Текст книги "Ночь на троих (СИ)"
Автор книги: Кира Лав
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)
Глава 13. Кира
Поцелуй он требует, вот деловой какой. Прямо так я побежала и исполнила требование, а как же!
Сижу… на нем. Да. Сижу на нем и с недоумением смотрю в глаза, потому что что это еще за требования такие?
Но что-то мне подсказывает, что он не особо будет слушать мои протесты, поэтому решаю немного схитрить. Хватаю пальчиками его за подбородок, поворачиваю голову в сторону и чмокаю в щеку. Едва ощутимо, даже не по-детски, совсем уж невинно! Явно не так, как того требовал Данияр. Но мало ли, что он там требовал…
– И это по-твоему поцелуй? – возмущается, но так не по-настоящему, что я от этого только хихикаю.
– Конечно. Самый настоящий.
– Настоящий, хулиганка, это не так, – внезапно говорит он шепотом, прикасаясь губами к моему уху… Меня пробирает дрожью от этого сразу же. Мурашки бегут по шее, плечам и опускаются в самый низ живота. Меня даже потряхивает пару секунд от неожиданности этого действия. Краснею тут же. От его голоса, от его слов. И в целом от обстановки…
Сейчас, ровно в эту секунду его слова о том, что тут романтично, уже не кажутся мне такими смешными. Кажется, при полном освещении и в любой другой момент нашей жизни меня не впечатлило бы так обычное высказывание, но сейчас… Я едва держу себя в руках, чтобы не застонать.
– Я хочу есть, – жалуюсь ему, чтобы скорее перевести тему. Не готова я с ним поцелуи обсуждать! Я самый неопытный в мире человек в любовных делах, о чем говорить-то? Будет еще ржать надо мной, что я в девятнадцать лет и не целовалась толком. Ну… Целовалась, конечно, но не прямо чтобы очень много.
– Придется ждать Дему, у меня ничего с собой нет, – говорит Дан. – А хотя…
Он лезет в карман джинсов и я чувствую попой шевеления его пальцев. Приподнимаюсь, чтобы этот момент не стал еще более неловким, жду, пока он достанет, что хотел, и сажусь обратно. Неловко, конечно, но на пол я точно не сяду.
– Что там?
– Жвачка. Утолит голод немного, а поедим уже дома. Будешь?
– Давай, – жму плечами. Это лучший вариант из возможных сейчас. Потому что либо жвачка, либо вообще ничего.
Он выдавливает две подушечки из пачки себе на ладонь, одну закидывает себе в рот, а когда я тянусь ко второй пальцами, он сжимает кулак. Возмущаюсь, хихикаю, пытаясь раскрыть его пальцы, но мне даже всей имеющейся силы не хватает, чтобы разогнуть хотя бы один! Господи, насколько сильный этот мужчина? Мне стоит бояться этой силы, или, все-таки, она и дальше будет стоять на моей стороне и защищать?
– Открывай ротик, – говорит он, и почему-то его хриплым голосом это звучит та-а-а-ак пошло, что я снова краснею! Боже, где там Дема с лифтерами, а? Я же тут заживо сгорю с ним, доставать будет некого. – Открывай, я сам.
Вздыхаю, но… слушаюсь. Открываю рот и чувствую прикосновение пальцев к моей нижней губе. Он кладет подушечку жвачки на язык и я, видимо, решаю, что бессмертная, прикусываю кончик его указательного пальца, на пару секунд задерживая его во рту.
А потом опускаю… И пугаюсь огня в его глазах.
– Не хулигань, хулиганка, я не железный.
– Прости, – пищу, понимая, что этот странный порыв был максимально неуместный, и дальше сижу тихо, как мышка. Хоть и на его коленях, да.
Мне просто жутко неловко, я ругаю себя на чем свет стоит каждую секундочку! Вот ну не дура? Ну дура, конечно. Кто умной-то назовет? Я точно не назову.
Уже и есть не хочется. Закроюсь в своей комнате и буду там безвылазно сидеть, чтобы только с мужчинами больше не пересекаться. Да. Точно. Так и сделаю!
Мы молча сидим минут, наверное, десять, которые в этой тишине и полумраке кажутся просто бесконечно долгими. Я так активно жую эту пластинку, что она уже становится дико невкусной и резиновой, и мне даже приходится порыться в сумочке, чтобы достать салфетку и избавиться от нее. Данияр проделывает то же самое, и если минуту назад обстановку разряжало хотя бы синхронное жевание, то сейчас…
Я не выдержу всего этого так долго, честное слово. В такой тишине можно и крышей поехать, что за камера пыток?!
Решаюсь заговорить, правда надо отвлечься. Ну… спрошу о работе? Да, наверное. Это универсальное начало диалога, а дальше уже само пойдет.
– Слушай, Дан…
– Хулиганка, а ты…
Говорим мы одновременно и снова замолкаем, а потом громко смеемся над этим недоразумением.
– Что ты хотел спросить? – задаю ему вопрос. В целом, та неловкость пропала в секунду. Как так быстро всё с этим мужчиной? Очень! Я не успеваю за этими переменами, словно так и не бывает совсем!
– Почему ты начала рисовать. А ты?
– Почему ты решил зарабатывать на жизнь драками, – снова хихикаю. Вот совпадение. – Тоже хотел придумать тему, чтобы разрядить обстановку?
– Ага. Придумал кое-что получше, но, возможно, ты не оценишь, – фыркает он.
– Что?! – мне интересно! Что он там такого придумал? И почему это я не оценю? За кого он меня принимает то? За ханжу какую-то или душнилу?
– Ну-у-у… Не. Ты точно будешь против.
– Не буду, обещаю! – любопытство играет со мной злую шутку, а еще Данияр словно знает, что я очень азартная в этом плане. Нельзя от меня ничего скрывать и вот так закидывать удочку без окончания. Я начинаю нервничать!
– Точно?
– Точно! – говорю уверенно и даже усаживаюсь поудобнее, чтобы слушать, что он там придумал.
– Ну, смотри. Если что, я предупредил, – посмеивается Данияр, и..
И в следующую же секунду его рука зарывается в мои волосы, а губы накрывают мои в страстном поцелуе…
Он вырваться не дает, да и я не то чтобы очень сопротивляюсь, чего уж. Я просто в шоке! Сижу и не понимаю, это реально происходит, или нет?
Его губы мягкие, но настойчивые, он целует страстно, но аккуратно, пытаясь выбить из меня ответные движения. А я… нормально ли это? А что делать? А как вообще…
Все мысли покидают голову, и до слуха доносится хриплое:
– Расслабь губы, хулиганка. Мы просто целуемся, ничего больше.
И почему-то это “ничего больше” расслабляет намного сильнее, чем сама просьба расслабиться. Не знаю, как это работает, но выходит именно так. Я и правда расслабляю губы и тогда его поцелуй становится чуть напористее.
Мне определенно нравится… Это, скорее всего, самый вкусный поцелуй за всю мою жизнь.
Он раздвигает языком мои губы и врывается в рот. Меня окатывает волной возбуждения, все накопленные эмоции скатываются в один ком, и… И вырываются из меня сладким стоном, на который Дан незамедлительно реагирует. Его рука в волосах сжимается сильнее, он в целом меня ближе к себе прижимает, и целует, как он целует! Я голову от его губ теряю окончательно, и когда чувствую его руку на бедре, шлю к черту все правила и наконец-то целую в ответ, сплетая языки.
Это сумасшествие. Правда. Абсолютное.
Я целуюсь в лифте со своим сексуальным соседом и ни капли не жалею об этом.
Но это такой восхитительный поцелуй, что я совсем не хочу, чтобы это заканчивалось…
Поддержите работу звездами и комментарями, если вам нравится история) Спасибо огромное, приятного чтения ♥
Глава 14. Данияр
Блять… А как так вышло, что меня так сильно повернуло на этой девчонке?
Не могу понять и вспомнить тот момент, когда у меня при виде нее мозг начал отключаться. Но это реально так и меня немного даже пугает.
Встретила она нас не особо гостеприимно, ножами тыкала, фыркала, рычала. Потом сторонилась, опять фыркала. Даже сейчас на руки не хотела садиться, до последнего упиралась.
Зато потом сдалась.
Да так кайфово сдалась, что я бы вообще никогда все это не прерывал.
Она открываться начала понемногу, но ей еще явно сложно. Она сторонится, волнуется, и явно себя не в своей тарелке чувствует из-за того, что квартиру с двумя мужиками делить приходится. Но… Но мне кайфово. Нравится на нее по утрам смотреть, когда она заспанная в смешной пижаме по квартире бегает, надеясь не опоздать на первую пару.
А как смущалась, когда подарок мой принимала? Еп твою, это ж просто бальзам на душу.
Девки все вокруг картонные, на ринг как приходишь – стоят, ждут. Одинаковые все, губы больше чем лицо, ресницы такие, что взлететь можно, носы переделанные. Каблуки огромные, юбки короткие, что и юбкой назвать сложно. И взгляд блядский у каждой. Потому что знают, зачем туда приходят. Чтобы снял их кто побогаче. Папика ищут, готовы сосать с утра до ночи, чтобы потом новым айфончиком хвастаться перед подружками.
Тошно, если честно. Я, конечно, парочку таких перетрахал, но пустое ведь всё, нихера там нет кроме физики. И у них эмоций никаких, вообще. Настолько все пластмассово, что в какой-то момент я даже внимание на них перестал обращать. Потом встретил нормальную девчонку, но она не вывезла того, что я дерусь, бросила.
И забил как-то, не до отношений мне было, спортом занялся, в люди вышел, бабки стал зарабатывать. Квартиру вот купил, только ждать надо, пока достроится дом.
И тут она. С ножом в руках, боевая вся, смешная.
В сердце сразу запала кольнуло прямо, не могу глаз отвести. Хочется ей пошлости всякие говорить, потому что краснеет смешно, реагирует. Трогать хочется, смущать ее. На плече от всяких уродов уносить, подарки делать. И нос за нее мудакам сломать тоже не жалко.
В лифте застрять вообще кайф, а еще и ответы на поцелуи получить – одно удовольствие.
Короче, никто из нас не был рад, что квартиру придется на троих делить, но теперь я счастлив.
И самое стремное, что Дема тоже.
Не слепой я, вижу, как он на хулиганку смотрит, разве что не облизывается. Бешусь, конечно.
Но то, что целуется она со мной, немного нервы мои успокаивает.
И то, как поцелуй разрывает и глаза опускает, краснея, тоже.
Свет врубается, лифт дергается, а потом начинает движение и через пару секунд останавливается на нашем этаже.
Всё происходит так быстро, что мы не успеваем ничего сделать. Слезть с меня она не успевает тоже…
Двери лифта разъезжаются, на нас смотрит Демьян. Его улыбка с лица сползает сразу же, стоит ему нас увидеть.
А губы у хулиганки красные, искусанные, зацелованные.. Любовался бы и любовался. И идиотом надо быть, чтобы не понять, что тут было!
Кира спохватывается, подскакивает на месте, встает с моих ног. Поднимает свой телефон с горящим фонариком, хватает сумку и выбегает из лифта, задев Дему плечом.
Мы молча смотрим друг другу в глаза, слышим, как соседка звенит связкой ключей и хлопает дверью.
– Серьезно? – спрашиват Дема. Он стоит опершись плечом на дверь, не давая ей закрыться.
Встаю, отряхиваю джинсы. Ну, что мне ему ответить? Серьезно.
Я у друга никогда девушек не уводил, да в целом никогда не было такого, чтобы мы прям на одну запали. Хотя… разок было. Но там просто тройничком хорошим все началось и закончилось. Тут же проблема явно серьезнее. Дема запал на нее точно так же, как и я, и так просто уже не отделаться.
Мы дружим с самого рождения считай, несмотря на то, что он на два года старше. И никогда я не подумал бы даже уводить у него девчонку.
Но…
– Да, – отвечаю ему, когда встаю, смотрю прямо в глаза.
– Вот ты урод, – говорит он, скривившись, и делает шаг к квартире.
Вылетаю из лифта, хватаю его за плечо, разворачиваю к себе. Так дело не пойдет.
– Стоять! В чем урод-то?
– Она мне нравится! – рычит Дема.
– Так и мне она нравится! По-настоящему! Я, блять, может вообще влюбился в первый раз? – задаю ему вопрос. Надо решать что-то, сраться не вариант, нам еще работать вместе. Да и дружбу ломать из-за девчонки, пусть и такой кайфовой, тоже не вариант.
– Ты вообще любить-то умеешь?
– А вот вдруг? Слушай, я нихера плохого не сделал. Она не твоя девушка, целовать ее не запрещено.
– Я, по-твоему, должен закрыть глаза и смотреть теперь, как вы лобызаетесь?
– Чувак, не драматизируй. Я уверен на триста процентов, что хулиганка будет делать вид, что ничего не произошло и дальше этого поцелуя не согласиться продвинуться, – отвечаю Деме, вспоминая, как Кира улетала из этого лифта. – Вот посмотришь, она наверняка уже закрылась в своей комнате и даже ужинать не выйдет.
– То есть, вы не пара?
– Даю сотку, что нет.
– Хорошо, – кивает он и прищуривается. – Я не перестану проявлять к ней интерес и добиваться внимания.
Вот тут психую. Очень. Но понимаю, что он прав. По-хорошему, Кира сама решить должна, кто из нас ей нравится. И нравится ли вообще.
Ревность конечно душит и кулаки сами по себе сжимаются, но я держусь. Это самый адекватный вариант развития событий. Чтобы всем остаться при своих симпатиях, но при этом не посраться.
– Хорошо, – киваю, тяну другу руку. – Пусть сама решает, нужен ли ей кто-то.
– Как так вообще вышло, что мы запали на одну девчонку? – жмет руку в ответ и усмехается Дема. – Что-то новенькое.
– Да, что-то странное. Обычно тебе нравится кто-то более… спокойный.
– А тебе шлюховатый.
– Иди нахер, – посылаю друга и ухожу в квартиру, слыша в спину:
– Только после тебя.
Мы заходим в квартиру, и, как я и говорил, хулиганки не видно, в дверь в ее комнату заперта.
– Я же говорил, – киваю на закрытую дверь и вижу какую-то хитрость в глазах друга.
– Ужин сегодня с тебя! – говорит он мне, и я даже не успеваю протестовать.
Он посмеивается, а потом… Сука! Идет к двери в комнату хулиганки.
– Тук-тук.. к тебе можно? – спрашивает он у нее, она отвечает, что можно, и… И Дема заходит к ней в комнату, закрывая за собой дверь.
Блять!
Это будет сильно сложнее, чем мне казалось в разговоре пару минут назад.
Надо приготовить что-то внусное, чтобы хулиганка поняла, выбор в чью сторону надо делать.
Ну вот мы и побывали в голове у одного из мужчин! Как вам?)
Глава 15. Демьян
Мы никогда не срались с Даном. Ну, как-то так вышло, что у нас совершенно разные характеры и как раз это стало нашим ключом к дружбе без ссор.
Мы знакомы с самого рождения, наши мамы – лучшие подруги, и когда Дан родился, а мне было два, я считал его своим братом, потому что мы очень много времени проводили вместе.
И в целом ни черта не изменилось за все эти годы, разве что игра в песочнице переместилась на ринг.
У нас никогда не было поводов для ссор. Вспыльчивость Дана легко гасла под моей холодностью, а он когда надо разжигал огонь. Идеальный баланс в дружбе.
Был.
Пока не появилась Кира.
Втрескаться в одну девчонку вместе с лучшим другом? Звучит, как сраный бред. Но именно это мы и сделали. Олени…
Как так? Она даже внешне не во вкусе Дана! Он вечно выбирал каких-то разукрашенных куриц, что в этот раз у него дало сбой?
Она мне сразу понравилась. Милая, хорошенькая, но с характером. При это слабая, когда надо быть сильной, и сильная, когда можно было бы побыть слабой. Смешная, заботливая, стеснительная. А как смущается, когда начинается проявляться чуть сильнее, чем обычно, ух…
Я заметил, что Дан шутит с ней свои пошлые шуточки, но старался не обращать внимания, думая, что это обычное его дело. Он в принципе так общается, по-другому не умеет просто. Но осаживал каждый раз его, просто потому что это автоматически получалось. Защитить девчонку, уберечь от лишних мужиков, и… И Дан как раз стал казаться мне лишним.
Видел я, что он ее внешне цепляет, но на него вечно все липнут, и она-то не слепая, чего уж.
А потом… блять. Они целовались. Просто блять.
Меня накрыло лавиной всех сразу эмоций. Потому что она мне нравится, какого хера он к ней лезет. И, самое главное… Почему она отвечает?
Злость и ревность смешались, внутри бушевало такое, что я сам себя не узнавал. Не привык я чувствовать такое к лучшему другу, но честно, хотелось ему второй глаз разукрасить в тот момент.
Хотя умом понимаю, что девчонка не моя, имеет право на все. Да и Дану я не говорил ничего о ней, но… Бля. Просто ревность какая-то ненормальная внутри поселилась и хер вообще знает как на нее реагировать.
Мы поговорили с Даном и пришли к самому логичному, но не менее раздражающему решению. Пусть соседка сама решает, кто ей нужен и кто больше нравится. А мы… Ну, я по крайней мере сделаю все, чтобы она сделала правильный выбор.
Стучу к ней в комнату спрашиваю, можно ли войти, и она смотрит, кто там, и отвечает положительным кивком.
Сидит на кровати в позе лотоса и выглядит такой растерянной, что я даже злиться на нее мигом перестаю, хотя, признаюсь, злился.
Присаживаюсь рядом с ней и кладу руку ей на колено, без подтекста, просто поглаживая в знак… дружбы? Наверное. И поддержки после идиотского дня.
– Ты как? – спрашиваю, потому что в первую очередь мне правда важно, как она переживает все то, что случилось часом ранее у нее на студии. Я весь хлам разобрал, надо там ремонт сделать и новое всё купить и будет красота.
– Не знаю, – она пожимает плечами. – Вроде уже нормально, а вроде все ее потряхивает изнутри.
– Ну ты же не собираешься из-за одного мудака разочаровываться во всех мужчинах? У тебя есть прекрасный сосед, который поможет вернуть в них веру, если что, – улыбаюсь ей, и тут она на автомате выдает фразу, от которой улыбка спадает с моего лица.
– Два. Два прекрасных соседа, благодаря которым я никогда не перестану верить в мужчин.
Да. Конечно. Два. Куда ж без Дана, о чем это я.
– Да, – киваю ей. Ладно. В любом случае Дан лучше того уродца, так что… пусть пока определяется. Если вообще не захочет нас двоих послать и выбрать кого-то более адекватного. – Я рад, что вера в мужчин не пропала.
– Вы не оставили выбора, – отвечает она с грустью, снова выделяя нас двоих.
Подвигаюсь к ней ближе, как магнитом тянет. Хочется быть рядом.
Жесть. Я даже не понял как так быстро в нее втрескался. Она даже ничего не делала для этого! Просто была собой. И это больше всего меня в ней и зацепило.
– Не грусти, соседка, мы правда поможем восстановить студию, – обещаю ей, а потом тянусь рукой к лицу и отвожу упавшую на щеку прядь за ушко, задерживаясь пальцами дольше, чем того требовала ситуация.
Щеки Киры тут же краснеют, она поднимает на меня взгляд и застывает, а я не могу отвести руку, ее словно магнитом прибило, никакая сила теперь не поможет.
В ее глазах огромный вопрос и капелька… сомнения? Не могу считать. Что-то ей точно мешает, и в целом, я подозреваю, что это что-то: поцелуй с моим другом полчаса назад. Интересно, она не хочет что-то иметь со мной после этого или ей просто неловко, что мы как два барана на нее решили нападать одновременно?
Если второе, то придется смириться. Я не могу не нападать, это само собой происходит.
Глажу большим пальцем ее по щеке, замечаю, как они розовеют, улыбаюсь от этой картины. И мы молчим. Она смотрит на меня, а я на нее, взгляд не могу оторвать. Рассматриваю каждую деталь, а при этом запомнить ни черта не могу. Как будто я просто цельный образ запомнить хочу, но детали мне не нужны.
Палец машинально соскальзывает чуть ниже задевая уголок губ. Аккуратно прохожусь по нижней, сминая ее пальцем, и тут Кира неосознанно облизывает ее, касаясь моего пальца кончиком языка…
Ситуация накаляется за пару секунд, словно кто-то поднес спичку к полному баллону газа и вот-вот это все взлетит на воздух.
Я вижу, как колотится ее сердце, венка на шее с сумасшедшей скоростью бьется. И у меня не хуже. Сорваться бы к чертям, и…
– Дема, – говорит она шепотем, и накрывает мою руку сверху своей. – Зачем вы мне помогаете?
Не знаю, что она хочет добиться этим вопросом, но отвечаю правду сразу. Не могу думать сейчас о том, как красиво съехать с темы. Мозг отключен.
– Потому что ты мне нравишься. Нам. Обоим, кажется…
– О боже, – говорит она и прикрывает глаза, выдыхает весь воздух из легких и пару секунд вообще не двигается никак. Эта информация далась ей даже труднее, чем мне, и в целом я понимаю, что конкретно ее смущает.
Это нормальная практика, когда девушка нравится больше, чем одному парню, они пытаются добиться ее внимания и в конечном итоге она выбирает кого-то одного.
Но все усложняется тем, что мы втроем живем под одной крышей..
– Тебя напрягает это? – спрашиваю и замечаю, что всё это время я, не контролируя себя, глажу ее по щеке.
– Я не знаю, – также шепотом, наконец-то открывая глаза. Смотрит в упор, и я чувствую, что тону еще глубже. Со скоростью света. Как так вообще? Я всегда симпатию проявлял с особой осторожностью, о любви вообще не говорил никому. А тут… втрескался просто сходу. И всё. – Не знаю, – пожимает плечами. – Всё так странно. Это сожительство, потом… вы такие настойчивые, смущающие… Но хорошие, помогаете мне, и… Тут Дан в лифте, потом ты с этими словами, и… Слишком много эмоций за день, у меня голова кругом.
– Я очень хочу еще одну эмоцию тебе подарить, соседка. Очень.
– М? – спрашивает она и хмурится, явно не понимая, о чем именно я говорю.
А я просто жду, когда она даст добро, чтобы не выглядеть совсем уж варваром. Хотя…
– О чем речь? – переспрашивает.
А я не хочу отвечать. И ответа ждать уже тоже больше не могу.
Сжимаю руку крепче, притягивая голову Киры к себе и впечатываюсь губами в губы, утаскивая соседку в медленный и нежный поцелуй..
Почти невинный и детский, если не считать всех тех искр, что летают по комнате. Я держу ее крепко, не давая отстраняться, но и не напираю губами, даю ей определиться, чего она хочет.
И она не отвечает сначала, не двигается, явно слишком сильно сбита с толку моим напором.
Расслабляю губы, делаю первое движение. Хочу подчинить. Хочу целовать так, чтобы крыша слетела, чтобы все запреты пошли к черту…
Раздвигаю сладкие губы языком и улыбаюсь победно в поцелуй, когда она отвечает мне! Аккуратно, нежно и медленно, но отвечает, касаясь рукой моего плеча.
Зарываюсь ладонью в шелковистые волосы, чуть сжимаю у корней, срывая с губ тихий стон наслаждения. Сам тону в нем, дохну от вкуса и мягкости губ, чувствую, как возбуждаюсь с каждой секундой только сильнее, хожу по самому краю.
Кира вдруг отталкивает меня, но мягко, отстраняется от губ, но меня снова тянет к ней магнитом, поэтому я открываю ее голову назад, чуть потянув за волосы, и целую в шею, снова забирая у нее тихий стон.
Она перестает сопротивляться, тает, и я крышей еду сразу же. Целую сильнее, руку на коленке сдвигаю на бедро, сжимая кожу, и, кажется, даже оставляю небольшой засос у ключицы. Целую, покусываю нежную кожу, веду языком, оставляя мокрые дорожки. Кира стонет, но по тону слышно, как она смущается. Хочу, чтобы не стеснялась и не сдерживалась. Чтобы кричала подо мной, получая неистовое удовольствие…
Мы падаем на кровать. Внезапно, но, кажется, Кира просто теряет равновесие и я падаю на нее. Срываюсь тут же. Нападаю на губы, чувствую себя всё-таки каким-то варваром, но Кира не сопротивляется, не отталкивает! Не спешит, как я, медлит и осторожничает, но не говорит “Нет”, не боится! А это прямой зеленый свет, особенно, когда огонь разгорается всё сильнее.
Я врываюсь языком в ее рот, съедаю еще парочку стонов, а потом…
– Тук-тук, сожители, – звучит голос из-за двери вместе со стуком по полотну и за долю секунду Кира отлетает от меня к стене, прижимая к себе колени.
Дан заходит в комнату, психует, по глазам вижу и сжатым кулакам.
Кира у стены, раскрасневшаяся, запыхавшаяся. С распухшими от поцелуев губами, красной шее и засосом на ней. Я полулежу на кровати, тоже явно зацелованный, и…
– Я приготовил ужин, – рычит Дан. Ревнует, психует. Но он сам принял все наши правила. Драки не будет, это я знаю. Но успокоиться ему будет сильно сложнее, чем мне.
– Ты готовишь? – пищит соседка. Вижу, как ей неловко, и сам себя ругаю. Олухи. Поставили девчонку в такое положение.
– Только для тебя, хулиганка, – чуть смягчается Дан и тянет руку, приглашая Киру подняться.
Она с пару секунд думает, смотрит то на него, то на меня, в итоге принимает руку, опираясь на нее, и выбегает из комнаты первая.
– Не сверли меня взглядом, мы все обсудили, – говорю Дану, чувствуя, что он мечет в меня молнии. Встаю с кровати, становлюсь напротив него.
– Ты ее чуть не трахнул.
– Не преувеличивай. Не сделал больше, чем ты в лифте.
– Назло мне?
– Не неси ебань, Дан. Она мне нравится. Я не стал бы ее использовать.
– Пиздец случился, Дем. Она мне тоже кабздец как нравится.
Ну… будем выживать в новых реалиях, что ж. Повезет, в лучшем случае, кому-то одному.
