Текст книги "Отчим. Игрушка Бандита (СИ)"

Автор книги: Кэтрин Рамс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 10 страниц)

Глава 36

Я удивлена тем, что меня не вывезли куда-нибудь в лес, чтобы прямо там закопать в случае чего, а привезли в дом Варшавских и даже выделили комнату со всеми удобствами.

Не считая, конечно, того, что меня, как в криминальных триллерах, привязали к стулу скотчем и оставили в таком положении на несколько часов. Словно я смогу сбежать из этого особняка, где повсюду, на мое удивление, ходит охрана.

Раньше такого не было. Но самое неприятное – это то, что у меня отекло все тело и сильно заболели кисти рук, да так, что я не выдержала и заплакала.

Сейчас мне хочется проклянуть всех, кто в этом виноват или хоть как-то замещен.

Не могу поверить, что подобное вообще происходит в наше, казалось бы, спокойное время. Теперь я осознаю, что связалась с плохой семейкой, хотя считала Варшавских чуть ли не образцом того, как нужно жить.

Хорошо, что розовые очки слетели, жаль, что я попала под замес.

Надежда только на Давида, который просто обязан меня отсюда вытащить, хотя в душу закрадывается сомнение, что Варшавские меня отпустят. Они совершили серьезное преступление, за которое должны ответить.

Слышу за дверью чьи-то тихие шаги и сразу начинаю кричать, чтобы меня, наконец, освободили, пусть даже это будет Костя!

– Помогите! Помогите!

В комнату заходит миниатюрная девушка, и я сразу узнаю в ней младшую сестру Кости, Арину.

Мы виделись с ней очень редко и общались мало, потому что девушка она не простая, она буквально гордость нашего города, она с самого детства занимается балетом и хорошо в этом преуспевает.

– Лада, это ты? – удивляется она, когда заходит в комнату.

– Арина! – чуть ли не задыхаюсь я. – Помоги мне!

Девчонка, недолго думая, ко мне подбегает и я вижу, как ее итак вечно бледное лицо, становится чуть ли не белым от ужаса.

– Боже мой! Что случилось? Почему ты привязана?! Это какие-то игры между тобой и Костей?

Арина быстро помогает мне освободиться, а потом резко меня обнимает. Я даже чувствую, что она дрожит.

– Мы расстались, – признаюсь я, заглядывая в ее огромные голубые глаза.

– Тогда, что ты здесь делаешь? – не понимает она.

Могу ли я ей признаться? По сути, у меня нет другого выбора. Она девушка с доброй душой, должна помочь.

– Твой брат и отец меня похитили, чтобы мой… – запинаюсь, – мужчина, подписал какие-то документы.

– Ничего не понимаю… – моргает она ресницами. – Тебе нужна моя помощь?

– Да. Выведи меня из дома так, чтобы никто этого не заметил.

Внутри просыпается надежда, что мне удастся сбежать. Хотя, спасёт ли меня побег? Варшавские знают, где я живу, я хожу с Костей в одно учебное заведение, мы живем в одном городе!

– Это очень сложно, – оглядывается она, хотя мы в комнате совершенно одни, и понижает голос. – Что-то странное происходит в последнее время, отец думает, что его могут убить, у нас появилось много охраны, он поменял все замки на новые, везде установил сигнализацию и камеры. Сейчас это не дом, а тюрьма.

Не из-за Давида это произошло? Не думаю. Хотя, откуда мне вообще знать.

– То есть, мне никак не выйти? – спрашиваю я, сильно расстраиваясь.

Арина хорошая девушка, она не может не помочь!

– Нет, но ты можешь спрятаться в моей комнате, пока все не утихнет. Пошли за мной, – говорит она, взяв меня за руку, выводит из комнаты. – Только, Лад, не говори никому, что я тебе помогла… Отец сильно разозлится.

В глазах девушки присутствует страх, но, я уверена, что он беспочвенный. Варшавский-старший с неё пылинки сдувает. Костя мне много о ней рассказывал и он даже ей завидует, где-то глубоко в душе даже, думаю, ненавидит.

– Вот на тебя он может злиться в последнюю очередь, ты же главная звёздочка в нашем городе, – произношу я успокаивающе.

– Ты бы знала, какими слезами мне это досталось… – произносит она с грустью, пока ведёт меня по длинным коридорам. На одном из поворотов она резко останавливается. – У моей комнаты охранник, жди здесь, я его отвлеку.

Сердце замирает, я не хочу, чтобы меня поймали и, чтобы девушке за это досталось.

Через пару минут она возвращается.

– Все хорошо? – спрашиваю взволнованно.

– Да, пойдём! – кивает она, вновь хватая меня за руку, и уже через несколько секунд мы оказываемся в ее комнате.

Итак. Что дальше? Выйти самостоятельно, по словам Арины, у меня не получится, значит нужно искать другие возможные пути отхода. И в голове сразу выскакивает номер Давида, который я успела выучить наизусть.

– Мне нужно позвонить, – сообщаю девушке.

– Да, конечно, держи, – передаёт она мне свой телефон, и я набираю нужный номер.

С первого раза дозвониться не получается, но я не теряю надежду и звоню ещё раз и ещё.

– Алло, Давид! – вздыхаю взволнованно, когда он все же берет трубку. – Тебе срочно нужно приехать к дому Варшавского. Он меня похитил из-за какой-то там подписи!

– Лада, успокойся, – слышу я уже родной голос мужчины, и в момент все напряжение спадает. – Я уже здесь. Я подпишу все, что он скажет. С тобой все в порядке?

Нет, мне страшно! Эти люди сошли с ума, если решили похитить человека!

– Я могу сбежать… – говорю я тихо, замечая открытое окно в комнате девушки и плевать, что мы на втором этаже, если правильно приземлиться, то ничего не сломаю. – Я в комнате его дочери, она мне помогает.

– Нет, это опасно, ты должна делать только то, что я тебе говорю, – произносит он серьёзным тоном, давая мне понять, что лучше мне и правда слушать только его.

– Думаешь, он отпустит нас? – шепчу я, отойдя подальше от Арины. Она хоть и хорошая девчонка, но доверять на все сто процентов я ей не могу. – Мне кажется, что все очень серьезно.

– Я тоже сомневаюсь, что все закончится спокойно. Поэтому ты возьмёшь с собой Арину, и вы вместе придёте в его кабинет. Прямо сейчас.

Его жёсткий голос даёт мне понять, что мне необходимо сделать так, как он говорит. Что-то подсказывает мне, что ситуация и правда очень опасная.

И тут до меня доходит. А что, если Давида пытал сам Варшавский? И все из-за каких-то документов…

– Я тебя поняла, – выдыхаю я, осознавая, что девчонку мне все же придётся подставить.

Глава 37

Я передаю Арине трубку и смотрю ни в чем не виноватой девушке в глаза.

Мне нужно заставить ее спуститься в кабинет отца. И как это сделать? Угрозами? Примирением силы? Она кажется такой крошечной, что, если до неё дотронуться, то можно сломать.

Невинные глаза смотрят с непониманием, когда я хватаю ее за руку и сильно дергаю на себя.

– Прости, Арин, но это крайне необходимо, – говорю я, толкая ее к двери.

Мне стыдно за то, что я делаю, но понимаю, что это необходимо, а ей за мое спасение ничего не будет. Не убьёт же Варшавский свою дочь.

– Что?

– Мне нужно, чтобы ты пошла со мной, потому что по-другому меня могут не выпустить, – говорю я, открывая дверь.

Мне везёт, потому что охранник все ещё не вернулся.

Арина выдёргивает свою руку, давая мне понять, что она хоть и маленькой комплектации, но силы у неё много.

Девчонка теперь смотрит на меня крайне серьёзным взглядом. Она все понимает.

– Лад, я сама пойду, меня не нужно заставлять. Куда мне нужно тебя отвести?

– В кабинет твоего отца, – отвечаю я, искренне радуясь тому, что она сама решила мне помочь, и мне не пришлось ее заставлять.

Мы спускаемся на первый этаж, и я на минуту залипаю на девушку, которая даже не ходит, а словно парит по плитке. Она вся такая узенькая, с прямой осанкой, ее подбородок чуть приподнят, а маленький носик, который посыпан красивыми веснушками, смотрит вверх. Но самое удивительное – это ее длинные, карамельно-блестящие волосы, которые кудрями спускаются до задницы.

Не просто так говорят, что она главная красавица нашего города.

Она, на удивление, сначала стучится в кабинет отца и, не дождавшись ответа, заходит первая, я же плетусь следом за ней. Сразу встречаюсь с Давидом взглядом и замечаю, что он очень напряжен, стоит поодаль, его лицо за эти недели так и не зажило, думаю, что останутся глубокие шрамы. Но даже таким я буду его любить.

Он пришёл за мной и это самое главное. Он готов был подписать, что угодно, лишь бы меня спасти. Это многого стоит.

Я не дура и сложила все пазлы. Он рассказал мне о заводе, о том, что они делят его с Варшавским, рассказал о том, что когда-то они были друзьями, но дядя Паша его предал.

– Пап, что здесь происходит? – спрашивает Арина звонким голосом.

Варшавский аж бледнеет, явно не ожидал, что его дочь будет на моей стороне.

– Арина? Деточка, ты что здесь делаешь? Разве ты не должна быть на тренировках?

– У меня разболелась голова, и я вернулась домой, где обнаружила Ладу измученную и привязанную к стулу! – напирает девчонка. – Мне стоит вызвать полицию?

Варшавский опускает глаза.

Ему перед ней стыдно?

– Девочка моя, что ты?! Конечно, нет, просто вышло небольшие недоразумение…

Ее отец пытается оправдаться, а ко мне уже подходит Давид, крепко меня обнимает, а затем начинает разглядывать мое тело.

– С тобой все в порядке? Как ты себя чувствуешь? Они тебя тронули?

Мужчина берет мои руки, и мы оба замечаем на них красное раздражение от того, что я была привязана.

Ничего страшного, но Давида это крайне выводит из себя.

– Нет, со мной все хорошо, – говорю я, хватая его за майку, чтобы он не пошёл с ним разбираться с применением кулаков.

Я шёпотом прошу его не делать глупостей. Ему нельзя ввязываться в драку, ведь его ребра ещё не успели зажить.

Давид кивает на мои слова и отводит меня в сторону, чтобы подойти к своему бывшему другу.

– Варшавский, решим все здесь и сейчас. Ты не трогаешь тех, кого я люблю, а я не трогаю твою семью. А вот это я забираю себе, – следом он берет с его стола папку с документами, из-за которых все это вообще началось.

– Мы же договорились! – чуть ли не визжит мужчина, явно недовольный тем, что сейчас происходит.

– Я аннулирую своё обещание, – с этими словами он достает зажигалку и поджигает документы, бросая их в рядом стоящий камин. – Если ты ещё раз приблизишься к моей женщине, я… – здесь он переводит взгляд на его дочь, которая все это время неподвижно стояла у стены. – У тебя выросла такая хорошая дочь. Не боишься, что ОН за ней придёт?

В комнате повисает тяжёлая тишина, а лицо Варшавского становится белым.

– Пап, кто придёт? – подает голос его не менее напуганная дочь.

– Арина, выйди. Немедленно, – задыхается словами дядя Паша и Арина выполняет его просьбу. Следом он обращается к Давиду. – Ты мне угрожаешь?

– Я? Нет. Зачем же, когда твоя жизнь итак висит на волоске, то-то же, я смотрю, ты наставил охраны, – мой мужчина всем своим видом показывает, что он рад такому повороту событий. – Боишься за свою никчемную жизнь? И правильно, я уверен, что сейчас тебе будет не до проклятого завода, который ты точно никогда не получишь.

– Ты ничего не знаешь! Он не сможет ничего мне сделать!

Теперь его лицо красное от крика. И мужичина, на мое удивление, начинает скидывать все, что находится у него на столе.

– Пойдём, Лад.

Давид берет меня за талию и выводит из кабинета, где нас ожидает Арина, которая и провожает до выхода из дома. С ней у нас получается пройти через охрану.

Только мы выходим за ворота, то оба кидаемся в объятия друг друга. Целуемся так, словно это в последний раз. Шепчем о том, что любим друг друга и это самое приятное, что со мной произошло за этот день.

Мои нервы немного сдают, и я начинаю плакать ему в грудь.

Проходит минут десять, перед тем, как я все же успокаиваюсь.

Ничего ужасного не произошло. Нам больше ничто не угрожает.

Я на это надеюсь.

– О чем вы говорили? – спрашиваю я, когда мы оказываемся в машине, и все страшное остаётся позади. – Кто придёт? Звучало это крайне угрожающе.

– Был у нас в городе один опасный тип, о котором до сих пор говорят полушепотом, – отвечает Давид, заводя мотор, трогается с места. – Камиль.

– Все равно не понимаю…

– Варшавский перешёл ему дорогу лет восемь назад, подставил его ужасно, тому пришлось уехать в Сирию на все это время. А сейчас ходят слухи, что он вернулся. Понятно, что по душу Варшавского.

Странно. Дядя Паша казался мне обычным богатеем, но никак тем, который всех мог обмануть. Он всегда был ко мне добр, я бы и не подумала, что он способен на похищение.

– Что в этом Камиле такого страшного? Он что, убийца? – предполагаю с усмешкой.

– Наёмник, если быть точнее.

Открываю в удивлении рот, потому что про убийцу я, вообще-то, пошутила!

– О, Боже… – хватаю Давида за руку, чтобы он обратил на меня внимание. – Ты думаешь, что он убьёт Арину?! Ей нужно помочь!

Она же мне помогла, значит, я должна отплатить ей тем же.

Давид же посмеивается надо мной.

– Нет, детей, женщин и стариков трогать нельзя. Не переживай, моя добрая девочка, все получат по заслугам, и я даже рад, что имел дружеские отношения с этим мужиком.

– Не думала, что есть люди опаснее тебя, – говорю как есть.

Давид на самом деле до сих пор иногда внушает страх. Иногда он бывает таким хмурым, что мне кажется, что он в любой момент может сорваться.

Меня он не тронет, но за других мне порой страшно.

– Моя ты девочка, – улыбается он и, взяв мою руку, целует ее тыльную сторону. – Есть опаснее, влиятельнее и хуже. А я почти ангел.

– Ну, да! Ты сидел в тюрьме… – хрипло говорю я. – За убийство.

Какого это? Когда на тебе висит такой тяжелый грех?

Знаю, что сложно. Давид много разговаривает во сне и очень часто произносит одно и то же имя.

Лев.

– Я очень об этом жалею, но не могу вернуть друга обратно, – произносит теперь с горечью и болью.

Когда-нибудь он расскажет мне все не отрывками, а от начала и до самого конца.

Я узнаю всю историю.

– И, что теперь дальше? – задаю я Давиду вопрос, но он оставляет его без ответа.

Глава 38

Давид

«И, что теперь дальше», – этот вопрос, который задала мне Лада, вертится в голове следующие несколько дней.

Я понимаю, что это ещё не конец. О, нет, мне ещё предстоит избавиться от своего главного врага, но сделать это крайне тяжело, потому что Варшавский не так прост.

По-хорошему его бы, как и меня, запереть в тюрьму, чтобы он там гнил, он совершил куда больше злодеяний, чем я сам.

Дело в том, что против него не каждый пойдёт, а мне без помощи не справиться, а надеется на то, что его завалит Камиль, который еще не известно, вернулся или нет, не стоит.

Ещё столько проблем нужно решить, что от одной мысли о них вскипает голова.

Вот только отвёз Ладу с Савой, пацана в школу, девушку в институт, возвращаюсь домой и сразу понимаю, что что-то не так. Мало того, что дверь в квартиру была открыта, так ещё я сразу улавливаю чужое присутствие.

После нападения Варшавского я приобрёл пистолет, который находится в спальне, и теперь ношу с собой нож. Медленно прохожу в зал, доставая острое оружие, но чувствую, как к виску прижимается холодное дуло пистолета.

Первая мысль, которая приходит в голову, говорит мне о том, что меня убьют прямо здесь и этот кровавый ужас обнаружит моя женщина.

В который раз понимаю, что не хочу ее терять, хочу вместе быть и может, к дьяволу этот проблемный завод. Отдать его Варшавскому и свалить в другую страну с девушкой, где никто нас не найдёт.

Купим небольшой, но уютный домик и будем всю жизнь наслаждаться друг другом. Благо, я успел накопить приличную сумму денег, чтобы остаток жизни не работать.

– Бах! – слышу я знакомый голос и меня в момент отпускает.

Поворачиваю голову, натыкаюсь на холодные глаза, цвета стали, того, кто без проблем мог спустить курок.

– Камиль, чертов урод, с чувством юмора у тебя явные проблемы, – говорю я, отодвигая от себя его пистолет. – Испугал до седины волос.

Камиль улыбается, только вот в его глазах нет ничего живого, и я вспоминаю его, когда мы были молоды. Он был настоящим хулиганом в подростковом возрасте, хрен пойми как, но нашёл таких же, как он, и создал свою криминальную компанию. Он был весёлым, но безжалостным.

Ещё тогда его многие боялись и уважали. А потом его сломали, ему пришлось уехать из страны.

Он вернулся мстить.

– Да, ладно тебе. Ты все ещё в хорошей форме и смотрю, как вышел с зоны, так сразу нашёл себе молоденькую красотку. Видел вас сегодня, – уточняет он.

Я иду к закрытому шкафчику и достаю оттуда бутылку крепкого коньяка, наливаю нам по стакану и передаю Камилю, который в один раз его осушает.

Да, пьет он все так же. Раньше казалось, что его ничего свалить не сможет. Мужик он крепкий, даже меня выше на полголовы, хотя мой рост выше среднего.

– Это Лада, старшая дочь Светки, – делюсь я, и он кивает, не осуждая меня за то, что я залез на дочь своей жены.

– Я уже все знаю, – говорит он и указывает на свой пустой стакан, чтобы я его наполнил. – Не хочешь спросить, что я здесь делаю?

Не сложно догадаться, для чего здесь этот мясник.

– Меня заказали.

– Все верно, за тебя предлагают огромную сумму денег, но они меня не интересуют.

Поговаривают, у него в Сирии все настолько хорошо, что он купается в этих деньгах. Его они точно мало интересуют.

– Я слышал, что убийства стало твоим основным хобби.

Говорят о нем многое, а где правда не понятно. Люди могут преувеличивать, хотя Камиль никогда не был добросердечным.

– Я собираюсь с этим покончить. Правда, остался один человек, который не достоин ходить со мной по одной земле.

Варшавский. Его главный враг, из-за которого я сел в тюрьму и из-за которого Камилю пришлось менять страну. Паша оказался такой гнилой крысой, что я жалею, что вообще его когда-то встретил. Хотя, это именно Камиль притащил этого богатого ублюдка в мир криминала.

– Но как я здесь связан?

– Ты может, удивишься, но тебя заказала твоя жена. Думала, что я не смогу узнать, что она шлюха Варшавского и все делает по его указке, – говорит он и смотрит на мою реакцию, а я и не удивлён. Идиотка, думает, что, если она помогает Паше, то по окончанию он ей что-то выдаст. Она ошибается. – Тебя я убивать, конечно, не стану. Ты когда-то раскрыл мне всю правду, а значит, я у тебя в долгу.

Протяжно вздыхаю.

Да, я узнал то, что хотел бы забыть. Чужую тайну, которая настолько омерзительна, что мне до сих пор тошно об этом вспоминать.

– Тогда, что ты собираешься сделать?

– У меня есть определённые связи, с бывшими бандитами, политиками и адвокатами, я помогу тебе отобрать у Светы сына Льва, развестись без потерь и забрать себе часть завода. И с Варшавским я разберусь самостоятельно.

– Это слишком ценное предложение, – усмехаюсь я, не веря, что мне может так повезти. – Что ты хочешь взамен?

Камиль опрокидывает ещё один стакан и ставит его на стеклянный столик, следом бросает на меня тяжёлый взгляд.

– Когда мне понадобится твоя помощь, то ты мне ее окажешь. Неважно, что это будет. Как тебе такая цена?

Ощущение, что я заключаю сделку с самим дьяволом. Хотя, он им и является.

Грядёт что-то крайне грандиозное. Этот ублюдок наведёт свой порядок в нашем родном городе. Он собирает помощников, и я знаю, что никогда ему не откажу.

Я подхожу к мужику с которым у меня много, что связано, и протягиваю ему свою руку, давая понять, что я на его стороне.

– Кам, ты один из самых опасных мужиков, которого я только знаю. Не думаю, что тебе когда-то понадобится моя помощь, но, если это и произойдёт, то двери моего дома для тебя всегда открыты.

Эпилог

Лада.

Присаживаюсь на край бортика ванны и смотрю в одну точку, а именно в тест на беременность и надеюсь на то, что мы с Давидом не натворили делов.

Однако у меня целых семь дней задержки, такого раньше никогда не было, однако чувствую я себя, как и раньше, если не считать того, что последний месяц достаточно напряжённый для нас всех.

Давид решает свои проблемы, а нас с Савой отправил загород, у него здесь давно построена дача. Место хорошее, а условия здесь отличные, нам нравится здесь отдыхать.

У Савелия каникулы, а я перешла на дистанционное обучение, пока не настанут спокойные дни. Да и на самом деле, я не хочу быть в группе, где я буду видеть Костю, возможно, я все же переведусь в другую группу.

Проходит около минуты, пока на тесте не появляется первая красная полоска.

А следом…

– Лад, ну, что там? – спрашивает обеспокоенным голосом Давид, который стоит за дверью.

Сейчас мне хочется его прибить, потому что это он не уследил!

Мне всего девятнадцать лет…

Выхожу из ванной комнаты, подобно фурии, готова крушить всё на своём пути.

– Давид, как это могло произойти? – спрашиваю я истеричным голосом, размахивая перед его лицом тестом на беременность.

Самое возмутительное в этой ситуации то, что Давид еле сдерживает свою довольную улыбку, хотя и пытается быть серьёзным. Мне сразу становится ясно, что он рад подобному повороту событий.

Сегодня утром я сообщала о своей задержке, и он тогда ещё расцвёл и сразу поехал в город за тестом.

– Дай, я посмотрю, – прокашливается он и забирает тест у меня из рук. – Две полоски означают, что ты беременна? Я правильно понимаю?

Да, черт подери! Я залетела. Ну, одно радует, что не от женатого мужчины. Давид только вот недавно развёлся с моей мамой.

– Да, я беременна, – сообщаю ему, сама ещё не веря, что это произошло так быстро. – И что будем делать дальше?

Я люблю этого человека, но никак не думала, что наши отношения приведут к беременности. Он говорил мне, что все под его контролем.

– Как, что? Рожать, Лад, – говорит он со всей уверенностью.

Ему-то легко говорить, он дело своё сделал, а ходить с пузом мне!

Хотя, на самом деле я рада, что это произошло, я всегда хотела свою собственную семью. Свою родную кровинку от такого сильного мужчины, за чьей спиной спокойно даже в самые сложные времена.

– Это так не вовремя. У нас столько проблем… – тяжело вздыхаю я.

Не спокойно все. Не просто так Давид нас сюда привёз, что-то происходит. И это нужно переждать. Он ничего мне не рассказывает, говорит, что со всем сам разберётся, а я не должна ни о чем переживать. Но, когда он от нас уезжает, у меня сжимается сердце, я все ещё помню его тяжелое состояние, в котором его обнаружила в квартире не так давно.

– Нет, проблемы у меня, и они решаются. Дай мне полгода и все у нас с тобой будет замечательно.

Давид смотрит на меня так пронзительно и искренне, что я ему верю. Он сможет нас защитить, сможет все решить и сделать так, чтобы мы жили спокойно.

– Точно? Потому что мне страшно от того, что ты увёз нас в эту глушь, словно от кого-то спрятал, – говорю о своих подозрениях.

Мужчина глубоко вздыхает и притягивает меня к себе для крепких объятий. Он целует меня в щеку, и я успокаиваюсь в его руках.

Люблю его. Прямо очень.

– Малыш, я же говорил, что мне нужно со всем разобраться, а вы оба мне немного мешаете.

– Вот оно как! – возмущаюсь я и щипаю его за бок, затем кладу руку на свой, ещё плоский живот. – А он или она тебе тоже мешает?

Господи. Я беременна. Во мне растёт новая жизнь. Мне нужно немного времени, чтобы окончательно это осознать. С этого момента наши жизни изменятся навсегда.

– Нет, конечно. Я уже люблю нашего малыша, как и тебя. Дай время, я все улажу, и мы заживем счастливой жизнью.

Приятно это слышать. Знать, что ты в надежных руках, чувствовать, что ты важен другому человеку.

Прижимаюсь щекой к его груди и слушаю, как спокойно бьется его сердце.

Ещё совсем недавно мы познакомились с ним в клубе, переспали, а на следующий день он заявился к нам домой, шокировав новостью, что он мой отчим.

Интересно, а получилось ли у нас хоть что-то, если бы не та ситуация в клубе? Даже не знаю.

Такое ощущение, что судьба решила нас связать. Мне его не хватало и ему не хватало меня. Пусть даже между нами большая разница в возрасте, я не чувствую никаких в этом проблем.

– Мама тебе не звонила? – решаю я поинтересоваться.

Она исчезла, забрала пару своих чемоданов и скрылась в неизвестном направлении, даже ее старый номер вне зоны доступа. Просто взяла и бросила нас.

Хорошо, что Сава не часто о ней спрашивает, потому что я не знаю, что ему отвечать.

– Нет, о ней нет никаких новостей. Ее лишат родительских прав, это лишь вопрос времени.

Надеюсь, что смогу Савелию заменить маму, хотя это будет очень сложно. Пока ему нравится жить со мной и с Давидом, он уже видел наши отношения и сказал, что рад за нас.

– Понятно… – жму я плечом и первая от него отлипаю, однако он берет меня за руку, вновь притягивает к себе.

Он пристально заглядывает в мои глаза и нежно ведёт пальцами по моей щеке.

Обожаю, когда он на меня так смотрит. С любовью. С чувством. С искренностью.

– Лад, я хочу, чтобы ты не забывала того, что я очень сильно тебя люблю и сделаю все, что в моих силах, чтобы ты была со мной счастлива. Теперь ты, Савелий и наш общий малыш – моя настоящая семья, за которую я душу свою отдам, но вы всегда со мной будете в безопасности. Это я сейчас и пытаюсь вам обеспечить, – говорит он с придыханием. – Тебе не о чем переживать, моя малышка, просто верь мне и немного подожди. У тебя будет все, о чем ты только мечтаешь.

Наши жизни в его надежных руках. А мечтаю я лишь о крепкой семье.

– Хорошо, я верю тебе и люблю, – произношу я, еле сдерживая слезы. Тянусь к нему, чтобы с чувством поцеловать. – Ты лучший мужчина, который только мог мне достаться.

Давид тепло улыбается.

– Ты выйдешь за меня замуж, Лад, – даже не вопрос, а утверждение.

– А ты станешь моим мужем, – произношу я его же тоном, и мы оба начинаем смеяться, а следом накидываемся друг на друга, подобно голодным хищникам.

Все тело наполняется приятным теплом, и я осознаю, что счастлива. Рядом со мной любимый мужчина, мой младший брат, во мне растёт ребёнок.

Мы вместе и это самое главное, а наши проблемы, они временны. Главное – поддерживать друг друга и помогать не оступиться.

Впереди нас ждёт долгая и счастливая жизнь. Я уверена в своих чувствах и в своём мужчине.

Спустя несколько спокойных дней…

Резко открываю глаза, понимая, что меня разбудил громкий стук в дверь. Это был даже не стук, а грохот, словно кто-то пытается проникнуть внутрь дома.

С замиранием сердца решаю разбудить Давида, который, как обычно, очень крепко спит.

– Кто это там? – тихо спрашиваю, прижимаясь к мужчине, который смотрит на меня сонным взглядом.

– Не знаю, пойду, проверю.

Насколько мне известно, никто не знает, где мы находимся.

– Я с тобой! – вскакиваю с кровати и накидываю на себя халат, пока Давид достает из тумбочки пистолет.

Боже. Как же страшно! Все настолько серьезно?

– Ничего не бойся, – говорит Давид пронзительным тоном.

Он пытается меня уговорить остаться в комнате, но я его не слушаюсь и хватаюсь за какую-то статуэтку, чтобы в случае чего ее использовать.

Хоть мне и страшно, но я не оставлю своего будущего мужа одного. Мы с ним – одно целое.

Давид подходит к двери и смотрит в экран, а следом убирает пистолет и открывает кучу замков.

В дом заходит до боли знакомая девушка, которая даже издалека выглядит напуганной до смерти. Кажется, что вот-вот, и она потеряет сознание.

– Арина?! – вздыхаю я взволнованно, а следом на порог заходит пугающий на вид мужик.

О, Господи. Рост великана не меньше двух метров, плечи шире, чем у Давида раза в полтора, а лицо, на котором виднеется белый шрам от виска, до подбородка, такое суровое, что хочется отвернуться, лишь бы на него не смотреть.

Я, кажется, понимаю кто это и по телу пробегают мурашки, но больше от того, какой у него тяжелый, прямо уничтожающий взгляд. А если вспомнить о том, что он убийца, то мне сразу становится не по себе.

– Камиль, не поздновато для визита? – спрашивает Давид, пожимая ему руку.

Я же подхожу ближе к своему мужчине, чтобы он ощущал мое присутствие.

– И я вас рад видеть. Помнишь о нашем уговоре? Ты должен сделать так, чтобы она никуда не делась, пока я решаю важные дела в городе, – толкает он Арину прямо к нам в руки. – А ты, девочка, только попробуй рыпнуться, не забывай, в чьих руках жизни твоих близких.

Смотрю на бедную девушку и замечаю, что она дрожит от страха. И замечаю, что на ней шёлковая пижама, что дает мне понять, что Камиль забрал ее чуть ли не из постели.

– Х-хорошо… – кивает она, и я притягиваю ее к себе, пока Давид с Камилем уходят на улицу, чтобы о чем-то переговорить.

– Арин, что происходит? – взволнованно спрашиваю у девчонки, которая вот-вот обмякнет в моих руках.

– Происходит то, что Камиль… – раздается ее тихий голос. – Он пришел убить моего отца, но я отдала свою жизнь, взамен на его спасение…