Текст книги "Ваша Тёмность (СИ)"
Автор книги: Катерина Каз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 25 страниц)
Кора менялась на глазах. Она произнесла эти слова на полном серьёзе. Похоже, девушка собиралась стать богиней, свергнуть короля Ада и самой воссесть на трон. Что будет дальше, известно только Хаосу.
– Как бы там ни было, мы с тобой, – Гейл протянул руку – полукровка крепко сжала ладонь в немой сделке. – Но знай: если ты станешь очередным монстром, подобным им, – парень кинул взгляд в сторону адских прислужников: – И тебя придётся остановить… убить… то моя рука не дрогнет.
Бледное лицо девушки застыло в изумлении. Кора понимала, что стала ходить по лезвию ножа, но предпочитала рискнуть жизнью, чем смиренно ждать своей неминуемой участи.
– Надеюсь, Гейл, до этого не дойдёт, – она ещё мгновение сжимала его руку и потом ослабила хватку. – А пока я хочу, чтобы вы не волновались за меня. Всё будет хорошо. Я в этом уверена.
Никто не поверил её словам, но все утвердительно кивнули.
– А что будет с Сабиной? – наконец произнёс Кайл. Все сторонились этого вопроса. – И с Морганом?
– Лично для меня они пустое место, – Кора даже не хотела о них разговаривать.
– Значит, придётся справляться самим, – Кайл вздохнул, осознав, что мы окончательно лишились и капитана, и его заместителя. Но не беда, ведь перед нами находилась царица Ада.
Это что же получается? Мы вместе охотились на адских чудищ, трудились над званием лучшей команды академии, утонули в забытом богами пещерном озере и вот сейчас стояли, пусть и не в полном составе, но обдумывали план побега оттуда, куда попали по своей же глупости?.. Правду говорят: смерть всех объединяет. Даже исключительных тупиц.
Мы посидели ещё немного, а потом нас проводили в покои.
Я охотно нырнула под пуховое одеяло и зарылась там с головой. Если продолжу думать, что нахожусь здесь в тюрьме, то вскоре сама стану заключённой. Но красная луна и снежные верхушки елей за окном говорили об обратном. Ад оказался не таким местом, каким я его себе представляла. Здесь было довольно уютно. Даже простыни пахли лавандой, а еда на вкус была без примеси серы. Идеальное место для загробного отпуска: что тут скажешь. Я даже стала к этому как-то привыкать.
В дверь кто-то тихо постучал – это был Кайл. Я впустила его. Этот чудной парень где-то раздобыл шахматы. Так мы и просидели до утра: в бесчисленном количестве дебютов, названия которым мы придумывали сами.
Глава 21. Кора
Чтобы пройти обряд Апофеоза, для начала нужно было воспитать свою душу. Звучит странно, но меня ждала череда испытаний, совсем небольших, но за счёт которых моё тонкое тело духовно подрастёт, а, следовательно, физически я стану намного крепче. Сейчас, конечно, не скажешь, что я выглядела здоровой, но в конце подготовки я смогу не просто примкнуть к клану богов, а стать им равной. А главное – достойным противником Адама.
Благодаря коротким ежедневным с ним встречам я окончательно стала понимать происходящее. Прошлое было лишь эпичным прологом. Теперь же настали главы, где моё человеческое желание не так уж и важно, ведь на кону стоял раскол вселенной. Хотела я этого или нет, но мне необходимо было пройти этот таинственный обряд. Я – вестник судьбоносных изменений, если уж на то пошло. Вот каких – уже другой вопрос.
– Кора, ты должна расслабиться, – сердито приказывала мне Умбра, положив свои горячие пальцы мне на виски.
Уже третий час я лежала посреди мокрой поляны на холодной траве в самом интригующем месте Ада – Яме. Вокруг мы никого не видели: все Целители с их подопечными сохраняли таинство встреч. Нас окружала сочная растительность и низкое грозовое небо. Оно полыхало изумрудными сполохами и образовывало защитный купол над этим просторным незыблемым местом.
Умбра, присев у моей головы, пыталась ввести меня в транс, чтобы возбуждённое сознание погрузилось в давно забытые воспоминания.
– Закрой глаза, глубоко вдохни и подумай о том, что тебя больше всего гложет, – волшебница круговыми движениями вызвала небольшое электрическое потрескивание. Было щекотно. – Заклинаю вспомнить роковые события из прошлой жизни…
«Но как вспомнить то, что уже давно забыто?» – вертелось у меня в голове. Я изо всех сил пыталась сделать то, что от меня хотели, как вдруг всё же стала что-то чувствовать. Ненароком я зафиксировала внимание на Адаме. Когда закрепила желание на выбранном чувстве, Умбра с лёгкостью переместила меня в калейдоскоп запутанной судьбы. Я стала эйфорично пролистывать эпизоды из багажа своего опыта, пока лишь один не привлёк моё особое внимание.
В зеркальном отражении разума я увидела себя: такую красивую и счастливую. Через мгновение я стала играть роль той Коры, которую давно утратила.
– О чём задумалась? – раздался знакомый голос за моей спиной. Я не понимала, где мы находились: вокруг клубился туман, но я точно знала, что мы пребывали в Аду.
– Думаю, насколько сильно нужно протянуть руку к солнцу, чтобы на Эмпирей упала тень, – слова сами слетели с моего языка. Сейчас событие управляло мной, а не наоборот.
– Постарайся не думать об этом, – Адам приобнял меня со спины и положил подбородок на моё плечо.
– Как же не думать? Ты собираешься развязать войну богов, – противилась, но разрывать объятия не стала.
– Даже спустя время обиды не забываются, – Адам тяжело вздохнул. – Я отказался от Эмпирея не по своей воле, но по их вине, и не собираюсь им это прощать, – я промолчала, а муж продолжил: – Без тебя я не справлюсь.
Адам посмотрел на меня сбоку и стал ждать ответа. Что ж, манипуляция удалась. Я утвердительно кивнула головой и повернулась, чтобы обнять его в ответ. Собеседник застыл на месте. Воспоминание тоже.
В чём же смысл этого короткого диалога? Я должна была понять, чтобы двигаться дальше. «Что ты чувствуешь?» – где-то в воздухе я услышала голос Умбры. Она подталкивала меня к развязке.
– Безусловную любовь, – выдохнула я.
Меня окутало то поганое чувство, которое я получила от отца. Крон с лёгкостью распрощался с единственной дочерью, когда это было нужно. Будто я была вещью или разменной монетой. Но сейчас, в объятиях Адама, даже через призму, вспыхнувшей как феникс памяти, я уловила ту особую с ним связь, что меня так привлекала: чувство защищённости. Я жаждала восполнить ту гнетущую пустоту внутри себя: заботой семьи, которой не хватало с момента рождения.
Когда я осознала истинное значение прогнанного сюжета, мне было позволено выбрать следующий. Оно заинтриговало меня с первых же секунд.
Передо мной стоял Адам и что-то усердно объяснял. Я узнала этот день. Именно тогда я могла помешать виновнику его адским замыслам, но не стала.
– Я всё ещё в силах отомстить за причинённые мне злодеяния, – Адам открыл ветхий гримуар и указал на найденное им заклинание. – Только с помощью покровительства Мглы и Света я позволю правде наконец восторжествовать. Кора, рядом с тобой я смогу свершить правосудие.
– Я сделаю всё, что потребуется.
Наконец я стала свидетелем основной глупости. Я так безрассудно позволила воспользоваться собой, что невольно открыла тот клапан вселенной, который все долго держали в секрете. Но я была глупа и наивна. Не видела, что в красоте прекрасного создания кроется одна лишь тьма. Возможно, вы скажете, что он недостаточно меня любил или даже вовсе не испытывал такого чувства, но, думаю, никто этого не узнает, пока лично не утратит самое дорогое, что есть в его властных руках.
– Покорность, – после долгой минуты, созерцая тщеславие своего супруга, нашла подходящее слово. – Я ощущаю, что мое желание было искреннем.
«Хорошо», – Умбра согласилась и позволила следовать дальше. Ей нравилось, что мне так легко удавалось анализировать роковые моменты моей предыдущей жизни. От всего этого путешествия по разуму зависело будущее мира. Я понимала это и просто старалась никого не подвести.
В небольшом промежутке памяти я отмотала время немного вперёд и нашла важную часть кульминационного события. Теперь с нами стояла чародейка. Вместо сложной причёски из множество кос её волосы были уложены в крупные локоны, которые обрамляли её прекрасное овальное лицо с почти правильными чертами и придавали ей вид заморской принцессы.
Умбра усердно читала заклинание на неизвестном мне языке в тот момент, когда Адам безжалостно полоснул мою ладонь тонким серебряным ножом. Таким я его ещё не видела. Моя кровь ручьём полилась в подставленное латунное блюдце с разноцветными в нём камнями. При первой же капле жертвенной крови послышалось змеиное шипение, а после всё полыхнуло синим пламенем – ритуал сработал. Простой, но какой же действенный призыв запретной магии.
Я не хотела досматривать сюжет, но голос Умбры меня заставил. Я должна была вернуть это воспоминание и понять его истинное значение.
Глаза Адама вмиг почернели и стали впитывать в себя откуда-то возникшие сгустки тёмной энергии. Теперь я понимала, насколько с ним мы были похожи. Значит, вот как я выглядела. При удобной возможности поблагодарю Моргана за его смелость и отвагу, ведь, судя по пугающему виду Адама, я действительно походила на монстра.
Владыка Теней жадно поглощал Силу. Это закончилось быстрее, чем я ожидала. Адам посмотрел на прошлую меня и нежно погладил по щеке. Так мы и застыли в пространстве.
«Что ты чувствуешь?» – снова спросила меня чародейка, требуя от меня объяснений.
– Я ощущаю жертвенность, – нашла нужный ответ. – Тогда я думала, что поступаю правильно.
Умбра хотела услышать что-то ещё, но осталась довольна ответом. Наконец мы перенеслись к заключительной части регрессивной терапии.
Я стояла напротив высокого златовласого мужчины в лучах небесного света. Инстинктивно я узнала своего родного отца. Крон не выражал эмоций, но было ясно, что солнечный бог стремился мне что-то доказать. Попыталась прислушаться и поняла, что это был тот самый фатальный день, когда меня не стало. После долгих дипломатических переговоров Крон будто взорвался.
– Кора, послушай же! Этот вариант единственный. Не сопротивляйся, дочь моя, иначе будет только хуже. Нам нужно остановить его любой ценой!
– Прошу, не надо! – я пыталась высвободиться из железной хватки державшей меня небесной стражи. – Ты не понимаешь, что может произойти… Должен быть другой путь!
Я видела, как была безнадёжна. Моё лицо было красным, а веки опухшими от слёз. Крон и его приспешники не слушали меня. Ещё бы! Зачем?! Я была лишь средством достижения цели. Причём в обеих сторонах.
Меня за волосы поволокли к каменистой площадке, которая находилась посреди Эмпирея. С огромной болью в душе я еле заставила себя досмотреть картину этого варварства. Меня принесли в жертву первоисточнику Силы – Хаосу. Так война была завершена в пользу моего не менее эгоистичного, чем мужа, отца. От ужаса я горько заплакала.
«Я с тобой, Кора, – эхом раздался женский голос в пространстве. – Скажи, что ты чувствуешь?»
– Я чувствую… чувствую, что меня переполняет покаяние, – осознала я, тяжело опустившись на колени. – Теперь я не вижу разницу между богами. Думаю, только сейчас, осознав важность всех событий, я готова принять себя такой, какой была рождена.
Если раньше я думала, какой же несправедливой ко мне была судьба, то сейчас считала иначе. Моя жертва не была напрасной. Да, я не задумывалась о последствиях, которые в итоге привели меня к смерти. Но я любила Адама больше всего на свете и надеялась, что мои деяния в его честь будут прославлены вовеки веков. Я стала тем самым добровольцем, который указал ему на важность семейных ценностей, а в ответ я познала, чего стоит вечность.
Всё вертелось вокруг любви. Во вселенной лишь она имела значение. И испытав дыхание Хаоса таким, к сожалению, трагичным способом, осознала, что наше развитие не стоит на месте. Смерть, как и жизнь, всех объединяет.
От осознания я громко закричала. Я рефлекторно продолжала сопротивляться настигнувшей меня правде, но долго так продолжаться не могло. Я широко распахнула глаза и ударила Умбру по рукам. Выйдя из транса и прервав тем самым сеанс, вскочила на ноги и встала в оборонительную позу. От резких движений потемнело в глазах и закружилась голова. Стала глубоко дышать, чтобы хоть как-то прийти в себя. Хватит с меня этих игр разума!
– Управление воспоминаниями – дело тонкое, Ваша Светлость, – чародейка была недовольна. Конечно, она хотела продолжить испытание, но давить на меня не стала. – Расслабься, Кора. Думаю, на сегодня хватит. Ты славно потрудилась.
Я посмотрела вверх. Над нашими головами я увидела густое чернильное облако. Этот сгусток материи собрала я, путешествуя внутри своих «песочных часов». Я вдохнула полной грудью и почувствовала долгожданную свободу. Да, к счастью, чистка души всё же работала. Мне стало намного легче, будто камень с души пал.
– Ещё есть с чем работать, но для первого раза неплохо, – Умбра встала и стряхнула прилипшую грязь с колен.
Я всю жизнь пыталась уберечь себя от боли. Не хотела страдать или чтобы кто-то страдал в ответ. Но сейчас… когда я вернула огромную часть воспоминаний, мне стало ясно в чём была причина. В подсознании я отвергала себя и не хотела признавать свою природу.
Умбра внимательно посмотрела на меня и вмиг догадалась, о чём я задумалась.
– Узнать правду таким способом всегда шокирует сознание, но ты привыкнешь, – шоколадная красавица мило улыбнулась, поправила выпавшую из причёски тонкую косичку и закрепила её на место. – Не сопротивляйся, милая. Просто следуй за своим сердцем и постарайся не сворачивать с этой предначертанной тропы. Но, как я поняла, ты совсем не типичная душа. Странно, но подсознательно ты любишь боль и тебе нравится её причинять, но лишь во благо высшему замыслу.
– Что?.. – призадумалась. – И в чём тут разница?
– Нет никакой разницы, – чародейка поставила руки на бёдра. – В этом-то и загвоздка. Вы похожи больше, чем ты думаешь. Ты и Адам – родственные души. Вы оба жаждите крови, когда речь заходит о семье и личных интересах.
Я нахмурилась так сильно, от чего Умбра громко рассмеялась. Она взяла меня под руку и повела прочь из этого ненасытного места. Вокруг всё казалось живым, но атмосфера была пропитана горечью человеческих утрат.
Что же это значит? Любовь, покорность, жертвенность и разочарование – схема, по которой я проиграла партию с судьбой. Но сейчас у меня всё будет иначе. Я больше не совершу тех глупых ошибок и отныне не позволю собой управлять. Сегодня я вернула часть прошлой жизни и теперь я буду хитрее. А потом… потом пусть просят пощады и целуют мне ноги, если захотят заслужить моё милосердие.
…Осталось немного и тогда можно играть по-крупному.
Всю дорогу мы шли пешком. Так Умбра предоставила мне возможность поглазеть на здешние места, которые, признаюсь, завораживали своей незыблемой красотой. Снег на еловой ветке начинал таять, после того, как я дотрагивалась. Так я пробуждала природу от долгой зимней спячки и словно шептала, что хозяйка наконец вернулась. С ума сойти! Скорее я походила не на царицу Ада, а на мифологическую богиню весны.
Чародейка смотрела на меня с благоговением в своих мятных глазах. Она действительно была рада моему возвращению. Почему-то казалось, что со мной она не пыталась быть кем-то другим. Без устали болтала о моём предназначении и как я властна над жителями Ада. Но я же давно поняла, что являюсь центром всех событий. Зачем лишний раз повторять это? Будто я была несмышлёным ребёнком. Это раздражало. Но если хотела достигнуть желаемого, то должна продолжать играть роль послушной девочки.
– А почему ты здесь? – обратилась я к Умбре, посчитав пешую прогулку удачным моментом узнать очаровательную девушку получше. – Ты могущественная, сильная и вполне можешь за себя постоять. Каковы твои цели?
– Мои амбиции неприкосновенны, – отрезала волшебница, не желая больше продолжать разговор.
– Но ты не зависишь от Адама, как я, так что же тебя держит? – не унималась. Так просто я не отстану.
Умбра внимательно посмотрела на меня и поняла, что от ответа ей не отвертеться. Она в очередной раз поправила на голове огромную причёску, тем самым выиграв себе несколько лишних секунд, чтобы придумать с чего начать недолгий рассказ.
– Знаешь, Кора, я открою тебе секрет: мой отец тоже Крон, – неожиданно начала Умбра, но увидев на моём лице полнейшее недоумение, быстро добавила: – Нет-нет, это не значит, что мы сёстры. У верховных богов всё иначе. Их кровь уникальна и дети от них имеют свою родословную линию, так что фактически да, у нас один отец, но нас ничего не связывает: ни семейные узы, ни гены. Ведь изначально мы все родились полукровками.
– То есть ты тоже была смертной? – задала наводящий вопрос. С каждым моим шагом капель вокруг лишь усиливалась. Чувствую, пока мы дойдём, наступит настоящая оттепель.
– Да, и это было очень давно. Тогда люди нас почитали, строили нам храмы и приносили искренние жертвы, – продолжала Умбра. – В те времена боги спускались на Землю под обличием простых смертных. Так Крон и встретил мою мать. Они полюбили друг друга, но такой союз не мог быть долгим. После ухода отца родилась я. Когда я подросла, во мне зародились необычные способности. Я унаследовала их от своей матери, но она долго скрывала мою истинную сущность: что мой отец – бог Эмпирея, и моя судьба намного значимей, чем жизнь обычной ведуньи в поселении без точного названия.
– Что было потом? – заинтересовалась я. Дорога под ногами стала похлюпывать.
– Моя Сила была необыкновенной. Я черпала её прямо из Первоисточника – Хаоса. Крон увидел во мне не дочь, которую бросил, а оружие, которое можно удачно использовать в своих целях. Меня забрали от матери в возрасте десяти лет. Чтобы скрыть моё рождение, царь Небес приказал вырезать всю мою деревню, включая и мою семью: четырёх младших сестёр, отчима и… – Умбра остановилась. С жестокостью в глазах завершила историю: – Я никогда не прощу, что он сделал с моей мамой. Он говорил мне, что та умерла без боли, но я не верю. Он мог поступить иначе! Однако тот выбрал жестокость.
– Но разве это не значит, что после смерти она могла реинкарнироваться? – не знала как реагировать на такое откровение и просто осталась стоять на месте.
– Я искала её. Всю свою семью. Но как мне удалось выяснить, он запечатал их души в некий сосуд и спрятал в тайном хранилище, место которого знает только он.
– А разве такое возможно?.. – удивилась я. – Я думала, души сотканы из никому неподвластной материи.
– Конечно, милая, ты права, но мир полон тайн, о которых ты даже не догадываешься, – взгляд Умбры посветлел, и её лицо снова стало дружелюбным. – Души – исключительный вид энергии, но только Крон, Тарос и Адам могут делать с ними, что пожелают. Они первая и последняя Триада первенцев. Они – дети Дня и Ночи, что буквально значит, что их родителями являются Свет (Аорда) и Мгла (Скотос). Я и другие боги – всего лишь имитация Силы. Мы прошли Апофеоз и с тех пор нам подвластно истинное бессмертие. Но вот Адам и его братья… они неповторимы. Они чистокровны.
– Если они настолько могущественны, как ты говоришь, значит, они могут даже уничтожить душу?..
Умбра утвердительно кивнула – я громко сглотнула слюну.
– …Адам тоже может запечатать чью-либо душу, если это ему будет необходимо?.. – я пыталась во всём разобраться.
– Более того: и распечатать тоже, – чародейка лукаво подмигнула мне, и тут я поняла, какая цель ей движет. Почему она здесь, в Аду, и зачем служит теневому королю. Она готова сделать что угодно, лишь бы посмотреть, как её всемогущий отец упадёт пред ней на колени.
Гнев я всегда считала самой разрушительной эмоцией человека. Это опасное чувство может поглотить разум и привести к необратимым последствиям. Но выслушав рассказ Умбры, я поняла, что её гнев не разрушал её, а питал. Она контролировала свои порывы и в нужный момент была готова взорваться.
Поскорее дойдя до дворца, я отделилась от её пристального внимания. С друзьями встречаться мне не хотелось, так что просто скрылась за первым поворотом, который повёл меня в неизвестном направлении. В голове крутилось столько мыслей… Надо было во всём разобраться.
Глава 22. Морган
Я всегда был безропотным солдатом. Если мне говорили что-то сделать, я исполнял этот долг безоговорочно. Я – ангел Небес, держащий в одной руке меч справедливости, а в другой – бразды правосудия. Иной жизни я не знал, поэтому думал, что мои деяния праведны. Но все совершают ошибки, и я не исключение.
Этот ужасный грех будет преследовать меня до конца жизни, ведь я убил своего собрата. Это вышло случайно и, конечно же, ненамеренно, всё-таки Клавдий был мне семьёй. Но я не смог ему помочь…
В начале небесной карьеры каждому ангелу полагается куратор. У меня был Клавдий. Мы так породнились, что вдвоём приносили больше пользы, чем порознь, и после долгого обучения нас не стали разделять. Сотни лет мы сражались плечом к плечу, и этот лучезарный парень научил меня главному: системе нужно доверять, ведь она пережила миллионы судеб, а значит, она правильна.
Тот день мало чем отличался от остальных. Нам было поручено оберегать небольшую группу душ, которых обогатили сакральной энергией Эмпирея, и мы вскоре должны были отправить их на Землю. Ничего не предвещало беды.
– Обычно такую работу доверяют новичкам, а не опытным солдатам, коими мы и являемся, – негодовал я.
– Будь смиренней, Морган, – спокойно отозвался Клавдий, перевязав свои длинные русые волосы льняной тесьмой. – Иногда полезно заняться чем-то обычным, хотя бы ради разнообразия.
Я тихо вздохнул. Брат был более собранным, чем я. Он всегда мог совладать с нахлынувшими эмоциями и вести себя так, будто их у него и вовсе не имелось. Мне было на кого равняться.
– Смотри, эта душа мечется из стороны в сторону, – друг указал пальцем куда-то вдаль. – Пойдём. Её нужно успокоить.
Мы начали продвигаться сквозь толпу едва уловимой энергии навстречу мерцающему сгустку. Приблизившись, Клавдий предоставил мне возможность расправиться с возникшей проблемой самому.
– Вспомни, чему я тебя учил, – ангел показал несложный трюк ладонью, чтобы зафиксировать душу на месте. – Держи крепко и вдохни в неё мир.
Я с лёгкостью повторил выученные движения руками. Почувствовав под кожей знакомую частоту вибраций, я внушил очищенной душе спокойствие. С каждым разом мне удавалось делать это быстрее. Клавдий улыбнулся и одобряюще похлопал меня по плечу.
– Ты способный, – мы развернулись обратно. – Но старайся выполнять это как необходимость, иначе душа будет думать, что всё заранее предопределено.
– Но разве души не сами выбирают отведённый им земной путь?
– Это действительно так, Морган, но их Наставники перед реинкарнацией дают множество вариантов и советов. Как поступить так, чтобы в будущей жизни максимально раскрыть их недостающие качества. А как лучше для самой души, выбирает только сама она.
Я хотел спросить ещё кое-что, но нас отвлёк противный, раздирающий пространство, звук. Обернувшись, мы увидели, что источником служила та душа, которую минуту назад я «успешно» успокоил. Но, похоже, прошло не всё так гладко.
Мы немедленно подбежали к ней. Кристально чистая материя в секунду превратилась во что-то чёрное и пугающее. Мы еще не успели понять, что с ней можно сделать, как патологический сгусток энергии вселился в моего друга и стал разъедать его изнутри.
Я никогда ещё такого не видел и не понимал, как быть. Душа оказалась порочной и неправильной. Ссылаясь на то, что в Аду она прошла недостаточный курс очистки, в Эмпирее она быстро переросла в «раковую клетку», которую нужно было запечатать и срочно отнести в отдел хранения подобных браков. Но как?! Она находилась внутри моего товарища и точно не собиралась покидать его тело.
Клавдий беспомощно упал на колени и стал харкать вязкой жидкостью. Все знали, что в одном сосуде не могла находиться душа ангела и обычного человека. Я наблюдал за кошмарным зрелищем: тело Клавдия стало отторгать такой преступный гибрид, но тёмная душа внутри всячески этому сопротивлялась. Я был в панике.
– Что мне делать? Чем я могу помочь?.. – упал я рядом с ним.
Ангел схватил меня за плечи, в его глазах я увидел безумие. Он сам не успел понять, что с ним произошло. Достав меч из ножен, мой верный друг накинулся на меня и попытался ранить. Я испугался, ведь ожидал чего угодно, но только не этого. Я должен был спасти его. Но как исправить то, что не подвластно даже Эмпирею?
Отбив его удар в сторону, я решил потянуть время. Звал его по имени, но безуспешно. Клавдий сошёл с ума, словно в него вселился сам дьявол. Изо рта пузырилась чёрная пена, а глаза выкатились из орбит. Он снова напал на меня. Я хотел как-то обездвижить больного, но не смог: он всадил меч прямо мне между рёбер. Одно небрежное движение в сторону, и я труп.
– Прошу, остановись, – молил я, надеясь хоть как-то достучаться до его сознания. – Я не хочу проливать твою кровь. Прекрати, и я смогу тебе помочь.
Но напарник меня не слышал. Яростно вырвав лезвие из моей плоти, одержимый ангел вознёс клинок в смертельном ударе, но… я опередил его. Тогда я впервые заплакал и искренне просил прощение за содеянное. Я совершил величайший грех во вселенной – забрал чужую жизнь, мне не принадлежащую. Я испугался и кинулся в бега. Никто не поверил бы мне, что я оборонялся.
– Очнись! – рявкнул чей-то голос, выводя меня из транса, и окатил моё лицо ведром ледяной воды. – Отдыхать надо было раньше, ангелочек.
Я сидел на металлическом стуле, прикованный по рукам и ногам стальными цепями. Было прохладно, и пахло плесенью. Сделав вывод, что нахожусь в каком-то подземелье, я, как собака, стряхнул с волос лишнюю влагу.
– Ну что, красавчик, пора поработать.
Передо мной стояла девушка восточной внешности. Чёрные густые волосы были собраны в тугой пучок на затылке, необычайно большие глаза красовались под жирно нанесённой подводкой, а в ушах виднелись не по одной паре золотых серёжек. Она была стройной, с выраженными формами и скорее походила на героиню сказок, чем на персонального палача. Однако кожаная портупея, с которой свисали мелкие ножи, говорила об обратном.
– Значит, так, дорогуша, – она улыбнулась белоснежными зубами и вызывающе присела ко мне на колени. – Я задаю вопрос – ты честно отвечаешь, договорились?
– Ясно, – наконец прочистил горло. – А что будет, если я сочту вопросы глупыми и не захочу с тобой… хм-м, сотрудничать? – девушка достала из-за пазухи холодное оружие и оконтурила острым лезвием ножа черты моего влажного лица. Вмиг я почувствовал острый порез. Капля возникшей крови на моей щеке медленно стекла за шею. – Понял, вопросов больше нет. Хотя есть. Думаю, пред беседой я имею право знать имя допрашивающего, разве не так?
Девушка призадумалась, стоит ли ей так опрометчиво себя выдавать. Она слизала с ножа солёную жидкость и смело представилась:
– Меня зовут Магдия. Я твоя нянька на сегодня и… насовсем.
– Рад знакомству, Мэг. Я ведь могу тебя так называть? – лицо девушки исказилось в недовольной гримасе. – Судя по цвету твоей броши, ты у нас не особо смышлёная, – взглядом я указал на мерцающий рубин на её груди. – На твоём месте я взял бы что-то получше, чем нож из адской стали. Не знаю, есть ли здесь вводные занятия по пыткам, но таким… – я небрежно посмотрел на предмет в её руках. – Ты добьёшься немного.
Магдия молча выслушала мою речь, немо процедила сквозь зубы воздух и с дерзкой улыбкой на ехидном лице слезла с моих колен.
– Что ж, будь по-твоему, – Мэг достала второй клинок и всадила оружия в мои лежащие на подлокотниках ладони. Я мученически простонал, ведь знал, на что подписался.
– Это в качестве приветствия, пернатый, – демон крутанула сначала одним застрявшем в моей руке лезвием, а потом, когда я прокряхтел в её сторону невнятную брань, повернула нож в другой ладони. – А это за «Мэг».
По-зверски вырвав острые пики из моей плоти и оставив на них подобие стигматов, она задорно рассмеялась. Кажется, я наконец нашёл себе развлечение в предстающую мне вечность. Если, конечно, кто-нибудь не соизволит спасти такого идиота, кем я теперь и являюсь. Я-то думал, что король Ада пойдёт на уступки и предоставит мне защиту, так как я славно потрудился: вернул его королеву и жену обратно в Преисподнюю. Однако я был слишком наивен. Сам виноват. Но ничего страшного, на ошибках же учатся.
– А ты мне нравишься, – Мэг вытерла ножи о свою чёрную кофту. – У тебя определённо есть чувство юмора. Думаю, с тобой нам будет весело. И раз ты заживаешь быстрее, чем обычные люди, дружочек, то наше веселье будет нескончаемым.
– Что ж, я рад знакомству, Мэг.
Я постарался выровнять дыхание и перенаправить телесную боль, как меня учил Клавдий, на что-то абстрактное, но как я только об этом подумал, демоница накинулась на меня с новой порцией побоев. Я, конечно, знал, что большинство адских прислужников больны на голову и эмоционально схожи с людьми, ведь многие из них как раз до этого момента ими и являлись, но я поражён, насколько их легко можно было вывести из себя.
– Ты с ума сошла! – в темницу ворвался мужчина азиатской внешности. Как я потом понял, это был предводитель демонов. – Он нужен нам живым и, по возможности, не покалеченным.
– «По возможности» – ключевое слово, Калеб, – слегка вспотев, демоница отошла в сторону, любуясь своей работой. Мне она стоила переломанного носа и повторно расквашенной нижней губы.
– Угомоните свою выскочку, – сплюнул кровавую слюну в сторону. – Прежде чем кого-то истязать, может, для начала найдёте вескую для этого причину? У нас, я так понимаю, допрос, а не телесные побои. Или всё же я не прав?
Калеб повернулся в сторону Магдии и грозно указал пальцем на дверь. Та воспротивилась, но ослушаться своего босса не могла. Громко цокнув языком, она покинула темницу и оставила генерала адской армии наедине со мной.
– Что ж, Морган… верно? – мужчина подошёл, освободил мне левую руку и любезно протянул носовой платок. – Мы не с того начали. Меня зовут Калеб, и я здесь, чтобы тебе помочь.
– Я как раз так и подумал. Ты хороший, а она плохая, – взял платок и приложил его к опухшей губе.
– Твоё пребывание здесь неестественно, согласись. Так что давай мы сэкономим друг другу время и перейдём к самому интересному. К ценной информации, которую ты можешь нам предоставить. Взамен владыка Теней дарует тебе помилование и возможность навсегда покинуть здешние места, – демон поправил приколотую к груди сапфировую брошь. Фиолетовый – цвет элиты.
Раньше ангелы и демоны так не враждовали. Но верховные боги рассорились, и всё стало иначе.
У всех до сих пор была отведена чёткая цель: демоны очищали, а ангелы обогащали людские души новой порцией энергии. Но после Священной войны, где брат пошёл на брата, а небесные мечи скрестились с адской сталью, стереотип чёрного и белого укоренился не только в людских умах, но и в сознаниях бессмертных. Измерения продолжали существовать, но их жители находились в постоянном конфликте.
