Текст книги "Отчим. Игрушка Бандита (СИ)"

Автор книги: Кэтрин Рамс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)

Глава 9

Я чуть ли не теряю дар речи, когда до меня, наконец-то, доходит то, что мама зовёт меня, на удивление, приятным тоном, а ещё назвала «малышкой», а не, к примеру, бездарной девкой.

Какая муха ее укусила? Она даже при своих мужиках меня не назвала ласковым словом.

И тут я понимаю, что отец Савелия, правда непростой человек, если она неожиданно решила сыграть роль хорошей матери.

А я уже подумала над тем, чтобы пожаловаться его отцу на ее неподобающее поведение, но эту актрису вряд ли можно перехитрить. Она меня потом сожрёт, если я скажу или сделаю что-то не так.

Такое отношение мамы меня крайне настораживает, поэтому я буду максимально аккуратной.

Я беру руку Савелия, который выглядит крайне взволнованным, и мы направляемся ко входу. Я шепчу ему о том, что все будет хорошо, потому что сама на это надеюсь.

Не знаю, почему так сильно переживаю, наверно, меня ещё тяготит прошедшая ночь с незнакомцем. Настроение сегодня хуже некуда, а тут ещё и гости.

Первое, что я вижу – это явно счастливую маму, которая виснет на руке ее спутника, но когда мой взгляд скользит к ее мужчине, то у меня выходит весь воздух из груди, словно по ней хорошенько ударили.

Незнакомец, который меня спас, тот, что лишил меня невинности, стоит сейчас прямо передо мной и смотрит с не менее меньшим удивлением.

Мне нужно пару секунд, чтобы понять всю суть трагедии.

О, Господи! Я переспала с мужем моей матери! С отцом своего родного брата! Ещё вчера я млела в его руках, просила меня взять, а сегодня он стоит на пороге дома и сам не может до сих пор осознать, что мы так быстро с ним встретились.

Нет, это какое-то издевательство! Насмешка судьбы. Так не бывает! Почему именно я, он и этот проклятый клуб?! Я все ещё в шоке от того, что вообще произошло, а тут такой ужас.

– Знакомься, дочь, это мой муж, Давид, – выдает неожиданно мама. – Его, наконец, выпустили из тюрьмы, и теперь он будет жить с нами!

Как это с нами? А его квартира? Пусть живет там!

Мама неспроста меня уже к нему, получается, приревновала. И не помогло ей то, что я надела самый непримечательный, спортивный костюм.

– З-здравствуйте. Приятно с вами познакомиться…

Такое приветствие стоит комом в горле.

На губах мужчины появляется уже знакомая мне ухмылка. И меня начинает трясти от стыда.

Я сильнее сжимаю маленькую ручку брата, и он ее дергает на себя, давая мне понять, что я причиняю ему боль, однако она не сравнится с тем, что я сейчас чувствую.

Нет хуже ситуации, чем эта! Как мне ему в глаза смотреть, как с ним разговаривать? Я надеялась на то, что больше никогда с ним не увижусь, может, если случайно, но не сразу же на следующий день!

Это какое-то проклятие…

– А мне-то как приятно, я многое о тебе слышал, Лада. По словам твоей матери, ты настоящий ангел, – произносит он издевательским тоном, намекая на то, что это неправда.

Страшно представить, что он обо мне вообще думает.

Малолетняя шлюха, которая сама на него запрыгнула, и не объяснишь же, что я была не в себе и, что со мной подобное приключились впервые в жизни и надеюсь, что больше это не повторится.

Значит, моего первого мужчину зовут Давид. Очень красивое имя и ему подходит как ни одно другое.

– Мои детки самые лучшие, Ладочка пошла в меня, она очень хорошая танцовщица, а Савушка настоящий гений в математике, – мама выдает свою фирменную улыбку, от которой мужчины обычно сходят с ума. – Ну, что, ты, малыш, иди, поздоровайся со своим отцом!

Сава сначала смотрит на меня, получает кивок и идёт дать руку своему отцу, а я пытаюсь вести себя непринуждённо, чтобы мама ни о чем не заподозрила. Хотя, не факт, что Давид не раскроет нашей тайны.

– Здравствуйте, – произносит мой брат, с любопытством рассматривая своего отца.

Только вот они не очень-то и похожи. Давит черноволосый, с немного тёмным тоном кожи, а мой братик, он рыжий, как настоящее солнышко. У них только цвет глаз похож, хотя у брата они светло-карие, почти зелёные, а у Давида – чёрные, как смоль.

Однако я все же рада, что хотя бы у брата появился отец, который, надеюсь, его полюбит и защитит от нашей непутёвой мамы, которая порой переходит все границы.

– Ну, привет, ты очень хороший мальчик, – произносит Давид с улыбкой. – Я тебе привёз подарки, твоя мама сказала, что ты мечтаешь о игровой приставке. Держи.

– Спасибо, – кивает он, но ручки прячет назад, видимо, сильно стесняется.

– Ну, что же мы стоим, моя дочь приготовила ужин, пройдемте присядем и поедим, – говорит радостно мама. Следом подходит к Савелию, крепко его обнимает и, так как я стою рядом, она тянется и ко мне. – Вы же мои золотые. Самые любимые.

Я в шоке, но поглаживаю ее по спине, впервые ощущаю ее тепло.

– Ты воспитала хороших детей, – говорит Давид, когда мы с ним встречаемся взглядами.

– Давид, ты не знаешь и половины о моих детках, – хихикает она и, наконец, нас отпускает.

Фух. Это было очень неожиданно. Даже Савелий притих.

– Проходите… – говорю я, делая шаг в бок.

Они приходят внутрь, и мама помогает Давиду снять его строгий пиджак.

– Я быстро переоденусь и выйду к вам, а ты, Ладочка, поухаживай за новым хозяином дома, – даёт она мне указание и быстро убегает в сторону лестницы, оставляя меня с ним наедине, не считая моего брата, который тоже ничего не должен узнать.

Глава 10

Господи, ну, зачем она ушла?

Я даже смотреть ему в глаза не могу!

– Вы можете сесть здесь, – говорю я, показывая на самое дальнее место от того, где обычно сижу я.

– Спасибо, Лада, – слышу усмешку в его голосе. – Как голова, не болит после вчерашнего?

Напрягаюсь и бросаю взгляд на брата, но тот лишь начинает улыбаться.

– Вчера у сестры было день рождения! Ей исполнилось восемнадцать.

– Это просто отлично, что она совершеннолетняя, – говорит Давид с нескрываемым облегчением.

Хмурюсь. Я не считаю, что выгляжу уж слишком молодо, ну, точно больше шестнадцати. А ещё вчера на мне было короткое платье и макияж.

– Голова у меня не болит, спасибо за заботу, – отвечаю я, присаживаясь за стол.

Вряд ли в меня что-то влезет под пристальным вниманием.

– Я здесь, о чем вы говорили? – спрашивает мама, заходя в зал.

Ого! Ну, и видок!

Она надела самый коротенький халатик, который у неё есть. Он подчёркивает ее длинные, стройные ноги и показывает ложбинку груди.

Неудивительно, что мужчины сходят по ней с ума. Даже не считая того, что она часто пьет, однако походы в спортзал не пропускает.

– Да вот интересовался, как твоя дочь вчера отметила праздник, – непринуждённо сообщает Давид.

– Так отметила, что вернулась сегодня утром, но это был единичный случай. И, кстати, стол тебе оплатил мой муж, он сам предложил устроить тебе праздник.

Ох…

Хотя, ничего странного, она же не работает, у неё нет своих денег, есть только этот дом, который она получила за рождение Савы.

– Благодарю, – киваю я, все же бросая на него взгляд.

– Чем ещё твои дети занимаются в свободное время? – спрашивает он, пробуя мое блюдо на вкус. – Ммм, это очень вкусно.

Паста – мое любимое блюдо, и я часто его готовлю, маме тоже нравится.

– Ой, мы очень много проводим время вместе, жарим шашлыки во дворе, гуляем по парку и любим ходить в кино, – врет мама.

В последний раз мы проводили время втроём это… Даже и не помню уже, когда это было.

Ах, да! День рождения Савы мы отмечали в ресторане, но это было целых полгода назад.

Нет, мне ее внимание уже не нужно, но с Савой она тоже никуда не ходит. С ним всегда гуляю я, а раньше это делали нянечки.

– Мам, мы не ходим в кино, – говорит удивлённо брат, и я испускаю смешок.

Спалилась! Вот это правда весело. Она хочет показаться святой женщиной, но таковой точно не является.

– Сава! Что ты говоришь! Ты просто об этом забыл. У нас каждые выходные очень активные дни. А так, да, у детишек мало свободного времени из-за загруженности на учебе, – быстро переводит она тему, однако я замечаю, что Давид ей не поверил. На его губах тоже присутствует ухмылка, давая мне понять, что он все понял.

Интересно, как давно они знакомы и знает ли он о ее истинной сущности, или же она все время пускала ему пыль в глаза, чтобы получать от него деньги.

– А как вы познакомились? – неожиданно даже для самой себя, спрашиваю я.

– Да, мам, как? – подключается Сава.

– Давид… – произносит мама немного взволнованно.

– Мы познакомились в клубе, – отвечает мужчина. – В том, что ты, Лада, вчера отмечала праздник.

Ох, черт! Он же специально это при маме говорит, чтобы я начала переживать.

– Ой, как вспомню то время… – посмеивается мама, положив руку на его плечо, смотрит на него с наигранной любовью. – Это было лет девять назад, я сразу же в тебя влюбилась.

Очень интересно.

И почему от ее слов я чувствую укол ревности? Потому что мы провели ночь вместе? Потому что он был мои первым… Потому что у меня все ещё стоит перед глазами то, что между нами происходило.

Тяжело сглатываю, ощущая дикое волнение внутри.

– А из-за чего вы сели в тюрьму?

Черт меня дёрнул задать этот вопрос! Я сама этого не ожидала.

– Лада! Что за неуместные вопросы?! – возмущается женщина, бросив в мою сторону предупреждающий взгляд. – Дорогой, извини ее, у неё бывает что-то не то вылетает изо рта.

– Думаю, Савелий ещё маленький, чтобы об этом говорить, – умело он выходит из ситуации. На его лице даже мускул не дрогнул. – Если хочешь, я лично расскажу тебе об этом позже.

По телу проносится жар, ведь в его тоне было что-то будоражащее фантазию.

Мы наедине – это плохая идея, судя по вчерашней ночи.

– Извини, она больше об этом у тебя не спросит, – произносит мама, смотря на меня, как дикая кошка на мышку, которую она собирается проглотить.

Я закрываю свой рот и начинаю ужинать, вполуха слушая, о чем они говорят. Ничего интересного, она рассказывает, чем любит заниматься и как вообще проводит день. Где-то много врет, но на самом деле меня это никак не должно касаться.

Я думаю лишь о том, что Давид в скором времени захочет со мной поговорить о нашем сексе и о том, что нам теперь стоит делать.

Мне, честно, страшно.

– Ужин, кстати, и правда очень вкусный, – говорит Давид, когда заканчивает есть.

А я даже и половины не смогла осилить, меня на самом деле немного подташнивает, я хочу оказаться в своей комнате и прилечь.

– Согласна, это я ее научила так замечательно готовить.

Я даже не удивлюсь ее новой лжи.

– Насколько я помню, раньше ты готовила отвратительно или вообще к плите не подходила, – говорит мужчина удивлённо.

– Раньше постоянно готовил Лев. Ой… – сразу перекрывает она рот. – Что-то вино в голову дало.

Кто? Впервые от неё слышу это имя. И как так получилось, что он готовил? А Давид… Ничего не понимаю.

– А кто такой Лев? – спрашивает Сава.

Мама начинает заметно нервничать и поглядывать в сторону Давида.

– Это наш общий с твоей матерью друг, – отвечает мужчина моему брату.

Все стало ещё больше запутаннее.

– А где он сейчас? – продолжает расспрос Савелий.

– Он… – Давид прокашливается. – Он умер семь лет тому назад.

За столом повисает какое-то тяжелое молчание, которое я решаю нарушить. Если я ещё немного здесь просижу, то меня точно стошнит.

Черт, почему же мне так плохо…

– Я могу идти в свою комнату, мне нужно готовиться к занятиям, – говорю я, вставая со стола.

Мне сейчас даже не до уборки. Пусть мама покажет, какая она хозяйка, а то ни разу мне не помогла.

– Да, милая, и Савушку забирай, а нам с мужем нужно немного побыть наедине, – посмеивается она, делая очередной глоток вина.

– Хорошего вам вечера, – киваю им обоим и жду, пока брат тоже выйдет из-за стола.

– Эй! – останавливает она нас. – А как же поцеловать свою любимую мамочку?

Ну, это уже явный перебор, но мальчишка к ней сам подходит и крепко обнимает, они целуются, но я решаю постоять в стороне.

На Давида больше вообще не смотрю.

Как можно, когда вчера ночью он был со мной, а сегодня уже с моей мамой. И он забыл вчера упомянуть, что, вообще-то, женат! На его руке я до сих пор не замечаю кольца.

Вот она, удивительная жизнь. Столько ещё испытаний мне придётся пережить…

– Пойдём, Сав, – произношу я, протягивая руку, и мальчишка меня, как обычно, слушается.

Глава 11

Давид.

Смотрю в след девушки, с которой провёл ночь, и не понимаю, как мне могло так повезти, что я трахнул Светкину дочь.

Блять. Это какое-то издевательство, этой женщины итак слишком много в моей жизни, а тут ещё и девка ее. Которая, между прочим, не выходила у меня целый день из головы.

Я даже не был удивлён тому, что она все-таки от меня сбежала. Даже не знаю, как бы ее самостоятельно нашёл.

Не привык я что-то делать не до конца. Я планировал вновь с ней встретиться, только когда она будет в нормальном состоянии. Я планировал ждать ее в том клубе, но все оказалось куда проще.

А ее вид меня, конечно, удивил. Вчера шлюха, сегодня – сам ангел. Хотя, если брать в расчёт, что она была девственницей, то девушка и правда скромница, вчера, видимо, она решила оторваться по полной программе. И я даже рад, что встретил ее так скоро, но меня смущает ее мать.

Тяжело будет подойти к Ладе, когда Светлана не собирается оставлять меня в покое. Она очень любит со мной трахаться, и даже сейчас я улавливаю ее томный взгляд. Она даже не смущалась тянуть ко мне свои грязные руки, когда мы все вместе сидели за столом.

Шлюха – она и есть шлюха. Ничего не изменилось, она только постарела.

– Давай лучше поговорим о насущных делах, – говорю я, убирая со своей шеи ее руки.

Света хмыкает и принимается за бокал.

Ей бы поменьше пить. Хотя, хорошо, что с наркоты слезла, пусть пьет, сколько влезет, пацана она родила здорового, а это было самым важным.

– Я нашла способ, как вернуть часть нашего металлургического завода, – произносит она с гордостью в голосе.

Быть не может.

Этот завод – моя главная головная боль уже много лет. Отдавать его никак нельзя, но и полностью забрать не получается, потому что половина оформлена на моего, некогда хорошего друга, который из-за денег повернулся ко мне задом, это ещё мягко сказано.

– И как же? – спрашиваю, хотя знаю, что ничего не выйдет.

– Варшавские готовы пойти на сделку. Они нам свою долю, а мы им отдаём все земли, что у нас есть. А ты знаешь, что они почти ничего не стоят.

Меня это заинтересовывает. Хотя, слишком уж подозрительно. Ещё семь лет назад Варшавский отправил к нам людей с пушками, чтобы избавиться от тех, кто в доле, а сейчас так просто решил все отдать?

Бред.

– В чем подвох?

Подвох в том, что это все – брехня собачья.

– Да ни в чем, собственно. У них есть сын, Костя, он парень моей дочери, вернее, они раньше дружили, а после когда, Варшавский-старший узнал о их дружбе, сам предложил сделку. Он готов переписать свою часть молодожёнам. Ну, и было бы неплохо, чтобы ты тоже так сделал…

Все равно не понимаю, где их выгода. Если только они не собираются все вместе меня обдурить, чтобы я все им отписал, чтобы в итоге отставить меня ни с чем.

Смешно.

– Нет, – отвечаю категорично.

– Что? – не понимает она.

Света правда думала, что я хоть кому-то перепишу свою часть? На сынка Варшавского и на ее дочь, которой она явно управляет?

Идиотка. Видимо, все мозги свои пробухала.

– Я сказал, нет. Тебе не ясно?

– Это выгодно! – начинает она верещать, как ненормальная. – Как это нет? Мне надоели постоянные проверки, мне надоело, что из меня сосут деньги! Я хочу, чтобы эта война между нами, наконец, закончилась! Мы соединим наших детей, и все будут счастливы!

Детей? Лада не моя дочь. Я в этой семье никто.

– Света, ты такая актриса. Мы оба знаем, что ты ничего не делаешь, что бизнес ведут мои люди, которые и обеспечивают твою безопасность, – говорю как есть. – Что тебе надоело? Тратить деньги на шмотки, алкоголь и мужиков? Не смеши меня. Нет, никакой сделки между мной и этой семейкой не будет, и точка!

Женщина смотрит на меня с такой обидой, что, кажется, готова даже всплакнуть, но я знаю, что у этой твари нет никаких чувств, кроме как искренней любви к себе и деньгам.

– Но…

– Никаких но! – срываюсь я. Дергаю ее за плечо, чтобы в глаза мне, дрянь смотрела. – Лев из-за этого погиб, из-за того, что они решили устроить перестрелку, все из-за этого проклятого завода! Он отец твоего ребёнка, если ты не забыла!

В ее глазах страх и паника, потому что она прекрасно знает, что бывает, если меня хорошо разозлить. Я женщин не бью, но ее можно лишить самого важного. Денег.

– Не он его убил… – шепчет она. – А ты…

Случайно, черт подери! Так вышло. Он выбежал из-за угла. Блять. Ненавижу это все вспоминать. Я за это отсидел семь проклятых лет! Был виновен и даже ничего не отрицал. Взял на себя наказание.

– Я. Поэтому именно я несу за все ответственность.

– Ты обещал мне хорошей жизни, – произносит она капризно, хотя в глазах все тот же страх.

Отпускаю ее и прошу налить мне стакан крепкого виски. Она быстро выполняет мою просьбу.

Даже голова разболелась от этого разговора.

– Я тебе ее даю, хотя ты в моем бизнесе не имеешь никакого дела.

Она просто баба. Никто. Так, дырка, которой повезло с нами когда-то связаться.

– Ты обещал перед его смертью, что я и мой ребёнок никогда ни в чем не будут нуждаться, – произносит она эмоционально. – А мне то, что ты даёшь недостаточно, когда завод приносит сотни миллионов каждый месяц. Что получаю я? Миллион?! Этого мало, мой дорогой. Я хочу, чтобы Варшавские отписали свою часть мне, и я не выпрашивала у тебя свои законные деньги!

Глава 12

Начинаю громко смеяться, после того, что моя драгоценная женушка заявила с серьёзным выражением лица.

Пиздец. Да эта дамочка рехнулась. Может, проще ее пристрелить и в лесу закопать? Она слишком много на себя берет. А как вспомню, какой она была раньше… В глаза боялась смотреть, рта лишний раз не открывала, хотя все же связалась с бандитами, приняла наши правила.

Гадина продуманная, получившая больше, чем нужно.

– Законные? Ты была обычной стрипухой, которую полюбил мой лучший друг, и заделал ребёнка, – ставлю ее на законное место. Женщинам я обычно не хамлю, но эта того заслужила. – Завод принадлежал ему, мне и Варшавскому. Больше ты не получишь. И девчонку свою в это не впутывай.

Лев был умным мужиком, но попался в сети этой никчёмной бабы. А я дал ему своё слово, что его сын будет мне, как родным, обещал, что я дам ему все, и часть завода, когда ему исполнится восемнадцать.

Как он и просил, я взял в жены его бабу, которую мы иногда делили между собой по глупости и желанием обладать лучшей танцовщицей в городе. Сделал я это, чтобы на неё не упал позор, чтобы сказать всем, что сын мой, а значит, он под моей защитой.

А так, она мне на хрен не сдалась. Раньше было интересно ее трахать, сейчас – мне глубоко плевать. Там более, когда рядом есть столько красивых, интересных девушек.

На ум сразу приходит ее дочь.

Чертовщина какая-то. Почему я постоянно о ней думаю? Что в ней есть такого, чего нет в других?

Двойственности. Вчера она была в роли соблазнительницы, а сегодня – непорочная дева. А как она общается со своим братом, меня поразило, словно это она его сама родила, а не ее бестолковая мамаша.

– А что ты так за неё заступаешься? – с ревностью спрашивает Светлана. – Свадьбе все равно быть, мы уже договорились, именно поэтому пацан согласился с ней встречаться.

Интересно, конечно, если учесть то, что этой ночью я был на ней, вряд ли девушка согласится на свадьбу.

Лада, признаться честно, запала мне в душу, поэтому я ее отдавать не готов. Мы с ней ещё не закончили. Я никогда не останавливаюсь на полпути.

– Свадьбы не будет, если ты не хочешь отсюда вылететь, – заявляю категорично. – Забыла, что твоего ничего здесь нет?

Света аж краснеет от ярого возмущения, или это от третьего бокала вина. Ещё немного, и ее начнёт тянуть к сексу, уж я-то знаю.

Хочу ли я ее в этом коротком, ничего не прикрывающем халате?

Можно было бы, почему бы и нет? Я же вчера так и не кончил. Однако от этой мысли мне становится как-то мерзко. Я ещё тот ублюдок, но чтобы трахать девчонку, а затем ее мать, даже для меня это слишком. Лучше я вновь поеду в клуб и сниму там другую женщину, на эту суку я не полезу.

– Я твоя законная жена, у меня есть половина… – продолжает она возмущаться.

Она бы хоть законы почитала, перед тем, как мне что-то доказывать.

– Нет, дорогая, нет, все было оформлено ещё до росписи, – усмехаюсь я. – Будь благодарна за то, что итак имеешь, а большего ты не получишь.

Нет, Савелия я без жилья не оставлю, у меня есть принципы, но эту тварь приструнить все же нужно, она стала много открывать рот.

Светка поднимается со стула и наливает себе ещё один бокал с вином и мгновенно его осушает, а я с ухмылкой наблюдаю за этой картиной, когда она пытается взять себя в руки, но у нее это не выходит.

Следом она закуривает прямо в доме, чего даже я себе не позволяю. Они же здесь едят!

– Выкинь эту гадость, – приказываю я, указывая рукой на сигарету.

– Переживаешь о моем здоровье? – удивляется она, но приказ все же выполняет, тушит бычок о еду, которую приготовила ее дочь.

Разве она не понимает, что у меня не то настроение, чтобы она продолжала меня раздражать? Я же взорвусь.

– Твой сын может зайти в любой момент, – говорю очевидную вещь.

Ей, наверно, плевать, что дети видят ее недостойное поведение.

Нет, я не против того, чтобы девушка выпила немного вина, расслабилась, может даже покурила сигарету, но делать это нужно там, где родные не увидят. Это хреновый пример.

– Он не рванется вниз, если я его не позову, он знает, что у меня гости, – произносит она, подходя ко мне вплотную, закидывая на меня гладковыбритую ногу. – Котик, прости меня… Вино просто ударило в голову, не знаю, что на меня нашло…

Женщина тянется ко мне за поцелуем, но я отталкиваю от себя ее руки и не позволяю себя оседлать.

– Свет, не трогай, я устал, весь день сегодня на ногах.

Это правда. Ещё и не выспался благодаря ее дочурке, о которой даже сейчас я думаю.

– Пойдём ко мне в комнату, я сделаю тебе массаж, – мурчит она, покрывая поцелуями мою шею. – Помнишь, как я его умею делать? Вы со Львом были моими постоянными клиентами.

От ее слов мне становится тошно. Как она вообще может о таком вспоминать, а, тем более, произносить вслух. Мы были молоды, у нас было кучу денег, веселились, как могли, наплевав на всю мораль.

Я, конечно, ахуел, когда Лев сказал мне о своих чувствах к этой шлюхе, которая, даже получая от нас много денег, продолжала брать других клиентов. Сейчас она завязала, потому что я так сказал, нечего матери ее сына скакать по херам.

– Удивительно, как у такой, как ты, такие замечательные дети, – рычу я, отрывая ее от себя за блондинистые волосы. – Мне ничего от тебя не нужно, ты знаешь, что я не переношу, когда от бабы воняет алкоголем.

Светлана все же от меня отлипает, а мне даже как-то легче становится. Ночевать я с ней не останусь, хотя я бы ещё пообщался с Ладой.

– Я видела, как ты на неё смотришь, – неожиданно говорит она, смотря на меня так пронзительно, словно знает о том, что мы с ее дочерью делали прошлой ночью.