается мне, не магазин дяде Олаву доход приносит, не магазин.
Как только я коснулся подушки, сразу же заснул, общая усталость навалилась тяжким грузом, придавив меня к мягкой перине.
– Эм, вставай, Эм. – Из сна меня вырвал едва слышный шепот Илоны. Я приоткрыл глаза и увидел наклонившуюся ко мне девушку. – Они пришли за нами…
Все еще сонный, уставший, я даже не понял, о чем она говорит, осмотрелся по сторонам и увидел два красных глаза за окном, как раз на этом балкончике. Ангиак, его красные и холодные глаза, они отстраненно и холодно следили за каждым движением.
Осторожно взял меч и, прикрывая девушку, направился к окну, глаза не исчезли, на уши давить ничего не стало, перехватил оружие поудобнее, открыл окно и меня сразу же обдало ледяным ветром.
За окном, прямо на этом балкончике, сидела совсем юная, очень бледная и одетая в одну лишь сорочку девушка. Одна из той стаи, которую мы встретили накануне. Но при этом, как только окно открылась, она не набросилась на меня, а осталась сидеть, словно бы и ждала того, когда я ее замечу.
– Привет, Эмерик де Нибб. – Ее холодный голос прозвучал, как звук ледяного ветра на улице. – Меня зовут Фема, меня послал Карсилайс, поговорить с тобой. Девочка, можешь так не боятся, никто из нашей стаи тебя не тронет.
– Я и не боюсь! – Ответила северянка, но по ее голосу было понятно совсем другое. Она все-таки по-настоящему испугалась тогда.
– Что ему нужно от меня?
– Позволишь войти, а то ты мерзнешь, стоишь. – Неожиданно попросила Фема.
– Нет, давай уж так поговорим. – Ответил я, вспоминая детские страшилки. – Если бы ты могла войти, уверен, ты бы непременно вошла, я же угадал? Так что давай сразу к делу, что вашему вожаку от меня надо?
Девушка скорчила недовольное лицо, словно огорчилась тому, что я разгадал ее уловку, свесила ноги так, что они почти касались окна и заговорила: – Он отпустил тебя, отдал тебе девушку, надо отблагодарить, понимаешь?
– А если я не соглашусь?
– Рано или поздно ты выйдешь на улицу, Эмерик де Нибб, как и твоя подружка. Знаешь, почему моя стая так любит Хотрен? Единственное место, где мы можем ходить так же, как и днем. Здесь очень мало солнца, а зимой его и вовсе нет.
А она дело говорит, ведь. Насколько я слышал, эти твари не любят свет, а здесь, на севере, света всегда не много, особенно сейчас. Проклятая тварь поняла, что я был ослаблен спасением Илоны, чтобы ее проклятые сожрали. Отпустил, но не отпустил, в некотором роде интересный ход. Если они нападут все вместе, то могу и не отбиться, северянка теперь уж точно не отобьется, она их боится слишком сильно. Бессмертный враг, ожидающий, когда ты сделаешь промах, кто на такое согласится?
– Я понял, что ему надо? Говори быстрее, я замерз.
– Герцог Долиросс фон Роуланд, тебе знакомо это имя? Генерал-губернатор Хотрена, там, на площади, за соборным храмом, есть его дворец, который еще и ратуша городская. Так вот, тебе необходимо получить разрешение на вход для Карсилайса и его стаи. Власть меняется, а дворцы остаются.
Ничего себе, какие у кровопийц планы, далеко идущие. Да вот только я причем, что стоило похитить самого генерал-губернатора или кого-то из его охраны и попросить разрешение, не ясно. Замявшись, я спросил: – А причем здесь я? Неужели вы не можете сделать это сами?
– В этом-то и проблема, Эмерик де Нибб. Сам фон Роуланд обвешан оберегами, с ног до пяток, а его дворец заговорен одним из лучших шаманов Хотрена, под охраной еще и местных духов. Только он самолично может разрешить нам войти, а похитить его и заставить мы не можем, да и слишком много внимания привлечем.
– Задача не простая, но я попробую сделать, что смогу, не обещаю. Да вот только и вам придется мне помочь. – Нагло ответил на ее слова я. – Надо выяснить, какие планы у кириомага фон Далхота, что недавно прибыл в Хотрен. Карсилайс поможет мне, а я помогу ему.
– Очень дерзко, для смертного, ты себя ведешь, человек. – С плохо скрываемой ненавистью возмутилась кровопийца. – Смотри, как бы ни остался без головы.
Сказав это, ангиак ловко, словно кошка, прыгнула на крышу и растворилась в темноте. Согласились ли твари мне помочь или нет, она не ответила, да и не надо. Я не отказал им в услуге, формально ко мне сложно по этому вопросу пристать. Обернулся назад и увидел Илону, с большими, напуганными глазами.
– Они ушли, можешь расслабиться.
– Да как тут расслабишься, Эм, с такими гостями. – Девушка потянула меня в кровать, после чего, укутавшись в одеяло, прижалась ко мне. Я закрыл глаза, и уже собирался было продолжить спать, чтобы утром обдумать ночной визит, как Илона неожиданно произнесла: – Эм, после того, что случилось в тоннелях, я не знаю, мне страшно.
– Все уже закончилось, тебе нечего боятся. – Довольно сухо ответил я, не став оборачиваться к ней. – Отдыхай, завтра тяжелый день.
– Я заметила, сегодня, что иногда мне кажется, что из мира словно уходят все краски… – Робко начала она. – Все становится таким серым и пустым, кроме людей, они словно светятся. А потом так же резко все возвращается в норму. Как думаешь, я стала немного такой, как они?
Обернулся и посмотрел на девушку, ее слегка трусило, и даже в темноте было понятно, что она напугана.
– И как часто это бывало?
– Около дюжины раз, с того момента, как пришла в себя на полу той пещеры. – Она всхлипнула и заплакала. – Я что, теперь такая же как они?
Посмотрел на девушку аурным зрением, а затем прижал ее к себе, наклонившись, медленно сказал: – Теперь ты такая же, как и Агвид, как и я.
Услышав мои слова, девушка вздрогнула и отстранилась, словно ее обожгло огнем: – Ты что такое говоришь, Эмерик?
– А то, что я только сейчас, в глубине твой ауры заметил слабенький блеск Источника, как у мага. То, что ты видишь, это аурное зрение, и оно есть у каждого мага, в независимости от его дара. И у тебя тоже есть.
– Но разве это возможно?
– Невозможно, как я думал раньше. Дар либо есть, либо его нет. Если дар не открыли вовремя, человек уже никогда не станет магом, потому что открытие дара его убьет. У тебя дара не было никогда, по крайней мере, я его раньше у тебя не видел. Ну, а теперь есть, ничего страшного в этом не вижу, аурное зрение тебя не раз и не два выручит.
– А ты научишь меня пользоваться даром?
– Конечно, как все закончится, так и приступим к обучению.
– И еще вопрос, а то, что я слышу, иногда, стук чужого сердца далеко от человека, это нормально?
– Думаю, такое иногда бывает. Привыкай к новой жизни, красавица. Так, хватит говорить, теперь пора отдыхать. – Соврал девушке я, а затем поцеловал ее. Слышать биение сердца – это что-то новенькое, о таком никто никогда ничего не говорил. Хотя, ей об этом, думаю, знать необязательно. Возможно, из-за того, что с ней было, что-то внутри нее изменилось, а вот в какую сторону, там уже посмотрим.
Следующее утро не принесло ничего хорошего, как и следовало ожидать, хотя кое-что и прояснилось. Олав постарался на славу и его усилия оказались довольно полезными, старые связи он, судя по всему, не все растерял. Он собрал нас за обеденным столом, из вежливости дождался, пока мы закончим, и только потом рассказал о том, что узнал.
Удалось выяснить, что из-за преждевременной и ужасной кончины единственной наследницы Дома Зубра, командование отрядом повстанцев взял, с великой горечью, на себя лично Галорд Гладерсен, правая рука якобы покойной Илоны. А вот южанка Агни де Нибб, она, бедная, едва услышав, что ее супруг погиб, устроила истерику, да такую, какую женщины севера себе позволить не могут.
Новость о том, что Агни за меня переживала и очень расстроилась моей кончине, меня, несомненно, порадовала, хотя и доверия ей не было, от слова совсем. Сопротивление взяло небольшой перерыв, чтобы собрать силы и пока не проводило никаких существенных дел. Или, как говорят некоторые особо длинные языки, – готовило какое-то большое дело. Хотя, из всех слухов, что принес нам Олав, меня больше всего заинтересовал другой – шаман, что поддерживал повстанцев, Агвид по прозвищу «Орел», бесследно исчез, что могло наводить мысли о том, что в кончине наследницы Дома Зубра замешан именно он.
– Рассказ так же великолепен, как и ваше гостеприимство. – Выслушав все, что рассказал Олав, произнес я. – Понятное дело, что все, что мы будем делать дальше, зависит только от тебя, Илона, но я бы хотел внести предложение.
Девушка, что так же как и я внимательно слушала рассказ своего дяди, молча, кивнула, давая мне сказать.
– Вполне разумно ожидать, что после кончины мужа, жена будет в истерике, да и что повстанцы найдут себе нового командира. – Начал издалека я. – Возвращаться и наказывать исполнителей сейчас не имеет смысла, мы так ничего и не узнаем.
– Агвид? – Произнесла девушка, догадавшись, к чему я клоню.
– Агвид. Нам надо найти шамана, если он жив, и узнать у него, что случилось. В любом случае, разговор стоит все же начать с него. Он не только, ты не обижайся, самый опасный из вас, но и много знает. Если он не предатель, то мы его, может быть, спасем, а если предатель – убьем опасного и смертоносного врага.
– Я тоже об этом подумала, Эм. – Девушка повернулась к дяде, – Необходимо найти Агвида, ты не знаешь, как это можно сделать?
– Тут, моя дорогая, я ничем помочь не могу. – Старик грустно вздохнул. – Он шаман, а шамана найти невозможно, если он не захочет, их укрывают духи.
– А ты, Эмерик?
– Была бы его кровь, то нашел бы, а так, к сожалению, это невозможно. – Как только я это произнес, все сразу же задумались. Да, раз и я не могу, то как нам найти шамана так, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания от заговорщиков.
Обеденная комната, она же и кухня одновременно, у нашего хозяина пушной лавки не то, чтобы была большой, стол, кухонные шкафы, массивный камин, с котелком на вертеле, банки и склянки на полках, небольшое открытое окно. На второй полке от пола, как раз за спиной, сидящего напротив меня Олава я заметил уже знакомую мне и даже спасшую жизнь крысобелку. Мелкий лесной дух сидел возле небольшого, синего горшочка, с обмотанной тряпкой крышкой и пытался своими тонкими бледными лапами эту крышку достать. Но, учитывая, что этот горшочек был больше самой крысобелки, а крышка там воткнута плотно, у нее ничего не получалось. Каждый раз, когда попытка вынуть крышку из горлышка проваливалась, мелкий лесной дух картинно разводил свои мелкие лапки, беззвучно плевал в сторону и пытался снова. Один раз, второй раз, третий раз, все одно и то же, упрямая крышка никак не хотела поддаваться мелким лапкам, хотя, учитывая, что крысобелка – дух, может и не должна была.
Видя, что никто из сидящих за столом заговорщиков говорить не намерен, слишком уж заняты обдумываниями поиска Агвида, я встал из-за стола и, подойдя к полкам, взял горшочек в руки, от чего крысобелка понуро опустила лапы вниз.
– Ты захотел сладкого? – Спросил обернувшийся Олав, а Илона непонимающее на меня уставилась, словно я сделал что-то необычное. – Сказал бы, я бы тебе подал, зачем вставать.
– Да нет, просто горшочек понравился. – Ответил я, осмотрев его сверху и снизу, сразу же на донышке приметил незнакомую мне руну. Теперь понятно, почему дух бестелесный не может попасть внутрь этого горшка, защитная руна. Снял крышку, а затем неплотно положил ее наверх и вернул горшочек на место. Крысобелка, которая все там же сидела на полке, тут же словно туман, просочилась под крышку внутрь. А мне в голову пришла идея, как найти Агвида.
– Тайная стража следит за вами всеми, так?
– Так.
– А то, что со мной, с недавнего времени знаком сам граф Натанион де Маннет, капитан, командующий тайной стражи провинции Хотрен. – Выпалил я, вспомнив, как этот неприятный человек мне представился. – А что если спросить у него? Может быть, он что-то знает?
– Эм, ты в своем уме? Ты понимаешь, что ты предлагаешь? Напасть на тайную стражу Хотрена, вдвоем, да это самоубийство! – Илона тоже вскочила из-за стола. – Какие бы они не были, здесь, в Хотрене, они всегда отличные бойцы. А таких бойцов сколько, никто не знает, к этому еще добавь его ментального мага.
– А мы не будем нападать, а выкрадем всего одного человека, господина де Маннета, только и всего. Все равно этот хвост надо было бы отрубить, а так, сразу и спросим, может быть поможет. Господин Маттсен, вы же все знаете, не подскажите, где дом уважаемого господина де Маннета?
Старик сразу же оживился и, не давая Илоне и слова вставить, ответил: – Конечно, господин де Нибб, конечно, знаю, а как же. Все в этом городе знают, где живет человек, что может создать проблемы кому угодно. Но там десятка четыре человек охраны, если не больше.
– А мы не будем с ними сражаться, господин Маттсен, нас же всего двое. – Удивленно и довольно наигранно ответил я. – Мы просто с ним поговорим и все.
– Де Нибб, ты начинаешь забывать, что командую я! – Неожиданно выпалила Илона, словно почувствовала, что все внимание утекает от нее.
– Все, кем ты командовала, сейчас у тебя дома, дорогая. И, если мне не изменяет память, именно они оставили у тебя тот большой шрам, разве нет? Я думаю, что те договоренности, которых ты достигла с Агни, сейчас не столь уж и важны. Но опять же, хочешь командовать – командуй, только без меня. – Ответил я, еще раз мельком глянул на торчащий из невообразимо узкой щелки между крышкой и горшочком лысый хвост, покинул комнату и поднялся наверх.
В спальне, которую нам так приветливо выделил Олав, я надел свой меч, накинул на себя, рваную шубу и уже собирался было пойти и спустится вниз, как дверь снова отворилась, и вслед за мной в спальню зашла Илона.
– Что это сейчас было, де Нибб?
– Что видела, Вардсен. – Ответил я так же, как и она. – А теперь позволь пройти.
– И куда ты собрался?
– Как куда? Как куда? Домой, в столицу, вот куда. В дом горных лис, если тебе интересно. – Довольно грубым тоном произнес я, а затем обошел стоящую посреди комнаты девушку. Та, словно дикая кошка, прыгнула вперед и положила руку на дверь спальни.
– А как же контракт?
– Контакт у меня с Агнессой де Нибб, госпожа Вардсен, жаль, что вы забыли, а раз уж я мертв, то и соблюдать его не вижу смысла.
– Прости меня, Эм… – Тихо сказала Илона и посмотрела мне в глаза. – Прости, пожалуйста, я не знаю, что на меня нашло. Я просто, я просто…
– Я не претендую на твою власть, Илона, но раз уж я тебе помогаю, будь добра, иногда слушать и меня. С учетом того, что я тебе жизнь спас уже дважды. И запомни самое главное – я не твой слуга и никогда им не буду.
– Прости, пожалуйста, Эм. Я больше так не буду. – Едва слышно произнесла девушка и поцеловала меня, я же сопротивляться не стал и ответил тем же.
Иногда полезно таким гордым людям показать всю плачевность их положения, особенно когда они пытаются сесть на шею тому, кто их спасает, с завидным постоянством. Два раза – уже постоянно.
Мы спустились вниз, назад в обеденную комнату, где нашли крайне растерянного Олава, держащего перед собой пустой горшочек из под сладостей.
– Клянусь, я же видел, что ты откуда ничего не брал, а сейчас я хотел взять, а там пусто. Чудеса какие-то.