Текст книги "Хранительница (СИ)"

Автор книги: Катя Ра

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 28 страниц)

Глава 60

Мне кажется, до этого момента, она играла со мной как кот с мышкой. Буквально. Иначе, почему она валит меня с двух ударов? И каждый раз останавливает косу в миллиметре от моего горла, головы, живота. И констатирует: «мертв».

Сражен наповал.

После десяти «мертвых» меня, она перестала делать намеки на удары. Мне стало ощутимо прилетать. Хоть это и было больно, но я рядом с ней превращался в мазохиста и получал от каждого тычка неописуемое удовольствие. Улыбался как идиот, после каждого удара. Впервые испытываю столько радости от поражения.

Нет, я, конечно, мог бы избежать большинства «смертей», но я не хотел сделать ей больно. А иначе бы не вышло.

Каждый раз она спрашивала:

– Еще? – и я кивал, говоря глазами: «я позволил этому случиться последний раз».

Но в душе просил добавки.

Когда тебя потный мужик вдавливает в пол или держит у горла оружие, это унизительно и противно. И единственное, что ты испытываешь, это желание стереть с его лица эту улыбку победителя. Но когда это проворачивает она… Есть в этом что-то завораживающе.

– Ты подозрительно довольный, – рычала, и нисколечко меня не жалела. – Нашел чему радоваться!

Она думает я полное «дно». И физически и умственно.

Она сделала очередную подсечку, отчего я рухнул, и от удара спиной из меня выбило воздух. Приложился затылком и громко клацнул зубами.

– Юху-у-у! – раздались вопли со стороны.

– Так его, малышка!

– Валит, как всегда, – отмахнулся кто-то. – Это не интересно.

Я поднял голову, и понял что Дарион никакой «народ» не отозвал.

Разношерстная компания из эльфов, двух штук, гнома, одной штуки, трех человек и оборотня стояли/сидели в двух метрах от ринга и доедали Д’авэлевские бутерброды.

– И это новенький кандидат в хранители? – возмутился низкий бородач. – А ну пусти, я ему задам! – он прожевал остатки хлеба и смахнул с бороды крошки. Двинулся к рингу и начал на него влезать.

Я резко сел. Мы стали «одного роста».

– Вы кто такие? – спросил, и встал, пока гном мне в лоб не зарядил. Это с виду они мелкие, что жалко двинуть. Но по факту, сбитые крепыши, «камушки». Твердые, сильные. Ударит по голове, и имени не вспомнишь.

Я осмотрел толпу, и узнал только одного. Творна.

– Сейчас узнаешь, – гном размял кулаки. Я отступил от него. На всякий случай.

Лия подошла к нему, наклонилась, поцеловала в щеку:

– Он весь твой, – и выбралась с ринга.

– Эй?

Вот предательница!

Я перевел взгляд на коротышку. А он уже обзавелся (тяпкой?) оружием.

Ты откуда ее вытащил?

Вопли хранителей усилились. Лия подошла к ним, поздороваться: целовала, обнимала. А я закипал с каждой секундой. Так что, когда гном атаковал, я был готов его поджарить. Потому принял удар и оттолкнул. Сильно оттолкнул. Очень.

– Какого хрена? – он встал, после того, как пролетел всю длину ринга. – Чтоб какой-то сопляк….

На меня пер товарный состав, набирающий скорость.

Проблем с отбиванием его атак не возникло. Это было непривычно, неудобно. Но немного примерявшись, нашел свои плюсы. Размах меньше, да и сверху не ударит.

Слабенький ты какой-то для хранителя, и гнома, – у меня на лице это мог даже слепой прочесть.

Он это заметил. Махнул рукой, и огонь с ближайшего факела полыхнул мне в спину.

– Ты что творишь?! – выставил щит. – Мы без барьера! Тут все сгорит, оглянись!

Остальных его проделки нисколько не волновали. Даже Лию.

Даже так?

Стихийную магию я мог погасить, лишь погасив ее источник. Но споткнуться об него в темноте не было никакого желания. Потому я подбросил под потолок с десяток светляков и, в прямом смысле, сдул с ринга и факелы с огнем, и гнома.

– Ого! – раздалось протяжное, со стороны толпы. Я на секунду решил, что их магия моя впечатлила. Но следующие фразы развеяли мои иллюзии:

– Хана ему. Точно тебе говорю.

– Даже спорить не стану.

– Бедный парень.

– Я бы уже бежала, на твоем месте, – это было от Лии, и я надулся.

Гном не заставил себя ждать. Высек искры, ударив тяпкой в каменный пол, и раздул из них огромное пламя.

А так разве можно?

Я поскорее возвел вокруг себя щит, и очень вовремя. Пламя быстро окружило меня со всех сторон. И пока я не получил тепловой удар, принялся его гасить. Не огонь, гнома.

Мою атаку он смахнул, как до этого крошки с бороды. Пару раз махнул руками, выстраивая рунные кольца, и возвел себе из них защиту.

Ну, супер!

Я таких трюков еще не знал. Поэтому, единственное, что я мог сделать в данной ситуации, это работать мечом, пока мой растраченный резерв не закончился окончательно.

Пока целы были мои щиты объятые огнем, я выскочил с ринга и пошел на него.

Я не знаю, кто он, но он меня уже достал.

Рунная защита стояла как влитая, полостью игнорируя мои попытки ее преодолеть. Гном за этой «стеной» заливался смехом и поддавал жару.

С такими темпами тут полы расплавятся. Так что я принял решение, что пора сменить меч. Я сперва рубанул барьер, стоя с ним, нос к «носу», тем мечом, что дала Лия. Естественно его оттолкнуло, и он улетел под ноги толпе.

– И что теперь делать будешь, сопляк? – смеялся. Пока гном распалял огонь, желая меня добить, я, сделал повторный замах, уже своим мечом.

Он понял, что произошло, лишь, когда пощупал бороду. Она укоротилась до самого подбородка.

– Ну, привет, – сказал и переступил разрушенный узор круга. – Дай сюда! – я отнял тяпку, и погасил остаток пламени.

– Та ну! Это не честно! – вскрикнул один из ребят.

– Если на то пошло, честным было бы магию не использовать, – возразил второй.

Я стоял спиной и не видел переговорщиков, продолжая сверлить взглядом гнома. Я вернул ему оружие:

– Мы закончили? – спросил на всякий случай. А то стоит убрать меч и его понесет снова.

– На сегодня, – ответил и гордо прошел мимо. К ребятам.

– Молодец, – похвалил стихийника. И мысленно порадовался, потому что следующее пламя мне нечем было бы гасить. Я полностью иссушен.

Хотя тут есть, кем резерв пополнить. Пусть только дернется.

– Это что выходит? Лии он проиграл с треском, а Пиро сделал за пару минут? – удивился один из эльфов.

– Та он жульничает, – махнул другой, тот, что младше.

– Иди на ринг, – предложил. – Я только разогрелся.

– Идем! – он ловко туда запрыгнул, а я сменил оружие.

Этому малому до Дариона было далеко. И в скорости, и в ловкости. С магией я бы справился с ним куда быстрее. Но, увы.

– Два – один, в мою пользу, – я помог ему встать.

– Оружие тебе помогает? – спросил эльф. Я покачал головой.

– Нашел чем кичиться, – мое хорошее настроение попытался испортить гном. – Сопляка да старика одолел.

– Ладно, парню, двадцати нет. Но тебе-то столько лет, а ты так ничему и не научился? – гном дернулся в мою сторону.

– Ах, ты! – его поймал Творн:

– Пиро, я понимаю, ты у нас горячий. Но давай ты остынешь? – я висел на канатах и ждал. Вдруг не остынет.

– И все равно! Девчонку одолеть не смог, – Пиро вывернулся из рук Творна и решил, что этим меня унизил.

– Предлагаешь мне за счет своей девушки самоутверждаться? – спросил, и он вновь вспыхнул. Только в этот раз его действительно погасили.

– Что тут происходит? – Рейвен спросил тихо, но его фраза заглушила все смешки, оханья и выкрики. В библиотеке повисла гробовая тишина. Я, кажется, слышал, как у меня кровь по венам течет.

– Веселимся, – ответил за всех. – Присоединяйся, – я махнул рукой, приглашая его на ринг. Думал, он не упустит этой возможности, но нет.

– Кто разрешил покинуть хранилища? – спросил у притихшей толпы. Я его прям зауважал. Его так все боятся.

– Дарион, – ушастого сдал я. Может это была великая тайна, но я хотел посмотреть, что волк сделает с этим прохвостом.

– Понятно, – протянул оборотень. – А кто все это затеял?

Почему все показывают пальцами на меня!?

– Эй! Я вообще просто с Лией разминался! – возмутился.

– Разминали тут только тебя, – буркнул на меня гном.

Нет, ну нормально?

– Две минуты. И чтоб я тут никого не видел, – сказал Рейв. – Лили. Тебя это тоже касается. Библиотека сама не запрется.

Я даже не знал, как на это реагировать. Но она кивнула и пошла в сторону клетки, предварительно оставив косу возле ринга.

Толпа понемногу рассосалась:

– Приятно было познакомиться.

– Ну, удачи.

– Еще увидимся.

Пиро напоследок показал мне большой палец, усмехнулся и двинул к порталу.

– Он тренирует новичков, – сказал Рейв, видя, как я задумчиво провожаю гнома взглядом.

– А остальные? – спросил.

– Самый молодой эльф, Сайлс. Будущий хранитель. Второй – Фисарим. Друг Дариона. Творна ты знаешь. Еще двое парней, такие же хранители, как и я с Д’авэлем. Вне стен библиотек. Даг и Вигге. Оборотень, Арне, хранитель в Стае. И я понятия не имею, что он тут забыл.

– Ты понятия не имеешь, что тут забыл только он? – уточнил.

Другие вопросов не вызывают?

– Другие общаются между собой, – пожал плечами Рейв.

– А он?

Изгой что ли?

– А он – нет, – было мне ответом.

Логично.

– Иди, смой кровь, Свон. Дышать нечем, – Рейвен пошел вглубь библиотеки, в противоположную сторону от портала и клетки.

Я остался один.

Решил, что Лии все равно нужно время побыть с библиотекой, отправился наверх.

Глава 61

Когда я вышел из душа, Лия уже ждала меня, сидя на кровати.

– Тебе не стыдно? – я показал на обработанные мною порезы, которые она оставила своей косой.

– Нет, – ответила, и улыбнулась. – Стыдно должно быть тебе.

Я сжал губы, раздумывая: обидеться или рассмеяться.

– Что это за аномалия была? – возмутилась.

– Ты о чем? – я сел рядом и притянул ее ближе. Она вывернулась:

– О том, что ты мне проиграл. Зачем ты притворяешься?

– Я не притворяюсь, – ответил честно. – Просто это «ты». Ничего не могу с собой поделать.

Я же не виноват, что рядом с ней превращаюсь во влюбленного и рассеянного идиота. Или виноват?

– Нет, я мог бы избежать этих ран, пользуясь магией или применяя более грубые контратаки, – я снова сгреб ее к себе, не смотря на протест. – Но первое бы не сработало в твоем случае, а второе – извини, но просто нет.

Она вроде удовлетворилась ответом, но все равно была нахмуренной.

– Ну, мась, – поцеловал ей плечико. – Ну не дуйся, – шею. – А? – она начала улыбаться. Зажмурилась, подставляя мне щеку. А я хороший мальчик. Меня дважды просить не надо….

– Я такой голодный… до тебя, – протянул.

– Конечно, не ужинали же, – ответила. А я хмыкнул ей в шею.

Кто о чем….

– Идем. Я подогрею рагу, – она попыталась соскользнуть с кровати.

Кто меня за язык тянул? – я вознамерился никуда ее не пускать.

– Идем, – она это поняла. – Тем более что Рейв тоже скоро закончит обход, и придет ужинать.

Да чтоб его….

– Тут вообще реально остаться одним хоть на вечер?

Не библиотека, а проходной двор.

Я уже серьезно подумывал вытолкать всех лишних в черный провал портала (свою мечту, воспользоваться им, я уже все равно исполнил), к Творну в библиотеку, и сломать его. Гляди, день-другой тут никто не появится.

– Реально, – в моей душе поселилась надежда. – Обычно никто и не ходит так друг к другу. Просто, – она сделала долгую паузу, – Я не знаю, как это объяснить. Пусть будет просто – это из-за тебя.

– Значит, если меня тут не будет, они и шастать перестанут? – Лия пожала плечами.

– Я ни в чем не уверенна. Может и наоборот.

Ладно. Подкоплю сил и разберусь с этим. Ну а пока….

– Иди в душ. Я сам все подогрею.

М-да. С магией было бы проще.

Я только плиту минут пять пытался включить. Она у нее какая-то странная. Благо Лия вышла из душа и спасла меня.

Дальше я уже справился. Подумаешь, кастрюлю на огонь поставить. Лия тем временем накрыла на стол. И принялась за салат.

– Так значит, ты узнал ритуал, – сказала, выстукивая ножом по доске, нарезая зелень.

– Угу, – я помешал рагу в кастрюльке.

– Что еще ты узнал? – я замер. Нет, я хотел с ней поговорить об этом, но не так. Сразу.

– Только одно. Библиотека высосала из отца совсем немного сил. Почти все пошло на ритуал, – она перестала резать овощи. Отложила нож, и всмотрелась в мое лицо. – Так что, думаю, ты на правильном пути. Подружишься с ней, и будешь спрашивать все что захочешь….

– Погоди! – меня перебили. – Ты как? – спросила уже спокойно.

– Ну, если не считать, что я убил отца своей выходкой, буквально, то все отлично, – я выключил плиту. – Все готово.

– Элиот, – вздохнула. – Ты был ребенком. Он взрослый мужчина. Он знал что делал. Он сам на это пошел.

– Кто же спорит….

– Представь себя на его месте.

– Ой, нет, – оборвал. – Я уже достаточно хорошо все прочувствовал, – вспомнил чувства, которые мне показал демон, и передернул плечами, пытаясь стряхнуть эти ощущения. Но они въелись мне в память как родные.

– В смысле?

– Демон погрузил меня в его воспоминания, – я наполнил три тарелки на столе, а Лия все также ничего не делала.

– Ты потому был такой, да? – я кивнул.

Хватит, пожалуйста.

– Давай просто поужинаем?

Я понимаю, что она хочет как-то помочь, но только тыкает ножом в уже и так, сплошную рану.

– Хорошо, – взялась за нож. – Но мы к этому вернемся.

– Угу, – я сел и ждал, когда она закончит. Посмотрел на часы: полвторого. – Поздний ужин уже становится нормой.

– С нашей работой, спасибо, что вообще есть.

Возможно. Но я-то не работаю.

– Вы уже накрыли? – волк вошел бесшумно. Отчего у меня началась паранойя, что он там все это время стоял.

– Ты вовремя, – ответила Лия, сбрасывая остатки нарезки в миску. Заправила салат маслом, специями и разложила в три тарелки.

Волк меня игнорировал, в том смысле, что не задевал. И моя паранойя начала усиливаться.

С чего это он такой добрый?

– Свон, у тебя, кажется, комната в общежитии есть.

А, нет. Все в порядке.

– Хочешь ее занять? – включил дурака, прекрасно понимая к чему он клонит.

Он ничего не ответил. Только обжог взглядом, и забыл про меня.

– Утром обход за тобой, – Лия кивнула, догрызая салат и поглядывая на мой. Я пододвинул ей тарелку.

Оставшийся ужин прошел в тишине, нарушаемой лишь звоном ложек о дно тарелок и хрустом.

Волк, специально (или нет), не спешил.

Бесил меня, одним словом.

Я уже давно опустошил тарелку, и даже помыл посуду. А он все жрет. Лия наводила порядок на кухне, пока я в третий раз протирал и так уже сухую тарелку.

– Насквозь не протри, – он на меня даже не глянул. Я оставил несчастную в покое, пока она не разбилась о чью-то голову.

– А я думал, ты уснул над тарелкой, – удивился.

– Не начинайте, – Лия прервала уже открывшего рот оборотня. – Ты будешь сегодня еще заниматься? – это мне.

– Нет, – ответил.

Мне и вечера хватило.

– Тогда пойдем, – она вытерла руки. – Спокойной ночи, Рейв.

– И… тебе, – ответил. Сказать «вам» у него язык не повернулся.

Я расслабился, только когда закрылись двери в спальню. И то ненадолго.

Ох уж этот черный кусочек ткани.

Я хоть и видел его всего три секунды, пока Лия прошмыгнула от шкафа до кровати, но мой мозг уже запомнил все до мельчайших подробностей. Я и не подозревал, что так могу.

Пока она возилась, устраиваясь удобнее, закапываясь в одеяла, я скинул сапоги, и стащил рубашку через голову. Медленно подошел к кровати и стянул с нее одеяло. Она пискнула и вцепилась в него как в последнюю возможность спастись. Но я победил.

– Эй, – она захихикала, когда я пощекотал ее пятку. Хохот сменился на протяжное «ох», когда я, обхватив ее ноги крепче, спустил ее с подушки из положения «полусидя» на правильное «лежа». От этого сорочка задралась выше, полностью оголив бедра.

Поиграем?

Я положил ее правую ногу себе на плечо и провел пальцами от коленки ниже. Она попыталась вырваться, хохоча:

– Щекотно! – задергалась. Я улыбнулся. Но добычу не выпустил. Потерся носом о ее коленку и стал выкладывать дорожку из поцелуев по внутренней стороне бедра. От первого оно вздрогнула всем телом и затихла. Стоило мне оказаться в самом низу, как она будто опомнилась:

– Эл? – взволновано и попыталась сдвинуть ноги. Я посмотрел на нее, и мне стоило огромных усилий не расхохотаться. Она медленно, но верно превращалась в черешню. До кончиков ушей.

– Лия? – вернул ей. Она сглотнула, и, кажется, серьезно раздумывала над тем, чтобы сбежать.

Отложим экзекуцию.

Я поцеловал ее, прекращая ее страдания. Она для верности еще и обхватила меня ногами, и я чуть с ума не сошел. Углубил поцелуй и стиснул ее в объятиях.

Внизу раздался грохот падающего стеллажа. Или еще чего тяжелого и большого.

Я задрожал, еле сдерживая смех.

– Вот засранец, – протянул. Я ожидал от него чего-то подобного. Но думал, он просто сюда зайдет и свернет мне шею.

Лия попыталась встать:

– Надо проверить.

– Не надо, – перехватил. – У тебя есть второй номер.

Надеюсь, его там придавило.

Она еще с пару секунд колебалась, но осталась.

– Ладно, – Лия погасила свет лампы и устроилась в моих объятиях. Я прижал ее к себе и накрыл нас одеялом. О том чтобы продолжать, уже не могло быть и речи. Волк, скотина, наверняка сидит и караулит. А стеллажей там ой как много. Оставалось надеяться, что библиотека утром на нем отыграется.

Я уже почти провалился в сон, устроившись, когда меня выдернула фраза:

– Ты спишь? – я открыл глаза.

– Нет, – ответил. Лия повернулась ко мне лицом и ее глаза мигнули в темноте. Она уткнулась холодным носом мне в грудь и втянула воздух. У меня мурашки по спине пробежали.

– Тебе не себя надо винить, – протянула. И я пожалел, что не уснул. – Без меня бы ты туда ни за что не попал.

Я забыл, как дышать. И не знал, как на это реагировать.

Я всматривался в темный угол комнаты, пытаясь понять что чувствую.

Мое отношение к Лии не изменилось, и, будем честными, вряд ли его что-то изменит.

Повлияло ли это на мое чувство вины? Нисколько.

Хотелось как-то успокоить ее, ведь она наверняка долго собиралась с духом, чтобы это озвучить, но нужных слов я найти не мог. Все мысли разбежались.

Она. Меня. Огорошила.

– Прости меня, – прошептала, поскольку я довольно долго молчал. – Если сможешь….

Я мысленно схватился за голову.

Надо что-то сказать, но что? – я пытался найти аргумент, который ее «обелит», успокоит, и, черт возьми, не мог найти! Просто сказать «ничего страшного» было бы глупо.

Я решил пойти другим путем:

– Это было давно, и я плохо помню детали. Но когда мне было семь, и у меня развернулась магия, я решил, что отец бросил нас из-за этого.

Магов смерти не жалуют в нашем обществе. Мы стоим на одной ступени с нечистью, так как подпитываемся примерно одним и тем же. Такое же отношение и ко всей семье и родне. Отец был на хорошем счету, и, я решил, что таким образом он берег свою репутацию. Потом я нашел то злосчастное письмо и укрепился в своих подозрениях.

Я злился на себя. Ну, а когда не стало матери, я винил уже его. Ведь все случилось сразу после ее встречи с ним. Я его просто ненавидел. И это еще мягко сказано. Я много лет желал ему смерти, а когда его не стало, я был рад тому.

В свете последних открытий, мне стыдно за эти эмоции, я чувствую вину, что нас не было рядом с ним, когда он нуждался в поддержке.

Но.

Я его почти не помню, почти не видел. К его смерти, как бы ужасно это не звучало для тебя, я отношусь примерно, как если бы тебе сказали, что погибла твоя троюродная тетя, которую ты видел лишь раз и то сто лет назад. Да, печально. Но люди каждый день умирают. Я это говорю, не потому что я жестокий или черствый. Просто тяжело скорбеть по тому, кого совершенно не знаешь.

В этой ситуации все настолько сложно, что я уже запутался «кто» и «что».

– Единственное, что я знаю точно: в его смерти виноват только я. Ни для кого другого, он бы этот ритуал не совершал. И я ему благодарен за это, хотя наверняка знаю, что он не смог бы иначе. И мне горько, что все так сложилось. Но это все, что я чувствую по отношению к нему. Ни боль от потери, ни тоску я по нему не испытываю, как по матери.

Да, я горжусь, что у меня такой отец. Мне приятно, что вы все тепло о нем отзываетесь. Вы. Знали. Его. А я нет.

Из того что мне показал меч, я вынес только то, что не дай бог с моим сыном случится нечто подобное. Я бы устроил судный день, переживи я то, что чувствовал он.

То, что двери в оружейную открыла ты, для меня не играет роли. Зная себя, могу тебя заверить, что и сам бы туда пробрался. Так что я считаю, тебе не за что просить прощения. И даже если бы было, я бы тебе его дал.

Да и магия моя развернулась сама, без ритуала и прочего. Все равно бы история повторилась….

Она затихла, а я добавил:

– И, хочу, чтобы ты знала, отец тебя не винил. Он переживал, что ты могла тоже пострадать. Но не винил.

Она разрыдалась.

Каленым железом по оголенным нервам.

– Лия…, – я запаниковал, что ляпнул что-то не то.

Я понятия не имею что делать! Надо было просто сказать «прощаю», черт!

– Ты чего? – я обнял ее, а она зарыдала еще сильнее. Мне хотелось провалиться сквозь землю, но я начал ее баюкать.

– Тише-тише, – погладил по волосам.

– Я так боялась тебе сказать…, – я с трудом разобрал эту фразу между всхлипываниями.

Ну вот.

Она наверняка себе уже надумала кучу вариантов развития событий с грустным финалом, а я взял, негодяй, и не по сценарию.

Перенервничала.

Когда она уже начала немного успокаиваться, я выдохнул. И на краю сознания, мелькнула мысль, что карауль нас волк, он бы уже выламывал двери.

– Я, правда, – она терла глаза, – Давно бы все рассказала, но ты так остро реагировал. А потом все навалилось. Ты менял свое отношение к нему. И все больше мрачнел, – она снова начала всхлипывать. – Ты так начал, я уже думала….

О нет….

– Пойдем, умоемся, – я начал ее поднимать.

– Я думала ты уйдешь. Или будешь меня ненавидеть. Или….

Удавлю? – я ужаснулся.

– Куда я денусь, – оборвал этот поток переживаний. – Околдовала.

Я втянул ее в ванную, открыл холодную воду и взялся умывать. Она сперва послушно стояла над раковиной, а когда увидела себя в зеркале, вытолкала меня вон.

Женщины….

Я сидел на кровати, дожидаясь, когда она выйдет. Сидел и ломал голову, почему она решила сказать мне это именно сегодня, именно ночью, когда я уже почти спал.

Из-за того, что я ей сказал перед ужином?

А черт вас разберет….

Дверь в ванную, наконец, открылась, являя Лию. Она мялась, не решаясь подойти.

Я заподозрил, что она опять себя накрутила.

– Ты, правда, так думаешь? – я нахмурился.

Нельзя было ее там одну оставлять. Вместо умывания, стояла и рассуждала.

Я не стал отвечать. В два шага оказался рядом и поднял на руки. Сгрузил в постель, завернул в одеяло, и склонился над ней:

– Спи пока я добрый.

– Но, Элиот, если бы не я….

– Если бы не ты, то меня бы не спасли, – я устроился рядом. – Ты мой ангел-хранитель. Спасла меня уже дважды. Но больше так не делай, хорошо? – я уткнулся носом ей в макушку. Стало подозрительно тихо.

– Ты там что, снова плачешь? – она зашмыгала носом.

На улице уже начало светать. Со сном можно было попрощаться.

– Иди сюда, – я развернул ее к себе и поцеловал. Кажется это единственный способ ее «вылечить».

В шесть утра, после душа, она окончательно успокоилась. Осталось позавтракать и жизнь наладится. Пока она готовила на кухне, я собрался и убрал постель. Мне сегодня на занятия после обеда, так что я мог сходить к портному и в банк. А там и выходные на носу. Наконец-то.

После ночной беседы, на душе стало как-то спокойно и легче. Я надеялся, что Лия чувствует себя также.

Я уже собирался выходить, когда услышал непонятный возглас, открыл дверь, пытаясь понять, что это было, и в последний миг отшатнулся от кулака Рейвена.

– Я убью тебя! – он рычал и бросался на меня. Ему не мешала даже повисшая на спине Лия.

– Ты все не так понял! – кричала, пока я пытался сбросить его с себя.

Давно хотели подраться. Почему бы и не так?

Наша возня на полу с захватами мало походила на драку: он успел ударить меня пару раз в бок, пока я его не скрутил. Обхватил ногами и вывернул руки. Он сопротивлялся, вырывался, а я снова и снова перехватывал его руки. Это длилось пару минут, до тех пор, пока он не оскалился и не стал меняться.

Вот теперь он меня задерет.

Нас окатили холодной водой, и Лия вцепилась ему в загривок, пытаясь оттащить. Едва ли у нее вышло. Не зверь, а сплошной комок мышц.

Какого было мое удивление, когда его оторвало от меня, и он улетел в сторону шкафа.

– Почему я как не приду, вас надо разнимать?! – я только сейчас увидел Дариона.

Он вытащил меч, и рявкнул уже на нас:

– Пошли вон, оба! – пока он кричал, Рейв уже стал собой и бросился в мою сторону.

Удар принял на себя эльф. Нелюди физически сильнее. Подумаешь, столкнулись. У меня бы были сломаны ребра.

– Да что происходит!? – Дарион развернул его, и приставил меч к горлу.

– Посмотри, что он сделал с Лили! – волк перестал дергаться, ожидая, что у него появится союзник.

Эльф и я повернулись к девушке одновременно. Она была заплаканная и зацелованная. Такое чувство, что ее тут всю ночь насиловали.

– Лия, – эльф обмер, а я сглотнул ком, перекрывший мне в горле дыхание.

– Вы все не так поняли, – казалось, она сейчас вновь начнет плакать. Я только покачал головой, когда эльф впился взглядом в меня. Он отпустил Рейва, благо уже успокоившегося. По крайней мере, он не набросился вновь.

– Тогда объясни, Лили, пока я его не убил, – Рейвен надавил на нее.

– Никто никого не убьет, – осадил Д’авэль. – Рейв, иди на обход. А ты, – он обратился ко мне, – приводи себя в порядок. Пойдем Лия, поговорим, – он взял ее за плечи и вывел из комнаты.

Рейвен остался стоять на месте и убивал меня взглядом. Я молчал. Не собирался оправдываться, все равно не поверит. Я бы и сам не верил.