Текст книги "Плохиш. Студентка. Препод (СИ)"

Автор книги: Кира Лафф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц)

Глава 8

Андрей

Никита поворачивает ключ в замке и нехотя возвращается к кафедре.

– Ну, чего хотел? – начинает в своей фирменной хамоватой манере.

Мелкий гадёныш! Вечно думает, что умнее всех.

– Ты какого хрена к ней так откровенно подкатывал? – хмурюсь, разминая переносицу пальцами. С Лугиной всё пошло не совсем по плану. Нам нужно было просто напроситься к ней переночевать. Нужно было держать себя в руках и не спугнуть девчонку раньше времени… Но у меня от её робкой застенчивости и невинного возбуждения все намерения пошли по пизде. Хотелось трахнуть дочь козла Лугина вот так, сразу, без каких-либо подготовительных мероприятий!

– А что, боишься, я первым к ней трусишки заберусь? – Никита садится на первую парту и нагло усмехается. – А ты не бойся, Дрю, я уже к ней залез. Вчера. И ей охуенно понравилось.

Закатываю глаза.

– Это не соревнование!

– Да? Ну тогда тебе нечего переживать!

– Ты помнишь, ради чего мы всё это затеяли? – выхожу из-за кафедры и останавливаюсь напротив Никиты. – Это не ради того, чтобы ты мог выебать очередную недотрогу. Не ради удовольствия. Это ради твоего отца, Никита! Не забывай об этом!

Взгляд племянника становится более жёстким.

– Ладно, я тебя понял.

– Давай без отсебятины, идёт?

– Идёт.

– Действуем по плану. Членами не меряемся.

– Бля, ты такой душнила!

Хмыкаю, складывая руки на груди.

– Хотя бы у одного из нас есть мозги!

Никита достаёт электронную сигарету и прикуривает.

– Ты документы посмотрел, мозговитый ты наш?

– Да, не спал сегодня, но ещё не всё успел просмотреть.

– И что там?

– Пока ничего, – вздыхаю. – Но я тебе сразу сказал, что мудила Лугин вряд ли хранит важные документы у себя дома в кабинете. Он козлина, но не дебил!

– Попытка не пытка, – самодовольно усмехается Никита. «Гениальный» лан проникнуть в квартиру Лугиных принадлежит ему. – Зато теперь мы точно знаем, что искать нужно не в его кабинете.

– Да. Возможно есть какой-то тайный сейф. Нужно будет наведаться к ней домой ещё раз.

– Нужно, – тут же соглашается Ник и расплывается в хищной усмешке. – Только сразу предупреждаю, что не выдержу очередного «романтического» вечера без траха! Полночи со стояком мучался!

– Ох, бедный! – саркастически сочувствую. – Ничего, зато интерес к ней не потерял. Всё должно получиться… если, конечно, она не рассказала о нашем ночном визите своим родителям… Это может осложнить дело.

– Не рассказала, – уверенно заявляет Ник.

– С чего взял? – прищуриваюсь.

– Она даже подружкам не сболтнула. Стесняется. Небось вспоминает, как дико кончала, и это её тяготит.

– Что ж, это нам на руку, – похожу к кафедре и собираю бумаги, на которых план лекции. – Ладно, давай, дуй домой. А мне ещё надо в деканат зайти.

– Покеда, – Никита подходит к двери и поворачивает ключ.

На секунду замирает, а потом говорит:

– И всё-таки она забавная. Так натурально стесняется. Пиздец, скромняшка, да?

– Забавная дочь нашего врага, – отрезвляю его. – Не забывай об этом!

Никита передёргивает плечами и молча уходит.

Всё-таки он ещё очень молодой и зелёный. Смышлёный малец, но за ним нужен глаз да глаз. Если трахнет дочь Лугина раньше времени, то это может осложнить нам всё дело!

Задумчиво иду по коридору, кивая проходящим навстречу коллегам. Придётся со всеми знакомиться. Ненавижу это. С удовольствием бы остался работать в своей юридической компании. Я был самым молодым начальником отдела юридического сопровождения крупных финансовых корпораций… Вот только судьба внесла коррективы в мои амбиции. Теперь придётся поработать грёбанным преподом. Ладно, надеюсь, всё это ненадолго.

Иду к себе в кабинет и заполняю ведомости. Просматриваю план лекций, и штудирую учебные материалы. На всё это уходит больше часа. Так, лекций на сегодня больше нет. Но надо ещё зайти в деканат.

Поднимаюсь на два этажа выше и подхожу к нужной двери. Секретарши на месте нет. Сажусь в неприметное кресло возле окна и жду, когда она придёт. Мне нужно сдать некоторые документы на подпись…

Дверь тихо скрипит, открываясь, и я оборачиваюсь.

Хм… какая интересная встреча!

На пороге стоит Олеся. Малышка Лугина собственной персоной.

Она смотрит в сторону секретарского стола и не сразу замечает меня.

Теребит длинные косички и шагает в мою сторону.

Поднимаюсь из кресла и усмехаюсь, глядя на неё.

Наконец, староста поднимает глаза и встречается взглядом с моими.

Она тут же останавливается и замирает, чуть приоткрывая рот от удивления.

– Здравствуй, Олеся, – подхожу вплотную. Пахнет от неё также, как и вчера. Какой-то нежной цветочной зеленью. Приятно.

– З-з-здравствуй… те, – тихо шепчет, явно теряясь. – Что… вы тут делаете?

– Тебя жду, – её растерянность снова будит внутри нечто тёмное. Прямо как и вчера.

– З-з-зачем…

– Хочу убедиться, – дотрагиваюсь до кончиков её косичек и наматываю одну из них на палец. – Что у тебя ничего не болит, – другую руку кладу на её лоб, а потом опускаюсь ниже – на горящие огнём щёки. – Ты вчера так перетрудилась… Точно, ничего не болит?

Олеся нервно мотает головой, дёргается в сторону, но я её не отпускаю.

– Жаль, – пожимаю плечами. – Потому что я знаю отличный способ, как можно вылечить твою нервозность. Хочешь, покажу?

Глава 9

Олеся

Полтора часа назад

Вырываюсь из душной аудитории с пылающими алым щеками.

Не могу больше это терпеть! То, как Никита играет со мной! Постоянно касается и неприлично домогается… То, как Андрей смотрит на меня из-за кафедры… Он же дыру сейчас во мне прожжёт! И самое обидное, что всему этому харрасменту с их стороны я даже возмутиться не могу, потому что иначе… все могут узнать! Узнать о прошлой ночи… О том, что я позволила им… как хныкала, выпрашивая продолжение… Боже, это же настоящий позор!

Стремительно сбегаю по ступенькам вниз. Непослушные пальцы пытаются застегнуть пуговицы на куртке. Мне срочно нужно на воздух, иначе я просто… сама не знаю, что со мной будет!

– Олеся, погоди… – заботливый голос Василины… Её ладонь касается моего плеча…

– Ты куда? – вторит ей Лера.

– Домой! – отрывисто отвечаю, пытаясь спрятать предательски пылающее лицо.

Если девочки увидят меня в таком состоянии, они точно что-нибудь заподозрят! Уверена, они уже меня подозревают… Лучше не усугублять!

– Так ещё, ведь, две пары!

– Уголовное право отменили! Шумовского не будет! – выразительно смотрю на Васю, у которой при звуке фамилии её сводного брата на лице отражается вся гамма эмоций.

Я бы её поддержала, но… сейчас у меня просто нет на это никаких сил!

Хватаю со стола сумку и дёргаюсь к выходу, но…

– Так, народ! – Лера говорит достаточно громко, и мы обе оборачиваемся на неё. – Мы идём в кафешку! Сейчас же!

– Но мне… – начинаю было, однако Лера прерывает меня жестом.

– Возражения не принимаются!

Мы с Олесей переглядываемся и пожимаем плечами.

– Идём! – Лера хватает нас под локти и тащит в сторону выхода.

Мне кажется, что всё происходит словно во сне. Девочки о чём-то переговариваются, я тоже отвечаю на автомате, а сама… всё смотрю по сторонам. Мне теперь везде мерещатся эти двое… Кажется, Плохиш и Препод следят за мной! Ведь их появление в универе просто не может быть совпадением!

В кафешке мы оседаем за уютный дальний столик.

– Так, Олеся, нам с Васей нужно пояснение, – первой начинает Лера.

Сердце бешено колотится в груди, и я поднимаю на девочек полный вины взгляд.

– К-к-какое объяснение? – спрашиваю, запинаясь.

– Да хоть какое-нибудь! – нетерпеливо смотрит на меня Лера. – Новый препод ужасно горяч! Что уж говорить об этом парне в кожаной куртке! Не знала, что ты любишь пирсингованных, – Лера хитро прищуривается и отпивает свой латте.

– С чего ты взяла, что я таких люблю? – нервно сглатываю и опускаю взгляд в стол.

– Ты же с ними явно знакома! – теперь к допросу подключается Вася.

– Колись уже! – вторит ей Лера. – Утром ты вела себя странно. Так и не сказала мне, почему вчера весь вечер на звонки не отвечала! Я хотела у тебя домашку по практике узнать, а ты…

– Девочки, пожалуйста… – опускаю голову, чтобы они не заметили накатившие слёзы. – Это невыносимо стыдно… Вчерашний вечер был просто ужасным… Я не знаю… Не знаю, как можно о ТАКОМ рассказать!

Подружки ничего не отвечают – лишь многозначительно переглядываются.

– У меня идея! – внезапно говорит Лера, переходя на заговорщицкий шёпот. – Давайте каждая из нас расскажет какой-нибудь секрет, который её мучает! И, мы вместе постараемся помочь друг другу!

У меня трясутся коленки. До чего же Лера любопытная! Просто кошмар какой-то!

Уверена, мой секрет будет самым ужасным! Ведь чтобы плохого и грязного не делали девчонки, меня переплюнуть они точно не смогут! Никто из них уж точно не позволял себе провести ночь сразу с двумя совершенно незнакомыми мужчинами. Конечно, не сказать, что у меня был выбор, но… врать самой себе я не могу. Прикосновения этих порочных незнакомцев жутко волновали меня… И волнуют до сих пор!

– Ну что, согласны? – переспрашивает Лера.

– Нууу… – нерешительно тяну в ответ.

– Давайте! – нервно выдыхает Вася.

– Так, тогда на счёт три… – Лера выпрямляется и облизывает розовые губы. – Один, два, три…

– Я спала с Шумовским дважды! – зажмуриваясь, говорит Вася.

– Я подозреваю, что мой отец – преступник! – округляет глаза Лера.

– Я провела ночь с двумя мужчинами… – тихо шепчу я.

Девчонки выпадают в осадок от моей откровенности. Конечно, теперь даже Вася, которая состоит в сомнительной связи с шикарным преподом, по которому сохнет половина девчонок универа, выглядит не такой уж развратной… Я беру позорную пальму первенства в этом состязании.

Мы по очереди расспрашиваем друг дружку об откровениях, и когда очередь доходит до меня, я смущённо опускаю взгляд, стараясь как можно быстрее пересказать подробности своей ночи.

Подружки слушают с открытыми ртами, а, когда я заканчиваю рассказ, то, на удивление, чувствую себя гораздо лучше… Будто все тёмные сомнение, копившиеся внутри последние сутки, отступают на задний план, а внутри появляется давшая было трещину броня уверенности в себе.

– Вот это да… – выдыхает Вася.

Мы с девочками ошеломлённо переглядываемся. Каждая поделилась сокровенным, и теперь мы связаны общими тайнами… С удивлением замечаю, что в их глазах нет того осуждения, которого я так боялась увидеть. И я благодарна подругам за то, что они принимают меня такой, какая я есть. Жаль только, что о моей семье подобного сказать нельзя… Всю жизнь я старалась быть лучшей во всём ради того, чтобы услышать от родителей простое «молодец». Похвала и принятие в нашей семье встречаются также редко, как и цветы, занесённые в Красную Книгу…

– Так, девочки! – первой нарушает нашу паузу Лера. – Нам нужно с этим разобраться!

– Но как… – вздыхаю, глядя в стол.

– Так, давайте по порядку, – Лера смотрит на меня. – Сперва Шумовский с его преступными делишками. Раз уж ты, Олеся, имеешь опыт общения с симпатичными преподавателями, то, может, возьмёшь его на себя? – Лера с трудом сдерживает улыбку.

Убийственно зыркаю на неё. Она ещё и издевается!

– Что ещё рано шутить на эту тему? – Лера хлопает ресницами с самым невинным видом.

– Так! Знаешь что! Не надо мне тут свои блондинистые штучки выкидывать! Нет у меня никакого такого «опыта общения», на который ты намекаешь!

– Ну… – Лера мечтательно закатывает глаза. – Это смотря с какой стороны посмотреть…

– Да со всех!

– Что прямо со всех? – вскидывает брови Лера.

У меня внутри закипает негодование. Иногда Леркино чувство юмора не видит границ!

– Так, девочки, давайте успокоимся! – останавливает нашу перебранку Вася. – Давай я попробую разузнать про этого… как его… нового препода Заречного?

– А я тогда подкачу к этому брутальному плохишу с пирсингом, – подмигивает Лера.

Внутри что-то неприятно ёкает, когда я представляю, как красотка Лера заигрывает с Никитой… Поджимаю губы.

– Да не волнуйся ты, – поспешно добавляет она. – Я без всяких задних мыслей! Парень подруги для меня всё равно что столетний старикан!

– Да он не мой парень! – отчаянно оправдываюсь.

– Ну это пока, – не сдаётся Лера.

– Отстань…

Мы одновременно замолкаем и напряжённо смотрим друг на друга.

– Только, – серьёзно смотрю на подруг. – Давайте поклянёмся, что никому не расскажем о том, что только что узнали?

Каждая из нас кивает, внезапно понимая, какой груз ответственности представляют собой чужие тайны, а потом, не сговариваясь, мы одновременно произносим:

– Клянусь!

Глава 10

Олеся

Так, последнее дело на сегодня и точно домой!

Поднимаюсь в деканат и достаю из рюкзака папку с ведомостями, которые, я, как староста группы должна была сдать ещё утром. Но, к сожалению, мне было совсем не до того, поэтому всё затянулось.

Лерка всегда говорит, что у меня синдром отличницы. Может, она и права. Ведь любое неоконченное дело жутко меня тяготит!

Открываю дверь и смело шагаю вперёд. После посиделок в кафешке с подругами, я чувствую себя гораздо лучше. Ноги пружинят. Мне больше не хочется плакать. Как правильно сказала Вася, эти двое ещё пожалеют, что так со мной обошлись! Я найду на них управу! И уж точно при следующей нашей встрече не растеряюсь, как утром на лекции! Хотя, надеюсь, наша встреча случится ещё нескоро. Всё же, мне нужно к ней морально подготовиться!

Прохожу вперёд и останавливаюсь возле стола секретаря, которой я должна сдать документы.

Её нет на месте. Вздыхаю. Ещё и ждать придётся… Ну что за день-то такой! Я уже на тренировку по теннису опаздываю, а ещё к семинару готовиться надо, а вечером родители с дачи возвращаются, нужно приготовить для них ужин и… убрать следы преступления в гостевой спальне. Утром я так и не смогла заставить себя сменить там постельное бельё… От воспоминаний меня бросало в дрожь. Но сейчас этим точно придётся заняться. Родители ни за что не должны узнать о том, что случилось этой ночью!

Погружённая в свои мысли, я рассеянно отмеряю шагами комнату, а когда в очередной раз поднимаю взгляд, то…

– Здравствуй, Олеся!

Господь всемогущий! ОН возникает передо мной, казалось бы, из неоткуда!

Останавливаюсь как вкопанная, но препод уверенно сокращает оставшуюся между нами дистанцию. Идеальный костюм… Волосы уложены в стильную причёску. Чувственные губы изгибаются в нахальной усмешке.

– З-з-здравствуйте… – еле слышно шепчу, жутко нервничая в его присутствии. От вспышки уверенности в себе, от которой у меня пружинили ноги ещё пять минут назад, мигом не остаётся и следа!

– Что вы тут делаете?

Нет, всё же, эти ДВОЕ определённо следят за мной! В голове мелькает сумасшедшая мысль о том, что Плохиш и Препод и не люди вовсе! Может, они демоны, что были посланы по мою душу непонятно за какие грехи?

– Тебя жду, – ухмыляется, будто нарочно вторя моим потаённым страхам.

– Зачем? – глаза округляются, когда он подходит ещё ближе.

– Хочу убедиться, – препод быстро поднимает вверх руку и хватает меня за косички. – Что у тебя ничего не болит. – другая ладонь с нарочитой заботой скользит по моему лицу, будто Андрей Владимирович, и правда, хочет проверить температуру моего тела!

Он прав, я вся горю!

– Ты вчера так перетрудилась. У тебя точно ничего не болит?

От его близости мне становится как-то дурно. По телу пробегают мурашки. Мотаю головой и дёргаюсь в сторону, но волосы, которые мерзавец держит в руках, больно натягиваются и не дают двинуться!

– Жаль. Потому что я знаю отличный способ, как можно вылечить твою нервозность. Хочешь покажу?

Другая ладонь нагло скользит всё ниже и ниже по изгибам моего тела.

Я забываю, как дышать! Даже вопрос его забываю…

Препод задевает вершинки твёрдых сосков и прищуривается, продолжая обольстительно улыбаться. Мне пронзает дикими флешбеками того, как он зажимал мои бедные сосочки между пальцами вчера ночью. Как терзал меня и заставлял сгорать от унижения и желания…

– На твоём теле, – его голос понижается до сексуального шёпота. Точно такого же, каким он нашёптывал мне на ухо вчера. – Есть одна маленькая кнопка, нажав на которую… – его пальцы обводят подобравшийся пупок, а потом быстро спускаются вниз живота. Препод накрывает интимный треугольничек между плотно сведённых ног и… – Можно избавить тебя от напряжения…

Сказав это, мерзавец-препод, касается области моего ноющего клитора.

Я вздрагиваю и пытаюсь отшатнуться.

– Куда же ты, Олеся? – другой рукой он теперь крепко держит меня за плечо, на давая отойти. – Вчера ты была куда более открытой для экспериментов!

– Пустите! – шепчу срывающимся голосом. – Я буду кричать!

– Также сладко, как и вчера? Хм… конечно же будешь!

Он притягивает меня к себе, и я утопаю в аромате его парфюма. Горький, мужественный и очень насыщенный… Запах взрослого мужчины… от которого у меня начинает кружиться голова!

Совершенно не понимаю, что со мной творится! Тело живёт какой-то своей, отдельной от разума жизнью! Прикусываю губы, прикрывая глаза. Его наглые, дерзкие прикосновения будят во мне настоящее безумие! Дышу тяжело и часто… Кажется, ещё немного, и…

Андрей первым слышит, как распахивается дверь.

Он быстро отстраняется от меня, делая вид, что ничего ужасного тут не происходило!

– Вера Павловна, – этого негодяй просто само радушие. – А мы вас тут ждём!

Грузная женщина-секретарь добродушно приветствует моего мучителя… А я стою молча, не в силах также быстро переключиться на общение «по делу».

– Олеся, и ты тут, – улыбается она, завидев меня. – Вы уже познакомились со своим новым куратором?

– Что? – её вопрос звенит в ушах.

Рот открывается, и я молча перевожу на секретаря ошалелый взгляд.

– Да, Андрей Владимирович, наш новый преподаватель, попросил себе в помощники подающую надежды студентку. Мы обсудили с ним разные кандидатуры, но в итоге решили, что это будешь ты!

Ну да… конечно же. Решили они, я не сомневаюсь!

– Это очень хорошо для твоего резюме. Если тебя будет курировать такой опытный юрист как Андрей Владимирович. Он к нам, так сказать, с полей. У него было очень много практики! – тараторит секретарь. – Уверена, вы найдёте общий язык!

– Да мы уже нашли, – усмехается порочный препод. – Общий язык.

Его ладонь незаметно для Веры Павловны скользит ниже моей поясницы.

– О, отлично! Значит, введёте Олесю в курс дела?

– Конечно, – вежливо отзывается он. – Я введу. Я введу в неё всё, что нужно… – последнюю фразу он произносит, чуть понижая голос. Так, чтобы слышала только я!

– Что вы говорите? – переспрашивает секретарь, глядя в экран компьютера.

– Я говорю, что мы обо всём побеседуем с Олесей в моём кабинете, – усмехается препод, продолжая поглаживать ладонью мои ягодицы. Я складываю руки на пояснице и впиваюсь ногтями в его запястье, пытаясь убрать настойчивую ладонь со своей пятой точки!

– Хорошо, – кивает секретарь. – До встречи!

Радуясь, что это ужасное общение закончено, я бросаю на её стол папку с ведомостями и вихрем вырываюсь вон из кабинета.

Господи! Помоги мне! Лишь бы этот маньяк сейчас не побежал за мной!

Глава 11

Олеся

Щёки пылают от негодования. Я бегу по ступенькам перепрыгивая через две или три!

«Мы побеседуем с Олесей в моём кабинете» – мысленно передразниваю голос распутного препода. Ага, конечно! Ещё чего! Ноги моей не будет в кабинете этого извращенца! И ассистенткой я его не буду ни за что! Пусть сам свои проблемы решает, а то удумал. Руки свои грязные распускать!

Кляну его последними словами, то и дело воровато оглядываясь назад. Не идёт ли? Вроде бы, погони нет…

Спускаюсь в гардероб и набрасываю на себя пальто. Наверное, так быстро я ещё никогда в жизни не собиралась!

Смотрю на часы и с колотящимся сердцем выскакиваю на улицу. Сегодня денёк погожий – припекает солнышко, птички чирикают над головой, а я меня бросает в такой жар, будто сейчас не осень, а середина лета!

Быстро миную здания университетского кампуса и подхожу к спортивному комплексу. Открываю массивную дверь и прохожу в вестибюль.

– Добрый день, я на тренировку по теннису. Дайте мне ключи от шкафчика, пожалуйста.

Равнодушная женщина на ресепшене протягивает ключи и отмечает мою фамилию в списке.

Прохожу в раздевалку и сбрасываю с себя одежду. Надеваю белую юбку и топик. Достаю специальные кеды и забираю косички в шишечку. Перед тем, как выйти, смотрю на себя в зеркало и не узнаю отражение.

Лицо лихорадочно горит. Взгляд тоже. Тренер всегда говорил мне, что на тренировках я слишком сдержанная, и мне не хватает «огонька». Что ж. Сегодня у меня его в избытке!

Открываю дверь в зону тренажёрного зала. Прежде чем браться за ракетку, мне нужно хорошенько размяться, иначе можно потянуть неподготовленные мышцы.

Прохожу между тренажёров, на которых тягают железо немногочисленные спортсмены.

Подхожу к зеркалу и начинаю с поворотов головы. Делаю два подхода по десять раз и преступаю к наклонам.

Как только я выполняю первую десятку, за спиной раздаётся знакомый голос:

– Ниже нужно наклоняться, Оленёнок. Руками до пола доставать!

Непроизвольно вздрагиваю и распрямляюсь так стремительно, что голова кружиться начинает. Поворачиваю шею и… вижу ЕГО. За моей спиной, мерзко ухмыляясь, стоит Никита!

На нём спортивные шорты и обтягивающая рельефный торс майка… Татуированные бицепсы покрыты капельками пота… впрочем, как и его широкая раскачанная шея…

Мои глаза округляются, когда я поднимаю их и замечаю лукавый огонёк в его тёмных омутах. Взгляд Плохиша опущен прямо на мою пятую точку! Он что, наблюдал за тем, как я наклоны делала?!

Парень невозмутимо подходит ближе… Почти вплотную… Сзади…

– Давай помогу тебе сделать всё правильно, – его голос где-то возле моего уха. Горячее дыхание опаляет кожу… По спине пробегают мурашки…

– Я сама… – взволнованно лепечу, пытаясь отстраниться. Быстро смотрю по сторонам. Кажется, никто из тренирующихся не обращает на нас ни малейшего внимания…

– Не, у тебя не получается, – усмехается он, по-хозяйски кладя руки на мои бёдра. – Смотри, как нужно!

Он давит на мою спину своей грудью, заставляя нагнуться вперёд. При этом бёдра фиксирует на месте, и я чувствую, как моя коротенькая теннисная юбочка сзади неприлично задирается, а попка упирается прямо в его…

– Вот, а теперь прогнись в спине, – всё тот же томный шёпот.

Плохиш давит мне на лопатки, нагибая меня всё ниже и ниже…

Потом перехватывает сзади руки, натягивая мои мышцы до предела. Кажется, я сейчас головой упрусь в пол!

– Прекрати! – шепчу, боясь привлечь внимание людей к нашей неприличной позе. – Мне больно!

– Так и нужно, Оленёнок. Сперва больно, потом приятно, – мне кажется, или в этот момент его бёдра двигаются, крепче припечатываясь к моей попке? Чёрт! Нет, не кажется! Плохиш делает ими поступательные движения, имитируя… бог весть что!

– Пусти сказала! – говорю ещё более гневно. – Я сейчас упаду!

– Не упадёшь, я же тебя держу, глупая! – тон такой самодовольный, что хочется развернуться и хорошенько треснуть ему по наглой морде!

Наконец, Никита отпускает мои руки и позволяет распрямиться. Мышцы взволнованно ноют. К моему ужасу, ноют не только в руках и ногах, но между ног тоже…

Как только я получаю долгожданную свободу, отпрыгиваю от него, будто от огня.

– Ты что тут делаешь?! – грозно сверкаю глазами.

Мне так и хочется спросить: «ты меня преследуешь?», но я боюсь сойти за ненормальную… Мало ли, вдруг мои подозрения – просто плод моей богатой фантазии? Вдруг, присутствие Препода и Плохиша в моей жизни – насмешка судьбы? Роковое совпадение и не более того?!

– Я – тренируюсь. Я ты что делаешь? – он расслабленно облокачивается о тренажёр для мышц спины. – Преследуешь меня?

Вот же наглец! Ещё и спрашивает!

– Ничего я не преследую! – возмущённо складываю руки на груди. – Это ты преследуешь меня!

– Ну конечно, рассказывай, – пирсингованная бровь изгибается в издёвке. – Я сюда первым пришёл. Видишь, как вспотел. А как ты тут оказалась, а?

– У меня тренировка, – буркаю в ответ, отступая от наглеца на почтительное расстояние. – А вон и мой тренер! – радостно подскакиваю на месте, замечая знакомую фигуру. – Эй, Виктор Павлович!

Кажется, я ещё никогда не была настолько рада видеть своего тренера!

Он подходит к нам и приветственно кивает мне.

– Здравствую, Олеся. Я уже думал, ты сегодня не придёшь.

– Задержалась, – отдуваюсь, вспоминая домогательства Препода в деканате.

– Ладно, давай тогда по ускоренной программе, – говорит он. – Разминка, потом спарринг…

– А вам партнёр не нужен? – Никита снова возникает прямо перед нами, преграждая дорогу.

– НЕТ! – рявкаю на него в несвойственной для меня резкой манере.

– Ну почему же? – тренер оглядывает Плохиша профессиональным взглядом. – Играл когда-нибудь?

– Ну так, пару раз, – усмехается парень.

– Тогда Олеська от тебя живого места не оставит. Она у нас знаешь, какая быстрая?

– Ага, знаю, – его губы трогает порочная усмешка. – Она очень быстрая девушка…

У меня снова к лицу приливает кровь. Это он на что намекает? На то, что было прошлой ночью? На то, что моё тело слишком быстро оттзвалось волной оргазма на их грязные домогательства?

– Ну ладно, раз не боишься, то пошли. Тебе, Олеся, не повредит с новым партнёром потренироваться!

– Не надо… – жалобно лепечу, мотая головой.

– Что, испугалась? – подначивает Плохиш.

– Ничего я не испугалась! – закатываю глаза. Я теннисом уже десять лет занимаюсь, а он «играл пару раз». Пфф! Да я его разделаю только так! Тоже мне! Самоуверенный придурок!

– Вот и порешили, – усмехается тренер, шагая вперёд.

Никита пропускает меня, а сам идёт немного сзади. Подождав, пока Виктор Павлович отойдёт чуть дальше, негромко шепчет.

– Давай на желание сыграем, раз ты такая уверенная?

– Что? – хмурюсь. Заманчиво, конечно. Выиграть и пожелать, чтобы он ко мне больше не приставал! И, вообще, держался подальше…

– На желание, – повторяют парень. – Выиграю я – ты исполнишь моё желание. Выиграешь ты – я исполню твоё!

Закусываю губы, идя молча.

– Пфф, – усмехается Плохиш. – Я-то думал, ты профессионал! А как дошло до дела, оказывается, ты в себе не уверена? Ты ракетку-то знаешь, как в руках держать?

– Знаю! – снова несдержанно рявкаю.

Как же он бесит! Знаю, что не следует поддаваться на его провокации, но… родители с детства подогревали во мне азарт быть во всём первой. Я и на чемпионатах выступала не раз… Папа всегда ждал домой только золотые медали…

– Ладно, Оленёнок. Бояться более сильного противника не стыдно, – покровительственно усмехается он, а у меня внутри всё так и переворачивается от его слов.

Проходим в зал, и я первой хватаю лежащую на полке ракетку.

– Я тебя не боюсь! – прищуриваюсь, глядя в его наглые глаза цвета кофе. – Будем играть на желание, если тебе этого так хочется!

– И какое же у тебя желание, Оленёнок? – губы Плохиша приоткрываются, и он нарочито медленно проводит кончиком языка по верхней. Вот козлина! Думает, я опять попрошу его сделать мне… ЭТО?!

– Никогда тебя больше не видеть! – отрывисто шепчу, разворачиваясь к нему спиной.

– По местам! – командует тренер.

Достаёт секундомер и теннисный мячик.

– Первый гейм начинается!