![](/files/books/160/oblozhka-knigi-i-zagoritsya-sneg-si-377247.jpg)
Текст книги "И загорится снег (СИ)"
Автор книги: Кирилл Ивлев
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)
Моя камера оказалась похожа на клетку шамана, такой же узкий коридор и одна, одинокая клетка в конце, в этот раз даже без маленького окна и без соломы на полу. Меня развязывать никто не стал, так и бросили связанного на пол, словно игрушку, причем не очень удачно, так, что голова, словно тыква, стукнулась о камни пола, и я потерял сознание.
Пришел в себя, голова болела ужасно, ощутил, что разбил ее до крови. Попытался привстать, получилось с трудом, болело все, что может болеть, руки опухли и онемели в веревках, магическая удавка все так же светилась на шее.
Пробовал потянуться к Источнику, как она тут же легонько сдавила мою шею, словно давая понять о том, что играть со мной никто не будет.
Вот так номер, я теперь в тюрьме Хотрена и меня будут использовать против де Фаттена, моего самого большого командира, а потом, скорее всего, казнят за измену. Так себе будущее меня ждет, если честно.
Оперся спиной на холодную стенку камеры, и попытался было привстать, но сил не нашлось.
Не знаю, сколько времени я так просидел, пытаясь хоть как-то ослабить веревку, иногда напевая все песни, которые вспомнил, иногда просто поскуливая, как окончательно выбился из сил и бросил все попытки, закрыл глаза. Но заснуть мне не дало то самое чувство тревоги, которое я уже ощущал, сердце забилось, мурашки побежали по коже, открыл снова глаза и сказал: – Кто здесь, это ты, Фема?
– Снова ты угадал, де Нибб. – Послышался знакомый голос, и с потолка на пол, бесшумно, опустилась знакомая фигура. Но звука открытия двери я не слышал. – Как ты здесь оказалась?
– Наверху духовое окно есть, а дальше лишь вопрос времени, де Нибб. Вижу, дела у тебя не очень, да?
– Как видишь, пришла убить меня?
– Пришла сюда, потому что могу, благодаря тебе, ну и к тебе в гости, как же я тебя просто так оставлю. – Уклончиво ответила она, а затем, словно кошка, протиснулась между прутьями решетки и оказалась внутри. Ловким движением когтистой руки она срезала веревки, и сразу же стало немного легче, я распутал их и освободил опухшие ноги. – Что у тебя на шее такое интересное?
– Заклинание, чтобы не использовал магию. – Скрывать я не стал, все равно здесь шансов не так много, в этой узкой клетке, даже моя сила и скорость мне не помогут. – Зачем пришла, не томи.
– Помочь тебе, а зачем же еще? Да и мы тут теперь часто бываем, думаю, дай помогу старому другу.
– А если без шуток?
Ангиак только отмахнулась от меня, подошла к решетке, и стала засовывать свои когти в замочную скважину: – Совсем забыла, что ты смертный, тебе не пройти меж решеток, вечно с вами проблемы, а вот!
Дверь щелкнула, и кровопийца сразу же ее отворила, махнув мне следовать за ней, увидев, что я сомневаюсь, добавила: – Руны видят только живых, здесь может быть только один человек, и это про тебя, меня не видят.
Делать нечего, пришлось поверить ей, шагнул вперед, упершись в стену рукой, ничего не произошло, руны не стали гореть ярче, значит кровопийца права. Подошли к вплотную к двери, после чего Фема повернулась ко мне, и жестом меня остановила, указав на замок.
– Я могу открыть эту дверь, но вот делать этого не буду. Заключим сделку?
– Сделку? Какую сделку? – Естественно, кровопийцы просто так помогать не будут, зря я обрадовался. – У меня ничего нет, вряд ли я в ближайшее время на прием к генерал-губернатору попаду, дать мне нечего.
– Это пока у тебя ничего нет, но потом может появиться, поэтому услуга за услугу, я помогу тебе выбраться, а ты обещаешь нам «услугу». – Она протянула свою тонкую руку мне.
– Считаю – раз…
– В чем обман?
– Считаю – два… Кстати, Илона тоже тут, в тюрьме, вас обоих повезут в столицу, ее, наверное, уважат, отрубят голову, а не просто повесят, умрет с достоинством. Считаю…
– Согласен! – Выпалил я и пожал кровопийце руку, от чего в сердце что-то кольнуло, Фема хищно улыбнулась, явив мне два своих длинных звериных клыка, а затем повернулась к двери и стала копошиться в ее замке. Через несколько мгновений и этот замок ей поддался, она схватила меня за руку и потянула за собой, по длинному коридору, вверх.
– Постой, постой. – Выкрутил руку я. – А как же Илона?
– А она тут причем?
– Ее тоже надо спасти. Иначе я никуда не пойду, ты обещала помочь мне выбраться, а без нее я никуда не пойду!
– Ах ты! – Рявкнула она, схватила меня снова за руку и пошли в противоположном от лестницы направлении, дальше по коридору, под ее злобное шипение.
В конце коридора мы свернули направо и оказались перед такой же дверью, как была у меня, кровопийца ловким движением вскрыла замок и отворила ее, явив мою взору безликий, совершенно ничем не примечательный тюремный коридор, что оканчивался такой же, как и моя, клеткой. Кровопийца отступила в сторону, давая мне посмотреть, что происходит в камере у северянки, но сама туда не пошла, помня о том, что девушка их боится.
Илона лежала на полу, не связанная, с открытыми глазами и смотрела в потолок, даже не обратила внимания на то, что дверь отворилась.
– Илона, пора выбираться. – Тихонько позвал я, стараясь особо не шуметь, да и подходить ближе мне нельзя. – Илона, ты в порядке?
– Уходи.
– Илона, не время сейчас для всего этого, нам надо идти! – Уже настойчивей позвал я. – Поднимайся, Илона.
– Уходи, предатель. – Ее голос прозвучал так холодно, как не дул ни один ветер в Хотрене, так, что я даже вздрогнул. Как не вовремя она себя жалеть начала, совсем не вовремя. Собравшись с мыслями, я заговорил: – Илона, прости, что не рассказал тебе все раньше, я просто не мог. Но я сделаю то, что обещал тебе сделать, я помогу Хотрену обрести свободу. Можешь и дальше на меня обижаться, но ты не должна забывать о своем предназначении, о словах Агвида. Ты нужна Хотрену, Илона, прошу тебя.
Девушка приподнялась на локтях и посмотрела в мою сторону, увидела Фему и немного скривила лицо. Я повернулся к кровопийце и попросил ее вывести Илону оттуда, та, с явным недовольством, согласно кивнула и пошла освобождать надежду севера на свободу из тесной клетки.
Справились куда быстрее, ангиак сразу же вскрыла замок и вернулась назад, словно боялась ее даже трогать лишний раз. Илона, стоит отдать ей должное, повела себя довольно сдержано, не стала кричать или прыгать, когда ночное чудовище оказалось так близко, дождалась, пока кровопийца покинет коридор и, опираясь на стену, так же как и я, совсем недавно, покинула свою клетку, пройдя коридор с рунами, к нам. Я подошел к ней поближе, она немного вздрогнула и посмотрела на меня, показав свои уставшие от слез глаза.
– Я тебе доверяла, Эм, как ты мог…
– Прости меня, Или, прости, я не хотел, чтобы ты об этом узнала вот так, но я от своих слов не отказываюсь, честно. Я помогу тебе убить кириомага в любом случае, даже если ты мне не веришь. – Ответил я и положил ей руки на плечи, она прижалась ко мне и поцеловала меня, а затем, едва слышно шепнула на ухо те слова, которые я раньше от девушек не слышал, те самые важные три слова, которые, наверное, хочет услышать каждый. На мгновение замявшись, я ответил ей тем же, и на душе стало сразу так легко, как не было давно уже, словно большой камень упал с плеч, словно порвались цепи, что сдавливали грудь и не давали дышать.
Фема покашляла, давая понять, что мы слегка мешаем ей нас спасать, а затем, не говоря ни слова, потянула нас наверх, не знаю, как долго мы там плутали, пока она не вывела нас на уже знакомый задний двор, к той самой двери, где я прощался с капитаном. Достала из своего легкого летнего и уже давно потерявшего цвет платья ключ, такой же, как был у де Каата, открыла дверь и вывела нас в темноту Грондольда, прочь из неожиданного и неприятного плена, в котором я, наверное, и двух дней пробыть не успел.
– Почему мы не встретили никого из тюремщиков? И куда мы идем? – Неожиданно нарушила тишину Илона, что шла последней, в нашей странной процессии, старалась держаться от ангиака подальше, и ее сложно винить в глупом страхе, учитывая, что они пытались с ней сделать совсем недавно.
– Морок. Идем к твоему дядьке, ему удалось сбежать, когда вас схватили. – Фема была очень немногословна с северянкой, явно сожалела о том, что их вожак ее отпустил, ответила так, что отсекла любые другие вопросы.
Подойдя к одному из покосившихся домов с обломанной вывеской, она трижды дернула за веревочку, но звука колокольчика я не услышал, после чего подождала пару мгновений и дернула за нее еще раз, но слабее. Через некоторое время за дверью послышалась возня, и она со скрипом отворилась, явив нам хмурое лицо Олава, открывшего дверь с мечом в руках, окинул нас взглядом: – Или, я так рад тебя видеть! Проходите скорее, вас никто не заметил? – Пригласил он внутрь, и следом закрыл дверь, оглянувшись по сторонам. Дом оказался пустым и холодным, совсем без мебели, дядя провел нас в соседнюю комнату, наклонился к полу и открыл люк, следом помог северянке спуститься вниз, в подвал, где повел нас через узкий тоннель, длинной шагов в двадцать в сторону от дома.
Мы оказались в небольшой, но очень уютной комнатке, с узкой кроватью и кривым столиком, Олав зажег лампу на стене, после чего предложил всем располагаться. Я посмотрел на ангиака, та, словно стараясь быть незамеченной, примостилась на самый край единственной кровати, Олав пригласил всех и она вошла.
– Вы в порядке? Как вам удалось бежать? Имперская гвардия рыщет по всему городу, ищет ваших сообщников и меня в том числе, мне еле удалось уйти.
– Все хорошо, дядя, небольшое предательство, но мы выкрутились. – При этом глаза девушки невольно дернулись в мою сторону, она еще не остыла и не забыла о том, что я рассказал на допросе у Зелелы фон Далхот. – Капитан де Каат сдал нас, после того, как мы сходили к Агвиду, не ожидала от него такого, нам чудом удалось выбраться.
– А кто это с вами?
– Друзья Эмерика, это сейчас не важно, она сейчас уйдет. – Северянка вздохнула, видимо осознав, какую глупость совершил ее любимый дядя, пустив кровопийцу в свой дом, затем посмотрела на меня, и я понял, что девушка совсем истощена, духовно. Повернулся к сидящей молча Феме и спросил: – Фема, дорогая, а ничего не слышно о кириомаге, может, что тюремщики говорили?
– Он собрал конвой, человек пятьдесят, не меньше, в том числе и императорских егерей, собирается куда-то. – Выпалила кровопийца и сразу же заулыбалась, увидев наши удивленные и обескураженные такой новостью лица. Илона громко выругалась, да так, что не каждый моряк сможет, Олав тихо охнул, я же взбесился, проклятый ангиак специально молчала об этом, и если не спросили бы, точно бы не сказала.
Успокоившись, взял девушку за руку, посмотрел в глаза и сказал, четко и довольно громко, чтобы и подбодрить, да и показать значимость своих слов: – Илона, к сожалению, отдохнуть у нас не получится, планы придется менять на ходу.
– Ты о чем?
– Скоро нас будет искать весь Грондольд, как думаешь, куда они пойдут в первую очередь? В Дом Зубра, твое родовое поместье, а там найдут Гладерсена и остальных повстанцев, которые точно так же ждут, когда фон Далхот соберется покинуть столицу Хотрена. И, разумеется, их всех схватят либо убьют, и ты потеряешь, возможно, хотя бы часть верных тебе людей. Останемся только мы с тобой, без кагалита, против полусотни лучших бойцов империи, самого кириомага, его дочки и, проклятые знают, кого еще, может быть даже те восточные маги.
– Ты предлагаешь идти в Дом Зубра?
– Да, прямо сейчас, пока нас не хватились в тюрьме.
Девушка закачала головой, ошарашенная моими словами, Фема радостно улыбнулась, и только Олав нашел слова: – А дальше что, ну придете вы туда, а дальше?
– Сомневаюсь, что все повстанцы предатели, придет туда, обвинит в измене, при всех.
– Ты же понимаешь, как это опасно, да?
– А что, надо ждать, пока их всех переловят и перекроют Грондольд?
Мы оба посмотрели на северянку, та, тяжело вздохнув, неожиданно для своего дядьки, согласилась с моими словами, сказав, что в моих словах есть небольшая доля правильных мыслей, да и она может бросить Гладерсену вызов, прямо там, старые традиции позволяют бросить вызов и восстановить свою честь. Выслушав ее, Олав тяжело вздохнул, подошел к крючку на стене и потянул за него, после чего прямо над кроватью открылся скрытый шкаф, который я и не заметил сразу, даже аурным зрением. Там было два меча, красивых, резных, один из них был украшен головой зубра.
– Илона, вам нужно оружие, вот два меча, это мой и твоего отца, который он мне когда-то подарил. Я храню их уже давно, но сейчас они нужнее тебе, чем мне.
Девушка вскочила и тут же взяла меч с головой зубра, ловко взвесив его в руке, а затем передала мне второй.
Оружие приято село в руку, заполняя пустоту там, и ощущение того, что ты словно голый ходишь, тут же пропало.
Уже наверху, в пустом доме, где и был вход в убежище торговца пушниной, я уже собирался было открыть дверь, как Илона подозвала к себе ангиака и о чем-то с ним стала говорить, а потом пожала Феме руку.
– Что это такое?
– Это наше дело, Эмерик. – Ответила неожиданно грубо Илона. – Я попросила ее о небольшой помощи, взамен на маленькую услугу.
– О какой помощи? Ты в своем уме?
– Есть пара вещей, которые нужно сделать, вытянуть из тюрьмы Агвида, да помочь нам сейчас, ты же так и не снял свой ошейник. – Она указала на заклинание Зелы, что так и висело на моей шее. – А значит, пока ты без магии, мы слабее и лишняя помощь нам не помешает. Не волнуйся, я знаю что делаю.
Посмотрел на ухмыляющееся лицо кровопийцы и с сожалением вздохнул, ну раз уж спасительница севера хочет иметь в друзьях таких, то это ее дело, уже ничем не могу помешать, хотя очень спорное решение.
Добрались до Дома Зубра без приключений, не считая того, что я безумно сильно замерз, ветер поднялся очень сильный, а с шубой и кафтаном было не то чтобы очень хорошо, этого просто не было, да и усталость давала о себе знать. Всю дорогу я поглядывал то на северянку, то на кровопийцу, пытаясь понять, что ночные твари могли попросить у девушки взамен на свои услуги. Вот паразитка, и не собирается от нас просто так уходить, привязалась же, не отцепиться. То, что мне они неожиданно помогают, это уже не очень хорошо, а тут еще и с Илоной связались, после всего, что между ними произошло. Потянулся было к Источнику, по привычке, как горло тут же начало сдавливать.
Илона, тем временем, подошла к резным воротам своего родового дома и два раза стукнула большим бронзовым кольцом, оповестив всех о своем возвращении.
Ждать пришлось совсем недолго, как дверь открылась и оттуда показалась знакомая голова одного из повстанцев, имени которого я не знал, увидев меня, Илону и Фему, его глаза округлились, словно он увидел призраков.
– Вардсен, ты жива? Не может быть!
– Не время радоваться, Гуннар, зови всех, кто есть в Доме Зубра, скажи, хозяйка вернулась домой! – Скомандовала она, северянин тут же развернулся и побежал в дом, мы же вошли во внутренний двор ее родовой усадьбы и стали ждать появления всех остальных.
Дверь дома отворилась, и на улицу гурьбой вывалилась целая куча народа, кого-то я знал в лицо, кого-то видел в первый раз, во главе с Гладерсеном, чье лицо было просто перекошено от злобы, а подле него сразу же приметил удивленную Агнессу. Увидев, что все повстанцы собрались вокруг нас, не давая начать предателю, девушка заговорила, громко, так чтобы услышали все: – Галорд Гладерсен, ты предал меня, пытался меня убить, а теперь командуешь моими людьми?
– Соплячка, да как ты смеешь со мной так говорить! – Рявкнул в ответ предатель, так, что мне показалось, что даже двери особняка задрожали, словно старался перекричать шепот собравшихся повстанцев, которые явно не ожидали от Илоны таких обвинений в адрес их нового лидера.
– Так и смею говорить с предателем! Ты предал меня, пытался убить, а я тебе доверяла, Галорд, верила как себе, как ты мог со мной так поступить? Деньги «Черной правды» тебя заставили?
– Ты не достойна править Хотреном, девка, и никогда не была достойна. Ты обманула наших союзников, ты не думаешь о победе! – Обвинил он ее в ответ, и часть северян радостного загудела, я посмотрел Агни в лицо, в ее глазах увидел лишь озорной блеск. Илона же достала из-за пояса меч и подняла его перед собой.
– Я, Илона Вардсен, Дочь Рода Зубра, вызываю тебя, Галорд Гладерсен на поединок чести, пусть меч рассудит нас и определит достойного!
Теперь уже все северяне радостно загудели, сразу же стали собираться вокруг нас, образовав в центре своего рода арену. Гладерсен сбросил с себя накинутую шубу и обнажил свой меч, кивнул кому-то из северян и вышел вперед.
Я и Фема сделали по два шага назад, чтобы не мешать Илоне, а предатель стал медленно надвигаться на северянку, осторожно переставляя ноги.
Шаг за шагом, все ближе и ближе, и первой начала Илона, нанеся легкий, прямой укол в область груди Гладерсена, тот ловко увернулся и попытался рассечь ей руку, но промахнулся. Движения не очень быстрые, что у нее, что у него, проверяют друг друга на прочность, оглянулся по сторонам, Агнессы нигде нет.
– Это не честно, дорогуша. – Услышал рядом голос Фемы, обернулся и увидел стоящую за мной Агни, и держащую ее за руку кровопийцу. – Со спины, ножом, совсем не честно.
Девушка попыталась вырваться из цепких и сильных рук ангиака, но та ловким движением вывернула Агнессе запястье, от чего нож тут же упал на снег.
– Ты убил моего брата, скотина! – Прошипела моя супруга. – И я убью тебя! – Она попыталась было достать свой меч, но кровопийца в мгновение оказалась у нее за спиной и прижала к себе, словно ребенка, которого мать давно не видела и, наклонившись к ее уху, сказала: – Тебе придется подождать, пока эти двое закончат, дорогуша.
Следующий бой мой, при любом раскладе, причем со своей законной супругой, да и девушкой, которая мне очень нравится.
Тем временем северяне продолжали прощупывать друг друга, нанося обманные удары раз за разом, словно и не дрались вовсе, а просто выступали где-нибудь на ярмарке. Движения точные, размеренные, словно танец, она знает, куда ударит он, он знает, куда отступит она. Теперь я понял, они тренировались вместе, от того все так, они знают, кто на что способен и не рискуют.
Еще одна обманная атака, Гладерсен ушел и едва задел бедро Илоны, от чего на снег тут же закапала кровь. Как только это случилось, его напор стал сильнее, удар быстрее, в голову, по телу, по ногам, девушка стала отступать, шаг за шагом, едва успевая защищаться.
Я не на шутку заволновался, если так продолжится, то она точно проиграет, обернулся по сторонам – толпа возбуждена, она жаждет крови, никак не вмешаться, обернулся назад, Агни в объятиях живого мертвеца, готовая растерзать меня при первой же возможности, сама Фема, спокойная как никогда.
Посмотрел ангиаку в глаза, не знаю, что именно она увидела на моем лице, но она мне подмигнула, и ее глаза тут же мигнули фиолетовым цветом, а я почувствовал, как сердце стало биться тревожнее, а по рукам пробежали мурашки. Обернулся назад, Илона уже очень близко к краю «арены», уже порезано плечо и щека, удары предателя падают один за другим, как неожиданно он оступается, словно пьяный и промахивается. Илона, увидев, что ее противник оступился, делает шаг вперед и бьет Гладерсена гардой в лицо, от чего его суровое северное лицо тут же превращается в кровавое месиво. Предатель начинает отступать, отдаляясь от Илоны: – Что ты со мной… – Попытался крикнуть он, но северянка не дала ему закончить, метким ударом рассекла горло мужчине, убив его мгновенно.
Толпа северян буквально на мгновение затихла, а затем просто взорвалась криками, люди бросились к Илоне, и тут же стали ее обнимать, хвалить, кто начал клясться в верности, кто-то просил прощения, я же повернулся к Агнессе и спросил: – Готова?
– Давно уже!
Кровопийца отпустила девушку, та сразу же обнажила свой меч и бросилась на меня в атаку, народ тут же стал отступать от нас, опасаясь попасть под горячую руку. Верхний удар, быстрый, сильный, едва ушел, попытался достать снизу, но куда там, она очень быстрая. Еще удар, сверху, словно веер, зацепила по локтю, но не сильно, попытался ответить, напоролся на ее колено, так, что дыхание сбило.
Перевел дыхание и попытался снова, супруга моя хорошо сражается, словно мастер меча, ничего не скажешь. Удар за ударом, едва уходил, попала еще раз, по другой руке, я ее даже не коснулся.
И тут она решила завершить все, прыгнула в мою сторону, но оступилась на растоптанном снегу, я проскочил под рукой, оказавшись сзади нее, и ударил ее гардой по затылку наотмашь, от чего она упала на живот, как подкошенная.
– Связать ее, отнесем ее моему дядьке! – Скомандовала наблюдавшая за нашим боем Илона, мою супругу тут же подхватили и потянули куда-то в дом. Сама же северянка подошла ко мне и обняла меня, прижав к себе, словно видела в последний раз, затем повернулась к стоявшей в стороне Феме и сказала: – Спасибо, если бы не ты, я бы проиграла.
– Будешь должна. А это нормально, что сюда палец ползет?
– Ты о чем?
Кровопийца указала куда-то в сторону, прямо возле ворот, на снегу лежал отрубленный женский палец, посмотрел на него аурным зрением и увидел крысобелку, по которой даже успел заскучать, что отчаянно тащила палец Алтаны по снегу.
– Это ко мне! – Успокоил девушек я и, прихрамывая, направился к бедному духу, крысобелка, увидев, что ее, наконец, заметили, бросила свое неблагодарное дело и хлопнула себя лапкой по голове, как бы намекая на то, что терять такие вещи мне никак нельзя. Я подошел, наклонился к пальцу, и, как только его коснулся, магический ошейник на моей шее тут же распался, а палец нервно изогнулся в руках.
Союзница в очередной раз, сама того не ведая, выручила меня, надо будет сказать ей отдельное спасибо, погладил крысобелку, спрятал палец в карман и направился внутрь особняка, под удивленными взглядами Илоны и Фемы.