Текст книги "Отчим. Игрушка Бандита (СИ)"

Автор книги: Кэтрин Рамс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

Глава 28

Лада.

Из сладкого сна меня вырывает тихое сопение около моей шеи вместе с горячим дыханием. Я медленно открываю глаза, и меня пронзает осознание того, что в своей кровати я совершенно не одна. И это даже не брат, который любит приходить ночью.

Сбоку от меня лежит Давид и не просто лежит, он аккуратно ласкает мое тело, которое ему, между прочим, отвечает. Он гладит мой живот, опуская пальцы чуть ниже, и я понимаю, что на мне лишь нижнее белье.

Когда я успела раздеться?!

Вспоминаю, что заснула на диване в зале и то, как мужчина взял меня на руки и отнёс в мою комнату, а потом ушёл, и я вновь заснула. Сплю я крепко, поэтому не сразу поняла, что я не одна.

Никак не ожидала увидеть такой подарок в своей постели.

Поворачиваю голову и натыкаюсь на темный взгляд мужчины, от которого по телу пробегают мурашки.

О, Боже. Он с ума сошёл!

Но что самое ужасное – это то, что мне нравится, что он со мной делает, нравится то, как его большие руки ласкают мой живот, нравится, с каким жаром он на меня смотрит.

Это настолько запретно и интимно, что мне самой хочется взвыть.

А комнате царит полумрак, но я все хорошо вижу и жалею, что не сделала вид, что всё еще сплю.

– Что вы делаете… – шепчу я и кладу свою руку на его, чтобы остановить.

Как бы сильно он меня не привлекал, это не отменяет того факта, что нам нельзя быть вместе. Нельзя целоваться, ласкать друг друга, нельзя заниматься сексом. Это ужасно, поэтому ещё больше меня привлекает. Его, видимо, тоже.

Никогда не считала себя распутной девушкой, я вообще мало думала об интимных отношениях, но сейчас моя голова вся забита порочными образами, которые приводят меня в крайнее смущение.

Если бы только Давид мог читать мысли…

Я сама не понимаю, откуда берётся это волнение, которое полностью меня заполняет. Почему мне так с ним хорошо вместе, и я сама не хочу, чтобы он уходил.

Это необъяснимо. Меня просто, как магнитом, к нему тянет, я от чего-то уже считаю его своим.

Это такая глупость… Он точно мне не принадлежит и никогда не будет.

Наши отношения невозможны.

Неужели я влюбилась в своего первого мужчину, который появился у меня случайно. Разве такое вообще возможно? Почему мое сердце прямо готово вырваться из груди, почему в животе я чувствую это прекрасное щекочущее ощущение…

– Не вы, а ты, – вновь поправляет меня он.

Мне тоже режет это слух. Я хочу его называть совсем по-другому, хочу, чтобы мы стали ближе, чем есть сейчас.

– Что вы делаете в моей комнате, в моей постели? – тихо спрашиваю, хотя итак понимаю, что здесь происходит.

Он пришёл, чтобы заняться сексом. И почему мысль его прогнать пробуждает протест?

– Я трогаю тебя, разве это не очевидно? – произносит он с хрипловатым смешком.

– Зачем?

– Потому что хочу тебя, девочка…

Его голос сводит меня с ума. Он у него такой приятный, с хрипотцой, чисто мужской, но сейчас немного нежный. Очень соблазнительный.

– Я не…

– Тихо, – перебивает он меня, положив свои пальцы на мои губы, – расслабься, я не сделаю ничего плохого, второй раз будет не больно.

Ох, он и правда хочет это сделать. В моей комнате, когда даже мама может зайти. По головушке она меня за это не погладит.

– Нас могут услышать… – сообщаю я, тяжело вздыхая.

Я потеряла весь свой рассудок, потому что уже знаю, что не смогу ему отказать. У меня разыгралось огромное любопытство, что он может со мной сделать, потому что в прошлый раз было не совсем приятно.

– Света уехала, а Саву я уложил спать, – сообщает мужчина. – Тебе не о чем переживать.

Давид неожиданно оказывается на мне сверху, его лицо слишком близко к моему. Я ощущаю, какой от него идёт пылающий жар и мне самой становится тепло. Он же тянется ко мне, чтобы поцеловать, но я упираюсь о его грудь руками, чтобы этого не произошло.

Мне очень этого хочется, но нельзя…

– Давид, нам не стоит этого делать, – шепчу тихо, почти ему в губы и сразу получаю от него усмешку.

– Мы уже это делали, я просто хочу тебе показать, что секс – это не только боль, позволь мне это сделать.

Я смотрю ему в глаза и растворяюсь. Понимаю, что просто не могу отказать. Не тогда, когда сама сильно этого хочу.

Давид, как я понимаю, больше не хочет ждать, он перекладывает мои руки к себе на шею, давая мне понять, что он желает того, чтобы я его обняла.

Следом он захватывает мои губы в поцелуе, который сначала вполне нежный, но с каждой секундой он начинает набирать опасные обороты. И вот уже его руки трогают мою попу и грудь. Вот он уже меня покусывает, и мы оба тяжело дышим, не в силах друг от друга оторваться.

Я словно опьянела. От него, от эйфории, которую я сейчас испытываю. Себя уже не узнаю. Это не та стеснительная девушка, это голодная львица, которая готова разорвать на части любого, кто помешает.

Когда нам необходимо уже отдышаться, я вновь ощущаю колкий стыд за то, что делаю. Даже на глазах наворачиваются слёзы.

– Я не знаю… – выдыхаю я. – Это неправильно…

Но так маняще, что в груди все сжимается от волнения перед тем, что все же может между нами произойти.

Давид нежно касается моей щеки и пронзительно смотрит мне в глаза, от чего я перестаю дышать.

– В этом и вся суть. Тебе не о чем переживать, я тебя не брошу… – произносит он со всей искренностью. – Иди ко мне ближе, моя малышка, я закончу начатое.

Глава 29

Давид вновь прижимает меня к кровати и накидывается с поцелуями, которые настолько безумны, что вводят меня в транс.

Его язык ловко проникает через мои губы, и он начинает меня им приятно ласкать. Да так, что живот начинает сводить от восхитительных ощущений.

Я смелею и тоже его целую так, как мне нравится, так, чтобы его это тоже сводило с ума. Я чувствую, как его дыхание заметно участилось, что доказывает мне, что я двигаюсь в правильном направлении.

Далее я просовываю руки под его майку и начинаю пальцами поглаживать его тёплую кожу, удивляясь тому, какая она приятная на ощупь.

Когда я целовалась с Костей, то его я тоже трогала, но не получала таких эмоций. Меня не вело от обычных поцелуев так, что я готова была лезть за стенку.

Я и не сразу заметила, что мое тело странно начало реагировать. Оно начало тянуться к мужчине. Я желаю ощутить его полностью. И плевать уже, что это неправильно. Я никогда не ощущала себя настолько желанной.

Давид тоже меня трогает, но делает это ненавязчиво. Он лишь на мгновение отвлекается, чтобы стянуть с себя майку, для того чтобы быть кожа к коже.

– Позволишь мне снять это с тебя, – шепчет он мне в губы и помогает мне приподняться, чтобы расстегнуть мой лифчик.

Когда грудей касается холодок, то я сразу их прикрываю, немного стесняясь, хотя он уже видел меня голой и тогда меня это ни капли не волновало.

Давиду это явно не нравится, и он отводит мои руки в стороны и недолго любуется моей грудью, затем опускает голову и начинает ее целовать, да так, что пальцы ног сводит.

Изо рта вырывается стон, который ещё больше меня смущает, потому что мужчина реагирует на него, он сильнее сжимает мою грудь и, кажется, даже рычит.

Боже. Это неописуемо!

Вдоволь облизав мою грудь, он опускает руки на мои трусики для того чтобы их стянуть.

– Мне страшно, – выдыхаю я, пытаясь его остановить.

Пусть даже это и второй мой раз, но на самом деле волнительнее первого, потому что сейчас я в трезвом состоянии. И чувствуется все куда острее и интимнее.

– Ты ещё такая не опытная, но я всему тебя научу. Давай начнём с малого.

Я киваю, прикусываю губу и позволяю ему делать со мной все, что он считает нужным.

Давид все же стягивает с меня трусики и задерживается на моей промежности взглядом, но я даже не свожу ноги вместе, хотя очень хочу так сделать.

Ему нравится моя реакция, и он опускает губы на мой дрожащий живот, начинает покрывать его мелкими поцелуями, все это время он ласкает внутреннюю часть моего бедра и как бы невзначай касается пальцами сокровенного местечка.

Стараюсь не издавать никаких звуков, однако, когда его губы оказываются прямо там, то я не сдерживаюсь, и из меня выходит протяжный стон.

– Ох! – дёргаюсь я на месте, но он не позволяет мне отдалиться, только ближе к себе притягивает за попу.

Он ласкает пальцами мой клитор, который уже пульсирует и бросает на меня пытливый взгляд.

– Так нравится?

Дышу часто-часто, уже мало чего понимая.

– Да… Очень…

– Это хорошо, позволишь мне зайти дальше?

Ещё дальше? Что он имеет в виду?

Черт с ним, уже поздно говорить ему «нет».

– Да. Я не против.

Давид довольно улыбается и оставляет поцелуй на моей ноге, что вызывает у меня неописуемый восторг.

Господи, он такой нежный, что не верится.

– Ты все хорошо делаешь, – произносит он с хрипотцой. – Расслабься и получай удовольствие.

С таким мужчиной сложно расслабиться. Нет, он тоже все делает просто безупречно, но я все равно ощущаю напряжение и дикое волнение.

– Хорошо…

Давид вновь приступает к ласкам и поцелуям, которые с каждой секундой становятся все более откровенными, а то, что он делает дальше, это просто срывает мне голову.

Я падаю на подушки, сжимаю в руках простынь и, уже себя никак не контролируя, начинаю стонать. Уже на все плевать.

Голова кружится, а внутри все сводит, кажется, что ещё чуть-чуть и я дойду до края, но неожиданно он останавливается и вновь оказывается на мне сверху, но продолжает ласкать меня теперь уже пальцами.

На его губах я чувствую свой вкус, и это ещё больше возбуждает. Как и сами осознание, что ТАКОЙ мужчина делал со мной подобного рода вещи. О таком даже думать как-то уж слишком.

– Ты можешь меня потрогать, если хочешь, – шепчет он мне в губы, стягивая с себя штаны и направляя в мою руку свой твёрдый член.

Ох!

Он у него, как бархат. Большой такой, что я удивляюсь тому, как он в меня влез в прошлый раз.

Немыслимо!

– Правильно? – спрашиваю я, когда начинаю его ласкать.

– Да, девочка, ты все делаешь, как нужно, будь чуть смелее.

После его слов я стараюсь, как могу, ловлю каждую его реакцию и так понимаю, что и как ему нравится, а он тем временем уже начинает меня целовать.

Не знаю, сколько мы так друг друга изучаем, кажется мне очень долго и слишком недостаточно. Мое тело уже все дрожит, готовое его принять и кажется, что Давид тоже уже на пределе. Поэтому, когда он резко меняет позицию и его твёрдый член оказывается у меня между ног, я уже ничего не боюсь.

Я готова!

Ой, кажется, сказала это вслух, потому что мужчина заулыбался и толкнулся внутрь.

– Ах… – реагирую я.

Я прямо чувствую, какой он огромный и как он меня растягивает. И это прекрасно и пугающее одновременно. Это никак не описать словами.

Безумие. А то, как он начинает в меня толкаться, то, как меня целует, затем дышит мне в шею, пока из меня вырываются стоны, это все просто прекрасно.

Мы двигаемся в унисон, так, как подсказывает природа. Целуемся, обнимаемся, снова целуемся. Я царапаю его спину и его это возбуждает, как, впрочем, и меня.

Боли никакой нет, только сильное давление.

Я даже не знаю, сколько по времени это длится. Только когда ноги начинают немного затекать, Давид решает поменять позицию. Он кладет меня к себе спиной, боком, находит пальцами мой клитор, начинает меня ласкать, вновь врывается, как обезумевший, дикий зверь.

Мы оба мокрые, оба часто дышим, только из меня с каждым толчком вырываются стоны, а он говорит мне приятности.

Это что-то на волшебном. И я прямо ощущаю, как во мне просыпаются чувства, мне уже не стыдно, я сама этого захотела и ни о чем не жалею.

Пальцы мужчины надавливают сильнее, и в одно мгновение я просто распадаюсь на тысячу мелких частиц, прямо под его довольный стон.

Пытаюсь выровнять дыхание, только мужчина ещё не закончил.

Не закончил он и через десять минут, и ещё через десять… Он поменял уже позы три, хотя я прошу немного отдохнуть. Он лишь усмехается. Но меня все устраивает.

И когда его движения становятся резче, когда он сильно сжимает мою задницу и начинает двигаться чаще, то я понимаю, что он вот-вот подойдёт к краю. Я его сама целую, и он резко в меня входит и начинает кончать.

Интересное зрелище, но ни капли не противное, как в видеороликах.

Я прикрываюсь простынкой, стараюсь спокойнее дышать и наблюдаю за ним.

– Не думай, что это для меня достаточно, – произносит он с коварной улыбкой. Неожиданно выдёргивает мою простынь и шлепает по попе. – Бегом в ванную! Это далеко не конец…

Глава 30

Утро встречает меня приятным ощущением того, что этой ночью я стала женщиной. Ощутила это в полной мере. Это, конечно, не сравнится с первым разом, который вышел не самым лучшим.

То, что было между мной и Давидом, это нереально. Заснули мы с ним поздней ночью. Он только, что не делал с моим телом, он ласкал меня, подталкивал к новым границам, о которых я и представить не могла. Он учил меня делать ему приятно и делал приятно мне. А сколько поз он мне показал… Немного даже стыдно вспоминать.

В общем, было незабываемо.

Открываю глаза и понимаю, что мужчины уже нет со мной рядом, хотя на часах семь утра.

Я всегда просыпаюсь рано, чисто по привычке, ну и, конечно, мне нужно вести Саву в школу, потому что мама этого не делает.

Протяжно вздыхаю и закрываю лицо руками, вновь все вспоминая, ощущая дикое волнение.

После первого раза мы пошли с ним принимать душ и там уже продолжили изучать друг друга. Далее вернулись в комнату и продолжили уже здесь.

Дверь моей комнаты открывается, и я думаю, что это вернулся мой мужчина, но я вижу сонные глаза Савы и даже немного расстраиваюсь.

Куда же тогда он подевался? Неужели уехал…

– Лада, мы пойдём в школу? – спрашивает он с зевком.

– Да, котёнок, иди умывайся, – отвечаю ему, вставая с кровати, подмечаю, что тело после такой ночи немного ноет.

– Там мама с кем-то ругалась.

Хмурюсь. Надеюсь, что не с Давидом. Надеюсь, что она ничего не заподозрила, хотя вряд ли мы сможем скрывать наши отношения.

А они, интересно, вообще есть?

– С твоим отцом? – решаю я поинтересоваться.

– Я не знаю, – говорит брат и выходит из комнаты.

Я быстро иду принимать прохладный душ, чтобы окончательно проснуться, одеваюсь и спускаюсь на кухню, чтобы приготовить завтрак. Однако обнаруживаю там маму, которая разговаривает по телефону, стоя ко мне спиной.

– Ты что, не понимаешь, что происходит? Он ничего отдавать не собирается. Я с ним разговаривала по-хорошему, но бесполезно, ублюдок упёрся рогом! – ругается она, и я замираю на месте. – Поговори с ним по-мужски, пусть поймёт, что он многое может потерять, – чуть ли не рычит она в трубку. – Нет, нет, убивать пока не нужно, неизвестно, на кого он мог переписать часть завода. Наш зек далеко не глупый мужик. Все, давай, увидимся позже…

Сердце застучало чаще, когда я поняла, что разговор был о Давиде. Мама задумала что-то нехорошее, что меня напрягает. Неужели она хочет обмануть мужчину и собралась это сделать за его спиной.

Мне нужно будет с ним об этом поговорить.

– С кем ты разговаривала? – громко спрашиваю я, и она дергается на месте.

– Так, с подружкой, а что? – отмахивается она, наливая себе кофе.

Вид у неё немного потрёпанный, словно она всю ночь веселилась, хотя это не новость, она любит ходить по клубам. Но это меня волнует меньше всего.

– Мам, не совершай ошибок, – предупреждаю я.

Я не хочу, чтобы в нашей семье появились неприятности. В первую очередь, я переживаю за своего брата, который ни в чем не виноват.

– Лада, это ты совершила ошибку, когда легла под бандита, – с ухмылкой произносит она, и меня бросает в холодный пот. – С таким, как он, только горя можно хапнуть.

Мама смотрит на меня так пронзительно, что я сразу понимаю, что она не просто догадывается о нас, она все знает. И меня охватывает небывалый страх того, что она отберёт у меня самое важное, что есть, это Саву.

У меня есть только он. Между мной и этой женщиной, которая считается моей мамой, ничего нет, она бросила меня, а забрала только для того, чтобы я ей помогала.

– Я не… – закрываю рот, не желая на самом деле ей что-то объяснять.

Да, мне немного стыдно за своё поведение, но я чувствую, что в их отношениях не все так просто. Они что-то скрывают, между ними нет никаких чувств. А у меня к нему есть. Как, надеюсь, и у него ко мне что-то появилось. Я видела это в его глазах и не думаю, что мне лишь показалось.

– Не оправдывайся, я не слепая. Ты, дурочка, влюбилась в такого сильного и властного на вид мужика, но ты ничего о нем не знаешь. Не знаешь его настоящего, – произносит она с явным превосходством. – Он убийца. Он ублюдок без принципов морали. Думаешь, что он тебя полюбил и вы будете жить долго и счастливо?

Она издевается надо мной, но я не поведусь на ее провокации. У меня свои мысли по этому поводу.

– Мам, не нужно.

Иду к холодильнику и достаю оттуда молоко, чтобы залить им хлопья, для того чтобы Сава позавтракал, хотя единственное мое желание – это поскорее уйти.

– Он таких, как ты, меняет каждую ночь. Так было раньше, до того, как он убил своего друга, так будет и дальше. Ты ещё пожалеешь, что с ним связалась, – продолжает она напирать. – И да, я с тобой не хочу разговаривать, потому что ты посмела лечь под моего законного мужа. Скажи спасибо, что я не выгоняю тебя из-за этого на улицу.

Я ей нужна, это очевидно.

– У тебя у самой много разных мужчин… – говорю я как есть.

Я тоже не хочу с ней находиться рядом, поэтому беру поднос и ставлю на него тарелку с завтраком, чтобы отнеси в комнату брата.

– Это не отменяет того факта, что мы женаты, пусть даже и не верны друг другу. Ты не должна была лезть в нашу постель, – говорит она со всей желчью, доставая из холодильника бутылку вина. Время семь утра, а она уже собралась пить, вместо того чтобы уделить своему сыну хоть немного своего времени. – А теперь оставь меня, не желаю тебя видеть.

Глава 31

Давид.

Когда я открываю глаза, то меня моментально пронзает острая головная боль и осознание того, что, кажется, я получил сотрясение.

Я начинаю вспоминать последние события. То, как я проснулся с Ладой в постели, то, как я поцеловал ее перед тем, как уйти, потому что мне нужно было съездить по делам, а именно: у меня должна была быть встреча с адвокатом, который специально приехал ко мне из-за столицы. Мне нужно было его как нужно встретить.

Будить я девушку не стал, чтобы об этом говорить. Смысла не было, ведь я планировал провести с ней вечер. Хотел позвать ее в хороший ресторан, чтобы поговорить о том, в каком направлении мы будем двигаться.

Секс с ней только укрепил мое желание завязать с ней отношения. Почему бы и нет? Молодая, неописуемо красивая и умная девушка. А главное – добрая. В ней есть все, что мне нужно. А главное – у меня есть к ней сильные чувства.

Меня начинает трясти только от одной мысли о ней. Как и сейчас, я волнуюсь, что могу ее больше не увидеть.

С адвокатом я так и не встретился, потому что по дороге к нему мне перегородил дорогу джип, а, когда я вышел из машины, то на мне навстречу вышло три огромных мужика, с явным желанием причинить мне боль.

Я хоть и боролся до последнего, но когда меня ударили арматурой по голове, то я вырубился.

Открыв окончательно глаза, я понял, что они залиты моей, уже засохшей кровью. Моргаю несколько раз, чтобы, наконец-то, понять, где я нахожусь и когда я вижу, что меня затащили в старое здание, а именно – в уже давно закрытый завод, то по телу пробегают мурашки.

Здесь я застрелил своего лучшего друга Льва. Вот прямо в этой проклятой комнате, которая снилась мне во снах все семь лет.

Блять. Я сразу понимаю, чьих рук дело мое похищение. Варшавский – урод. Решил убрать ещё одного хозяина нашего общего на троих завода. Ублюдок.

Меня охватывает небывалая ярость, когда я понимаю, что мне, скорее всего, придёт сегодня конец. Я только вышел из тюрьмы, встретил свою женщину, с которой захотел завести семью, а это все у меня хотят отнять. За что? За деньги.

Но самое в этом ужасное, это то, что я не смогу отказаться от своей части, потому что в нашем мире так не делают, потому что это не по законам бандитов, потому что, если об этом хоть кто-то узнает, то в любом случае мне конец. А без подписи меня не отпустят. Хотя, им легче просто меня застрелить и закопать прямо здесь. Все равно никто искать не будет.

Только вот я не идиот, и уже давно составил интересное завещание на такой случай.

Вот такой замкнутый круг.

Я дёргаюсь на месте, понимаю, что прикован наручниками к стулу, на котором сижу, и осознаю, что выбраться мне будет очень тяжело.

Через минут десять безуспешных попыток я по звукам понимаю, что больше не один в этой комнате.

– Очухался? – слышу я голос своего бывшего друга и поворачиваюсь в его сторону.

Сначала заходит он, а следом те три мужика, которые меня вырубили.

– Паш, как же ты здесь оказался? – посмеиваюсь я. – Испачкаешь свои белые брюки.

– Я куплю себе новые. А вот ты уже вряд ли.

На меня запугивания не действуют, и он это прекрасно знает.

– Очень жаль. Так, что ты от меня хочешь? – решаю, что нам нужно сразу перейти к тому, зачем мы все собрались.

– Ты прекрасно знаешь, что именно. Одна подпись и никаких проблем.

– Ты знаешь, что я не могу этого сделать, – жму я плечом. – Ответь мне на вопрос. Тебе мало денег? Я слышал, что тебе итак много чего принадлежит, зачем тебе ещё и завод?

Он точно не из тех, кто нуждается в деньгах. Тут дело в другом.

В жадности.

– Ты сам понимаешь, что я здесь непростой человек и да, мне много, что принадлежит. В этом и суть, что я не могу делиться. Мы с тобой не друзья.

Ему никто не друг.

– Не друзья. Хотя, прошли через то, что другим даже не снилось. Почему, Паш? Почему ты нас предал? Почему ты решил стать крысой?

Я вижу, как он напрягается от моих прямых вопросов. Как сильно он сжимает свои кулаки, как его лицо становится багровым.

– Вас. Вот в чем загвоздка. Я всегда был третьим лишним, – срывается он на крик. – Всегда были только вы вдвоём! У вас были одни бабы, квартиры, деньги, вы даже сына поделили между собой, очень смешно, что ты взял на себя роль отца Савелия. Я хочу все это забрать. Я уже трахаю Светку. Я хочу ваш завод. Я хочу все то, что принадлежало вам! Все это должно быть только моим!

Не могу сдержаться и начинаю громко смеяться. Так вот в чем дело. В ревности к нашей со Львом крепкой дружбе.

Мы были даже не друзьями. Мы были братьями. И да, у нас все было общее. Я готов был отдать свою жизнь за него, а он отдал свою из-за меня. Но даже, когда он умирал на моих руках, то говорил, что любит меня как брата. Если я сегодня умру, то даже немного рад этому, ведь мы можем, наконец, встретиться.

– Зависть – хреновое чувство. Оно тебя сожрет, – говорю я Паше, которого мы не должны были к себе подпускать.

Я даже уже и не помню, как так получилось. Он сам к нам прилип ещё, когда мы были пацанами.

– Это уже мои проблемы, – говорит Варшавский и достает из пиджака бумажку. Тычет мне ей в лицо. – Подпиши вот это и останешься целым и невредимым.

Я не сдерживаюсь и плюю в его заплывшее жиром лицо.

– Иди нах*й.

Мне даже легче становится, хотя я понимаю, что мне конец. Но я рад тому, что хоть потрахался хорошо перед смертью с девушкой, от которой у меня сносит крышу.

– Это ты зря, – злится урод и кивает своим шавкам. – Ребят, сделайте так, чтобы он подписал этот проклятый документ!