Текст книги "220v - Лихие (СИ)"
Автор книги: Кира Cherry
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)
– Кииир, – истошно ору, вырываюсь, трясусь, – я все сделаю, умоляю, все, что хочешь, только ты, умоляю!!! – слезы застилают глаза, – только ты, не хочу никого!
Сава упирается взглядом, замирает, уголки его губ приподнимаются.
– Умничка, – подмигивает, демонстрирует свои милые ямочки, прикасается пухлыми губами к моему вспотевшему лбу, – но, я тебя по любому трахну, красивая, ты только попроси, – медленно отодвигается, в след за остальными, ставя бутылку у меня между трясущихся ног.
Подцепляет подол платья, стаскивая сверху, откидывая на пол, оставляя нагой перед мужчинами. Усаживаюсь на колени, опустив голову, руками прикрываю грудь.
Бугаи подходят к Спайсу...
– Готова, – усмехается Сава.
Залпом осушив стакан с алкоголем, не сводя пристального взгляда, Кир подошел к кровати. Подцепив пальцами мой подбородок, вытер кончиками пальцев слезы с моих полыхающих щек, смахнул волосы с плеч, как то бережно собирая в хвост двумя руками.
– А сейчас покажи мне все свое мастерство, – направляя мою голову в сторону его выпирающей ширинки, туго стянув волосы.
На время замерев, уставилась на его блестящую пряжку…
«Неужели я и в правду буду сейчас …? Спайсу?!! Боже, это неправда, это не со мной! Макс, где ты?!» – прикусываю губы, таращусь на мужские брюки, разглядывая идеально выглаженные стрелки.
Легкий толчок окунает меня в настоящее и такое ужасающее! В самое дерьмо!
Шмыгнув носом, развернулась к нему лицом, расстегнула замок брюк, второй дрожащей рукой прикрываю грудь, озираясь на безмолвно стоящих бугаев, уминающих свои бугры на штанах.Приспускаю его плавки, с придыханием и отвращением уставилась на массивный полу эрегированный член.
Вдруг он резко отдергивает меня, держа за волосы, в туго натянутом хвосте, приставляет нож к моему приоткрытому рту. Вздрагиваю, когда холодное острое лезвие впивается в уголки губ, трясусь, ошарашено, в непонятках смотрю на него, хлопая слипшимися ресницами.
– Почувствую твои зубки на своем члене, сделаю тебе улыбку от уха до уха! Ты меня поняла? Моргни, если догнала! – шипит, упирается бешеным взглядом.
Не шевелясь, моргаю сотню раз, в опаске приложив свои ладони на его руки.
Выпрямился, откидывая нож на пол, вновь приближая к своему телу.
Выдыхаю в попытках унять свою дрожь, беру в руку его член, поднимаю глаза, встречаясь с его стеклянным черным взглядом, обхватываю губами горячую плоть.
– Пацаны на выход, – не отвлекаясь от меня.Член мгновенно твердеет, наливается, увеличиваясь в размерах, упираясь в горло.
Вынимаю из ротика, отстраняясь, разглядываю и поражаюсь его огромным размером, крепко сжимая в своей руке, сглатываю слюни.
«Чёрт возьми! Ну ничего...просто сделать и все! Потом ему крышка!!! Макс его зарежет! А пока, Саша, будь покорна, он за все ответит!» – облизывая, кидая на него жгучий взгляд, вкладывая всю свою ненависть.
Обсасываю, стараясь добраться до половины его размера, плотно обхватив двумя руками, скольжу в такт с губами, направляемая туго натянутыми волосами, сжатыми в его кулаке.
Слышу тяжелое сопение, скорость его движений увеличивается. Откидывает мои руки в сторону, ладонью охватывает мой подбородок, прижимая к себе, заставляя меня взять глубже, надавливая на голову. Медленно заводит в горло, с силой удерживая, прижимая к своему лобку.
Больно. Неприятно. Омерзительно.
– Дааа, соси глубоко, сука! – рычит не отпуская из своего плена.
Задыхаюсь, борюсь с рефлексом, цепляюсь за его ноги...секунда, пять, десять...отстраняет от себя с моими тянущими слюнями, шумным вдохом и катящимися слезами.
– Умница, – хрипит, обводя пальцем мои губы, шлепнув по мокрой щеке, вновь заводит и трахает мой ротик.
– Ласкай себя! – возбужденный шёпот с прерывистым дыханием.Поднимаю на него воспаленные глаза, в немом вопросе.
– Трахай себя пальцами! – чуть наклонившись, медленно произносит, разглядывая животным взглядом мои влажные от слюней груди, оттягивает за волосы, смачно плюнув в раскрытый рот.
«Ублюдок! Извращенец!!!» – с шальными мыслями, перемещаюсь с колен на попу, под его разрешением и внимательным взглядом, на время ослабив хватку.
Раздвигаю ноги, опираясь на одну руку, касаюсь пальцами гладкого лобка. Повернув мою голову в свою сторону, вновь медленно заводит свой горячий ствол, по самое горло, неспеша пропихивая глубже. Ласкаю свои складочки, Пальцами углубляюсь глубже.
Запрокидывает мою голову и наши искрящиеся взгляды встречаются, словно заключая меня в свой капкан.
Движения становятся одним тактом, трахая мой рот, динамично, грубо, скользко, мои пальцы движутся быстрее, глубже. Рукой шлепает по ногам, указывая шире раздвинуть, жестко и беспощадно насаживая на свой огромный член, играючи управляясь с моей головой, как кукловод, дергая за нужные ниточки свою жертву грязных манипуляций.
Минута, две, десять беспощадной долбежки, кажутся бесконечно долгими, больными, постыдными и развратными.С хрипом углубляется в горло, совершает резкие толчки, замирает, медленно вынимая, ладонью скользя до шляпки выпускает свою сперму в мой рот. От неприятной тягучей жидкости выворачивает на изнанку, подкатывают рефлексы тошноты.
– Глотай! – шипит сквозь стиснутые зубы, схватив за щеки, грубо впиваясь пальцами.
Медленно киваю, с трудом глотаю, не отводя глаз от монстра.
– Так и есть, ты глотающая шмара, – одобрительно ухмыляется, отвесив звонкую пощечину, отходит, подправляя брюки, – и не советую сопротивляться, парни покалечат тебя, удовлетвори их и трахни хорошенько, – обернувшись, убивает пустым взглядом.
– Пожалуйста, не отдавай меня… – шепчу, шмыгая носом, с опаской поднимаю глаза, умоляющим взглядом врезаюсь в его мертвую отрешенность.
Минутная опасная тишина виснет в гараже, с тусклым освещением и кроватью с грязным постельным бельем, где нас пока двое… два дико ненавидящих… Жертва и палач!
Лениво достает пачку сигарет, вытягивает одну, подцепив зубами, задумчиво прикуривает, не отводя взгляда сквозь огонь модной серебряной зажигалки.
Мы смотрим друг на друга… я с мольбой в глазах, взывая из глубины его темной души частичку света… он с нескрываемым призрением пустых глаз.
– Пожалуйста… – беззвучно шевелю губами, не шевелясь сидя на коленках, грязной простыней прикрывая обнаженное тело.
– Одевайся, – резким металлическим голосом произносит, выдувая плотный дым из напряженных губ, формируя аккуратные колечки, с интересом разглядывая их.
Как по команде, соскакиваю с кровати, надеваю платье, с пола хватаю свои порванные трусики.
Подойдя к нему, вздрогнула, когда он закинул свою тяжелую руку мне на плечи...
– А сейчас посмотри воооон туда, – наклонившись к моему лицу, двумя пальцами, зажатыми сигаретой, указывает в угол гаража.
Вглядываюсь и ноги начинают трястись, словно земля шевелится под ними.
– Что это?! – упираюсь взглядом в маленькую камеру с мигающей красной кнопкой.
– Сама знаешь, эта камера и мы с тобой сняли охуенный фильм для взрослых, – затягивается, прищуриваясь от едкого дыма.
– Зачем, Кир? – задаю глупый вопрос, зная ответ...опускаю голову.
– А ты еще не врубилась? Как думаешь, что будет, если этот фильм посмотрит Макс? Ты примяком полетишь на общаг и в расход. Вот, что будет.
– Он увидит, как ты меня душил, как эти...
– Неее, он увидит только, как ты себя трахала и насасывала мой член, глотая в конце, – ухмыляется, – и увидит не только он, но и все твои друзья, знакомые и твои родители, – шепчет на ухо, отправляя мой разум.
– Прошу, сотри – произношу дрожащими губами.
Расплывается в безумной улыбке…
– Поверь, это только начало. Я тебя буду так трахать, как никто еще не имел! Во все твои щели, до истошных криков, сучка ты моя! – вглядывается, словно демон пробивающийся в душу, стягивая волосы на затылке, приподняв к своему лицу.
– А сейчас последнее предупреждение! Баню свою подправь и вали нахер, на сегодня ты свободна! Не забывай, ты моя собственность, до того времени пока в тебе есть резон! И, кстате, сосешь ты стремно, если это весь твой потенциал, быстро наскучишь мне! – отталкивая от себя на улицу.
– Сав, отвези домой! – командует, прыгая в свою тачку.
– Нам не дашь? – подмигивает Сава.
– Хочешь их? – кивает мне.
– Нет, – тихо бумчу под нос, опуская голову.
– Желание дамы – закон! – с ухмылкой черта захлопывает дверь.
С пробуксами и громкой музыкой срывается с места, освещая яркими фарами гравийную дорогу.
Новый день
Переминаюсь с ноги на ноги, вглядываюсь в босые, грязные ступни, шмыгаю носом, борюсь с непрекращающейся трясучкой, стуча зубами.
– Курнеш? – рядом вырастает бугай с шрамом, – Пацаны, ее пидорасит конкретно, – притрагиваясь к моему плечу, которое тут же отдергиваю.
– Не надо ей, – отрезает голубоглазый Сава, – садись в машину, – открывает дверь девятки, в которой меня привезли.
– В багажник? – нервно отшучиваюсь.
– Хочешь в багажник прыгай, – с безразличным видом пожимает плечами, но ждет у двери.Залажу на заднее сиденье...
Отрешенно смотрю в темное окно, уставившись в никуда, сквозь проскальзывающие деревья, редкие обгоняемые автомобили, в ночную пустую безмятежность.
Перед глазами яркими невыносимыми вспышками – ОН, ЕГО голос, ЕГО черные пустые стекляшки вместо глаз, пожирающая тьма, с которой я сегодня лишь познакомилась, сегодня ОН приоткрыл завесу, а что же дальше?
Напряженно закрываю глаза, в попытках убежать от его образа, от подаренных им мерзких ощущений и разом всплывают другие не менее ужасающие события. Нож...убийство...грязные руки на моем, когда то чистом теле. Произошедшее болью отдаётся в моем сознании, ссадины, синяки, как напоминание о моём насилии, моральном и физическом. Сейчас я не думаю о выходе из ситуации, не думаю, что будет завтра, что наступит утро, мозг, как будто отключен, разум находится еще там, в том проклятом гараже...и я беспрерывно прокручиваю самый ужасный вечер и ночь в моей жизни, в неверии, что это моя жизнь, это не фильм по телеку и это не девчонка с соседнего подъезда, это Я...это мой фильм, со мной же в главной роли.
«Боже!» – слезы капают на разодранные коленки, в кулаке уминаю рваные трусики и взрываюсь в истерике, обнажая свою невыносимую боль.
Утыкаюсь в ладони и реву навзрыд, в свой осипший голос...выплескивая всю грязь и ненависть, всю жалость к себе, все то, что сотворили со мной, весь огонь, пожирающий мою душу.
Истошный неконтролируемый крик вырывается из груди, до боли царапая горло. В беспамятстве, в каком-то безумстве, кусаю себе руки, лишь бы заглушить, утопить все воспоминания, забыть эту жизнь!
Сава, лишь выдохнув, увеличивая скорость авто, прибавил громкость на магнитоле, где я слышу Цоя, «Спокойная ночь».
Откидываю голову на спинку сиденья продолжая рыдать, всхлипываю, захлебываюсь, под оглушающую музыку.
Подъехав к моему дому, Сава вышел из машины, помогает вылезти из машины.
В глазах пелена, в голове гул и непрекращающийся шум, тело, как будто не мое...
– Провожу, – берет за руку, обхватывает за талию.
– Сама! – отдергиваю, – проваливай! – шатаясь направляюсь к подъезду, ступая по холодному асфальту, щурясь от ярко освещаемого фонаря у деревянной пустующей лавочки.
Темный, прокуренный подъезд, с выжженными спичками на потолке, окурки на грязном полу, которые прилипают к моим грязным ступням. Держась за деревянные поручни, бесшумно поднимаюсь вверх.
Захлопнув дверь, сползаю на пол. Вглядываюсь в темноту, слышу раздирающий храп на всю квартиру.
Собрав силы, бреду в ванную, встаю в одежде под теплый душ, отрешенно, на автомате, стягиваю с себя прилипшее мокрое платье, которому не хочется сниматься. Вырываю бретельки, стиснув зубы, хватаюсь за подол, с усилием разрываю по шву джинсовую ткань. Нервно откидываю в сторону мокрую тряпку. И натираюсь жесткой вехоткой, царапая кожу...
Еще и еще, намыливаю, с ярым усилием скребу по коже, в попытках избавиться от кипящей мерзкой и вонючей грязи, что слоями налипла в моем разуме.
Выйдя из ванны, не вытираясь, не накидывая халата на раскрасневшееся распаренное тело, забрела на кухню.
Солнце уже начинает проглядываться, кидая жаркие июльские лучи на белую плиточную стену и скучающие часы с кукушкой.
Из шкафчика достаю початую бутылку коньяка – запас Макса и иду в спальню.Он спит, уткнувшись в подушку, так и не раздевшись, клокочет горлом, издавая животный и пьяный храп с запахом перегара. Усаживаюсь рядом на пол, ложу его свисающую руку себе на плечо и отпиваю из бутылки спиртное, прижимаясь щекой к его ладони.
«Ты мне так нужен был сегодня!» – перебираю его пальцы, ощупывая массивную печатку.
«Пока ты спал меня поимел твой друг, твой братюня, твой кореш и мы с ним убили, какого-то Мамая! А еще со мной чуть не сыграли в бутылочку и кстати меня сняли на видео, как я… Боооже! Прости меня, я не хотела.» – качаю головой, прикрываю глаза, в которых уже нет слез....еще глоток и долгожданное спокойствие накрывает с головой, мерзкие мысли и воспоминания туманом заволакивает приятная расслабляющая нега...еще глоток и я погружаюсь в лёгкую невесомость, забываясь сном, под успокоительный храп Макса.....
– Саня?! Золотце мое, ты чего? – сиплый голос достает из сновидений. – Давай на кровать, – подхватывает на руки, кладет на мягкую поверхность. Сверху закидывает тяжелую руку.Но выспаться не дает беспрерывно трезвонящий мобильник Макса, пиликающий на кухне.
Открываю глаза, щурясь вглядываюсь в настенные часы. Уже одиннадцать… оборачиваюсь, Макс раздетый, прикрытый простынёй, посапывает, выпуская из пухлых губ воздух. Преодолевая головную боль, слабость и ломоту всего тела, плетусь на кухню, где орет его труба. Выключаю вызов, не смотря на экран, ставлю на беззвучный режим. Потирая виски, разминаю шею, достаю из холодильника прохладную Пепси. На автомате включаю магнитофон, где начинает крутиться диск Enigma, воспроизводя мелодичные композиции.
Открываю окно, усаживаюсь на подоконник, сложив ноги на стул, пью холодный напиток, затягиваясь сигаретой, ощущая свежее дуновение ветра.
И, резко, меня прошибает словно током. Память моя гуляла где-то в сновидениях и сейчас накрыло противной реальностью. Рассматриваю ссадины, трогаю губы, где остались неглубокие царапины от лезвия...
– Ой, бля, дай и мне, – тянется, подскочивший сонный Макс, – это, что у тебя? – гладит коленку с образовавшейся коркой от ссадины.
– Упала, – прикрываю халатом.
– Я смотрю, ты тоже знатно нахрюкалась, – подмигивает и рыгает на всю квартиру, от чего меня выворачивает. – Во сколько мы свалили? Бляяя, моя башка! – почесывает коротко стриженную макушку, открывает ящик с лекарствами.
– В два вроде, не помню, – пожимаю плечами, отводя глаза, как пойманный преступник, – тебе звонили, – затушив сигарету, встаю, хочу уйти в ванну.
– Сашуль, сделай кофе, – усаживается на стул, закуривая, включает мобильник.
Выдыхаю, без какого либо желания достаю из шкафчика молотый кофе и турку.
– Да, Лось, чего хотел? – напряженно вглядываясь в одну точку.
– Чего, не понял? А мы каким боком?
– Это его проблемы, что потерял братца...не перебивай!!! – рявкает, – не хуй нас подписывать под это! Мы не няньки, чтобы развозить всех по домам после тусы! – сдвигая брови, крутит в руках зажигалку.
– Не понял?! Вот суки!!! – бьет по столу сжатыми кулаками, опрокидывая корзинку с печеньями. – К Ориону пацанов подтяни, стволы у всех и закрыть вход! Спайсу звонил?
– Ладно Лося, хоть одна блять войдет к нам...башкой отвечаешь короче! Отбой!
Ставлю перед ним чашку кофе...вопросов не задаю и вообще в такие напряженные моменты стараюсь ретироваться.
– Да, где ты, блять?! – шипит на телефон, не дозвонившись до нужного абонента.
– Я в ванну, сделай мне завтрак, – нервно произносит, откидывая мобильник.
Остаюсь на кухне в одиночестве, поднимаю перед собой трясущиеся ладони.
– Успокойся Саша, переживём, – разговариваю сама с собой, доставая яйца из холодильника. – Что мне делать сегодня? Со своею любовью? – мелодично пою себе под нос знакомую песню, разбивая яйца над раскаленной сковородой.
Звон мобильника Макса отвлекает, беру в руку и немедленно откидываю от себя, словно заразу, увидев на ярком экране Имя – Спайс.
Отхожу, достаю ветчину, сыр из холодильника, режу хлеб, пока телефон бесперебойно набрякивает, заставляя каждый раз вздрагивать.
Хватаю, несусь в ванную...
– Тебе Спайс наяривает, – протягиваю трубку, глядя на Макса, вспененного с ног до головы.
– Ответь, скажи, что наберу через пять минут! – выкрикивает, сплевывает пену, попавшую в рот.
– Еще чего?! Сам отвечай, – недовольно пыхчу, кладя трезвонящий мобильник в раковину.
– Блять, Саняяя, – орет в пустоту, не видя меня перед собой из-за намыленного лица, – ответь! А то вырубит трубу, мне он срочно нужен!
Выдыхая беру вновь в руки, выхожу.
Телефон неприятно вибрирует, вытираю проступивший пот со лба, нажимаю на кнопку ответа.
– Хуйло! Ты куда загасился? – грубый знакомый ор, после которого я оседаю на стул.
И молчу, глазею на улицу, просто замерла, трясусь от нахлынувшего ужаса, вспоминая ночь.
– Мааарс?!!
– Спайс, он в ванне, перезвонит тебе, – прошептала, облизав сухие губы, набравшись смелости.В трубке воцаряется тишина.
– Не понял! Какого хера ты отвечаешь?! – с нотками раздражения и меня начинает потряхивать в ответ.
– Он попросил ответить, – тихим голосом произношу, словно нашкодившая ученица.
– Ну ок, – в трубке воцаряется вновь издевательская тишина и на заднем фоне шепот его девицы.
– Как ты себя чувствуешь? Горлышко не болит, детка? – усмехается, вибрируя смехом.
– Все хорошо! – отвечаю сквозь стиснутые зубы.
– Ооо, да ты в не настроении. Макс не трахает с утра?
В ответ молчу…
– Отвечай, когда я задаю вопросы! – медленно, монотонно, продавливая даже на расстоянии.
– У меня все прекрасно с настроением! – выпалила я, сжимая кулаки.
– Я рад, значит надо повторить! Но мой вопрос был о другом, – протяжно дышит в трубку. И я улавливаю звуки чмоканья на заднем фоне…
Передергивает. С усилием сглатываю слюню в распирающем горле.
– Да, вот мой ответ! – что есть мочи сдерживаюсь, чтобы не обложить его матом, – Тебе там член сосут?
– Да, хочешь присоединиться? – шепотом, выдыхая в трубку.
– Это мерзко! – выкрикиваю и выключаю вызов.
– Гандон, ты, конченный! – рычу, откидываю трубку на стол.
Встаю и вздрагиваю от, незаметно, вошедшего Макса.
Не сводя пронзительных глаз, подходит ко мне, с каменным выражением лица. Резко и хлестко бьет по щеке, тыльной стороной ладони, оставляя кровавый след от золотой печатки. Схватившись за щеку, смотрю на него изумленным взглядом, удивленно хлопая ресницами, медленно убираю локон с лица. Впервые! Такое он позволил себе впервые, подводя невидимую черту в наших отношениях.
– Еще раз, сука, услышу про своего кореша подобное, ебучку разобью! Ты видимо просто не хочешь меня слышать! Я тебя предупреждал, кончай с этим цирком! – упирается яркими горящими глазами. – Ты поняла меня?! – орет, обдавая мятным ароматом начищенных зубов.
Ничего не отвечая, медленно киваю головой, держась за щеку.
– Завтрак где? – шипит, отходя от меня, присаживаясь за стол.Шмыгаю носом, сглатываю слюни, сглатываю обиду и пощечину, накладываю яичницу, режу хлеб и сыр. И уже обдумываю, как безболезненно для самой себя разбежаться с Максом.
– Спайс! Мамаев пропал вчера с нашей тусовки, нам предъявляют, – быстро протараторил, щелкая зажигалкой.
При упоминании знакомой фамилии, воспоминания новой волной нахлынули. Этот жуткий последний взгляд, предсмертные хрипы, кровь, много крови...
Нож выскакивает из рук, падая на пол.
– Послать то можем, как бы проблем не подкинули. Нам бы с ними работать, а не воевать. Короче они к Ориону подкатят через час, хотят прошерстить...
– Да не ори ты!!!
Расставляю тарелки с его завтраком и быстро удаляюсь, не в силах более слышать его крики.
Чищу зубы, глядя в свое отражение и обдумываю, как бы отдалиться от Макса.
«Пора бы с ним расстаться, а заодно и не буду мелькать перед Спайсом и с большой вероятностью он забудет про меня!» – киваю в свое отражение. «Ведь он сделал свое грязное дело, интерес должен потерять, кто я для него? Обычная второсортная…, которую он нагнул вчера, отомстил за все оскорбления, поиздевался вдоволь, самоутвердился, потешив свое самолюбие. А вокруг него постоянно крутятся шикарные девочки, которые его отвлекут. Но видео, у него есть видео, а если всплывет где-нибудь. И Максу я никак не могу рассказать, если и докажу, что было насилие, если и поверит мне, но вот то, что я знаю про Мамаева...меня не отпустят так просто!»
– Чееерт, как он меня прижал! – выплевываю пасту.
Решаю набрать ночных смен в аптеке, чтобы не пересекаться с Максом, знаю, что девчонки с удовольствием согласятся, ведь это самое опасное время работы, наркоманы, бухарики, бомжи заваливаются, чтобы просто проспаться, проститутки за контрацептивами, короче невесёлый самый сброд. – Аааа… Работа! – выкрикиваю, выскакивая в коридор, вспомнив, про свою дневную смену.
Судорожно рыщу в сумке затерявшийся мобильник. На дисплее двадцать два пропущенных от Инны. Перезваниваю и распинываюсь в извинениях, обещаю прилететь в аптеку через пол часа. Макс неторопливо и довольно спокойно смакует завтрак, уставившись в телевизор.
– Закинешь меня до работы? Опаздываю, – забегаю на кухню, налету ныряю в легкий белый сарафанчик на голое тело. В ответ кивает, допивает кофе. Направляется в спальню.
Едем молча. Макс вальяжно подглаживает руль, тарабаня пальцами, останавливаясь на перекрестках, я неспокойно тереблю сумку. По жизни пунктуальна, не люблю куда либо опаздывать, заставляя ждать людей.
– Заскочим на пару минут в качалку, мне срочно, – не отвлекаясь от дороги, словно говоря сам с собой.
Перечить не стала, накалять и без того напряженную обстановку.
Подъехав к знакомому месту, упираемся в белый ненавистный внедорожник. Тело непроизвольно вжимается в кресло, губы напрягаются, по телу пробегает холод, не смотря на тридцатиградусную жару. Макс выпрыгивает из своего красного Grand Cherokee, забегает в подвальное помещение.
Через пару минут появляется ОН. Словно ураган. Яркая вспышка. С искрящимися глазами, мокрый, с голым торсом, в открытых спортивных перчатках. Подбегает к своей тачке, хватает какие-то документы с сиденья, протягивает Максу, что-то объясняя ему, переодически надувая пузыри жевательной резинки.
Смотрю на него, не в силах отвести взгляд. Страшно. Больно. Мерзко. Но продолжаю изучать его, пытливо выискивая слабые места, его изъяны. Ведь они должны быть!
Глубоко дыша огромной грудью, довольно выдыхает, смахивает со лба прилипшие черные локоны, взъерошивая небрежно волосы, зарываясь черной перчаткой. На вздыбленных мышцах поблескивают капельки пота, скатываясь ручейками по идеальным кубикам пресса, уносясь под резинку спортивных штанов. Глаза с лёгким прищуром устремляются на мимо проходящих девчонок, облизывающих пломбиры в вафельных стаканчиках. Хищная улыбка касается его подрагивающих губ. И девчонки тают, как мороженное в их руках. Краснеют под давлением его воспламеняющихся глаз, с интересом и нагло оценивающих их молодые тела.
Он порочный самоуверенный дьявол во плоти!Ну не возможно быть таким внешне идеальным и красивым, скрывая внутреннее уродство души!
Сейчас он, какой то по необычному живой, расслабленный и даже забавный. Но это лишь временно, его мерзкая сущность пока дремлет и в любой момент она вырвется наружу, оголяя его естество, его потемки и мрак.
Открывает запотевшую бутылку воды, отдышавшись, жадно пьет, затем поднимает над собой и льет содержимое на голову, резко встряхивая волосы. Переводит бушующие глаза с мокрыми ресницами и направляет бутылку на Макса, который пытается прикурить сигарету, с усилием нажимает, выбивая струю, брызгая на друга. Хохот разносится по округе, такой искренний и игривый.
Неужели это монстр из моего ночного кошмара? Макс недовольно отпрыгивает от него, покрывая отборным матом. Затем направляется к машине, рукой указывая идти за ним. Макс запрыгивает со своей стороны. И сердце мое буквально перестает биться, когда рука Кира прикасается к двери с моей стороны. Окна тонированные и он, конечно, меня не видит.
Дверь открывается и я мгновенно вжимаюсь в кресло, прижимая к груди сумочку. Глаза его широко распахиваются и вот он, его привычный, до боли знакомый мне, стеклянный взгляд, пронзает до самых пяточек. Чернота расползается в зрачках пустых глаз, губы вытягиваются в прямую линию, черты лица заостряются и от того весельчака не остается и следа. Вот она обратная и истинная сторона Спайса.
Как же он ненавидит меня! Медленно обводит опасными глазами, заставляя трепетать перед ним. И я чувствую, ощущая всем нутром, как холодит его взгляд мое тело. Щеки наливаются предательским румянцем, руки покрываются мурашками, ладони и спина увлажняются липким потом. Уставившись в даль, делаю все возможное, чтобы показать свою расслабленность и невозмутимость.
Макс, что-то ищет на заднем сидении..
Вздрагиваю, когда его пальцы касаются моей ноги, скользя сбоку по бедру вверх, незаметно задирая подол сарафана.
– Здороваться не учили? – привычным грубым голосом произносит, упираясь пальцем в резинку моих трусиков. – Привет Спайс, – нервно отвечаю, хватаю его пальцы с усилием выгибая, пытаясь сломать его костяшки. Легкая хриплая усмешка..
– Вот, пусть Славик глянет, норм тема вроде? – Макс, протягивает ему папку.
Кивает в ответ, смачно лопнув пузырем вишневой жвачки. Не разглядывая документы забирает, молчаливо хлопает дверью. И только сейчас я протяжно выдыхаю.
Доехав до аптеки, мы сухо прощаемся и я несусь на свою работу, ругая себя за свою беспечность.
Встретила меня Инна, женщине за сорок, дети, муж, очень добрая мягкая и отзывчивая. С понимаем отнеслась к моему, несвойственному мне, опозданию, ведь такое впервые. Предложение о ночных сменах, как и ожидалось, они приняла с величавшей радостью.
В течении дня, позвонила другой сменщице – Ленке, из соседнего подъезда, чуть старше меня. У неё скоро свадьба и свободные ночи, ей нужны, как никогда.
Так я, временно, нагрузила себя ночными неспокойными сменами.Неделя пролетела незаметно, ночь – работа, день – отсыпание и вновь – любимая аптека в ночь и мои «неспящие» клиенты.
Макс, что меня радовало, не давил встречами, позвонив пару раз на неделе, на время исчез из поле зрения. Это вселяло надежду, что наши встречи скоро прекратятся и вовсе, переключившись на новую и более сговорчивую девчонку, он просто забудет меня.
Каждый день, я жила в ожидании появления Спайса, его звонка я боялась, как вестей из ада, вздрагивая очередной раз, когда мой мобильник вибрировал в кармане белого халата. К концу недели тишины с его стороны, вводили меня в приятное спокойствие и чувство эйфории, допуская мысли о свободе.Сегодня седьмой день выхода в ночь. Не спеша, приняла душ, собрала еды в контейнер, погладила белоснежный халат, который пришлось замачивать в белизне и сейчас он провонял хлоркой.
Открываю дверь и с визгом отпрыгиваю, видя перед собой Саву, приложившегося пальцем на кнопку звонка. Того самого Саву, внешне симпатичного блондина, с милыми ямочками, но конченного мерзавца внутри, который с лёгкостью распластал меня на кровати и запугивал бутылочкой! 💋♥️
