332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Иван Тропов » Опаленная колыбель » Текст книги (страница 11)
Опаленная колыбель
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 17:59

Текст книги "Опаленная колыбель"


Автор книги: Иван Тропов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 29 страниц)

10. Похищение

Но пока Дымок сам кого хочешь сожрет. Не успели мы с Линским от радости оправиться – Дымок нас обоих уже запряг.

Линского отправил в Торговую гильдию.

Конфедерация и император за все грызутся, и торговцы не исключение. Только торговцы по этому поводу особенно огорчаться не стали, а взяли да и выторговали себе условия получше, вовсю этой грызней пользуясь. Добились от императора даже того, что их в Москву и наружу пропускают без особого досмотра. И если сможет Линский их подкупить, будет у нас возможность провезти Анну через таможню.

А меня Дымок к Шутемкову отправил. За теми оцифровками, которые генерал снял с Анны, когда свою Еву у торговцев заказывал.

В апартаментах у Шутемкова во всех комнатах форменная вакханалия. Это он с горя нажраться решил. Жалеет уже, что так необдуманно со своей Евочкой-девочкой расстался. Еле я от него добился, чтобы он оцифровки дал.

Иду с кристаллами обратно, захожу в гостиницу – а там трое у портье какого-то Линского требуют.

Блин… неужели император передумал? Не забыл он про свой архив, похоже… Для того только нас с Дымком отпустил, чтобы заодно и папашу нашего изловить? А может, и Скупцова через нас уже выследил?…

Только курточки у ребят не алые. Да и сами они на исбистов не очень-то тянут. По виду – натуральные интелы. Шеи тонкие, лбы высокие, повадки вялые, словно всю жизнь за компом просидели, только что отошли. У двоих при себе компьютеры, третий и вовсе черт знает с чем – не то еще один мощный комп катится за ним, не то робот какой-то странный.

А портье меня заметил – и нет, чтоб глаза в сторону отвести! Так еще и рукой на меня показывает, зараза!

Они ко мне.

Но на лицах никаких угроз. Даже подобострастие какое-то… Может, это император из своего архива программистов прислал, чтобы они у Дымка выяснили на будущее, как он сквозь их защиту прокрался?

– А-а, программеры-ламеры! – говорю. – От императора, из архива?

Ребята совсем бледнеют.

– Нет, – один говорит тихонько. – Мы от министра культуры, золотоворотничкового Скупцова… А вы – Дмитрий Олегович Линский?

Ого! Дмитрий Олегович… Мне даже завидно стало. Растет Дымок прямо на глазах. То император его по имени-отчеству, то интелы здешние его имя с придыханием выговаривают…

Веду я их к Дмитрию Олеговичу.

Думал, они все к нему. Но третий, тот, что со странным роботом, ко мне прицепился. Подлизаться к нам Скупцов решил, не иначе. Кроме программиста и мув-дизайнера еще и врача для меня прислал.

Дымок с компьютерщиками объясняется, во что он Еву превратить хочет, а док мной занялся. Пластик с моей руки снимает – ну, с того, что он нее осталось, – и командует роботу подъехать и подготовиться. Робот послушно подкатывается. Тренькает предупредительно и всякие ящички-приборчики из себя выдвигает. А док руку мою дезинфицирует – и давай в нее втыкать стимулирующие контакты и питательные канальцы!

За пару минут дикобраза из нее сделал! Живой плоти совсем не видно, сплошной клубок проводов и трубок, тянущихся в робота. Сразу видно, профессионал. Личный врач Скупцова, что ли? В родном Ангарске я в госпитале нашего сектора таких роботов в жизни не видел, хотя переломов у меня не один десяток был.

Тут только я в себя пришел…

Если бы док этот хамить начал или еще чего, я бы быстро среагировал, на подкорке – к наездам у меня реакция на одних рефлексах. А к доброму отношению у меня никакого иммунитета – откуда же ему взяться в нашем Ангарске, да еще в семьдесят третьем секторе?

Поэтому я сразу-то дока и не остановил. А как про родной Ангарск вспомнил, чувство реальности ко мне сразу вернулось.

– Док! – говорю. – Я вам благодарен и все такое, но лучше все снимите и обратно пластик наденьте! У меня на утро планы кое-какие есть, и таскаться с этим роботом я не смогу.

– Ну что вы! – врач обижается. – Это же последние предконфликтные разработки! Год назад торговцы привезли из Хоккайдо.

И давай расхваливать эти последние предконфликтные разработки. Мол, кроме стандартной электрической стимуляции робот еще как-то хитро влияет на скорость размножения клеток, и все в таком духе…

– Док! – я его обрываю. – Это все замечательно, конечно! Но как это все меня утешит, если утром мне придется носиться с этой штукой по всему городу?

– Так ведь не придется, – док меня успокаивает. – Через два часа рука полностью восстановится, от травмы и следа не останется. Я же говорю, это последние…

И давай по второму кругу про последние предконфликтные, электростимуляцию и химический контроль скорости клеточного размножения…

Но если всего два часа – а потом целая рука…

А Скупцов мне начинает нравиться! Понятно, конечно, что он не столько обо мне, сколько о своей заднице печется – если у нас какие-то проблемы возникнут, не только мы попадемся, сразу после нас исбисты и до него доберутся. Но все равно приятно.

Поблагодарил я дока, отобрал у Дымка комп – и в соседнюю комнату. Робот с Хоккайдо жужжит недовольно и за мной катится, как верная щенок, потому как провода от моей руки в него тянутся. Ну да фиг с ним.

Я в кресло, он со мной рядом. Электроникой попискивает, насосами рычит тихонько – ну прямо ластящегося щенка пародирует! Но да пусть его.

Как там Анна? Разобралась с программой Дымка, которую мы ей в кафе передали?

Подсоединяю скорее комп, в городскую сеть выхожу. Сердце колотится, словно после нехилой нагрузки. С программой Дымка вообще дрожащими пальцами разбирался.

Заползаю наконец на нужный узел.

А там меня уже десяток сообщений от Анны ждет! Конечно, не в открытом виде. Для постороннего человека они – будто запросы на файлы со старинными историями. Так Дымок наши сообщения решил маскировать. Сообщения от Анны – под запросы на старинные истории, а мои ответы – под эти файлы, высланные в ответ.

Натягиваю я быстрее гарнитуру, микрофон включаю. Это Дымок на клавишах выдает больше, чем языком. А мне с компом проще через микрофон общаться, даже когда у меня обе руки здоровые – не то, что сейчас!

Только я «привет» говорю и отсылаю – Анна в тот же миг отвечает!

«Серж? Это вы?»

Ждала! С компьютером в обнимку сидит, хотя уже давно за полночь!

«Я. Но мы же на ты договорились?»

«Привет, Серж! Я так рада! У вас все хорошо? Ты так долго не отвечал! Я так волновалась, Серж!…»

Кажется, я надолго про остальной мир забыл. Хоть и общались мы только через текст – ни видео, ни звука – но когда знаешь, что там, на другом конце, она, и каждое твое слово жадно ждет…

«Анна, я хочу тебе помочь. Но разговаривать с президентом Иркутска бесполезно. Он не сможет тебе помочь.»

«Что же мне делать, Серж? Я не хочу… теперь – просто не могу выйти замуж за принца!»

«Анна, единственный выход – бежать.»

«Но как? Принц меня так охраняет…»

«Бежать трудно, но можно. Мы тебе поможем. Я все сделаю, чтобы спасти тебя!»

«Но… Серж, это очень опасно! Для тебя…»

«Анна, ради тебя я готов рисковать. Даже жизнью. Главное, чтобы ты этого хотела…»

«Я хочу! Очень хочу бежать! С тобой…»

Но только я успел с ней поздороваться и наш план пересказать, только-только о главном собрался – в комнату док лезет! Как минутка два часа пролетели. Пришлось прощаться.

Док со своим роботом колдует. На панели управления похимичил, и начинают все трубочки-проводочки из моей руки выползать потихоньку. Через полчаса совсем вылезли – и я чуть говорить не разучился. Помню же, что с рукой два часа назад было! А теперь – совершенно здоровая рука! Кожа нежная, как у младенца, и одни только красные пятнышки от игл и напоминают, что с рукой что-то было. Прямо игрушка, а не рука! Шевелю я пальцами – вдруг и правда игрушка? – нет, работает… даже не верится.

Благодарю я дока от души. Но только собрался снова с Анной связаться – ведь ждет она этого, уверен! а уж как я хочу с ней поговорить! – но тут Дымок лезет в комнату, порывается свой комп забрать.

Компьютерщики Скупцова нужные драйверы уже подобрали, мув-дизайн отшлифовали и модель поведения Еве подправили. Осталось изменить ей программу действий – объяснить, что же именно от нее потребуется. Для этого Дымку его комп и понадобился. Он, конечно, мог бы ей все словами объяснить – но не хочет. Ему, видите ли, проще отбить все команды на клавиатуре! Пижон малолетний…

Ладно. Надо – так надо! Отдаю я ему комп. Но Дымок не отстает.

– Серж, будь так добр! – просит. – Посмотри свежим глазом, удачно ли мы внесли изменения?

Идем мы в соседнюю комнату. Дымок дверь распахивает – и я чуть на пол не сел! Я же думал, там Ева, а там…

Не знаю, как они этого добились, но теперь она – точная копия Анны! Так меня к ней потянуло, прямо сил нет! Засеменил к ней, словно крыса под насвист крысолова. А Ева еще глазки строит, да так умело…

А Дымок на меня смотрит – и ухмыляется. И тут только замечаю, что странновато у него нос выглядит. Слишком сильно ноздри топорщатся…

Тут только до меня дошло. Он же, стервец, опять на мне экспериментирует! И вовсе он не то проверяет, о чем говорит! Потому и нос у него раздулся. Сам-то Дымок через фильтры сейчас дышит.

Трясу я головой, наваждение сбрасывая. Жмурюсь изо всех сил, дыхание задерживаю – и снова на Еву смотрю.

Вовсе это не точная копия Анна. Конечно, теперь она гораздо лучше, чем у Шутемкова была, но с Анной все равно не сравнить.

Крутанулся я к Дымку на каблуках – но он уже отскочил, стервец малолетний!

– Дымок!!! – рычу. – В следующий раз на мышах экспериментируй! Понял?!

Дело вовсе не в новых драйверах. И даже не в свободном костюме, который он на Еву напялил. Все дело в духах, хотя никакого запаха и не чувствуется.

– Так любой дурак сможет! – говорю. – Не пойму только, откуда у тебя столько духов с феромонами[40]40
  Феромоны – выделения желез животных, влияющие на поведения других особей своего вида.


[Закрыть]
.

Очень уж эти добавки дорогие. В нашем Ангарске только бабочки центрального сектора свои крылышки такими духами освежают… да и то не в таких количествах!

Надулся Дымок. Обиделся, что я его так быстро просек.

– Но это единственный способ, чтобы сделать оставшиеся различия незаметными, – говорит. – Сразу активизируется ассоциативный ряд, и мужчины видят только то, что хотят. А все мелкие различия фигуры и пластики движений совершенно теряются на фоне вызванных переживаний…

Да я уже и сам про ассоциативный ряд и все такое сообразил. Из-за этого самого ряда мне и показалось, что в комнате не зачуханный генеральский андроид, а живая Анна.

– А если в охране Анны женщины окажутся? – говорю.

Дымок мигом все гордость растерял.

– Ой! – ладошкой по щеке себя лупит. – Не подумал! Тогда лучше сейчас же ее помыть! На женщин такой набор аттрактантов[41]41
  Аттрактанты – феромоны, привлекающие особей своего вида.


[Закрыть]
и афродизиаков[42]42
  Афродизиаки – половые феромоны (сексуально возбуждают особей противоположного пола своего вида).


[Закрыть]
действует совсем наоборот…

Тут он совсем смутился.

– То есть в норме – наоборот… – даже сам себя поправлять начинает.

– Ладно, Дымок, не дрожи! – по плечу его хлопаю. – Шучу я! Не должно быть женщин в ее охране. С этими феромонами ты хорошо придумал. Только…

– Что – только? – Дымок мигом подбирается.

Вздыхаю я тяжело – и тут же выдыхать быстрее! Нельзя таким привычкам волю давать, когда в комнате от феромонов не продохнуть!

– Только закрой ее до утра где-нибудь, – говорю. – И поплотнее! Чтобы никакой там диффузии через щели! Иначе мы с Линским от этих ассоциативных рядов уснуть не сможем. Ты, Дымочек, тоже, если фильтры ненароком вывалятся.

Беру я у Дымка свежую пару носовых фильтров, разворачиваю свою голову обеими руками – иначе инстинкты никак не одолеть, и взгляд к Еве как магнитом тянет! – и быстрее из номера.

Эти феромоны с человеком такое делают! Понимаю, что андроид, но все равно так тянет меня к ней…

В коридоре постоял, чтоб от феромонов отдышаться и в себя придти – но… Как же! Тут отдышишься!

Спускаюсь я в бар. Может, какая-нибудь девчонка случится, не особенно задрипанная? Да хоть какая сойдет! После такой обработки афродизиаками все мысли на одну тему сносит!

Но в гостиничном баре только пять забулдыг, и все мужского пола. Эх, мне бы девчонку, ну хоть какую…

Ладно, черт с ним! Может, и к лучшему. Завтра, то есть уже сегодня, трудный день. Больше посплю. Бутерброд со стаканом пива сжевать по-быстрому – и сразу обратно, чтобы выспаться.

Но только я к стойке – все пять забулдыг ко мне знакомиться лезут! И все норовят ручку пожать, обняться да в щечку чмокнуть…

Перекусил, блин! Едва от них вырвался. Иду в номер обратно, чертыхаюсь, Дымку всего желаю, так его, так и так, хоть он и не девчонка! Это из-за его феромонов все! Пока на Еву смотрел, куртка и вся одежда пропиталась феромонами, как не знаю что! И главное – в каком наборе?! Теперь любой парень на меня реагирует, как кобель на суку в течке!

И тут прямо на меня Линский идет.

Хотя идет – не совсем то слово. Носит нашего новообретенного папашу от одной стенки до другой, словно теннисный мячик по корту. Вообще странно, как еще ходить может!

Я аж похолодел. Это что же случилось, если Линский с горя так надрался?… Не смог Линский торговцев подкупить.

Натурально струхнул я. Как же мы из города выберемся после похищения? Накрылся наш план, выходит…Но должен быть еще какой-то выход?!

Подскакиваю я к Линскому – что случилось? Но он в таком состоянии, что говорить уже не может и даже не пытается. А тут еще феромоны, которыми я пропах… Всего разочек Линский вздохнул – и как врезало ему по мозгам! Тут же скалится похотливо и целоваться лезет, хотя сам еле двигается…

Хватаю я его на плечо, и быстрее в номер. Хорошо хоть, у меня еще таблетки остались, которые док в Заярске давал. Скармливаю я ему все эти капсулы и в ванную тащу.

Через четверть часа выбирается Линский оттуда. От интоксикации, как интелы выражаются, он избавился, но видочек такой – кремировать везут краше! Вывернуло его буквально наизнанку. Хорошие таблетки док дал.

Сую я ему в руки бутылку содовой с легкими стимуляторами, Дымок пару носовых фильтров добавляет – это чтобы ассоциативный ряд у Линского на Евочку не съезжал на каждой втором ходу. Хоть Дымок и помыться ей приказал, и номер хорошенько провентилировал – но феромоны в такой концентрации были, что все вещи в номере ими надолго пропахли.

– Ну, давай, папочка! – говорю. – Рассказывай!

Я уже рвать и метать собрался – но все не так уж плохо оказалось. Официально с Торговой гильдией договариваться Линский не стал. Во-первых, бесполезно это. Сами себе подставу делать торговцы не станут – зачем им наши проблемы и ненужный геморрой с императором? А во-вторых, время уже не рабочее, все равно. Вот он по барам торговцев и разыскивал. Чтобы в частном порядке, вроде как, договориться.

Но торговцы оказались ребятами твердыми. От выпивки ни один не отказался, но о деле – ни гу-гу. Только удивленные глаза делают – и в Торговую гильдию отсылают. И первый, и второй, и третий, кого Линский нашел… Только шестой дал себя уломать. Потому Линский и вернулся в таком состоянии – издержки работы, вроде как, а вовсе он не с горя набрался.

Правда, и тот торговец уломался не без скрипа, смазка в десять косых юриков обойдется. Немаленькая сумма даже по имперским меркам – но ведь деньги-то все равно не наши, а Скупцова. Раскошелится, никуда не денется. Арена битв в Империи самый прибыльный бизнес, а он, вроде как, министр культуры, и арену под собой держит.

Зато мы завтра же вечером уйдем из Империи под прикрытием торговцев. Рейд на Хоккайдо уходит в двадцать-ноль.

А с утра пораньше мы за воплощение плана Дымка уже всерьез взялись.

Для начала к Скупцову. Он нам смартину от ложи принца – а Линский ему требование на десять тысяч, аппаратуру для наблюдения и флаер техников, которые арену обслуживают. Вроде как в качестве благодарности.

Смеривает министр нас тяжелым взглядом – но делать ему нечего. Коготок увяз – всей птичке пропасть. А у него уже и не один коготок увяз…

– Бой второй лиги состоится сегодня в четырнадцать часов, – говорит устало. – Принц уедет в двенадцать. Вернется, скорее всего, около девятнадцати часов. Время у вас будет. Я повлиял на состав команд, силы будут приблизительно равными. Бой будет осторожным и долгим, можете рассчитывать на два-три часа.

– Хорошо, – Дымок ему кивает начальственно так, словно рапорты от министров дюжину раз на дню принимает. – Возможно, нам еще потребуется какая-то мелкая помощь, не отлучайтесь никуда до четырнадцати часов. Это не противоречит вашим планам?

Скупцов желваками играет.

– Шантажировать – шантажируйте, но зачем же издеваться?! – шипит. – Будто у меня есть выбор!

В самом деле что-то братишка не по делу зазнаваться начинает…

– Дымочек, – шепчу ему ласково так. – Ты чего это? Крутизна в голову ударила, пальцы веером сводит?

Краснеет Дымок.

– Серж, я просто… – лепечет смущенно, глаза спрятав. – Я ничего такого…

– Вот и я о том же, – говорю. – Имей совесть, Дымочек. И не в извращенной форме.

К арене мы уже на флаере техников подлетели. Линский нас с Дымком даже в их униформу переодеться заставил.

Садимся у самой ложи принца, выбираемся тихонько. Арена в секторе на краю города, кроме нее в этом секторе только тренировочные залы. Боев высшей лиги на сегодня не запланировано, и в коридорах пока пустынно.

Сует Дымок смартину в замок, входим в ложу принца.

Большая, пару соток, если не больше. Передняя стена вся из прозрачного пластика и вниз скошена, прямо под кресла уходит – чтобы видно было все, что внизу творится. Три огромных кресла с обивкой из тяжелой кожи. Вокруг кресел десяток мониторов. В стене маленький бар.

И все.

У меня холодок по спине.

– Ну, Дымок? – говорю. – И куда ты здесь эту дуру спрячешь? – в андроида пальцем тыкаю.

Что в андроидах действительно хорошо, так это то, что всякие разрешите-будьте добры им совершенно до ватерлинии. Если в программе что-то специально не оговорено, конечно. Но я в реестрах Евы сейчас как один их хозяев значусь. Человек бы обиделся, а Ева мне только улыбается ослепительно, глазки строит и готовность выполнить любую команду демонстрирует.

Линский тоже бледнеет.

Но сначала честно всю комнату обходит. Кресла проверяет, на стенах каждую панель обшивки простукивает. Пол осматривает, потолок – быстро так и умело, не зря он в свище до директора дослужился.

– Нет, Дмитрий, – головой качает. – Ничего у вас не выйдет с подменой Анны на андроида. Даже если охрана согласится оставить Анну одну, перед этим они обязательно проверят комнату. Хотя бы бегло, но обязательно осмотрят. А спрятать Еву здесь совершенно негде. Совершенно. Что-то в вашем плане нужно менять.

И что теперь делать?… Времени в обрез. Уже почти десять часов, до боя совсем ничего… А завтра свадьба!

Но Дымку хоть бы что. Только плечами пожимает, словно в толк никак не возьмет, отчего такие эмоции.

– Не вижу для этого оснований, Олег Львович, – говорит скучным голосом.

Косится Линский на него подозрительно.

Хочется ему, ох, как хочется Дымку возразить! Линский же профессионал в таких делах, как никак. А тут сопливая тринадцатилетка его учить вздумала!

Но уже успел убедиться, что хоть Дымок и малолетка, а думать умеет, и даже получше некоторых. И не раз успел убедиться. И даже не два. Вот ему только и остается, что смотреть подозрительно.

Выбор-то, как смотреть, тут невелик. Либо тупо, либо подозрительно – смотря как брови сдвинете. Сам я в таких случаях тоже подозрительно предпочитаю. Не так для имиджа губительно, все такое.

– И все-таки я не вижу никакого выхода, – говорит наконец.

А Дымок ухмыляется, и с умным видом на переднюю стену из прозрачного пластика кивает:

– Вот же выход.

Глянул Линский на пластик. Даже подошел и пальцем его пощелкал – ни фига. Анне такой пластик не разбить. А если заранее его подпилить, охрана заметит, еще когда проверять комнату будет.

Потом обратно на Дымка косится. Потом снова на пластик. Когда опять к Дымку развернулся, брови уже расслабил.

Я тоже подозрительным прикидываться перестал. Андроиду все равно, а перед Дымком притворяться, что я еще что-то понимаю, бесполезно. Вон, даже Линский это понял.

– Кончай выпендриваться, Дымок! – говорю. – Ты хоть немного умеешь по-русски говорить?

– Действительно, Дмитрий, – Линский хмуро поддакивает. – Объяснитесь.

– Все очень просто, – Дымок говорит. – Соседняя ложа принадлежит Скупцову. Мы снимем переднюю стену в его ложе и спрячем Еву там, а не здесь. Охрана Анны проверит эту ложу, но ничего подозрительного не заметит. А когда Анна останется одна, Ева переберется по наружной стене, выходящей на арену, вскроет пластик и залезет сюда. Камеры внутри арены нацелены на игроков, самим игрокам тоже не до того, что происходит в ложах. Никто ее не заметит.

Как врежет Линский себе по лбу! Словно опять вправить что у себя под черепом решил. И краснее как вареный рак.

– Вы правы, Дмитрий, мне нужно избавляться от стереотипов, – бормочет. – Я совершенно не учел, что Ева только с виду похожа на хрупкую девушку, а по силе способна дать фору любому натренированному бойцу… – даже оправдываться начинает. Это пред Дымком-то!

Но тут уже я обиделся!

Я своей руки не пожалел, чтобы его задницу спасти, а он…

Но Линский про костер и мою руку и сам вспомнил уже.

– То есть почти любому, – поправляется быстрее, мне смущенно улыбаясь.

Опять к Скупцову. Выслушал он, как Дымок его личную ложу курочить собрался – но спорить не стал. Смирился. Даже огрызаться перестал.

Связывается с техниками, что ложу обслуживают, приказывает им разобрать переднюю стену в своей ложе. Мол, прозрачность пластика его не устраивает, менять его собирается.

К одиннадцати часам его ребята управились. Мы снова к арене. На этот раз в ложу Скупцова.

Гоним Еву на внешнюю стену. Ничего, держится. И даже ползать может – пальцы у нее лучше клещей! За самые крошечные выступы намертво цепляется! До ложи принца доползла, переднюю стену осмотрела, обратно вернулась.

– Я могу разбить эту стену, мальчики, – говорит нам нежно.

Молодец Дымок! Пока все верно рассчитал.

Но только Дымок собрался ей флакон феромонов вручить и последние команды отдать – Линский его останавливает.

– Подождите, Дима, – говорит. – Прежде надо еще кое-что сделать.

– Кажется, мы уже сделали все необходимое… – Дымок удивляется.

– Видите ли, Дима… – Линский говорит. – Замечательно, когда какая-то часть плана получается идеально. Но все же не стоит терять голову и замыкаться на локальных успехах. Всегда нужно трезво оценивать всю ситуацию целиком, не упуская ни одной возможности улучшить ситуацию. Даже когда кажется, что все складывается лучше некуда.

Блин… Одного Дымка мне не хватало! Теперь еще этот решил поумничать! Так и будут они с Дымком друг перед другом наперегонки выпендриваться, кто из них запутаннее говорить умеет?

Даже Дымок насупился. Тоже не поймет никак, куда Линский клонит.

– Вот, Дима, возьмите, – Линский ему кристалл протягивает. – Здесь копия программы, которая стояла в Еве, когда генерал передал ее нам.

Предусмотрительный какой… И когда только он успел снять копию? Пока мы с Дымком в кафе ходили, что ли?

– Нужно сделать так, чтобы через пару часов после похищения мы были удалены из реестра ее хозяев.

– Зачем? – Дымок удивляется.

– Когда Ева сделает все, что от нее требуется, и окажется на месте Анны, для нас будет лучше, если ничто не будет указывать на ее связь с нами. Через час после того, как она окажется в апартаментах принца, все ее установки, действующие сейчас, и все записи в банках памяти за последние часы должны быть удалены. А старые установки, которые были при Шутемкове, снова должна вступить в действие.

Да, глобально наш новообретенный папашка мыслит… После службы в свище у него все подлости на подкорку собраны, что ли? На полном автопилоте он их делает? Это же надо было сообразить сохранить копию старой программы, еще когда у нас даже точного плана не было!

А Дымок, по малолетству, все никак не поймет.

– Зачем? – все хмурится удивленно.

– Чтобы следы замести и все на Шутемкова свалить, – объясняю. – Принц ведь не знает, что Шутемков свою Еву нам отдал. Когда он обнаружит вместо Анны Еву, а в Еве старую копию реестра, где хозяином генерал значится, принц тут же бросится из генерала чучело кастрата делать. А мы в это время свалим отсюда с торговцами, тихо и незаметно.

– Но это же ничего не даст! – Дымок возмущается. – Принц сразу поймет, что что-то не так! Ведь Шутемков останется в Империи, никуда не сбежав – и все объяснит принцу! В крайнем случае, дело дойдет до детектора лжи, но потом все выяснится. Это час времени, не больше. А потом принц разберется, что Анну похитили мы, и начнет погоню за торговцами и нами! Уж лучше тогда приказать Еве перед самым возвращением принца пробиться сквозь охрану принца и спрятаться в коммуникационных туннелях, а потом стереть все программы. Так мы выиграем гораздо больше времени – пока ее поймают в туннелях…

Кошусь я на папашу. Опять его Дымок развел, как интелистый профессор малолетнего имбецила?

– Нет, Дмитрий, – Линский головой качает упрямо. – Пожалуйста, сделайте так, как я вас прошу.

– Олег Львович?… – Дымок брови вскидывает.

Вот теперь братишка по-настоящему удивился. Не ожидал он, что Линский от логики откажется. Я тоже не ожидал.

– Объяснитесь, папаша, – говорю. – Иначе я свой голос в пользу Дымка отдам.

Цокает Линский расстроено, глаза в сторону отводит. Есть у него доводы, похоже – да только паскудные эти доводы до предела. Свищевая выучка, никуда от нее не деться… Вот он и не хотел нам их выкладывать. Бережет нас, вроде как, все такое…

Только по мне, так это еще большее паскудство, когда знаешь, что ради тебя какое-то свинство делают, а сам вида не подаешь!

– Выкладывайте лучше все, папочка, – говорю ему хмуро.

Стрельнул Линский по нам глазами – и снова в угол косится. Вздыхает тяжело. И вдруг скороговоркой, словно с монитора читает:

– Если вы сделаете так, как я предлагаю, будет вот что. Вернувшись, принц обнаружит подмену. Его программисты тут же выяснят, что Ева считает своим хозяином Шутемкова…

– Но он же им все объяснит! – Дымок его прерывает.

– Нет, Дима, – Линский головой качает. – Шутемков им ничего не объяснит. Генерал в это время неожиданно покинет Москву и направится к границе Империи. Принц решит, что генерал похитил Анну и решил бежать из Империи. Будет в ярости, погонится за генералом. Но когда настигнет его, окажется, что генерал сам зол не меньше принца. И, скорее всего, в ответ на угрозы принца еще и нахамит ему. Зная норов принца, я уверен, что состояться вдумчивому разбирательству будет не суждено… А наш Ангарск избавится от нахрапистых попыток генерала выслужиться перед императором, подмяв наш город под себя и введя его в состав Империи. По крайней мере, на некоторое время, пока новый губернатор Красноярской зоны не освоится на своем месте.

Дымок картинно глазами хлопает – не верит Линскому. Мне вообще смешно стало. Ну и фантазер наш новообретенный папочка!

– Вам не в президенты надо было подаваться, – говорю. – А в пророки. Не пойму только, на чем вы гадали? На кофейной гуще, или на компе в карты баловались?

Наконец-то Линский глаза на нас поднимает.

– Не будем спорить, ребята, – говорит жестко. – Я вам гарантирую, что все будет так, как я сказал. Разумеется, чтобы все произошло именно так, еще предстоит кое-что еще. Но объяснять вам все тонкости сейчас некогда, не хватит времени. Просто положитесь на меня. В конце концов, это моя профессия! Опыт – незаменимая вещь. Есть вещи, которые невозможно объяснить быстро и просто. Просто поверьте мне. Я знаю, что делаю. А потом вы сами все увидите и поймете.

Опыт – оно, конечно, да…

Но с закрытыми глазами действовать… Как бы чего не вышло!

Дымок тоже хмурится.

– Олег Львович, – говорит подозрительно, – вы совершенно уверены, что сможете организовать все это?

– Да, Дима, – Линский бархатным голосом отвечает. – Можете на меня положиться.

Неприятно, конечно, когда всего не знаешь – но, может, тут он прав? Не зря же он в свище до директора дослужился? Может, в самом деле что-то очень хитрое он задумал, и с кондачка во всех его свищевых методах и подлостях нам с братишкой не разобраться?

Но Дымок все не уймется.

– Вы действительно, совсем-совсем уверены? – снова переспрашивает.

– Да, уверен, – Линский говорит медленно. – Абсолютно уверен, если такая категория вообще применима при предсказании псевдовероятностных процессов.

Как же можно быть уверенным абсолютно – и одновременно с какими-то оговорками?…

Но интелы – народ особый. Дымка, вроде, только то и убедило, что Линский не совсем уверен, а с оговорками.

– Хорошо, Олег Львович, – говорит.

Берет кристалл, в драйв компа вставляет, к Еве подключается…

И меня спрашивать даже не собираются!

Интелы, блин!

Подправляет Дымок Еве программу. Флакон с феромонами ей вручает, последние приказы отдает.

Оставляем мы ее в ложе Скупцова, комбинезоны техников сбрасываем – и в гостиницу.

Отбираю я у Дымка комп, снова с Анной связываюсь. Объясняю ей, что мы задумали – а сам только о том и думаю, как через пару часов снова ее увижу…

Наверно, по моему лицу это все неплохо видно было – потому как только я кончил Анне наш план пересказывать, Линский с меня тут же гарнитуру сдергивает.

– Анна, это отец Сержа, – в микрофон говорит. – Не забудьте хорошо пообедать.

И сразу связь прерывает.

– Все, Серж! – меня останавливает. – Потом наговоритесь. Нам тоже нужно подкрепиться. Потом у нас долго не будет такой возможности, а мы еще даже не завтракали.

Как он о каком-то обеде вообще думать может?! Всего через пару часов я Анну снова увижу, ее голубые глаза, ее губы, ее…

– Серж! Очнитесь! – Линский за плечо меня теребит. – Иначе мы так и не успеем пообедать. А нам еще нужно успеть заглянуть к Скупцову и забрать аппаратуру наблюдения.

За столом я быстро в себя пришел. Как мясной дух учуял, сразу вспомнил, что не только не завтракал, но даже и не поужинал толком.

А Дымок бифштекс вилкой ковырнул разок – и в тарелку больше не смотрит. Трясет братишку тихонько, словно в лихорадке. Нервничает.

– Олег Львович, – снова к Линскому пристает. – Не могли бы вы все же объяснить, почему вы так уверены, что Шутемков все бросит и неожиданно покинет город сразу после того, как мы похитим Анну?

Косится Линский на часы украдкой. До четырнадцати часов, когда все главное и начнется, час с небольшим.

– Дима, – говорит почти нежно. – Я рад бы объяснить вам все прямо сейчас, но, боюсь, действительно не успею. Если со всеми тонкостями, это очень долго, а если в самых общих чертах, вы не поймете и начнете спорить. А нерешительность во время операции хуже неудачного плана.

– Ну хотя бы намекните, Олег Львович! – Дымок пристает.

– Хотя бы из какой оперы, – я поддакиваю. – Неприятно, когда тыл одними голыми обещаниями прикрыт!

– Разве что намекнуть, – Линский улыбается. – Скажем так: я собираюсь использовать силу противника против него же. Точнее, силу одного нашего противника – против силы другого.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю