Текст книги "Измена? Хочу только тебя (СИ)"

Автор книги: Катерина Вишневская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)

10. Чем занимается Демид

Ида

Прикусываю нижнюю губу, испуганно смотрю на Алекса. Он устало поясняет:

– Брат послал Найтов и разорвал с ними все связи и контракты. Фрэнк был в бешенстве. Я лично летал на встречу с ним и объяснял, что натворила его любимая дочурка. Он смягчился, но вести дела с нами больше не намерен. Ещё Демид Глеба избил. Ну как избил?! Прописал ему в глаз и рассёк бровь. В нём же дури немерено. Ну, ты знаешь…

Я киваю, и Алекс печально продолжает:

– В любом случае мы с отцом, потратили море нервов и немерено бабла, чтобы сгладить все конфликтные ситуации. А Демид никого не слушает, шлёт всех к чёрту и на работу выходить не намерен…

Судорожно сжимаю край юбки. Мой амбициозный муж потерял интерес к работе?! На него это совсем не похоже…

Проглатываю вязкую слюну, опускаю глаза на свои колени и тихо спрашиваю:

– И… и чем он занимается?

– Сидит безвылазно дома, – отвечает Алекс, разводя руки в стороны. – Целыми днями изнуряет себя, тягая железо, и неистово молотит грушу. А по вечерам напивается в хлам и вырубается. Короче, совсем с катушек слетел. Я уже безумно устал от этого и не знаю, что делать...

Моё сердце сжимается. Боже, дело плохо. Я не и не предполагала, что Демид в таком состоянии. Думала, он отойдёт, мы поговорим, я расскажу, что жду малыша… А он и вправду больше не желает меня знать. Ещё и себя гробит. Что же мне делать?

Стук в дверь. В кабинет проходит Юля, ставит перед нами две чашки кофе. Прежде чем уйти, подруга кладёт руку мне на плечо и слегка сжимает. Одними губами шепчет: “Я рядом”.

От её жеста меня накрывают эмоции. Слёзы подкатывают. Мне трудно сдерживать их, когда кто-то проявляет сочувствие. Прикусываю нижнюю губу, опускаю глаза на чашку с кофе. Отодвигаю её от себя. Рассматриваю, как на поверхности напитка лопаются пузырьки. Немного успокаиваюсь.

Поднимаю глаза и натыкаюсь на внимательный взгляд Алекса. Он, слегка наклонив голову набок, изучающе оглядывает меня. Пробегается по лицу, опускается ниже, замирает на груди. Сползает ещё ниже, к моему животу. Инстинктивно тяну руку, чтобы его прикрыть, но вовремя себя останавливаю.

– Алекс?! – нужно как-то отвлечь этого проницательного парня.

– М-м? – откликается и, приподняв брови, смотрит на меня.

Но по глазам вижу, он продолжает о чём-то сосредоточенно думать. Что происходит?!

Меня спасает неожиданный звуковой сигнал. У Алекса звонит телефон. Он, извиняясь, отвечает на вызов и начинает бледнеть. Я с ужасом бегаю глазами по его лицу. Боже! Что-то случилось с Демидом?

Мужчина поднимает палец вверх, встаёт из-за стола и выходит из кабинета. Он отсутствует около минуты. И, когда я уже теряю всякую надежду хоть как-то себя успокоить, возвращается.

Не дожидаясь вопросов с моей стороны, Алекс, хватая с вешалки пальто, хрипло произносит:

– У папы опять инфаркт! Я в больницу.

– Я с тобой, – вскакиваю и бегу к выходу.

11. Я один

Демид

Я, держась за голову, сижу в приёмном покое и жду новостей. За окном воет ветер, бушует метель. Я один. Брат едет. Мама вылетает из Волгограда, гостила у бабушки. А Ида… Короче, я один.

Папа опять на операции. По моей вине.

Когда всё произошло, мы с отцом были дома. Я сидел на диване в гостиной, курил и пил джин. Вискарь уже порядком надоел.

Пытаясь выжечь Иду из памяти, крепким напитком, я равнодушно смотрел как, отец, стоя рядом, отчитывает меня за всё, что я натворил в последнее время.

Перед глазами так и стоит…

– Сын, ты же мужчина! Возьми себя в руки! В конце концов…

– А что это даст?! Ты вот всю жизнь держишь себя в руках. Все эмоции под контролем. И что в итоге? Додержался до инфаркта! – прокричал я и швырнул пустой бокал об стену. Он мигом разлетелся на сотни осколков. Так же как и моя жизнь…

Перевёл взгляд на отца и охренел. Его лицо исказила гримаса боли, он побледнел, схватился за грудь, сказал, что сильно печёт, как в прошлый раз…

Боже!

Какая же я сволочь! Су-у-ука! Совсем о*уел. В край.

Я сорвался! Когда я понял, Ида до сих пор не простила меня за то, что оставил её тогда… Что она не верит мне… И не любит… Я просто обезумел. Слетел со всех катушек. Я так упорно пробивался через выстроенные ей стены и преграды. Обманывал себя, что она меня любит и она моя.

Ида стала моей… женой. Но не стала по-настоящему моей. Я проиграл! Впервые в жизни, я больше не хочу бороться… Для чего?

Но то, что я сделал с отцом… Мне нет оправдания!

В помещение вбегает брат, бросается ко мне и со словами:

– Это ты его довёл. Уе*ок! – толкает меня.

В ответ отпихиваю его от себя и рычу:

– Отвали!

Потом рукой хватаю младшего братишку, прижимаю к себе и тихо говорю:

– Всё будет хорошо, понял?!.. Он – боец! Он должен жить!

В ноздри проникает знакомый запах духов. Жадно втягиваю воздух. Сердце начинает бешено колотиться о грудную клетку. Она здесь.

Краем глаза замечаю у входа робкую, хрупкую фигурку жены. При виде неё моё сердце сжимается. Не могу спокойно стоять и смотреть, как она плачет, прижимая тонкие пальчики к губам.

Часть меня безумно хочет сделать несколько шагов в её сторону, обнять, крепко прижать к груди. Согреть, уверен на сто процентов, холодные пальцы… Но вот другая, более сильная часть…

Беру себя в руки, смотрю Иде в глаза и холодно говорю:

– А тебе здесь делать нечего. Уходи!

Она кусает бледные губы, нерешительно топчется на месте, судорожно сжимая руками ремешок сумочки. И смотрит на меня глазами, полными слёз. Но я не могу её сейчас видеть. Только не сейчас. Ещё сильнее я не хочу, чтобы онавидела меня в таком состоянии.

Мне по-прежнему невсё равно.

Игнорируя слабые замечания брата, рявкаю:

– Я сказал:– уходи!

Ида разворачивается и убегает. Сердце падает вниз и перестаёт биться.

Делаю глубокий вдох, глоток остывшего кофе, смотрю на младшего брата и спрашиваю:

– Как она?

Алекс обессиленно падает в кресло и серьёзно говорит:

– Очень переживает. За тебя.

Бред. С чего ей за меня переживать?! За человека, который её обидел, бросил. Потом снова ворвался в её жизнь, оплодотворил, уговорил выйти за него замуж. За человека, которого она не любит…

– А ещё сегодня мне показалось, – начинает говорить брат, но быстро умолкает.

– Что показалось? – решительно спрашиваю и заинтересованно смотрю на него.

– Нет. Ничего. Забей! – отвечает Алекс и отводит глаза.

Я открываю рот, намереваясь выяснить, что он хотел сказать. Но не успеваю произнести ни слова. В помещение заходит молодой хирург и сообщает нам хорошие новости.

Папа выкарабкался! Предстоит долгий период восстановления, но он будет жить. Мы с облегчением выдыхаем и от всей души благодарим врача.

Сегодня я чуть не потерял отца. Он мог умереть. Из-за меня. Я сделаю всё, чтобы этого не повторилось. Возьму себя в руки. Есть ради чего.

У меня больше нет жены… Но я не один. У меня есть родители, брат... Нужно поднимать бизнес, в который отец вложил всё, что у него было. Буду жить дальше. Но уже без неё…

12. Вина

Ида

Я еду в такси, и солёные слёзы неумолимо бегут по моим щекам и губам. Смотрю в окно, на вечерний, светящийся город, но ничего не замечаю.

Перед глазами так и застыла тяжёлая картина:

Мой муж стоит, опустив голову. Такой расстроенный, взъерошенный, небритый.

Демид явно во всём винит себя. А я даже не могу подойти к нему, обнять, утешить. Сказать, что всё будет хорошо…

Сердце сжимается от боли. Делаю глубокий, прерывистый вдох.

Это я довела Демида до такого состояния! Я его сломала!

Ну почему всё так происходит? Действительно, что со мной не так?!

Своей ревностью извела себя. Его. Разрушила наши отношения.

Я была невыносима! Отвернулась от мужа, когда мы потеряли ребенка, замкнулась в себе. А он всё равно был рядом, заботился обо мне. Демид терпел все мои истерики, скандалы. Преодолевал все преграды, которые я продолжала выстраивать.

Муж постоянно доказывал мне, что любит. А я не верила. По умолчанию. До последнего считала его подонком, предателем. Способным всадить нож в спину, как только я доверюсь. И вот результат…

Чувство вины разрывает меня на части. И только жизнь будущего человечка, развивающегося внутри меня, придаёт мне сил сохранять хоть какое-то спокойствие и двигаться дальше.

Раздаётся сигнал мобильного телефона. Голосовое сообщение от Алекса. Прослушиваю. Друг сообщает хорошие новости. Я выдыхаю. Слава богу! Боюсь себе представить, что было бы…

Такси приезжает по указанному адресу. Аккуратно протираю лицо бумажным платочком и выхожу из машины.

Ужасно холодно! Сейчас бы погреться у камина или в тёплых, крепких объятиях Демида. Второе более предпочтительно, но менее реально. На данный момент. Эмоции снова накрывают, слёзы подкатывают…

Стоп! Лучшее, что я сейчас могу сделать, это позаботиться о своём малыше. Нужно всегда помнить об этом. Ребёнок на первом месте.

Эти мысли придают мне сил, заряжают энергией.

Игнорируя ледяные, сбивающие с ног, порывы ветра, подхожу к зданию частной клиники. Здесь будут вести мою беременность.

Прохожу внутрь. Пора сообщить доктору о моём положении. Возможно, уже можно сделать УЗИ и познакомиться с моим малышом поближе.

13. Обещание отцу

Демид

Я приехал навестить отца. Мне сообщили, что он очень хочет со мной поговорить. Я привёл себя в порядок и примчался в клинику.

Когда я захожу в палату и вижу папу в проводах и трубках, моё сердце чуть не взрывается от боли. Это всё моя вина!

Я подхожу к его кровати и опускаюсь на рядом стоя́щий стул. Беру отца за слабую, бледную руку и хриплю:

– Папа, прости меня. Я виноват! Но клянусь, это больше никогда не повторится.

Он кладёт свою руку поверх моей, слабо похлопывает и тихо говорит:

– Демид, сынок, я не держу на тебя зла и знаю, что ты не хотел упечь меня в больницу. И уж тем более на тот свет. Я не за этим тебя позвал… Очень прошу, возьми себя в руки и возвращайся к работе. Не думал, что тебе придётся так рано занять моё место.

Папа на секунду замолкает. Опускаю голову.

Я вывел отца из строя. Правильно Алекс меня назвал…

Да как ни называй, я облажался.

Конечно, я готов на всё, чтобы искупить свою вину. Буду пахать 24 на 7, лишь бы отец был жив и не волновался.

Слабый, хрипловатый голос вырывает меня из размышлений:

– Я хотел постепенно перекладывать на тебя обязанности директора компании. Но я больше не смогу полноценно функционировать, как руководитель… Вся надежда только на тебя.

– Папа, я всё… – вкрадчиво начинаю, но отец тихо продолжает:

– Алекс талантливый финансист, но не управленец. Ты очень нужен мне, сын. Мне и компании, которую я создал и в которую так много вложил.

Я понимаю, чего он добивается и что хочет от меня услышать.

– Конечно, отец, ты можешь на меня рассчитывать. Всё сделаю! Я снова в форме. Твоё дело в надёжных руках – уверенно даю обещание я и в знак договорённости крепче сжимаю его руку.

Отец обессиленно откидывается на подушки и облегчённо вздыхает.

– Я верю в тебя, сын, – говорит и устало прикрывает глаза.

Наклоняюсь, целую отца в щеку. Разворачиваюсь и решительно направляюсь к выходу. У меня накопилось чертовски много дел.

У самой двери я снова оборачиваюсь и смотрю на спящего отца. Снова наваливается горечь и чувство вины. Я чуть не потерял его. Сжимаю руки в кулаки.

Больше никто и ничто не заставит меня потерять контроль над собой. Клянусь!

***

Ида

Снежным, январским утром я приезжаю на работу, захожу в наш с Демидом кабинет и замираю. Моего стола здесь больше нет. Я растерянно стою несколько секунд и гадаю, что могло произойти и что мне теперь делать.

Из оцепенения меня вырывает звук твёрдых шагов за спиной. Знакомый парфюм проникает в ноздри, обволакивает, вызывает приятные воспоминания.

Сердце начинает биться быстрее. Щёки обдаёт жаром. Неосознанно провожу руками по своим волосам, облизываю пересохшие губы. Обнимаю себя руками.

Превозмогая лёгкое головокружение, поворачиваюсь и вижу мужа, решительно входящего в кабинет.

Он потрясающе выглядит в новом, сером костюме, в едва заметную светлую клетку. Белая рубашка в такую же клетку, но светло-серого цвета, отлично подчёркивает цвет его глаз. Чистые волосы уложены в аккуратную причёску, а лёгкая небритость лица имеет строгую форму.

От Демида так и веет уверенностью в себе, силой характера, а ещё он дьявольски сексуален.

Муж подходит ко мне ближе, наклоняется, и по моей коже пробегают тысячи мурашек…

14. Дополнительное соглашение

Ида

Несколько нависая надо мной, Демид строго говорит:

– Доброе утро, Ида. Как ты знаешь, Комарова у нас больше не работает и теперь, к обязанностям моего ассистента добавлены функции секретаря. Ресепшен, документооборот, связь, кофе и прочие мелкие поручения.

Растворяясь в звуках его бархатного голоса, блуждаю глазами по родному лицу. Пытаюсь вникнуть в смысл холодно брошенных фраз.

А Демид невозмутимо продолжает:

– Если устраивает, подписывай допсоглашение и приступай к работе. Если нет, пиши заявление. Удерживать не буду!

От этих резких и обидных слов моё сердце падает вниз. Щёки обдаёт жаром. На виски давит тишина, повисшая в кабинете.

Медленно беру документ из его рук, которые он одёргивает как от огня, и тихо говорю:

– Доброе. Мне нужно ознакомиться с новыми обязанностями и подумать, – а затем уверенно добавляю: – Вернусь через час.

Я обессиленно плетусь к выходу, покидаю офис и направляюсь в ближайшее кафе.

Прохожу внутрь, стряхивая с пальто крупные хлопья снега.

Сажусь за уютный столик у окна и заказываю чашечку горячего капучино. Спокойно поглаживая пальцами гладкие листья фикуса, стоя́щего на подоконнике рядом, погружаюсь в свои мысли.

С одной стороны, мне очень обидно, что Демид так поступает со мной. Хочется наплевать на всё, уволиться, сбежать, опять закрыться от него.

С другой, я понимаю, муж меня любит, но борется со своими чувствами. Может быть, до сих пор обижен?! Он пытается максимально отдалиться от меня. Как ловко Демид придумал выставить меня из своего кабинета!

Но он же и даёт мне маленький шанс вернуть его. Если я всё правильно понимаю?! В противном случае перевёл бы меня в отдел маркетинга. Летом я выпустилась из университета и теперь являюсь дипломированным маркетологом…

Перевожу взгляд на лист бумаги, лежащий передо мной.

Хоть это и в некоторой степени понижение, скорее всего, я соглашусь на предложение сурового босса. Я должна попытаться.

Люблю Демида и очень хочу быть снова вместе с ним.

Муж пришёл в себя. Больше не прогоняет. Может быть, теперь, будет не так отчаянно отталкивать меня.

Я буду рядом, он окончательно оттает и вернётся ко мне.

И я расскажу ему про ребёнка. Мы, наконец, станем счастливой семьёй. Это отличный шанс, и я им воспользуюсь.

Откидываюсь в кресле, подношу чашку свежесваренного кофе к лицу. Умиротворённо вдыхаю аромат, делаю глоток, довольно облизываю губы и погружаюсь в изучение документа.

Ознакомившись с дополнительными обязанностями, я с разочарованной улыбкой, подмечаю, что пункт о сексуальных обязательствах отсутствует.

Хм. Надо же, я ещё в состоянии шутить…

Допиваю свой напиток и возвращаюсь в офис.

Пройдя в приёмную, я снимаю и вешаю пальто. Довольная собой, что утром надела облегающую юбку-карандаш и тонкую блузку, плавно покачивая бёдрами, подхожу к столу босса.

Демид медленно скользит взглядом по моей фигуре. На секунду, останавливается на груди, и хриплым голосом спрашивает:

– Что решила, Ида?

Я молча, с лёгкой улыбкой на губах, кладу подписанный мной документ к нему на стол, и так же плавно, как и вошла, направляюсь в сторону выхода.

У самой двери резко оборачиваюсь. Как я и думала, Демид решительно пялиться на мою попку. Только теперь его лицо выражает злость. Ну хотя бы не равнодушие. Уже хорошо.

Ты снова будешь моим, Савицкий!

Усаживаюсь за свой новый рабочий стол. Открываю ноутбук. Раздаётся сигнал селектора:

– Ида, кофе, пожалуйста, – леденящим голосом говорит босс.

Боже, как будто в сугроб ныряешь.

Поёживаюсь. Быстро моргаю несколько раз. Никак не привыкну к его новой, для меня, манере общения…

– Одну минуту, Демид Иванович! – подыгрываю в ответ.

Бесит! Когда он говорит этим своим холодным тоном «Ида» у меня просто сердце замирает. Как же мне хочется услышать его стандартные “малыш”, “милая”, “малышка”, “родная” да хоть бесячее “малышня” в свой адрес.

Но приходиться довольствоваться только именем, произнесённым ледяным тоном, айсбергом, разбивающим моё сердце.

Я вхожу в кабинет моего строгого босса. На подносе, который я несу, дымится и источает приятный аромат, чашка чёрного кофе. Ставлю напиток на письменный стол Демида и сделав шаг назад, замираю. Начинаю смотреть, как он работает.

Пробегаю глазами по серьёзному лицу, широким плечам. Слежу за быстро порхающими над клавиатурой ноутбука длинными пальцами…

Я обожаю наблюдать за ним! Конечно, когда мой стол был рядом, я могла подолгу, разглядывать такого любимого, родного, сосредоточенного на работе мужчину...

– Ида, тебе, что-то нужно? – резко вырывает меня из воспоминаний Демид.

Попятившись назад, я бормочу:

– Мне нужно, чтобы ты подписал документы.

– Так и где они? – устало выдыхает муж, прикрывает глаза и потирает их рукой.

Я пулей вылетаю из кабинета, захлопываю дверь. Прижимаясь к ней спиной, сжимаю руки в кулаки и шепчу:

– Как бы ты себя ни вёл, Савицкий, уверена, ты меня любишь. И совсем скоро сам скажешь мне об этом. Я знаю все твои кнопочки и умею их нажимать. Уже проходили…

15. Корпоратив

Демид

Наступил морозный февраль, и отца выписали из больницы. Это событие, выход папы на пенсию и моё вступление в новую должность решили отметить корпоративом и пригласить всех сотрудников. Включая, Иду.

Отец пробыл всего полчаса, принял все поздравления, пожелания здоровья и долгих лет жизни. А затем они с мамой уехали домой, отдыхать и восстанавливать силы.

Мы с братом сидим на балконе, практически скрытом от чужих глаз, и смотрим на танцующих у сцены. Вернее, он смотрит на танцующих, а я лишь делаю вид.

Сам не свожу глаз со своей жены, спокойно расположившейся за столиком недалеко от сцены. Весь вечер она сидит и ковыряется в тарелке.

Уже, наверное, месяц Ида всячески провоцирует и изводит меня.

Случайные прикосновения, обжигающие кожу через несколько слоёв одежды.

Полупрозрачные блузки под строгим пиджаком, выкручивающие фантазию на максимум.

Обтягивающие или короткие юбки, подчёркивающие её стройные ножки.

Мне стоит невероятных усилий, быть равнодушным козлом и, стиснув зубы, отворачиваться от будоражащего душу и тело, зрелища.

Но не сегодня. Сегодня я позволяю себе смотреть на неё. Просто смотреть. Издалека. Касаться взглядом её светлой головки, любимого лица, хрупких плеч, тонких рук… Улетать в космос от красоты и выразительности её глаз.

Заметив мой пристальный взгляд, девушка медленно встаёт и, плавно покачивая бёдрами, идёт на танцпол.

Сегодня Ида надела кружевное, полупрозрачное, бежевое платье, облегающее её, как вторая кожа... Дьявол, да она будто голая! Мой член начинает просыпаться и натягивать ширинку. Я без секса уже целую вечность. Просто умираю, как хочу трахаться!

А жена, покачивая бёдрами в такт музыки, поглаживает своё шикарное, сексуальное тело. Приподнимает волосы, крутит головой, длинные пряди рассыпаются по плечам.

Откровенно пожираю её глазами. Кажется, грудь Иды стала больше?!.. Наверное, какое-то навороченное бельё.

Представляю, как срываю с неё это платье, нижнее бельё, лапаю её классные сиськи, загоняю свой член во влажную, узенькую щёлочку и жёстко трахаю её всю ночь… Су-у-ка! Как же она заводит меня…

И не только меня. Все мужские взгляды прикованы к ней! Я начинаю беситься.

К Иде присоединяется Юля, секретарь брата, и они начинают танцевать вместе. Двигаясь в такт музыки, девушки смеясь, поглаживают друг друга по плечам и рукам, иногда обнимая партнёршу за талию, о чём-то шепчутся.

Так и слышу заливистый смех жены. Раньше мне нравилось шутить, щекотать, устраивать весёлые перепалки. Делать всё что угодно, лишь бы услышать его в награду. К сожалению, я больше не могу позволить себе эту роскошь. Теперь только наблюдать со стороны…

– М-м-м, мои сладкие девочки, танцуют вместе, – вырывает меня из раздумий довольный голос брата.

Я кидаю на него гневный взгляд. До побелевших костяшек сжимаю свой стакан с крепким напитком и рычу:

– Эй, полегче, вообще-то, одна из них, всё ещё мояжена!

– Это ты полегче! Ты, наверное, забыл, что пока тыне объявился, Ида была моейдевушкой и лучшим другом. Хорошо, что им она и осталась. Несмотря на всё, через что мы прошли, по твоейвине! – напоминает мне Алекс.

Мне становится стыдно и уже спокойнее, говорю:

– Прости, братишка. Я просто безумно влюбился в неё…

Брат, в недоумении, перебивает меня:

– Так, какого хера, ты сидишь здесь, как евнух, вместо того, чтобы зажать свою жену в укромном уголке и …

Теперь настала моя очередь перебить брата:

– Дьявол! Не сыпь мне соль на перец!

– Ну и идиот же ты, брат, – вздыхает Алекс, кидает в меня мандарин и снова переключает своё внимание на девушек.

Невозмутимо ловлю цитрус в полете, и кладу его на стол. Я в форме!

– Да ещё какой идиот. Таких поискать… – горько отвечаю я, залпом допиваю свой джин и со словами: – Я домой – решительно встаю.

Бросаю взгляд на Иду. Сталкиваюсь с её глазами. В них столько надежды. Знаю, что она хочет, чтобы я спустился с чёртового балкона. Подошёл к ней, прижал к себе и закружил в медленном танце. Тем более музыка располагает. И я этого хочу, очень хочу…

Но как полный идиот качаю головой, разворачиваюсь и уверенно отдаляюсь от любимой женщины. Это мой выбор.

Накидываю пальто и выхожу на воздух.

Медленно падает снег. Тишина. Если не считать музыку, доносящуюся из клуба. Нарушаю безмятежность чирканьем зажигалки. Прикуриваю сигарету. Жадно затягиваюсь. Поднимаю голову к ночному небу. Прикрываю глаза. Выдыхаю дым.

Алексу меня не понять. Я псих. Нет, я хуже… Моя девочка – мой персональный наркотик. Мне без неё безумно плохо, но и с ней я словно одержим. Я стал зависим от неё и это чертовски хреново.

Когда Ида сказала, что между нами всё кончено… Когда осознал, что несмотря на все мои усилия, жена меня не любит, не верит и не простила, я просто обезумел и столько всего на*уевертел… Больше не подпущу её к себе. Потому что, если она снова… То я опять сорвусь и… Потеряю всё!

Стоп, Демид! Х*ли ты тут сопли распустил?!

Всё! Хватит. Сейчас поеду домой. Как всегда, отхерачу боксёрскую грушу до изнеможения, потом под холодный душ. И полегчает…

***

Ида

Каждый день я всячески провоцирую мужа. В награду, ловлю на себе его обжигающие взгляды… Но, как назло, сквозь опущенные ресницы. И всё. Мой максимум. Непробиваемый и непоколебимый Демид. Крепкий орешек.

Я же чувствую, он на взводе, но пока ещё сдерживается.

На днях я захотела поправить ему галстук.

Делаю шаг вперёд, протягиваю руки. Но муж отшатывается назад. Смотрит на меня

За секунду я вижу на его лице несколько сменяющих друг друга сильных эмоций. Страсть. Боль. Отчаяние. И снова маска безразличия.

– Ида, что ты делаешь? – ледяной голос, рассекает тишину кабинета.

– Хочу поправить твой галстук, – спокойно говорю, облизывая мгновенно пересохшие губы.

– Это не входит в твои обязанности! – добивает меня последним выстрелом в сердце, разворачивается и решительно выходит из помещения.

Вот и всё. Такой прогресс у нас за месяц.

Правда теперь у меня появилась отличная возможность пробить оборону Демида и восстановить наши отношения.

Ведь на корпоративе он так смотрел… Нежно и одновременно, страстно. В его взгляде были и боль, и умиротворённость. Как будто бы его, что-то сильно мучает, но на секунду он позволил себе об этом забыть…

Этот неописуемый взгляд проник мне прямо в сердце. В нём явно читалось, как сильно он скучает по мне.

А ещё Демид практически раздел меня глазами и…

После этого мне в голову пришёл отличный план.

Пора предпринимать более решительные действия. На этот раз я припру Демида к стенке.

В первую очередь звоню Алексу. Встречи с ним я старательно избегаю. Парень слишком проницателен. Ещё догадается о том, о чём Савицким пока знать слишком рано…