332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Иван Тропов » Опаленная колыбель » Текст книги (страница 5)
Опаленная колыбель
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 17:59

Текст книги "Опаленная колыбель"


Автор книги: Иван Тропов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 29 страниц)

Это что же получается? Если Линский был директором СВИ, то… выходит, наших осужденных в Империю по его приказу посылали?! Но тогда этот Линский – сволочь не хуже нашего президента! Зачем же Дымок его спасает?!

Оборачиваюсь я к Линскому. Он глаза мои увидел – и в кресло начинает вжиматься, словно под обивку решил просочиться. Смекнул, о чем я думаю.

Но тут Дымок вмешивается.

– Серж, Серж! – говорит поспешно. – Пока ты не выбросил нашего новоприобретенного отца из флаера, позволь тебе заметить, что конфликт между Тяпкиным и Олегом Львовичем как раз и произошел из-за различных взглядов на отношения с Империей.

Это он на то намекает, что Линский хотел прекратить выдавать наших осужденных имперцам – так, что ли?

– Ладно, папаша, – цежу Линскому сквозь зубы. – Поживи еще.

К Дымку поворачиваюсь.

– И что же он предлагал президенту Тяпкину?

– Олег Львович хотел, чтобы наш Ангарск вступил в Конфедерацию, – Дымок говорит.

Вот как… пришлось мне подумать.

Вообще-то думать мне непривычно, и никакой сноровки в этом деле у меня нет. Я же на офицера внешнего периметра готовился, а ему на фига мозговая сноровка? Только начальство раздражать! Так что долго я все это обмозговывал. Дымок опять в свой комп уткнулся, Линский о чем-то своем задумался, так что никто мне в моем трудном деле не мешал.

Кое-что я для себя все-таки решил. Лучшее место, куда можно податься – это Конфедерация. Там тебе и цивилизация, и честное правительство, и даже карьера военного светит. Жаль, что сразу после нашего бегства из города я всего этого не знал. Заставил бы Дымка сразу туда лететь, и в генеральские лапы мы не вляпались бы. А теперь приходится к императору тащиться…

Именно тащиться – наш «Скат» вслед за генеральским флаером идет на полутора звуках. Вообще-то это дурдом, тащиться на флаере с такой скоростью, да еще в плотных слоях атмосферы. Именно здесь у флаеров ограничение на скорость. При больших скоростях в плотных слоях атмосферы нехилое сопротивление возникает, а это лишние траты урана в реакторе. Да и корпус раскаляется неслабо, а он тоже не вечный.

Гравы-то у флаера для чего? Подняться на триста кмов флаеру раз плюнуть. А там уж от атмосферы одни ошметки, и лететь можно с любой скоростью. Чего хочешь делай, лишь бы в реакторе урана хватило, чтоб энергию в гравы качать. За полчаса в любую точку Земли можно попасть.

– Дымок, а чего мы так тащимся? – я братишку пихаю. – Чего бы нам не подняться повыше, да и махнуть над атмосферой?

Он, вроде, что-то о каких-то соосных лазерных батареях лепетал, когда мы от костра удирали? Тогда выяснять было некогда, а сейчас самое время.

– Дымок!

Но Дымок только по клавишам быстрее стучит и мычит раздраженно – типа, чтоб от него отстали. Занят он, видите ли.

Ходить бы Дымку с опухшим ухом, но Линский его спас.

– Сергей… Олегович, – меня окликает. – Дело в том, что над Землей на геостационарных орбитах[19]19
  Геостационарная орбита – орбита в плоскости экватора высотой 36 тысяч километров (спутник на такой орбите постоянно «висит» над одной точкой экватора).


[Закрыть]
висят мощные боевые лазеры, управляемые дикими роботами. Поэтому за пределами плотных слоев атмосферы долго находиться небезопасно, в любой момент вас могут заметить и уничтожить. В нижней же части атмосферы луч лазера сильно поглощается и рассеивается, теряется фокусировка. Хотя лазеры работают спаренными соосными батареями, и ведут стрельбу последовательно, пробивая атмосферу все глубже и глубже, но…

Ну, это-то я и сам могу сообразить, даром, что ли, все детство на компе в симуляторы проиграл? Знаю я про эти батареи. Только не знал, что над Землей их столько болтается… Выходит, дикие роботы все заполонили – даже за пределы атмосферы выбрались!

Пришлось в мои планы поправочку внести.

Военная карьера в Конфедерации может, конечно, оказаться крутой… А может и внезапно оборваться – дикие роботы вовсе не подарочек. Но гибнуть я пока не собираюсь. Даже героически. Рановато мне как-то… Поосторожнее надо со стремлением в войска конфедералов!

С другой стороны, а лучше-то что? Все равно никаких альтернатив… По крайней мере, пока всех диких роботов не перебьют. Но это еще вопрос, кто кого уделает, мы диких роботов – или они нас…

В любом случае, до Конфедерации и карьеры военного еще добраться надо – а пока нам с Дымком только Империя и ошейники светят. Делать надо что-то, выпутываться как-то. И побыстрее! Пока от нас хоть что-то еще зависит.

А Дымок, тоже мне, нашел занятие! В компе своем новом копается. Выбрал, блин, время, чтоб любимые файлы перечитать!

Видно, перенервничал братишка от последних происшествий. Вот и ударился в эскапизм, как интелы выражаются. Без посторонней помощи идеи генерировать не собирается. Пора все в свои руки брать.

Но начал я с Линского.

– Папаша! – говорю. – Есть полезные идеи?

– Только общая стратегия, Олег Львович, – он вежливо отвечает. – Лучше всего для нас будет, я думаю, попытаться добраться до Конфедерации. Вот только как это сделать, я пока не вижу возможностей. Потому что, по всей видимости, генерал Шутемков нас просто так не отпустит, а…

Ну и выражается! Сразу видно, политик! Нет, чтоб просто сказать: нет никаких идей. А он начинает: то, се, тактика, стратегия…

– Слушай, папашка! – я ему в сердцах говорю. – Значит, так! Звать меня – Серж. Это раз.

Помолчал я, прищурившись – чтобы до него лучше дошло. Вроде, усвоил.

– Дальше: мы тебя не для того два раза спасали, чтоб ты нам баки забивал! – вбиваю ему. – Ты так с другими можешь разговаривать, а тут мне одного Дымка хватает. Так что кончай выпендриваться и говори нормально, как у вас особисты в этой вашей СВИ между собой общаются, понял? Тем более что обратно в Ангарск нам дорога заказана, и я тебе в любом случае больше не электорат. Усек?

Прищуривается он.

Это еще чего? Бунт на корабле?…

– Какие-то непонятки, папаша? – говорю.

А сам набычиваясь и челюсть выдвигаю для большей убедительности.

Секунд пять мы с ним в гляделки играли. Наконец не выдержал Линский, отвел взгляд.

Но хоть и уступил, а марку решил держать.

– Без ба-азара, бра-атан! – говорит гундосо, слова растягивая.

Иронизирует, типа.

Ну, братана я ему простил – на первый раз. Гладишь, через пару минут сам хамить перестанет. Ну а если что, настоящую профилактику устрою!

Но это потом. Сейчас нужно решить, как наши шкуры от ошейников спасать. Линский, похоже, тут не помощник. Может, у Дымка какие-то идеи есть?

Отбираю я у братишки комп, чтоб внимание его привлечь.

– Серж! Отдай! – он тут же вопит. – Отдай, я там…

– Подождет твой комп, Дымок! – обрываю. – Есть у тебя идеи, как нам от генерала избавиться и из Империи выбраться?

5. Империя

Идеи у Дымка были, рано я решил его списывать. Он по делу в компе копался. Когда я у него комп отобрал, братишка полноценно обиделся.

– У меня-то есть, – говорит.

Прищурившись, многозначительно так. Мол, как раз у него-то идеи есть. А вот у кого-то, не будем показывать пальцем, но всем ясно, о ком речь, только пустая голова в наличии. Вроде как хамит помаленьку.

– Дымок! – говорю. – Оскорбляться ты потом будешь, в свободное от братских обязанностей время! А пока выкладывай, что надумал.

Фыркает Дымок обиженно, словно я ему что-то гениальное помешал до конца довести – но куда ему от братской любви деваться, с моей-то крепкой рукой? Все рассказал.

Еще пока мы в родном Ангарске были, Дымок, как только получил от Линского новый комп, сразу же перетащил туда все интересности, которые в свищевой сети откопал.

И прямо сейчас он небольшую прогу[20]20
  Прога – программа.


[Закрыть]
соображал. Простенький смысловой фильтр, чтобы кое-что выжать из свищевых файлов.

Простенький, правда, только по меркам Дымка. Когда он нам объяснил, что собрался из этих файлов выжать – Линский только ухмыляется да глаза отводит тактично.

– Дмитрий Олегович, – говорит Дымку мягко. – Вы, конечно, человек способный и, я бы даже сказал, где-то талантливый. Но, возможно, чересчур оптимистичный. Даже лучшие специалисты из СВИ не смогли сколько-нибудь достоверно определить, есть ли в окружении императора шпионы Конфедерации, хотя занимались только этой проблемой и в их распоряжении были петафлопсные[21]21
  Петафлопс – квадриллион (1015 = 1 000 000 000 000 000) операций с плавающей точкой за одну секунду (единица быстродействия процессоров).


[Закрыть]
машины. Подозреваемые в шпионаже нашлись, но надежность результатов не удалось довести даже до пятидесяти процентов…

Но Дымок только фыркает и подбородок повыше задирает.

– Боюсь, Олег Львович, вы переоцениваете способности ваших программистов, – улыбается Линскому вежливо так. – Ведь это они соединяли локальную сеть СВИ с общегородской?

Это он Линскому на то намекает, что свищевые программисты уже разок оказались хуже Дымка – когда безопасность своей сети не смогли обеспечить. Так почему бы Дымку и в этот раз их за пояс не заткнуть?

– Кроме того, я начал думать над фильтром, еще пока мы были в Ангарске, – Дымок говорит спесиво. – Я не собираюсь, простите за выражение, тупо проверять все окружение императора!

И еще выше подбородок вскидывает. Мол, он-то проверит окружение императора не тупо – в отличие от свищевых программеров-ламеров.

Складно Дымок говорит. Да только Линский ему пока не по зубам. Господин президент Дымку в ответ еще вежливей улыбается и даже головой кивает, словно соглашается – но видно, что не верит, будто Дымок что-то найти сможет. Оно и понятно – он же в свище этой темой лично занимался, но ничего путного не добился. Ну и, понятно, у него профессиональная гордость, как интелы выражаются, все такое… Как бы не сцепились они с Дымком! Того и гляди, начнут выяснять, кто из них интелистее.

– Стоп! – я их останавливаю. – Дымок, кончай с папашей грызться! Скажи мне лучше вот что. Ну найдешь ты шпиона конфедералов в Империи. Дальше что?

– Шпион должен занимать высокий пост в Империи, – Дымок говорит. – Пользуясь своим положением, он поможет нам выбраться в Конфедерацию. Мне кажется, пока это самое лучшее, что мы можем сделать, Серж.

Нормально братишка соображает. Совпали мы с ним в желаниях. Сунул я ему комп обратно, по плечу похлопал.

– Давай, Дымок! – говорю. – Дерзай! Мы с папашей в тебя, типа, верим.

Больше-то я все равно ничем ему помочь не могу. По сравнению с братишкой я в смысловых фильтрах разбираюсь чуть лучше, чем президент Тяпкин в нуждах Ангарска.

Но Дымок только морщится да из-под руки выскользнуть норовит. Гордый он, типа, и весь из себя самостоятельный, пижон малолетний!

Но хоть и пижон, а ручонки растут откуда надо. В смысле, нейроны срастаются куда положено. И полчаса не прошло, как Дымок фильтр смастерил.

Вот только толку-то? Теперь через этот смысловой фильтр свищевые файлы надо прогнать – а на чем? У ребят Линского в СВИ петафлопсные машины были. А у Дымка что? Комп ему хоть и неплохой подарили, но рядом с серьезной машиной этот комп – как муравей против тягача.

А до центра Империи уже не так много осталось – всего-то час с небольшим на полутора звуках. Даже если Дымок фильтры составил во сто крат лучше, чем свищевые программеры, все равно. На его калькуляторе обсчитывать – это на недели растянется.

– Не расстраивайся, Дымок, – говорю. – Потерпи до Империи. Там найдем хорошую машину.

Косится Дымок на меня, прищурившись. Что-то не похож он на расстроенного.

– Умный человек и из молотка микроскоп сделает, – вдруг выдает спесиво.

И к панели управления лезет.

Бортовой комп, конечно, не петафлопсный, но помощнее братишкиного калькулятора, – все-таки гравами управляет и за реактором следит. Дымок решил его под обсчет запрячь?

И точно. Дымок подходящий разъем нашел и без всяких сомнений к бортовому компу подключает свой калькулятор, из-за которого все и началось. Как бы на нем все и не закончилось…

– Дымок, – говорю. – Я в тебя верю, и все такое. Но ты все же не перегибай с бортовым компом! А то перегрузишь его, и рухнем. Или реактор вразнос пойдет…

Но Дымок только фыркает. И отступаться не собирается.

– Ты заметил, Серж, – говорит, – что здесь двадцать два процента кислорода?

Что-то я не понимаю, куда он клонит. Внутри флаера и в самом деле хорошая система регенерации воздуха. Но какая связь между содержанием кислорода – и бортовым компом?

– Ну и? – уточняю.

– Ну и дыши глубже! – Дымок говорит.

Ничего не скажешь. Подловил, стервец малолетний! Даже в ухо дать как бы не за что. Но что-то он больно смелый стал, как мы из города выбрались. Подпортить ему настроение, что ли, пока он в раж не вошел и совсем не зарвался?

– Дымочек, – говорю ему поласковее. – Снежком стать захотел?

А может, не просто так Дымок советовал дышать глубже.

Сначала он бортовые процессоры просто до предела загрузил. Но это не страшно. У бортового компа хорошая избыточность быстродействия, и в штатном режиме его процессоры едва на треть загружены.

Но этого Дымку мало показалось. Поморщился он кисло на скорость обсчета… Мониторы на пульте глазками обвел, еще малость подумал. А потом как начал убирать штатные функции, чтобы перебросить мощности процессоров на свою задачу!

Пока он гравидетектор и локаторы отключал, я еще терпел. Но этот поросенок никак не уймется! Хлоп – и десяток мониторов на пульте вырубился. Я невольно в подлокотники вцепился. Линский вообще струхнул – от испуга лучше вентилятора сопит. А Дымок разные функции все отключает и отключает…

До тонкой коррекции внутренних гравов-компенсаторов дошел! Тут уже и у меня дух перехватило. Едва Дымок тонкую коррекцию отключил, нас всех затрясло, как котят в стиральной машинке! Мы ведь прямо за генеральским флаером идем, а на полутора звуках идти в хвосте – это сплошные воздушные ямы. Дергает флаер так, словно вот-вот что-то отвалится!

Хоть и знаю я – зря, что ли, на офицера внешнего периметра готовился? – что сам флаер и не такое еще выдержит, но… трясет так, что никакая вера в техническое совершенство не помогает. Нервы пошаливают сильнее, чем логика у демагога.

– Дымок, кончай над флаером издеваться! – говорю. – Эти крохи тебя не спасут, а нас угробят!

– Действительно, Дмитрий Олегович, – Линский поддакивает. – Все равно мощностей бортовых процессоров не хватит, чтобы до прилета в Империю обсчитать все нужное…

Насупился братишка, но тонкую коррекцию гравов-компенсаторов вернул. Трясти нас перестало.

Вздохнул я поспокойнее. Устроился в кресле удобней, расслабился, глаза прикрыл. Но только дремать начал – как запищит прямо под ухом!

Звук до того пронзительный, что зубы заломило как от ледяной воды, а кости словно изнутри буравят! Я в кресле так подпрыгнул, что чуть голову не отбил о технические изыски на потолке флаера.

Доигрался братишка! Либо реактор плавится – либо еще что похлеще!

– Что случилось?! – Линский блажит с задних кресел.

Но что случилось, не понять – Дымок больше половины мониторов отключил.

– Дымок! – рычу. – Вырубай свое сито!

Только бы слишком поздно не было! Если реактор вразнос пошел…

А Дымок даже не дергается.

– Пожалуйста, Серж, – говорит лениво так. – Мне больше и не нужно.

Тут до меня дошло. Это не диагностика флаера выдала тревогу, это братишкина прога какой-то сигнал подала.

– Дымочек… – цежу сквозь зубы. Так и дал бы в ухо этому остряку-самоучке! – Еще один такой фокус, бр-ратишка, и я стану круглым сиротой! Понял?

На заднем сиденье Линский за сердце схватился и шипит что-то от души. Вчера он Дымка как бы усыновил, а теперь вот прекрасный повод уматерить…

– Наверно, это один процент расчетов пройден, Дмитрий Олегович? – говорит мстительно. – Позвольте Вас поздравить с успехами.

Но с братишкой такие шпильки бесполезны.

– Спасибо, Олег Львович, – говорит, смущенно так глазки потупив. – Но, вообще-то, это уже весь обсчет завершен.

Уставился Линский на Дымка изумленно. Шутит братишка, что ли?

Я тоже к Дымку пригляделся. Не похоже…

– Вы шутите, Дмитрий Олегович? – Линский говорит удивленно.

Но Дымок только плечами пожимает неопределенно – и отвечать не собирается. Типа, уже с головой в исследование результатов погрузился, пижон!

Свой комп от бортового отключил, на колени к себе пристроил и давай на клавиатуре топтаться всеми десятью пальцами – формы запросов на экране одна другую с такой скоростью сменяют, что даже разглядеть толком ничего невозможно. Ясно только, что что-то фильтры Дымка все же отловили. Вот он теперь и проверяет вручную, что именно в них застряло.

Только фигня всякая там застряла, скорее всего… Он же свои фильтры не отлаживал, наспех составлял. А тут малейший зевок – и привет, надо все по новой перелопачивать.

Линский поначалу тоже недоверчиво на Дымка косился. Да и как же ему поверить, что Дымок что-то ценное мог выловить из свищевых файлов – если Линский этой проблемой месяцами занимался, да еще и лучших городских программистов запряг, и все вбестолку?

Но всех его сомнений минут на пять и хватило. А потом не выдержал. Через спинки кресел перегнулся и так и норовит Дымку через плечо заглянуть.

– Ну как, Дмитрий Олегович? – пристает. – Есть улов?

А Дымок уже что-то нашел. И что-то важное – аж дрожит весь от радости. Но старательно лицо попостнее делает, будто ничего особенного не случилось. Это он так перья распускает – крутого по самое не могу интела из себя строит, пижон малолетний.

– Да, Олег Львович, – говорит лениво, даже слова начал растягивать. – По моим скромным оценкам, есть как минимум один шпион. И его личность определена с вероятностью в восемьдесят два процента, плюс-минус три процента стандартное отклонение.

Побледнел Линский. Свищевые программеры не смогли вероятность обнаружения и до половины дотянуть, а Дымок через восемьдесят процентов перевалил!

Но быстро в себя пришел. Поджимает губы скептически, улыбочку вежливую выдавливает.

– И кто же это, позвольте поинтересоваться? – спрашивает лилейным до ядовитости голосочком.

– Министр культуры, – Дымок говорит. – Евгений Скупцов.

Линский улыбаться перестал. Видно, не пальцем в небо Дымок попал.

Зато Дымок на Линского косится ехидно. Вроде как опять он переплюнул нашего новообретенного папашу, вместе со всеми его бывшими подчиненными.

Линский, конечно, этого не стерпел – ну и давай они спорить, корректные ли Дымок фильтры составил. Правда, без матюгов, без всего такого спорят. Если вы с такими как Дымок или Линский долго не общались, то сразу и не поймете, что они так спорят.

Так бы, наверное, еще пару часов и пинались – интелам только дай повод поспорить! – но тут генерал влезает.

– Эй, Димон! – зовет по рации. – Не проспите посадку! Прилетели.

Но проспать тут трудно. На экранах совершенно дикий видочек.

Джунгли обрываются – и до самого горизонта огромная прогалина, кмов пятьдесят в поперечнике. Ни деревца, ни кустика, ни травинки – совсем никакой растительности. Только желтый песок.

Сразу видно, здесь до Конфликта большой город был – еще наземный. А когда ядерно-термоядерная разразилась, на город столько ракет обрушилось, что их взрывы в одно огромное огненное торнадо[22]22
  Огненное торнадо, иначе огненный шторм – бурное окисление всего, что только может окислиться, включая почву (обычно при массированной ядерной атаке большого скопления высотных зданий).


[Закрыть]
слились – и все, ну совершенно все в городе выгорело, от бетона до стали. Даже органика в почве выгорела – только песок и остался. Зато радиация такая стала, что вот уже сто лет там ничего не растет. Внешние дозиметры на нашем флаере еще за пару кмов до края прогалины оживились. А на инфракрасных камерах эта прогалина – как теплая сковородка.

Обходим мы эту песочницу по краешку, к джунглям сворачиваем, и кмах в десяти от западной границы на посадку идем. За небольшим холмом в джунглях еще одна прогалина. Не такая большая, как первая – всего-то в несколько кмов. В песке крышки ракетных шахт блестят, между ними вход в туннель.

Первый шлюз сразу под поверхностью – мощный такой шлюз. Главные ворота – стальная плита за три метра толщиной. Даже если городская ПВО даст сбой, не так-то легко будет этот шлюз пробить. За ним туннель вниз – почти восемьсот метров. И не голый гранит, как в нашем Ангарске – а сплошная стальная заливка.

Внизу еще один шлюз. После него тщательная дезактивация[23]23
  Дезактивация – очистка поверхности от радиоактивного загрязнения.


[Закрыть]
и таможенный ангар. Но генерал не последний человек в Империи, и мы не останавливаясь дальше проскочили.

На стоянке – чего только нет. От потрепанных семидесятых «Скатов», которые я в нашем Ангарске только в музее и видел, до мощных «Гарпий» и «Фурий». И «Драконы» есть – эти вроде наших девяностых «Скатов», где-то на востоке их делали. А в дальнем углу стоянки даже парочка «Валькирий» красуются. Вот эти уже почти как наши сто первые «Скаты» будут – самые лучшие флаеры из всех, что европейцы делали. Их я вообще только в симуляторах и встречал – думал, вживую никогда не увижу.

На боевых флаерах дальше нельзя, пересаживаемся на легкие внутригородские. Тоже что-то европейское, очень миниатюрное. Прямо не флаеры – игрушки. Еще один шлюз проходим, уже чисто символический, а дальше…

Действительно, центр Империи. Туннель тугоплавкой керамикой обшит. И пластины вовсе даже не обшарпанные, наоборот, почти новенькие. Кабели на потолке рваной изоляцией не светят. Свет яркий, и подобран хорошо. Кислорода в воздухе процентов девятнадцать. А уж когда мы от внешнего туннеля до самого города добрались…

Улицы не то, что широкие – просто гигантские, за полсотни метров в поперечнике! По бокам уличных туннелей непрерывная череда магазинчиков и забегаловок – сплошной неон, лазеры и голограммы. Вдоль них пятиярусные пешеходные дорожки. А народу-то! Прямо бурлит.

По потолку и внизу туннеля электрокары бегают. А по центру легкие флаеры проносятся, в три двухъярусных ряда. Красотища, аж дух захватывает! Не знал бы, как здесь вертикаль власти устроена – точно захотел бы тут жить.

Но о вертикали власти не забудешь. Легкие флаеры, на которые нас пересадили, шестиместные. Шутемков с парой своих ребят в наш флаер набился, и теперь давай к Дымку приставать.

– Молодец, Димон! – говорит. – Правильно, что мы сюда заглянули. Тебе-то в вашем Ангарске-Мухосранске наши деньги все равно ни нужны, а здесь я тебе куплю, что выберешь! Торговцы как раз в городе должны быть.

Тут генерал на одного из своих парней отвлекся. Вообще-то его ребята все тупорылые, стрижены почти наголо и накаченные – а этот парень какой-то странный. Лоб высокий, волосы длиннющие, ниже плеч. Сам весь чахлый какой-то – даже станнера на поясе нет. А глаза… такие глаза после хорошей дозы психотропов бывают. Да и весь он какой-то заторможенно-отмороженный… На комп Дымка – вообще как мартышка на удава уставился.

– Игорян! – генерал его в бок пихает. – Торговцы в городе?

Игорек этот из внутреннего мира вынырнул, волосы с левого виска откинул – и я обомлел. У парня натуральный шунт[24]24
  Шунт – обычное название внедренного в мозг процессора с шиной и наружным разъемом, для передачи информации в мозг без участия рецепторов. (вымышленное)


[Закрыть]
в голову вделан!

У нас в Ангарске шунты запрещены, уж больно это для психики опасно. Ну, ясно, запрещены-то запрещены, но все равно встречаются – у нас и травка тоже как бы запрещена… Но у нас если уж кто себе шунт и ставит, то хотя бы незаметно. А у этого Игорька из виска выпирает стальная бляха почти с ладонь! Разъемов разных в ней с десяток, и даже крошечный передатчик огоньками перемигивается!

Игорек на пульте флаера инфракрасный порт включает, потом на виске щелкает, передатчик оживляя – и совсем из реальности выпадает. Дикое это зрелище, когда человек с шунтом глотает информацию. Открытые глаза вверх задираются и бешено дергаются из стороны в сторону, словно рой мух пересчитывают. Вот-вот не то совсем закатятся, вывернувшись задом наперед, не то вообще из глазниц повылетают.

– Торговцы в городе, хозяин, – Игорек говорит, а сам все дико вращает глазами, словно андроид, у которого блок глазной коррекции полетел.

– На прием к императору запиши! – генерал ему приказывает.

– Записал, хозяин, – Игорек тут же отзывается. И вдруг – ухмыляется подхалимски, хоть и не видит ни генерала, ни нас – вообще сейчас ничего не видит кроме того, что по шунту ему в мозг передается. – Только что на главной арене начался матч высшей лиги, хозяин. Пять на пять, без ограничений, как вы любите…

– Ну-ка, ты! – Шутемков тут же своего второго парня пинает. – К арене давай! Шустро!

Второй парень Шутемкова на штурвалы налег – и понесся наш флаер почти на ползвуке – это по городу-то! За окнами все в сплошную сияющую полосу слилось.

А Шутемкова словно подменили. Как услышал генерал про высшую лигу и полный контакт – прямо дрожит весь, вздрагивает, на месте сидеть не может.

– Высшая лига! – говорит нам с горящими глазами. – Это то, что нужно!

Ну просто влюбленный щенок, а не генерал… Что это за высшая лига такая? Должно быть, что-то совершенно потрясное, если даже такого как генерал до щенячьего повизгивания пробрало? Даже странно…

Но потом, когда мы добрались…

Я сначала своим глазам не поверил.

Это же надо додуматься – сделать в подземном городе зал под сто метров высотой и на девять гектаров! В стенах под самым потолком ложи для зрителей, в центре потолка висят огромные мониторы, а внизу – черт знает что! Словно имперцы сюда с поверхности какие-то старинные руины перетащили.

Остатки домов, этажей в пять. Древний завод какой-то, без крыши, но внутри все работает: сталь льется, печи горят, какие-то механизмы лязгают. Разбитые вертолеты и флаеры грудами лежат. Оплавленные тушки боевых роботов, кучи хлама. Чего только нет…

И в этих руинах люди бегают.

Видно, это вроде огромного тренажера. И потренироваться интересно, и зрителям развлечение. Мониторы под потолком дают увеличение и те места показывают, что сверху не видны – внутри домов, на заводе, между грудами хлама.

Еще на мониторах какие-то цифры – не то информация об игроках, не то какая-то сложная статистика. Сам я разбираться не стал. Хотел у Дымка спросить – но тут внизу как раз игра началась.

Две команды бегать перестали – видно, это они разминались для начала. Вышли в центр, построились, ручками зрителям помахали – и снова разбегаются.

Я думал, они со станнерами играют, с безвредной начинкой игл – но нет. Это они сначала выходили на позиции, поэтому было тихо. А как стычка началась, сразу стало ясно, что они не пустыми иглами стреляют. Такая пальба поднялась, что только от огнестрельного оружия бывает или от плазменников!

Круто развлекаются ребята. Резиновыми пулями – это же покалечиться можно!

А потом присмотрелся я… Вспышки из оружия не только при выстреле, но и при попаданиях! Не резиновые пули – а самые настоящие! Да еще и разрывные!

– Дымок, – бормочу оторопело. – Кажется, у меня от стимуляторов в биобинтах глюки начались. Они там что, действительно разрывными друг дружку мочат?

Но Дымку отвечать не пришлось.

По залу отрывистый аккорд проносится – и на экранах под потолком показывают, как одному игроку всю грудь разрывными пулями распороло. И не мельком показывают – а крупным планом, медленно и несколько раз.

Дымка с Линским замутило. У меня тоже желудок к горлу подпрыгнул и наизнанку вывернуться попытался.

Хоть я и тренировался на боевых тренажерах, и в виртуальных стычках не в одной сотне участвовал – все равно замутило. На тренажерах я ведь с игольником тренировался, а в виртуалке боевое оружие только против техники и роботов используется. А тут – огнестрельное оружие против людей, да еще с разрывными пулями! И показывают еще специально подробно и медленно… и ведь это не виртуалка, не рисованное, это все в самом деле…

А Шутемков – наоборот, во все глаза на мониторы уставился. Еще и коктейль потягивает. Прицокивает от удовольствия – и не понять, от чего больше, от коктейля или от вида на экранах… Просмаковал он все повторы – и пинает Игорька своего.

– Добавь десятку на «Херувимов»[25]25
  Херувимы – ангелоподобные существа-стражи в одной из доконфликтных мифологий.


[Закрыть]
!

Тут я совсем в осадок выпал.

Вот в чем я сразу не смог разобраться…

Цифры на мониторах – это не только статистика команд. Там еще и тотализатор… Внизу люди друг друга разрывными пулями на тот свет отправляют – а в ложах наверху коктейли потягивают, кайф ловят и ставки делают…

А пальба внизу разгорается. Еще одного ранили. И снова на мониторах все показывают. Крупно, медленно и со вкусом. Этого очередь в прыжке достала, по бедрам – правая нога уже не его, да и левой он почти лишился, только на остатках кожи и висит. Мясо наизнанку, осколки костей торчат, из перебитых артерий фонтанчики крови брызжут… Он от боли и орет, и стальной пол царапает. А камеры все это педантично показывают. И даже наезды чередуют – то на лицо, то на остатки ног. Чтоб интереснее было…

– Папаша, – шепчу Линскому. – Они что, так и дадут ему умереть? Даже врачей не позовут?

Но Линский не в том состоянии, чтоб отвечать.

Да и не надо уже. Тот, кто раненого очередью срезал, настиг его и… он такое сделал, что я только глаза отвел и закрыл их покрепче. А раненый, хоть уже почти потерял сознание – у него кровь из ног хлещет, как вода из крана! – снова так заорал, что на все десять гектаров было слышно…

К счастью, кончился крик наконец. А я все сижу, глаза покрепче зажмурив. И в голове одно вертится: как же так? Как же люди могут так друг с другом?

Потом сообразил, в чем дело. Здесь то же самое, что и в Заярске, на той базе Шутемкова в холмах. Там люди ведь не по своей воле приманкой для роботов становились. Вот и те ребята, что сейчас внизу воюют, не по своей воле друг друга убивают. Их просто заставили – у них же ошейники. Попробуй тут отказаться! Сразу же и помрешь.

Но что это за люди должны быть, чтобы других заставлять такое делать? А самим при этом ставки делать, да еще удовольствие получать?!

А потом я еще немного подумал, и мне совсем худо стало.

Ведь мучить раненого вот так, прежде чем добить, никто игроков не заставляет. Это они уже сами в раж входят…

Не знаю, сколько я так просидел, пока они внизу стреляли. Чувствую, кто-то меня за рукав тянет.

– Серж! Серж! – Дымок шепчет. – Пойдем отсюда, пожалуйста!

В коридоре я малость очухался. Рядом Дымок с Линским дрожат, лица – словно бумажные. Я тоже не лучше выгляжу, благо со стороны себя не вижу.

И занесло же нас сюда! Сваливать отсюда надо. И чем быстрее – тем лучше!

Но просто так отсюда не сбежишь – перед туннелем на поверхность три шлюза и еще таможенников, как котят нетопленных. Не то, что в Шутемковском Заярске, где вообще ни таможни, ни шлюза… Эх, надо было не слушать Дымка, а там еще пробиваться к флаеру и сматываться подальше от имперцев!

– Дымок, закопался ты выше крыши, – говорю. – Разгребать все это не собираешься?

Дымок сначала только дышал по-рыбьи. Чуть отдышался – и в комп полез. Похоже, замкнуло у него в голове что-то от увиденного. Не знает, что дальше делать, вот и шарится где ни попадя.

– Дымочек, – шепчу ему ласково, за плечи обняв. – Я понимаю, трудно тебе, все такое… Но соберись, надо выбираться отсюда. Потом будешь в своем компе копаться! Сейчас действовать надо.

– Я и действую, – Дымок бормочет еле слышно. – Нам нужна помощь, чтобы выбраться. Надо найти шпиона конфедералов – министра культуры Евгения Скупцова.

Тихонько так говорит, совершенно без выпендрежа. Сильно подействовало на него увиденное.

Погонял Дымок план города по экрану – все-таки неплохо наша СВИ работала при Линском, если даже план центрального города Империи смогла достать. Нашел, где может быть Скупцов.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю