![](/files/books/160/oblozhka-knigi-i-zagoritsya-sneg-si-377247.jpg)
Текст книги "И загорится снег (СИ)"
Автор книги: Кирилл Ивлев
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)
– И что думаете делать дальше? – Выслушав рассказы девушки, спросил Олав, глянув на молчавшего все это время меня. – Какие планы?
– Такие же, как у предателя Гладерсена – дождемся, когда он выйдет из-под крыла генерал-губернатора, а это рано или поздно должно случиться, пойдем следом, попробуем перехватить его убийц и сделаем все сами. – Выпалила девушка свой невероятный и совсем уж невозможный план.
– Ты же понимаешь, что это звучит, не только очень опасно, но и трудно выполнимо?
– Да, именно поэтому план такой, дорогой дядя. Гладерсен отправит по следу кириомага убийц, если тот покинет Грондольд, а по слухам, то, что он ищет, не в Грондольде. Мы направимся по следам, перехватим убийц, сделаем, что нужно, и сразу же созовем совет родов. На совете шаманы проверят мои слова, удостоверятся, что я готова вести за собой Хотрен. Они не смогли убить нас тогда, когда у них был шанс, а теперь, когда мы готовы, они точно не смогут это повторить. Эмерик могучий маг и опытный боец, я тоже не промах.
– А ты что скажешь, Эмерик? – Обратился Олав ко мне, видимо, чтобы хоть немного привести меня в чувство и вырвать из своих мыслей.
– Я думаю, что Илона права, план опасный, но иного я не вижу, мы перехватим кагалит у предателей, и попробуем все сделать сами. – Ответил я. – Единственное, что вам господин Маттсен, придется нам помочь, нас всего двое, нужно, если возможно, чтобы кто-нибудь нам сообщил, когда все предатели начнут действовать, и указал, куда именно они направились, сможете с этим помочь?
– Думаю, да, кое-какие связи у меня еще есть. – Согласился Маттсен, глянув на Илону, словно пытался понять, что между нами случилось.
– Вот и прекрасно, а теперь я вынужден вас покинуть, господа и дамы. – Ответил я. – Вы не против, если я займу на время дальнюю комнату, на первом этаже, есть пара магических вопросов, над которыми мне необходимо подумать.
Сказав это, встал из-за стола, легонько поклонился сидящим северянам и направился в сторону той самой дальней комнаты, которую господин Маттсен использовал как кладовую. В главном зале дома, там, где стоял прилавок, на стене, прямо на висящей там голове оленя, заметил сидящую между рогов крысобелку, которая, увидев меня, приветливо замахала мне тонкой лысой лапкой.
– Развлекаешься? Все самое интересное пропускаешь. – Бросил мелкому духу я и направился в кладовую.
Кладовая – небольшая дальняя комната, вопреки ожиданиям от пушной лавки, совсем пустая, с какой-то дряхлой мебелью, была вся в пыли, но, думаю, для моих дел она особо не помешает.
Закрыл за собой дверь, поставил в самом центре комнаты стул и собирался уже было приступить, как внутри что-то кольнуло, появилось то самое, уже знакомое чувство тревоги, а затем услышал легкий скрежет в небольшое окошко у потолка, закрытое наглухо деревянными ставнями. Довольно настойчивый такой скрежет, словно кто-то очень хотел оказаться внутри, подошел, приоткрыл ставни и увидел знакомое, бледное лицо той самой девушки-кровопийцы, которая приходила ко мне накануне.
– Фема, и не холодно тебе?
– А ты пусти погреться, де Нибб. – Парировала кровопийца, и ее лицо довольно скривилось от своей же шутки. – А то я, бедная, совсем замерзла, кто бы согрел.
– Думаю, в другой раз, чего тебе нужно?
– А помнишь наш прошлый разговор? Мы кое-что узнали, решили вот тебе рассказать, если тебе интересно конечно же. – Ее игривый тон уже начал откровенно раздражать, но я старался не реагировать на него. – Про того мага, фон Далхота, помнишь ты хотел узнать, что ему нужно?
– Говори.
– Он искал подходящее поле камней, де Нибб. И нашел его, недалеко от Грондольда, может быть, знаешь, местные его называют «Камни Датхара», слышал о таком?
Конечно, я о нем слышал, а как же не слышать о том месте, где тебя чуть не убили и тебе пришлось торговаться с какой-то тварью из Пограничного мира, которая была там заперта, и я ее освободил. Какой же все таки молодец, де Нибб, ты сделал камни Датхара безопасными, и теперь фон Далхот не найдет там тех вещей, которые ему точно не хотелось бы найти. Великолепно, просто великолепно. Посмотрел на мертвецки бледное лицо девушки, что просовывалось в узкое окошко, и, старясь не подать виду, спросил: – И это все? А зачем ему нужно поле камней?
– Этого мы не узнали, но мы и так сделали много, ты обязан заплатить.
– Не обязан, нет черного песка – нет выстрела, как говорится. Я прямо сказал, что именно мне нужно знать, но я человек добрый, я вам уже заплатил, и, я думаю, ты знаешь чем. И поэтому тебя и послал Карсилайс сюда, чтобы ты рассказала то, что вы знаете.
– Кто считает себя самым хитрым, умирает обычно очень нелепо, поверь мне, я видела за четыре сотни лет такое часто. – Ответила Фема, и тут в дверь постучали, я обернулся было назад, как кровопийцы и след простыл, словно ее и не было. Стук настойчиво повторился, я закрыл ставни и пошел открывать. За дверью стояла Илона, она сразу же, без приглашения, зашла внутрь и уселась на стоящий в центре комнаты стул, словно он здесь был поставлен именно для нее.
– Нам надо поговорить, Эмерик, прямо сейчас.
– О чем ты хочешь поговорить, госпожа Вардсен?
– Не начинай, Эмерик, ну почему ты так. – Она вздохнула. – Да, я знала о тебе заранее, мне предсказал Агвид, как увидела тебя, сразу поняла, что ты именно тот, о ком он мне и говорил. Я не стала тебе говорить о своем романе с капитаном, но я, правда, хотела сказать, что в тот момент была не свободна, но сейчас все кончено, честно. То, что Агни не твоя жена, на самом деле, мы догадались, но ты тоже не свободен был, так что нечего на меня обижаться, ведь сейчас мы же вместе, вдвоем, верно?
Ага, значит вот так, я тоже виноват в том, что она не сказала о своем любовнике, который и не знал о моем существовании до моего визита в тюрьму. Хотя, она-то знала о моей «жене», ведь именно в таком статусе я приехал в Хотрен. Как бы там ни было, чувство все равно было не самое приятное, но где-то в голове я понимал, что она возможно и права, но поделать ничего с собой не мог. Хотел было ответить, что ей не следовало так поступать, да и не правильно это не только по отношению ко мне, но и к капитану, но передумал. Я, конечно, тоже хорош, но Агнесса – это моя работа и никак иначе, а вот здесь мне кажется, есть и что-то другое, более личное.
Хотя не время обижаться, словно ребенок, сейчас и так слишком много дел необходимо сделать, я подошел поближе и взял сидящую девушку за руку: – Я не в обиде, все хорошо, просто был чуть-чуть огорчен, только и всего. Важно сейчас другое – ко мне приходила наша ночная подруга, рассказала, что они узнали о фон Далхоте.
– И что же это? Почему сразу не сказал?
– Да еще не успел, не ругайся. Кириомаг искал поле камней и нашел его, то самое, где мы с тобой побывали, и скоро собирается туда, зачем, пока неизвестно, но он поедет туда. Значит, нам стоит готовиться к дороге, поговори со своим дядей, мне тоже нужно пороховое оружие.
– Отличная новость, мы сможем продумать план получше, какая удача. – Она вскочила со стула и радостно меня обняла. – Я пойду, расскажу дяде обо всем, что ты узнал, а ты, как закончишь со своей магией, поднимайся ко мне наверх, я буду тебя ждать.
Девушка меня поцеловала и покинула кладовую, оставив меня одного. Честно признаюсь, я обрадовался тому, что наконец-то один, смогу заняться тем, что давно надо было сделать, как только познакомился с Агвидом – поговорить с Агдатор.
Уселся на стул, закрыл глаза и стал вытягивать из Источника нити необходимого мне цвета, пытаясь придать им ту форму, которую мне показал сегодня шаман. Плестись нити нового для меня цвета в этот узор совсем не хотели, не давались просто так, пришлось прямо потрудиться, не знаю, сколько времени на это ушло. Конечно, опасно плести заклинание, действие которого ты не видел, да узоры которого тебе совсем не знакомы. Ни одного контрольного или защитного контура, но контура захвата, ничего из того, что я знал или видел раньше, в заклинании не было, то есть даже если бы я его увидел, то разобрать сам и не смог.
Как только я его сплел, потянул в свою ауру, к самому Источнику и стал накачивать его силой, закрыв глаза. Теперь надо подумать о том, кого я хочу увидеть.
Алтана Бенезет Агдатор.
Алтана Бенезет Агдатор.
И неожиданно голова закружилась, стул подо мной исчез, а глаза, словно сами собой, открылись. Я оказался в уже знакомой мне комнате, там, в Пограничном мире, рядом, все на том же плетеном стуле сидела Агдатор, ее красивые длинные волосы был распущены, из одежды на ней была только белая, тонкая сорочка, а ее невероятные зеленые глаза были закрыты.
– Алтана? – Негромко позвал я девушку, она вздрогнула и открыла свои чарующие глаза и, увидев меня, вскочила со стула и подбежал ко мне, обняла, словно родного и близкого человека.
– Эм, ты тут, я и не надеялась, что у тебя получится, пыталась тебе помочь, думала, сорвалось, а нет, ты тут. – Отпустив меня, добавила. – Ты становишься очень могучим магом, хоть и с моей помощью, но у тебя получилось с первого раза, это невероятный успех для мага твоего возраста и опыта.
– Спасибо, я…
– Соскучился и захотел увидеть меня? – Перебила меня зеленоглазая красавица. – Ладно, можешь не отвечать, я все понимаю, тем более ты носишь всегда с собой частичку меня. – Она указала на мою грудь, там, где лежал тот самый палец, который я так ни разу и не выложил и который, как оказалось, мне может иногда и помочь.
– Не знаю, насколько хватит моего заклинания, но я должен у тебя спросить, Алтана. – Я посмотрел в ее зеленые глаза и медленно произнес. – Почему ты мне не сказала, что я правнук?
– Думаешь, все хотят такие вещи услышать, особенно, с учетом того, что рассказывают обо мне? Что ты единственный потомок самого ужасного мага в истории, Бенезета Агдатора? Ну, и не совсем правнук, ты потомок моего брата, причем довольно далекий, я даже не посчитаю насколько, все же тысяча лет прошла почти, а вот у меня, к сожалению, детей не было.
– Но почему именно я?
– Понимаешь, твой предок, Иоланд, мой брат, когда заключил меня сюда, сделал так, что освободить меня может только он и то, только по собственной воле. Он давно умер, и даже праха его не осталось, есть только ты, значит, возможно, только ты можешь меня освободить. Именно поэтому, тогда, я явилась именно к тебе, я всегда приглядывала за тобой, как только узнала о тебе.
– То есть я был нужен только для того, чтобы найти тебе портал?
– Изначально, да, но потом многое изменилось, Эмерик, правда. Можешь мне не верить, но вспомни, я ни разу тебя не обманула, да, могла ввести в заблуждение или даже не сказать всего, но если что-то касалось важных вещей, я всегда говорила правду.
– И что же изменилось? – Сказал я с вызовом. – Что изменилось-то?
Девушка отошла от меня, уселась на свое плетеное кресло, поправила сорочку и указала на второе такое же, которое появилось рядом, просто из воздуха: – Присаживайся, я все расскажу.
Я сел рядом, оказалось довольно удобно, и, смотря ей в глаза, попросил ее продолжать, она улыбнулась, довольно нежно, словно родному, и заговорила: – Тогда, когда я проиграла Иоланду, и он отправил меня сюда, я начала сразу же искать способ выбраться отсюда. Это оказалось не так просто, ведь сам Иоланд меня бы никогда не освободил, понимаешь? Я же не всегда могла связываться с людьми отсюда, этому я научилась уже здесь. Но время здесь идет иначе, Эмерик, и когда я смогла, наконец, связаться с миром людей, выяснилось, что Святой Иоланд уже давно мертв, а что стало с его детьми, никому не известно.
О, как я тогда расстроилась, ты даже не представляешь, я была просто в бешенстве, узнав это. Но, обдумав, решила, что все еще не потеряно, и стала связываться с людьми, коих мне удалось почувствовать через грань, отделяющую Пограничный мир от мира людей, как это делают духи и те существа, которых люди называют демонами. И мне удалось создать целый культ имени себя, я давала им то, что у меня есть, – мои знания, они же делали то, что нужно было мне, питали меня своими жертвами. Пару раз мне удавалось выйти на след потомков Иоланда, но всегда мои попытки проваливались, последняя была с Датхаром, могучим шаманом моего родного Хотрена. Он сам меня нашел и связался со мной, попросил помощи, а я попросила помощи у него. И каким было мое огорчение, когда и эта попытка провалилась, но, благодаря именно этой попытке, я смогла узнать способ, как мне получить желаемое. Мне надо было вмешаться в судьбу, а этого никто никогда раньше не делал, никогда. Большая цена, но и результат выше всяких похвал – ты. Человек, которого не должно было быть там, где он был, человек, который не должен был участвовать там, где участвовал. И много нитей судьбы из-за тебя переплелись иначе, чем должны были. Кто-то из твоих друзей, еще из Когтя Орла, должен был умереть, кто-то наоборот жить, но из-за твоего участия, их судьбы изменились. А Ратарт? Ты спрашивал, как-то, почему трон выбрал именно тебя? Из-за моего вмешательства ты оказался там, где не должен был, если бы трон не встретил тебя, он бы тебя и не выбрал, не должно было быть там достойного человека. А то, что мой ритуальный нож оказался у нордапов? Ты сам не осознаешь, что ты наделал с ними, ты подарил им веру в меня. Я чувствую, как они молятся мне, возле моего клинка, каждый день, и я отвечаю им.
Сказав это, она замолчала, давая мне обдумать услышанное. Не каждый день такое можно услышать, далеко не каждый день, меня словно облили холодной водой. Но теперь стало понятно, почему Агвид, самый опытный северный шаман, не смог предсказать мне судьбу. Увидев, что я начинаю задумываться, Алтана продолжила: – Ты отказался меня освобождать, тогда, когда портал был у тебя в руках, и я не могу заставить тебя это сделать.
– Значит моя судьба – освободить тебя?
– Нет, значит, твоя судьба еще не написана, и писать тебе придется ее самому. Но каждое твое действие будет влиять на всех окружающих, что может привести к тому, чего быть не должно. Что ты еще хотел спросить, Эм?
– Я, я, не знаю. – То, что я услышал, это сложно так быстро переварить, но, собрав силы, я спросил: – Фон Далхот искал поле камней, зачем оно ему может быть нужно?
– Как же зачем, ну что ты, в самом деле. А что сделал Датхар? Думаешь, я тут одна, такая красивая, в Пограничном мире есть? Здесь есть очень опасные существа, которых можно вызывать в мир людей. Скажи мне, ты ничего не слышал, у него может быть, что-нибудь есть?
– Да, Агвид, наш шаман, говорил про какие-то кости.
– Тогда дело плохо, Эмерик, очень плохо. Фон Далхот изучат мои труды, даже связывался со мной, пытался узнать о костях. Кости – это два ребра демона Гасбеаса, которые я вырвала ему во время нашего поединка, давным-давно, и, видимо, он их все же нашел. – Она схватилась за голову и начала тереть свои виски, я же, стараясь не звучать совсем глупо, спросил: – Кто такой этот Гасбеас, и чем это так опасно? И причем здесь его ребра?
– Могучая тварь, живущая в Пограничном мире, мне довелось с ним встретиться, я смогла загнать его обратно, но это было очень не просто. Фон Далхот всегда грезил властью и силой, и, когда ты лишил его дела всей его жизни, он вернулся к тому, о чем мечтал еще в юности, когда и собирал мои книги. Взывать демона из Пограничного мира и заставить себе служить – отличная идея для такого человека, да вот только демоны никому не служат. Ребра – это ключ к вызову демона, один из способов призывать из Пограничного мира кого-нибудь, не зная его настоящего имени. Ты должен любой ценой ему помешать, иначе случиться непоправимое, будет много жертв, будет много крови. Эмерик, не дай старику этого сделать, ни в коем случае, прошу тебя.
И как только она это произнесла, я почувствовал, как комната поплыла, в глазах потемнело, и я снова оказался в пушной лавке Олава Маттсена, в Хотрене, коснулся Источника – тот был полностью пустой.
Глава 11
Архимаг Аматей фон Далхот, бывший директор Троакастера, зловещей и жуткой крепости в облаках, а ныне кириомаг, глава Верховной Палаты магов, назначенный по настоянию императора Мирея – Таргольда Мудрого, решился вызвать создание из Пограничного мира, демона Гасбеаса.
Вот поэтому и прибыл в Хотрен, потому как здесь, на севере, все не так, как в других частях империи, здесь магия духов ближе, сами духи, буквально, в лесу живут, как моя знакомая крысобелка, что сейчас сидела возле лампы и грела об ее колбу свои лысые, белесые лапы.
В то же время, попутно, печально известная подпольная организация, что готовила переворот в Мирее – «Черная правда», договорилась с северянами о поддержке и помощи, в случае, если им удастся устроить все задуманное, отправила сюда Агнессу де Нибб, мою «супругу», и меня к ней в придачу, для помощи местным и укрепления «духа дружбы». Основная задача состоит в том, чтобы помочь повстанцам, под командованием Илоны Вардсен, красивой, высокой девушки с ярко светлыми, пшеничными волосами, в убийстве этого самого кириомага. Его убийство послужит усилению «Черной правды» в Мирее, обезглавит Совет магов, вызовет смятение среди элиты империи, а самое главное – убедит северян поддержать красавицу Илону в ее святой борьбе за свободу Хотрена от империи. Они ей поставили довольно странное условие – чтобы она показала свою решимость, волю и силу, путем убийства самого сильного и опасного мага страны, а после убийства они обещали ее поддержать, начать войну за независимость и помочь выгнать проклятых имперцев с Хотрена.
Но, как и ожидалось, место будущего короля Хотрена, которое для себя готовила Илона, нужно не только ей, но и некоторым другим, особенно отличился Гладерсен – ее правая рука, который приказал верным ему людям убить нас, когда мы, по ее же поручению готовили оружие против сильнейшего мага в мире. Вопрос для меня остался пока что один открыт: какова доля участия моей супруги в предательстве? Ведь от этого еще и зависит, выполнил ли я свою задачу, а моя задача – закрепится в «Черной правде», выяснить, кто у них там главный, потому что я, как это не странно, служу в тайной страже императора.
При этом у меня есть личное поручение – убить фон Далхота, потому что это в интересах командующего тайной стражей, но в эти политические игрища лучше не влезать, а делать как скажут.
Если я ничего не упустил, а закрутилось столько всего, что голова кругом, то я попал в ситуацию, когда любое мое действие приведет к плохим последствиям. Убью архимага – начну восстание в Хотрене, укреплю союз «Черной правды» и северян, ослаблю империю, сыграю в пользу «военной» элиты страны, не убью – подставлю себя, обреку северян на вечную службу империи, а себя на немилость самому опасному человеку страны. Но то, что фон Далхоту надо помешать вызвать демона, как сказала Агдатор, это бесспорно.
Встал с кровати, посмотрел на мирно спящую северянку, на крысобелку, которая пыталась залезть внутрь лампы, и вздохнул.
– Ты же в лесу жила, неужели мерзнешь? Я помогать делать глупости не собираюсь. – Тихо сказал я мелкому духу, который, после случайно оброненной мной фразы, стал везде следовать за мной. Та лишь развела лапками в стороны, словно говоря мне о том, что попробовать стоило. А затем ловко перепрыгнула на полку, с нее на висящую на стене шкуру, а после скрылась из глаз где-то на потолке.
Ну, зато помирился с северянкой, хотя, признаюсь, на душе все еще тяжело, да и то, что я наказал ее возлюбленного так жестоко, тоже не очень хорошо, хотя сделанного назад не вернуть. Не знаю, почему, но с разговора с Алтаной прошло уже два дня, но люди Олава, спасибо ему за помощь, так и не сообщили пока ничего важного. Кириомаг все так же сидел у генерал-губернатора и никуда не выходил, хотя они сообщили, что он готовится к походу, целый конвой себе собрал, около полусотни умелых солдат, помимо его свиты из трех магов, так еще маги-иностранцы, в количестве пяти человек, что не говорят на нашем языке. Итого, почти шесть десятков человек, кто может помешать убить фон Далхота, кроме него самого. Так это я не беру в расчет повстанцев – предателей во главе с Гладерсеном, да и Агни умеет убивать.
Задача сложная, а нас не так много, как хотелось бы, эх. Сюда бы «горных лис», Колгар бы быстро все придумал, но, к сожалению, я тут один.
Спасть все еще не хотелось, сон просто так не шел, а мысли все лезли и лезли. И о том, что я родственник самого ужасного мага в истории, потомок великого святого, что из-за моего вмешательства в судьбы, все идет не так, как задумано.
Ветер за окном, северный, холодный и сильный, шумит, словно волк воет на луну, глухо так, жутко. Надо спать, оглянул еще раз комнату, в поисках крысобелки, посмотрел аурным зрением, и обомлел. За толстыми ставнями окна, едва заметно светилась аура человека, кто-то там был!
Аурное зрение – великий дар мага, но он подводит, если стены толстые, железные, либо каменные, от чего через них не видно ауры, а вот если стены тонкие, то вполне себе отлично видно, кто за дверью, сколько человек в комнате. А вот сейчас, я отчетливо видел, что за ставнями кто-то есть. Взял меч, нежно потрепал Илону, и она тут же, не говоря ни слова, взяла свой, словно и не спала. Указал на дверь, а сам медленно пошел к окну, стараясь не шуметь и не спугнуть того, кто там стоял.
В щели между ставнями показался кончик лезвия ножа, ловким движением крючок ставни соскочил, словно его и не было, одна из створок начала медленно открываться, и тут я уже ждать не стал, резким движением дернул ее на себя и, прикрываясь ей, ткнул туда мечом, послышался тяжелый вздох.
И сразу же на улице послышались крики, прогремел выстрел, пуля просвистела где-то над головой.
– Вниз, срочно! – Скомандовал я, по пути схватив пистоль со стола, я впереди, Илона за мной, на лестницу, и там сразу же увидел двоих. Два метких выстрела, и их ауры начали гаснуть, еще раньше, чем тела успели опуститься на пол, сразу же отбросил бесполезный теперь пистоль в сторону и оказался в нижнем зале лавки.
И едва увернулся от меткого удара мечом, нырнул в сторону и сцепился сразу с двумя, хотел уже создать заклинание, получил удар по голове, от чего в глазах поплыло. Отпрыгнул в сторону, девушка сражалась, словно пещерная львица, сразу с тремя, трое других меня стали окружать.
Пока мы не умерли, надо заканчивать – пронеслась в голове мысль, стал плести заклинание огненного шара, как вдруг в меня прилетело неизвестное мне заклинание, от чего я тут же начал задыхаться, горло передавило, воздуха стало не хватать.
– Свяжите его. – Послышался знакомый женский голос, сильные руки меня скрутили, кто-то ударил в живот, а затем перевернули за спину. – Подсветите, темно.
Зажглась ручная лампа, и я, наконец, смог рассмотреть все, Илона так же, как и я связанная, вокруг пятеро человек, все в гвардейской форме, а вместе с ними человек в плаще мага, с нашивкой магистра. Магистр – это ближайший шаг к архимагу, очень серьезный противник.
Маг подошел ко мне ближе, взял у стоящего рядом солдата лампу и свободной рукой сбросил с головы меховой капюшон, от чего тугая коса тут же выпала на грудь.
– Здравствуй, Эмерик.
– Здравствуй, Зелела. – Ответил я, увидев лицо девушки, мага, который меня так ловко обезвредил. Зелела фон Далхот, талантливая внучка архимага фон Далхота, в первое наше знакомство – самый молодой маг, получивший титул мастера первой ступени, ныне, наверное, самый молодой магистр, работала в Троакастере библиотекарем. Именно там я ее встретил и даже, признаюсь, влюбился в нее тогда. Девушка, тем временем, сплела воздушное заклинание и повесила его мне на шею, словно светящийся ошейник.
– Это заклинание удушения, коснешься своего Источника, оно тебя удушит мгновенно, так что не рискуй. – Затем повернулась в сторону северянки. – Капрал, как девка?
– Все в порядке, госпожа.
– Вот и отлично, девку в камеру, этого ко мне на допрос, и дайте им одеться, а то замерзнут не доехав. – Сказав это, Зелела развернулась на месте, совсем по-военному, и покинула лавку. Солдаты натянули мне на ноги меховые штаны, сверху накинули шубу, а на голову надели мешок.
А я думал, как же она там, спас ли ее дед, где она, что обо мне думает, а вот тут встретить, никак не ожидал.
Погруженный в свои мысли, я опомнился, только когда меня с силой усадили на какой-то стул и тут же привязали к нему. Послышались знакомые голоса, и вот с меня сорвали мешок, в глаза тут же ударил яркий, слепящий свет.
Комната, в которую меня грубо доставили, оказалась небольшой, но довольно уютно обставленной, резной стол, высокий стул, шкаф с книгами, оружие на стене, кто-то явно любил уют. Возле меня стоял капитан Протар де Каат, рядом Зелела фон Далхот, уже без своего плаща, а чуть поодаль гвардейцы, двое высоких и явно не дружелюбных мужчин.
– Можете идти, капитан. – Скомандовала девушка, от чего тюремщик даже вздрогнул. – Ваше присутствие здесь не нужно.
– Это все-таки мой кабинет, госпожа маг, да и я все еще начальник тюрьмы. – Настойчиво, даже с вызовом ответил ей де Каат. – Я, как представитель власти генерал-губернатора, должен присутствовать на допросе.
– Не твое дело, солдат. – Уже более настойчиво сказала ему Зела. – Гвардейцы, проводите капитана.
– Вы не имеете права тут командовать!
– Радуйся, что ты не с ними, де Каат. – В голосе Зелелы прозвучала угроза. – Я свое обещание выполнила, девушка не пострадала, остальное тебя не касается.
– Но, она же в камере!
– Я обещала, что твоя драгоценная не пострадает, а свободу ей никто не обещал. Гвардейцы, увести его, и да, де Каат, я бы на вашем месте не покидала тюрьму, до особых распоряжений. – Сказав это, девушка махнула рукой, и двое гвардейцев, под руки, вытянули начальника тюрьмы из собственного же кабинета, закрыв за собой дверь, от чего я и Зелела остались наедине.
Как только дверь закрылась, девушка подошла к столу де Каата, стала в нем что-то искать, а когда нашла, тут же явила на свет свою находку – маленькая металлическая фляжка. Открыла ее и пригубила содержимое, слегка поморщившись.
– Давно мы не виделись, Эмерик. – Начала она, усевшись на столе. – Давно, с того самого момента, как ты меня чуть не убил, там, в облаках, помнишь?
– Да, помню.
– Дед мне все рассказал, ты не представляешь, как я расстроилась, когда узнала, что во всем виноват ты. – Она вздохнула, и в ее глазах я увидел лютую, ледяную ненависть ко мне. – Ты же мне ведь сердце разбил, ты знаешь?
– Прости меня, я не хотел…
– Это и не важно, хотел ты или нет, но ты это сделал. – Она улыбнулась еще веселее. – Но, благодаря тебе, я теперь магистр, ты заставил меня учиться дальше, да и дед меня на службу к себе взял. Собственно, поэтому мы с тобой и беседуем, дорогой Эмерик.
– Чего ты от меня хочешь?
– Правду, Эмерик, правду. И ты мне ее скажешь, хочешь ты или нет. Поверь мне, я слышу твое сердце, узнаю, когда ты солжешь. – Она подошла поближе. – А теперь давай по порядку. Ты работаешь на де Фаттена?
– Нет, я простой наемник, отряд – «Горные лисы», можешь проверить. – Сказал я, и тут же получил сильный удар по лицу этой же флягой, которую Зела держала в руках. Девушка засмеялась, а потом произнесла: – Твое сердце тебя выдает, Эмерик, что здесь забыл де Фаттен?
– Не знаю.
Последовал еще удар, магическая удавка начала сжиматься, сердце бешено заколотилось, а в глазах помутнело. Но, неожиданно, все закончилось, словно ничего и не было.
– А если попробовать по-другому? Гвардейцы, привести сюда девку! – Рявкнула она в сторону двери, там послышалась возня, и через некоторое время в комнату ввалился здоровенный солдат, тянувший, словно мешок, связанную Илону.
Он, не церемонясь, бросил ее прямо между нами, на пол, кивнул Зеле и оставил нас вдвоем, покинув кабинет начальника тюрьмы. Внучка архимага сплела воздушное заклинание, которое я, как и свою удавку, никогда не видел, и, зажав связанный рот у Илоны, запустила его прямо в нос, от чего северянка задергалась.
– Давай еще раз, Эмерик. Каждый раз, когда ты лжешь, я буду использовать воздушные путы на ней, рано или поздно, она не выдержит боли и умрет. – Девушка напитала заклинание силой из своего Источника, от чего Илона тут же взревела, из ее широко открытых глаз полились слезы. Увидев, что я вздрогнул, Зелела перестала питать заклинание, от чего бедная северянка сразу же успокоилась.
– Увидел, как работает? Мне тоже нравится. Воздух в легких и горле становится острым и тяжелым, и начинает колоться, от чего человек испытывает очень сильную боль. Так вот, теперь повторяю, ты работаешь на де Фаттена?
– Да.
– Что он здесь забыл?
– Он выслеживает «Черную правду», хочет выйти на ее главных и устранить их, отправил меня с ними, убить твоего деда.
Она засмеялась, да так звонко, что на мгновение показалось, что девушка безумна. Отсмеявшись, она со вздохом сказала: – «Черная правда» – это его детище, он их создал.
– Ты лжешь!
– Не лгу, Эмерик, не лгу. Неужели ты думал, что тайная стража Мирея не заметила, как сотни добровольцев уплывают воевать в Ратарт? Кто, по-твоему, им помог?
– Но ведь они воевали против нас, там!
– Да, и отлично они справились, он их неплохо испытал в настоящей войне. Если бы победил принц, было бы тоже не плохо, с обеих сторон выгода. А так, он неслабо укрепил свою власть после падения Троакастера, потом после поражения в Ратарте, ну а теперь его оружейная мануфактура самая большая в Мирее, он самый влиятельный человек, мешает только император. Которого как раз и свергнет «Черная правда», а он героически ее победит и займет трон.
– Это не правда! Ты лжешь! Колгар бы мне сказал!
– А Колгар и сам не знает, твой доблестный и храбрый командир верно служит империи и выполняет все поручения. Де Фаттен уже отчитался, что они внедрили нужного человека в «Черную правду» и что скоро он всех переловит. А теперь скажи мне, как вы должны были убить моего деда?
– Кагалит, особый кагалит, усиленный.
– Умно, ничего не скажешь, умно. Дурак ты, Эмерик. Только мой дед стоит между падением Империи и ее спасением, а ты, дурак, ему мешаешь.
– Ты лжешь, я уверен.
– Твое право так думать, Эмерик, я тебе в честь старой дружбы говорю, а ты так в штыки все принимаешь. Ладно, посидишь пока тут, в тюрьме, а потом вас в столицу отвезем, будет суд, где ты все это повторишь, после чего власть де Фаттена закончится.
Она позвала гвардейцев, один из них схватил связанную Илону, другой подхватил меня, и мы уже было покинули кабинет начальника тюрьмы, как я сказал: – Он совершает ошибку, Гасбеас слишком опасен.
– О, ты и про это знаешь? Поверь мне, мой дед не ошибается. С таким оружием никто не будет угрожать Империи. – Она в след крикнула. – В отдельные камеры их, чтобы не переговаривались.