Текст книги "Волшебные приключения Выдры и кобеля (СИ)"

Автор книги: Кира Оксана Валарика

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

Ведьма структурировала его сама. Я буквально почувствовала, как она направляет магию сквозь меня, уводит ее в землю, и от моих ног по асфальту потекли раскаленные трещины. Создалось впечатление, что они расползутся сейчас по всей парковке, а я рухну в проломленную ними дыру и точно не выживу, но вместо этого трещины замкнулись в полуметровый круг и вспыхнули ярче, ударили острыми лучами вверх, будто образовывая вокруг меня световую стену – то ли защиту, то ли барьер. Стало до обжигающего жарко, но это продлилось не дольше пяти секунд, в течении которых я успела поднять взгляд и увидеть, насколько ошарашенно смотрит на меня начальник.

Да-а-а, КириллКирилыч, такого в моем резюме не было, сама офигела.

Свет погас будто по щелчку, вместе с иссякшей в миг магией, и я рухнула на асфальт, не в силах даже устоять на ногах. Все тело накрыла всепоглощающая слабость, от которой хотелось лечь и уснуть прямо здесь.

«Допрыгалась».

– Твою налево, Милена!

Это было последнее, что я успела услышать прежде, чем окончательно отключиться.

Глава 5

Я пила ромашковый чай и смотрела на кружевной бюстгальтер. Бюстгальтер висел на спинке кресла и был, казалось, вполне счастлив. А может, и нет, сейчас бы понимать душевные состояния бюстгальтеров, сидя на диванчике в квартире своего начальника, о да.

На соседнем с бюстгальтером кресле сидел Кирилл Кириллович. Сейчас привычно-саркастичным "КириллКирилыч" его даже мысленно назвать не получалось… а жаль. Это придало бы нотку психически неуравновешенного юмора в ситуацию, когда начальник пилит тебя настолько тяжелым взглядом, что его щенячий образ кажется бредом сумасшедшего и никак не хочет соотноситься с реальностью.

– Итак, я жду объяснений, – дождавшись, когда я допью так любезно предоставленный чай, сказал он.

А мне больше всего хотелось уточнить, откуда в его доме ромашковый чай в принципе.

– Объяснений чего именно? – еще сильнее забившись в угол дивана, уточнила я.

А то мало ли, может он сейчас о документах каких, а я ему за ведьм и упырей начну рассказывать.

– Как ты попала в подвалы Феникса, что ты там делала, почему представлялась дочерью вампира, и что произошло на парковке, – скрупулезно перечислил мужчина и уставился на меня еще более тяжелым взглядом. – Я хочу знать все.

– А вы уверены, что вам есть до этого дело? – на всякий случай поинтересовалась я, крепче закутываясь в плед.

– Милена.

Одно слово, а будто камнями сверху придавило. Ишь, какой. Так бы ты на работе всех гонял, а!

Я вздохнула. Есть границы, которые не стоит переходить в деловых отношениях, и в нашем случае они пролегли в достаточно неожиданном месте. И оказались настолько странными, что это самое «не стоит» оказалось очень расплывчатым. Моя жизнь вне работы, откровенно говоря, не его собачье дело, но ситуация как-то не располагала к выбрыкам и уходам в молчанку. Он вытащил меня из лап вампира и сам был накрепко связан с происходящим, поэтому…

– Во мне живет ведьма, – на одном дыхании выпалила я, и посмотрела на него испуганно.

«Дура», – припечатала эта самая ведьма и, кажется, отвернулась от нас обоих вместе взятых.

– Я пришла в клуб, потому что мне нужна была кровь вампира для ритуала, который освободит ее из-под заклинания, а меня – из-под ее влияния. А еще для этого заклинания нужна была шерсть оборотня и я срезала ваш волос, потому что она сказала, что вы оборотень. И это она рассказала мне про клуб, а врала я чтобы не спалиться, что код отгадала на ходу. А там настоящие вампиры, а я теперь на самом деле могу колдовать. Точнее пропускать через себя ее магию, а если не пропущу, то умру. Кирилл Кирилович, а вы теперь считаете меня сумасшедшей? Магии ведь не суще…ствовало до недавнего времени для меня и я, в общем, вот.

Я оправдывалась. Потому что неожиданно почувствовала себя очень виноватой перед ним. Хотя, по сути, в чем была моя вина? В том, что я надела это ожерелье, купившись на его красоту. А в чем была моя вина именно перед этим мужчиной?

В том, что ему пришлось вступаться за меня и, вероятно, подвергать себя этим опасности со стороны, ни много ни мало, вампира.

Я посмотрела на начальника затравленно.

Жалко мужика, а он-то мне одно добро в жизни делал.

Кирилл Кириллович вздохнул. Так вздыхают старые собаки, многое повидавшие на своей шкуре и получившие от хозяина ни за что. А потом встал и пошел на кухню, откуда вернулся с характерно пахнущей кружкой.

Ромашковый чай. Интересно, и часто он его пьет?

– От тебя на парковке так фонило магией, что у меня аж волосы дыбом встали, – сообщил он, снова усевшись на свое место и сделав пару глотков. – При этом ни раньше, ни сейчас ты так не фонишь. Поэтому я склонен тебе верить. Но это порождает ряд других вопросов. Как так получилось, что в тебе теперь, как ты выразилась, живет ведьма? Что именно ей нужно, чтобы оставить тебя в покое? Почему ты не защищалась в клубе, хотя могла что-нибудь сколдовать и доказать свое право нахождения там?

«Не рассказывай».

– Заткнись, – буркнула я, и уже громче добавила: – Вот это ожерелье. Она появилась во мне, когда я надела это ожерелье. Пять сотен лет назад оно принадлежало ей, и было использовано в ритуале, которым ее заколдовали на вечный сон. Ее дух поселили в это ожерелье, чтобы ее сложнее было расколдовать. Судя по всему, все эти годы кто-то хранил его, вероятно, скрывая ото всех, а мне оно досталось в наследство от знакомой бабушки. Почему именно мне? Понятия не имею. Чтобы ее расколдовать теперь нужны элементы сути пяти мистических существ и кой-какие еще ингредиенты, у меня дома есть список. А не защищалась… Потому что магия, которую я могу использовать, исходит от нее. Я могу выпустить только то, что она в меня вложила, а в клубе она в меня вложила смерть. Мне кажется, было бы не лучшим решением убивать вампира посреди помещения, наполненного вампирами и дружественными им нелюдями.

– Разумно, как всегда, – хмыкнул мужчина. – И сколько ингредиентов вы уже собрали?

– Ваш волос? – я смущенно улыбнулась. – Она во мне только несколько дней, я еще не совсем… успела что-то сделать.

– Ах вот оно что, – как-то очень глубокомысленно протянул он, и сделал еще глоточек чаю.

Я посмотрела на него искоса, прикусила губу, сомневаясь, что стоит открывать рот вообще, но все же решилась:

– Кирилл Кириллович, а вы вправду оборотень?

– Вправду, – начальник вздохнул в чашку. – Чего уж теперь скрывать.

– А… в кого вы превращаетесь? – чуть смелее уточнила я.

– Вот так уж и сразу, – ухмыльнулся мужчина. – Это все, знаешь ли, так внезапно, я еще не готов настолько раскрыться.

«А я говорила, доверять оборотню не лучшая идея».

– Кирилл Кириллович, вы бы уже определились, – я фыркнула, игнорируя «голос разума». – То ли вы уже решили, что нет смысла что-то скрывать, то ли вы еще слишком стесняетесь, чтобы признаться, что вы за зверь.

– Вот, это уже моя Милена, – взгляд шефа заблестел хитринкой.

– Вот не так уж и ваша, – привычно вздернула подбородок я.

Отпускало. Состояние зашуганности, неуверенности, порожденной неизвестностью ситуации и моего будущего в целом. Большой Босс перестал смотреть на меня так, будто пытается решить, везти ли меня в лес сейчас или немного позже, и это как-то разом облегчило жизнь. Рядом с лукавым псом я… вот было какое-то такое ощущение привычности, уверенности в своих поступках. То самое ощущение, когда знаешь человека и можешь предугадать его реакции. Этот вечер показал, что не так уж и знаю, но поведение в отношении шефа оказалось рефлекторным, со слишком сильно устоявшимися механизмами реакций на его действия, чтобы сразу перестроиться… да и стоило ли.

– Я отвезу тебя домой, – отставляя почти пустую чашку на журнальный столик, улыбнулся КириллКирилыч. – Тебе нужно отдохнуть от всего этого.

Мы ехали в спокойном молчании, потому что он, судя по всему, решил дать мне полностью прийти в себя, а я… Да, именно это мне и было нужно. Весь вечер на эмоциях и магический выброс забрали слишком много энергии, и, несмотря на вернувшееся сознание, в конце концов, я была выжата, как лимон. Все, на что меня хватало, это смотреть в окно на проплывающие мимо окна и витрины, и дышать запахом парфюма начальника, достаточно четко ощутимого из-за его накинутого на мои плечи пиджака. Кстати приятный аромат, я его так четко до этого никогда не улавливала.

– И, Милена, – уже когда я выбралась из машины окликнул меня КириллКирилыч, склонившись так, чтобы через пассажирское окно было видно серьезность, с которой он это говорит. – Больше не ходи в Феникс одна.

– Мне все еще нужна вампирская кровь, – я пожала плечами, кутаясь в его пиджак, как в плед.

– Мы что-нибудь придумаем, – он кивнул в подтверждение своих слов и поддерживающе улыбнулся. – Завтра.

После чего закрыл окно и тронул машину с места.

Я проводила его взглядом и вздохнула, подняв лицо к небесам. Мне нужна будет не только вампирская кровь, и он вряд ли будет помогать мне во всем, не его это дело.

Уже дома, приняв душ и забравшись в кровать, я уставилась в потолок и вслух поинтересовалась:

– Так и что это было?

Ведьма молчала. От какой-то области в моем разуме, которая была занята ее духом и сознанием, несло помесью вины и злости. Это наводило на мысль, что с каждым днем я все лучше чувствую ее присутствие и ее эмоции. И я не знала, радоваться ли этому, либо же испугаться. Ведь если это постепенное «вростание», то… насколько сложно будет потом вернуть ее в настоящее тело?

Но сейчас было не о том.

– Давай же, мы в одной лодке теперь, говори. Здесь слишком явно что-то нечисто, и это слишком тесно теперь касается меня, чтобы я могла спустить на тормозах эту ситуацию.

«Спи» – неожиданно откликнулась ведьма.

И меня действительно еще сильнее потянуло в сон.

А когда я открыла глаза, было уже утро. Прекрасное, субботнее утро с вероятно поющими где-то за окном птицами, но спасибо качественным стеклопакетам, я этого не слышала.

Вчерашний день казался кошмаром. Сном с неприятным, тягучим осадком, который хотелось как можно скорее забыть, перебить новыми впечатлениями… Но это был не сон. Об этом свидетельствовало все еще остающееся на моей шее ониксовое ожерелье, головная боль и ломота в костях как при страшном гриппе. Только кашля и температуры не хватало для полной картины. Но сквозь все это обиднее всего было то, что меня банально усыпили вчера, не дав никаких ответов.

– Если ты думаешь, что от меня можно просто так отделаться или что я такая тупая, что на утро забуду, что ты должна мне объяснения, то ты сильно ошибаешься, – прохрипела я, воздвигаясь с кровати.

Воздвигаться было откровенно сложно, за что хотелось сказать отдельное спасибо. Слава всему, чему можно сказать «слава» – мне сегодня не на работу. Потому что мило улыбаться, когда хочется залезть под кровать и тихо помереть, было бы той еще задачей.

Ведьма молчала. То ли все еще не придумала, как именно будет отбрехиваться, то ли просто не считала нужным выдавать нужную мне информацию.

Я хмыкнула. Сегодня был тот самый день, когда я могла сесть на диванчике поудобнее, и просто тупо повторять в пространство интересующие меня вопросы, пока ее это не выбесит окончательно. Возможно, я так и сделаю.

Так я утешала себя, плетясь в ванную, и вот уже в ванной она соизволила подать голос:

«Это можно исправить».

– Что именно? – не поднимая взгляда, буркнула я.

«Твое самочувствие».

Ладно, вот это уже интересно!

Я таки подняла взгляд в зеркало, глядя себе же в глаза с простым вопросом «мне из тебя каждое слово клещами вытаскивать или ты перестанешь выпендриваться и, сказав “a”, скажешь и “б”?»

«Тебе понадобятся некоторые травы, – откликнулась она. – Сможешь их найти, сможешь и восстановиться. В вашем мире это, кажется, сложнее и проще одновременно, не так ли?»

Я вздохнула. Вероятно для тех, кто занимался покупками трав постоянно, это было как в ладоши хлопнуть, но я в этом вопросе была немного тупенькой… и не имела много времени, чтобы ждать доставку из далекого забугорья. Болело у меня, между прочим, прямо сейчас, а не через две недели или месяцок. А значит, нужно было не просто найти, где там продаются нужные травки, а найти, где они продаются в физической доступности, то бишь в пределах нашего города. Интересно, то, что я живу не в великой столице, сейчас сыграет против меня, или за?

Вернувшись в комнату и включив ноутбук, я принялась мучить поисковики на тему магазинов трав. И магазинов трав, продающих травушки конкретно из выданного ведьмой списка. Отдельной забавой было читать на некоторых сайтах описание действия нужных растений и слушать ведьминское фырканье, перемежованное с «ну, что за идиоты». Да уж, кто-то привирает в интернетах, какая досада.

На удивление в непосредственной доступности нашлось аж три магазина, но все нужные травки разом были только в одном, с говорящим названием «Ведьмина Кошелка». Оценив риски, я, под ведьмино «в мое время за такое на кострах жгли», принялась вызванивать такси.

Позавтракать не получилось – банально мутило от одной мысли о еде, поэтому я втиснулась в легкие джинсы, тонкую кофту с косым вырезом, соорудила на голове прическу а-ля «не дама из высшего света, но и не дворовая метла», потом подумала, и поверх всего этого напялила кепку да очки, скрывающие, насколько я не накрашена. Ну, а что, мне плохо и еду я не на показ мод.

Такси я дожидалась уже на улице, свято веря, что свежий воздух и солнышко мне помогут… не помогли. Поэтому, когда минут через двадцать езды, показавшимися вечностью, мы остановились под фигурной, сделанной под старину вывеской «Ведьмина Кошелка», на эту самую вывеску я смотрела, как на светоч спасения.

Внутри антуражненько пахло сухой травой. Магазинчик был маленьким, оформленным деревянными декорациями с развешенными на нитках засушенными букетами каких-то травок, и стеклянными витринами, под которыми рядами были расставлены раскрытые мешочки с разными травами. За прилавком стояла девушка с густо подведенными глазами (отчего создавалось впечатление, что ярко-голубые радужки светятся), и обилием бусин на спрятанных в черных волосах косичках. Одета при этом она была в простую темную одежду, но из образа это почему-то не выбивалось

– Здравствуйте, у нас есть травы на все случаи жизни, чем могу помочь? – она вежливо улыбнулась и презентационно развела руки в явно заученном до автоматизма жесте.

«Колдунья, – констатировала ведьма в моей голове, помолчала и добавила: – Это хорошо».

Я едва сдержалась, чтобы не хмыкнуть. Колдунья в колдовской лавке с травами, какая неожиданность, шок месяца, не меньше.

И положила на прилавок перед ней список нужных трав, потому что наизусть я бы вряд ли повторила эти названия… да и под диктовку ведьмы в голове тоже – записывала я их по слогам.

Почему лекарственные растения вообще вечно называют как-то странно? Это либо что-то типа «молодецкий корень», либо «акрадабериум пушистый». Вон то ли дело астры – просто, понятно, коротко, емко, и вообще!

– Я бы посоветовала заменить зверолист на акрению, – изучив список, кивнула колдунья.

«А я бы посоветовала не лезть к другой ведьме в котел со своими травками», – фыркнула ведьма внутри.

– Нет, спасибо, все должно быть по списку, – дипломатично откликнулась я и даже попыталась улыбнуться.

Интересно, а она понимает, для чего мне эти травы? Хотя нет, не так. Считает ли она меня ведьмой, или пока я не колдую, это не ощутимо даже для собратьев? И если не ощутимо, то понимает ли она, что эти травы нужны именно мне и по какой причине? Вопросы, на которые не раздобудешь ответы, не прицепившись к незнакомке со странными уточнениями.

Она собрала мне травы довольно быстро, сложила их по мешочкам, а все разом – в мешочек побольше, поблагодарила за покупку, и я уже уходила, когда она вдруг добавила чуть более «живым» тоном без дежурной вежливости:

– Вы бы сняли ваше ожерелье. Нехорошая в нем сила. Темная.

Ой, да я бы и рада, милочка, да только вот походу это ожерелье теперь можно снять только двумя способами, и ни один из них не предполагает простого «хоп, снято».

– Спасибо за совет, – я постаралась улыбнуться как можно более вежливо, почти как на работе. – И за травы.

После чего развернулась и ушла, спиной чувствуя ее неожиданно цепкий, пронзительный взгляд.

Вот встречи с нелюдями никогда гладко не проходят, да? Обязательно должна приключиться какая-то неприятная фиговина? Или это только со мной оно постоянно приключается? Реальность вдруг решила что я – приключенец?

«Ишь, какая глазастая» .

– Не то слово, – кивнула я, выбираясь к проспекту в поисках нового такси.

Ходить ногами не хотелось совершенно (руками, впрочем, тоже), зато чудо-травки хотелось попытаться насыпать в рот прямо так. Но из этого всего еще нужно было варить зелье, и… Я очень надеюсь, что оно получится с первого раза. А если не получится, то хотя бы не взорвется, как любят показывать в шуточных моментах в фильмах про колдовство. Отмывать потом себя и квартиру не особо-то весело, особенно с несработавшим зельем.

Добравшись домой я, следуя ведьминым инструкциям, принялась гробить неплохую в принципе кастрюлю. Ладно, может и не гробить, но изначально ведьма требовала варить все это на живом огне, что точно убило бы бедную утварь напрочь. К счастью, жечь костер в квартире не было никакой возможности, и мы таки сговорились попробовать сделать все то же самое, но на газу – а чем не живой огонь? По крайней мере, я надеялась, что зелье тоже так подумает. И не взорвется, да.

И без того мелко нарезанные травки, для варки полагалось перетереть в деревянной заговоренной ступке, но за неимением таковой и при моем полном отказе ехать еще и на рынок, мы зачаровали под это дело кофемолку. Воду нужно было набирать родниковую, но у нас была только очищенная в бутылках (даже не артезианская, что вот в этом случае заставило сделать разочарованный вздох и сказать себе, что в будущем нужно бы получше выбирать марки).

В результате, глядя на то, как закипает водица в кастрюльке, уже даже пятисотлетняя ведьма была не уверена в результате. И что не рванет – тоже.

Оставалось надеяться, молиться да подсыпать сейчас больше похожие на порошок ингредиенты в нужные моменты.

Не рвануло. Даже запах пошел достаточно приятный, аки травяной чаек. Я перелила все это дело в стакан и уставилась на получившуюся жижу с сомнением. Жижа хоть и пахла приятно, но выглядела как… жижа. Неопределенного такого цвета морской волны.

«Пей».

– Да знаешь, меня терзают смутные сомнения…

«Пей!»

Пришлось пить.

На вкус жижа оказалась достаточно банальной – как трава. Проваренная сушеная трава. Выпить нужно было целый стакан, и было бы откровенно хуже, если бы вкус был гадостным. А так мне мешала только температура не так давно снятой с огня жижицы.

Но самым главным оказалось то, что жижа эта сработала. К тому моменту, как я сделала последний глоток, я уже почти чувствовала себя снова человеком. И это было чудесно! Я даже не поверила сама себе, но факт оставался фактом – чудодейственные зелья и вправду существуют, и я даже только что сварила одно из них! Надо сохранить рецептик, это же очень полезная в хозяйстве вещь!

Вот, теперь можно с пользой провести выходные! Что там у нас первое на повестке дня?

Ах да, выспросить у своей внутренней ведьмы причины ее эмоциональных припадков при виде одного небезызвестного теперь нам обоим вампира.

Чтож, приступим!

Глава 6

Хорошо. Вы когда-нибудь пробовали переспорить пятисотлетнюю ведьму? Нет, не так. Вы когда-нибудь пробовали переспорить ведьму, которая пять сотен лет пролежала под заклятием вечного сна?

Так вот спойлер: не пробуйте. Я протрепала себе и ей нервы весь субботний день, угробив на это выходной, но добилась только уверенного, но ничего не объясняющего «он заслужил». Аргументация уровня «не твое собачье дело, просто убей его» меня не устраивала, но поделать с этим я ничего не могла. В этой истории я явно была проигравшей по всем фронтам стороной, и это было обидно, досадно, и не ладно. Ее нежелание делиться важной информацией откровенно бесило, но с этим было ничего не поделать, кроме как делать что-то другое.

К примеру, попытаться найти для ритуала что-то более доступное, чем кровь вампира.

«В этом городе определенно должен быть хоть один призрак, – предположила ведьма. – В идеале было бы раздобыть кусочек самой энергии, но ты не потянешь такое сложное плетение, поэтому попробуем отделять энергию, облеченную в форму».

– Чегось?

«Ты раздобудешь кусочек савана. Но для этого тебе понадобятся заколдованные ножницы. И заговоренный мел».

Ага. Будто у меня хоть простой мел есть.

Пришлось идти в супермаркет и покупать детские мелки. Заодно продуктов прикупила и… Покупать одновременно что-то для магии и бренных нужд оказалось достаточно странно для восприятия. Будто две реальности вдруг столкнулись, и я как-то особо четко осознала, насколько изменился мой мир за последние несколько дней.

Одна-ако! Изменения конечно занимательные, но как-то не радуют. Где вообще мой радужный пони, полагающийся всяким неожиданным ведьмам в сказках?

Ах да, это же не сказка. Ну, тогда ладно, обойдемся без поней.

Зато с зачарованным мелом – экая я мощная колдунья, у меня теперь есть мел!

Который заколдовывать, кстати, оказалось достаточно легко. Как минимум тем, что не пришлось ехать ни за какими дополнительными ингредиентами. Всего-то нужно было взять мелок в ладошки да прошептать заветные слова, позволяя вложенной в меня ведьмой магии сделать свое дело.

«Лепота», – подумала я, и в лучших традициях жанра именно в этот момент выяснилось, что легкое закончилось, и дальше этим мелом нужно рисовать.

Так-то у меня по жизни много талантов, но рисование было категорически не в их числе. У меня даже банальное «палка-палка-огуречик» получалось криво и косо, а она мне «нарисуй круг, а в круге круг, соедини точки двенадцатью линиями, а те линии еще двенадцатью, чтоб углы, и все это с миллиметровой точностью».

Проще пойти и дать в морду Мечеславу, но это не решило бы нашу проблему. А жаль.

И вот в это трудно поверить, но я собралась и пошла обратно в супермаркет. За линейками, циркулем и транспортиром. В свои двадцать девять при не связанной с черчением профессии, я покупаю транспортир для рисования магических знаков, чтобы зачаровать ножницы.

Реальность, ты серьезно?!

Риторический вопрос. В процессе было осознанно, что рисовать нужно, внимание, на чем-то. Потому что рисовать прямо на столе мне как-то было ну, мягко говоря, неохота. Пришлось еще шататься по торговому центру в поисках достаточно большой досточки.

В результате купила кухонную, деревянную, с красиво вырезанной на ручке лилией – надеюсь, она всяким ритуалам и колдунствам не повредит. Ведьма вроде одобрила.

Но вот что уже перешло в категорию доказанных практикой фактов – становиться ведьмой достаточно затратное занятие.

Вернувшись домой, я занялась расчерчиванием нужного знака. Но для начала пришлось рисовать образец на бумаге, чтобы точно знать, какой именно знак нужен, а то ее «круги да линии» не было даже относительно похожим на макет. И когда я раза с третьего закончила полный рисунок на листе, ведьма выдала унылое:

«Если ты на дереве нарисуешь так же и попробуешь колдовать, мы все умрем».

Она, конечно, утрировала, но… А может и нет.

– Знаешь, я немного боюсь, – глядя на доску, призналась я. – Это кажется очень сложным и важным, и это колдовство, а я…

«Просто начерти ровно знак. Я сделаю остальное».

– Варить зелье было как-то проще, – я вдохнула, выдохнула, и взялась за мел. – Чтож, приступим.

Честно говоря, это даже было бы интересно, если бы не было так нервно. Перспектива ошибиться в линии и совершить тем самым самый необычный и неосознанный суицид как-то не прельщала, так что выверяла я все до доли миллиметра, и потратила на все это больше пяти часов. А в результате получила линейный меловой рисунок сантиметров двадцать в диаметре. На то, чтобы заклясть ножницы, найти призрака и обновить ему гардероб оставалась часть вечера и ночь. Ночь, желательно, не полная, потому что мне вообще-то нужно и поспать перед работой.

– Я надеюсь, ножницы заколдовываются не так долго, как я это рисовала? – чувствуя, как «благодарят» меня моя спина за столь длительный срок в склоненном состоянии и глаза за кропотливость работы, уточнила я.

«Я справлюсь гораздо быстрее, – хмыкнула ведьма. – Положи ножницы на знак, коснись линий кончиками пальцев и позволь мне творить колдовство. Только ради всего, что для тебя свято, не нарушь целостность знака, когда будешь прикасаться».

О да, я очень постаралась. Даже без ее уточнения портить работу, на которую ушла львиная доля дня, не хотелось от слова совсем.

Ведьма подсказала мне нужные слова, вложила в меня нужную магию, и прорисованный мелом знак засветился, передавая свой свет уложенным в центр ножницам. Это было так похоже на то, что случилось со мной на парковке по сиянию, но… более красиво, структурировано, подконтрольно. Магия, направленная больше на созидание, чем разрушение.

«Теперь этими ножницами можно срезать призраку саван, – удовлетворенно сообщила ведьма, когда сияние погасло. – Или убить призрака, если он будет слишком наглеть».

Созидание, ага. Как же.

– Что имела в виду та колдунья, когда говорила, что в твоем ожерелье нехорошая сила? – глядя прямо перед собой, спросила я.

Ведьма помолчала. Я уже и не надеялась, что она соизволит ответить, в своей манере решит, что это та область знаний, которой я недостойна, но она будто бы вздохнула и все-таки заговорила:

«Она уточнила, что сила в ожерелье темная. Милена, мы все совершаем ошибки, и эти ошибки нередко формируют нашу славу. В тот день за мной пришли. Всего лишь люди, но за их спинами был также тот, у кого была сила. Он заколдовал меня, и его магией теперь пропитано все. Моя одежда, мои украшения. Я».

– Оу, – я виновато прикрыла глаза. – Это было… это было больно?

«Что именно?»

Я прикусила губу. И качнула головой:

– Ничего, прости. Давай найдем призрака и добудем второй ингредиент. А как, ты говоришь, мы будем его искать?

«Ну, ты можешь снова попытаться спросить у своей чудо-штуки, – хмыкнула она. – А можно спросить пепел».

– Спросить что, прости?

«Тебе понадобится карта, бумага и чернила».

– Я сейчас очень сильно надеюсь, что паста в ручке прокатит за чернила, – вздохнула я.

Право слово, я скоро смогу вести рубрику «заменяем все подручными средствами» в каком-нибудь ведовском журнале. Неплохая перспектива, если КириллКирилыч решит меня уволить, чтобы избежать проблем.

Карту пришлось распечатывать на нескольких листах, чтобы получить нормальный охват и понимание места. После этого, по инструкциям ведьмы а-ля «веди линию вниз, теперь влево под углом… да не таким углом» я смогла записать нужные слова на чистом листе и поджечь его.

Колдуем в домашних условиях и не сжигаем квартиру. Чем не красивый заголовок для одной из моих будущих статей?

Бумага горела, пепел оседал на расчерченные картой листы, и собирался в кучку, пока последний кусочек, догорая на лету, не упал к остальным. Вот в этот момент началась магия – пепел пополз в разные стороны, на ходу разделяясь на более мелкие змейки, пока не рассредоточился по карте едва заметными точками.

«Да у вас здесь можно собрать маленькую армию!» – выдохнула ведьма, когда все «змейки» собрались по нужным местам.

– Невероятно, – откликнулась я, пытаясь осознать, насколько мой город населен всякими мистическими существами.

Ведь здесь были отмечены только призраки. А еще ведь есть вампиры, оборотни, колдуны – и это как минимум.

Я нервно зажала рот ладонью, пытаясь на корню заглушить ощущение, что я, возможно, вообще единственный человек в городе. Очень мнительно, Милена, очень мнительно. Как минимум часть сотрудников фирмы, в которой ты работаешь, люди. По крайней мере, другой информации о них не поступало. Хотя, было бы забавно, окажись тот же Шушер каким-нибудь великим колдуном или еще чем. Это бы даже пояснило его поведение, мда.

«Закат отгорел, ты знаешь свой город лучше, чем я. Посмотри, к какому призраку мы сможем добраться с меньшим количеством проблем, бери ножницы и идем».

Я вдохнула, выдохнула, и пригляделась к карте.

– Вот это, – я указала на заброшенное здание неподалеку. – Оно даже не огорожено, и туда мы сможем добраться пешком.

«Отлично, вперед».

Я кивнула, подхватила ножницы и на ходу накинула легкую куртку, ощущая даже какое-то воодушевление.

Возможно, сегодня я стану на шаг ближе к свободе!

Невозможно – поняла я, как только открыла дверь и оказалась тут же втолкнута обратно в квартиру и прижата к стене в собственной прихожей.

– Нас прервали, – сказал Мечеслав, зажимая мне рот рукой. – А у нас был такой замечательный, продуктивный разговор, дорогая. Я хотел бы его продолжить, если ты не против.

Страх взметнулся внутри выпущенным из клетки зверем, заметался, путая мысли и оставляя только банальное «слишком, слишком сильный». И в ответ на это будто отголоском былого колдовства, внутри взметнулось новое, злое, жесткое.

Вампира отбросило от меня, впечатав в стену напротив, но прихожая была слишком узкой, чтобы это было так уж далеко – мы все еще находились буквально в метре друг от друга, и его глаза снова горели алым огнем.

– Не прикасайся ко мне! – кажется, мой голос зазвучал эхом голоса ведьмы, потому что эта мысль была одна на нас двоих.

– Варнава, – неожиданно совсем другим тоном проговорил вампир и шагнул обратно, но в этот раз… поцеловал?

Я как-то подвисла на пару мгновений, пытаясь осознать происходящее, в то время как ведьма внутри меня снова вспыхнула сочащимся ненавистью гневом. А Мечеслав… просто целовал, плавно, но в то же время крепко, перехватив мои запястья и прижав их к стене у моей головы, вжимаясь в меня своим телом и это было так… знакомо. И то, как он произнес имя до этого – эти интонации будто эхом звучали в моем сознании, как-то странно контрастируя со злостью ведьмы, заставляя меня еще больше потеряться в творящемся в этой сумасшедшей реальности.

– Я узнал твое ожерелье еще тогда, в клубе, но должен был убедиться, – выдохнул вампир, едва заметно отстранившись, и касаясь моих губ своим дыханием. – А твою ненависть невозможно ни с чем спутать, сколько бы сотен лет не прошло

– А вот спутал, – прошипела я, приходя в себя. – Отпусти меня, иначе я за себя не ручаюсь.

Бушевавший внутри гнев ведьмы вдруг стих. Это не выглядело так, будто она успокоилась, это выглядело скорее так, будто она «отключилась», затаилась где-то совсем глубоко, закрывшись в каком-то коконе – словно бы и нет ее совсем. Зато у меня осталась моя собственная злость, замешанная на затронутом женском достоинстве. Да кто ему дал право?! Врываться в мой дом, угрожать мне, целовать меня, утверждать, что я – это другой человек?! Да, может во мне и живет древняя ведьма, но это не значит, что меня здесь больше нет!