Текст книги "Инструктор по обмену (СИ)"

Автор книги: Каталина Канн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)

ГЛАВА 8

Этъер Вольтер

– Здесь вы будете преподавать введение в пилотирование, – я стоял в дверях аудитории и ждал, когда Дарина заглянет внутрь. Она, казалось, не особенно горела желанием присоединиться ко мне на экскурсии по нашему крылу, но я настоял. В конце концов, адмирал дал мне задание.

Я прикусил нижнюю губу, чтобы громко не вздохнуть, когда Дарина всё-таки заглянула в аудиторию. Её слабый цветочный аромат защекотал нос, вызвав желание схватить её и утащить на свой корабль.

Почему именно она стала единственной женщиной, с которой мне нужно было работать бок о бок, и к которой я не должен прикасаться?

Дарина окинула аудиторию беглым взглядом, как делала почти во всех учебных помещениях, которые я показывал ей во время экскурсии.

– Значит, сначала в течение года все кадеты знакомятся с теорией полётов, даже если они не хотят становиться пилотами?

– Каждый первокурсник в течение первого квартала проходит базовые курсы на каждом факультете. Затем они проходят тесты и распределяются по способностям на факультеты. Каждый арракианский воин должен знать основы пилотирования, инженерного дела, стратегии и ведения боя.

– Даётся только три месяца, что бы освоить теоретические основы? – Дарина провела длинными пальцами по косой чёлке.

– Кадеты, поступившие в Академию, уже прошли строгое тестирование и аттестацию. Академия не для всех, – ответил ей, заметив, как она прикусила губу. – Я покажу тренировочные аудитории.

– На Земле то же самое, – ответила Дарина, слегка качнув головой. – Ты должен упорно трудиться, что бы получить возможность поступить в военное училище, и большинство кандидатов не проходят отбор.

– Наверное, тяжело было добиться своего звания? – спросил я, представляя хрупкую девушку, бегущую по грязи на тренировке.

– Невероятно, – выдохнула она, пока мы проходили через огромный тренировочный зал.

– Дальше расположена кадетская столовая, а у нас отдельная столовая для персонала чуть дальше по коридору.

Дарина кивнула и молча продолжила шагать рядом со мной, не сбавляя шага, словно не хотела ни в чём отставать от меня.

Когда мы приблизились

к арке, ведущей в обеденный зал со сводчатым потолком, повеяло ароматом хлеба и солёной риши. Кадеты уже начали собираться на обед, что напомнило о встрече с Рейсом на обед.

– Вы только посмотрите, похоже, лейтенант уже подцепил себе одного из новеньких кадетов, – раздался голос арракианца, одарившего Дарину похотливой улыбкой.

Инстинкт подстёгивал меня прижать его к стене и заставить умолять о снисхождении, но я не мог весь семестр нападать на каждого, кто заговорит с ней. Прежде чем я смог придумать более взвешенный ответ, Дарина шагнула вперёд и схватила говорившего за рукав и дёрнула на себя.

– Что ты только что сказал?

Высокомерная улыбка арракианца на мгновение исчезла, но затем он накрыл её руку своей и похлопал по ладони:

– Мне повторить погромче, кадет? На первый раз прощаю, раз ты новенькая, но впредь не смей бросать вызову второкурснику.

– Капитан Старова… – начал было я, но Дарина выдернула руку из-под ладони кадета, как будто обожглась и подняла ее, останавливая меня. – Лётный инструктор с Земли.

На лице кадета отразилось замешательство, а затем шок, когда он выдохнул с презрением:

– Люди собираются учить нас полётам на наших же “Небусах”?

– Если тебе не нравится приказ, ты всегда можешь сменить Академию, – Дарина выплёвывала каждое слово. – Мне не нужны пилоты, которые не соблюдают субординацию.

– Извините, капитан, – кадет поднял руки и попятился прочь от нас под полную тишину в зале, пока не скрылся в толпе кадетов, посматривающих нас с настороженностью и удивлением.

Дарина смотрела в спину удаляющемуся кадету. Моё сердце бешено колотилось от смеси желания наказать кадета самому и волнения оттого, что Дарина бросится вслед за ним.

Наконец, женщина развернулась и пошла прочь от столовой. Я последовал за ней, выдохнув с облегчением, что она не вызвала кадета уладить всё в спарринге.

Мы уже отошли от кадетской столовой, как Дарина резко затормозила и развернулась ко мне прошипев:

– У вас тоже есть какие-то проблемы с преподаванием людей в Академии?

Я был не готов к её вопросу, но, Дарина не дала мне договорить, ткнув пальцем мне в грудь.

– У меня нет проблем с тем, чтобы доказать, что я заслуживаю быть здесь, лейтенант.

– Ваша проблема не во мне, Дарина.

– Я начинаю думать, что моя проблема в каждом арракианце, который считает меня кадетом.

– Прошу прощения за то, что не знал о звании, как и прибытии, нам ничего не сообщили. Дарина, вам не нужно ничего мне доказывать.

– Думаю, что стоит, – её грудь тяжело вздымалась, когда она встретилась со мной взглядом. – Как вы обычно улаживаете междусобойчики?

– В тренировочном зале, но, как я уже сказал, в этом нет необходимости, – уверил, стараясь не смотреть на грудь, что только сильнее разозлит женщину.

– Думаю, есть, – Дарина подавила невесёлый смешок. – Последнее, что мне нужно – это коллега, который думает, что я не подхожу Академии и который проводит экскурсии по приказу сверху. Пошли обратно, отложим гид по оживлённым уголкам Крыла.

ГЛАВА 9

Дарина

Я поставила ботинки за пределы мата, удивляясь, как всё так быстро вышло из-под контроля. И все, потому что я никогда не отступала перед вызовом. Именно эта черта характера помогла мне добиться успеха в лётном деле, но также она частенько приводила к неприятностям, как сегодня.

Зачем я решила что-то доказывать этому арракианцу? На самом деле меня задело его покровительство, словно я маленькая и беззащитная девочка. Нет! Я женщина, уверенная и независимая.

Я подошла к центру мата, разминаясь и стараясь не коситься на Этъера, который снимал свою куртку, оставшись в черной майке, облепившей его скульптурную грудь, подчёркивая мускулы. От одного взгляда на него у меня пересохло в горле.

Мой взгляд зацепился за кулон, висевший на цепочке у него на шее. Серебряная подвеска представляла собой тот же символ, что был высечен на каменной арке над входом в летный факультет – крылья внутри серебряного круга. Лётный факультет арракианцы называют Крылом.

– Дарина, вам не обязательно что–то мне доказывать, – мягко произнёс он, делая шаг к центру мата.

– Давайте уже начнём, лейтенант? – произнесла я, стараясь скрыть волнение. – По крайней мере, так мы узнаем о сильных и слабых сторонах друг друга. Нам ведь предстоит работать вместе, и лучше сразу понять, на что можем рассчитывать.

Он взглянул на меня, и в его глазах мелькнуло что-то, что напоминало интерес.

– Тогда начнём, – произнёс арракианец, передёрнув плечом и встав в центр мата, чуть передёрнув плечами. Хотя мужчина и казался расслабленным, напряжённые руки выдавали его концентрацию.

Я шагнула в центр, заняв позицию напротив и чуть склонилась в поклоне, вызвав его недоумённый взгляд.

– Начинаем, – прошептала я, закружив вокруг мужчины, выискивая незащищённый угол, что бы применить один из приёмов джи-джитсу. – Проиграл тот, кто окажется прижатым к мату на шестьдесят секунд.

Несмотря на свои габариты, лейтенант двигался как огромный кот, грациозно и молниеносно. Может, арракианец не инструктор боевого факультета, но точно знал, что как вести поединок.

После нескольких кругов по мату я решила сделать выпад первой, попытавшись схватить его за руку, но арракианец ловко увернулся и нанёс мне такой неожиданный удар ногой взад, что я повалилась на мат.

Я откатилась в сторону и вскочила на ноги, ругаясь про себя. Лейтенант слишком быстр и ловок, а ещё… Арракианец стоял и смотрел на меня без улыбки или ехидства, просто смотрел и ждал, широко расставив ноги.

Я подскочила и нанесла отвлекающий удар в плечо, который он ловко отбил, а затем подцепила ногой его ногу, проводя бросок.

Испытывая прилив удовлетворения, когда мужчина повалился на пол с удивлением в голубых глазах, я запрыгнула на него, пытаясь прижать его мощные руки к бокам своими коленями.

Мужчина улыбнулся мне, когда я оседлал его на ковре для спарринга.

– Дарина, если вы хотите быть сверху, нужно только попросить, – лейтенант Вольтер очаровательно улыбнулся мне, вызвав прилив гнева.

– Только в ваших мечтах, лейтенант, – выплюнула я, сжимая колени сильнее.

В глазах мужчины вспыхнул огонь, когда он умело перевернул меня, резко оказавшись сверху.

– У меня бывали сны и похуже, – он обхватил руками мою голову и наклонился, так что я могла почувствовать его дыхание на щеке. – Думаю, мне больше нравится, когда вы лежите подо мной. Так ты менее опасна.

– Ты не первый, кто так думает, – я резко дёрнулась в сторону и перекатила его обратно под себя. – И не последний, кто ошибается.

Прежде чем я успела что-то сделать, лейтенант ударом в плечи, сбросил меня с себя, так что я упала спиной на мат. Но быстро перекатилась и увернулась от его подножки, вскочив на ноги.

Арракианец остался сидеть на корточках, посматривая на меня, словно приглашая к атаке.

Меня не стоило упрашивать, и я рванула к нему. Мужчина вскинул голову, ухмыльнулся и ринулся ко мне, обхватив за талию и сбивая с ног, так что я снова оказалась на спине.

Я вскинула ноги, обхватывая его за плечи, используя инерцию падения, чтобы сдавить бёдрами его шею и голову.

– Ты лучше, чем я ожидал, особенно для человека такого маленького роста, – с улыбкой ответил арракианец, совсем не запыхавшись.

– Разве ты не знаешь, что размер не имеет значения? – сильнее сдавила его голову бёдрами.

Лейтенант одарил меня ещё одной сводящей с ума ухмылкой, прежде чем, используя свои бёдра, приподнялся и перевернул меня на спину, ослабляя удавку. Он схватил мои запястья, и резким движением оказался сверху, заведя мои руки за голову и удерживая их на мате.

– Это не то, что я слышал, Дарина.

Я разочарованно выдохнула, пытаясь обхватить его ногами или вырвать руки из хватки, но вес арракианца приковал к мату. Секунды шли, а я не могла оторвать плеч от мата и застонала от злости. Он приколол меня к мату, как бабочку и теперь без зазрения совести рассматривал под всеми углами.

– Ты проиграла, – произнёс он, даже не думая отпускать меня из хватки.

Я ненавидела чувство беспомощности перед ним, как и его победную улыбку.

– Ты не обязана бороться со мной и что–то доказывать, Дарина. Я уже знаю, что твоя сила духа намного сильнее физической силы.

Я перестала сопротивляться и тихо произнесла, встречаясь со взглядом арракианца:

– Единственный известный мне способ добиться успеха – быть жёстче, чем все остальные. Если я не добьюсь успеха здесь, я потеряю всё. Моё положение, мою карьеру, моё будущее. Что может быть хуже этого?

– Ты ещё не знаешь Академии, но здесь с тобой может случиться много чего похуже, – лейтенант наклонился к моему уху и прошептал: – Позволь мне защитить тебя, Да-ри-на.

От его тёплого дыхания и приглушённых слов обдало жаром, и я внезапно остро осознала, что на мне лежит огромный, горячий мужчина. И твёрдый… невозможно не заметить, что именно давило мне на бедро и насколько твёрдое.

Я покачала головой. Я согласилась полетать сюда, чтобы добиться успеха, а не для романтических связей с арракианцем. И точно не для того, что бы позволять мужчина стать моим защитником.

– Упрямая, – его губы коснулись мочки уха, вызвав рой мурашек, пробежавших по спине. – Мне бы не хотелось терять коллегу для таких интересных спаррингов.

– Я обещаю тебе, что это последний раз, когда ты оказываешься сверху. – Я попыталась сбросить его с себя, но он оказался подобен горной скале. Твердый и неподъемный. Сколько же он весит?!

– Посмотрим, Дарина. – Лейтенант не сводил с меня пристального взгляда, в которых светился азарт, а на губах появилась улыбка.

Я могла бы поклясться, что он знает, как вывести меня из равновесия.

– Слезьте с меня, лейтенант Вольтер. Спарринг окончен, – решительно произнесла, на самом деле, не хотела, что бы он отпускал меня. Но не могла уступить тому, чего хотела.

Взгляд арракианца на мгновение задержался на моих губах, прежде чем он слегка наклонил голову и хриплым голосом произнёс:

– Ваше желание для меня закон, капитан, – слова звучали, как обещание чего-то в будущем.

Как только его хватка на запястьях ослабла, я вывернулась из-под мужчины и вскочила на ноги, успокаивая дыхание.

– Проведём ещё один спарринг в пятницу? – спросила я, борясь с желанием позорно сбежать из тренировочного зала.

– Готов хоть каждый день, коллега, – весело отозвался арракианец, в миг оказавшийся на ногах.

– Договорились, лейтенант, – выдохнула я, тряхнув головой и быстро направившись на выход, собирая свою гордость по кусочкам.

ГЛАВА 10

Этъер

Я ненавидел

опаздывать, потому что это напоминало об отце, который никогда не приходил вовремя, если вообще удосуживался прийти, а также о матери, которая кусала нижнюю губу и пыталась притвориться, что всё не имеет значения.

И вот теперь я опаздывал на ужин по случаю открытия семестра.

"Совсем как отец", – мрачно подумал я, стараясь не думать о позоре. Моим единственным утешением был тот факт, что причиной опоздания стала неисправность пульта управления в одном из реактивных истребителей. Я потерял счёт времени, пытаясь разобраться в проблеме, и теперь спешил по пустым коридорам под эхо моих шагов.

О чём никому не мог рассказать, так это о то, что я оказался в ангаре, потому что мне нужно было остыть после спарринга с Дариной, и ничто так не успокаивало меня, как копание в схемах истребителей.

Ох, снова образ её вздымающейся груди и расширенных зрачков, когда она лежала подо мной. На мгновение я чуть не поддался эмоциям и не поцеловал её, но вовремя вспомнил, кто она такая, и кто я, и почему она недоступна для меня.

Я пошёл быстрее, отгоняя желание обладать ею, которое бушевало во мне с момента начала нашего спарринга и никак не желающее отступать, как и назойливые мысли о ней.

Бормоча проклятия себе под нос, прекрасно понимал, что всё испортил. Но подозревал, что если бы я позволил ей выиграть, то она бы это сразу же поняла и еще больше разозлилась бы. Так по крайней мере я смогу насладиться спаррингами с ней еженедельно, от мысли о которых кровь приливала ко всем органам.

Я достиг арки и шагнул в общий зал, где уже раздавался грохот тарелок, звяканье бокалов и громкие разговоры присутствующих.

За длинными столами, тянущимися по всему залу, сидели кадеты, которые громко переговаривались, шутя друг с другом. Дальше параллельно им был поставлен стол для преподавателей и инструктором, во главе которого сидел адмирал.

Под шум и сумятицу я прошёл к преподавательскому столу и занял место в конце стола и придвинул к себе тарелку.

– Лейтенант Вольтер?

– Прошу прощения за опоздание, – я повернулся к адмиралу и мимолётно взглянул вдоль стола, ловя любопытные взгляды других инструкторов и отмечая присутствие не только Дарины, но и другой человеческой женщины за преподавательским столом.

– Капитан Рейс сказал мне, что вы заняты с поломкой на одном из “Небусов”, – произнёс адмирал, посматривая на меня и явно ожидая ответа.

Я бросил быстрый взгляд на своего друга, сидевшего рядом со мной, но его взгляд направлен в свою тарелку.

– Я хотел убедиться, что все наши корабли будут в боевой форме перед завтрашними занятиями. На одном из “Небусов” возникла поломка в пульте управления, но я уже разобрался с ней, адмирал.

– Замечательно, но не стоит работать так усердно, чтобы забыть поесть, лейтенант Вольтер, – мирно произнес адмирал и кивком указал на женщин за столом. – Хочу представить вам, майора Алевтину Дуглас и капитана Дарину Старову. Полагаю, вы знакомы с капитаном Старовой.

– Так точно, адмирал. Я провёл краткую экскурсию по Академии для капитана Старовой. Мы даже провели тренировочные спарринги, раз уж нам придётся тесно сотрудничать, – добавил я достаточно громко, так что Дарина могла услышать меня.

– Счастливчик, – пробурчал себе под нос Рейс так, что его мог слышать только я.

– Замечательно! Я рад, что вы налаживаете отношения и делитесь опытом, – кивнул адмирал и поднялся со стула, поднимая руки вверх, призывая всех к тишине. – Добро пожаловать на начало нового семестра. Мы приветствуем наших кадетов. Не секрет, что наша Академия пережила перемены, но это не значит, что мы ослабли. Мы никогда не были сильнее, чем сейчас, и изменения, которые мы произвели, сделают нас еще лучше! – он сделал паузу на мгновение, когда аплодисменты переросли в оглушительный рёв, а кадеты вскинули кулаки в воздух. – Есть некоторые вещи, которые не изменились. По-прежнему есть четыре факультета, на которые вас направят после итоговых тестов. Да прибудет с вами сила духа!

Мы все произнесли тосты, и зал снова наполнился разговорами.

– Спасибо, что прикрыл меня, Рейс.

– Не за что, Этъер. Я прекрасно знаю, что ты опоздал только потому, что поглощён работой и забыл о времени. Ты немного помешан на этих кораблях.

– Я лётный инструктор, как же иначе.

– И у тебя прекрасная новая коллега, – Рейс бросил взгляд на женщин, которые разговаривали с женой адмирала, Софией. – Почему всё самое интересное достаётся лётным и стратегическим факультетам?

Я задержал взгляд на черноволосой женщине, сидящей рядом с Дариной. Никто не станет отрицать, что она была красива, но от неё исходила какая-то пугающая аура властности и категоричности.

Пока я смотрел на неё, женщина подняла голову и выгнула бровь, глядя на меня. В её глазах светилось не любопытство, а вызов.

– Я бы держался от неё на расстоянии, – отозвался Рейс.

– Я удивлён. Услышать такое от тебя, – я изучал своего друга, который пользовался такой же дурной славой среди женщин, как и на ринге для спарринга.

– Зачем усложнять себе жизнь? – Рейс обвёл взглядом зал. – Новые инструкторы теперь не единственные женщины в Академии.

Я проследил за его взглядом, направленным на ряды кадетов, и заметил группу людей, сидящих в первых рядах. Несколько парней и шесть девушек.

– Девушки-кадеты, – застонал я, совсем забыв, что мне придётся не только сотрудничать с ними, но и обучать.

– Разве они не соблазнительны? – промурлыкал Рейс.

– И недоступны, друг.

– Где же твоё чувство приключений, Этъер?

– Я уверен, что в этом году у меня будет много приключений. Думаешь, они отменят испытания?

– Ради людей? – Рейс покачал головой, отвергая идею отказаться от опасной традиции, которая разделяла кадетов по факультетам. – Лабиринт древняя традиция с самого основания Академии.

– Смертельно опасная традиция, – заметил я, разрезая горячее мясо с приправами.

– Я уверен, что люди знают, на что они подписались, Этъер, – Рейс толкнул меня локтем вбок. – Но почему ты волнуешься? Мы уже прошли испытания. – Или всё дело в красивом инструкторе по обмену, а?

Я обвёл взглядом шумный зал кадетов и искоса посмотрел на Дарину. Она отказалась от моей защиты, но это не отменяло моё беспокойство о её благополучии.

– О, мой серьёзный друг, чем вы еще успели позаниматься помимо спарринга? – хитро прищурившись, произнёс Рейс, проследив за моим взглядом.

– Не твоё дело, – отмахнулся я, накалывая кусочек мяса и отправляя его в рот. Почему-то мне не хотелось обсуждать отношения между мной и Дариной даже с другом.

ГЛАВА 11

Дарина

Подходя к лекционному залу, где уже раздавался гул голосов, эхом отдающихся в коридоре, я встряхнула руками, как обычно, когда хотела успокоиться.

“Старова, возьми себя в руки. Не будь тряпкой! Они всего лишь кадеты”.

Распрямив плечи, я зашла в аудиторию, сразу почувствовала на себе пытливые взгляды присутствующих. Что же первый базовый урок должен помочь понять арракианских кадетов, которые почти похожи на людей, не считая заострённых ушей, большего размера физической массы и скорости движений.

Почти незаметно я провела ладонью по коротким прядям волос, радуясь, что, по крайней мере, причёска почти уставная.

Я не стала дожидаться, пока доберусь до преподавательского места и сразу же повысив голос, начала говорить:

– Я капитан Старова, ваш инструктор по пилотированию. Не все из вас станут пилотами, но каждый кадет должен знать базовые теоретические основы. Если вы не хотите присутствовать на занятии, сейчас самое время уйти.

В аудитории воцарилась тишина, кадеты пристально смотрели на меня, но никто из них не сдвинулся с места, чтобы покинуть помещение. Краем глаза отметила, что самоуверенный кадет, появившийся в женской башне, занял место в первом ряду. За что должна отдать ему должное. Большинство из кадетов расселись на задних рядах, но он сидел в центре с хитрой улыбкой на губах.

Я встала рядом с голографическим дисплеем и слегка приглушила свет в аудитории и спроецировав голографическое изображение в воздухе. Вчера я подготовила презентацию и даже несколько раз перепроверила её, чтобы убедиться, что арракианские технологии не преподнесут никаких сюрпризов, но пальцы всё же задрожали, когда указала на изображения арракианского истребителя “Небус” и снимок земного истребителя.

– Кто-нибудь может рассказать мне о различиях между этими истребителями?

Послышалось негромкое бормотание, а затем чей-то голос из глубины аудитории произнёс:

– Один из них разнесёт другого на куски.

Я напряглась, услышав явный намек на то, что земной корабль уступает арракианскому, но не могла позволить никому увидеть раздражение.

– Поясните ваш ответ, – властно произнесла я, вглядываясь в аудиторию.

Голос не ответил, поэтому через несколько секунд я спросила снова, начиная злиться.

– Кто-нибудь хочет обосновать утверждение, что один корабль мощнее другого?

Снова тишина и несколько негромких смешков с дальних рядов.

Я вздохнула и сказала себе, что не могу позволить кадетам вывести меня из себя, по крайней мере, не в первый день.

– На раз-два, – самоуверенный кадет, сидевший в первом ряду, встал и заложил руки за спину, начать говорить: – Арракианский истребитель оснащён защитой от невидимости, что означает, что он может оставаться незамеченным для вражеских кораблей. У него также более мощный двигатель, чем у любого другого корабля, созданного на Земле, и лучшие манёвренные возможности. Конкретный истребитель не оснащён гиперпрыжковой технологией, но если бы она была, он смог бы уйти от любой атаки до того, как примитивные корабли смогли бы последовать за ним, – он выгнул бровь и с вызовом посмотрел на меня.

– Спасибо, кадет… – я не могла поверить, что хоть один из них разбирается в кораблях.

– Кадет Ровит из клана Сволл, – он не отвёл от меня взгляда и сверкнул улыбкой, граничащей с ехидством. – Вы можете называть меня Ров.

По комнате прокатился взрыв смеха, конечно, они всё оценили его намекающий тон. В моей практике, не первый раз, когда курсанты вели себя таким образом, но такого никогда не случалось в течение первых пяти минут занятия. Я выровняла дыхание и заставила себя успокоиться, но позволять безнаказанно выставлять меня дурой перед всей аудиторией, тоже не позволю.

– На этом всё, кадет Ровит?

Он кивнул и улыбнулся.

– Я не стану спорить с вами о том, что арракианские корабли лучше человеческих, но почему бы вам не рассказать мне, почему арракианские истребители не способны совершать прыжки? Или вы могли бы объяснить мне технологию арракианских прыжков, поскольку я уверена, что вы знаете её гораздо лучше, чем землянин?

Кадет сжал губы, его улыбка померкла, а в аудитории стало очень тихо, смех замолк, и все ждали, что будет дальше.

– Что же раз нет, тогда будем записывать под диктовку. Присаживайтесь кадет, – спокойно ответила и начала объяснять технологию, лежащую в основе инопланетных прыжковых двигателей. – Итак, схема гипер-прыжкового двигателя не может функционировать на таком маленьком корабле, как истребитель “Небус”, из-за нехватки места для реакции, которая приводит его в действие, – я сделала паузу, и в комнате воцарилась тишина. – Вы записываете? Если меня не ввели в заблуждение, арракианцы не обладают эйдетической памятью.

Последовало шуршание и быстрое постукивание по клавишам ноутбуков, а я тем временем включила следующее изображение, чтобы показать кабину истребителей, с которыми мы будем тренироваться.

– Как только вы пройдёте тщательное тестирование по управлению кораблём, я отправлю вас на тренажёры. Завтра будет тест по тому, что мы проходили сегодня, так что я предлагаю вам позаниматься. Есть вопросы? – я выключила голографический дисплей и включила освещение.

Вопросов не было, поэтому я позволила себе, наконец, глубоко выдохнуть, поскольку шум, с которым кадеты встали и направились к двери, заглушил мой вздох.

Только кадет Ровит по–прежнему сидел на своём месте со скучающим видом.

– Что–то ещё, кадет Ровит?

Он встал и подошёл ко мне, останавливаясь прямо напротив меня, слишком близко для кадета и инструктора.

– Когда мы приступим к изучению кабины управления истребителем?

– Не раньше, чем я буду уверена, что вы справитесь.

– Поверьте мне, капитан, я справлюсь со всем, что вы мне дадите, – он озорно подмигнул и на губах появилась ухмыляющаяся улыбка.

Я уже приоткрыла губы, чтобы поставить его на место, но громкий голос, донёсшийся от двери, остановил меня.

– Кадет Ровит! Можно вас на пару слов? – лейтенант Вольтер стоял на самом верху рядов, скрестив руки на груди, и его глаза сверкали яростью.

Так он всё время сидел в аудитории, и ничего мне не сказал?!

– Увидимся позже, капитан, – отозвался кадет, не выказывая никакого беспокойства, оставив меня молча кипеть от злости.