Текст книги "Отчим. Игрушка Бандита (СИ)"

Автор книги: Кэтрин Рамс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

Глава 5

Мне впервые за долгое время срывает башню. По-другому, то, что со мной начинает происходить, и не назовёшь.

Я беру все в свои руки, а именно – начинаю целовать девушку так, как нравится именно мне. Со страстью, с небывалой жадностью, словно я давно нахожусь в пустыне, а она единственный источник воды.

Упиваюсь ее ртом, засовываю глубоко в неё свой язык, создавая движения, которые напоминают сношение.

Трогаю ее хрупкое тело и рычу прямо в губы, когда она испускает протяжный, очень сексуальный стон.

Мне становится жарко, поэтому я чуть ли не сдираю с себя рубашку, продолжаю жадно впитывать образ этой удивительной девушки, которая смотрит на меня с не меньшим желанием.

Она протягивает ко мне свою руку и трогает мою грудь, зарывает пальчики в мои волосы и с удивлением вздыхает.

– Ты, как мишка, – выдает она и начинает странно хихикать.

Так меня ещё никто не называл.

– Ты тогда моя девочка, которая забралась ко мне в дом и легла в мою постель, – говорю я, расстёгивая ширинку, и начинаю спускать штаны, остаюсь в одних боксерах.

Девушка с любопытством рассматривает мои многочисленные татуировки и продолжает ласкать меня своими наглыми тоненькими пальчиками, возбуждая меня, кажется, до предела.

Даже не знаю, как буду себя сдерживать, чтобы не кончить в первую минуту, когда я в неё ворвусь, опозорившись. Нужно все же немного взять себя в руки, иначе я не смогу насладиться этим привлекательным телом.

Хотя, у нас вся ночь впереди, а девушка, видимо, опытная, раз так откровенно меня разглядывает, в ожидании, когда мы перейдём к самому главному.

– Это же из сказки… – улыбается она своими белоснежными зубками.

Я тоже решаю, что могу ее трогать, поэтому ласково провожу по стройным ногам, удивляясь, какие они гладкие и приятные.

Вот смотрю на неё и не вижу ни одного изъяна. Стройная, до невозможности красивая, словно не живая, а искусно выполненная фарфоровая куколка.

Так бывает?

И эти ее глаза… Они прямо в душу заглядывают.

Дергаю головой, чтобы избавиться от наваждения.

– И знаешь, что было дальше? – спрашиваю у незнакомки с ухмылкой.

Господи. Я даже не знаю ее имени. И спрашивать не стану, потому что это прибавляет ей загадочности.

Моя красивая незнакомка, которую, возможно, я больше никогда не встречу.

От этой мысли меня странно начинает трясти. Я понимаю, что пока не готов ее отпускать. Я хочу, чтобы она надолго со мной осталась.

Надеюсь, что после этой ночи это желание исчезнет. Мне точно нужен секс, чтобы подобные мысли в голову не лезли.

– Что же?

– Злой, голодный мишка тебя трахнул, – говорю я, сжав руки на ее ногах. – Как тебе такое?

– Мне нравится. И мне тоже жарко, – произносит она капризно и невпопад.

– А станет еще жарче, поэтому, давай я сниму с тебя твои ужасные тряпки.

Тянусь к ней, чтобы снять через голову это отвратительное сексуальное платье.

На ней нет лифчика, поэтому я уже могу залюбоваться ее, на удивление, хорошей грудью второго размера. Она вся такая худенькая, а сиськи большие.

Это ли не удача?

На ней красные трусики, которые я уже давно успел рассмотреть и обычные чулки, которые я не собираюсь снимать, а вот от нижнего белья, решаю поскорее избавиться, потому что оно нам ни к чему.

– Ты красивая, но думаю, тебе часто об этом говорят, – решаю ей сделать искренний комплимент.

– Нет, не часто. Вы первый это сказали, – удивляет она меня ответом.

Ее парень, который ей ещё и изменил, точно настоящий идиот.

– Не нужно только выкать, моя прелестная незнакомка, – немного раздражаюсь я, хотя я правда старше ее на очень много лет.

– Меня зовут…

Кладу пальцы на ее сочные губы, чтобы она замолчала.

– Тихо, не говори мне своё имя.

– Х-хорошо, – кивает, смотря на меня чуть ли не как на господа Бога. – А твое…

– Это оставим на завтра. А сейчас я хочу заняться твоим великолепным телом.

Наклоняюсь к девушке, чтобы вновь захватить ее губы в сумасшедшем поцелуе.

Он длится очень долго, так долго, что кажется, я уже сейчас готов извергнуться прямо на ее животик. Даже вытаскиваю член и начинаю его ласкать, чувствуя, как яйца сжимаются.

Другой рукой трогаю ее грудь, перехожу на плоский живот и просовываю ее между ног, чтобы начать ласкать ее мокрую дырочку.

Блять! Великолепно! Неописуемо. Она вся такая податливая и нежная, что мне хочется волком взвыть.

Тянусь к предкроватной тумбочке, в которой у меня лежит защита, и быстро натягиваю презерватив, улавливая в ее глазах откуда-то непонятный, появившийся страх.

Долго я это терпеть больше не в силах, поэтому устраиваюсь у неё между ножек, знаю, что она уже готова.

Натираю головкой члена, чтобы размазать ее соки. И резко в неё врываюсь, заглатывая ее болезненный стон.

Секунда. Вторая…

– Какого… – прикрикиваю я, – …хуя?

Она, блять, что, девственница?

Вот чего-чего, а этого я никак не ожидал. Смотрю в глаза этой дурочке, которая начинает покусывать губы и тихо плакать, но член из нее не вытаскиваю.

– Я спрашиваю ещё раз. Какого черта, ты промолчала, что девственница?!

Моему возмущению нет предела.

Нет, где-то глубоко в душе я даже рад, что оказался у неё первым мужчиной, это придаёт мне самоуверенности, но все равно я слишком на неё зол, чтобы осознать, какой ценный подарок она отдала не пойми кому.

– Я… Вы не спрашивали… – всхлипывает она.

Решаю все же вытащить аккуратно из неё член, и, когда вижу на нем кровь, то меня это ещё больше выводит из себя.

Вот и потрахался.

А что ты хотел от восемнадцатилетней девчонки, которая выглядит слишком наивно?

Кретин, как же я сразу ничего не понял.

Да, как тут понять, если она вела себя, как раскрепощенная шлюха?!

– Вот же дьявол! Я знал, что с тобой что-то не так! Как о подобном можно было не сказать?

Натягиваю обратно боксеры и наблюдаю за тем, как она прячется от меня под одеяло и смотрит щенячьими глазками.

Пиздец! У меня просто нет слов.

– Не кричите на меня. Я… Я сама не знаю, что произошло… – произносит она потерянным голосом. – Как так получилось, что я здесь…

Она точно приняла какую-то гадость, я уже подобное встречал, но как-то отводил от себя эти мысли.

Есть такие тяжёлые, запрещённые препараты, от которых у девушек сносит крышу, они себя не контролируют и сделают, что угодно, лишь бы получить член.

А сейчас, видимо, ее начало отпускать. И мне ее даже немного жаль становится. Вряд ли она сама пошла на то, чтобы что-то принять.

– Чего? Ты сама попросила меня тебя трахнуть!

– Простите! – прикрикивает она, сразу вся сжимается и начинает вновь плакать.

– Только давай без нытья, на дух этого не переношу, – грублю ей, потому что вывела меня. – И что мне с тобой делать?

Блять. Я надеюсь, что она не соврала про свой возраст, иначе это самая хреновая ситуация, которая могла со мной произойти в первый день после выхода из тюрьмы.

– Не знаю… – трясётся она.

– Ты понимаешь, в какой ужасной ситуации ты сейчас оказалась? Совсем с головой не дружишь?

Ее точно не воспитывали должным образом. И теперь это стало моей проблемой. Хоть бери ремень, для того чтобы хорошенько ее выпороть!

От данной мысли член снова начинает подниматься, и я дергаю головой, чтобы избавиться от возбуждения. Сейчас мне уже не до секса.

– Можно я поеду домой… – пищит она жалобным голоском.

Ну, уж нет.

– Нет, ты останешься здесь. Со мной. А завтра я отвезу тебя домой. А сейчас отдыхай. Ванная по коридору, направо.

Поднимаюсь с кровати, чтобы не натворить каких-нибудь глупостей.

Настроение испорчено, злость переполняет.

– А куда вы… – приподнимается она с кровати, смотря на меня с испугом.

Смотрю на неё, и неожиданно мне хочется её пожалеть.

Девушка оказалась не пойми где и с кем, ее лишили девственности под наркотой. Не завидую ей, завтра она будет обо всем жалеть, но это не моя головная боль. Не могу сказать, что она сама во всем виновата, я тоже, о чем только думал, когда на нее полез, не спросив о ее невинности.

– Я буду в другой комнате и только попробуй уйти без моего ведома, – произношу я предупреждающим тоном. – Завтра нас ждёт серьезный разговор.

Глава 6

Лада.

Просыпаюсь я от дикой головной боли и от того, что ноет все тело, словно меня вчера ночью избивали.

Открыв глаза, первое, что я вижу – это открытое окно в пол и яркий солнечный свет, который давит на глаза.

Первая мысль, которая возникает в больной голове:

Где я?

С ней, медленно, но все же приходит осознание, что я в квартире того мужчины, который меня сначала спас, а после лишил невинности.

Закрываю лицо руками и испускаю тяжёлый, страдальческий стон.

Господи. Что же я натворила? Я переспала с незнакомцем! Со взрослым мужчиной. Вернее, даже не переспала, потому что дальше у нас дело не дошло.

Воспоминания начинают постепенно возвращаться.

Измена любимого парня, ссора с ублюдком, который пытался затащить меня в свою машину. Далее я вспоминаю только отрывки. Не помню, как оказалась в этой квартире, не помню, о чем мы разговаривали, но я четко помню то, сама его попросила меня взять.

Господи. Какой же это позор!

Потом я ощутила резкую боль между ног и словно полностью отрезвела.

Мужчина, имени которого я даже не знаю, остановил процесс, а после оставил меня одну в комнате.

Далее я тихо пошла искать ванную комнату, чтобы немного остудиться. Искупалась, даже оделась обратно, собираясь незаметно уйти, однако у меня закружилась голова, и как только я легла обратно на кровать, мое сознание отключилось.

Откидываю от себя одеяло и вижу, что платье я одела наизнанку.

Больше никогда не буду пить алкоголь. А ещё я вчера даже не поела, видимо, из-за этого меня так сильно накрыло. Хотя, мне кажется, что в моем организме было что-то ещё, что-то, что заставило меня вести себя, как настоящая шлюха.

Быстро переодеваюсь и тихо выхожу из комнаты, чтобы мужчина меня не услышал.

Смотреть ему в глаза я не хочу. Хочу забыть об этой нелепой ночи навсегда.

Таких необдуманных поступков я ещё никогда не совершала и внутри меня разгорается небывалая боль от того, что я потеряла голову.

Со мной вчера могло произойти что-то ещё более ужасное, так что я даже в какой-то степени рада, что встретила именно этого загадочного мужчину, чьё великолепное тело встает перед глазами стойким образом.

Я не слышу никаких звуков в квартире, иду искать нужную мне дверь. Пытаюсь быть максимально острожной и бесшумной, когда ее открываю. А когда оказываюсь в коридоре, то бегу прямо к лифту, а следом пулей вылетаю из подъезда.

Бегу куда глаза глядят, настолько быстро, насколько это возможно на таких высоких каблуках.

Даже не понимаю, где я нахожусь, и это просто ужасно. На меня смотрят прохожие люди, как на что-то из ряда вон выходящее, оно и неудивительно, ведь я в коротком красном платье и на высоких каблуках.

Перебарываю своё смущение и подхожу ко взрослой женщине, чтобы попросить помощи.

– Откуда ты такая? – спрашивает она, осматривая меня с головы до ног, заставляя ощутить себя настолько ужасно, что не описать словами.

– Вчера праздновала день рождения, потеряла свою сумочку, вы бы не могли вызвать мне машину такси до дома? – спрашиваю я, сложив руки на груди.

Смотрю на неё с надеждой, однако замечаю ее презрительный взгляд и понимаю, что подходить к ней мне не стоило.

А может, мне нужно было остаться в квартире и дождаться, пока мужчина проснётся?

Нет! Точно нет. Я правильно сделала, что убежала, нечего мне там больше делать. Надеюсь, что больше его никогда не встречу.

– Ишь, какая наглая. Не буду я помогать проститутке. Иди куда шла! – прогоняет она меня, как блохастую, грязную кошку.

Женщина фыркает и, толкнув меня в плечо, идёт дальше. А я бросаю взгляд на единственное своё украшение и с тоской в сердце его снимаю.

– Постойте! У меня вот, кольцо есть, оно серебряное, помогите мне, пожалуйста… – показываю ей его. – Умоляю.

– Давай его сюда, – выдирает она из моих рук кольцо. – Точно серебро?

Купила совсем недавно, оно, как новое, там даже проба есть.

– Да. Клянусь.

Женщина ещё раз оглядывает меня придирчивым взглядом и все же сдаётся.

– Говори адрес, кто как ни я поможет непутёвой девке.

– Спасибо… – выдыхаю я с облегчением.

Через двадцать минут к нам подъезжает машина и оказывается, что ехать до моего дома не так далеко, женщина оплачивает мою поездку и провожает отборным матом, а я, наконец, ощущаю себя немного лучше.

Однако появляется тошнота.

Когда машина останавливается у маминого большого особняка, я медленно выхожу.

Осталось самое сложное. Зайти домой и не столкнуться с матерью, хотя она обычно сидит в зале, который находится прямо рядом с входной дверью.

Время десять утра, а значит, что она уже вернулась с пробежки. У меня есть шанс, что она принимает душ.

Тихо открываю ворота, снимаю туфли и иду по острым камешкам, наплевав на боль.

Медленно открываю дверь, захожу внутрь, иду мимо зала и с облегчением вздыхаю, так как на диване ее не обнаруживаю. Мне просто небывало повезло! Видеть ее и, тем более, ругаться, я на данный момент не хочу. Мне бы принять душ, оказаться в своей комнате и хорошо выплакать весь вчерашний вечер и ночь.

Только я делаю шаг по направлению к лестнице, которая ведёт на второй этаж, как из-за угла выходит моя явно недовольная мама, преграждая мне дорогу.

– А ты не охренела, моя непутевая дочурка, возвращаться после вечеринки утром?

Глава 7

– Ты меня напугала, – говорю я, прикладывая руку к сердцу.

Черт. Не получилось скрыться незаметно. Впрочем, как обычно.

– Я задала тебе вопрос, – произносит строго мама.

В ее руке замечаю бокал с вином, и я тяжело вздыхаю, если она уже пьяная, то адекватного разговора у нас не получится.

Мама уже при полном параде, волосы уложила, нанесла макияж.

Все же симпатичная внешность мне от неё досталась, благо, я не взяла ее скверный характер.

Вообще, я удивляюсь как, так получилось, что она выглядит просто безупречно, если она часто пьет. Иногда запоями, но это никак не отражается на ее коже, на фигуре и на здоровье в целом.

Может, из-за того, что она не работает и тратит деньги какого-то там богатого мужика.

Раньше мы жили не очень хорошо, а именно бедно. Я жила с самого детства у бабушки, на ее пенсию, а мама бегала по квартирам, а после того, как родился мой брат, Савелий, некий мужчина приобрёл для них этот двухэтажный коттедж, и она сразу перестала вообще что-то делать.

– Извини, мам, такого больше не повторится, – говорю я, но не от чистого сердца.

Просто знаю, что лучше с ней соглашаться, иначе она будет выедать мозг маленькой ложечкой.

Я знаю, что я лишняя в этом большом доме, она не хотела меня к себе забирать, однако я целый год старалась сделать так, чтобы здесь остаться.

На моих плечах много бытовых проблем и, по сути, воспитание брата, которого раньше я видела только пару раз в месяц из-за того, что мама была против нашего общения.

Я не люблю жаловаться на жизнь и на неё, потому что, какой бы непутёвой она не была, но она все же от меня не отказалась, приняла к себе и оплатила всё мое обучение в престижном университете.

Не знаю правда, почему она меня недолюбливает, почему оставила у бабушки. Я в детстве ее даже не знала, она редко приходила меня навещать, видимо, потому что я нагулянный ребёнок, а Сава помог ей выбраться из нищеты.

– Ты в курсе, что из-за тебя Савелий не пошёл в школу? – спрашивает она с упрёком, и тут я вспоминаю, что она просила меня его сегодня отвезти.

Мне становится стыдно, но не перед ней, а перед братом, потому что он только пошёл в первый класс и ему важно не пропускать занятия.

– Почему? – задаю глупый вопрос.

– Ты знала, что у меня утренние процедуры! – срывается женщина, следом делает глоток вина и тычет в меня пальцем. – Ты должна была его отвезти.

– Я знаю. Прости меня.

Я начинаю закипать, ещё и головная боль даёт о себе знать, когда она повышает на меня голос.

– Надеюсь, что ты не испортишь мне этот день! Сейчас я ухожу на причёску и макияж, а ты учишь с ним уроки.

Словно до этого именно она с ним занималась.

Ни единой минуты.

– Хорошо, – соглашаюсь я и хочу пройти дальше, однако она мне этого сделать не позволяет.

– Сегодня у нас будет очень важный гость.

Ох. Кто же ещё?

Моя мать – та ещё вертихвостка и не стесняется водить сюда мужиков. Причём не каких-то обычных, а людей из высшего общества.

И где она их только находит?

А потом к нам приходят недовольные жёны, с чьими мужьями она спит, и устраивают сцены, и все это видит мой брат.

– Кто на этот раз? – спрашиваю я, складывая руки на груди.

– Ты мне хамишь? – удивляется женщина, потому что обычно я ей ничего подобного не говорю. – Мой муж вышел из тюрьмы, он непростой человек, поэтому веди себя с ним корректно и только попробуй надеть те короткие шорты, в которых ты любишь ходить!

О, Боже. Эти шорты, они максимально обычные. Просто один из ее мужиков как-то сказал, что мой зад очень аппетитный, вот она и бесится, хотя меня ее кавалеры ни капли не интересуют.

Стоп. Она сказала, ее муж? Это получается, я впервые увижу отца Савелия?

Очень интересно, ведь мальчик у нас с особенной внешностью, я бы даже сказала экзотической. Он рыженький, кудрявый, с большими карими глазами. А мы с мамой голубоглазые блондинки.

Вот мы очень с ней похожи, только она выше и сочнее.

– Почему нельзя в шортах? – спрашиваю я, чисто ради того чтобы ее немного позлить.

Да, сегодня я не в настроении. Это ещё мягко сказано. Ночь выдалась тяжёлой. Парень с подругой оказались предателями, меня чуть не изнасиловали, и я занялась первым сексом, не пойми с кем.

Я даже имени мужчины не знаю! Вот это позор. Может, я и правда недалеко от матери ушла?

– Нечего соблазнять моего мужчину, который нас с тобой обеспечивает.

Именно такой ответ я и ожидала от неё услышать.

– Мам, меня не интересуют старики, ещё и те, что сидят в тюрьме, – фыркаю я.

Устала стоять и с ней разбираться, голова начинает кружиться, я хочу искупаться и ненадолго присесть, иначе меня стошнит.

Больше никаких клубов, алкоголя и незнакомцев в моей жизни!

– Дать бы тебе хороший подзатыльник за твой дерзкий язык! Моя мать плохо тебя воспитывала, теперь я за тебя возьмусь!

Уже поздно за меня браться, и я все же считаю, что ее мама хорошо меня воспитала, а то, что произошло со мной вчера, это единичный случай.

В школе я была круглой отличницей, редко пропускала занятия, занималась танцами, умею хорошо готовить, и у меня нет ее плохой привычки везде свинячить.

– Я могу идти? – спрашиваю уставшим голосом, в надежде, что она меня отпустит.

– Ещё хотела у тебя узнать насчёт работы. Ты ее нашла?

Появляется ещё один тяжелый вздох.

Какая может быть работа, если мой день забит братом и учёбой?

– Нет, – говорю как есть, я ее даже не искала.

– Тебе уже исполнилось восемнадцать, я не собираюсь тебя обеспечивать до тридцати.

– Я же учусь… – пытаюсь я возразить.

– Я тоже когда-то училась и работала! И ничего, не развалилась. Ты должна взрослеть, больше никто тебе сопли подтирать не будет.

Меня обижают ее слова.

Да, она работала, по рассказам моей бабушки и ее собственным, в ночном клубе, стриптизершей. Меня удивляет то, что она любит этим хвастаться. Там, наверно, она и нашла своего загадочного мужа, за чей счёт мы все живем.

– Хорошо, я попробую что-то найти, только дай мне время. И ты хочешь, чтобы я съехала?

Знаю, что нет, иначе кто будет смотреть за братом?

– Ещё чего, а с Савой мне кто будет помогать? Он уже достаточно взрослый, чтобы сидеть с нянями, но не настолько, чтобы самостоятельно учиться, – подтверждает она мои мысли по этому поводу.

– Иногда мне кажется, что мы не родные… – бурчу я себе под нос.

Мы с ней чужие, пусть и кровь у нас одна.

– Что ты там вякнула?

– Что-то ещё, мама? – перевожу тему, потому что больше не хочу ругаться.

– Нет, ты свободна. И не забудь его покормить, я приеду в четыре и вы оба должны быть дома, – даёт она указания и, цокая каблуками, обходит меня, конечно же, задевая острым плечом.

Я, наверно, сильно согрешила в прошлой жизни, если мне досталась такая ужасная мама.

Глава 8

Прежде чем пойти в комнату брата, я все же быстро споласкиваюсь, чтобы избавиться от воспоминаний прошлой ночи, однако они все равно накатывают одно за одним.

Наверно, я никогда этого не забуду, и это всю жизнь будет висеть тяжелым грузом.

Одно радует, с тем мужчиной у меня не дошло до конца, и он использовал защиту, значит, я ничем не заражусь и, слава богу, не забеременею. Это радует.

Быстро приготовив нам с братом обед, я иду в его комнату, но перед тем, как открыть дверь, я даю себе минутку, чтобы собрать мысли в кучу. Он не должен видеть моего ужасного настроения.

Стучу и через пару секунд захожу в просторную комнату, сразу замечаю, что мой рыжик уже сидит за компьютером.

– Привет, мой золотой, ты уже играешь? – спрашиваю с немного недовольным тембром голоса.

Савелий сразу подрывается и со счастливой улыбкой бежит ко мне, чтобы мы поскорее обнялись.

– Лада! Я соскучился по тебе, – говорит он, повисая на мне.

Он уже большой и весит уже почти, как я, но я все равно его приподнимаю, чтобы поцеловать прямо в губы.

Люблю до ужаса этого мальчугана. Я бы хотела себе именно вот такого сыночка. Красивого, озорного и искренне меня любящего. Маме очень с ним повезло, он вот ни капли не проблемный. Ни плачет, ни истерит, с ним всегда легко договориться. Даже удивительно, что он так хорошо воспитан нянями.

– И я, моя любовь, – произношу я, продолжая его целовать в губы и в щеки.

Это мы очень любим. Я вообще не очень тактильный человек, но от своего брата просто с ума схожу, мы с ним даже до сих пор часто спим на одной кровати в обнимку.

Считаю, что в этом нет ничего плохого, мне и главное – ему нравится. Хотя, мама говорит, чтобы я прекращала его к себе пускать, он же пацан, но я считаю, что она просто завидует нашим взаимоотношениям.

– Можно я ещё чуть-чуть поиграю? – немного капризничает он.

Эти игры его с ума сводят, а мама не обращает внимания, потому что ей важно лишь то, чтобы ее никто не трогал.

– Давай десять минут и пойдём есть, а потом нас ждут уроки.

– Не хочу уроки. Мы же вчера их делали!

Улыбаюсь, зная, что он сейчас немного покапризничает, но до истерики это не дойдёт, его главное отвлечь.

– Уже пришли новые задания. Савочка, ты должен хорошо учиться, чтобы в дальнейшем себе ни в чем не отказывать, ты же не собираешься жить с мамой всю жизнь?

Немного его припугиваю, но делаю это не со зла, а скорее, на автомате. Она его может, и любит, но иногда бывает с ним слишком строга без особого повода.

– Я с тобой буду жить! Ты добрая. А с ней я не хочу…

В его глазах неожиданно застывают слёзы и это для меня плохой знак.

– Не говори так, она же твоя мама и она тебя любит, – пытаюсь его успокоить, но слёзы уже скатываются из его покрасневших глаз.

– Она вчера ударила меня, вот сюда, – показывает он на макушку головы. – Было очень больно.

Все тело сразу напрягается. Иногда она его лупит, но делает это не часто, обычно он просто не попадается ей на глаза.

Странно, что он, несмотря на ее действия, растёт добрым мальчиком.

– Боже… – выдыхаю я. – Что ты сделал?

Хотя, знаю, что причина может быть минимальной.

– Я не хотел ложиться спать в девять, мы с ней поругались. Но у меня уже ничего не болит! Ой, давай покормим черепашек!

Настроение у Савы меняется, и я этому очень рада, пусть он скорее забудет о том, что было вчера, а с ней я все же еще поговорю.

Детей бить нельзя. Мы же взрослые, умеем себя контролировать, а они беззащитные создания. Ангелочки.

Конечно, я знаю, что ситуации бывают разные и в крайнем случае можно чуть шлёпнуть по попе, но больше даже припугнуть, чем сделать больно, но точно не бить по голове! А вообще, все решается разговорами.

– Давай сначала сами поедим. Пойдём.

– А играть? – спрашивает он с надеждой во взгляде.

– Давай лучше после уроков, ладно? И мы можем поиграть в твою любимую настольную игру, как тебе такой план?

– Да! Я снова одержу победу! – радуется он, а я радуюсь тому, что смогла его отвлечь от компьютера. Это ещё одна моя маленькая победа.

– Победишь, победишь, а теперь живо на кухню. Кто последний, тот моет посуду!

– О, нет! – кричит брат, резко срываясь с места.

Он все равно хороший мальчик и всегда мне помогает с уборкой, насколько может. Я же приучила его заправлять свою кровать после сна, потому что раньше он этого делать категорически не хотел.

Мы едим, убираем за собой, следом немного отдыхаем, чтобы не учить уроки на полный желудок, а потом приступаем к занятиям.

Ему они на самом деле нравятся, здесь главное – его завлечь, а так он мальчик умненький.

Мне приходит сообщение от мамы, что она будет только к шести, просит накрыть стол на четверых, поэтому после занятий мы с братом идем на кухню и начинам готовку.

К шести мы как раз все успели сделать и ложимся в зал на диван, чтобы немного посмотреть мультики. Однако сегодня они его не очень интересуют. Он начинает вести себя взволнованно.

– Кто сегодня придёт? Мама сказала, что папа…

Вздыхаю.

– Так и есть, поэтому веди себя спокойно, – предупреждаю я.

Мы не должны ничего испортить, иначе будет очень плохо.

– Хорошо, я буду вести себя хорошо, чтобы ему понравится. У меня будет настоящий папа! – радуется он.

А я даже не знаю, видел ли он его. Мой, получается, отчим сразу после того, как мама забеременела, сел в тюрьму, за убийство. И это самое ужасное. Страшно с ним будет находиться рядом. Зек! В доме, рядом с ребёнком.

О чем вообще она думала? Нужно было его бросать, хотя деньги для неё важнее всего на свете. Она всех готова продать за хорошую жизнь, и она не стесняется об этом говорить.

Моя мама настоящая стерва.

– Да… У тебя будет папа…

Даже не представляю, какой он. Никогда его не видела, даже на фотографиях.

– Лада, а он тоже твой папа?

Вопрос, который заставляет ощутить укол в области сердца.

– Нет, Савушка, у меня другой папа, – произношу я как можно более спокойно, хотя мне хочется заплакать.

– А где он? Почему с нами не живет?

– Он… Он… – сглатываю ком в горле. – Я не знаю, где он.

Говорю ему правду, потому что он уже достаточно взрослый, чтобы это понять. Врать я не привыкла.

– Может, тоже в тюрьме?

– Может, – пожимаю плечами.

Я даже этому не удивлюсь.

Мы продолжаем смотреть мультики, а Сава начинает нервно дёргать ножкой, давая мне понять, что он волнуется. И я сильно волнуюсь.

Кто этот загадочный мужчина. Не выгонит ли нас из, по сути, своего дома? Будет ли он жить с нами? Найдём ли мы с ним общий язык?

Нет, общаться с ним близко я не собираюсь. Я поздороваюсь, быстро поем и пойду в свою комнату, чтобы никому не мешать.

Отличный план.

Я слышу, как хлопает входная дверь, и мы оба с братом вздрагиваем на месте.

Они пришли…

– Лада! – зовёт меня мама, на удивление, приятным голосом. – Иди сюда, моя малышка!