Текст книги "Одна ночь (СИ)"
Автор книги: Катерина Лазарева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)
Фелиппе, которому тогда едва исполнилось семнадцать, был там. Насильником оказался один из его людей, решивший безнаказанно развлечься, пока принц осматривал свои владения. Королевич застал Сэма, стоявшего над трупом.
Конечно, Фелиппе был взбешён. Никто не мог нападать на его приближённых. Причём не имело значения, что при этом творили они. Принц не обращал на это внимания. Будто не замечал.
Фелиппе в ярости схватил несопротивляющегося от пережитого ужаса Сэма за волосы и уткнул лицом в труп. Вот тогда-то мальчик, в попытках ухватить воздух раскрывший рот несколько раз, и вкусил нечаянно чужой крови. С этого всё началось.
Первое обращение он ещё не мог контролировать. Оно произошло прямо там, при принце. Тот даже отпустил голову Сэма, поражённо глядя на представшее перед ним зрелище.
Воспользовавшись этой заминкой, он рванул прочь. Сэм долго бежал. Очнулся уже за пределами Россарио. Принц тогда не стал устраивать погоню. То ли не сориентировался от удивления, то ли опасался неизведанного.
Сэм принялся скитаться по свету, всё успешнее устраивая свою жизнь. Он уже узнал и принял свою сущность, научился из всего извлекать пользу и наслаждаться каждым мгновением нового дня, когда Фелиппе вдруг нашёл его. Спустя десять лет. К тому моменту принц уже знал о перевёртышах всё. Вот тогда Сэму и пришлось пойти на, как казалось, выгодную для обоих сделку.
– Срок меняется, – вдруг раздался за спиной властный голос Фелиппе. – Я женюсь на ней через неделю. Если к этому времени ты не справишься с её расположением ко мне, провалишь задание.
Итак, вчера за ужином Виолетта намеренно дала понять принцу, что у того могла быть надежда. Непонятно, как у неё хватило выдержки и актёрского мастерства изобразить тот взгляд. Но, судя по всему, Фелиппе поверил. А его реакция красноречиво выдавала слабость перед ней. Он отчаянно хотел верить, а потому закрыл глаза на невозможность. Чёрт, да принц чуть ли не превратился в белого и пушистого зверька из того тирана, кем был всегда.
Виолетта захлопнула книгу. Идиотский оборот речи – если и сравнивать Фелиппе с животным, то вряд ли возможно найти подходящий пример жесткого, самодовольного и бесчувственного монстра.
Но хотя бы стало ясно: мнимостью расположения к нему, внушением надежды на взаимность она могла добиться многого. А когда Виолетта оставалась собой и вела себя с ним максимально отчуждённо, принц тоже не отставал, показывал своё истинное лицо. В такие моменты с ним невозможно договориться. Он привык, чтобы всё вертелось вокруг него.
А её игра затуманивала ему сознание. Только тогда Фелиппе становился по-настоящему лёгкой мишенью.
Да, это неприятно. Да, невообразимо сложно. Но Виолетта должна попытаться. Просто обязана. Ставки слишком высоки. И если ей суждено принести себя в жертву – так тому и быть. Главное: добиться успеха. Любой ценой.
Виолетта положила книгу на место. Сложно придумать, как максимально правдоподобно изменить линию поведения с Фелиппе. Да и не так-то просто отключить эмоции от этого непростого решения. Решив отложить это хотя бы на несколько минут, Виолетта просто собиралась вернуться в свою комнату.
Но, как назло, на полпути из библиотеки перед ней предстал принц. Видимо, он намеренно искал невесту.
– Добрый день, – холодно поздоровалась она. Но тут же, вспомнив своё решение, как бы застенчиво опустила взгляд.
– Добрый, – миролюбиво ответил Фелиппе. Если он и заметил её показное смущение, то ничем не дал понять. – Решила почитать?
– Не очень получается, – призналась Виолетта. Она подняла на него взгляд и заметила, что на его лице не было привычного господствующего и самодовольного выражения. Значит, стоило приступить к плану прямо сейчас. Пока ещё не было настолько противно. – Голову заполняют разные мысли… О вас.
Намеренная недосказанность и чуть дрогнувший голос. Да в ней погибала хорошая актриса. Конечно, принц проглотил наживку.
– Какие же?
Главное, не перегнуть. Всё-таки Фелиппе, хоть и самонадеян, не настолько глуп.
– Наш вчерашний разговор за ужином, – негромко проговорила Виолетта. Она не смотрела ему в глаза, но периодически бросала взгляды на лицо, подмечая реакцию. – Я много думала. Вы, пожалуй, правы. Мне нет смысла сопротивляться неизбежному.
Он пристально вглядывался в её лицо. Видимо, размышлял о причинах внезапной покорности судьбе. И тогда Виолетта решила обратиться к тому, во что такой, как он, охотно поверит.
– К тому же, моё положение даёт мне преимущества. Например, богатство и статус. Вы одарите меня этим, хотя я не соответствую уровню вашей невесты.
Фелиппе почему-то усмехнулся, словно не верил. Но это не могло быть правдой. Скорее всего, у его сомнения другие причины... Конечно, после её неоднократных упрёков и напоминаний о причинённом зле она не могла так просто закрыть глаза на всё даже ради его денег и власти. Поняв это, Виолетта добавила:
– Да, я не могу простить вас за случившееся. Не сразу. Но, думаю, мы можем попытаться сделать наш брак приемлемым, раз уж его не избежать.
Непроницаемый взгляд принца в её глаза не давал подсказок о дальнейшей линии поведения. Так что оставалось лишь ждать его слов.
– Я должен поверить, что ты именно к этому стремишься?
Да уж, вчера Фелиппе был гораздо более легко внушаем. Видимо, не только она размышляла после ужина. Но отступать нельзя. Иначе принц точно заподозрит о плане. С этой дороги уже не свернуть.
– А у меня есть варианты? – непонимающе спросила Виолетта. Она ведь не переигрывала. – Вы мне не омерзительны, несмотря ни на что. И я приняла решение.
Виолетта уже сделала всё, что могла. Сказала больше, чем планировала. Он не мог не поверить.
В глазах принца читалось колебание. Возможно, Фелиппе просто боялся обмануться?
Странно. Вот так осторожничать… Да ещё при самоуверенности, которой обладал.
Это объяснялось только одним – его чувства к ней намного глубже, чем казались. А потому простых утверждений ему не хватало. Хотел знать наверняка.
– Уверена? – словно в подтверждение её догадки с нажимом уточнил принц.
Теперь, когда Виолетта раскрыла его, стало проще играть роль. Более того, пришло осознание: её план и вправду – необходимость, своего рода спасение.
Представив, как Фелиппе задыхался в предсмертных муках, а народ страны втайне радовался этой свободе, Виолетта приободрилась. Она верила, что со смертью принца в государстве воцарится гармония и благополучие. Пусть и не сразу… Но ради этого стоило постараться.
– Да, – с особенной убеждённостью подтвердила она.
Что-то изменилось в его взгляде. Фелиппе поверил, это стало ясно. Но… Нет, ей лишь показалось – принц не мог быть разочарованным в её ответе.
– Тогда докажи это, – вдруг произнёс на выдохе он. – Поцелуй меня сейчас.
Как он это сказал… Сердце невольно пропустило удар. Странная интонация.
Но неважно, какой тон. Главное – смысл. Ей бросили вызов. Виолетта не могла не принять его. Всё, чего она так добивалась, могло рухнуть в один момент.
Виолетта с трудом сохранила самообладание, вспомнив, как до этого чуть не дошло. А что если принц и сейчас потеряет голову?..
Сердце ускорило темп. Она беспомощно посмотрела на него.
Судя по взгляду Фелиппе, он понимал её страхи. Странно, но это так. Не торопил, всем видом демонстрировал, что теперь ей нечего бояться.
Выдохнув, Виолетта решилась. Лучше сразу покончить с этим. Чем дольше тянуть, тем больше сомнений и тревог.
Она шагнула к нему навстречу. Принц оставался на месте. Видимо, не собирался облегчать ей задачу. Виолетта с трудом шевелила ногами. Те словно перестали слушаться. Подступающая неуверенность всё сильнее охватывала с каждым новым шажком. Ощущение, что каждая нога стала весить больше всего тела… Но Виолетта шла. Знала, что нельзя поддаваться слабостям. Не сейчас.
Ощущение, что она ступала по минному полю. Неверное движение – смерть. Это чувство лишь обострилось, когда Виолетта подняла глаза, встретившись взглядом с Фелиппе. Очень странное выражение застыло на его лице. Похожее на сожаление. Фелиппе будто не хотел, чтобы Виолетта продолжала. Словно она вот-вот, и погубит или себя, или его. Так не смотрят перед поцелуем.
Виолетта резким рывком преодолела расстояние между ними и, встав на цыпочки и ухватившись за притихшего Фелиппе, коснулась губами его губ. Он словно бы вздрогнул, а затем замер. Никаких действий. Ни ответа, ни сопротивления. Намеренно оставлял дальнейшее за ней. То ещё испытание.
Виолетта пыталась не обращать внимания на нетипичное поведение принца. Она без лишних эмоций целовала его как можно увереннее, почти грубо, цепляясь пальцами за ворот его рубашки и сминая её. Фелиппе слегка напрягся, словно ему приходилось проявлять усилия в какой-то внутренней борьбе. Виолетта почему-то физически остро чувствовала его состояние сейчас.
Не было речи об откровенном поцелуе, поэтому она не раскрывала губы, воздействуя закрытым ртом. Но на Фелиппе, оказалось, влияло и это. Он вдруг осторожно обнял её за талию, едва уловимо притягивая ближе. Она каждой клеточкой тела ощущала, как принцу всё тяжелее оставаться сдержанным. Через пару секунд он уже, отбросив все сомнения в сторону, принялся отвечать на поцелуй.
Это было неожиданно обескураживающе. Виолетта оказалась просто не готова к такому. Фелиппе не проявлял несдержанную грубость, как в первый раз в этом замке – нет. На этот раз это была обезоруживающая чувственность. Совершенно новые для неё ощущения. И тем более сильные за счёт внезапности. Он целовал её так, что она не могла не прочувствовать, насколько принц в ней нуждался. Без давления, но с отчаянным стремлением. И, словно наказывая себя, не позволял никаких лишних действий, хотя явно жаждал их. Наверное, даже больше, чем тогда, когда чуть не изнасиловал. Намного больше. Виолетта почему-то знала это наверняка.
Что-то кольнуло в её груди. Виолетте стоило огромных усилий не откликнуться на его потребность в ней. Это было… совсем не противно. Даже наоборот.
Боже, Виолетта не могла настолько пасть! Она ведь всего лишь играла роль, не более.
Тело, в противовес мыслям, безвольно ослабло. Рвалось навстречу к нему. Эта неспособность контролировать себя пугала.
Виолетта жалобно всхлипнула, даже толком не сознавая этого. А принц вдруг отпустил её губы, но продолжал держать за талию. Впрочем, сейчас это было даже уместно – иначе Виолетта просто упала бы. Она всё ещё не пришла в себя.
Их взгляды встретились. Виолетта чуть не задохнулась, увидев непривычную гамму чувств в его глазах.
– Какой же я идиот… Ты не должна была проходить через всё это. Я должен был защитить тебя от всех бед. Мне так жаль, что я не понимал этого раньше, Виола.
Виолетта даже не поняла, почему вдруг так защемило сердце при этих неожиданных словах и взгляде. Она поверила ему. Видела искреннее раскаяние.
Слишком сильно. И тон, каким это было сказано, отзывался в душе, впечатывался в сердце. Слова были не просто произнесены – выстраданы.
И это почему-то прошибало насквозь, выворачивало душу.
Ведь она никогда не простит.
И почему он вообще назвал её именем, которым могли обращаться только близкие люди? Виолетта не давала ему такого права. И не позволит.
– Уходите, прошу вас, – с трудом сдерживая подступающие слёзы, срывающимся голосом проговорила она. – Сейчас же. Оставьте меня.
Практически мольба. Необходимость. Ощущение, что Виолетта вот-вот умрёт, если он останется и продолжит смотреть на неё этим своим взглядом.
Принц немного поколебался, словно хотел ещё что-то сделать или сказать. А затем вдруг резко развернулся и вышел.
За уже заканчивающимся ужином они обменялись лишь несколькими незначительными репликами. Принц начал терять терпение.
Как назло, ему не удалось застать Сэма. Он куда-то исчез. Вроде даже вышел из дворца. Фелиппе тогда не стал уделять этому внимания. Решил, что вряд ли днём произошло что-то, что ему надо знать. Подумал, что иначе бы Сэм сперва рассказал всё, а потом уже ушёл по своим делам.
Теперь принц понял, что просчитался.
Он понятия не имел, как сейчас вести себя с невестой. Действовал наугад: как ни в чём не бывало, – вышел недосказанный и ничуть не устраивающий его диалог. Надо сменить тактику. Прощупать почву.
– У меня такое ощущение, будто вы хотите мне что-то сказать, но не знаете, как это сформулировать. Не стоит держать в себе, – резко заявил он.
Виолетта слегка побледнела. Его слова явно застали её врасплох.
И, видимо, попали в точку.
– Вам показалось, – неожиданно серьёзно и невозмутимо ответила она. – Я уже сказала вам всё, что хотела, сегодня днём, помните? Мне нечего добавить.
Сегодня днём? И что же, интересно, это было?
Чёртов Сэм.
– Вот как… – почти прошептал Фелиппе, размышляя над способом незаметно узнать это от неё.
Он снова посмотрел в её глаза. Но уже другим, внимательным и пристальным взглядом. И по её словам, и по глазам принц практически читал разгадку, но она неумолимо ускользала в последний момент.
Виолетта однозначно вела себя необычно. Несколько раз украдкой смотрела на него так, словно пыталась что-то понять. Ему было не по себе от этого взгляда. Виолетта будто хотела разглядеть в нём какую-то ещё сторону, недавно открывшуюся. Принца не покидало ощущение, что этот взгляд въедался ему внутрь.
И почему-то стало даже страшно. Не хотелось подпускать её туда. Принц снова возобновил непринуждённый разговор. Виолетта отвечала немного настороженно и односложно.
Фелиппе уже собрался прекратить всё это. Ужин закончился, не было смысла плясать над пропастью. Срочно вызвать Сэма и обговорить всё с ним. И вообще эта двойная игра начала надоедать.
Пока от неё никакой пользы. Скорее бы закончилась неделя.
Принц поднялся. Виолетта немного помедлила и последовала его примеру.
Словно не замечая её, Фелиппе направился к двери. Сделать знак ожидавшей там прислуге всё убрать. По сложившейся с прошлого ужина традиции принц выставлял всех из гостиной, чтобы никто не смог потревожить его уединение с невестой.
– Вы сказали, что сожалеете обо всём, что мне пришлось пережить по вашей вине, – вдруг остановил его на полпути её решительный голос. – Я вам поверила. Как я уже сказала, не смогу простить сразу, но постараюсь. И это будет заметно проще, если вы начнёте исправлять содеянное. Жители Россарио бедствуют и в вечном страхе. Я думаю, мой город не один в таком положении.
Фелиппе развернулся. Поверила? Постарается простить? Сказать такое ей стоило многого.
Видимо, Сэм запаниковал из-за сократившегося срока и постарался проникновенно сыграть. Вот только роль виноватого и стремящегося загладить грехи принца не устраивала.
– Да, я жалею о бедствиях, которые невольно причинил вам, – с большим трудом заставил себя сказать Фелиппе. – Но я не собираюсь отнимать у себя право распоряжаться своими землями и людьми так, как пожелаю. Не припомню, чтобы обещал вам этого.
Сэм бы не посмел. Принц дал ему понять, что больше никаких обещаний. Фелиппе претила одна только мысль идти на уступки и меняться. Пусть даже ради Виолетты.
Видимо, она различила неумолимую твёрдость в его голосе. Помолчала немного, вздохнула. И, когда принц уже собрался идти дальше к двери, разочарованно сказала:
– Похоже, я ошиблась в вас. Я решила, что вам не чужды человеческие чувства.
Какая тоска в тоне. Виолетта и вправду решила, что могла играть с ним?
Или она говорила искренне… Что если Сэму и впрямь удалось задеть струны её души, и сейчас в её сердце настоящая горечь разочарования? А это может взрасти в такую обиду, которая никогда не пропустит другие чувства.
А ещё эта тоска выдавала, что Виолетта действительно поверила в Фелиппе. По-настоящему допустила, что всё могло быть иначе.
Нужно не испортить это, при этом не сдавшись. Сплошные сложности.
– Не чужды. Но манипулировать собой я не позволю. Я могу пойти на многое, если мне искренне преданы.
Фелиппе взглянул ей в глаза. Виолетта даже не смутилась.
– Разве я не доказала свою искренность поцелуем?
Принц чуть не задохнулся от такого внезапного вопроса-заявления. Поцелуй?!
Сэм не имел права пользоваться обликом Фелиппе в подобных целях. Они это обговаривали. Но дело было даже не в ошеломляющей наглости перевёртыша.
Хотя бы мельком представить Виолетту, целующуюся с другим, принц не мог. Сразу выходил из себя. Он с трудом сохранил лицо и подавил рвущуюся ярость.
– Что? – с удивительным для себя спокойствием только и переспросил Фелиппе.
– Вы, очевидно, полагаете, что, поскольку это было вашим требованием и своего рода испытанием для меня, это можно не считать, – задумчиво расценила Виолетта. – Но мне тогда показалось, что мы поняли друг друга.
Фелиппе сжал губы, с трудом сдержав новую вспышку гнева при этих словах. Сэм нашёл уловку. Принц запретил ему прикасаться к Виолетте. А потому Сэм потребовал поцелуй у неё. Идеальное преступление – это она к нему прикоснулась, а не он.
Что ж, Фелиппе мог бы и догадаться. Хотя какая, к чёрту, разница? Попадись ему сейчас Сэм, разорвал бы его голыми руками. Злость затмевала разум.
А потому сейчас главное – не сделать и не наговорить лишнего. Не поддаться ревности.
– Свадьба через шесть дней, – вопреки стараниям, скорее жёстко заявил Фелиппе. – Сейчас активно идут приготовления. Мы придём к окончательному пониманию лишь после венчания.
Он не хотел так резко сообщать ей о скорой свадьбе. Но желание собственнически обозначить свои позиции пересилило всё. Принц просто понял, что только так сможет удержаться от стремления разыскать Сэма и прикончить.
– Так скоро… – Виолетта не смогла скрыть удивлённого разочарования в голосе.
Фелиппе прекрасно видел, как она боролась с собой, пытаясь держаться достойно и невозмутимо. Но новость её явно не обрадовала.
Скорее, ужаснула.
– Не вижу смысла тянуть, – безжалостно заключил он, злясь ещё больше от её реакции.
Виолетта только кивнула, внешне уже окончательно придя в себя. Оставалось лишь удивляться её умению быстро перестраиваться. Принц вот до сих пор не мог унять эмоции.
– Тем более теперь, когда мы друг друга поняли, – насмешливо припомнил он её слова о последствиях поцелуя. – Не переживайте, я буду достойным вашего ко мне отношения мужем.
Виолетта едва уловимо вздрогнула. Похоже, прочувствовала намёк в его тоне.
– Хотелось бы верить, – с вежливой, но неживой улыбкой ответила она. – Доброй ночи.
И тут же пошла к выходу, не дожидаясь ответа. При этом Виолетта умудрилась сохранить достоинство. Она не выглядела сбегающей.
В раздумьях, Фелиппе снова сел за стол. Налил себе вино, выпил.
Итак, Сэм. Что это было? Он запаниковал из-за срока, а потому действовал отчаянно? Или же проникся Виолеттой, заигрался и начал пользоваться ситуацией?
К чёрту мучить себя домыслами. Принц хорошо читал людей. Он узнает правду, как только увидит Сэма.
Ещё некоторое время Фелиппе пил вино, не цепляясь толком ни за какие мысли и чувствуя, как постепенно расслаблялся. Когда ярость совсем стихла, на смену ей вдруг пришло другое чувство.
И куда более яркое.
Виолетта целовала не Сэма. Нет. Она в тот момент была именно с ним, Фелиппе. Видела его перед собой. И в мыслях, и в действиях с ней был принц.
И это после всего, через что прошла из-за него и о чём постоянно напоминала. И после его несдержанности, которой напугал её. Чёрт, да Фелиппе был уверен, что после такого нескоро сможет коснуться её вновь.
Да, поцелуй был по требованию и стал своего рода испытанием для неё, вспомнил он. И тут же усмехнулся. Она всё же пошла на это.
Часть 3
Ночь уже почти настала, когда Фелиппе доложили о возвращении Сэма. Принц моментально послал за ним слугу.
И Сэм, наконец, предстал к ответу.
Успокоившийся к тому моменту Фелиппе чуть снова не вышел из себя. Сэм стоял перед ним как ни в чём ни бывало. Да, благодаря своей сущности он не служил королю и неоднократно давал понять, что никого не считал своим господином; но исчезать на весь вечер без предупреждения – это слишком.
Не говоря о поцелуе с Виолеттой.
– Где ты был? – нетерпеливо спросил принц.
– Не припомню, что должен отчитываться о своих личных делах, несвязанных с заданием, – в отличие от него, совершенно спокойно ответил Сэм. – Но если это так важно, виделся с друзьями.
Фелиппе на мгновение почти забыл, что злился.
– У тебя есть друзья?
С образом жизни Сэма это и вправду было новостью.
– Возможно, – усмехнулся он.
Похоже, потрясение принца его только позабавило. Фелиппе нахмурился. Беспечная лёгкость Сэма раздражала. Снова напомнила о главном.
– Ты целовал её, – процедил Фелиппе.
Возможно, принцу показалось, но на какой-то момент на лице Сэма отразилось что-то вроде замешательства. Было это чувство вины или что-то иное, Фелиппе не мог разобраться.
Но, по крайней мере, не беспечная непроницаемость.
– Ты сократил срок, – после небольшой паузы уверенно ответил Сэм. – Без этого бы не обошлось.
– Да ну? – принц был готов к оправданиям, но не к такому заявлению.
– Ты приставал к ней, облапал и чуть не изнасиловал. Правда хотел, чтобы она шла под венец именно с такими воспоминаниями о твоих прикосновениях?
Фелиппе даже не сразу нашёлся с ответом. Почти оцепенел от такого внезапного напора. Сэм открыто осуждал его, это чувствовалось в тоне.
Но самое ужасное, принцу нечего было возразить. Тогда он действительно потерял голову. И неясно, чем всё могло кончиться.
Но Фелиппе не собирался признавать правоту Сэма.
– Я мог бы и сам позаботиться об этом.
– Мы оба знаем, что нет. Иначе ты бы не взвалил такое задание на меня. К тому же, я не ожидал, что она пойдёт на это. Моё требование было своего рода проверкой, каковы твои шансы.
Фелиппе помолчал, взвешивая и обдумывая случившееся и сказанное. Решение прекратить этот спектакль лишь усиливалось.
Но принц всё равно хотел знать наверняка, действительно ли Сэм не был заинтересован. Он открыто сочувствовал Виолетте – это да. Но всё ли это?..
– Что ж, я вполне могу освободить тебя от этой обязанности. Её отношение ко мне изменилось, – буднично заявил принц, не сводя взгляда с Сэма. – Я это чувствую. Что скажешь?
Вряд ли Сэм так просто согласится, если всё-таки хотел продолжать играть эту роль.
– Стремительно оно не изменится, – он ответил так, будто и вправду просто высказывал своё мнение. – Ни сейчас, ни через шесть дней. Поэтому если моего участия достаточно – я буду только рад.
– Этого я хочу больше всего на свете.
Фелиппе поверил. И, хотя эти слова были нелестными по отношению ко дворцу и королевской семье; по крайней мере, честными. Вряд ли Сэм был настолько хорошим актёром.
Да и с чего бы ему влюбиться в Виолетту всего за несколько дней? По крайней мере, настолько, чтобы потерять голову. А простого интереса было бы недостаточно, чтобы идти на поводу чувств. Сэм не дурак. Ввязаться в эту историю – последнее, что ему сейчас нужно.
К тому же, Сэм изначально давал понять, что не хотел этой роли. А сейчас просто решил поторопить события, потому и действовал отчаянно.
Принц по-прежнему злился из-за поцелуя, но мог понять.
– Хорошо, так и будет. Ты выполнил своё задание. Я снимаю с тебя это обязательство.
Сэм будто только этого и ждал. Даже не удивился решению принца.
– Ты свободен, – почти дружелюбно заключил Фелиппе, окончательно развеяв все сомнения. – Я сдержу клятву и буду хранить молчание о твоей сущности. Но одаривать тебя богатствами не буду, потому что задание отменено.
– Я рад и этому, – со сдержанной искренностью ответил Сэм. – Единственное, я вынужден просить позволить мне ещё на пару дней задержаться во дворце. Твоё решение отпустить меня оказалось спонтанным, и я не определился, что делать со своей жизнью дальше. Куда ехать, например.
Теперь, когда принц убедился в безобидности Сэма, не видел причин отказать в такой мелочи.
– Хорошо. Но только два дня. Советую тебе начать определяться уже сейчас.
Но это не имело значения. Сэм не мог больше бездействовать, глупо играя роль принца и безнадёжно пытаясь заинтересовать Виолетту своей сущностью. Этот план был провальным с самого начала. А пустить ситуацию на самотёк Сэм не мог.
Не после той встречи возле библиотеки.
Всё вернулось. Сэм долго пытался сдерживать чувства к Виолетте, прикрывая их простым сочувствием, но борьба была безнадёжна. И лишь принятие поражения сняло с него какие-то оковы. Стало проще дышать.
И даже решение пришло само.
Сэм знал, как спасти Виолетту. Потому он и виделся со знакомыми в этом городе приятелями. Они, похоже, считали его другом. По крайней мере, Сэм спасал им жизни и мог быть уверен, что те были благодарны достаточно, чтобы им доверять.
А это сейчас чуть ли не важнее всего. Ведь они должны помочь осуществить план. И уже дали своё согласие. Сэм успел посвятить их в кое-какие детали.
Опасность задумки Сэма не волновала. Главное – успех. А план был идеальным по всем фронтам. И если он будет рисковать, то только собой. А это – поправимо. И не так важно.
Сейчас главным была Виолетта.
Ей нельзя говорить об этом плане. Она может испортить всё, сама того не зная. Или же её заподозрят в сговоре с ним… Нет, Виолетта должна вести себя максимально естественно в нужный момент.
Сэму осталось два дня во дворце. Надо потратить их максимально продуктивно. Все детали должны быть улажены. Любая вероятность – предусмотрена. К счастью, он знал, как и чем заполнить недостающие пробелы при любом исходе событий.
Ещё раз всё обдумав, Сэм пошёл в комнату Виолетты. Он знал, что сейчас, ранним утром, её никто не потревожит. Но даже если бы было не так, его это не останавливало.
Прислуга принца относилась к нему настороженно, но со странным пугливым почтением. Они видели, что Сэм не особо подчинялся Фелиппе, при этом оставался во дворце и пользовался некоторыми привилегиями. И этого было достаточно. Никакого сопротивления на пути к невесте принца Сэм не встретил.
Он постучал несколько раз. Ответом долгое время была тишина, и Сэм с трудом удержался, чтобы не зайти и проверить. Почему-то теперь, когда он принял решение спасти её, беспокойство за неё лишь обострилось.
От непредсказуемого порыва Сэма избавила Виолетта. Она осторожно приоткрыла дверь и посмотрела на него с лёгкой опаской и недоумением.
– Доброе утро, – как-то резко сказал он, растерявшись от её неожиданного появления и взгляда.
– Доброе утро, – с вежливой отстранённостью ответила она. – Его высочество что-то хотел от меня, и потому послал вас?
Собираясь спасти её, Сэм даже подзабыл, насколько сильная была пропасть между ними. Собственное осознание чувств к Виолетте затмило разум.
Ну что ж, это всё – вторично. Сейчас важнее войти к ней в доверие. Окончательно, конечно, не выйдет. Но временное расположение было необходимо.
– Не совсем так, – Сэм мягко улыбнулся, глядя ей прямо в глаза. Не желая смутить, а скорее показывая, что с открытыми намерениями. – Я пришёл, потому что скоро уезжаю. И перед отъездом хотел бы поговорить с тобой.
Он намеренно произнёс это так, словно ничего не было между их знакомством в детстве и встречей сейчас. Словно они не изменились. И ничего вокруг.
Виолетта уловила, и это застало её врасплох. Она замешкалась, и Сэм не мог не воспользоваться этой растерянностью.
– Пройдёмся немного? – беспечно предложил он. – Не хочу, чтобы кто-то слышал нас.
Виолетта распознала намёк на серьёзный разговор. Она неподвижно стояла и долго смотрела на него, прикидывая, стоило ли соглашаться.
Да, учитывая пережитое, с доверием не могло не быть проблем. Да и Сэм вёл себя странно.
Он это понимал, потому не торопил её.
Это сыграло на пользу.
– Хорошо, – наконец, сказала Виолетта.
Она продолжала держаться настороженно, тем более что Сэм намеренно вёл её путём, где навстречу попадалось минимум людей.
Но его не устраивала её закрытость. Потому на протяжении дороги он ненавязчиво пытался расположить её к себе. Так, чтобы не нарушить личное пространство и одновременно показать позитивный и искренний настрой к ней.
Виолетта потихоньку расслаблялась. Хотя по-прежнему отвечала односложно и неохотно. Но Сэм всё равно уловил прогресс, и это подбадривало.
Вскоре он повёл её по тайному тоннелю. Сэм открыл его совсем недавно. Очень удивился, узнав, что он пустовал и, судя по всему, никем не использовался. Наверное, потому что немного был похож на гробницу и вообще жутковат… Но всё же, странно, что даже поблизости никого не было.
Потому Сэм старательно изучил местность, на случай возможного подвоха. Но нет, тоннель оказался вполне безобидным. Просто его позабыли и забросили.
Сейчас это было как нельзя кстати.
Если Виолетта и удивилась такому пути, то не подавала виду. Ни намёка на панику. Либо ей было всё равно на какие-либо риски жизни, либо она доверяла Сэму. Он ставил на первое.
Вскоре они пришли в нужный сад. Как и обычно, тут никого не было. Редкие деревья, цветы, кустарники. Лишь одна беседка. Минимум роскоши, что всегда окружала дворец Фелиппе. Понятно, почему это место не жаловали присутствием.
Дворец принца виднелся далеко. Их никто не мог застать.
Виолетта молча оглянулась, когда они остановились. Сэм не вмешивался. Пусть она увидит всё.
Виолетта подошла к небольшому фонтанчику, протянула ладонь, коснулась капель освежающей воды. Улыбнулась как-то по детски. Той улыбкой, которую он уже не ожидал когда-либо увидеть. Сэм даже затаил дыхание. Так неожиданно и почему-то больно оказалось видеть отголоски беспечной девчонки из далёкого прошлого.
– Как тебе здесь? – решил начать диалог Сэм.
– Красиво, – отстранённо ответила она.
Но её ответ не имел значения. Ей понравилось – он увидел. Осталось это закрепить, вложить в сад особенный смысл.
Сэм обдумывал, что сказать. И как именно с ней говорить сейчас.
Он усмехнулся, вдруг обнаружив – не было нужды вести игру. Достаточно просто быть собой и говорить правду, не касаясь задуманного плана.
– Это место для меня особенное, – задумчиво и почти мечтательно сказал Сэм, давая понять, что делился сокровенным. – Здесь не только красиво, но тихо. Никого вокруг. Словно только моё, тайное место. Единственное, где можно почувствовать себя не частью всего этого мира.
С этими словами, впустив грустные нотки в голос, он указал на виднеющийся вдали дворец. Виолетта вздрогнула, явно уловив, о чём была речь.
Их взгляды встретились. Сэм смотрел открыто, не скрывая чувств о сказанном. Пусть они и были немного преувеличены, но при этом всё равно правдивы. Максимальная искренность – только так Виолетта могла хоть немного довериться в ответ.
Один маленький шаг – большего не требовалось.
Сэм намеренно позволил себе окунуться в некую тоску от сложившейся жизни. Минутная слабость – она была нужна. Виолетта чуткая, показными эмоциями её не обмануть.
