Текст книги "Добродетель грешника (ЛП)"

Автор книги: Кайли Кент

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Глава 33

Я врываюсь в здание сразу за Михаилом. Мы оба начинаем бежать на звук выстрелов. Михаил что-то быстро кричит по-русски, а затем вбегает в комнату.

– Ты, как всегда, опоздал, любимый. – Улыбается ему Иззи.

Я оглядываюсь по сторонам, пока не замечаю парня, истекающего кровью на полу; его неподвижное тело усеяно пулями. И тут я вижу ее. Зои. Она скорчилась на полу, прислонившись спиной к стене. Как будто это единственное, что удерживает ее на ногах.

– Черт. Зои. – Я опускаюсь перед ней на колени. Мои руки обхватывают ее щеку. – Зои, все хорошо. Все будет хорошо.

Ее глаза смотрят прямо на меня, но в то же время это не так. Как будто ее здесь нет. Она моргает:

– Марсель? – Произносит она мое имя едва слышно. А потом улыбается.

– Да, детка. Это я. Все будет хорошо, – говорю я ей.

– Я знаю, – говорит она, прежде чем ее глаза закатываются. Ее тело начинает заваливаться набок, и в следующее мгновение я понимаю, что она теряет сознание.

– Блять, – ругаюсь я себе под нос, пытаясь поймать ее, пока она не упала на землю. Мое тело разрывается от этого движения. Буквально. Я чувствую, как расходятся швы.

– Марсель, двигайся. Я возьму ее. – Я смотрю на Санто. Мой старший брат стоит рядом с ним.

– Пойдем. Нам нужно вытащить тебя отсюда. Тебе нужен гребаный доктор. Снова, – говорит Джио.

– Нет. – Я отталкиваю его руки от себя и тянусь к Зои, которую Санто с легкостью поднимает с пола.

– Я просто отнесу ее в машину, Марсель. Пойдем, – говорит он.

Я позволяю Джио помочь мне подняться на ноги.

– Черт возьми, – ворчит он, и его взгляд останавливается на моем больничном халате, который теперь весь в крови. Джио снимает свой пиджак и набрасывает его мне на плечи. – Давай, пойдем, – говорит он, обнимая меня за талию.

Опираясь на него, я иду к выходу из комнаты. Я не могу отвести взгляд от Зои.

– Отдай ее. – Михаил встает перед моим братом, преграждая ему путь.

– И не надейся, – рычит на него Санто.

Михаил слегка наклоняет голову, на его лице появляется ехидная улыбка. Не думаю, что он привык к тому, что ему говорят "нет".

– Я больше не буду просить, – говорит он.

– Хорошо, а я больше не буду отвечать, – парирует Санто.

– Езжай за нами, Михаил. Ей нужен врач, – говорю я ему.

– И тебе тоже. Черт возьми, Марчелло, о чем ты думал? – Спрашивает Иззи, протягивая руку к моей груди.

– Я думал, какой-то психопат похитил мою девушку, – ворчу я. – Может, поговорим об этом позже? Ей действительно нужен врач.

– Пойдем. – Иззи кладет ладонь на грудь Михаила. – Пойдем, – говорит она ему.

С неохотой Михаил поворачивается и выходит из комнаты, мы с братьями следуем за ним. Иззи и Михаил спорят всю дорогу до выхода из здания. Но я слышу только последнюю фразу, когда мы все добираемся до своих машин.

– Да, но она любит его, а это значит, что мы должны в лучшем случае терпеть его, – говорит Иззи своему мужу.

Воспоминание о том, как мы с Зои обменялись этими словами, поражает меня. С ней все будет в порядке. Она все еще дышит. Ее сердце все еще бьется. С ней все будет в порядке.

Джио помогает мне забраться на заднее сиденье машины, а Санто кладет Зои поперек сиденья, так что ее голова оказывается у меня на коленях.

– С ней все будет в порядке, Марсель, – говорит он.

– Я знаю, – говорю я ему.

С ней все должно быть в порядке. Я не могу представить себе жизнь, в которой ее не будет. Я по-новому осознал горе своего брата. Не то чтобы я раньше не понимал этого. Но теперь, испытав это на себе, пусть и на короткое время… Я не хочу даже представлять, что у меня могут забрать Зои. Это не та реальность, в которой я хочу жить. Честно говоря, я не знаю, как, черт возьми, он живет дальше.

– Если с ней все в порядке, то почему она не просыпается? – Спрашиваю я дока, пока он накладывает мне швы. Я заставил его сначала осмотреть Зои. Он говорит, что с ней все в порядке. Что она проснется. Что серьезных травм нет.

– Она пережила травмирующее событие. Шок, тревога, страх. Это сказывается на психике. Она очнется. И когда это произойдет, ей понадобится помощь. Я бы посоветовал показать ее кому-нибудь, – говорит Док.

Я киваю, но больше ничего не говорю. Я понятия не имею, как это повлияет на Зои. У нее и так посттравматическое расстройство. Но я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь ей пережить это.

Док собирает свои вещи, и через несколько секунд Джио и Санто выходят вслед за ним. Я не хочу оставлять Зои, поэтому мы в моей комнате. Она в моей постели. Она выглядит умиротворенной, как будто спит.

– Она сильная. Она справится с этим, – говорит Иззи.

Я перевожу взгляд с нее на Михаила.

– Как думаешь, ее панические атаки станут хуже? Чаще?

– Не знаю. Они уже не так плохи, как были, когда мы только нашли ее. Этот инцидент был ужасен, но он не сравнится с тем, что ей приходилось переживать раньше, – говорит мне Иззи.

Я знаю, что на этот раз она не подвергалась сексуальному насилию, но она была заперта в комнате с психопатом. И она видела, как убили ее друга.

– Я сделаю все, что ей нужно, – говорю я им.

– Как и мы, – отвечает Иззи.

У Михаила звонит телефон. Он вытаскивает его из кармана пиджака, а затем смотрит на жену.

– Это Кон.

– Подожди. – Я поднимаю руку, не давая ему ответить на звонок. – Спроси его, где он, блять, был.

– Что?

– Ты меня слышал. Спроси у этого ублюдка, где он был. Последние несколько недель он ходил за Зои по пятам вместе с Иваном. Каждый день, кроме сегодняшнего. Спроси его, почему.

Михаил кивает, затем выходит из комнаты, чтобы ответить на звонок.

– Знаешь, ты ему нравишься, – говорит Иззи, глядя на меня.

Я фыркаю.

– Сомневаюсь.

– Да, "нравишься", наверное, слишком сильно сказано. Он уважает тебя, – уточняет она. – Но она любит тебя, и это делает нас семьей.

– Я люблю ее. – Я смотрю на Зои. Желая, чтобы она проснулась.

Михаил возвращается в комнату.

– Мне нужно навестить семью Ивана, – говорит он Иззи.

– Хорошо, я подожду здесь, – говорит она.

– Твой отец разрывает мой телефон. Позвони ему. С детьми все в порядке, но он не в восторге от того, что ему приходится нянчиться с ними.

– Хорошо. Я позвоню ему. – Иззи наклоняется и целует мужа. А меня не покидает ощущение, что я наблюдаю за другой стороной русского Пахана, которую мало кто видит.

– Дай мне знать, когда она проснется, – говорит Михаил, а затем выходит из комнаты.

– Я оставлю тебя отдыхать. Постарайся немного поспать. Когда она проснется, ты будешь нужен ей больше, чем я, – говорит мне Иззи.

Кивнув ей в знак признательности, я беру Зои за руку и переплетаю наши пальцы. Я больше никогда не хочу ее отпускать. Я уже размышляю, как убедить ее переехать ко мне. Возможно, мы будем жить здесь, а может, у нас будет свое жилье. Только она и я. Как я уже говорил Джио, я намерен это сделать.

Гейб купил дом для себя и своей девушки. Хотя Дейзи все еще здесь. Она не хочет переезжать туда без него. Может, я попрошу Элоизу подыскать мне дом в этом районе.

Мой старший брат уже пытался сказать мне, что это не вариант, и он вышел из себя, когда узнал, что Гейб планирует съехать. Этот парень помешан на контроле. Когда мы находимся по отдельности, он беспокоится о нас и хочет быть уверен, что с нами все в порядке.

Однако, думаю, пришло время двигаться дальше.

Я закрываю глаза. Представляю наше будущее. Мое и Зои. У нас будет собственный дом, собака и, в конце концов, дети, которые будут бегать повсюду. Я проведу каждый день своей оставшейся жизни, убеждая ее, что она любима. Целиком и полностью любима.

Я прогоню ее монстров. Буду сражаться с ее демонами вместе с ней. Мы пройдем через это. Это займет некоторое время, и будет нелегко. Но мы справимся с ситуацией – в этом я уверен.

Глава 34

Сквозь мое бессознательное состояние прорываются шепчущие голоса. Разбудив меня. Я открываю глаза и вижу рядом с собой спящего Марселя.

Я сплю? Или это рай?

Я оглядываюсь по сторонам, осознавая происходящее. Я в комнате Марселя. Значит, это определенно не рай. Ведь если бы это было так, я бы находилась в комнате с лучшим дизайном.

Те же самые шепчущие голоса заставляют меня замереть. Я поворачиваю голову и вижу Иззи и Михаила, стоящих в углу. Вот уж никогда не думала, что проснусь, растянувшись на кровати Марселя.

Кровать Марселя. Я резко поворачиваю к нему голову. Он здесь. Но я видела его… Я видела его на земле, а вокруг него была лужа крови. Мои глаза осматривают его торс. Огромная повязка закрывает половину его живота. Он не умер.

– Зои? Ты очнулась. Слава Богу! – Иззи делает шаг ко мне.

Я поворачиваюсь к ней лицом. Теперь она стоит рядом с кроватью.

– Что случилось? – Спрашиваю я ее.

– Ты потеряла сознание. Марсель настоял на том, чтобы привезти тебя сюда, – объясняет она.

Я смотрю на него. Он все еще спит. Его рука крепко сжимает мою. Я не могу быть здесь. Зачем он привел меня сюда?

– Иззи, я хочу домой, – говорю я ей. На глаза наворачивается слезы. Я знаю, что мне нужно сделать. Мне это не по душе, но я не могу остаться.

– Эм, хорошо. Ты уверена, Зои? – спрашивает она меня.

Я киваю, не сводя глаз с Марселя.

– Я должна, – шепчу я. Он жив, но надолго ли? Я так не могу. Я не могу любить. Разбитое сердце – это слишком тяжело.

Будет легче, если я разобью себе сердце прямо сейчас. Так и должно быть. Я не могу быть причиной последнего вздоха Марселя. Не могу смотреть, как он умирает. Не хочу снова испытать такую боль.

– Ладно, дай мне минутку, – говорит Иззи.

Я киваю, но не свожу глаз с Марселя. Затем, высвободив свои пальцы из его, я медленно сползаю с кровати, стараясь не разбудить его. Михаил стоит в дверях со странным выражением лица. Но он ничего не говорит. Он просто берет меня за руку и ведет вниз по лестнице.

– Куда-то идешь? – Спрашивает Вин, когда мы спускаемся вниз.

– Я… – Я не знаю, что сказать. – Мне нужно домой.

Он наклоняет голову скорее в знак признательности, чем согласия, если судить по его следующим словам.

– Ты же знаешь, что ему не понравится, когда он проснется и обнаружит, что ты ушла. Снова.

– Но он будет жив, – напоминаю я ему. – Мне жаль.

Вин продолжает подниматься по лестнице, бросив через плечо:

– Увидимся позже, Зои.

– Отвези меня домой. Пожалуйста, – умоляю я Михаила. Если я не сделаю это сейчас, то, возможно, потом мне не хватит смелости.

– Пойдем, – говорит он, ведя меня к входной двери, где Иззи разговаривает с братом Марселя.

Джио смотрит на меня с… жалостью. Я знаю, как близки Марсель и его братья. Никто из них не одобрит, если я его брошу, как и сказал Вин… снова. Меня это тоже не устраивает. Ненавижу себя за то, что делаю это. Я просто не знаю другого способа защитить себя и его.

– Все будет хорошо, – говорит мне Иззи. Обняв за плечи, она прижимает меня к своей груди.

– Позвони, если тебе что-нибудь понадобится, Зои, – ворчит Джио, прежде чем уйти.

Войдя в дом, я сразу направляюсь в душ. Я стою под струями горячей воды, пока моя кожа не становится красной и у меня не заканчиваются слезы. Надев спортивные штаны и толстовку с капюшоном, и не задумываясь о том, что эта толстовка принадлежит Марселю, я выхожу и застаю Иззи и Михаила на кухне.

– Где дети? – Спрашиваю я, замечая, как тихо в доме.

– Мои родители повезли их в зоопарк, – говорит Иззи. – Садись. Тебе нужно поесть.

– Я не голодна, – говорю я ей.

– А я и не спрашивала. Садись, – говорит она твердым маминым тоном, после чего ставит тарелку с сэндвичем на стойку.

Я опускаюсь на табурет и смотрю на тарелку. Я не лгала. Я действительно не голодна. Все, чего я хочу, – это забраться в свою кровать, укутаться в одеяло и забыть о существовании мира.

– Ты же знаешь, я соглашусь со всем, что ты захочешь. И лично мне этот парень не нравится. Но… – Говорит Михаил, беря половину сэндвича с моей тарелки и протягивая мне. Я беру его. – Он любит тебя и не позволит тебе просто так уйти без боя.

– Может быть. – Я уже второй раз ухожу от него без объяснений. Сколько можно бороться с одним человеком?

У Михаила звонит телефон, и он отвечает на звонок, ведя разговор на родном языке до последнего предложения.

– Впусти его, – говорит он, глядя на меня.

Я качаю головой.

– Я не могу встретиться с ним. – Я встаю с табурета.

– Ты должна поговорить с ним. Если хочешь, чтобы он оставил тебя в покое, можешь ли убедить его сделать это, либо я могу заставить его исчезнуть. – Михаил пожимает плечами, а затем добавляет: – Навсегда. – Подчеркивает он, на случай, если я не поняла его слова, которые он произнес громко и предельно ясно.

– Я поговорю с ним. – Вздыхаю я. – Дай мне минутку. – Я иду по лестнице в задней части дома. Мне нужно подготовиться к встрече с ним. Мне нужно смотреть на него, не теряя самообладания, но я не уверена, что смогу это сделать.

Я спускаюсь вниз, когда слышу, как Иззи и Михаил уходят из кухни. Я знаю, что это неправильно. Но сейчас я не могу это сделать. Не могу встретиться с ним лицом к лицу.

Что касается моего сердца? Я могу разбить его. А его? Будет очень тяжело увидеть боль в его глазах. Я открываю заднюю дверь и делаю шаг на веранду, прежде чем низкий голос заставляет меня подпрыгнуть на месте.

– Сбегаешь тайком?

– Санто, какого черта! Ты напугал меня до смерти, – говорю я брату Марселя.

– Извини, – говорит он. – Куда ты идешь?

– Почему ты шныряешь по моему заднему двору?

– Я пришел с Марселем. Он вошел через парадную дверь. Я решил зайти с черного хода. – Он пожимает плечами. – Где ты планировала спрятаться?

– Я и не собиралась прятаться, – лгу я.

– Еще как собиралась, но ты и сама знаешь, что он, скорее всего, найдет тебя, как одна из тех поисковых собак. Он не сдастся только потому, что ты сбежишь, – говорит Санто.

– Ты был прав, – говорю я ему.

– Обычно я не прав, но о чем ты? – Усмехается он.

– О том, что ты говорил о любви, – говорю я. – Она только уничтожает нас. Не существует такого понятия, как "долго и счастливо". Любовь – это катастрофа, которая только и ждет своего часа.

– Я был неправ. – Качает он головой. – Если у тебя есть любовь, Зои, то держись за нее так долго, как только сможешь.

– Я думала, что он умер, – шепчу я. – Я тоже хотела умереть. – И снова я не знаю, почему открываюсь ему.

– Но он не умер, и ты тоже.

– Это больно. Я не могу этого сделать. – Я опускаюсь на скамейку, выходящую в сад.

– Это действительно больно, но это не значит, что дни, когда вы были друг с другом, того не стоят. Дни, когда вы безмерно счастливы. Не лишай себя этого. – Санто садится рядом со мной.

– Не думаю, что смогу это сделать. Я виновата в том, что он пострадал, и не хочу быть причиной его смерти, – признаю я.

– Нет лучшей причины умереть, чем любовь, Зои. Подумай об этом. С тобой действительно все будет в порядке, если он решит двигаться дальше? Если он женится на другой женщине и будет жить той жизнью, которую вы должны были прожить вместе?

Мне не нравится мысль, что Марсель будет с другой женщиной. Ни капельки. Но мне также не нравится мысль о том, что ему причинят боль. Или, что еще хуже… убьют. Из-за меня.

Глава 35

– Где она, черт возьми? – Как бы я ни старался говорить спокойным, тихим голосом, у меня ничего не получается. Мои слова звучат резко и громко. Но разве можно меня винить? Я, блять, проснулся оттого, что моей девушки не оказалось в постели, где я заснул рядом с ней.

Я ужасно зол. Как она посмела вот так взять и уйти. Без записки, без объяснений, просто… ушла. Ну и нахуй это. Если Зои хочет прекратить все отношения между нами, ей придется сильнее постараться, а не просто сбежать к себе домой. Я не позволю ей уйти. Никогда.

Мне все равно, как сильно она будет упираться. Я просто буду более настойчивым. Она может строить любые стены, какие пожелает, но я разрушу их. От них не останется ничего, кроме обломков.

Я не позволю ей разлучить нас, потому что знаю, что она – то, что мне нужно. Если ее не будет рядом со мной, то мне не нужен никто другой. Я не хочу жить, если она не будет моей.

– Она спустится через минуту. Она знает, что ты здесь, – говорит Иззи.

Она знает, что я здесь. Я смотрю на лестницу, но интуиция подсказывает мне, что ее там нет. Проходя мимо Михаила и Иззи, я направляюсь к задней двери. Я открываю ее и замираю на пороге, когда вижу Зои, сидящую рядом с Санто на скамейке.

Они сидят ко мне спиной, но по тому, как напрягается спина Зои, я понимаю, что она услышала, как я открыл дверь. Санто поднимается на ноги и оборачивается, встречаясь со мной взглядом. Он слегка кивает, после чего идет в сторону дома и исчезает за углом.

На мгновение я замираю на месте. Меня охватывает страх. Боюсь, что если я пошевелюсь, Зои либо сбежит, либо совсем перестанет обращать на меня внимание. Когда она не реагирует на меня, я подхожу и сажусь на место, которое освободил Санто.

Взгляд Зои прикован к чему-то на заднем дворе. Даже когда я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее, она не двигается.

– Что я сделал не так? – Спрашиваю я. Потому что сейчас я понятия не имею, почему она ушла, и тем более не знаю, как это исправить.

– Ничего. – Отвечает Зои едва слышным шепотом.

– Тогда почему ты ушла? – От этого вопроса она поворачивается ко мне, и по ее щекам текут слезы. Я поднимаю руку и вытираю их большим пальцем. – Не плачь. Мне очень жаль. Что бы это ни было, мы можем с этим разобраться, Зои.

Она качает головой.

– Я думала, ты умер.

– Я определенно не мертв, детка. – Я улыбаюсь ей, надеясь хоть немного облегчить ее печаль и боль.

– Дело не в этом. Я думала, ты умер, и я хотела… Я тоже хотела умереть. Больше не хотела жить. Я не боролась. А просто ждала смерти, – говорит она.

Мое сердце замирает, а во рту пересыхает.

– Мысль о твоей смерти уничтожает меня, Зои. Не делай этого. Всегда, блять, борись за себя. Даже если меня здесь больше не будет, я хочу, чтобы ты жила. Хочу, чтобы ты прожила долгую, полноценную, счастливую жизнь.

– Я не хочу снова испытывать такие чувства, Марсель. Я не могу, – говорит она мне.

– Детка, мы не можем постоянно жить в страхе перед "что, если". Если ты будешь думать только о возможных проблемах, то упустишь все хорошее, что могло бы случиться.

– Я никогда в жизни не испытывала такой сильной боли. Ты забрал мое сердце, Марсель, и оно разбилось вдребезги. Я не уверена, что оно сможет исцелиться после такой травмы.

– Я знаю, что ты напугана. Я понимаю. Когда я узнал, что ты… ушла, я чертовски испугался, что больше никогда тебя не увижу. Я понимаю. Я люблю тебя.

– Я знаю, – говорит она. – Но не думаю, что смогу любить тебя, Марсель.

Ее слова выбивают из меня дух. Но я не показываю ей этого. Ей нужно, чтобы я был сильным.

– Все в порядке. Я могу любить себя за нас обоих, – говорю я ей. – Это не конец нашей истории, Зои. Это только первый акт. У нас впереди еще столько всего.

– Ты не понимаешь. Нам нужно покончить с этим, пока не стало слишком поздно. Я не могу этого сделать. Я не могу снова испытывать подобные чувства. Не могу. – Она встает со скамейки. С каждым словом, которое она говорит, ее голос становится все громче.

Хорошо, пусть злится. С гневом я точно могу справиться. Гораздо легче видеть ее сердитой, чем видеть, как она, блять, плачет.

– Нет, ты не понимаешь. Этому нет конца, Зои. Между нами ничего не кончено, черт возьми. Тебе было больно. Я сожалею об этом, но в этих отношениях не только ты. Я тоже здесь и имею право выбора. Мой выбор – это ты. Всегда ты. – Я встаю и в три шага сокращаю расстояние между нами. – Можешь отталкивать меня сколько хочешь, Зои. Я никуда не уйду.

– Нет. Мы не можем и дальше встречаться. Это плохо кончится. "Долго и счастливо" – это не про нас. – Она толкает меня в грудь.

Я не двигаюсь.

– У нас есть шанс жить долго и счастливо, Зои. И я его не упущу.

– Я. Не. Хочу. Чтобы. Ты. Был. Здесь! – кричит она и снова толкает меня в грудь.

Я по-прежнему не двигаюсь. Но что-то меняется в лице Зои. Она останавливается, делает два шага назад, и ее глаза расширяются. Она напугана.

– Да, вот так, – говорю я ей. – Ты можешь бить меня сколько угодно, Зои. Блять, пристрели меня, если понадобится. Я никуда не уйду.

– Прости меня, – шепчет она.

– Ты же знаешь, что я не такой парень. Я никогда не подниму на тебя руку. Никогда не причиню тебе боль. – Я подхожу ближе к ней. – Мне ужасно не нравится, что ты меня боишься, – говорю я, обнимая ее за спину. Затем я притягиваю ее к своей груди.

– Я знаю, что ты не такой парень. Но мне тоже не следовало тебя бить. Прости. Мне так жаль, – повторяет она.

– Тебе не за что извиняться. – Я целую ее в макушку.

– Я все разрушаю. Я больше не знаю, что делать.

Я чувствую, как ее слезы пропитывают мою рубашку.

– Все в порядке, детка.

– Нет, – говорит она.

– Зои, что бы ни случилось, мы будем вместе. И найдем свой путь. Я обещаю.

– Я в ужасном состоянии, Марсель. Ты не заслуживаешь того, чтобы быть с кем-то вроде меня.

– Я никуда не уйду. Я здесь. Я здесь ради всего этого. Мне нужны все твои части: и сломанные, и целые. Пока ты рядом, мне все равно, что будет дальше, – говорю я ей. – Я люблю тебя, Зои.

– Я слишком сильно люблю тебя. Это пугает меня до смерти, – говорит она.

– Что ж, мы можем бояться вместе. Мы можем вместе радоваться, вместе грустить. Что бы мы ни чувствовали, мы сделаем это вместе.

Она вздыхает, качает головой и смотрит на меня сквозь влажные ресницы.

– Почему ты такой идеальный?

– Я далеко не идеален, детка. Но ради тебя я всегда буду стараться быть тем, кто тебе нужен и кто сможет исполнить все твои желания.

– Ты и так даешь мне все, что нужно. Прости, что я сбежала… снова.

– Все в порядке. Я всегда найду тебя и верну домой, – говорю я ей.

– Что нам теперь делать? – Спрашивает она.

– Теперь? Ты выйдешь за меня замуж. И позволишь мне обладать тобой до конца наших дней.

– Хорошо, – говорит она.

Я смотрю на нее, моргая. Это слишком просто.

– Хорошо? – Повторяю я, задаваясь вопросом, действительно ли она сейчас согласна на мое импровизированное предложение.

– Да. Я выйду за тебя замуж. Хотя ты вроде как не попросил моей руки. Но мой ответ – да.

– Ни хрена себе. Черт. Детка, я сделаю тебя самой счастливой женой в мире. Я подарю тебе наше "долго и счастливо". – Я наклоняюсь и завладеваю ее губами, стараясь выразить этим поцелуем все свои чувства. Я показываю ей, что моя любовь никогда не ослабеет.

Она и я – мы одно целое. Не существует одного без другого.