Текст книги "Симфония любви (СИ)"
Автор книги: Катерина Ли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)
– Ах, вот оно что… зарплату… А то, что мы трахаемся, тоже входит в обязанности? – летит ядовитое в трубку.
– Это твой личный выбор. Можем не трахаться, – заебала блять… Мне хочется отдохнуть. Тишины, покоя и душевного тепла, а не вот этого всего!
– Тогда хрен тебе, Макаров, а не секс.
– Окей.
– И я больше не буду нянчиться с твоей малявкой.
– Хорошо, ты уволена…
Кладу трубку. Внутри все шипит и пузырится от злости. Ссуука! Перезванивает, но я скидываю вызов. Раз, другой, третий… Наконец, телефон замолкает. Ну слава богу!
Подписываю бумажки, звоню в отдел кадров. Поздно уже, конечно, но до завтра не хочу ждать. Пусть Кристина валит, без отработки и премии в этом месяце. И даю распоряжение найти новую няньку. С этим проблем не должно возникнуть, так как зарплата более чем достойная.
Марьяну поручаю с утра водителю, сам опоздаю на совещание, если поеду отвозить малышку сам. Целую на прощание и еду в офис. Дела закручивают, и я встаю в пробку по дороге в гимназию. Как назло, стоим просто мертво, а номера педагога у меня нет. Звоню Кристине, но она скидывает. Вот же сука… По времени вижу, что пиздец… Не успеваю совершенно, на целый час, блять… К гимназии приезжаю, когда в окнах уже не горит свет. Дождь немного утих, и я спешу к входу. Двери двухстворчатые, шикарные. Ну, еще бы… Здесь учатся дети непростых родителей.
Сворачиваю из коридора к широкому фойе, открываю очередную дверь, звук шагов разносится по пустому фойе. На диванчике у одного из классов моя дочь сидит на руках у кого-то. Доверчиво обнимает за шею.
Подхожу ближе, и только хочу окликнуть Марьяну, как вижу, что малышка спит. Растерянность на мгновение заставляет отвлечься, а потом я вижу ее… Да, это точно она! Нахалка, которая села ко мне в тачку, решив, что я таксист!
18. Дмитрий
– Ну, ты где, уже пятнадцать минут жду у подъезда, – пыхчу я. Славик должен был мне вынести важные документы по сделке, но сколько мне еще ждать. На улице непогода, и вроде курить хочется, но выходить из теплого салона в лом. Стучу по рулю пальцами, когда раздается странный звук. Словно кто-то стучит по багажнику машины. В пасмурном свете дня вижу силуэт в светлом пальто. Щелкаю на автомате кнопкой, багажник щелкает. Бах, бах… На заднее сиденье садится женщина, обдавая мою спину холодом и ароматом своего парфюма.
– Добрый вечер. Давайте побыстрее поедем, я опаздываю, – она явно нервничает, а я рассматриваю ее, обернувшись. И туплю:
– Куда поедем?
– На вокзал, я же указала в заявке адрес, – понимаю, наконец, что приняла меня за таксиста. И какого-то хрена, вместо объяснений, трогаю с места и еду на вокзал.
Она молчит, что-то смотрит в телефоне. Экран подсвечивает ее лицо. Красивая…
Движняк на дорогах нехилый, но я все равно позволяю себе изредка наблюдать за негаданной пассажиркой в зеркало заднего вида. Запарковав машину на стоянке перед вокзалом, выхожу достать из багажника ее вещи. Огромный чемодан. Как она его вообще в багажник сама заперла?
Напоследок, зачем-то вручаю ей свою визитку. Так вжился в роль таксиста? И что ты, Диман, будешь делать, если она реально позвонит и скажет, что ей нужно такси?
Пофигу на все, сажусь в машину и провожаю ее взглядом. Проезжаю мимо и так хочется посигналить, словно вернулся в молодость… Незнакомка идет к пункту досмотра, а я еду все же к Славику, который уже оборвал мне телефон.
– Да еду я! У меня случился форс-мажор.
А сам думаю, почаще бы такие обстоятельства непреодолимой силы врывались в машину…
Возвращаюсь мыслями в настоящее, когда Марьяшка начинает возиться в своем автокресле.
– Привет, принцесса. Выспалась?
– Папуля… привет. А ты отдал Марии Сергеевне документы? – вот же черт, совсем забыл.
– Нет, малышка. Но я ей позвоню и завтра отправлю с утра с курьером.
– Не надо с утра, она работает во вторую смену.
– И откуда ты все знаешь?
– Потому что я видела, что она приходит прямо перед началом занятий.
Смышленая у меня дочка растет. Иногда кажется, что она старше своего возраста. Особенно, когда начинает объяснять мне, что Кристина мне совсем не подходит. Вот интересно, Марию Сергевну бы Марьяшка одобрила?
Ну, все, Димас. Не в то русло ушли твои мысли… И почему я сразу перевожу все в горизонтальное положение – непонятно. Но сходу начинаю примерять на себя эту женщину… Мария… Маша. Красивая ты, Маша! Усмехаюсь и заруливаю во двор в откатившиеся автоматически ворота. Погода шикарная, хоть еще и прохладно. Марьяшка купается сама, сушит волосы феном, как взрослая, и только потом выходит из ванной. Санузел у нас в каждой спальне, и моя маленькая принцесса выходит оттуда в пушистом розовом махровом халате. Улыбаюсь этому милому зрелищу. Волосы кудрявятся, губки бантиком… Да, мамаша ее была красивой, ничего не скажешь. Ну, она, как бы и есть, просто когда родила Марьяшку, вильнула хвостом и укатила из нашей жизни. Мы с дочкой вдвоем с самого начала, как два верных друга. Марьяна говорит, что как пират и принцесса…
Милаха залезает в кровать и Улыбается сонно.
– Ты со мной немножко посидишь?
– Конечно, принцесса, – по нашей с ней маленькой традиции, беру дочку за руку и глажу большим пальцем еще по-детски пухлое запястье Марьяна быстро засыпает и я, поцеловав ее душистую щечку, иду в кабинет. На столе лежат бумаги, что нужно подписать. Читаю, ставлю размашистую подпись и складываю в файл. Конкурс – это хорошо…
19. Маша
– Здравствуйте, Римма, – иду навстречу хозяйке. Она через силу улыбается мне. – Вы еще никому не сдали большую комнату?
– Еще нет. А что? – в ее глазах появляется интерес.
– Ко мне приедут две подруги, я хотела бы, чтобы они пожили здесь.
– На сколько приедут?
– На два дня.
– Посуточно дороже…
Это и коню понятно. Хочется закатить глаза, но я же воспитанная девочка.
– Четыре пятьсот сутки.
– Отлично, – отсчитываю деньги и отдаю ей. Настроение огонь, я так соскучилась по девчонкам! И уже завтра они будут здесь.
Римма готовит комнату к заселению, а я собираюсь на работу. Марьяшка приносит на занятия подписанные бумаги. Она так рада, что ее задорное настроение передается и мне.
Дома принимаю душ и ложусь спать пораньше. Утром приезжают девчата, и я хочу их встретить.
Утром встаю до будильника, и решаю дойти до вокзала пешком. Погода просто волшебная. Уже вовсю поют птицы, и тепло так, что даже не нужно надевать верхнюю одежду. Иду в кофейню, благодаря про себя ребят за то, что работают с семи утра. Большой стакан любимого напитка греет ладонь и душу. Солнце спряталось за облаками, что белыми пушистыми кусками плывут неторопливо по небу. Листва деревьев уже успела припылиться и уже не такая яркая. В южной столице только-только наступает настоящее тепло, а тут почти лето.
К вокзалу подхожу за час до прибытия электрички и сажусь на свободное место в зоне ожидания прямо на улице. Подставляю лицо лучам солнца, которое вышло из-за облаков. Здесь, на перроне, совершенно особенная атмосфера. Люди кто ждет свой поезд, кто прибытие кого-то близкого. Таксисты, что как те чайки на пляже, активно зазывают пассажиров к себе. Арендодатели предлагают квартиры недорого. Ничего особенного для местных жителей…
Электричка приходит к первому пути, и я выхватываю из толпы темную макушку Милки. Аленка ниже ростом, и ее не видно.
– Девчонки… – обнимаемся, потому что не виделись, кажется, целую вечность.
– Ох, Машк, похудела-то как… Красотка! – Милка осматривает меня и снова обнимает.
– Я так соскучилась, – Алена улыбается.
– Какие планы? Есть пожелания к мини отпуску? – подхватываю их под руки и веду к выходу.
– Много болтать, гулять и пить вино! – Милка в своем репертуаре…
– Нет проблем. Сейчас домой, переодеваемся, и к морю.
– Через Алкотеку, – вставляет Милка.
– Ну, естественно, куда ж без нее, – закатывает глаза Алена.
Пока девчонки по очереди принимают душ, я собираю в большую сумку все, что может пригодиться на пляже. Коврик из «пенки» девчонки привезли с собой. Он много места не занимает, а сидеть на нем мягко и тепло.
По дороге заходим в пару магазинов и идем на пляж. Людей не много, но однозначно больше, чем зимой. Мы снимаем кофты, оставаясь в футболках, так тепло. Бутылка вина уходит на «ура», и Милка стартует за второй. Возвращается с двумя, заставляя нас хохотать. В пакете так же находим нарезку сыров и мяса. Фрукты мы уже съели.
Ближе к вечеру, довольные, веселые и нетрезвые, возвращаемся домой.
– Так готовить ужин не хочется, – кривлюсь я.
– Так давайте поужинаем в кафе? Есть что-то приличное поблизости? – Спрашивает Аленка.
– Был ресторанчик, видела по пути к гимназии.
Переодеваемся в «приличную» одежду, чтобы нас точно пустили в ресторанчик. Здесь оказывается очень даже хорошо. Без пафоса, но красиво и обслуживание на высоте, а цены радуют еще больше. Пока ждем заказ, потягиваем из бокалов вино.
– Я такая пьяная, девчонки… – шепчу я, прикрывая глаза.
– Маша? – откуда-то сверху раздается знакомый голос.
– Оля? А ты тут как? – улыбаюсь я. – Ты одна?
– Нет, Вика сейчас подойдет. Мы поужинать решили. Хорошее место, частенько сюда захаживаем.
– Присоединитесь к нам? Девчонки, знакомьтесь…
20. Маша
Вечер перестает быть томным, когда наш разговор заходит о мужчинах.
– Я слышала, что размер члена можно узнать по размеру пальцев, – беззаботно изрекает Вика. Я краснею до корней волос. Милка с радостью поддерживает тему.
– Что, правда? – Аленка смущенно улыбается.
– Стопудово, – кивает Оля. – У моего Илюши все так…
– Ф-у-у-у, избавь меня от подробностей, – делает страдальческое лицо Вика.
– Почему? – озадаченно спрашивает Милка.
– Потому что Илья – отец Вики, – отвечаю я.
– А у Левы какой? – Вика смотрит на меня выжидающе.
– А мне откуда знать? – снова краснею.
– Кто такой Лева? – от любопытства Аленки не скрыться.
– Сосед, – правду ведь говорю.
– Если бы у меня был такой сосед… – Вика мечтательно закатывает глаза и опрокидывает остатки вина в рот, словно стопку водки.
– Ты озабоченная, – закатывает глаза Оля, кидает в девчонку скомканной салфеткой. Видимо, это не первый такой разговор между ними.
Засиживаемся до закрытия, а потом Вика уговаривает поехать куда-нибудь потанцевать. Вызываем два такси и едем в «Молотый енот». Здесь, как и в прошлый раз, много народа. Субботний вечер. В глазах пляшут световые огни. Идем в самую гущу, танцуем. И моя застенчивость куда-то испарилась. Видимо, слишком много вина за сегодня… Но в компании как-то само собой получилось, и я даже не заметила грань между легким опьянением и вот таким состоянием.
Бедрами восьмерку, руки вверх, волосы волнами по спине… Я чувствую себя красивой и соблазнительной. Прислоняюсь спиной к спине Ольги, она ведет бедрами, откидывая голову мне на плечо и прогибается, соблазнительно двигаясь в такт под slow-ремикс какой-то популярной песни.
Ощущение чужого взгляда заставляет открыть глаза и осмотреться. Ну, точно, смотрит и идет в нашем направлении. Улыбаюсь пьяненько, утопая в объятиях парня. Смотрю прямо в глаза.
– Ну, привет, – говорит он. – Давно не виделись.
– Да уж… Просто кто-то не выходит из комнаты, – это что в моем голосе, обида? Черт…
– Да я только сегодня вернулся. В командировке был с Ильей. Вот, празднуем. А вы? – окидывает взглядом нашу компанию. Оля технично отстранилась от меня, как только Лева сгреб меня в объятия. Милка с любопытством рассматривает, Аленка делает вид, что ей не очень-то интересно. Вика куда-то пропала.
– А ко мне подружки приехали, вот, с Олей и Викой встретились.
– И отметили встречу?
– Точно, – хихикаю, утыкаясь носом в его плечо. Лева склоняет голову и касается виском моих волос, утопая пальцами в локонах на затылке. Меня обдает жаром. Глаза закрываются, и хочется мурчать. Приятно и волнительно. В животе закручивается смерч из взбесившихся бабочек…
Лева целует мои волосы, раскачивая нас в танце. Он не делает совершенно ничего «такого», но возбуждение бежит по венам и заставляет пульс стучать в горле. Хочу! Ой, мамочки… Такое странное и неожиданное чувство! И мне за него стыдно, где-то там, глубоко внутри.
– Кто-то пьяненький, – говорит мне на ушко, и табун мурашек спускается по спине. – Может, проветримся?
Просто киваю, совсем позабыв о том, что пришла не одна. Но, видимо, алкоголь отключил мою голову, и я иду вслед за Левой, когда он просто берет меня за руку и ведет на выход. На улице свежо и почти нет людей. Прислоняюсь к стене, потому что ноги не держат. Закрываю глаза, меня раскачивает, словно на волнах. Но мне кажется, что стою ровно.
– Машунь, может, домой? – говорит Лева.
– Там девчонки…
– Я напишу Илье, он их отвезет.
– Хорошо, – киваю и снова утопаю в объятиях. Он так вкусно пахнет, что не могу отказать себе в удовольствии. Носом по его шее веду, дурея от своей смелости и сладких спазмов внизу живота. Не помню, как садимся в машину, как едем. И, вроде, я не сплю, и мне не плохо. И я на своих двоих всхожу по ступенькам на второй этаж, что кажется, словно я поднялась на Эверест…
Лева снимает с моих ступней туфли, оглаживает голени, снова запуская мурашки. Заливаюсь стыдом, вспоминая тему нашего разговора с девчонками. Фокусирую взгляд на его пальцах. Длинные, красивые. У него вообще красивые руки, особенно притягательно смотрятся вот так, с закатанными рукавами белоснежной рубашки.
Пальцы и член… член и пальцы… о-о-о-о-ох!
Глаза в глаза… встает с колена, а мне приходится запрокинуть голову, чтобы не потерять резкость и удержать его взгляд.
– Маленькая пьянчужка, – улыбается Лева, по-детски чмокая меня в губы. Мне мало…
Скольжу ладонью на его затылок, притягивая обратно. О-о-ох, как это, оказывается… он не целует, терзает, но мне так нравится…
21. Маша
Стук в дверь заставляет открыть глаза. Ну, как открыть… я пытаюсь, но ни черта не получается. Все, больше не буду так пить!
– Машка, ты вставать думаешь? – в комнату заглядывает Милка. – Обед уже. Пойдем гулять…
– Как обед? – Все же встаю, пытаясь понять. Я в своей комнате. Вылезаю из-под пледа – в одних трусиках и лифчике. Зависаю взглядом на своем голом животе, и фантомно ощущаю бабочек. Обдает «кипятком», когда в памяти всплывают обрывками картинки.
– Маш, – снова от Милки. Оборачиваюсь на подругу, что держит в руке свернутый вдвое листок бумаги. Забираю. – Мы в кухне, если что. Давай, приходи в себя, и пойдем завтракать.
Милка уходит, а я раскрываю листок.
«Ты настоящий секс, Машунь. Но я хочу, чтобы ты была трезвой, когда между нами случится страсть. Целую твои сладкие губы».
Божечки… мне не приснилось, и мы реально чуть не переспали прямо в коридоре? Стыд какой…
Надеваю домашний костюм и иду в ванную, приводить себя в порядок. Потом в кухню, надеясь не пересечься с Левой. Но не тут-то было. Он сидит за столом с девчонками, прислонившись спиной к стене и вытянув длинные ноги на рядом стоящую табуретку. Обжигает меня взглядом. Спускает ноги со стула. Стопорюсь.
За столом всего четыре табуретки, две из них занимают девчонки, одна свободная рядом с Левой. Делать нечего, иду и приземляюсь совсем не женственно. Лева пододвигает ко мне бутылку с минералкой и кружку с кофе. Откручивает крышку на бутылке.
– Доброе утро, – говорит улыбаясь. А мне так стыдно, что глаз поднять не могу.
– Доброе.
Все же отпиваю минералку, чувствуя, как прохладная жидкость опускается вниз. Желудок издает жалобный стон.
– А я супчик сварила. Будешь? – Аленка – хозяюшка!
– Только бульон, можно?
– Тебе все можно, – Милка, по-хозяйски, встает и наливает в тарелку суп. Вкусно, но съедаю всего несколько ложек.
– Не смотри так… – тихонько шепчу, пока девчонки обсуждают, куда пойти сегодня.
– Почему? – склоняется и, подставив под щеку кулак, продолжает смотреть Лева.
– Мне очень стыдно за свое поведение. Больше не буду пить…
– Да ладно, мне все понравилось…
Молчу, не зная, что сказать в ответ. Мне тоже понравилось, но стыдно от этого не меньше.
Скашиваю взгляд на парня. Улыбается.
– Ты такая милая, когда краснеешь. И красивая. Всегда… А вчера… – сжимает под столом мое бедро. – Чуть с ума не сошел… Такая соблазнительная кошка…
– Тогда почему?… – Не договариваю. Он и так понимает.
– Я хочу, чтобы ты помнила каждую секунду.
– Я помню…
Вру, конечно. Ни хрена я не помню, как он меня в комнату привел, как раздевал, как уснула…
– Я бы хотел тебе поверить. Но увы…
– Что вы там шепчетесь? – Милка бдит. – Ешь давай, болезная! А то худющая…
– Я не хочу больше.
– Тогда давай собираться. Там погода просто супер, морюшко уже нас заждалось…
– Дайте мне минут десять, ладно?
– Куда ж нам деться, – хмыкает Милка. Аленка только рассматривает то меня, то Леву. Наверно, то, что между нами вчера произошло… точнее, что чуть не произошло, для всех очевидно. И мне надо как-то мириться с этим. И я попробую. Потому что мне понравилось…
Быстро принимаю душ, одеваюсь под нетерпеливые голоса девчонок за дверью. Лева до нашего выхода из дома на глаза не попадается. На пляже девчонки устраивают мне допрос.
– Да нет между нами ничего… И не было.
– Но могло бы быть…
– Если бы я так не напилась, возможно, – вздыхаю.
– А мне кажется, что если бы ты не напилась, не решилась бы, – Аленка, как всегда, зрит в корень.
– Машка, прекращай.
– Ты о чем?
– О том, что… ну сколько у тебя мужика не было? – Не отступает Милка.
– Давно. Не могу точно сказать, – опускаю глаза.
– Вот именно. Я, конечно, может и грубо сейчас скажу, – вздыхает Милка. – Но тебе нужен самец. Вот такой, как этот твой Лева. Чтобы трахал тебя до звезд в глазах. Потому что ты просто обязана испытать оргазм.
Черт, и зачем я им рассказала, что ни разу не кончала? Было давно, еще замужем была… По пьяной лавочке, конечно. Вот вообще нельзя пить!
– А знаешь, ты права…
– Значит, бери все в свои руки… в смысле, твоя жизнь в твоих руках. И тебя никто не осудит за то, что ты ищешь свое. Ты не в деревне, и личная жизнь твоя никого не касается. Маш, – берет меня за руку Милка. – Ты просто обязана быть счастливой.
Аленка подсаживается ближе и обнимает меня, а я шмыгаю носом, расчувствовавшись от таких слов. Потому что в станице все друг друга знали, и не хотелось славы гулящей девицы. А слух бы пошел, если бы я вдруг стала искать «свое» среди местных. Так я и вышла замуж девочкой. И после развода ни с кем не… в общем, не крутила романы, потому что установки, что вбивались в мозг с детства, давали о себе знать. Да и привыкла я так жить. Секс – не главное в жизни.
Так казалось до недавнего времени. Пока в мою жизнь не ворвался Лева. Нет, это я ворвалась в его, отдавив ему ногу в темном коридоре. Не суть. Мое сердце бьется, и я хочу… Хочу! Его!
– Так что, Машка, сегодня мы едем домой, а ты… – многозначительно играет бровями Милка. – Надень что-то соблазнительное и постучись в его дверь.
– Я так не могу…
– Она права, Мил, – встает на мою сторону Аленка. – Все случится и так, потому что между ними искрит.
Улыбаясь, закрываю лицо ладошками. Будь, что будет. Проблему надо решать, когда она случается, а не загоняться размышлениями о ней.
Домой возвращаемся под вечер, готовим ужин. Каждый раз, когда прохожу мимо двери Левы, немного притормаживаю. И, вроде, совершенно безобидно будет пригласить к столу. Ужин-то не наедине. Но я все равно не решаюсь.
Поздно ночью отправляю девчонок на вокзал. Они вызывают такси. А я, дождавшись сообщения о том, что они сели в электричку, ложусь спать.
22. Маша
– Добрый вечер, Мария Сергеевна, – рядом встает Макаров.
– Добрый, – провожаю маленького Матвея, что тоже в конкурсе участвует, оборачиваюсь к Дмитрию Романовичу.
– Как успехи? – Смотрит в сторону класса, где Марьяшка собирает в папку-переноску свои вещи с парты.
– Марьяша умница, – хвалю искренне. – У нее явный талант. У нее все получится, если приложить некоторые усилия.
– А у вас?
– Что? – перевожу на него взгляд. Не пойму, о чем он.
– Как дела у вас, Мария Сергеевна?
– Спасибо, хорошо, – нет, что-то тут не так. И почему он так смотрит, тоже не пойму. Словно что-то хочет спросить… – А… у вас?
– Тоже хорошо. Вот только няню никак не можем найти.
– Почему? Вроде, сейчас много всяких агентств.
– Все не то, – качает головой он. – За последний месяц три няньки сменилось. И это проблема…
– А что с ними не так?
– Ну… или слишком молодые, что является проблемой для и них, и для меня. Или слишком взрослые, со старыми взглядами на воспитание детей. Что тоже мне не подходит.
Ничего не понятно, но да ладно. Просто киваю в знак того, что услышала его.
– А Марьяна что-то говорит? Может быть, ей кто-то понравился?
– Ей нравится только один педагог, и это вы.
Зависаю, смотрю, как Марьяна идет к нам и обнимает отца. Потом обхватывает мою талию своими ручками и доверчиво прижимается щекой к моему животу, заставляя сглотнуть вязкий ком. Обнимаю в ответ, касаюсь ладонью пушистых волос малышки.
– Вот видите, – улыбаясь как-то задумчиво, говорит он.
– До завтра, Мария Сергеевна, – улыбается беззаботно Марьяша и берет отца за руку.
– Может, вас подвезти? Там льет, как из ведра.
Смотрю в окно – и, действительно. А зонта я с собой не взяла, потому что на улице было тепло и на небе ни облачка. Погода здесь очень изменчивая.
– Так что мы ждем вас у выхода, – кивает Макаров и идет по коридору, чеканя шаг. Марьяна, подпрыгивая, скачет рядом, держа его за руку. И так это выглядит мило… Сердце запинается в груди, и я спешно отворачиваюсь. Иду к шкафу за сумкой и жакетом. Закрываю кабинет на ключ и иду на выход. У дверей ждет Макаров. Марьяши рядом нет.
– Я отвел Марьяну в машину и вернулся за вами, – поясняет он мой вопросительный взгляд. Выходим на крыльцо. Раскрывает над нашими головами большой зонт и предлагает взять его за локоть. Открывает передо мной дверь. Забираюсь в теплый салон. Марьяша на заднем сиденье смотрит на планшете мультики.
Макаров садится за руль и закидывает зонт на задний коврик. Смотрит на меня опять, прожигает щеку взглядом. А по крыше хлещет ливень, стекая струйками по стеклам. Молчание затягивается. Все же оборачиваюсь.
– Куда ехать? – тихо спрашивает, оглядываясь на дочь. Та не обращает внимания. А мне становится стыдно. Вот дура… напридумывала себе что-то… Что вообще происходит с моей головой, когда Макаров появляется на радарах?
– Проезд Курортный, двадцать пять.
Едем медленно из-за пробок и молча из-за неловкости. Или это только мне неловко? Макаров вполне свободно себя чувствует. Его левая кисть расслабленно лежит на руле, а правый локоть на подлокотнике между сиденьями, отчего он как бы склонился в мою сторону.
Аромат его парфюм проникает в мой организм, как медленно отравляющий яд. Пытаюсь переключить мысли на что-то другое. И в мысли врываются воспоминания о Леве…
Обдает кипятком, потому что стыдно от такой реакции на постороннего мужчину. А Лева уже свой, можно сказать, родной…
У дома Макаров паркуется и ставит машину на ручной тормоз. Оборачивается ко мне.
– Спасибо, что довезли, – вежливо улыбаюсь и оборачиваюсь к Марьяше, упустив из вида то, что Макаров тоже склонился в мою сторону. – Марьяшка, до завтра.
– До свидания, Мария Сергеевна, – улыбается малышка и снова погружается в просмотр мультика.
– До свидания, – делаю вид, что не заметила близости Макарова.
– Хорошего вечера, Мария Сергеевна, – говорит он, и я выпрыгиваю из машины. Спешно забегаю во двор, хоть дождь почти прекратился. Взлетаю по ступенькам на этаж и приваливаюсь спиной к закрытой входной двери. Непонятная реакция, абсолютно…
Смаргиваю, выдыхаю протяжно, чтобы выровнять дыхание, и иду в комнату. Может, к психологу сходить? Наставит меня на путь истинный?
«Просто переспи уже с Левой!» – звучит в голове голос Милки.
Интересный, конечно, вариант. Может, и правда?
Подумаю над этим, обязательно. Завтра.
«Чего думать?! Надо брать!» – Снова Милка в моей голове шепчет. Улыбаюсь, закрывая ладошками лицо. Ох… сложно «брать», когда ни разу в жизни этого не делал? Ну, что я, по сути, видела? Один парень, который стал мужем. И который вымотал всю душу за наш почти восьмилетний брак.
А хочется такого, чтобы прям… Ух!
И пальцы у Толика были некрасивые!…
23. Дмитрий
С няньками выходит подстава! Месяц! Месяц мне не могут найти адекватного специалиста! То молодые и смотрят на меня, считывая сколько нулей в сумме на моем счету, то престарелые грымзы, которые начинают поучать, что я неправильно дочь воспитываю.
Нет золотой середины, и Марьяша в присутствии нянек все больше молчит и смотрит на меня умоляюще. Я и сам понимаю, что она привыкла к Кристине. Может, как бы там ни было, зря ее уволил?
Тут же вспоминаю, что та тоже нацелилась не только на работу, и сразу уходит сомнение. Нет, я все делаю правильно. Найду… Даже если придется потратить уйму времени – это моя единственная дочь. Не могу же я отдать ее в ненадежные корыстные руки!
А Мария Сергевна не выходит из головы. Почему-то запала в душу. Такая кроткая, испуганная немного. И глаза ее зеленые… словно в душу сморит. И, надо сказать, совершенно бесстрастно. А еще краснеет мило, сама того не замечая. Такая притягательная, в своей узкой юбке и белоснежной блузке.
Кольца на пальце я не заметил, значит, не замужем. И ни разу не видел, чтобы ее кто-то забирал с работы. Хотя есть сомнения, конечно. Не может такая шикарная женщина быть одна… Ну, не может же?
И если все же мои предположения, что у нее никого нет, верны, как мне к ней подступиться? Я не мастер красиво говорить, и широких жестов делать не привык. Может, просто предложить ей оставить должность педагога и пойти в няньки Марьяшке? А что?! В деньгах не потеряет, Марьяшка ее любит. Да и… Какие там бонусы у них в гимназии? Надо бы разузнать, чтобы было, чем приманить.
Усмехаюсь сам с себя, смотрю на дочку, что мирно спит в кроватке, все еще зажав мой указательный палец в ладошке. Аккуратно встаю и вынимаю палец, целую сладко пахнущую щечку, жадно вдыхаю аромат нежности и беззаботности. Такой бывает только в детстве!
В кабинет спускаюсь, не включая свет. Открываю ноутбук и зарываюсь в бумаги. Работы не початый край, и надо как-то отвлечься от мыслей о Марьяшкиной училке.
Наутро, когда наступает рабочее время, набираю сообщение безопаснику и прошу разузнать о Марии Сергевне всю информацию. Это плевое задание, и Михалыч справляется за несколько часов.
Разведена…
Детей нет…
Снимает жилье, гимназия компенсирует…
Ипотека в «К»…
Зарплата сорок тысяч…
Так, надо подумать. С зарплатой все понятно, Кристина получала на двадцатку больше. Но и занятость получается круглосуточная, поэтому буду премировать. Как дополнительный стимул.
С жильем тоже отличное предложение – жить будет в комнате рядом с Марьяшкиной спальней. Вот и компенсация не нужна…
И ко мне поближе, так сказать…
Или это плохая идея? Если буду знать, что Мария Сергевна под боком, и только руку протяни…
Она не похожа на ту, что готова к такому формату отношений. Но предложить ей большее я не могу.
Откидываюсь затылком на спинку дивана. Черт! Впервые у меня в голове такая каша. За последние лет шесть. С того самого момента, как мамаша Марьяны ушла, наверно.
И это неимоверно бесит, потому что я хочу доверять человеку, который рядом. А я в каждой женщине вижу расчетливую суку.
Ну, Мария Сергевна не в счет, я надеюсь. Не могу же я настолько ошибаться, правда? Или?.. Блядь, надо заканчивать думать о херне. Просто предложу ей стать нянькой. А там как пойдет. За спрос не бьют в нос, так говорил мой дед. И это выражение реально рабочее. Просто предложу. Если откажется – так и быть, отстану от нее. Наверно. Это не точно…
Смеюсь в голос. Нет, я не отстану. Я буду искать доводы, с которыми она не сможет не согласиться…
Прямо после выходных и спрошу. Все равно сам езжу за Марьяной. Не могу отказать себе в удовольствии увидеть сексуальную Марию Сергевну!
24. Маша
Организм – странная штука. Сказать бы, выходной! Спи, отдыхай… Так нет же! Я открываю глаза, когда на часах еще нет семи часов утра! Чищу зубы и рассматриваю себя в зеркале. Все в себе люблю, но вот кончики волос пора состричь. Какие-то они сухие стали…
Кручу между указательным и большим пальцами прядь, рассматривая.
Дверь распахивается и на пороге останавливается сонный Лева.
– Прости, было открыто… – оглядывает меня с ног до головы. – Доброе утро, – улыбается и берет свою зубную щетку.
Я же лишь оставляю в покое свои волосы и заканчиваю чистить зуб. Меня смущает, что Лева здесь. Процесс утренних процедур мне кажется очень интимным, и я спешу сбежать. Но не тут-то было. Лева перехватывает меня у двери, обнимая за плечи.
– И куда это ты?
– В комнату…
– А поцеловать?
– Лёв, – меня обдает «кипятком». Такой прямолинейный, что не могу не краснеть.
– Маш? – Приподнимает пальцами мой подбородок и сам касается моих губ своими. Глаза сами по себе закрываются. Я словно парю над землей, окутанная теплыми объятиями. Пальцы парня перемещаются на мой затылок и путаются в волосах. Немного сжимают, притягивая ближе. Лева углубляет поцелуй, и я теряюсь в аромате его парфюма и мятном вкусе зубной пасты.
Ладошками скольжу по твердому обнаженному животу парня. Колени слабеют, но Лева прислоняется к моему лбу своим, дышит шумно и, не открывая глаз говорит:
– Голову от тебя теряю… Ведьма ты, что ли? М, Маш?
– Вряд ли… – так же хрипло, как и он, отвечаю, приходя в себя.
– Надо нам куда-нибудь погулять сходить, а то я себя не контролирую, когда наедине, – легкий поцелуй в губы, глаза в глаза, опускает руку, поправляя эрекцию. Ой, мамочки… Там такая гора в легких спортивных штанах, что мне даже немного страшно становится. – Так что? Ты не против позавтракать на берегу моря?
– Не против, – шепчу в ответ, получая еще один поцелуй и томный взгляд, который соскальзывает вниз. Прослеживаю.
Ведет костяшками указательных пальцев по вершинкам моих возбужденных сосков, что отчетливо виднеются через ткань тонкой майки. Заливаюсь краской, и так хочется подставиться под его ласку, но я замираю, закрыв ладонями лицо.
– Какая же ты… неискушенная, – прикусывает мне ушко и отстраняется. Скрипит дверь, по коридору шаги. И я, наконец, осмеливаюсь открыть глаза. Что за детский сад со мной творится – не могу объяснить. Но надо брать себя в руки. Ничего «такого» в том, что мы с Левой хотим друг друга. Он привлекательный парень. Красавчик, я бы даже сказала. И то, что я так шарахаюсь, выглядит нелепо. Но включить соблазнительницу я не могу. Просто не умею так… Сразу становлюсь какой-то деревянной, неестественной. Лучше и не пытаться, просто плыть по течению с такими неожиданными водоворотами, как случился только что. Главное, что мне нравится то, что я чувствую. И Леву, похоже, тоже все устраивает.
В комнате раскрываю шкаф и недоумеваю, как одеться. На улице тепло, но я ведь не просто иду на пляж. Одна, кофе пить и смотреть на горизонт… У меня свидание… Первое за много лет. Может, и единственное, которое со мной случалось. Потому что Толиком у нас и романтического периода не было…
