Текст книги "Приключения Эллисон в Подземном королевстве (ЛП)"

Автор книги: Кейтлин Морган Стунич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)

Недолго думая, я выдергиваю спичку из-за уха и чиркаю ею о «Создателя Королев», поджигая фитиль и стиснув зубы в ожидании взрыва, который, я знаю, вот-вот прогремит.

«Черт, надеюсь, я не убью Рэба», думаю я, чувствуя, как бешено, колотится мое сердце и кровь стучит в висках так громко, что я слышу ее эхо в голове.

Бармаглот хватает птицу за голову, ее пронзительный крик достигает дикого крещендо, и я думаю, смогу ли я вообще хоть что-то услышать после этого. Не успевает фитиль упасть на дно, как дракон – потому что, чувак, он и правда похож на гребаного дракона – сворачивает птице шею, тряхнув ее с ужасающей силой.

– Боже мой, это же чертов герцог! – кричит Ди. – Элис, не стреляй в него!

В последнюю секунду я поднимаю дуло пистолета вверх, и металлический шарик вылетает из ствола по дуге и приземляется по другую сторону от бармаглота. Как будто бомба взорвалась: в небо взметнулось пламя, нас обдало жаром и светом, а Бармаглот и Брандашмыг покатились по земле.

Огромные мохнатое тело Рэбов врезалось в забор и чуть не убило нас всех, затормозив всего в нескольких сантиметрах от того места, где я стояла на коленях.

– Дракон – герцог? – рухнула я на землю с оглушительным стоном.

– Вот дерьмо, вот дерьмо, вот дерьмо, – приговаривает Ди, и они с братом бросаются к поверженному монстру.

– Что… что, черт возьми, происходит?! – кричу я, поднимаясь на ноги и глядя на Лэра, который медленно встает. Он лишь улыбается, медленно и удивленно.

– Ты чуть не убила герцога, – говорит он с непринужденным смешком.

– Кто вообще этот герцог, черт возьми? – спрашиваю я, тяжело дыша, обхожу неподвижное тело Рэба и смотрю, как он принимает человеческий облик – если это вообще можно назвать человеческим обликом. Этот парень совсем не похож на человека.

– Да и кто вообще кто? – спрашивает Лэр, наклоняясь и поднимая Рэба с травы. Он перекидывает его через плечо так же, как до этого перебросил меня, и заходит в дом, не удосужившись ответить на мой вопрос. Я смотрю ему вслед, а потом оборачиваюсь и вижу, как огромный дракон… простите, Бармаглот превращается в обнаженного мужчину.

Открыв калитку, я трусцой бегу по дороге, мимо мертвого тела птицы Джубджуб, и останавливаюсь рядом с близнецами. Лес за нами охвачен огнем, но я не понимаю, что, черт возьми, мне с этим делать. Откуда мне было знать, что этот гребаный визгливый монстр с золотыми глазами – еще один оборотень?! Не то чтобы в моем мире их было много. И уж точно я не подумала, что этот монстр – чертов герцог.

– Как думаешь, что он тут делает? – спрашивает Ди, пока я стою рядом с близнецами и стараюсь не пялиться на красивого мужчину, лежащего на земле передо мной.

Охренеть.

Неужели в Подземном королевстве нет некрасивых или хотя бы среднестатистических людей?! Мужчина передо мной просто великолепен: взъерошенные золотистые волосы, ни грамма лишнего жира. Он такой же мускулистый и привлекательный, как и все остальные… ну, за исключением того, что у него длинный черный хвост и рога.

– Кто этот парень? – спрашиваю я, пока Ти проверяет его пульс и с облегчением вздыхает.

– Герцог Нортумбрии, – говорит он, кивая на брата. – Помоги мне его поднять, отнесем его в дом. – Ти хватает мужчину, лежащего без сознания, за руки, Ди – за ноги, и они начинают тащить его к дому, не обращая внимания на тошнотворный запах горелых грибов и удушливый дым.

Словно по волшебству, когда мы возвращаемся к дому… небо разверзается и на лес обрушивается ливень. Я возвращаюсь бегом и жду близнецов у забора, открывая и закрывая калитку, запирая ее, а потом проделываю то же самое с входной дверью.

Может, джубджуб и смог утащить труп со двора, но я из мира, где нет магии, и чувствую себя в большей безопасности в доме с закрытой дверью и чертовым замком.

– Черт, что там, черт возьми, произошло? – Я слышу, как ругается Рэб, когда выхожу из-за угла и вижу, что он сидит на диване. Герцог голый, а на Рэбе хотя бы штаны и ботинки. Не знаю, как это связано с трансформацией, но факт остается фактом. – «Создатель королев» должен был справиться с джубджубом. – Он даже не взглянул на пламя, когда увидел меня. – И вообще, кто-нибудь может мне объяснить, как он утащил труп со двора?

– Ты предполагаешь, что тело украл джубджуб, – говорит Ди, когда они укладывают герцога в кресло с подголовником, в котором вчера сидел Рэб. – Из-за таких предположений ты выставишь себя идиотом, а не…

– Чувак. – Я жестом прерываю Ди, бросаю «Создателя королев» на журнальный столик и иду в гостиную, чтобы присесть на край каминной полки и посмотреть на пятерых мужчин в комнате, даже если один из них всё ещё без сознания. – Что, чёрт возьми, там произошло?

– А что, по-твоему, там произошло? – спрашивает Лэр. Я прищуриваюсь, а он издаёт тихий самодовольный смешок и присаживается на край дивана, скрестив руки на груди и с лёгкой улыбкой на лице.

– Ты на каждый вопрос – я бы даже сказала, на каждый обоснованный вопрос – отвечаешь вопросом? Если так, то мы с тобой не поладим, – рычу я, прищурившись и глядя на этого сексуального ублюдка и ненавидя его за то, что он знает, насколько чертовски хорош собой.

Ну почему красивые люди не могут жаловаться, стонать и ворчать по поводу своей внешности, как все мы?

Это так отталкивает, когда они знают, что они горячие… и в то же время так заводит.

Боже, я просто забавный клубок противоречий, да?

Лэр лишь улыбается мне, лениво щурясь, как кот, объевшийся сметаны.

– Должно быть, компенсирует свой крошечный член, – бормочу я. Не самое креативное оскорбление, но сойдет.

После гигантских паукообразных птиц, оборотней-полусобак-полукошек и гребаных драконов я сегодня на пределе. А ведь солнце еще даже не встало.

Ну и начало дня, а?

– Ты так думаешь? – Спрашивает Лэр, откидывая прядь волос с лица, его серьги покачиваются, когда он одаривает меня легкой, томной улыбкой. – Какой размер ты предпочитаешь, Солнышко?

– Я не привередлива в размерах, – говорю я, одаривая его в ответ самодовольной саркастической улыбкой. – Но три дюйма – это такая ужасная длина члена, тебе не кажется?

– О, так ты признаешь, что видел мой член? – Спрашивает Лэр, склонив голову набок, и его волосы красиво падают на плечо.

– Ты признаешь, что у тебя на три дюйма ниже пояса? – Спрашиваю я с легкой усмешкой и совсем не удивляюсь, когда он наклоняется, чтобы расстегнуть брюки.

– Хочешь убедиться, насколько сильно ты ошибаешься? – Говорит Лэр апатичным, мелодичным голосом.

Но наше подшучивание прерывается впечатляющим количеством ругательств со стороны кресла с откидной спинкой.

– Какого черта я здесь делаю? – спрашивает золотоволосый мужчина, садясь и потирая лоб тыльной стороной ладони. Я не могу оторвать от него взгляда. Его волосы слишком уж золотистые, а эти чертовы рога… Они черные, как тени, зловеще изгибаются над его черепом, а хвост раздраженно хлещет из стороны в сторону.

Теперь, глядя на стену с чучелами, я понимаю, что существо, которое я приняла за дракона, совсем не такое большое, скорее похоже на гигантскую ящерицу.

Черт, может, это кузен Билла или кто-то вроде того?

– Ваша светлость, – осторожно произносит Ти, напряженно стоя по другую сторону кофейного столика. – Как вы себя чувствуете?

– Как будто меня трахнули в голову… – Герцог резко замолкает, впервые замечая меня, и поднимается на ноги. – Так ты и есть, та самая чертова Алиса, – говорит он, когда я тоже встаю, стараясь не смотреть на его член. С тех пор как я здесь, я только и делаю, что пялюсь то на потолок, то на стены, то на затвердевшие соски мужчины, а не на его причиндалы. – Какого черта она здесь делает?

– Нам пришлось проделать долгий путь, сэр, – говорит Ди, и хотя он использует слово «сэр», его скромность явно оставляет желать лучшего. Не похоже, что он вообще-то уважает власть. Близнецы переглядываются, пока мы с «герцогом» сверлим друг друга взглядами.

– Алиса, – выдыхает он с едва заметным английским акцентом.

Дерьмо.

Я питаю слабость к хорошему британскому акценту. Хотя, если он из Подземного королевства, то вряд ли может считаться британцем, не так ли? Понятия не имею, откуда у этих людей такой акцент и как, черт возьми, они говорят на том же английском, что и я, но неважно. Я просто рада, что в этом дерьме нет еще и языкового барьера. – Король, должно быть, в ярости из-за твоего исчезновения. – Он бросает взгляд своих золотистых глаз на близнецов и Рэба, но по выражению его лица видно, что мысль о том, что король может разозлиться, его забавляет. Отлично. Еще один псих. – Ты ему уже звонил?

– Сеть снова взломана, – говорит Ти, и уголок его рта слегка дергается. – Мы не должны обсуждать по телефону свое местонахождение или что-либо, связанное с Алисой, на случай, если нас прослушивают Клубы.

– Верно, верно, – говорит герцог, щелкая пальцами так, что я невольно стискиваю зубы. Этот человек привык к привилегиям, привык, что люди делают то, что он велит. Это видно по тому, как он стоит: подбородок вздернут, плечи расправлены, на губах уверенная улыбка. – Значит, вы направляетесь во дворец?

– Мы как раз собирались уходить, – говорит Ти, снова переглядываясь с братом. – Мы планировали попросить убежища в вашем поместье сегодня вечером. Должен признаться, мы не ожидали увидеть вас так далеко на юге…

– Я, очевидно, снова переместился во сне, – протяжно вздыхает Герцог, и его хвост хлещет по полу, как у рассерженной кошки. Однако он не сводит с меня глаз. Нет, видимо, я заслуживаю его полного внимания – даже его член направлен в мою сторону. – Похоже, ты изрядно помучился с джубджубом. Ты что, растерял свои навыки, Рэб?

– Это был не обычный джубджуб, – холодно и угрожающе произносит Рэб, сидя на полу, уперев локти в колени и глядя прямо на меня. Я на мгновение встречаюсь взглядом с его кроваво-красными глазами, а затем снова смотрю на Герцога. – Он вёл себя совсем не так, как обычно. Кроме того, кто-то или что-то преодолело мои обереги и похитило военнопленного с фруктового дерева. Не то чтобы я скучал по раздутому трупу, висящему снаружи, но джубджуб не способен на такое.

– М-м, – задумчиво произносит Герцог, поглядывая на Гусеницу. – И ты тоже здесь, да?

– Я? Или, может быть, я появился здесь первым, а ты – второй в этом уравнении? – Герцог, прищурившись, смотрит на Лэра, который несёт какую-то чушь, и Ти тихо выходит из комнаты.

– Что-нибудь интересное? – спрашивает он, скрестив руки на груди. Этот жест не помогает ему скрыть своё хозяйство, ну и ладно. По крайней мере, я вижу, что у него точно больше 8 сантиметров.

– Я собирался вернуться во дворец, как только передам Рэбу своё видение, но теперь понимаю, что мне не помешала бы компания, – задумчиво произносит Лэр, пока Ти возвращается в гостиную и протягивает герцогу штаны.

– А у тебя, случайно, нет имени? – спрашиваю я, потому что, да ладно, герцог – это всего лишь титул, а у меня свои проблемы с авторитетами. Он надевает штаны, и они свисают с его бёдер так же неприлично низко, как и брюки Рэба. Я вижу, что для хвоста места не хватает, так что у него нет особого выбора.

– Можете звать меня Норт, – говорит герцог, и его губы презрительно кривятся в усмешке. Я понимаю, что мы с ним не поладим. – Приятно познакомиться, Эллисон Лидделл.

Глава 6

Больше и лучше

– Я в жизни так далеко не ходила, – говорю я, с трудом взбираясь на следующий холм. Бледно-голубая крестьянская блузка прилипла к вспотевшему телу, сердце бешено колотится в груди. Я уже не просто жалуюсь – я не создана для этого дерьма.

– Действительно? – спрашивает Ди, широко улыбаясь мне. – У тебя там, откуда ты родом, что, нет ног?

– У нас есть машины, – выдыхаю я, прислоняясь к дереву и доставая из кожаной сумки золотую фляжку, которую Ти дал мне перед выходом. Когда мы уходили, она была наполнена водой, но по тому, как она оттягивает мне руку, я понимаю, что воды осталось совсем мало. – И велосипеды. И поезда. Черт, у нас есть лошади. А у вас разве нет лошадей?

– Держи, – говорит Ти, протягивая мне свою фляжку. – Можешь глотнуть из моей. – У меня дрожат ноги, и я с трудом моргаю, чтобы смахнуть с глаз крупные капли пота и посмотреть на него, а он, кажется, в полном порядке и совсем не устал после стольких пройденных миль.

Я не шучу, когда говорю, что никогда в жизни не ходила так далеко.

Мы наспех оделись, наскоро позавтракали и вышли под проливным дождем, встретили рассвет, а теперь… солнце садится.

Как я уже сказала, здесь, скорее всего, тоже зима, так что дни не слишком длинные, но, по моим прикидкам, мы идем по этому проклятому лесу уже около восьми часов.

Восемь часов.

Когда вы в последний раз шли восемь часов без остановки?

Я бы лучше сидела дома и читала книгу.

– У нас есть лошади, – говорит Рэб, пользуясь паузой, чтобы достать сигарету и закурить. Лэр прикуривает от него, его крылья открываются и закрываются таким завораживающе медленным движением, что мне хочется на них смотреть. Когда он замечает, что я смотрю на него, уголок его рта приподнимается в улыбке, и я делаю нарочито недовольное выражение лица. – Но в этом лесу есть существа, которые любят лошадей даже больше, чем мы, – птицы джубджуб, например.

– Учитывая, что у нас есть и бармаглот, и фрумиус бандерснатч», – начинаю я и слышу, как Рэб хихикает, этот низкий, глубокий звук, от которого у меня внутри все переворачивается, как от яиц, которые мы ели сегодня утром, – от яиц джубджуб. Они были красными, как кровь, и мне пришлось закрыть глаза, чтобы их съесть. Конечно, на вкус они были просто великолепны, но я никак не мог представить себе, как эта тварь извергает паутину и яд и вопит, как чертова баньши. – Тебе не кажется, что мы могли бы прекрасно постоять за себя?

– Ты же видел, как я сражался с джубджубом, – говорит Рэб с ухмылкой, от которой мне хочется влепить этому самонадеянному парню пощечину, – Это был рукопашный бой. Не знаю, как ты, но я люблю азартные игры только тогда, когда шансы значительно в мою пользу.

– А ты? – спрашиваю я, заметив, что Норт наблюдает за мной, скрестив руки на груди и подергивая хвостом. На нем черные бриджи, коричневые сапоги и белая рубашка на пуговицах, застегнутая лишь наполовину. Рукава закатаны, смуглая кожа резко контрастирует с белоснежной рубашкой. Он выглядит как настоящий герцог… ну, если не считать рогов и хвоста. Но на самом деле это его лучшие черты.

Я ловлю себя на том, что не могу отвести от него взгляд.

– А что я? – мурлычет он со своим акцентом, склонив голову набок и наблюдая, как я пью.

– А ты не можешь, типа, превратиться и перенести нас к себе или еще куда-нибудь? – спрашиваю я, понимая, что веду себя как плаксивая стерва, но мне уже невмоготу сдерживать вопросы, которые не дают мне покоя весь этот чертов день.

Но, черт возьми, оно того стоило – я молчала и слушала, о чем говорят эти мужчины.

Подземное королевство – чертовски странное место, и их непринужденные разговоры дали мне кое-что важное для понимания. Судя по всему, мужчин здесь в десять раз больше, чем женщин. Неудивительно, что это место – настоящий кошмар.

– В этих краях есть несколько женщин-бармаглотов, которые ищут себе пару, – говорит Норт, мило улыбаясь мне. Эта улыбка словно говорит: «Эй, хочешь потрахаться?» И ответ на этот вопрос – однозначное «да».

Да, меня тянет к нему.

К близнецам.

Даже к Рэбу и Лэру.

Черт, может, мне стоит переехать сюда и завести собственный гарем?

– Сегодня утром мне повезло, что они меня не учуяли. Но больше я рисковать не буду. – Он провел языком по нижней губе и на мгновение отвел взгляд, а потом снова посмотрел на меня своими золотистыми глазами.

– У тебя уже есть пара? – я спрашиваю, и, конечно, это звучит как рыбалка, но … Ладно, я просто выуживаю информацию, подумаешь. Кроме того, мне до смешного любопытно узнать, спаривается ли герцог с другими драконом… э-э, с бармаглотом. Я думаю, бармаглот – это единственное число, а бармаглоты – множественное? Но черт меня побери, если я знаю наверняка.

– Я был проклят этим недугом, – говорит Норт, слегка прищуривая свои золотистые глаза. – Я не родился таким. В моей крови не больше бармаглота, чем в крови Рэба – змееносца. – Он криво улыбается мне и смотрит на темнеющий полог над нашими головами. Повсюду вокруг нас маленькие грибочки начинают светиться, как и их более крупные собратья, а ночные птички снова начинают щебетать, повторяя события прошлой ночи.

Я поеживаюсь и допиваю свою фляжку, отмахиваясь от фляжки Ти.

Надеюсь, мы приближаемся к поместью? Если нет, то я, вероятно, в конечном итоге съем и его тоже. Я не хочу особо жаловаться, но я буквально не в форме для такого рода прогулок. В последний раз я ходила в поход в восьмом классе, на экскурсию в конце учебного года, и то это была прогулка длиной всего в три мили по относительно ровной местности.

Это как то же самое… только на стероидах.

– Далеко еще? – спрашиваю я, отталкиваясь от дерева, и мы идем дальше. Лэр и Рэб неторопливо курят, а Ди закидывает руки за голову и смотрит на луну. Она круглая и белая, и если она чем-то и отличается от луны у нас дома, то я этого не замечаю.

Единственное отличие в том, что их тут, кажется, две?

– Около шести с половиной километров, – говорит Ти, и я стараюсь не застонать. Какой-то случайный факт в моей голове подсказывает мне, что в среднем человек идет со скоростью около пяти километров в час. Отлично. Осталось чуть больше часа, верно? Я стараюсь быть оптимистом, но это не совсем мое. И, кроме того, жители Подземного королевства, похоже, сами не слишком оптимистичны.

– Может, мне прочитать стихотворение или историю, чтобы вас развлечь, госпожа? – Спрашивает Ди, поправляя свою шляпу с козырьком, его пальто развевается у него за спиной, когда он идет. Я вернула фиолетовое пальто Ти и принялась запихивать в сумку пиратскую куртку Лори, чтобы рукава болтались при ходьбе. Мне все равно слишком жарко, чтобы носить его.

– Пожалуйста, не надо, – говорю я, и Ди одаривает меня легкой усмешкой.

– Ты уверена, что не хочешь услышать остальную часть пророчества сейчас? Это прекрасная история, то, как ее рассказывает Ти. – Я бросаю взгляд на фиолетовоглазого клона Ди, но он хмурится и смотрит на меня так, словно не знает, что со мной делать.

Интересно, правда ли то, что сказал Рэб, если он действительно… делает? … планируешь сбежать в Зазеркалье вместе со мной. Думаю, я бы не стала винить его, если бы он это сделал, учитывая, что случилось с его народом …

«Должно быть, в твоих жилах течет королевская кровь».

Слова Рэба эхом отдаются в моей голове. В сочетании с тем, что я услышала в «Долгой истории», мне кажется, что это не просто пустое прилагательное.

– Может, позже, – говорю я, потому что чем больше времени я здесь провожу… тем больше мне становится любопытно.

Но что касается этого пророчества, мне с трудом верится, что оно обо мне. Ну ладно, Ти ясно сказал, что оно об Алисе. Но откуда они знают, что я – это она? И с чего бы? И вообще, кто такая Алиса?

– Ты задаёшь себе слишком много вопросов, – говорит Лэр, выбрасывая окурок на тропинку и наступая на него коричневыми ботинками, которые он позаимствовал у Рэба. Он тоже немного похож на принца в своей белой куртке, наброшенной на плечи, и с бело-голубыми волосами, которые падают ему на лоб, когда он поворачивается ко мне. – Я вижу, как они проносятся у тебя в голове, мелькают в твоих глазах.

– Значит, твои пророчества касаются не только… HD-видео на твоих крыльях, да? – Шутка не смешная, и совершенно очевидно, что никто из этих мужчин не понимает, о чём я говорю. Я просто вздыхаю и иду дальше, вдыхая знакомые и в то же время непривычные лесные запахи. Я узнаю насыщенный аромат влажной земли, лёгкую терпкость гниющих листьев, мускусный запах грибов. Но есть и странные запахи, которые кажутся такими неуместными: яркий аромат розы, медный запах крови, едва уловимый запах перезрелых фруктов.

– Я могу гадать по руке, по чайным листьям… по внутренностям. – Лэр расправляет крылья, и я замечаю, что Ти и Ди смотрят на него с некоторой завистью. Ди делает то, что обычно делают фейри: протягивает руку к плечу, мягко касается его, а затем резко отдергивает, осознав, что делает. – Как пожелаешь, солнышко.

– Откуда вы все знаете, что я Алиса? – спрашиваю я, переводя взгляд с сине-черных крыльев Лэра на бьющийся хвост Норта, затем на кроваво-красный взгляд Рэба и подергивающиеся уши. По сравнению с тремя другими мужчинами близнецы выглядят почти нормально в своих длинных военных куртках, полосатых рубашках и с глазами цвета драгоценных камней. – Я имею в виду, откуда вы знаете, что я не какая-то случайная девушка, которая оказалась не в том месте и не в то время? Я буквально провалился в ту дыру, в Подземное королевство. Это могло случиться с кем угодно.

– Это могло случиться с кем угодно, – повторяет Лэр, и его голос гладок, как шелк. – Это могло случиться с кем угодно. – Он не торопится произносить слова, вместо этого позволяет им слетать с его губ, как будто каждый слог означает что-то важное. У него глубокий, хрипловатый голос, и я могу только представить, как это было бы в спальне, когда он медленно и нежно шептал бы что-то мне на ухо, когда … Я пытаюсь «вытащить» свой разум из сточной канавы, потому что есть гораздо более важные вещи, о которых стоит беспокоиться, чем о том, чтобы заняться сексом. – Но этого не произошло, не так ли? Это случилось с тобой.

– И ты увидел это в пророчестве? – Спрашиваю я, когда мы переходим через большой ручей, громко стуча каблуками по изогнутому деревянному мосту. Когда мы переходим, ветер ударяется о воду, холодит и ласкает мою разгоряченную кожу, давая мне короткую передышку от перегретого тела.

– Мы все, – добавляет Норт, и его голос напоминает рычание, которое хорошо сочетается с его рогами и хвостом. – Все королевские лошади и вся королевская рать. – Он улыбается мне через плечо, и если его зубы немного острее, чем должны быть, кто бы заметил, что у него такое красивое лицо? – Ясно как божий день, ты – Алиса, мисс Лидделл.

– Так вот откуда вы узнали мое полное имя? – спрашиваю я, когда мы сходим с моста на грунтовую дорогу, которая выглядит почти так же, как та, по которой мы ехали весь день. – Из-за пророчества? Потому что я никому здесь не называла свою фамилию, и это не давало мне покоя уже несколько часов.

– Пророчества Лэра – это просто фрагменты времени, – объясняет мне Ди, пока Рэб закатывает рукав, чтобы посмотреть на татуировку с часами на левом бицепсе. – Как то, что ты видел о птице джубджуб. Мы знали твое имя по тому немногому, что успели увидеть, но как вас зовут по фамилии? То, что в вас течет кровь Лидделлов, – это факт, и именно поэтому вы – Алиса.

Я несколько раз моргнула и нахмурилась, сумка на боку раскачивалась из стороны в сторону. Как и было обещано, на платье, которое купила мне Эди, не было ни капли крови. Даже колготки с узором в виде арлекина были чистыми. Может, этот Билл и ящерица, но он чертовски хороший уборщик.

– В семье моей матери всегда настаивали на том, чтобы женщины сохраняли свою фамилию и передавали её дочерям, – говорю я и поднимаю глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ди и Норт смотрят на меня непонимающим взглядом. – В моём мире женщины обычно берут фамилию своего возлюбленного.

– Которого из них? – спрашивает Рэб, закуривая очередную сигарету. Я тут запыхалась, а он дымит, как будто вышел на вечернюю прогулку, а не на изнурительную дневную.

– В моём мире, – со вздохом повторяю я, – у большинства людей только один возлюбленный.

Я чувствую, как все пятеро мужчин поворачиваются в мою сторону. Мысль о моногамии вызывает у них такое же любопытство, как и у меня, когда они начали обсуждать прослушиваемую мобильную сеть и бесполезность своих телефонов без надёжной защиты от слежки. Учитывая, что мы идем пешком по лесу, похожему на средневековый, это было, безусловно, интересно.

– Один возлюбленный, – задумчиво произносит Ди и качает головой, словно ему трудно представить себе такую картину. – Почему?

– Потому что в большинстве стран мира мужчин и женщин примерно поровну… – уклончиво отвечаю я, поправляя лямку сумки. Уже почти совсем стемнело, и единственный источник света – это звёзды, луны и грибы. Этого едва хватает, чтобы хоть что-то разглядеть, поэтому я держусь слева от Ти и надеюсь, что он знает, куда идти.

– И что это значит? – спрашивает Лэр, его крылья слабо мерцают в темноте.

– Просто… это… Я не знаю. Чёрт, патриархат и гетеронормативные ожидания общества настолько промыли мне мозги, что я даже не знаю, как ответить на твой вопрос. Так уж заведено в большинстве мест: один мужчина и одна женщина. Я понимаю, что это глупо, и я не говорю, что геев не существует, просто… даже они обычно выбирают моногамные отношения.

– Звучит ужасно, – говорит Рэб, и от его холодного голоса у меня по спине бегут мурашки – в хорошем смысле. Вот до чего меня доводит этот безумный мир. Меня даже тянет к парню, который превращается в гигантского волка с кроличьими ушами. – И скучно. Как один человек может удовлетворять потребности другого? Разве это не надоедает со временем?

– Я… – начинаю я, но не знаю, что на это ответить. Я думаю о своих родителях, о папе, который сидит в гостиной, обхватив голову руками, скучает по жене и сыну и ненавидит весь мир. – Единственный парень, который у меня был, оказался полным придурком, так что… думаю, я не тот, кто может ответить на твой вопрос. Он мог бы быть одним из дюжины моих парней, но все равно был бы полным дерьмом. – Я пожимаю плечами, как будто это не имеет значения, как будто я не пыталась порвать с Лиамом, как будто не была одурманена и не лежала беспомощно на полу, пока он и его дружки снимали с меня одежду…

Если бы не Фредерик, они бы меня изнасиловали, и что тогда? Я помню выражение лица Лиама в ту ночь, когда я лежала на полу, его свирепый взгляд, когда он вытащил свой твердый член из штанов и поднес его к моему рту… Я не сомневаюсь, что он мог бы меня убить. Но тут вошел Фред с бейсбольной битой наперевес, и внезапно все вокруг залила кровь…

Я зажмуриваюсь, чтобы не думать обо всем этом, и чуть не падаю лицом в грязь. Единственное, что удерживает меня на ногах, – это рука Ти на моем локте, его пальцы теплые даже сквозь ткань рубашки. Когда я открываю глаза, я вижу, как он смотрит на меня с любопытством на лице. Интересно, они все еще считали бы меня Алисой, если бы знали, насколько я испорчена?

Или что мой брат мертв из-за меня.

Что моя мать в тюрьме.

Что мой отец разучился делать что-либо, кроме как дышать, есть и работать, пока не начал с трудом держаться на ногах, а его плечи не опустились от усталости.

– Так ты хочешь сказать, что Алисой меня делает – моя же родословная? – я спрашиваю, и если это так, то я испытываю некоторое облегчение. Я не единственная из ныне живущих женщин семейства Лидделл. Помимо моей мамы и сестры, у меня есть три тети и шесть двоюродных сестер. Любая из них могла провалиться в Кроличью нору… Любой из них, и все же… это были не они, а я.

Лэр, вероятно, прав.

– Это в крови, – подтверждает Лэр, слегка расправив крылья. Интересно, его можно считать фейри или кем-то в этом роде? Или у них тут, в Подземном королевстве, вообще есть фейри? Думаю, если и есть, то их, наверное, называют как-то диковинно – например, «моме рат» или «борогов». – Когда твоя прародительница бежала из Зазеркалья после Разлома, вся её магия осталась при ней. И она знала, что ей или кому-то из её потомков придётся всё исправить.

– И что же, по-твоему, я должна здесь сделать? Не хочу тебя расстраивать, чувак, но у меня нет, ни магии, ни суперспособностей, а если бы и были, я бы всё равно не знала, как ими пользоваться. – На ходу Ти лезет в карман, замирает, достаёт сначала из одного кармана, потом из другого по кусочку белого гриба и протягивает мне.

Я беру их, наслаждаясь ощущением его теплых ладоней в своих, а затем убираю в сумку. Интересно, каково это – уменьшиться… или вырасти до размеров дома? Может, прежде чем я уйду отсюда, стоит откусить кусочек, просто чтобы посмотреть, каково это. В конце концов, когда еще мне выпадет шанс попробовать что-то настолько фантастическое? Нет, как только я вернусь домой, серый туман, который годами окутывал мою жизнь, станет еще немного гуще, и сквозь него будет еще сложнее что-то разглядеть.

– Но у тебя есть магия и силы, иначе ты не смогла бы управлять «Создателем королев», – говорит Рэб, поворачивая левое ухо в мою сторону. – Никто не ожидал, что ты появишься во всеоружии и будешь готова к войне. Король прекрасно осведомлён об ограничениях, связанных с его новой невестой.

– Я не буду ничьей супругой, пока не скажу «да», – резко отвечаю я и чувствую, как Ди и Ти напрягаются.

– В обычной ситуации это было бы вполне очевидным заявлением, – продолжает Рэб, которого, похоже, не смущает тот факт, что какой-то парень объявил себя моим женихом, хотя мы даже не знакомы. – Но не в случае с Червонным Королем. Никто не смеет перечить королю.

– Ну да, но он ведь меня ещё не видел, не так ли? – спрашиваю я, замечая в кустах радужные грибы. Они вьются между стволами высоких деревьев, словно разноцветная речушка, повторяя узор на моих волосах. Пока я любуюсь их яркими цветами и слабым свечением, из кустов выбегает зелёная свинья и начинает рыться в земле пятачком. Я приподнимаю бровь, но, в конце концов, свинья есть свинья, даже если её шкура того же цвета, что и трава по обе стороны от тропинки.

– О, мне не терпится увидеть его реакцию на тебя, – мурлычет герцог, весело помахивая хвостом. – Он не привык, чтобы ему бросал вызов кто-то, кроме меня. – Он бросает на меня порочный взгляд через плечо, и я снова вспоминаю того Кролика, которого видела в замочную скважину маленькой дверцы, и его слова о том, что герцог – дикарь. Сейчас он и правда выглядит дикарём: на загорелой коже выделяются белые зубы, а в лунном свете рога отбрасывают причудливые тени на его лицо.

– Чтобы внести ясность: моя сестра запросто могла бы поскользнуться в кустах и упасть, и тогда она стала бы Алисой, невестой короля. Я права? – спрашиваю я, просто чтобы прояснить ситуацию. Может, меня и должно было бы беспокоить то, что я не единственная избранная. Но это не так. Скорее, я чувствую облегчение. Я не хочу быть спасительницей этого мира. Как я могу спасти мир, о существовании которого узнала всего несколько дней назад, если у меня не хватает сил даже на то, чтобы спасти себя?

– Был десятипроцентный шанс, что вместо тебя придет твоя сестра, – признается Лэр, оглядываясь на меня. Его серьги и волосы покачиваются в такт движениям. Из-за улыбки его лицо становится непроницаемым, и по нему невозможно понять, о чем он думает. Мне кажется, он из тех людей, с которыми невыносимо находиться рядом постоянно, – как Эдит.