Текст книги "Дракон чихнул (СИ)"

Автор книги: Кира Суворова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

– Меня?! – искренне удивилась Хеля.

И я полностью разделила её недоумение. Вряд ли найдётся смельчак, рискнувший встать на пути у Хели, если та задумала кого-то накормить.

Глава 8

– Постойте, дурынды! – понеслось нам вслед, не успели мы отойти и на десяток шагов. – А как вы в храм собрались? Где ваши платочки?

– Мне не обязательно, у меня рога, – буркнула Кастарция и тут же испуганно ойкнула.

– Ага, себе парадные накладки забыла нацепить, а девочку чуть не опозорила на весь свет! – качала головой Хеля. – Сейчас, я видела у тебя что-то подходящее.

Пока демоница прищёлкивала статусные золотые украшения себе на голову, Хеля удивительно шустро сбегала на второй этаж.

– Вот! Держите! – радостно совала она мне что-то кружевное.

– Это же летняя простыня, – удивилась леди Кастарция. – Под ней в жару приятно спать.

– Фу на тебя, бесстыдница! – рассердилась Хеля. – Придумала чего. Это ж фата! Символ невинности. У нас в деревне все в таких замуж выходили. Даже беременные и вдовы.

– Невинные беременные вдовы? – хмыкнула демоница, а потом посмотрела на меня и вручила симпатичную сумку: – Суй сюда, пригодится.

Сама она несла увесистую торбу, набитую какими-то фолиантами. Заветный блокнотик положила в маленькую поясную сумочку, украшенную золотым шитьём.

Оказалось, что и суд располагался на большой площади, недалеко от жилища леди Кастарции. Прямо по соседству со вчерашним дворцом, на котором красовалась надпись «Магический контроль».

У дверей суда уже топтались знакомые гномы.

– Ну что, накажем драконов? – вместо приветствия спросила нас гномка. – Мы молчать не будем!

– Надеюсь, – улыбнулась им Кастарция. – С вашей фамилией…

– Ха! – ухмыльнулся гном. – Молчуны мы. Я Бол Молчун, жена моя – Бала Молчун. Мы вообще неразговорчивые, вы уже заметили, наверное. Но если творится такое, то наш долг, как ответственных и совестливых граждан…

– Да-да, спасибо, я поняла, – прервала поток слов демоница. – Очень надеюсь на вашу гражданскую позицию и неподкупную совесть.

Гномы расцвели и закивали головами. Мы с Кастарцией шли впереди, а сзади громко цокали наши свидетели.

– Что это? – шёпотом спросила я у демоницы. – Как лошадки прямо.

– А, это традиционные гномьи сапожки с серебряными подковками.

– Зачем? – ещё больше удивилась я, приготовившись услышать о волшебных свойствах серебра, защищающего от оборотней, вампиров и другой нечести.

Кстати, пока никто про вампиров не упоминал. Надеюсь, не водятся они тут. Оборотни – милые собачки, гномы – те ещё шутники и сплетники. Демоны вроде тоже не страшные. Да и драконы…

– Как зачем? – донеслось сзади. Бала решила внести ясность: – А как же танцевать такмаки? Без подковок не танец, а так, бесполезная суета.

– Ага, гномы вообще шумные, – тихо сообщила мне Кастарция, практически уткнувшись в ухо.

– И слух у нас хороший, – буркнул Бол.

– Ого! Я думала, только у оборотней слух и нюх необыкновенные! – искренне восхитилась я.

– Нюх у нас обычный, а слух получше, чем у разных чешуйчатых и блохастых, – заметно подобрел гном.

– И память хорошая, – добавила его жена.

– Да, гномы – великолепные свидетели, – окончательно переманила гномов на нашу сторону Кастарция.

Хотя и без того было понятно, что драконов Бала и Бол не жалуют. И в этом мире, похоже, расовые предрассудки не смогли перебороть. Я бы погрустила над несовершенством устройства вселенной, где разумные существа никак не избавятся от дикарских пережитков… Но сейчас нелюбовь гномов к драконам играла мне на руку.

По крайней мере, так считала леди Кастарция, успевшая сообщить о взаимных претензиях двух рас, пока мы шли по длинному коридору.

Зал, где нас собрали, напомнил мне большие католические соборы. Такие же вытянутые вверх стрельчатые окна, подчёркивающие высоту помещения. Такие же коричневые деревянные скамьи для зрителей и участников процесса.

Мы пришли первыми и заняли места у окна. Цветные пятна света создавали странную атмосферу праздника. Я начала разглядывать витражи. Сидя было неудобно задирать голову, пришлось встать.

Похоже, художнику поручили изобразить всё многообразие мира. Потому что на каждом окне была изображена своя раса. Оборотни на фоне зеленого леса, гномы рядом с ярким приземистым домиком, вокруг которого теснились яблони и какие-то цветущие кустарники. Разноцветные драконы в голубом небе рядом с белыми и розовыми облаками.

– Девушка, зачем вам скучное судебное заседание? – за моей спиной послышался приятный баритон. – Приходите лучше вечером…

– На сеновал, – рассмеялась я и обернулась.

– Ну зачем же на сеновал? – удивился Кузя. Рыжий дракон улыбнулся и предложил: – В парке по вечерам фонтаны с подсветкой и музыкой. Так романтично.

– Ага, тебе сегодня романтики и без того хватит, – скривился Дрюня.

Брюнет тоже не узнал меня в приличном виде и с интересом прошёлся взглядом сверху донизу, особенно задержавшись в зоне декольте. Понимаю. Я и сама с удовольствием на него полюбовалась утром. После моих прыщиков увидеть выдающийся бюст оказалось особенно приятно. Только ходить пока было непривычно. Приходилось чуть покачивать бёдрами, чтобы компенсировать смещение центра тяжести.

– Не разговаривай с ними! – подскочила к нам леди Кастарция. – Пусть сперва заплатят за то, что натворили.

– Марина Викторовна? – удивлённо уставились на меня драконы, пытаясь сопоставить вчерашний страшненький образ перемазанной в соусе попаданки, и то, что предстало перед ними сейчас.

Блондинчик Лёня, только подошедший к друзьям, даже помянул дракономать. Я уже поняла, что это восклицание у местных заменяет ругательство.

– Все в сборе? – поинтересовался какой-то невзрачный худой человек с незапоминающимся лицом.

– Ещё не подошёл один ответчик, – Кастарция поискала глазами Валеру. – И свидетель, наставник Менторис.

Упомянутые мужчины как раз входили в зал, поэтому худой человек ушёл куда-то быстрым шагом.

– Это секретарь верховного судьи, господин Трандиль, – шепнула мне демоница и потащила к облюбованным местам.

– Всем встать! Судья идёт! – откуда-то из неприметной дверки, притаившейся за огромным подиумом, донёсся голос секретаря.

«Надо же, насколько похожи некоторые вещи в разных мирах!» – успела подумать я, а потом просто потеряла дар речи.

Мужчина в длинном судейском балахоне даже на фоне драконов выделялся ростом и шириной плеч. Остальное пряталось под плотной чёрной тканью.

«Ну прямо шкаф!» – подумала я, впервые ощущая себя замухрышкой.

Яркие синие глаза под густыми седыми бровями скользнули по стороне ответчиков и остановились на мне.

– Странно, рассказывали про бродяжку страшненькую, а я вижу прелестную девицу, – улыбнулся судья.

– Разбирать сегодняшнее дело будет верховный судья Драконии, лорд Дуваниан Дивэнрис, – громко объявил секретарь. – Прошу всех сесть.

«Н-да, не шкаф… А Диван Диваныч, тоже крупная мебель, обивки вон сколько ушло», – хмыкнула я про себя, оценивая размеры мантии.

– Слово предоставляется потерпевшей стороне, – продолжил тощий человек и кивнул демонице.

– Как опекун несчастной сиротки и дипломированный адвокат, я буду представлять интересны Марины Викторовны.

– Альбусовой, – добавила я, понимая, что пока моей фамилией никто не интересовался.

– О! Вы имеете отношение к роду Альбусов? – снова оживился судья.

– Не знаю, – честно ответила я. – Не уверена. Может, однофамильцы?

– Если хотите, могу принести кровесличитель, – предложил вчерашний старичок, наставник принца.

– Тогда придётся приглашать главу рода, – секретарь Диван Диваныча что-то строчил в большой книге.

– А какое это имеет отношение к делу? – удивилась я.

– Действительно, давайте не будем затягивать процесс. И без того всё понятно, – почему-то нахмурилась леди Кастарция.

И затем она в красках описала все моральные и физические страдания несчастной юной драконицы, ещё не вступившей в брачный возраст, а уже пострадавшей от безответственного поведения праздношатающихся юношей, собравшихся в лесу с подозрительными целями.

Кузя и Валера попытались было протестовать, но судья попросил не вступать в прения, пообещав внимательно выслушать обе стороны.

– Давайте пройдёмся по фактам, – предложила демоница. – Девушка несовершеннолетняя? Господин Менторис, вы вчера проводили проверку. Прошу вас ответить на мои вопросы.

– Да, подтверждаю. Возраст девицы определён как сорок три с половиной года, – подтвердил старичок.

– И беременна от всех четверых?

– Обычно цвет яйца совпадает с окраской дракона. Так что определённо, эти юноши имеют прямое отношение к состоянию Марины Викторовны, – снова согласился наставник принца.

Глава 9

– Да как вы посмели?! – привстал со своего кресла, больше похожего на трон, Диван Диваныч.

– Но она всё ещё девственница? – успела спросить Кастарция.

– Да, прибор не ошибается! – торопливо ответил Менторис, опасаясь гнева судьи.

– О! То есть ничего преступного мальчики не сотворили? – Диван Диваныч расслабил напряженные челюсти и почти улыбнулся.

– Не совсем, – продолжила свою речь демоница.

– Да просто у них приборчики маленькие, зато тоже не ошибаются! – не выдержала гномка.

– Ну да, малышке удалось остаться девственницей после близкого общения с этими недомерками, – поддержал жену гном.

– У меня будет встречный иск! – не выдержал черноволосый Дрюня. – За оскорбление чести и достоинства…

– Ну, это когда достоинство есть, а ежели сплошной недостаток… – фыркнул гном.

– Я прошу оградить меня от домыслов! – залился румянцем рыжий Кузя. – И вообще, зачем их сюда позвали?

– Мы независимые и неподкупные свидетели. И молчать не будем! Если заделали девушке детей, то женитесь! – обиделась гномка.

– Господа Бала и Бол Молчуны, попрошу вас воздержаться от выкриков с мест, – тихим голосом предупредил секретарь Трандиль.

Но чудесным образом именно его слова расслышали сразу все.

– Да, к этому мы вернёмся позже, – откашлялась леди Кастарция и продолжила выбивать штраф за моральный и материальный вред.

– А материально мы как успели ей навредить? – осторожно уточнил блондинчик Лёня.

– Разместили свою незаконную пирушку в месте выхода портала. Марина упала прямо на серебряное блюдо, получив лёгкие травмы в виде синяков. К тому же, вся её одежда пострадала из-за клюквенного соуса и жира. А это было всё её имущество в нашем мире. И хочу напомнить, что за намеренное уничтожение всего имущества, согласно статьи 859 общего свода законов, признаваемого во всех странах, вы должны обеспечить ей полный гардероб и полугодовое содержание. Каждый!

– Подождите, мы ж не намеренно! – занервничал Валера. – И вообще, если каждый по гардеробу выдаст, то не слишком ли жирно этой нахалке будет?

– Попрошу отметить в протоколе оскорбление беременной драконицы. А согласно гражданского кодекса Драконии это приравнивается к особо опасному деянию и облагается штрафом… – леди Кастарция закопалась в своей объемистой сумке, пытаясь вытащить большой тёмно-красный фолиант.

– В размере десяти тысяч золотых или заключению на срок до трёх месяцев, – подсказал Трандиль.

– Совершенно верно! – демоница с благодарностью взглянула на тощего секретаря.

– Я не оскорблял! – ещё больше испугался Валера.

– У нас всё запротоколировано, – Трандиль продолжал что-то строчить в своей книжище.

– Ой, лучше помалкивай, а то… – шепнул другу Лёня.

– Хорошо, гардероб и содержание от каждого на полгода, – Диван Диваныч явно наслаждался интересным делом и пока был всецело на моей стороне. – Думаю, по десять тысяч золотых малышке хватит.

– Спасибо, ваша честь! – окончательно поверила в себя Кастарция и приступила к более щекотливому вопросу.

По мере перечисления множества законов, пунктов и подпунктов семейного, гражданского и даже уголовного кодекса лица драконов вытягивались всё сильнее. Но последнее предложение ошеломило даже судью.

– Подождите! Но у нас не принято многожёнство и многомужество! – Диван Диваныч аж захрипел от волнения.

– Ну, тогда один из них женится. А дети от остальных станут бастардами, чего не случалось уже… – демоница зашуршала своими записями, пытаясь найти выписанный вчера редкий прецедент.

– Две тысячи восемьсот пятьдесят шесть лет назад зафиксирован подобный случай, – снова подсказал лишённым эмоций голосом секретарь.

– Спасибо, господин Трандиль, – леди Кастарция ненадолго задержала восхищённый взгляд на невзрачном мужчине и продолжила: – И последствия в прошлый раз были самые разрушительные. Боковые ветви не хотели признавать наследником незаконнорожденного. Если бы не вмешательство короля…

– Так пусть и сейчас вмешается, – буркнул Валера.

– Да, молодёжь нынче не та… – нахмурился судья. – В лесу непонятно чем занимаются, а потом король должен за них отдуваться. Надеюсь, теперь мой законопроект сдвинется с мёртвой точки. Давно пора к делу этих бестолковых юношей приставить.

Скамейка запасных… ой, то есть потенциальных женихов для меня… В общем, на скамье подсудимых все будто окаменели. Не знаю, что уж там за дела их ожидали, но мальчики явно не горели желанием начинать свой трудовой путь под руководством Диван Диваныча.

– Три бастарда – это на три больше, чем допустимо! – прогремел вердикт верховного судьи.

– Но многомужество… – голос Лёни чуть подрагивал.

– У нас, в Демонии, допустимы разные формы брака. Лишь бы семья была крепкая, – улыбнулась леди Кастарция.

– Нет, мы, конечно, можем организовать выездную церемонию в Демонии, – задумался Диван Диваныч. – Но отношение в обществе к этому союзу будет весьма… неоднозначное.

– Скорее уж однозначное, – хмыкнул гном, про которого опрометчиво забыли остальные участники процесса. – Безобразие и стыдобища!

– Ага, а деткам как потом расти в такой, с позволения сказать, дружной семейке? Чему они научатся? И как им в люди выйти? Клеймо на всю жизнь! – гномка промокнула выступившие слёзы на глазах. – Бедные маленькие дракончики…

– Вот! В первую очередь мы должны позаботиться о благополучии потомков, – опечалился судья. – Но что же делать?

– Если позволите… – так же тихо и спокойно начал секретарь, что-то строчивший в свой талмуд. – Кажется, есть решение нашей проблемы. Всё законно и не ущемит прав детей.

– И женщин? – поинтересовалась леди Кастарция.

– Беременные драконицы – сокровище нации! – пафосно провозгласил Диван Диваныч. – Закон всегда на их стороне.

– Да, ваша подопечная только выиграет, если всех устроит предложенный мной вариант, – едва заметно улыбнулся Трандиль, глядя в глаза демонице.

Что?! Эти двое решили пофлиртовать? А ничего, что здесь моя судьба решается? Эх, нет на Кастарцию Хели…

– Перерыв! – знакомый голос донёсся чуть ли не с улицы.

И спустя пару минут в зал влетел стражник, охранявший вход в зал заседаний.

– Да нет тут никаких перерывов на обед! – взревел он, поднимаясь с четверенек. – Я вам в третий раз это говорю!

– А что, теперь принято беременных дракониц голодом морить?! Это у вас наказание такое? Мало того, что девочке всю жизнь поломали, так ещё и кормить не даёте! Или вы хотите, чтобы дракончики уродами получились? – бушевала Хеля.

– Кхе-кхе… – осторожно прокашлялся Диван Диваныч, привлекая внимание к своей шкафоподобной фигуре. – Объявляю перерыв на обед. Девочку действительно нужно накормить.

– Вот! Сразу видно умного мужчину, – кокетливо улыбнулась Хеля.

Но тот почему-то не оценил её усилий и испуганно улизнул в дверь, что пряталась за его судейским троном.

– Так какое решение вы нам предлагаете? – засуетился белокурый Лёня. – Вы не договорили.

– После перерыва узнаете, – сухо обронил Трандиль и пошёл вслед за своим начальством. – Верховный судья объявит.

Кстати, мне вот тоже интересно, что там запланировали сотворить. Нет, вариант с многомужеством я и сама не приветствовала. А с учётом подобравшейся компании, так тем более. Может, по отдельности эти юноши не так и плохи, но собранные вместе, они явно ходячий магнит для неприятностей. Не зря же меня притянули.

Я задумчиво жевала всё, что мне подсовывала Хеля.

– Вот! Я ж говорила, совсем заморили деточку, – приговаривала кухарка, периодически покрикивая на леди Кастарцию: – И ты тоже ешь! А то сил не хватит защищать малышку.

Сидящие рядом гномы одобрительно поглядывали на Хелю и потрошили принесённую с собой корзинку со снедью.

А со скамьи подсудимых за нашей трапезой смотрели пять пар глаз. Драконы дружно сглатывали слюну.

– Ой, ладно! – подошла к ним Хеля со второй холщовой сумкой, доставая из неё большой кулёк с пирожками. – Деткам живые отцы нужны. Даже такие глупые и бестолковые.

Менторис совсем загрустил, поскольку к числу будущих отцов моих детей не относился, но и ему вручили что-то из выпечки и яблоко.

Так что оглашения решения по нашему делу мы ожидали в благодушном настроении. Не считая пострадавшего в бою стражника, показательно хромавшего мимо открытых дверей в зал.

– И нечего на меня зыркать! – фыркнула Хеля. – Скажи спасибо, что тебя за причинение вреда беременной драконице не привлекли!

– Встать, судья идёт! – совершенно неожиданно раздался голос секретаря.

И вроде негромко говорит, а все сразу притихают. Удивительный человек! И очень интересно, что он придумал?

Глава 10

– Итак, мы посовещались, и я решил… – начал свою речь Диван Диваныч. – То есть пока не решил, но могу предложить выход из нашей безвыходной ситуации. Согласно семейного кодекса Драконии дети, рожденные в течение года после смерти супруга драконицы, считаются законными наследниками.

Скамейка подсудимых заволновалась. А Валера снова не удержался от восклицаний, правда, теперь он пытался не нарваться на новый штраф:

– Да с какого ху… дожника? Нам что, собрались предсмертные портреты быстренько нарисовать? И почему бред этого ху… досочного человека, будь он хоть трижды секретарём, кто-то вообще выслушивает?

На Валеру уставились три крайне заинтересованные пары глаз: Кастарция и Трандиль только и ждали повода стребовать компенсацию за оскорбление, а судья даже приподнял руку с зажатым в ней деревянным молоточком, будто примеряясь перед броском.

Неизвестно, что именно помогало Валере удерживаться в рамках приличий. Возможно, жадность. А может быть, он опасался получить мгновенную кару от Диван Диваныча.

– Мало ли что этот муд…рец ещё напридумывает! Мы ещё слишком молоды, чтобы покинуть бренный мир. И вообще, во всё виновата вон та су…дарыня. А отдуваемся за неё мы.

Разочарованный судья опустил молоточек. А потом не удержался и пару раз стукнул по столу, отчего хромающий в коридоре стражник споткнулся и снова очутился на четвереньках, чертыхаясь шёпотом.

– Я уже предупреждал про выкрики с мест. Ещё одна такая выходка, я вас оштрафую за неуважение к суду, – грозно нахмурил брови Диван Диваныч.

Все затихли и даже стражник отполз куда-то за дверь, чтобы не попасть под горячую руку.

– Простите, лорд Дуваниан, – привстал наставник Менторис. – Но я тоже немного шокирован такими радикальными мерами. Сразу четыре юных дракона…

– Три! – перебил его гном. – Одного можно оставить в живых. Один супруг не запрещён.

– Пусть будет три, – вздохнул Менторис. – Неужели это единственный вариант?

Я передёрнулась от мысли, что кому-то придётся расстаться с жизнью из-за меня. Как потом детям объяснять, куда их папы подевались? И кто виноват, что всё так случилось?

– Да подождите вы! – нервы у Диван Диваныча явно сдавали. – Я же ничего ещё не предложил. В исключительных случаях верховный судья имеет право дать разрешение на расторжение брака. А в статье о наследовании говорится, что ребенок, рождённый в течение года после прекращения брака, считается законным наследником. Под прекращением обычно понимают смерть одного из супругов. Да, разводы у нас не приняты, поэтому про них постоянно забывают. Когда последний случай был? – судья перевёл взгляд на секретаря.

– Почти сто пятьдесят лет назад. Если точнее, то сто сорок шесть. Причиной для развода послужила… – не успел договорить Трандиль, как его прервала ахнувшая гномка.

– Неужели супружеская неверность? Ну надо же! Даже маленькие размеры ничего не гарантируют, – Бала округлила глаза и с осуждением посмотрела на четвёрку подсудимых, будто это они попались на измене.

– Нет, вы не угадали, – улыбнулся одними глазами секретарь. – Причиной послужила неспособность супруга обеспечить жене достойный уровень жизни. Некий Ксандр Альбус разорился на научных экспериментах. Кстати, дама выскочила замуж через пару месяцев после развода. Так что есть основания полагать, что неверность тоже имела место, но со стороны жены.

Теперь все осуждающе уставились на меня. А я тут при чём?! Я вообще из другого мира!

– Ага, то-то мне фамилия Альбус показалась знакомой, – покачал головой наставник Менторис.

– И что? – не выдержала я. – Там как раз Альбус и пострадал. Я бы лучше уточнила, какую фамилию взяла неверная жена.

– Руберис, – тут же ответил Трандиль.

И все посмотрели на Кузю.

– Да, это ваша бабушка, – уточнил секретарь.

– Яблочко от яблони… – прошептала Хеля и с хрустом впилась в спелый бок сочного фрукта.

Судья хотел было сделать замечание, но посмотрел на Хелю и промолчал на всякий случай. Пока Хеля жевала, Кузю довели до готовности. Он покраснел от рыжей шевелюры до белого кружевного воротника. Возможно, ниже тоже поменял окраску, но никто не решился проверить.

Хеля аккуратно завернула огрызок в носовой платочек и положила в пустую корзинку. Только тогда Диван Диваныч продолжил.

– Итак, для признания детей законными наследниками достаточно заключить брак, – судья сделал паузу, ожидая возражений или вопросов.

– Кажется я понял! – обрадовался гном. – Быстренько поженились, скоренько развелись?

– Совершенно верно, – с удовольствием подтвердил Диван Диваныч. – Если никто из будущих отцов не против, то можно всё сделать прямо сейчас. Трандиль уже предупредил жрецов в главном храме.

– А в какой очередности они жениться будут? – поинтересовалась гномка. – Ну, кто останется последним? Он же станет настоящим мужем.

– Зачем? – не выдержала я, как-то не так я себе представляла семейную жизнь. Капельку любви или хотя бы взаимопонимания хотелось для начала. – Если уж разводиться, то со всеми.

– Я тоже так считаю, – почти промурлыкала леди Кастарция. – Ни к чему выделять кого-то, пусть все в равных условиях будут.

Она обменялась многозначительными взглядами с Трандилем и постаралась перевести разговор на другую тему. Ох, что-то мне подсказывало, что разводы не пройдут для драконов даром, иначе демоница так не радовалась бы.

– Кстати, чтобы не было потом вопросов или протестов, нужно известить родителей брачующихся, – напомнила Кастарция.

– Я уже подготовил стандартные послания, – секретарь положил перед Диван Диванычем несколько листков, которые судья заверил размашистым росчерком и превратил в белых птичек, выпорхнувших в открытое окно.

– Ну что, пойдемте жениться? – Хеля первой спрыгнула со скамейки.

Для неё она тоже была чуть великовата.

– Подождите, по закону нужно выждать час. И если за это время родственники не появятся с возражениями, то можно и жениться, – пояснил Трандиль.

– Ну, раз уж нам придётся ждать, то я хотел бы выяснить, а с какой целью вчера пожаловали к уважаемому господину Менторису наши не менее уважаемые свидетели? – в глазах судьи читался неподдельный интерес. – Всё же магический контроль по пустякам не тревожат.

– Ах это? – беззаботно махнул рукой гном. – Мы уже всё решили сегодня. Мы давно просим во всех общественных местах поставить рядом с вашими драконьими ещё и скамейки для гномов.

– Но при чём тут Менторис? – удивился Диван Диваныч.

– Вот и я говорю! Зачем нам его разрешение нужно? Это ж просто мебель, – начал кипятиться гном.

Видимо, местная бюрократия тоже не дремала и заставляла покрутиться, чтобы решить даже такую мелочь.

– Кхе-кхе, – кашлянул наставник принца, привлекая к себе внимание. – Понимаете, у нас же самоочищающиеся сидения и с подогревом в зимнее время. То есть изделия с магической начинкой. Требовалось заключение от специалиста, что установка рядом обычных скамеек меньшего размера не помешает правильной работе драконьих скамеек.

– Вот! И по этому поводу я ещё буду жаловаться! – насупился гном. – Это же ущемление прав малых народов! Почему драконам с подогревом и очищением, а нам что попало подсунуть норовят!

– Ну, вы можете заказать и более сложные, – секретарь успел взглянуть в бумаги, которыми тряс Бол Молчун. – Тут же ясно указано, что на усмотрение заказчика и за его счёт.

– Как за мой счёт? Это где? – гном выпучил глаза и уставился на указующий перст Трандиля. – Специально в канцелярии города мелким шрифтом написали?

«Да уж, похоже, во всех мирах одни и те же уловки. Надо иметь это в виду», – подумала я и взяла протянутый Хелей остывший пирожок. Почти постоянно теперь чувствовала себя голодной.

– Подходите после свадебно-разводной церемонии, составим претензию. Такие вещи за счёт города должны делать, – едва слышно проговорил секретарь, а потом повернулся и снова подмигнул Кастарции: – И вы подходите, будем на алименты подавать.

Ну, я совершенно не возражала против приглашения. С моим растущим аппетитом мне много денег понадобится в ближайшее время. А потом ещё детей кормить…

– Слушайте, а чего раньше никто про скамейки для гномов не заикался? – подал голос Валера.

– Основная масса переселенцев появилась у вас лет пятьдесят назад, – начал занудно объяснять Трандиль. – И прав никаких у мигрантов не было.

– Золотые времена! – вздохнул Дрюня, заслужив тяжёлые взгляды с нашей стороны.

– Но постепенно демоны, а затем гномы и люди добились признания равных прав, – продолжил секретарь. – Не все к этому привыкли, поэтому не сразу поняли, что можно и нужно обустраивать более комфортные условия для всех.

– Ты смотри, сколько умных мужчин в суде! – восхитилась Хеля. – Зря я раньше с тобой не ходила.

Она толкнула леди Кастарцию локотком и поиграла бровями, указывая на Трандиля. Судя по румянцу, залившему лицо демоницы, она и сама успела оценить все достоинства мужчины.

– И всё равно не понимаю! – Валера никак не мог угомониться. – Вы же такие ловкие, без проблем запрыгиваете на обычные скамейки. Зачем вам особенные.

– А беременные? Для них любая мелочь может оказаться вредной! – серьёзно заявил гном.

– О, вас можно поздравить? – улыбнулся Диван Диваныч.

– Пока нет, мы хотим сперва пожить для себя, – ответила гномка Бала.

– Так вы молодожёны? – умилилась Хеля.

– Не совсем, скоро тридцать лет совместной жизни будем праздновать, – засмущалась Бала.

– И вообще, тут пока даже скамеек нормальных не обеспечили, – фыркнул Бол. – Сперва нужно условия создать, а потом…

– Вот! – восхитилась Хеля. – Марька, выходи лучше за гнома. Смотри, какие продуманные у них мужчины. Не то что эти драконы, которые чихать хотели на всех.

Дрюня дёрнулся было в нашу сторону, но набравшийся опыта Валера удержал друга и начал что-то обеспокоенно шептать ему на ухо.

– Кстати, раз уж у нас время есть, господин Менторис, вы поняли, каким образом эти юноши умудрились сделать беременной свою невесту? – полюбопытствовал Диван Диваныч. – Раньше от чиха никто не беременел.

– Да! Я почти до утра в лаборатории задержался. И теперь досконально разобрался в этом феномене, – просиял наставник принца.

– Что, в самом деле от чиха? – удивились хором гном с гномкой. – Мы думали, это они так своих маленьких достоинств стесняются, придумали отмазку.

– Нет, ещё раз услышу про размеры, и точно продемонстрирую доказательства! – усмехнулся Дрюня.

– Тут женщины! И одна из них несовершеннолетняя, поэтому попрошу воздержаться от следственных экспериментов, – строго предупредил Диван Диваныч.

– Кстати, а чего вы в лес пошли? Доказательствами мериться? – съехидничала Бала. – Ох уж эти неженатые драконы!

– Да просто на природе хотелось отдохнуть от суеты, – робкий Лёня решил сгладить обстановку.

– А вот наши парни, когда в возраст входят и невест ищут, хотя бы пользу приносят, – с гордостью заявила Бала.

– Это как? – любопытный Диван Диваныч решил прояснить для себя и некоторые традиции малых народов своей страны.

Гномы переглянулись и смущённо потупились.

Глава 11

Наконец Бала решилась:

– У юношей дурная кровь начинает играть, и тут уж без разницы, дракон он или гном. Только драконы ерундой занимаются. Летают над лесами и полями, будто им перца под хвост насыпали…

Скамейка подсудимых снова зашевелилась. То есть задёргались сидящие на ней мужчины, а старинная и морально устойчивая мебель осталась невозмутимой к инсинуациям каких-то пришлых гномов.

– И не надо на меня так зыркать! – шикнула на драконов Бала. – Ведь летали же?

Стыдливо потупился даже Диван Диваныч. Видимо, вспомнил молодость.

– Но полёты – это ерунда! Вы ж не голуби или чайки, на головы сверху не гадите, – продолжила гномка и взяла эффектную паузу, чтобы все успели представить себе гадящего дракона и оценить масштабы последствий.

– Да уж, это нам повезло! – хмыкнула Хеля, но тут же добавила: – Хотя для сельского хозяйства было бы неплохо отправлять драконьих юношей по осени или ранней весной полетать над восточными окраинами Драконии. Там почвы бедные, урожайность низкая.

– А что, драконий помёт – хорошее удобрение? – заинтересовался гном. – А то у меня розы в саду загрустили малость.

– Они издеваются? – осторожно прошептал Лёня.

– Нет, мы очень серьёзные вещи обсуждаем, – повернулся к нему Бал. – Знаете, сколько усилий приходится прилагать, чтобы добиться пышного цветения?

Ах, точно! У гномов феноменальный слух. Но, если честно, вопрос Лёни расслышали все присутствующие.

– У нас в деревне специально караулили, когда дракон присядет по нужде, – делилась своими знаниями Хеля. – Иногда даже громкими дуделками помогали ему быстрее облегчиться.

– А какую музыку они в такие моменты предпочитают? – гном достал блокнотик и приготовился записывать.

– Громкую, – фыркнула Хеля. – Они пугаются резких звуков и выдают гораздо больше удобрений, чем изначально собирались.

Секретарь Трандиль слушал с отрешённым видом, но крепко сжатые губы и лёгкое подёргивание кончика носа выдавали, насколько тяжело ему давалось спокойствие. Леди Кастарция уткнулась в свой блокнотик и подрагивала плечами от беззвучного смеха. Я стащила у Хели последний пирожок и заткнула им рот, чтобы не расхохотаться.

– Давайте вернёмся к традициям гномов, – строго посмотрел на Балу секретарь.

– Да! Точно, – улыбнулась гномка. – У наших, как кровь забурлит, сразу руки чесаться начинают, сами тянутся…

Теперь не выдержали драконы и прервали рассказ совершенно неприличным гоготом. Хорошо, что не начали подсказывать, куда именно тянутся шаловливые ручонки.

– Фу! Охальники! – обиделась Бала. – Топоры они берут в руки и идут рубить дрова. Как родителям все запасы порубят, так по соседям идут. Работа тяжёлая, жарко становится, они рубашки скидывают. А у соседей дочки на выданье, любуются на работящего парня. Капли пота блестят на крепких мускулах, топор сверкает в лучах солнца. Красота!