Текст книги "Голоса драконов (ЛП)"
Автор книги: Кэрри Вон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)
– Сейчас никто и не говорит, что вы сделали. Мы лишь хотим понять, что вы делали.
Кейт решила, что ненавидит этого мужика. Это прибавило ей уверенности. Она села немного прямее.
– Мы просто разговаривали…
– Вы разговаривали с этим? Оно умеет говорить? – Спросил Браниган.
Тут заговорила мама:
– Генерал, мы знаем на примере переговоров по Договору Серебряной Реки, что некоторые из драконов хотят общаться с людьми.
Генерал откинулся на стуле, но выражение его лица осталось угрюмым.
– Продолжай, – подбодрила ее мама.
– Мы подумали о полетах. – Кей не стала вдаваться в детали. Она не была готова отдать книгу. – Я часто занимаюсь скалолазанием. Я использовала кое-что из своего снаряжения. Это сработало. – Она пожала плечами. Может быть, если она будет вести себя как замкнутый подросток, они оставят ее в покое.
– Но что это делало так близко к границе? – Спросил Браниган.
Она не сразу поняла, что он говорил об Артегале.
– Ему было любопытно. Он хотел найти кого-нибудь, чтобы поговорить. – Она специально сделала ударение на слове он.
– Так он шпионил?
– Нет… – однако она поняла, что не знает этого наверняка. Может быть, Артегала послали шпионить. – Даже если он и шпионил, я совершенно уверена, что он ничего не узнал от меня. Я сама ничего не знаю.
Затем они принялись разговаривать, словно ее там и не было.
– Может оно думало, что сможет использовать ее для сбора информации…
– Или оно неверно оценило ее доступ к информации…
– Если оно смогло бы заманить ее улететь дальше, они бы использовали ее в качестве заложницы…
– Так они видели ее как источник информации или заложницу?
– Нет, – сказала она, замотав головой. Она знала, что права, а они – нет. – Ему просто было любопытно. Он просто хотел поговорить. Мы просто друзья.
Группа людей уставилась на нее в неверии и лишившись дара речи.
Поверят ли они ей, если она расскажет им о книге? Смогут ли тогда они поверить, что девушка и дракон могут быть друзьями? Или они заберут книгу и продолжат игнорировать ее? Она думала о Дракополисе, как о своей книге, и не хотела, чтобы кто-нибудь нашел ее.
Особенно она не хотела, чтобы они нашли листок с координатами, вложенный в книгу. Они бы стали искать, где это находится, а она хотела сохранить это в секрете. Она хотела сама найти это. Она и Артегал должны быть теми, кто будут искать это место.
Ее мать снова сжала ее руку. Она не отпускала ее все это время.
– Мы просто разговаривали. Он не шпион, – сказала Кей.
Браниган снова улыбнулся этой ужасной фальшивой улыбкой.
– Мы знаем, что вам хочется так думать. Скажите, мисс Уайетт, зачем вы пересекли границу в первый раз?
– Я же говорила вам, что это вышло случайно. Я упала в реку, а он – дракон – вытащил меня. Он спас мне жизнь.
– Ненавижу обвинять кого-либо, – произнес Браниган, но у Кей было ощущение, что он был просто счастлив от этого. – Но выглядит это так: если вам удалось пробраться так близко к границе, что вы могли упасть на другую сторону, то Федеральное Бюро Пограничной Охраны, должно быть, стало не слишком осмотрительным.
– А сейчас немного притормозите, – сказала мама, выпрямив спину и сверкнув на него глазами.
– Генерал, если позволите, – поднял руку капитан Коннер. – Я был в том лесу, если кто-то достаточно решительно настроен пересечь границу, то он сможет. Особенно, если этот кто-то вырос там, знает местность и график патрулирования ФБПО. Я прав?
– Ничего плохого же не случилось, – снова умоляюще произнесла Кей. – Мы ничему не навредили.
– Юная леди, у нас сейчас война, – сказал Браниган.
– Это по вашей вине, – заявила Кей. Она продолжила, пока тот не заорал на нее. – И что теперь со мной будет? Я нарушила закон, перейдя через границу, я знаю. Я и тогда это знала. Я единственная, кто пересекал ее, не он. Так что же со мной будет? – Что бы ни было, она лишь хотела покончить с этим. Она хотела со всем покончить.
Мамин начальник, директор регионального бюро, должен был быть тем, кто ответит на этот вопрос. В комнате не было копов. Это было в его юрисдикции. Но он, ее мать, да все они смотрели на генерала Бранигана. Кей не хотела, чтобы он решал, что с ней будет.
– Никто из нас не хочет доставлять вам неприятности, мисс Уайетт. Ситуация, в которой мы оказались, несколько нетипична, чтобы беспокоиться об этом. Но я думаю, что вы предоставили нам некоторую возможность. Я думаю, вы можете помочь нам, если сочтёте это нужным. Если нет – что ж, вы правы. Вы нарушили закон. Очень красноречиво.
Мамина рука вцепилась в ее ещё сильнее. Смысл слов Бранигана был ясен. Она либо помогает, либо ее посадят. Кей не видела, где здесь выбор. Ей придется играть по их правилам. У нее было плохое предчувствие, что она знает, чего он хочет.
Генерал заговорил:
– Если бы мы вас попросили, смогли бы вы снова увидеться с тем драконом? Видите ли, мисс Уайетт, вероятно, вы знаете о драконах больше, чем кто-либо в этой комнате. И нам необходимо выяснить о них как можно больше. Я думаю, вы можете помочь нам в этом. Мисс Уайетт – Кей – подумайте о своём отце. Подумайте о том, что они с ним сделали. Это ваш шанс предпринять что-то в этой ситуации. Вы понимаете?
Помимо того что ее отец работал, чтобы сохранить мир, это было и его собственное видение себя. Он бы не хотел, чтобы она мстила за него. Он бы хотел сохранить мир. Он всегда говорил, что сохранить мир легче, когда ты заводишь друзей, а не угрожаешь.
– Итак? – Произнес Браниган. – Вы поможете нам?
– Всего лишь разговор, – сказал Коннер. – Мы просто хотим, чтобы вы поговорили.
Однако свирепый взгляд, брошенный на него Браниганом, свидетельствовал, что генерал был с этим не совсем согласен.
Ну, вот и все. Артегал, наверное, не был шпионом, но Браниган хотел сделать шпиона из нее. Она не знала многого о драконах. Она знала лишь Артегала.
У Кей действительно закружилась голова, ситуацию она оценивала механически. В любом случае, выбор был невелик. Она кивнула, соглашаясь, потому что бы сделала что угодно, лишь бы немедленно выбраться из этой комнаты.
Глава 17
Кей и ее мать ехали домой со встречи в тишине. Кей не знала, быть ли испуганной или разъяренной. Угроза генерала была очевидна… шпионаж был единственным способом, при котором она избежала бы тюрьмы. В семнадцать, ее могли судить как взрослую и посадить в тюрьму. Но они использовали ее. Она ненавидела это.
Когда ее мать заговорила, она заговорила очень мягко.
– Это почти смешно. Вся их бомбардировка совершенно неэффективна, потому что они просто не знают, куда стрелять. Все их попытки были наобум. У них есть спутники и инфракрасные фотографии, которые показывают, где, возможно, живут драконы. Но они также допускают, что драконы оставляют ложные следы: разжигают огонь, чтобы некоторые места нагревались сильнее. Поэтому им нужна информация. Им нужна ты, Кей. Я не могу поверить, что они основывают свою стратегию на том, что может сказать подросток, – пробормотала она.
– Что если я этого не сделаю? – сказала Кей. – Я просто могла бы этого не делать.
– Кроме того, что они посадят тебя в тюрьму? Без точных целей они будут использовать более мощное оружие. Браниган говорит о ядерных бомбах, но у него нет такой власти. По крайней мере, пока нет.
«Неужели он пойдет на это?» – Не могла поверить Кей. Он думал, что это нормально – разрушить огромные территории с риском радиационного заражения и сделать её непригодной для всех, лишь бы навредить драконам? Неужели он так сильно их ненавидел? Она не понимала. Даже до встречи с Артегалом она бы не поняла, как можно уничтожить горы и леса, лишь бы добраться до драконов, которые, если уж на то пошло, только оборонялись.
Мать Кей продолжила, но слова давались ей с трудом:
– Я знаю, ты думаешь о драконе, как о друге. И думаешь, что поступая так, ты предаешь его. Но, Кей, он не нуждается в твоей защите. Он может позаботиться о себе сам. Тебе нужно подумать о себе. О своей семье. Я не могу потерять тебя, Кей. Не могу потерять и тебя тоже. – Она покачала головой, отрицая эту мысль и глядя прямо перед собой на дорогу широко открытыми глазами.
У Кей и ее матери никого не было, кроме них самих. Кей любила мать, но этот груз давил ей на плечи. Кей едва сама могла держаться, она не могла думать ещё и о безопасности матери.
На следующий день она оделась, как для зимнего похода, и собрала рюкзак со всем необходимым. Ей было несколько легче от того, что в этот раз не придется красться тайком. Она получила официальное одобрение от военных на свои действия.
Она нашла свою мать в гостиной, закутавшейся в одеяло с кружкой кофе, из которой шел пар. Весь дом пропах свежим кофе. Это был признак нормальности, но эта нормальность делала происходящее ещё более нереальным. В обычное утро мама ушла бы на работу ещё до рассвета. Кей бы приготовилась к школе, но она не была там с пожара. Ее мать смотрела телевизор, но не новости. Телемагазин или рекламу. Что-то совершенно нейтральное. Что было совсем нереальным.
Кей долго стояла, раздумывая, что сказать. Может быть, просто оставить мать одну. Но она не могла так поступить. Она не могла так поступить со своей матерью.
– Я пойду, – сказала она.
Мама посмотрела на нее так, словно не поняла.
– Наверное, его там вообще не будет, я вернусь домой через пару часов, я думаю, – Кей продолжала: – Я не пойду далеко, обещаю. Только на наше обычное место сразу за границей. Я в любом случае не знаю, куда ещё можно пойти.
После этого мама приготовилась встать, отставив кружку с кофе и отложив одеяло.
– Я пойду с тобой. Тебе не нужно это делать в одиночестве.
Кей выставила вперёд руку, чтобы остановить ее.
– Нет, мам, все в порядке. Я смогу это сделать.
У мамы на лице читалась такая мука, какую Кей видела лишь раз. Словно мир разлетелся на куски, снова.
– Мам, я буду осторожна.
– Давай, по крайней мере, я отвезу тебя туда.
Она пошла за пальто, перекинутым через подлокотник дивана, и за сумочкой на обеденном столе.
Кей хотела было возразить, но не стала, потому что легче было позволить матери отвезти ее. И если от этого мама будет лучше себя чувствовать, для Кей это ничего не стоило.
Ее было в некотором роде приятно думать, что не надо было беспокоиться о том, чтобы прятать джип.
Во время поездки воцарилось осторожное молчание, словно при обращении с хорошо упакованной взрывчаткой. Пока они будут осторожны, взрыва не произойдёт.
Они съехали с основной дороги на служебный проезд и доехали до перегораживающих его деревьев. Мама остановила машину, но руки оставила на руле и внимательно вглядывалась в лес.
– Я почти завидую, – сказала она, натянуто улыбнувшись. – Я всегда хотела встретить одного из них. Твой дедушка был в той делегации, что вела переговоры над соглашением Серебряной Реки. Ты знала?
Кей знала, но не много, в общих чертах, видела черно-белое фото в семейном альбоме. Это было групповое фото в пригороде Серебряной Реки на фоне гор с северной стороны. Ее дедушка был одним из молодых мужчин в костюмах, стоящих сбоку, в стороне от генералов и послов, являющихся ядром делегации. Он умер, когда она была слишком мала, чтобы хорошо его помнить.
– Он был младшим помощником какого-то секретаря. Но он был там. Он видел их. А потом они просто… ушли. Я думаю, что он – это одна из причин, почему я выбрала такую работу – чтобы быть ближе. Настолько близко, насколько это возможно.
Может быть, если все это сработает, Кей смогла бы привести мать познакомиться с Артегалом. Кей надеялась, что она не попросит об этом сейчас. Кей хотела, чтобы мама отогнала машину. Она хотела выйти из леса, прийти на их место, убедиться, что Артегала там нет и сказать Бранигану, что ничего не получится.
– Я постараюсь побыстрее, чтобы тебе не ждать долго, – сказала Кей.
Мама нагнулась к ней – почти упала – и крепко сжала Кей.
– Оставь телефон включенным. Позвони, если что-нибудь понадобится. Правда, они, наверное, прослушивают все наши телефоны, – сказала она, коротко усмехнувшись.
– Что? – сказала Кей испуганно.
– Не бери в голову, не беспокойся об этом.
Но Кей не могла не беспокоиться. Она теперь не сможет ничего сказать, не подумав о подслушивающем ее Бранигане. Шпионящем за ней. Мама сказала:
– Если ты не вернёшься через час и не позвонишь, я пойду за тобой.
Кей хотела возразить, но странным образом это успокоило ее. Она не сможет пропасть бесследно.
– Хорошо.
Она выскользнула из машины и пошла в лес, не оборачиваясь. Она чувствовала взгляд матери.
Бранигану и другие думали, что ей так же легко связаться с Артегалом, как позвонить ему. Это не так, поэтому нужно придумать другой план. Разжечь костёр и подавать сигналы? Это может привлечь внимание, но, скорее всего, не Артегала. Это, конечно же, то, что ей было нужно – объясняться с толпой незнакомых драконов.
Даже подходящие близко к границе драконы не заглядывали в их место – стремительный поток, скалистые горы и узкая долина. Поэтому она собиралась оставить ему записку. Она уже написала ее и хотела прикрепить к дереву там, где они впервые встретились, назначив следующую встречу на выходные. Она полагала, что он придет туда, если сможет. Просто, чтобы проверить. Она гадала, нет, надеялась, что его народ не призовет его для войны или не запрет его, или не начнет следить за ним, и он не сможет летать. Могло случиться что угодно, что не позволило бы ему прилететь сюда. Часть её надеялась, что он и не придет.
Когда в новостях появлялись кадры парящих над городами драконов, или мчащихся вдаль, как ракеты, после поджогов, она смотрела, отыскивая гибкое темно-серое тело Артегала. Но она так и не увидела его.
Она подошла к реке и пошла вверх по течению до того места, где ее выловил Артегал в самый первый день. Река была покрыта тающим льдом, а перекинутое в качестве моста дерево было на месте.
Это был Артегал, серая глыба, разместившаяся среди деревьев, прижатые к бокам крылья, обернутый вокруг хвост. Он наблюдал за рекой, вытянув шею, чтобы видеть лес с другой стороны своими глубокими ониксовыми глазами.
Она остановилась и смотрела, будто вечность.
Он опустил голову и выдохнул пар.
– Я буду ждать, – сказал он.
Глава 18
Ей была ненавистна мысль, что она пересекает границу, когда они знают об этом и следят за ней. Но она сделала это, перебежав по бревну, пока не передумала. Артегал опустил голову, так что ей не пришлось вытягивать шею, чтобы увидеть его. Казалось, что прошли годы, и она не знала, что сказать. Ей хотелось просто оставить записку, как позвонить кому-нибудь и записать сообщение на автоответчик вместо того, чтобы поговорить лично. Однако, она испытала облегчение, увидев его. Она столько всего хотела ему рассказать, о многом расспросить, узнать, что делали драконы. Но горло сдавило, и она едва могла дышать.
– У тебя все хорошо? – Спросил он. Это было первое, что он спросил у нее спустя месяцы. Теперь это такой странный вопрос.
– Нет, – ответила она и начала плакать. У нее подкосились ноги, и она осела на землю, спрятав лицо руками. Все эти недели она не плакала. Это пришло сейчас, в одночасье. Она несколько раз пыталась остановиться, собраться и поговорить с ним, но сглатывала слезы, и рыдания начинались с новой силой.
Она почувствовала лёгкое дуновение воздуха, пахнущего железом и костром. Артегал свернулся вокруг нее и обеспокоенно заурчал.
– Столько всего случилось, – проговорила она всхлипывая.
– Да.
Она вытерла лицо. Им нужно было поговорить, и у них не было достаточно времени, до того как ее мать начнет волноваться.
– Они знают о нас, – сказала она. – Они – военные – получили снимки, и они наблюдали, и, в итоге, я пошла и сказала им, потому что… потому что…
– Из-за нападения. Из-за пожара, – сказал он спокойно. Не то, чтобы он когда-то был неспокойным.
– Ты в порядке? – Спросила она. Она осознала, что не сможет этого сделать. Она больше не могла хранить секрет, не могла стать шпионом. Единственный способ, которым она могла получить информацию, это открыться и спросить у него о том, что хотел узнать Браниган, и сказать Артегалу, что эта информация нужна военным.
Он не ответил сразу. Сердце Кей учащенно забилось. Она задалась вопросом, сможет ли все стать как раньше, смогут ли они ещё летать. Те несколько раз, что они летали, уже казались воспоминаниями из другой жизни.
– Некоторые из старейшин говорят, что это было неминуемо. Люди и драконы никогда не смогут жить вместе. Война была неминуема. – Слова из его горла звучали, как лавина. – Некоторые хотят поговорить, но они боятся.
– Я не могу представить, что вы можете бояться нас, – сказала она, посмотрев на него снизу вверх, на большого, как автобус, такого сильного. – Поэтому военные и делают то, что делают, потому что боятся вас. Они думают, что должны успеть, пока вы не начали то же самое.
Артегал вздохнул.
– Лучше бы драконы продолжали прятаться.
На мгновение эти же злые, жестокие мысли пронеслись и у нее в голове. Все было бы нормально. Они бы разговаривали с Джоном и Тэм о выпускном, поступлении в колледж; оставался всего один год до окончания школы, и ее отец все ещё был бы жив, и все было бы нормально, если бы драконы не вернулись. Она бы не скучала по полетам, потому что она бы их и не знала.
Она снова начала плакать.
– Ты злишься. На меня, – сказал он. На этот раз она не увидела изогнувшийся уголок его губ и приподнявшуюся бровь. Раньше она могла распознать его любопытство, веселье, смущение, удовольствие. Но не сейчас.
– Пожар – мой отец. – Не произноси эти слова, кричала часть её. Не говори этого, не превращайте это в реальность. Найди другой способ сказать ему. – Я потеряла отца.
Он склонил голову – растерянный взгляд. После долгой паузы он опустил голову почти до земли. Она практически смотрела на него сверху вниз.
– Несчастье? – спросил он в замешательстве, ища подтверждение её неопределённой фразе.
Она снова спрятала лицо. Артегал ждал, пока девушка соберётся с силами и поднимает на него глаза.
– Это было предупреждение, – сказал он. – Мы хотели показать, что не боимся. Наши старейшины не думали, что ваши люди так скоро ответят.
– Значит, ты знал? – произнесла девушка. – Знал, что это должно произойти?
«И ты не остановил это, не предупредил меня, ты ничего не сказал!»
– Сначала – нет. Потом – да. Я чуть не рассказал им о тебе. Чтобы убедить больше так не поступать, если это в моих силах.
– Но ведь это не в твоих силах? Они же не стали бы и слушать?
Когда человеческие военные узнали о ней и Артегале, они не прекратили взрывы. Бранигана занесло; у него был какой-то план, иначе он не стал бы требовать от неё становиться шпионкой.
Артегал ничего не ответил, и она поняла, что ответ был отрицательным.
– Теперь всё слишком далеко зашло, чтобы остановиться, – произнесла девушка.
– И всё же ты рискнула и пришла сюда. Я надеялся, что у тебя получится. Но боялся, что ты не станешь приходить.
Дракон повернул голову, поднимая глаза к небу. Он смотрел вверх почти каждую минуту, выискивая самолёты или драконов.
– Они хотят, чтобы я шпионила, – призналась Кей. – Они продолжают взрывать, но понятия не имеют, куда двигаться. Они точно не знают, где вы живёте, и хотят, чтобы я это выяснила. Я должна выведать это.
– И сейчас они явно наблюдают за нами.
Она поднялась на ноги и огляделась вокруг, окинула взглядом деревья и ясное голубое небо. Из леса не доносилось ни звука. Девушка слышала лишь дыхание Артегала, напоминающее шёпот ветра в кронах.
Они могли быть где угодно. Солдаты, притаившиеся в кустах и готовые нанести удар.
«Они не станут убивать дракона, – подумала Кей. – Они ведь сказали мне, что хотят поговорить с ним и наладить контакт. Но они могут попытаться его поймать».
А что, если им удастся? Не станут ли все говорить о том, что она должна желать мести? Что должна чувствовать злость?
Её папа всегда говорил, что его работа заключается не в том, чтобы ловить плохих парней и тем самым поддерживать порядок. Он всегда шёл дальше; он считал, что лучше быть другом, чем жёстким мерзавцем. И если люди на его территории будут знать, что он – их друг, они не станут нарушать закон. Они не захотят его разочаровывать, и не потому, что он шериф, а потому что он – их друг.
Её мысли быстро закрутились; в голове пронеслось всё, что ей когда-либо говорил отец; всё, что он мог бы посоветовать ей в данной ситуации. Её мама тоже говорила, что в первую очередь нужно заботиться о себе, а потом уже – об остальном мире. Она вспомнила слова военных о собственном долге и угрозе застенок. Нет, самыми важными были слова отца о сохранении мира.
И тогда Кей поняла, почему военные старались сохранить всё в тайне. Они не опубликовали фотографии, где Кей и Артегал летают вместе, потому что не хотели, чтобы все узнали, что человек и дракон способны дружить и работать вместе. Но если бы люди узнали, если бы они увидели…
– О чём ты думаешь?
Артегал наблюдал за ней, а она стояла, замерев, уставившись в пустоту перед собой и размышляя.
– Ты сможешь вернуться завтра? – спросила девушка.
– Если буду осторожен – да.
– Нам надо снова взлететь, – произнесла Кей.
Артегал фыркнул. Его глаза расширились, а голова вскинулась – признак удивления.
– Это не останется тайной.
– А мы этого и не хотим. Мы хотим, чтобы все увидели. Тогда военные не смогут сохранить это секрет. Все увидят. Твои родичи, мои люди. Все.
Артегал помолчал мгновение и задумчиво прочертил когтем борозду на земле.
– Это опасно для нас.
Опасно. Кей не могла притворяться, что это не так. Это вызовет проблемы и с её, и с его народами. Они могут больше никогда не увидится. Но оно того стоило: показать людям то, что они могут совершать вместе.
Кей чувствовала себя безумной, когда усмехнулась и ответила:
– Опасно, но если мы не попробуем, то потом всегда будем задаваться вопросом, а не могли ли мы всё изменить?
У Артегала приподнялся уголок рта – дракон улыбался.
– За все прошедшие долгие годы драконы стали не такими бесстрашными.
– Значит, ты считаешь, что нам не стоит…
– Я буду завтра на этом месте. Береги себя.
– И ты себя.
Дракон начал пятиться к деревьям. Кей подождала, пока он не скроется полностью из виду, и побежала.
Девушка добежала до поляны, где припарковалась её мать, и остановилась у кромки леса. Её мама стояла снаружи, облокотившись о капот, и выглядела напряжённой.
Ещё две машины – два седана с правительственными номерами – стояли рядом с машиной матери, а около женщины топталась группа мужчин в форме. Генерал Браниган прислонился к одному из седанов, повторяя позу её матери. Несколько парней в оливково-зелёном камуфляже с пулемётами патрулировали территорию, медленно передвигаясь по границе леса и поглядывая на небо.
Артегал был прав. Они шли за ней. Они отслеживали её передвижения.
Это будет тяжело. Ей нужно было сделать все так, чтобы выглядеть расстроенной. Нужно спрятать своё ожидание, волнение – и страх. Ей нужно было еле волочить ноги и использовать это время, чтобы подумать о своём рассказе для них: или что она совсем не видела Артегала, или что видела, но не смогла убедить его рассказать ей что-нибудь. Но она не успела подумать об этом, потому что мозг был занят составлением плана. Она решила солгать им, сказав, что Артегала там не было, она с ним не поговорила и попробует в другой раз. Но она не знала, как далеко они проследовали за ней, и как много они видели и слышали. Она предполагала, что они были довольно далеко, чтобы слышать их, но она не была уверена. Если они слышали их разговор, они знают, что ей нельзя доверять.
Мать Кей выпрямилась, и ее лицо мгновенно преобразилось от облегчения.
– Кей?
Кей подошла ближе, чтобы мама ее обняла. Но она посмотрела поверх ее плеча на военных, которые настороженно за ней наблюдали.
– Ты в порядке? Все в порядке? – спросила мама.
– Все хорошо.
В следующее мгновение Браниган присоединился к ним.
– Ну?
Ее мама напряглась и нахмурилась, вспыхнув от гнева. Кей знала, что она защитила бы ее, если бы смогла. Кей не нужно было, чтобы о ней заботились, и в то же время, это помогло ей почувствовать себя сильнее.
– Что, ну? – спросила Кей.
– Что там было? – перефразировал явно раздраженный Браниган.
«Хорошо», – подумала Кей.
Спустя секунду Кей ответила:
– Ничего.
– Оно там было? Ты с ним говорила?
– Ага.
– Ну? – снова требовательно спросил Браниган. Кей подумала, что у него, наверное, не было детей.
Она пожала плечами.
– Это займёт время. Я не могу просто прийти и спросить, сколько всего драконов, и где они живут. Мне нужно быть хитрой, правильно? В этом и заключается шпионаж, разве не так?
Он злобно взглянул на нее.
– Кажется, ты говорила, что оно твой друг.
– Он, а не оно, – тихо сказала Кей. – Просто мне нужно больше времени.
– У тебя больше нет времени! – он покончил с образом благожелательного отца, что было хорошо, так как Кей он уже давно надоел. – Я не собираюсь сидеть и позволять какому-то ребенку играть в игры, когда на кон поставлена судьба человечества.
Что было поставлено на кон? Судьба всего человечества? Браниган ошибся, от нее не все зависело, но генерал потерял контроль над всей ситуацией. Все, что он мог сейчас делать, это изводить ее. Но это лишь делало ее сильнее, как и страх ее матери за нее.
– Проблемы бы не возникло, если бы все оставили, как было, – сказала Кей.
– Пока эти животные существуют, человечество в опасности, – ответил он.
Так значит, он фанатик. Это облегчало дело.
– Сэр, – начала она, потому что это должно было задобрить его. – Завтра я попытаюсь снова. Я приду, чтобы опять с ним поговорить. Я попробую ещё раз.
– Ты же ничего не собираешься ему рассказывать?
– Я не знаю ничего, что я могла бы ему рассказать.
Казалось, Бранигана удовлетворил ее ответ. Она подумала: «Что за узколобый человек. Он думал, что может читать ее мысли».
– Жду с нетерпением результатов, – сказал генерал. Кей кивнула.
Браниган и его солдаты подождали, пока Кей и ее мама заберутся в машину и тронутся с места, перед тем как последовать за ними. Скорее всего, за ними следили теперь все время, что означало, ей нужно быть очень осторожной, когда она возьмёт снаряжение в следующий раз.
Спустя несколько минут мама произнесла:
– Ты что-то прячешь. Почему ты не сказала ему об этом?
Может быть, генерал и был тупицей, но ее мать – нет. Кей начала говорить, но сглотнула и попробовала снова:
– Мам, ты думаешь, войну нужно начинать? Даже после того, что случилось… Ты думаешь, мы должны сражаться с ними?
Мама не ответила сразу. В тишине был слышен лишь характерный шум шин, за окном проносились деревья, и Кей подумала, что мама не собиралась отвечать.
– Я не знаю, Кей. Они были неправы, нападая на город, как тогда. Этого никогда не должно было случиться. Но потом наша сторона тоже была неправа. Я просто не знаю. Но война нанесет огромный урон, и погибнет много людей. Я думаю, это огорчило бы твоего отца.
Это был не тот ответ, который Кей хотела получить. Это было ни да, ни нет. Вся ситуация была мутная, и Кей чувствовала себя эгоисткой, желая снова полететь и оправдывая своё желание.
– Я думаю, мы можем остановить их, – мягко сказала Кей. – Мы хотим попробовать.
– Мне это не нравится, – произнесла мама, покачав головой. – Мне не нравится, что ты собираешься что-то делать самостоятельно. Мне не нравится думать о тебе с драконами.
– Прости. Прости, что я не сказала раньше, но я не могла.
У ее матери были красные глаза, словно она плакала, что она и делала всю прошлую неделю, начиная со дня пожара.
– Однако я скажу тебе кое-что. Браниган мне нравится ещё меньше.
– Они следят за нами, так? Они собираются следить за домом. Они знают, когда и куда мы уходим.
– Так происходит, когда ты становишься интересным для них.
Проехав ещё несколько миль, мама продолжила:
– Они не хотят навредить тебе, Кей. Я знаю, они тупицы, и я знаю, что они тебе не нравятся, но они следят за тобой, чтобы защитить. Подумай вот о чем: если мы знаем, кто твой дракон, тогда драконы знают, кто ты. Что может помешать им прийти и забрать тебя? Я не хочу, чтобы тебя посадили в тюрьму, но, по крайней мере, я тогда буду знать, где ты. Драконы могут взять тебя в качестве заложника, они могут… – она замолчала, прикрыв рот рукой.
Кей просто не могла представить, что Артегал причинит ей боль.
– А что может помешать Бранигану и остальным сделать то же самое с Артегалом? Я же приведу их прямо к нему.
– Но Кей, драконы такие большие, а ты – нет.
Так вот к чему все сводилось? Люди были маленькими по сравнению с драконами, и это заставляло их бояться, заставляло хотеть уничтожить этих созданий? Или проблема была в том, что драконы были так же умны, как и люди?
Кей не могла рассказать матери о плане. Мама попытается остановить ее ради ее же блага, а Кей не могла этого допустить.
Когда они приехали домой, Кей позвонила Джону.
– Давай где-нибудь встретимся, – сказала она.
– Ты уверена? – спросил он. – А как же комендантский час?
После ночного пожара ввели комендантский час с восьми часов вечера. Предполагалось, что это убережёт людей.
– Мы просто сходим в Альпийскую, или ещё куда-нибудь. Мы успеем вернуться домой вовремя.
Он знал ее достаточно хорошо, чтобы понять по голосу, что это было срочно.
– Кей, что происходит? Я был рядом с твоим домом, рядом стояли полицейские машины и люди, следящие…
– Я тебе потом расскажу. Мы можем встретиться в пять в Альпийской.
Пауза. Затем он ответил:
– Да, я приду туда.
А пока ей нужно было собрать кучу снаряжения.
Глава 19
В закусочной «Альпийская» было больше народа, чем предполагала Кей. Многие покидали город всем семейством, другие не разрешали детям выходить из дому, а с учётом комендантского часа и патрулирующих копов, она вообще не была уверена, что тут кто-то будет. Но это были обычные посетители, Кей узнала многих из них. В Серебряной Реке было не много мест, куда сходить, и, наверное, всем уже осточертело беспокойство. Осточертели сирены, слежка за драконами и ожидание того, когда вспыхнет остальная часть Серебряной Реки.
Ей было непривычно находиться среди такого количества людей, после длительного затворничества дома. И в то же время было бы здорово затеряться в толпе, где тебя никто не знает, не разглядывает; когда она вошла в закусочную, все стихли. Лица обернулись к ней, задержались на мгновение и быстро отвернулись. Несколько человек сочувственно ей улыбнулись.
Оглядев столики, она нашла Джона, когда он поднял руку. Не обращая внимания на задержавшиеся взгляды (она, ребенок шерифа Уайетта, могла услышать даже шепот), Кей кинулась к Джону, скользнув на сидение и рухнув в его искренние объятья. Он повернулся к ней в ожидании поцелуя, и она торопливо его поцеловала. Как и все остальные, он ходил вокруг нее на цыпочках и выглядел обеспокоенным.
