Текст книги "Феномен Фулканелли. Тайна алхимика XX века"

Автор книги: Кеннет Джонсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)

Что касается каморки Шампаня на рю Де-Рошешуар, то Канселье сообщает, что там не было никаких залежей книг, громоздившихся вдоль стен; единственными печатными материалами там были семь томов «Новой иллюстрированной энциклопедии Ларусса». Вот как он описывает жилище Шампаня – комнатку площадью едва в двенадцать квадратных метров:

«Когда вы входили, прямо перед вами оказывалось обращённое на юг створчатое потолочное окно, расположенное в откосе крыши и делящее потолок пополам. С полом оно сходилось под острым углом, и это пространство было забито всякими вещами и домашней утварью. Слева от двери стояла деревянная кровать, далее – упиравшийся в потолок маленький шкафчик, который стоит теперь у меня; далее, занимая собой всё оставшееся пространство у стены, стоял стул, на котором громоздились все семь томов „Новой иллюстрированной энциклопедии Ларусса“. Справа от стены отходил мраморный камин; между ним и откосом потолка бок о бок стояли два сундука; в первом хранили уголь, второй, больше размером, служил шкафом. Справа за дверью в углу комнаты располагался альков, отгороженный занавеской, свисавшей с балки, которая отходила от каминной трубы. Картину довершали маленький стол и второй стул».

В принципе невозможно, чтобы у Шампаня по этому адресу была алхимическая лаборатория, равно как и в Вилльер-ле-Бель, у его родителей, которые, следует отметить, переехали туда только в 1913 году.

«Единственное помещение, заслуживающее наименования лаборатории, которое он мог использовать, было в отдельной комнатке на рю Вернье. Я бывал там каждую неделю с лета 1916 года, пока туда не въехала какая-то семья», – говорит Канселье который именно в то время исполнял обязанности агента Шампаня, обеспечивая того заказами на художественные работы.

Что же до эксцентричных выходок Шампаня – спанья одетым, использования парафиновой лампы в качестве маяка, магических благовоний и путешествий вне тела, – Канселье отвергает их как «форменный бред, который оттолкнёт одних и покажется романтическим и значительным другим».

В ответ на обвинения Шампаня в розыгрышах и злых шутках, Канселье говорит, что сам Жюль Буше, который умер в 1957 году, был знатным рассказчиком небылиц и любил придумывать себе псевдонимы вроде Эрью ле Бук или Жюлиус Усербо, которые были анаграммами его настоящего имени. Далее он сообщает, что среднее имя Шампаня было вовсе не Юбер, как утверждает Амбелен, а, по забавной случайности, такое же, как у его (Канселье) дедушки по материнской линии.

И наконец, Канселье справедливо замечает, что сочинения Фулканелли говорят сами за себя и свидетельствуют, что их автор был человеком высочайших достоинств, поэтому многие писатели были бы просто счастливы выдать их за свои.

Глава четвёртая
Практика

Учёные, в особенности когда они покидают поле своей непосредственной специализации, оказываются такими же обычными, упрямыми и неразумными людьми, как и все остальные, а необычайно высокий интеллект лишь делает их предубеждения значительно более опасными, ибо даёт возможность облекать их в чрезвычайно гладкие и возвышенно звучащие рассуждения.

Г. Ю. Айзенк. Смысл и бессмысленность в психологии

Теоретическая физика приобретает всё более и более оккультный характер, радостно ниспровергая все ранее незыблемые законы природы и обращаясь к таким сверхъестественным понятиям, как дыры в пространстве, негативная масса и даже текущее вспять время… Величайшие физики… ощупью движутся в сторону синтеза физики и парапсихологии.

Артур Кестлер. Корни совпадения

В том виде, в котором она существует сегодня, алхимия, как мы уже говорили, функционирует на трёх различных уровнях, или, если угодно, в виде трёх определённых школ. Одна из них придерживается мнения, что алхимия представляет собой чисто психодуховное явление, а лабораторные исследования и эксперименты – всего лишь замысловатое, но бессмысленное заблуждение. Эта школа наряду с современным западным оккультизмом часто включает некую разновидность духовной алхимии, выступающей в одеяниях сексуальной магии или тантризма или продвинутых йогических техник направлений Шакти и кундалини. В этой системе различные биологические жидкости тела – некоторые из которых, как утверждается, ещё не открыты ортодоксальной наукой – фактически исполняют роли тех или иных веществ, участвующих в алхимическом процессе.

Ил. 10. Химические символы.

1. Сурьма. 2. Азотная кислота. 3. Мышьяк. 4. Кальций.

5. Уголь. 6. Медь. 7. Огонь. 8. Золото. 9. Железо.

10. Ртуть. 11. Углекислый калий (поташ). 12. Серебро. 13. Сера.

14. Олово. 15. Купорос. 16. Цинк

Посредством медитаций в определённых позах и используя половой акт исключительно как технику генерации энергии, индивидуум претерпевает физиологическую и интеллектуальную трансмутацию, и благодаря ей поднимается до Высшего Просветления. Поскольку большинство традиционных алхимиков работали в одиночестве, предположение, что на самом деле алхимия представляла собой всего лишь аллегорическую форму этих восточных практик, оказывается несостоятельным. Однако следует признать, что некоторые алхимики действительно работали в сотрудничестве с женщиной-партнёром, которая традиционно именовалась soror mystica (тайная сестра). Супруга Фламеля, Пернелла, судя по всему, исполняла именно такую роль. Тем не менее в истории Фламеля нет никаких указаний на то, что они с женой использовали сексуальную магию в какой бы то ни было форме.

Вторая дожившая до наших дней школа алхимии занимается именно физической стороной дисциплины, но делает акцент на производстве целебных терапевтических тинктур гомеопатическими методами – как, например, в Швейцарском кроулианском обществе, у Арчибальда Кокрена и в Солт-Лейк-Сити, у Брата Альберта. (В своих работах Альберт намекает, что осведомлён о тайнах металлической алхимии, однако же предоставляет своим ученикам самостоятельно ставить опыты с растительными тинктурами и, возможно, искать собственный путь в царство металлов.)

Третья школа обращается к доисторической и средневековой традициям лабораторной алхимии и работает с солями и металлами, ставя себе целью получение Философского камня и эликсира. Эта последняя школа отнюдь не оставляет без внимания философские и религиозные изыскания алхимиков прошлого, включая таким образом в свою доктрину некоторые элементы первой школы. В то же время она, как и вторая, поддерживает и применяет гомеопатические методы, полагая, что каждое вещество обладает «душой», или «сущностью», которую можно каким-то образом извлечь и сконцентрировать.

Именно об этой последней, и, с моей точки зрения, самой важной, школе у нас и пойдёт речь в этой части книги, поскольку она соединяет истинный дух традиционной алхимии с лучшим, что есть во всех трёх алхимических «мирах».

Как сказал мне известный оккультист Уолтер Лэнг, несмотря на то что металлическая алхимия и попытки создать золото в течение ста или более лет находились вне закона, это отнюдь не отменяет одного весьма важного момента: предполагаемые Высшие Силы, по всей вероятности, допустили и санкционировали открытие информации, которую можно использовать для создания нового альтернативного типа медицины, подразумевающего использование «натуральных» ингредиентов в концентрированной форме и отказ от более грубых и механических методов медицины конвенциональной и аллотропической.

Вот что пишет по этому поводу Лэнг:

«Тысячелетняя история народной медицины и несколько сотен лет научного прогресса, судя по всему, подтверждают идею о том, то Природа содержит специфические средства восстановления гармонии искажённого человеческого духа.

Аллопатия вполне может работать на базовом уровне, гомеопатия – на втором этаже, а алхимия – на уровне громоотвода на крыше.

Если эта новая, хотя и насчитывающая тысячелетия наука медицинской алхимии действительно обретёт второе рождение, она неизбежно выработает новый подход к древним тайным методам извлечения „души веществ“. Радикально новое и кажущаяся в настоящее время невероятной materia medica прошлого встанут плечом к плечу.

Если врата алхимии сейчас вновь готовы открыться, мне думается, они будут вести не в подвал с сокровищами, а в приёмную врача-гностика».

Лэнг не отвергает полностью концепцию физической трансмутации, равно как и идею Философского камня.

«До недавнего времени физика и химия отвергали средневековые данные о трансмутации на одном простом основании. Сейчас известно, что трансмутация подразумевает распад атомного ядра, осуществить который невозможно без минимума технологий, разработанных в рамках Манхэттенского проекта. Деление атомного ядра в 1280 году представляет собой явный и несомненный абсурд.

Однако также недавно появилась и новая идея, которую стоит рассмотреть хотя бы в теоретическом разрезе. Она гласит, что трансмутация в принципе возможна за счёт изменения уровня орбитальных электронов, вообще никак не задействуя ядро. Может быть, именно это и делали „философы“ в течение трех тысяч лет по всему миру и пятисот лет – в Европе?»

Именно об этом говорил человек, которого Жак Бержье принял за Фулканелли, в 1937 году – задолго до Манхэттенского проекта!

В книге «Алхимики и золото» Жак Садуль рассказывает о любопытном эксперименте с обычными курами. Им давали корм, в котором вообще не было кальция, зато содержались большие дозы слюды (силикат алюминия и калия). Чтобы строить скорлупу яйца, организму курицы нужен кальций, а его нет. И тем не менее, они каким-то образом умудрялись откладывать яйца с нормальной кальциевой скорлупой. Исследования показали, что куры занялись практической алхимией и трансмутировали калий (K = 19) и ионы водорода (H = 1) в кальций (Ca = 20).

Подробное объяснение особенностей алхимических практик не входило в мои задачи при написании этой книги, однако дать общий очерк символизма, теории и процесса Великого Делания мне представляется необходимым – хотя бы для того, чтобы рассмотрение работ Фулканелли и комментарии к ним, которые читатель найдёт в следующей главе, не были им неправильно поняты.

Чтобы начать понимать алхимию, сущностно важно помнить о том, что истинное Герметическое искусство есть занятие одновременно физическое и духовное. Любые попытки проанализировать алхимический процесс с позиций ортодоксальной химии будут не более полезны для нашего дела, чем понимание Делания в исключительно духовном ключе. Эти два начала дополняют друг друга в неразрывном переплетении сил, и ни одно не является полноценным без другого.

Приведённых ранее примеров трансмутаций, описаний оборудования, материалов и процедур, данных в алхимических текстах, вполне достаточно, чтобы составить себе хотя бы приблизительное представление о физической стороне алхимии. Точно так же и её духовные аспекты можно постичь по многочисленным аллюзиям на различные мистические, религиозные и философские системы, которые, в свою очередь, можно найти в стандартных работах по этому предмету и в не подлежащих сомнению связях алхимии с доктринами тайных обществ, практической магией и духовными школами – такими, например, как Путь суфиев.

Ранее мы уже отмечали, что алхимики обычно начинали с рассуждений о четырёх основных стихиях – Огне, Земле, Воде и Воздухе. Эти стихии обладали соответствующими качествами – Огонь был сух и горяч; Земля – суха и холодна; Вода – влажна и холодна; Воздух – горяч и влажен. В общем виде ход алхимической мысли можно выразить так: всё, что нужно, чтобы превратить один элемент в другой, это изменить одно из его основных качеств. То есть если, к примеру, огню позволить погаснуть и утратить своё качество жара, он превратится в землю (сухую и холодную) в форме пепла. Точно так же и вода (холодная и влажная) при нагревании превращается в воздух (горячий и влажный) в форме водяных паров.

Нагревая и охлаждая, высушивая и расплавляя любое выбранное для работы вещество бесконечное количество раз, алхимики верили, что смогут изменить его свойства или базовые характеристики. Никто ещё не дал удовлетворительного объяснения необходимости всех этих повторений. Но, возможно, таким образом алхимики пытались создать в структуре вещества состояние стресса или своеобразной усталости в надежде, что это в конце концов приведёт к изменениям перманентного характера. С другой стороны – если посмотреть на процесс с духовной точки зрения, – производя все эти бесчисленные повторения, они, быть может, ждали, пока планеты, сила тяжести, электромагнитное поле Земли, космические лучи, метеорологические условия и даже человеческие биологические ритмы будут сонастроены идеальным образом. Следует напомнить, что на заре Герметического искусства астрология и алхимия были неразрывно связаны друг с другом, а каждый из основных металлов идентифицировался с одним из семи известных древним небесных тел нашей Солнечной системы: Золото – Солнце; Серебро – Луна; Ртуть – Меркурий; Медь – Венера; Железо – Марс; Олово – Юпитер и Свинец – Сатурн.

Поскольку космос – что по-гречески означает «порядок» – был создан из первичного хаоса, алхимики полагали, что все планетарные силы в той или иной степени присутствуют на земле, а сами планеты влияют на рост и формирование соответствующих им металлов в вечно кипящем тигле земных недр.

Вот как выразил эту мысль князь Станислас Клоссовски де Рола:

«Таким образом, становится ясно, что алхимический процесс представляет собой воспроизведение на уровне микрокосма процесса создания мира, иными словами, воссоздание. Оно совершается благодаря игре сил, символизируемых двумя драконами, чёрным и белым, замкнутыми в круговороте вечной битвы. Белый крылат и летуч, чёрный же бескрыл и стабилен; их сопровождает универсальная алхимическая формула solve et coagula. И формула, и эмблема символизируют переменчивую игру двух неотъемлемых половинок, составляющих единое Целое. Формула solve et coagula чередует растворение, которое есть спиритуализация, или сублимация твёрдой материи, и сгущение, являющееся не чем иным, как возвращением в плотное состояние очищенных продуктов первой операции. Её циклическая природа ясно выражена у Никола Валуа: „Solvite corpora et coagulate spiritum“ – „Растворяйте материю и сгущайте дух“.»[180]180
  См.: Alchemy: The Secret Art (Thames and Hudson, London, 1973). – Примеч. авт.


[Закрыть]

Таковы главные философские аспекты, на которых основывается алхимическая процедура. Однако действительные подробности процессов и операций над различными металлами невероятно сложны структурно и трудны для понимания, чему есть две основные причины:

1. Каждый алхимик ставил свои собственные опыты, руководствуясь своими собственными методиками, или же используя и модифицируя техники своих предшественников сообразно собственному разумению, в результате чего данные алхимических трактатов могут очень сильно отличаться;

2. Дабы сохранить тайну, каждый алхимик почитал своим долгом описывать свои действия максимально сложным аллегорическим языком, изобилующим символами. Вдобавок они зачастую имели склонность перепутывать порядок процедуры или вовсе опускать какие-нибудь её ключевые стадии. Обычно Делание проходило три основные стадии, или ступени, одна из которых вполне могла вообще не освещаться в трактате, где даже не было указаний, какой именно этап пропустил автор – первый, второй или третий.

Только путём тщательного сравнения нескольких текстов – чрезвычайно трудоёмкий процесс, способный довести до белого каления даже самого терпеливого исследователя, – бывает возможно хотя бы слегка распутать невероятный клубок загадочных символов и хитроумных ложных ходов. Пара абзацев типичного алхимического текста дадут вам представление о том, с чем порой приходится столкнуться ищущему:

«Но когда мы женим коронованного Короля на нашей алой дочери, и в нежном пламени, не наносящем вреда, она зачнёт превосходного и сверхъестественного сына, чью вечную жизнь она станет питать медленным жаром, то будет он жить долго в нашем пламени… Затем будет он преображён, и тинктура его с помощью огня останется красной, словно живая плоть. Но наш Сын, обретённый Король, берёт эту тинктуру из огня и даже смерть, тьма и воды бегут от него. Дракон бежит солнечных лучей, проникающих в трещины, и мёртвый наш Сын живёт; Король выступает из огня и воссоединяется со своей супругой, оккультные сокровища раскрыты, и белеет молоко девы».

Золотой трактат Гермеса

Или вот ещё:

«Возьми змею и помести в колесницу о четырёх колёсах, и пусть она крутится на земле, пока не погрузится в бездны моря и не будет уже видно ничего, кроме чернейшего Мёртвого моря… и когда пары выпадут, подобно дождю… вынеси колесницу из воды на сухую землю и помести все четыре колеса на колесницу и получишь результат, если только продвинешься дальше, к Красному морю, бегущему без бега, движущемуся без движения».

Трактат Аристотеля, написанный для Александра Великого

Вдобавок к трём ступеням Великое Делание подразделяется также и на более мелкие стадии. Некоторые алхимики считают, что их непременно должно быть семь – чтобы соответствовать числу планет, металлов и дней Творения. Иногда их называли Правлениями Сатурна, Юпитера, Марса, Меркурия и так далее. Другие мастера настаивали, что ступеней должно быть двенадцать, ибо таково число месяцев в году и знаков в круге зодиака, через которые в течение года проходят планеты.

Эти двенадцать ступеней (включающие в себя и семь) были известны как: кальцинация (прокаливание), солюция (растворение), сепарация (разделение), конъюнкция (соединение), путрефакция (гниение), коагуляция (сгущение), цибация (вскармливание), сублимация (возгонка), ферментация (сбраживание), экзальтация (возбуждение), мультипликация (умножение), проекция (бросание). Иногда использовались и другие термины вроде когобация (многократная перегонка) или ректификация (очистка).

Сколько бы ни было стадий и каковы бы ни были их названия, важно помнить, что алхимик видел в своей работе отражение или же имитацию циклического порядка природы: формирования, развития и конечного разрушения всего сущего – за которым следовало естественное и неизбежное новое формирование. (Эту концепцию можно сравнить с не так давно появившейся теорией циклического развития Вселенной, начинающегося с первичного атома, содержащего в себе всё и взрывающегося, чтобы дать жизнь космосу, а затем вновь коллапсирующего в самое себя, чтобы снова и снова повторить всё то же самое по кругу ad infinitum.[181]181
  До бесконечности (лат.). – Примеч. пер.


[Закрыть]) Этот же процесс, но в меньшем масштабе повторяется во всех живых существах, в том числе и в природе как таковой, ежегодно проходящей через цикл рождения, роста, увядания, смерти и возрождения. И человек также следует этому предписанному всему живому пути от рождения к смерти и новому возрождению.

Алхимик рассматривает свой путь как воспроизведение в рамках микрокосма, на относительно низком уровне творения этого великого и неизменного космического цикла, воспринимая до некоторой степени самого себя как некое высшее существо, полубога, в миниатюре повторяющего работу Великого Непознаваемого Разума, стоящего за пределами Жизни, Природы и Вселенной. Он ищет слияния с Сущностью Бытия и надеется помочь Природе в её прекрасном творчестве, дополняя и ускоряя этот процесс.

Принимая во внимание всё вышесказанное, давайте теперь попытаемся проследить всю последовательность алхимических операций от начала и до конца. Помните, что в деталях алхимические тексты разнятся до бесконечности. Нижеследующее при необходимости можно воспринимать лишь как самый общий очерк Великого Делания, созданный при опоре на наиболее доступные для понимания источники. Следует также помнить, что Философский камень предназначался только и исключительно для изготовления Эликсира жизни. Трансмутация на физическом уровне должна была служить лишь доказательством того, что Делание успешно завершено и что полученный в результате продукт действительно является истинным Камнем.

На пути любого, кто решит попытаться исполнить Великое Делание, сразу же встанет почти непреодолимое препятствие. Прежде всего, алхимик должен открыть, что же собой представляет prima materia, или Первоматерия. Без этого знания, обрести которое можно только путём проб и ошибок, а также глубочайшего, боговдохновенного интуитивного прозрения, невозможно начать работу. Де Рола называл эту способность «внутренним постижением».

Классические алхимические авторы намеренно оставляли в своих текстах множество лакун и ложных путей, целью которых было отпугнуть и запутать возможных злоумышленников, а также склонных понимать всё буквально материалистов, поскольку, как мы уже выяснили, алхимия подразумевала умение управлять энергиями самого высокого порядка, куда более сложными и мощными, чем даже те, с которыми имеет дело современная ядерная физика.

Алхимический манускрипт XVII века описывает Первоматерию как «…камень, который в то же время и не камень… как густое, свернувшееся молоко, но при этом вовсе и не молоко; как грязь, не похожую ни на одну другую грязь. Она подобна зелёной ядовитой тине, ибо лягушки копошатся под ней, но не яд то, а лекарство. В целом это та глина, из которой был сотворён Адам».

Другой алхимик того же периода, Иоганн Исаак Холланд, идентифицировал Первоматерию как «купорос» – хотя это, безусловно, нельзя понимать в буквальном смысле как серную кислоту. Купорос, или vitriol, – это шифр, созданный по методике нотарикона, где каждая буква в слове означает другое слово, из которых и складывается указание для ищущих истины: Visita Interiora Terrae Rectificando Invenies Occultum Lapidem (Погрузись в глубь земли и через очищение обретёшь тайный камень).

Герман Копп, немецкий историк алхимии, писал о тайном смысле Первоматерии: «Тщательнейшему исследованию подвергались вещества минерального происхождения, различные растения и их соки, выделения и жидкости внутренней секреции животных, даже самые отвратительные субстанции, какие только можно себе вообразить… Они пробовали использовать молоко, хотя и без особой надежды, затем слюну, чтобы выяснить, не это ли искомая первичная материя, и время от времени экспериментировали с человеческой мочой и фекалиями».

Так алхимики защищали своё искусство от шарлатанов и непосвящённых, дабы те не проникли в его тайны на первом же этапе.

Однако подлинный ищущий, вооружённый решимостью и рвением, мог отыскать все необходимые ключи.

Многие алхимики прямо указывали, что для тех, кто умеет видеть, Первоматерия – буквально повсюду, и профаны считают её дешёвой или же вовсе лишённой какой бы то ни было ценности. Нотарикон Холланда совершенно прямолинейно указывает на неё, намекая, что искать Первоматерию нужно в земле. Последнее предложение процитированного выше текста также предполагает, что Первоматерия представляет собой некое связанное с землёй вещество.

В книге «Алхимики и золото» Жак Садуль после скрупулёзного изучения всех имеющихся данных выдвигает предположение, что Первоматерия – это один из восьми сульфидов, или сернистых соединений. По многим причинам, слишком сложным, чтобы их тут приводить, он останавливается на сульфиде железа, или железном колчедане (FeS2). Любопытно, что в нём содержатся примеси сурьмы, вещества, на которое обращали особое внимание Василий Валентин и Артефий и которое также отмечали позднейшие авторы, такие как Лапидус.

По мнению покойного Жака Бержье, алхимики начинали со смешивания в агатовой ступке трёх первичных ингредиентов: 95 % железной руды, содержащей различные примеси, такие как мышьяк и сурьма; железа, свинца, серебра или ртути; и какой-нибудь органической кислоты, например виннокаменной или лимонной. Хотя, как будет показано в дальнейшем, здесь он несколько опережает события.

Алхимики – и снова это следует воспринимать не буквально, но как выражение неких принципов более общего характера – полагали, что любая материя состоит из трёх основных компонентов, или философских элементов. Это были философские ртуть, сера и соль. Философская сера считалась по природе своей солнечным, горячим и мужским началом, а соль – лунным, холодным и женским. Ртуть, или меркурий, обладала двойной природой и функционировала как посредник. Некоторые алхимики рассматривали эти три принципа как символы духа, тела и души человека, металла или же растительной субстанции. Если оператор принадлежал к христианской религии, их можно было соотнести с доктриной Живоначальной Троицы: Отцом, Сыном и Святым Духом. С точки зрения индийской философской системы их можно было бы интерпретировать как шунъяту (хаос), майю (творение) и прану (жизненную силу).

Определив, что такое Первоматерия, и обретя её, алхимик делал следующий шаг и переводил её в жидкое состояние при помощи процесса известного как солюция, или растворение. По мере дальнейшего рассмотрения последовательности алхимических операций мы сможем провести параллель между ними и циклическими процессами создания, эволюции, разрушения и воссоздания космоса, а также простыми циклами рождения, жизни, смерти и возрождения в жизни человека и природы. Именно этот великий круговорот алхимик надеялся воссоздать в своём тигле и в себе самом.

Растворение Первоматерии достигалось при помощи вещества, известного среди алхимиков под названием «Тайный огонь». Именно оно оказывалось второй проблемой для каждого новичка, ибо ни в одном из текстов невозможно было найти его чёткого определения. Давался лишь один единственный намёк, что это было вещество двойной природы.

Нередко его описывали как «воду, которая не мочит рук» или «огонь, обжигающий без пламени». По этой причине, а также принимая во внимание его двойную природу, современные исследователи, такие как Бержье, Садуль и де Рола, выдвинули предположение, что Тайный огонь, по всей вероятности, представляет собой соль в кристаллической форме, которую можно перевести в жидкое состояние. В конце концов эти авторы пришли к выводу, что Тайный огонь получают из винного камня (он же виннокислый калий), особым образом обработанного. Садуль пишет, что, по утверждению его знакомого алхимика, приготовление Тайного огня – то есть перевод его из обычного состояния в философское – подразумевает более физические, нежели химические процессы. Одновременно де Рола сообщает: «На самом деле вещество это представляет собой соль, приготовляемую из винного камня посредством особых операций, требующих умения и идеального знания химии. Они включают использование весенней росы, собранной методами, весьма искусными и поэтическими, и тщательно очищенной».[182]182
  Указ. соч. – Примеч. авт.


[Закрыть]

Эта версия не только полностью удовлетворяет определениям алхимиков, что эта вода «не мочит рук», но и объясняет, почему алхимики прошлого особо настаивали на том, что к Великому Деланию непременно нужно приступать весной, когда Солнце находится в астрологических знаках Овна или Тельца. Сбор весенней росы, из которой «методами, весьма искусными и поэтическими» дистиллируют соль, заставляет нас обратиться к сочинению Армана Барболя.[183]183
  См.: Armand Barbault, Gold Of A Thousand Mornings, trans. Robin Campbell (Neville Spearman Ltd., 1975). – Примеч. авт.


[Закрыть] Приведённая им техника восходит к иллюстрированной Mutus Liber («Немой книге»), классическому тексту Жакоба Сюла,[184]184
  «Немая книга» (лат.), впервые была опубликована во Франции в 1677 г. под псевдонимом «Altus». Создателем её, по всей вероятности, был Жакоб Сюла (Sulat), взявший в качестве псевдонима анаграмму своей фамилии. – Примеч. пер.


[Закрыть] в которой Великое Делание представлено исключительно в картинках. На иллюстрации номер четыре показано, как два оператора – алхимик и его soror mystica – сворачивают в рулон большой холст, который перед тем был растянут в поле на колышках для сбора росы. На той же гравюре изображены баран (Овен) и бык (Телец), обозначающие правильное с астрологической точки зрения время для проведения этой операции (с 21 марта по 20 мая).

Метод, использованный Барболем, несколько отличался от указанного в «Немой книге»: он раскатывал холсты на покрытом росой лугу. Барболь даже полагал, что сама Первоматерия, которую он понимал в буквальном смысле как простую и чистую землю, должна быть обретена при помощи тайных операций, подразумевавших использование астрологии и ясновидения. Он пришёл к заключению, что в метафизическом смысле правильное местоположение и необходимое количество «чистой земли» будут открыты оператору через медиумическое посредство его жены, или soror mystica.

Но продолжим. Согласно указаниям алхимиков, Первоматерия и Тайный огонь помещаются в ступку и тщательно растираются. Полученное в результате вещество погружается в некоторое количество экстракта соли-росы, несколько раз промытого и кристаллизованного. Бержье считает, что процесс солюции необходимо осуществлять при поляризованном свете – то есть при свете, движение квантов в котором направлено только в одну сторону – примером которого является лунный свет.

На этом этапе процесс переносится в тигель для «тройного растворения», во время которого грубый осадок удаляется из смеси, а оставшееся вещество измельчается и толчётся, затем перемешивается на медленном огне при помощи стальной палочки. Затем добавляется половина количества соли, экстрагированной из оставшейся Весенней, или, как её ещё называют, Майской росы, и происходит очищение. Вся последовательность повторяется три раза. Результатом этого должна стать «философская ртуть», определить которую можно, в частности, по весьма характерному запаху.

Арчибальд Кокрен, выдающийся современный английский алхимик, скончавшийся в Брайтоне в 1950 году, так описывал этот аромат и явления, предшествующие его появлению:

«Первым предвестием этого триумфа стало яростное шипение, струи пара, бьющие из реторты в приёмник, словно резкие очереди из пулемёта, а потом мощный взрыв. При этом лабораторию и все окрестные помещения наполнил весьма сильный и изысканный аромат. Мой друг описывал его как запах влажной росной земли июньским утром с нотой цветов, как дыхание ветра над поросшими вереском холмами и сладкий аромат дождя над высушенной солнцем землёй».[185]185
  Archibald Cockren, Alchemy Rediscovered And Restored (Rider and Co., London, 1940). – Примеч. авт.


[Закрыть]

Запахи эти явно не могли быть естественного происхождения, поскольку лаборатория Кокрена была расположена в самом центре лондонского Сити.

Об этом же писал и Никола Фламель: «Наконец, я обрёл то, чего так страстно желал и что распознал по сильному и приятному запаху». Алхимик, писавший в XIV веке под именем Джон Кремер, отмечает: «Когда происходит это счастливейшее событие, весь дом наполняется самым прекрасным и сладостным ароматом; то день рождества этого благословенного Препарата».[186]186
  The Testament of Cremer, in The Hermetic Museum, ed. A. E. Waite (J. Elliott and Co., London, 1893). – Примеч. авт.


[Закрыть]

Сам Фулканелли описывает довольно бурные явления, предшествующие появлению аромата, в своих «Философских обителях»:

«Когда из сосуда послышится звук, подобный кипению воды, переходящий в низкий рёв, напоминающий об огне, терзающем глубины земные, будьте готовы к битве; и сохраняйте спокойствие. Вы увидите дым, сопровождаемый синими, зелёными, лиловыми языками пламени, и услышите несколько взрывов…»

Алхимики предупреждают, что во время этого важнейшего этапа нужно остерегаться взлетающих из тигля искр, а Жак Бержье вдобавок призывает ни в коем случае не вдыхать ядовитые испарения, которые при этом высвобождаются. Он пишет, что пары ртути и мышьяковистый водород уже привели к гибели множества операторов в самом начале работы.