Текст книги "Безумный БигБосс 6 (СИ)"

Автор книги: Кай Ханси

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Глава 550

Множество окон в высотках и яркие неоновые огни не разгоняют вечерний сумрак уже несколько месяцев. А еще и зловещая дымка в небе частично перекрывает солнечные лучи. Да, в последние недели стало более солнечно, но вечер каждый день наступает стремительно. Ламповый керосин и восковые свечи – дефицитный ресурс, практически архаика. Ни сами следователи, ни сотрудничающие с ними полицейские не хотят тратиться на такие вещи, если в этом нет необходимости.

Некоторые рассматривают трущобы невооруженным глазом или в бинокль. В прямой видимости на той стороне царит суета. Местные жители зачем-то ходят от дома к дому. Однако, совсем не складывается впечатление подготовки к восстанию. Если бы кто-то собирал людей для продолжения мятежа, естественно, взад-назад блуждали бы группы подростков и молодых людей или мужчин разных возрастов. В трущобах же, напротив, с места на место перемещаются семьи, либо женщины и старики. Крепкие молодые люди имеются, но все они либо в одежде охранников, либо в полицейской униформе.

Подручные местных властей все тщательно записывают и анализируют ситуацию. Вроде бы, кто-то действительно плотно взялся за подавление бунта. Потенциально опасных молодых мужчин где-то изолировали, а всех остальных переместили. Скорее всего, для проведения массовых обысков. Заметно, что кто-то таскает мебель, сумки с продуктами и какие-то тюки, непонятно с чем. Возможно, в наказание местных кто-то отдал приказ прибрать к рукам все их имущество.

На переднем плане по ближайшей к району для рабочих улице также ходит много оборванцев в старой и даже окровавленной одежде. Они несколько отпугивают переселенцев от прогулок по улице и вводят заблуждение следователей, считающих, что отщепенцев просто выгнали из дома пока охранники мародерствуют. На самом деле замаскированные под местных артостцы и земляне патрулируют территорию, чтобы не допустить в трущобы незнакомцев. На верхних этажах домов и на крышах уже несут пост наблюдатели и снайперы, готовые избавиться от потенциальной угрозы в любой момент.

Тьма медленно опускается на город. Полудюжина молодых ребят в солдатской одежде собирается вместе. Они спокойно прогуливаются по району для военных, повсеместно получая от окружающих слова одобрения и практически фанатские рукопожатия. Этих шестерых, как и еще нескольких их товарищей уже многие знают. Именно они действовали быстро и решительно в первые часы мятежа, сделав мятеж возможным. Естественно, это заслуживает уважение.

Побродив какое-то время между казарм, шестеро землян пользуются темнотой и приближаются к разделительной стене. С той стороны слышится жужжание дронов. Подростки разбиваются на тройки и бесшумно устремляются к наблюдательным вышкам. К моменту их прибытия несколько караульных уже уснули под транквилизатором, других же удается быстро вырубить.

На стену посередине между вышками падают несколько крюков. Бойцы спецназа ловко вскарабкиваются на стену и спускаются с другой стороны. Они бегут вдоль стены к следующим вышкам. Действуя изнутри и снаружи земляне в короткие сроки захватывают весь участок стены, разделяющий район для военных и промышленную зону. Затем они переодеваются, изображая местных.

Кто-то продолжает шуметь, как наблюдатели на вышках ранее. Даже более их. В воздухе разносится запах алкоголя, загорается несколько костров. Под прикрытием света костров и шума алкогольной вечеринки в центре стены сотрудники логистики делают проем, достаточный для прохода людей и небольших ручных тележек. Сотни артостцев и землян, заранее переодевшихся в форму, похожую на ту, что носят местные военные, устремляются в проем.

Шестеро подростков берут под свое командование десяток бойцов каждый. Шесть групп, полномочия которых никто не рискует проверить, подходят к казармам с разных маршрутов. Блуждающих вокруг солдат отправляют на отдых либо на обед. Если кто-то проявляет упрямство, ему намекают на возможность подзарядиться возле костра. Там им точно никто не откажет в гостеприимстве. Кто-то отправляется на боковую, другие же незамедлительно идут к костру, пока все горячительные напитки не разобрали.

Прошли сутки, а в лагере повстанцев все еще царит хаос. Какие-то зачатки субординации только-только начинают проявляться, однако, об установлении полного порядка пока не может быть и речи. Когда прошел кураж первого дня, многие люди начали бороться за власть. Группировки, фракции и альянсы то образовываются, то распадаются. До мордобоя и перестрелки дело еще не дошло, но они возможны в будущем. Простые солдаты, не стремящиеся подняться по карьерной лестнице, а думающие лишь о хлебе насущном, толком не понимают, кто кому подчиняется.

Одной из первых задач, которую новоиспеченные командиры поставили перед собой и практически успешно выполнили, оказалось отстранение от власти молодняка, спровоцировавшего всех на мятеж. Зелены они еще. Да, за счет скорости, бесстрашия и удачи им удалось сделать то, на что другие долгое время не могли решиться. Вместе с тем, агрессивная молодежь только наломает дров в предстоящих переговорах с муниципалитетом. К тому же, командовать большой армией – не то же самое, что действовать лично, на острие атаки.

В результате подростки под уговорами со всех сторон оказались мягко выдворены из штаба. Впрочем, земляне этого и добивались. Оказавшись снаружи, они продолжили следовать плану. Командиры все больше времени проводили в штабе, обсуждая разделение власти и офицерские назначения, а потом и требования к городским властям. А молодые парни, спровоцировавшие бунт, ошивались то тут, то там, просто общаясь с солдатами. Хотя они не отдавали никаких приказов, многие подумали, что эти улыбчивые и контактные ребята уже стали начальниками.

Если новым командирам района для военных дать еще несколько дней на обсуждение и разбор полетов, безусловно, недоразумение можно будет легко обнаружить. Но чего у города нет, так это времени на реакцию. Пользуясь отсутствием полной цепочки командования и тем, что никто толком не знает, кто за какой объект несет ответственность, республиканцы повсеместно заменяют ключевых людей, патрульных и караульных на своих собственных.

Офицеры, подконтрольные муниципалитету, проводят весь день в тревожном ожидании. Внизу происходит какая-то суета, кто-то точно консолидирует власть в трущобах и промышленной зоне. Но кто это, никто так и не может понять. Все отправленные в город люди исчезли. Никто заранее не догадался наладить связь с помощью световых сигналов. И муниципальные власти так и не ответили ни на один сигнал, посланный со стены.

Наблюдатели с мощными телескопами замечают демосов недалеко от города. Те, естественно, привлечены перестрелкой в городе и полны любопытства. К облегчению военных неизвестные боевые отряды перехватывают демосов задолго до прибытия последних к стенам города. У неизвестной силы множество военной техники, включая даже танки и самоходные зенитки. Привлеченные группы демосов немногочисленны и терпят сокрушительное поражение ближе к закату.

На стене караульные вяло следят за городом. У некоторых из них за весь день во рту не было и крошки, ведь припасы сейчас контролируются бунтовщиками. К несчастью, группы, отправившиеся в город за припасами, так и не вернулись. Всем им уже давно хочется есть, пить и спать. Многие из них уже давно бы перешли на сторону бунтовщиков, если бы не непонятная ситуация в трущобах и не полный контроль офицеров над баррикадами напротив восставших солдат.

Из трущоб к защитной стене подходят несколько команд землян. И с внешней, и с внутренней стороны к стене подлетают дроны и усыпляют несколько караульных. Из-за темноты, усталости и сонливости местные защитники пропускают момент, когда спецназ землян взбирается на стену и берет под контроль ее часть. Сначала с одного торца, затем с другого.

Солдаты Республики тихо продвигаются дальше, вплоть до баррикады, разделяющей бунтовщиков от легитимных военных. В короткой и практически бесшумной стычке, республиканцы быстро выводят из строя защитников на баррикадах и занимают их место. Бунтовщики по другую сторону ничего не замечают, продолжая думать, что их противник – военные муниципалитета.

Сразу после этого две группы земного спецназа маскируются под мятежных солдат и продвигаются к центру контролируемой легитимными военными части стены. Им активно помогают дроны и стрелки на крышах домов в трущобах. Многие солдаты, оставшиеся в сознании и в строю после атаки землян, принимают последних за мятежников в мгновение ока сдаются, обещая примкнуть к восстанию, если их пощадят. Их либо лишают сознания, либо связывают и препровождают в трущобы. Что будет дальше – уже решат следователи Республики после тщательного допроса.

Тем временем, завербованные артостцы и земляне медленно и аккуратно захватывают окраинные бараки, пользуясь влиянием первоначальной команды шпионов. Мятежные командиры, сосредоточенные на распределении власти и будущих требованиях к городским властям, мало уделяют внимания баракам, справедливо полагая, что охранникам центрального района сначала нужно преодолеть разделительную стену.

В общем-то, в бараках в этот момент мало солдат. Большинство разбрелись по району. Многие предпочли переночевать на наблюдательных вышках или возле костров. Они даже не ложились спать со вчерашней ночи. Кто-то продолжает искать оружие, съестные припасы или даже женщин. Но так никого и не нашли в свободных зонах. На территорию командиров никто не рискнул ворваться.

Женщинам действительно повезло. Изначально все они концентрированно в домах и общежитиях для персонала. Уборщицы, повара, секретари и даже «игрушки» генералов еще в первую ночь были найдены прямыми подчиненными дюжины шпионов. Их быстро накрыли плащами и сопроводили в пару бараков. Охрану бараков земляне доверили ближайшим подчиненным, прибывшим вместе с ними с базы землян.

Эти горячие головы отправились с делегацией Артоста из исключительно патриотических чувств, а также несколько недель учились на базе. Хотя каждый из них прошел через реки крови и горы печали в первое время после прибытия демосов, эти парни сохранили моральную чистоту, что стало понятно после допросов. Естественно, они бы ни за что не позволили местным солдатам надругаться над бедными женщинами, даже ценой своей жизни.

Теперь же они могут вздохнуть с облегчением. Когда пред ними появляются боевые группы, по выправке и слаженной работе парни быстро соображают, откуда ноги растут, но решают промолчать. Они уже поняли, что их страны больше нет. Как минимум, этот дрянной город не имеет никакого отношения к тому Артосту, который они помнят и память о котором лелеют.

Земляне также быстро захватывают гауптвахту – главную цель сегодняшней операции. Если пленные в бараках – мелкие сошки, то на гауптвахте сейчас задержаны офицеры разного уровня. Помимо того, что они потенциальные преступники, у них можно выведать больше информации о городских властях. Женщин и пленных из бараков, а также заключенных с гауптвахты тихо перевозят в промышленную зону, где уже организованы временные допросные комнаты.

Гауптвахту уже почти полностью берут под контроль, когда на стене слышится перестрелка. Автоматные вспышки замечают не только в районе для военных, но и в элитном районе. Охранники элитного района думают, что солдаты на стене вновь восстали. Мятежники же подозревают, что офицеры впали в междоусобицу. Некоторые из них подбираются к баррикадам и пытаются задать несколько вопросов. Под прикрытием разговора бунтовщики пытаются понять, насколько прочна оборона другой стороны.

Однако, баррикады уже принадлежат республиканцам. Оружия у них только больше, чем у предыдущих солдат, и мятежники решают не рисковать. Они возвращаются на свои позиции и ожидают дальнейшего развития событий. Из-за перестрелки на стене лидеры охраны элитного района даже будят чиновников. Но те только вновь впадают в тревожные пересуды, не предпринимая реальных действий.

Начальство местной охраны отвлекается на непонятки на стене, и их скорость и точность в принятии решений снижается. Активность охранников района для богатых резко падает. Пользуясь темнотой, отсутствием активности и усталостью охранников, бойцы Республики возобновляют свою деятельность в элитном районе. Команды, защищающие аукционный дом, бордели и крупные развлекательные центры, получают подкрепление, боеприпасы и провизию.

В ключевые здания также проникают бригады медиков. И некоторых из них воротит от увиденного. Некоторые развлечения, входящие в меню местных заведений, находятся за гранью добра и зла. Людей, нуждающихся в срочной медицинской помощи, не десятки, а сотни. Кто-то даже находится при смерти или в коме. Некоторых из них приходится реанимировать на месте, других срочно отправляют тайными тропами за пределы города.

Вместе с ними перевозят детей. Полномасштабная эвакуация все еще невозможна, если только не раскрыть перед местными все карты. Но в таком случае теряется весь смысл операции, поэтому снабженцы и медики вынуждены переправлять людей небольшими партиями.

Ночью другие команды землян захватывают также несколько полицейских участков в районе для рабочих. Используя эти участки в качестве отправных точек, республиканцы начинают процесс переписи населения и взятия под контроль района для рабочих. После полуночи в районе трущоб вспыхивает новый «мятеж». Более масштабный и организованный, чем днем ранее. Приспешники чиновников, прикорнувшие на ночь в домах недалеко от КПП своими глазам видят, как разъяренная толпа, в которой можно заметить людей в солдатской форме, прорывается через кордон.

Охранники, защищающие контрольно-пропускной пункт, подготовились очень хорошо. У них много огнестрельного оружия, включая станковые пулеметы. Часть КПП и разделительного кордона укреплена бетонными блоками и машинами. Даже полицейские прибыли в большом количестве. Однако, все оказывается тщетно. У мятежников также есть огнестрел. Охранники и полицейские вынуждены отступить.

Отправленные на расследование приспешники, разумеется, не уполномочены на подавление восстания. И они быстро под благовидными предлогами убегают в элитный район. «Мятежники» захватывают кордон всего за несколько часов. Затем под их контроль переходит городской парк, отделяющий район для богатых от промышленной зоны, вплотную приблизившись к разделительной стене между парком и районом для военных. Стена все еще находится во власти реальных бунтовщиков, которые побоялись, что элитные охранники атакуют их район со стороны парка.

Толстый надкушенный бублик района для рабочих с одной стороны примыкает к промышленной зоне и городскому парку, а с другой – прямо к району военных. За прошедший день охранники и полицейские соорудили здесь несколько баррикад, чтобы мятежные солдаты не смогли пробраться в район для рабочих. Они понимают, что их тыл теперь под угрозой, но сделать ничего не могут. Командиры еще не разобрались в ситуации, и если позволить бунтующим солдатам присоединиться к жителям трущоб, ситуация будет только хуже. Охранники вынуждены спешно выстроить еще одну линию баррикад с внутренней части района.

Ближе к утру армия Республики полностью захватывает половину городской стены, ранее принадлежавшую легитимным военным. Республиканцы также берут под контроль гауптвахту и часть бараков в районе для военных. Удивленные и разъяренные командиры собирают своих подчиненных и агрессивно подступают к гауптвахте.

Однако, они быстро останавливаются и не предпринимают никаких дальнейших действий. Увиденная картина несколько обескураживает, как их самих, так и приближенных. Настроение всех присутствующих похоже на быстро сдувшийся шарик. Хотя новые лица на стенах им незнакомы, те однозначно не на стороне городских властей. Доказательства прямо перед носом!

Глава 551

Утопия-3. Главная база землян

– Владыка! – в кабинет начальника без стука врывается девочка лет двенадцати. – Срочные новости!

– Иванна! – с полным недовольства лицом Большой Босс снимает шлем. – То, что я внес отпечаток твоей ладони в базу данных, не позволяет тебе врываться сюда каждый раз без стука! Или мне сказать Орхе, чтобы она тебя заменила?

– Нет-нет! – девочка сразу же мотает головой из стороны в сторону. – Великий Владыка, Могучий Владыка, Красивый Владыка, не говорите, пожалуйста, тете Настоятельнице! Умоляю Вас!

Иванна падает на колени и жалостливо смотрит на своего начальника. Ее по-анимешному огромные серо-голубые глаза ее полны влаги, словно озера кристально чистой воды. Стоит только ткнуть, и плотину прорвет. Хотя Макс ментально не молод, и даже уже супер-стар, на него нахлынуло воспоминание из далекого детства с милым, с жалким, но хитрым котом. Его недовольство испаряется.

– Ладно! – машет рукой Лидер. – Но больше так не делай!

– Благодарю Вас, Прекраснейший Владыка! – девочка незамедлительно встает с пола и опытными движениями отряхивает пыль с коленей.

Она несколько раз опускает веки с опахалами ресниц, и водоемы, которые можно было бы выпить через трубочку, бесследно исчезают. Не упала ни одна слезинка! Макс мысленно хекает, заметив краем глаза победно сжатый кулачок. Хотя Иванна выглядит на двенадцать лет, в действительности Босс не знает, да, и никогда не интересовался тем, каков ее реальный возраст. Девочка называет Орху тетей Настоятельницей, однако, ментальный возраст его так называемой приемной дочери, скорее всего, не меньше, чем у него самого. И значит, что тетей ее могут называть даже «молодые» люди лет сорока-пятидесяти.

– Докладывай! – начальник восстанавливает суровое выражение лица. – Что там у тебя?

– Демосы активизировались! – быстро сообщает Иванна. – Я побывала на нескольких Утопиях, чтобы проверить информацию. Большие армии демосов собрались возле десятков порталов на каждой планете. Они готовятся к вторжению! Я поймала высокопоставленного демоса и допросила его. По всей видимости, предыдущее разведочное нападение темных тварей на Утопию-1 и Утопию-2 не увенчалось успехом.

Демосы рассудили, что игроки Механоида на этих планетах будут и дальше укреплять свои силы и увеличивать армию. Если упустить момент, то не важно, сколько войск в дальнейшем отправят демонические силы. Все они полягут под стенами укреплений. К тому же, из-за деятельности игроков на Утопии-1 и Утопии-2 слабеет заклинание запрещающей магии, лишая демосов их главного преимущества. Поэтому они решили атаковать всеми силами.

– Как будет происходить нападение? – уточняет Владыка. – На какую планету нападут демосы с Утопии-3?

– И это правильный вопрос! – самодовольно улыбается девочка. – Демосы так и не пришли к единому мнению о нападении. Поэтому их начальство дало шанс всем. Войска со всех двенадцати Утопий с третьей по четырнадцатую нападут на две Утопии в смешанном составе. И кому удастся добиться большего результата, тот и молодец!

– Иными словами, теперь у нас есть возможность не только пробраться на Утопии один и два, но и через них попасть на Утопии шесть, десять и четырнадцать? – с искренним интересом спрашивает Макс.

– Владыка, Вы такой умный! – часто кивает головой докладчица. – Вы точно уловили суть с первого мгновения!

Большой Босс не знает, плакать ему или смеяться. Однако, информация, добытая юной валькирией, достойна самого пристального рассмотрения. Неизвестно, когда Утопии будут соединены порталами Механоида. ЦМ также не сообщила, появятся ли порталы до или после того, как все демосы будут изгнаны, и игроки закончат свою миссию. Хотя Макс рассчитывает, что с собственными порталами земляне сохранят за собой все нынешние базы и крепости, и в дальнейшем с их помощью армия Республики захватит остальные планеты, создать базу заранее – лучшее решение.

Многочисленные разведчики отправляются к портальным точкам для изучения местности и состава войск противника. Затем стратеги разрабатывают план нападения, и офицеры штаба формируют списочный состав будущих боевых отрядов. Солдаты этих отрядов, хотя и продолжают участвовать в сражениях, теперь чаще отдыхают. С ними связываются заранее и сообщают о предстоящей секретной миссии. Главная база землян превращается во взбудораженный улей, готовый прийти в движение по первой же команде Владыки.

* * *

Правительственный город Артоста

Новоназначенные лидеры восстания стоят напротив стены гауптвахты. Стена эта совсем невысокая. Ниже даже стен, разделяющих город на районы. Но сегодня она накладывает гнетущее состояние на присутствующих. И дело не в хорошо вооруженных караульных, прохаживающихся вдоль стены. Проблема в нескольких телах, висящих на ней.

Мятежные солдаты в искореженных от боли и страданий лицах не сразу узнают своих бывших офицеров, которых вот только вчера заключили под стражу. Сегодня они уже стали избитыми и обезображенными трупами. Удивляет не сам факт избиения и убийства, многие бы сделали то же самое, будь у них возможность. Обескураживает крайняя жестокость, с которой это сделали.

Однако, когда кто-то обращает внимание на металлические таблички, прибитые к груди казненных, мятежники быстро приходят в себя. Подробный перечень совершенных преступлений и степень зверства, примененного этими офицерами к невинным людям, заставляют кровь стынуть в жилах. Некоторым даже кажется, что преступники пережили недостаточно много мучений, и что их слишком рано казнили, не осуществив правосудие в полной мере.

Лидеры мятежников переглядываются между собой и бессильно качают головой. Ничего уже нельзя сделать. Тот, кто присвоил себе гауптвахту, не только вызвал животный страх у всех приблизившихся. Судя по степени вооруженности постовых на стенах и качеству их оружия, бунтующие солдаты умоются кровью, если захотят отбить тюремный комплекс обратно. На этот раз им придется отступить.

– Что делать будем? – спрашивает худощавый и несколько бледный от многодневного недоедания мужчина лет тридцати у коллеги постарше. Окружающие лидеры прислушиваются. Сейчас любое мнение имеет ценность.

– Что еще мы можем сделать? – пожимает плечами самый старый и умудренный опытом военачальник. – Видели их автоматы и униформу? Таких автоматов я раньше не видел. И форма, хотя и похожа на нашу, абсолютно новая. Только что с фабрики. Да, и сшита она лучше, чем наша. Часть нашей формы сшили вручную, только половина наиболее важных швов сделана на механической машинке. А форма на тех солдатах полностью на машинке сшита, включая карманы, рукава и нашивки.

А чем это говорит? Эти ребята – точно не одни из нас. Но они и не на стороне муниципалитета. Я так думаю, что они принадлежат той же силе, что подняла бунт в трущобах. Предыдущие восстания не были такими быстрыми, четкими и масштабными. Скорее, они образовались стихийно. А позавчерашнее слишком быстро вышло на большие масштабы. И слишком быстро жители трущоб прорвали полицейские кордоны района для рабочих. Если бы толпа бунтовщиков не прорвалась в элитный район, у нас не было бы и шанса на собственное восстание.

– Говорят, что восстание в районе трущоб подавлено, – высказывает кто-то собственное мнение.

– Так говорили вчера, – качает головой лидер. – Я так думаю, что организаторы восстания просто спрятались на какое-то время, пока жители трущоб и мы привлекли к себе внимание властей и охранников. И когда те расслабились, организаторы ударили вновь. Не только захватив трущобы, но и протянув свои руки в наш район.

– И что потом? – худощавый мужчина напоминает о своем вопросе.

– А что потом? – собеседник вновь пожимает плечами. – Судя по тому, что они сделали с пленными офицерами, организаторы бунта ни за что не пойдут на компромисс с прежней властью. Нам нужно только подождать, пока две стороны перегрызутся между собой. Тогда уже можно будет предъявить требования к победителю. Для нас такой вариант даже лучше будет. Но сейчас нам нужно собрать своих людей. Я заметил, что молодняк, который мы вчера отстранили от власти, сегодня наводит суету в районе бараков.

Возможно, это они пустили вчера внешние силы на нашу территорию. Но сейчас мы ничего не можем с ними сделать. Это мы их отодвинули в сторону. И у них много авторитета среди солдат. Давайте пока не будем ссориться и делить власть, а просто возьмем под свое крыло столько солдат, сколько сможем. Обещайте своим людям все, что можно обещать, и даже больше. Потом разберемся. У каждого будет своя территория, за которую он будет отвечать отдельно. Мы только должны оказать помощь союзникам. Когда мы организуем каждый свою территорию, уже можно будет вести дальнейшие переговоры.

– Давайте так и сделаем, – соглашается бледный.

– Я тоже согласен! – высказывается третий, и другие лидеры подхватывают это решение.

Они быстро договариваются о том, кто какую зону берет на себя. Это только здания, и у каждой локации есть свои минусы и плюсы, поэтому разделение района не вызывает у лидеров восстания особых споров. Куда важнее – скорее принять в свою силу побольше солдат. После разделения территории, они вместе со своими ближайшими приспешниками отправляются на проверку местности, а потом и вербовку новых подчиненных.

Новоиспеченные военачальники также несколько раз общаются промеж собой и даже пытаются наладить связь с контролирующей гауптвахту силой. Хотя начальник армейской тюрьмы не выходит лично, сославшись на сильную занятость, он заверяет переговорщиков в своих союзных настроениях. В том числе, он делится со всеми небольшим количеством сухпайков и бутилированной воды, которых хватит мятежным солдатам еще на пару дней, если расходовать экономно. День проходит в суете, которая не дает им возможности сесть и подумать, что в действительности происходит.

Следователи землян допрашивают местных подозреваемых, применяя пытки и сыворотку правды не только всю ночь, но и на следующий день. Некоторые пьют много кофе и энергетиков, настроившись на сверхурочные, другие придерживаются более стабильного ритма и вовремя передают работу своим коллегам.

Для этой операции Большой Босс привлек много самых профессиональных следователей с главной базы. Утопианцы, взятые под стражу или под наблюдение другими армиями Республики, вынуждены временно перейти в режим ожидания, пока следователи закончат свою работу в этом городе. Присланная команда может одновременно допрашивать сотни людей, и число допрашиваемых ограничено не следователями, прибывшими на работу, а количеством комнат для допроса. Некоторые даже вынуждены отправиться на опросы простых гражданских, не находящихся под подозрением.

Весь день время от времени на стене гауптвахты вывешивается новый труп. И местные солдаты к вечеру стали обходить тюремный комплекс за километр. Только любопытствующие время от времени возвращаются, чтобы посмотреть, кого казнили на этот раз, и есть ли среди казненных их обидчик. Иногда собравшиеся в кучку молодые люди даже закатывают импровизированную пирушку, когда узнают о казни ненавистного им офицера.

Днем лидеры солдатского бунта также связываются с лидерами бунта в трущобах. Последние не являются лично, но присылают переговорщиков. Те обещают работать совместно, либо чтобы отделиться от нынешних городских властей, поделив город на отдельные районы, либо чтобы захватить власть в городе, и потом уже назначить каждому зоны ответственности. Оба предложения, в принципе, устраивают мятежных военачальников.

Они также узнают, что в восстании участвует не одна конкретная сила, а объединение разных людей. Гаупвахту захватил один лидер, другой взял себе трущобы, а третий теперь отвечает за промзону и городской парк. Со стены некоторые солдаты увидели, как элитные охранники атакуют парк и пытаются выбить из него бунтовщиков, но у них ничего не выходит.

Мятежные лидеры также аккуратно исследуют промышленную зону и быстро понимают, что там им ничего не светит. Конечно, каждому хочется большего. И если бы был шанс взять ответственность за большую территорию, это было бы хорошо. Но чего нет, того нет. Военачальники также обращают внимание на трущобы, находящиеся по другую сторону района для военных, однако, мелкий лидер, ответственный за разделительную стену, сообщает, что оборона трущоб также довольно крепка. Посыльные мятежных лидеров даже не поняли, что ответил на их вопросы не местный житель, а завербованный землянами артосец.

* * *

Район рабочих бурлит с самого утра. Для поддержания порядка сюда прибывают новые полицейские и элитные охранники. Однако, они могут поддерживать только псевдо-порядок в некоторых микрорайонах или отдельных кварталах. Часть узких пешеходных улочек и редко посещаемых переулков практически полностью взята под контроль землянами. Патрулирующие рядом с этими улицами замаскированные артостцы не дают местным полицейским обнаружить эти улицы.

С наступлением темноты большие отряды землян перемещаются по захваченным переулкам к разделительной стене района для богатых. По обе стороны стены царит некоторый хаос, поэтому профессионалы без проблем делают проходы в стене. И бойцы землян беспрепятственно перебираются из трущоб прямо в элитный район. Замаскировавшись под местных охранников под прикрытием темноты они беспрепятственно подбираются к захваченным землянами и осажденным снаружи зданиям и находят возможность попасть внутрь.

На самом деле, если бы местные власти объединили усилия, собрали бы толковые группы охранников и начали полномасштабный штурм этих зданий, засевшим в них землянам пришлось бы отступить или вызвать подкрепление. Однако, чиновники и богачи думают о себе, в первую очередь. Они приберегают элитную силу для собственной защиты.

Еще меньше у них желания объединяться с другими. Даже если кто-то поднимает вопрос об объединении сил и атаки на взятые бунтовщиками строения, вся инициатива растворяется в бесконечных спорах и разногласиях по поводу того, кто должен быть главным в этом нападении, а кто второстепенным – в подчиненном положении. Все понимают, что главари будут отсиживаться в штабе, и их люди возьмут на себя самые легкие цели. А основные потери понесут подчиненные силы. Поэтому местным чиновникам и олигархам так и не удается организовать полномасштабное и действительно эффективное контрнаступление.

Более того, не имея общей связи и централизованного командования, охранники не только не могут толком помочь друг другу, а иногда и мешают коллегам. От испуга или случайно местные группировки могут несколько минут вести интенсивную перестрелку, пока не соображают, что сражаются с союзными силами. Хотя смертельных случаев не было, появились раненые, пострадавшие от дружественного огня. Наученные горьким опытом группы охранников элитного района стараются не слишком сближаться с комбатантами, имеющими других хозяев.