Текст книги "На краю Империи (СИ)"

Автор книги: Иван Гвоздик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Роб тоже что-то заметил, но, что самое странное, заметил он что-то за моим плечом. Обернувшись, я обнаружил точно такого же всадника, выруливающего с одной из боковых улочек. А потом ещё и ещё… В общем, таких странных рыцарей появилось десять человек. Все они стремительно рванули в нашу сторону.

На обдумывание решений не было времени.

– Что бы ни случилось, не высовывайся! – бросил я своей женщине и, толкнув воздух, отшвырнул её в ближайший переулок. Можно было бы поступить мягче, но в складках одежды любимой прятался артефакт, блокирующий любое воздействие одарённого.

Тем временем цокот копыт приблизился слишком быстро. Роб покрылся слоем камня, и его молот встретился с мечом нападавшего. Сверкнули искры; молот Роба отлетел в сторону, и возвратно-поступательным движением всадник огрел наёмника мечом по спине.

С удивлением я наблюдал, как слой камня треснул; Роб плюхнулся на живот, и из длинной раны заструились струйки алой крови.

Второй всадник попытался рубануть меня, но я резким прыжком взмыл в воздух на три метра, кувырком пролетев над его головой и приземлившись позади. Как и следовало предполагать, доспехи атакующих неплохо отражали телекинез; блокировать удар я счёл неразумным по той же причине, так что разумнее всего было увернуться. Благо, с мобильностью всё нормально.

И всё же десять всадников, доверху вооружённых артефактами, – это действительно много.

Как только я увернулся от одного, приземлившись за его спиной, обнаружил, что следующий слишком близко; его рубящий удар уже занесён, а звук копыт оглушительным набатом отдаётся в ушах. Выбрасываю руку вперёд, и копьё, материализуясь в воздухе, несется вперёд – всё это занимает куда меньше секунды. С жутким хлопком золотой щит-барьер лопается; копьё отлетает в сторону, где звякает об камни. А вот всадника сбрасывает с лошади, и он больно шлёпается об камни мощёной улицы.

Подхватываю себя телекинезом и резко отбрасываю в сторону – вовремя. Следующий стражник проносится совсем рядом, а его меч разрывает воздух рядом с моим лицом. Импульс я задал себе неплохой: ноги проскользили по гладким камням, и меня протащило несколько метров.

Расставив руки в разные стороны, я с силой свел их внизу, словно стягивал что-то в одну точку, находящееся с противоположных сторон над моей головой. Послышался жуткий скрежет, и черепица, отрываясь от досок, посыпалась вниз. Направляемая мной, она, словно бурная река, смела третьего всадника. Купол защиты встречал черепицу, размалывая её в пыль, но в какой-то момент всё же не выдержал. Стражника подхватило и понесло по земле; когда я отвел черепицу в сторону, на земле лежал изуродованный труп. Шлем был сорван; от лица осталось искажённое месиво, руки и ноги изогнуты под неправильным углом в нескольких местах.

Отлично, минус один есть, но как же много энергии уходит! По спине стекали ручейки пота, дыхание сбилось, но останавливаться было нельзя.

Тем временем ещё один всадник успел оказаться со мной в непосредственной близости. Его меч просвистел совсем рядом, когда я отшвырнул себя в сторону в очередной раз.

Вообще, я больше швырял себя, стараясь маневрировать между атакующими, чем атаковал их. Поистине сложный и нелёгкий бой. Артефакты – страшная вещь, уже не раз убеждался в этом. Вообще, мне было не принципиально принимать этот бой; я бы давно слинял по воздуху, но Иллейв и Роб… их подхватить не получится, на них тоже блокирующие артефакты. И раз бросить их я не могу, придётся биться.

Один из всадников, мчавшихся в мою сторону, был резко остановлен Робом, который, по всей видимости, пришёл в себя и сейчас, недолго думая, сиганул под ноги коня, летевшего во весь опор. С диким ржанием лошадь кувыркнулась через голову, а воин рухнул вниз, погребённый под собственным животным. К моему удивлению, его защитный артефакт даже не среагировал на такое вмешательство. Кони, скачущие вокруг нас, тоже имели свои блокирующие артефакты, и если бы я только знал, как они выглядят и где прикреплены…

– Роб, осторожно! – выкрикнул я, но тот не сумел среагировать. Мой друг был крепким парнем, но ловкостью не отличался в лучшую сторону. Меч ударил в район груди, заставляя тело крутануться на пятках и отлететь на метр в сторону.

Да что у них за мечи такие! Разрезают камень словно пергамент!

Моя сила уже охватывала район поселения на добрые полтора километра. Тут я обнаружил несколько бочек возле одного из зданий; подхватив их, с силой рванул на себя, продолжая тащить над домами.

Пока бочки летели, приходилось уворачиваться от восьмерых всадников, активно круживших вокруг меня и пытающихся срубить красивую голову.

Хрен вам!

Когда кольцо замкнулось, и мне показалось, что выхода нет, я взмыл в воздух, зависнув над их головами. Тут же некоторые из них достали из-за поясов знакомые жезлы.

Да вы, демоны вас дери, издеваетесь!

В последнюю секунду успел создать барьер перед собой, когда навершия жезлов засверкали и с треском и гулом выпустили извилистые, словно змеи, яркие молнии. Жуткий треск наполнил округу; какофония разрядов вперемешку с запахом озона напомнила мне о серьёзности происходящего. Амулет активно поставлял энергию; иначе, думаю, я бы уже был полностью опустошён, но даже так, пропуская чужую энергию через себя, мне изрядно приходилось напрягаться. Энергия – это одно, а вот контроль и сила телекинеза – это уже два пункта, которые никакой артефакт не мог компенсировать.

Тем временем молнии продолжали бить плотными пучками, огибая мой щит и выпуская снопы искр в разные стороны. Наконец жезлы разрядились, полетев на землю, и я обрушил вниз на собравшихся в одну кучу всадников десять тяжёлых бочек. Золотистые щиты вспыхнули мгновенно; от невероятно сильного удара бочки разлетались на отдельные куски, брызнули в разные стороны потоки пенящейся жидкости; округу наполнил запах крепкого хмельного напитка.

К моей большой радости, один из щитов не выдержал, и бочка, прилетевшая в одного из всадников, свернула ему шею. Позвонки прорвали кожу шеи и вылезли наружу; коню тоже досталось – он, с переломанным хребтом, упал как подкошенный.

По всей видимости, это был тот, которому я засадил копьё в самом начале. Хорошая новость: теперь я представлял примерную силу их артефактов защиты.

– Ром! Да за что⁈ – послышался крик боли Роба, который очухался от резкого запаха спиртного, наполнившего всю улицу.

Ошеломлённые всадники, понявшие свою ошибку, тут же разбежались в разные стороны, дабы вновь не попасть под массированную атаку.

Пока я висел в воздухе в относительной безопасности, появилась секунда передышки, и этого было достаточно, чтобы вновь призвать, лежавшее чуть в стороне, копьё. Оно, повинуясь моей воле, поднялось в воздух и ринулось вперёд, пробивая щит и доспех на спине всадника. Он издал хлюпающий, нечленораздельный стон, выгибаясь и трогая тонкий наконечник, вылезший из его груди. Тем временем копьё двинулось дальше, расширяя и без того жуткую рану. Звук агонии умирающего в этот момент мог сломить волю слабых духом бойцов. И эти, кажется, были из таких. Их движения стали нервными, решительности изрядно поубавилось, но тем не менее, всадники не спешили сбегать с поля боя.

Вновь в их руках появились жезлы, и вновь воздух разрезал жуткий гул, только в этот раз это был гул пламени. Воздух мгновенно накалялся до предела; пламя облизывало куполообразный щит вокруг меня, пытаясь пробиться внутрь. Лицо покрылось испариной, руки, вытянутые вперёд, подрагивали. Концентрации начинало не хватать, и я уже вовсю использовал руки, облегчая себе работу с телекинезом.

Всё стало совершенно печально, когда я ощутил невероятный жар на своём лице. Воздух на моей стороне барьера стал накаляться, несмотря на то что само пламя не могло пробиться сюда. Пришлось отдать часть внимания тому, чтобы выгнать воздух прочь от себя, и в этот момент на моём лице появилась злобная ухмылка. Я выгнал воздух, но сделал это с пользой, направляя его вниз, плотными струями прямо в лица своих недругов.

Неожиданно для себя получившие серьёзные ожоги дыхательных путей всадники выронили жезлы; трое из них, сгибаясь в сёдлах, хрипели, держась за горло. Остальные трое не пострадали – возможно, успели среагировать, а может, просто повезло. Факт есть факт: три последних противника остались в строю. Но была и хорошая новость: их жезлы разрядились и были отброшены в сторону за ненадобностью.

Роб уже подскочил к первому пострадавшему, стаскивая его с седла и срывая шлем; после чего его каменный кулак стал вбивать тупую голову в мощёную дорогу, расплюскивая и разбрызгивая мозги с кровью в разные стороны.

Раз Роб занялся временно выбывшими из строя противниками, мне следовало заняться боеспособными. Рухнув на землю, так как сил поддерживать полёт уже не было, я призвал копьё, отправляя его в полёт и пробивая нагрудник первому из тройки. Два остальных рванули вперёд, и я не сумел полноценно отреагировать на угрозу. Оттолкнул себя в сторону, но сделал это слишком поздно: меч черкнул меня по груди, оставляя кровоточащую широкую полосу. Как только рывок прекратился, я не смог устоять на ногах, рухнув на одно колено. Боль, помноженная на физическую усталость, грозила вот-вот вырубить меня. Рука крепко прижималась к ране; по ладони струилась кровь, но выпить зелье мне не дали. Проклятые всадники помчались в мою сторону и уже были рядом.

Тут подоспел Роб, отпихивая меня в сторону и принимая удар одного из них на свой меч, но вот другой удар пришёлся на выставленную в блок руку. Слой камня, покрывший Роба, уже представлял собой нечто невообразимое; одежда, лопнувшая по швам, висела неопрятными лоскутами. Каменная кожа была вся покрыта кровью. Посыпались искры, и первый всадник проскочил дальше, а вот второй, прорубив слой камня, не смог вынуть меч – тот завяз в камне, и всадник слетел с седла. Из предплечья фонтаном вырывалась кровь. Я подскочил, чтобы помочь другу.

Создав огромный пласт воздуха над головой противника, я обрушил его вниз. Как и рассчитывал, артефакт защиты уже был изрядно разряжен, так что неудачливого нападавшего придавило неслабо. У него что-то хрустнуло, но железные доспехи выдержали удар, и он не умер, оставаясь на земле стонущим калекой.

Добить последнего оставалось делом техники: он успел развернуться и тут же получил копьём в забрало шлема. С громким хлюпаньем и скрежетом копьё зашло в голову на половину всей длины. Кровь, фонтаном вырываясь из искорёженного металла, обильно заливала всё ближайшее пространство.

– Давай, выпей это! – в моей руке появился пузырёк с исцеляющим зельем. Теперь в моём инвентаре осталось всего три средних зелий исцеления.

Выпивший его Роб задышал ровнее и осел на землю, проваливаясь спиной к мягкому боку поверженного коня.

– Надо узнать, кто отправил этих тварей. Это явно не простые наёмники, – тяжело дыша, я направился к последнему выжившему из нападавших, по пути выпивая малое исцеляющее зелье. Раны тут же стали затягиваться, но усталость, наоборот, только усилилась. Так, шатаясь, я подошёл к воину, тихо стонущему на земле, раскинувшему руки и даже не пытающемуся подняться.

Схватившись за шлем, я сорвал его. Передо мной предстало усталое, покрытое испариной лицо мужчины лет пятидесяти; неопрятная щетина покрывала щёки, из уголков рта струились струйки крови.

– Кто вас послал⁈ – зло выкрикнул я ему в лицо.

Его глаза, наполненные болью и страданием, тем не менее, равнодушно скосились в мою сторону. Он вздрагивал от болевых приступов и всхлипывал; в такие моменты кровь из его рта усиливала свой поток.

– Иаиэ… – прозвучали невнятные, трудно давшиеся ему звуки. Что-то подозревая, я надавил на его щёки и с ужасом отметил отсутствие языка. Пройдясь по остальным мертвецам, увидел похожую картину. Это что же получается? Их послали убить меня, да, именно меня, так как Роба они пытались убить постфактум, когда тот мешался. Задача же была расправиться именно со мной – по крайней мере, именно такие выводы складываются у меня на данный момент… Так вот, реально, элитных воинов, оснащённых по первому классу, отправляют за моей головой, и отрезают им языки, по всей видимости, на такой вот случай. Неприятно. И кто это у нас такой дерзкий?

– Высокое небо! – выругался я на себя и извлёк бутылёк с большим исцеляющим зельем. Я должен знать, кто отправил их за мной, а значит, если без языка он не может говорить, я выращу ему новый!

Решительно направился к выжившему всаднику.

– Тварь! – бессильно опустился я на землю рядом с трупом. Пока я ходил и рассуждал, мой единственный осведомитель скончался от внутренних повреждений.

Тем временем на улицу прибыл отряд стражи; они с ужасом оглядывали поле боя и ту разруху, что здесь сейчас царила.

– А вы не спешили, да? – понимающе усмехнулся я. Я их не осуждал. Зачем страже рисковать своей шкурой ради пары приезжих? Ведь отряд, напавший на нас, даже с виду выглядел изрядно опасным, какими они, в принципе, и оказались. Думаю, местный гарнизон изрядно бы поредел, столкнись они с этим отрядом в бою.

Пришлось объясниться и показать контракты наёмников с подписью и печатью императора, чтобы от нас отстали. Да и золотой жетон наёмника вправил мозги этим служивым. С нами лучше не связываться – подтверждение этому разбросано по всей улице.

– Жалко, Ром, – трагично Роб, скинув с себя большую часть камня и всё так же облокачиваясь на тушу коня.

– Мне больше интересно, какое добро можно найти в карманах этих тварей! – зло сплюнул я, проходя между трупами.

Усталость накатила неимоверная. Так что мы быстро стали обыскивать трупы, скидывая в кучу всё самое ценное. Иллейв тоже прибежала; долго ругалась на мой поступок, но я знал, что поступил правильно. Сейчас я был более чем уверен, что девушка не пережила бы эту схватку. Слишком много артефактов, слишком неравные условия.

К большой удаче, прибежал продавец из артефактной лавки и, воспользовавшись нашей моральной и физической усталостью, выторговал себе все комплекты брони (а больше у трупов ничего и не было, кроме блокираторов на конях; их он тоже забрал себе). Нам же досталась бесплатная новая броня, подзарядка моего амулета энергии, разрядившегося более чем наполовину, и несколько огненных посохов. Думаю, ценная добыча. Три меча мы забрали себе – очень уж они оказались мощными, правда их тоже пришлось зарядить энергией, но это тоже взял на себя торговец. Как он рассказал, у этих мечей были довольно интересные бонусы, вложенные артефакторами. Во-первых, невероятная острота; во-вторых, отражение силы одарённых (вот почему я не мог отнять оружие у всадников); ну и в-третьих, мощный импульс – так они выбили молот из рук Роба в самом начале. В общем, интересные мечи, нам такие точно пригодятся.

Таким образом, разобравшись с рутиной, мы нашли какую-то таверну и завалились спать; сил на что-либо совершенно не осталось, пора было заканчивать этот дрянной день.

* * *

– Орков тебе в хату! Пьер, ты можешь быстрее работать! Я не собираюсь тут до ночи торчать! – широкоплечий мужчина с недовольством смотрел на молодого парнишку, еле тащившего очередной ящик на плече.

– Дядь Мить, ну не могу я больше, – парнишка, пошатываясь, с трудом доплёлся до места выгрузки и из последних сил с хлопком уместил ящик к остальным.

– Мда… Не то поколение мы растим, не то… – обречённо и даже с толикой осуждения протянул Митя и сплюнул куда-то в сторону.

Сейчас два грузчика – один взрослый и поджарый, другой молодой и даже немного щуплый – разгружали товары возле одной из таверн города. Красное солнце, с трудом проглядывающее из-за пасмурного неба, клонилось к горизонту; ветер трепал полы их широких мешковых одежд, а рубахи пропитались обильно выступившим потом.

– Ладно, передохнём немного, – махнул он рукой и присел на один из ящиков, прислонившись спиной к одной из многочисленных бочек и доставая курительную трубку. – Ещё не хватало, подохнешь тут у меня, что я матери говорить буду?

Мужчина достал свёрток, в котором оказался табак, и стал аккуратно наполнять трубку.

– Я вот что думаю… Подкоплю деньжат, да переплыву это триклятое море… Там большая земля, возможности… – мечтательно протянул юноша, присев на одну из бочек и болтая одной ногой. Лицо его мечтательно улыбалось; глаза щурились от порывов ветра, бьющих прямо в лицо.

– Возможности… – хмыкнул Митя, делая затяжку и блаженно щурясь. – Да кому ты там нужен? По миру пойдёшь – даже в слуги не возьмут.

– Это отчего это? – с подозрением посмотрел на него парень.

– Да потому что ты немощный слабак! – расхохотался мужчина, и дым повалил плотными клубами из его рта.

– Нормальный я! – обиделся парень, поднимая глаза к заходящему солнцу.

– Ладно, хорош балдеть.

Мужчина стряхнул пепел на землю и, хлопнув себя по коленям, поднялся. В этот момент бочки дрогнули и на большой скорости взмыли ввысь, при этом больно ударив молодого под зад, отчего тот, хрюкнув, рухнул на землю, причитая и хватаясь за пятую точку.

– Мне зад помяли! – запричитал юноша, у которого и вправду задница была сильно отбита.

– Да клал я на твой зад, недоумок! У нас бочки удирают! – разорялся Митя, кидаясь из стороны в сторону, не понимая, что ему предпринять. А бочки, тем временем, набрав приличную скорость и высоту, скрылись за ближайшими домами. – Нас же заживо закапают, там столько эля было! Что мы мистеру Фретчу скажем⁈ Долбанные небеса! Где бочки, сука⁈ – орал он на парнишку, словно это из-за его зада бочки покинули землю.

Глава 59

'Моя цель на эти выходные —

двигаться ровно настолько,

чтобы люди знали, что я не умер'.

День наступил, а тело всё ещё болело, не давая ни капли покоя. Слишком много травм, перенапряжений и последующего быстрого восстановления истощили ресурсы организма, и теперь он отзывался неприятной, ноющей болью.

Присев на скамью и откинувшись на спинку, я наблюдал за редкими прохожими, сновавшими по городу, спеша по своим делам. Мимо проехало несколько телег, гружённых изуродованными, окровавленными телами. Город очищался от трупов вчерашнего дня. Интересно, они так и валялись на улице всю ночь, или их где-то осматривали, поэтому вывозят только утром? И зачем этот осмотр? Странно всё.

– Ну что, готов выдвигаться? – услышал я приятный голос своей женщины. – Может, отлежишься ещё?

Она присела рядом, с беспокойством беря меня за руки.

– Нет, мы и так слишком затянули, – со вздохом ответил я, поглаживая большими пальцами её нежные ручки.

Она прижалась и положила голову мне на плечо. Так мы и сидели, наблюдая за суетой местных жителей.

– И всё-таки ты жадный, – вдруг тихо сказала она.

– Чего это? – с удивлением посмотрел я на неё. Такую красивую и умиротворённую в этот момент.

– Столько мощных артефактов купил, а в бою не воспользовался.

– Я не жадный, – тихо усмехнулся я. – Прозвучит банально, но я просто не привык к ним. Ситуация была экстренная, и не было времени подумать. Вот я и бился в привычной мне манере. Но есть и что-то хорошее в этом…

– Что же?

– Ну… Я хотя бы узнал уровень своих возможностей и понял, что могу своими силами противостоять целому комплекту мощных артефактов. Поверь, если бы припекло, то я бы тоже воспользовался имеющимися у меня артефактами, они что-то вроде козыря в рукаве.

– Как скажешь, – уже более радостно ответила она, прижавшись щекой к моему плечу. – Ладно, пойдём собираться, пора выдвигаться к границе.

* * *

В толстую, деревянную дверь неуверенно постучались, после же разрешения войти, в кабинет вошла красивая женщина с длинными белыми волосами. На ней было шикарное синее платье, эффектно подчёркивающее длинные ноги.

– Ирен, Проходи, присаживайся, – император внимательно, даже немного изучающе, смотрел на женщину, пока она, выпрямив спину, присела напротив него.

– Вы вызывали меня, мой император.

– Разумеется. Тебе же, наверное, интересно узнать, чем закончилось нападение на Пабло Тарлингтона? – Он усмехнулся, глядя в её широко распахнутые глаза, всё больше наполняющиеся страхом.

– Я… – начала она неуверенно, но император перебил девушку.

– Не стоит. То, что ты нарушила мой указ, это очень скверно, но в этом была моя незримая воля, – его голос звучал спокойно и размеренно, а глаза словно смотрели в самую душу.

– Воля? – переспросила потрясённая Ирен, совсем растерявшись.

– Ты ведь знаешь о моих силах, девочка, так что тебя удивляет? Вероятность того, что ты ослушаешься меня и начнёшь мстить, составляла восемьдесят восемь процентов, тогда я взял эту ситуацию под личный контроль. Меня поразило, с какой эффективностью ты собрала боевую группу, нужно будет обязательно доработать идею. Тогда я встал перед дилеммой… – Он продолжал смотреть в бледное женское лицо, а его голос словно набат выстукивал отсчёт до её приговора. – Тут же покарать неверного слугу или дать возможность осуществить план… В результате я остановился на втором варианте, мне требовалось собрать больше информации о возможностях Пабло и ещё раз проверить его в бою. Так что ты сыграла мне на руку, девочка, поэтому останешься жива, но больше не испытывай моё терпение.

– Простите, господин, я оступилась, и больше такого не повторится! – она упала на колени перед Девалоном Первым. Только сейчас она осознала, как глупо действовала, находясь в собственных иллюзиях.

– Будет тебе, встань, – усмехнулся он. – К тому же я не рассказал тебе самого интересного момента – результат твоей авантюры.

На этом моменте Ирен замерла. Она желала узнать, чего стоила вся её подготовка, риск и весь капитал, собранный за множество лет.

– Всё как я и ожидал. Пусть бой и выдался тяжёлым, но Пабло разорвал этот никчёмный отряд, обогатившись при этом за твой счёт, – Девалон Первый был доволен, кажется, даже больше, чем кот, объевшийся сметаны. Ирен же от невероятной злобы, царившей в ней в тот момент, стиснула зубы.

Отпустив женщину, удовлетворённый тем, как всё складывалось в этой области, Девалон Первый откинулся на широкую спинку резного стула и достал круглый жетон. Надавив на углубление, выглядевшее как красный рубин, он стал ждать.

Спустя пару минут в комнате словно из воздуха появился его брат. Пергаменты на столе колыхнулись от резких порывов воздуха, а одежда на Алехандро светилась от активно работающих рун и других символов. Эти символы являлись ничем иным, как зачарованием артефакторов, позволяющим ей не разрушиться от тех скоростей, на которых двигался брат императора.

– Что-то случилось? Ты вызвал меня в неподходящий момент, скажу я тебе, – недовольно бросил брат, садясь на место, где недавно сидела Ирен.

– Случилось, брат, случилось, – тяжело выдохнул император и бросил один из пергаментов на противоположную часть стола, поближе к Алехандро.

Тот небрежно поднял докладной лист и вчитался в строки. По мере чтения его брови всё сильнее сводились к переносице, пока он и вовсе не отшвырнул лист обратно на стол.

– Они там что, совсем охренели что ли⁈ – яростно прошипел он.

– Как ты понял, ситуация на юге обострилась до предела. Эльфы стали всё чаще нападать на наши гарнизоны и уводить людей в рабство, – серьёзно заговорил император.

– Почувствовали слабость, шакалы, решили кусать империю за пятку, – продолжал зло говорить Алехандро. – Надо перенаправить войска к южной границе, тогда они точно успокоятся.

– Ты и сам знаешь, что мы не можем. Все наши силы сосредоточены на западе. Если отведём войска, западная империя незамедлительно атакует. Восток тоже нельзя оставлять без защиты, орки только рады будут начать жрать наших подданных.

– Что же ты предлагаешь?

– Ты отправишься на юг, в качестве усиления местных гарнизонов. Твоих сил будет достаточно для противостояния остроухим.

– Понятно, сделаю, – кивнул брат. – Это всё, что мне требуется знать?

– Нет, вот тебе ещё одна вводная. Остроухие обязательно попытаются заманить тебя в лес. Ни в коем случае не поддавайся их планам, как бы соблазнительно они ни выглядели. Если окажешься в лесу, с вероятностью в семьдесят два процента погибнешь. Там всё в блокирующих способности артефактах, так что действуй только на нашей земле.

– Не бойся, не полезу. Я ещё помню те леса. Сколько прошло? Лет пятьсот? – Что-то вспоминая, Алехандро передёрнул плечами.

– Четыреста семьдесят два года, – мрачно произнёс император, смотря на пустой стул. Алехандро исчез так же стремительно, как и появился. – Удачи тебе, брат.

* * *

От поселения приграничное, где мы провели последние полтора дня, отъехали километров на десять, когда впереди показались высокие шатры с развевающимися знамёнами империи. Все белого цвета, светящиеся в лучах яркого солнца, посреди этой голой степи они смотрелись монументально. В лагере царила суета; имперцы, словно муравьи, кишили туда-сюда в нескончаемом потоке.

– И куда дальше? – спросила Иллейв, с интересом оглядываясь по сторонам.

– Нужно найти того, кто тут всем заправляет, – ответил я ей, недовольно подмечая всё сильнее растущее внимание местных к моей жене. Она и вправду выглядела эффектно в своей обтягивающей одежде. Чёрные волосы трепетали на ветру, а яркие зелёные глаза блестели от скрывающегося за ними восторга и интереса ко всему происходящему.

Опросив нескольких человек, мы добрались до крупного шатра, находящегося в центре лагеря. Зайдя за полог, мы словно оказались в другой реальности. Суета стихла, отдаваясь лишь лёгким шумом снаружи палатки. Внутри было мирно и спокойно. Стоял стол, на котором лежало множество пергаментов. На полу были расстелены ковры, стояли небольшие диванчики, вероятно, для приёма важных гостей.

Широкоплечий мужчина с цепким взглядом изучал пергаменты, что-то помечая и перекладывая их.

– Чем обязан? – его мощный басовитый голос наполнил шатёр.

– День добрый. Я здесь по поручению его императорского величества, – подошёл я ближе к столу, и в моей руке появился лист контракта. – Ознакомьтесь.

– Ну давай посмотрим, что у тебя тут… – спокойно ответил он и принялся изучать пергамент. – Интересно, значит, вы и есть тот самый Пабло Тарлингтон, а это что за прекрасная леди и её спутник?

– Это моя жена, Иллейв Тарлингтон. Это Роб Нельский, наёмник, как и я, мой друг и напарник, – представил я их по очереди.

– Очень приятно. Я – генерал пограничной армии Джордж Макферсон. С этого дня вы числитесь в моей армии. Документы я заполню чуть позже, а теперь прошу за мной, представлю вас вашему новому подразделению.

Его «прошу» прозвучало больше как приказ, но, наверное, генерал и должен так себя вести. Не знаю.

Мы шли между огромным количеством шатров, петляя из стороны в сторону. Мне искренне было непонятно, как тут вообще можно ориентироваться. Неожиданно генерал заговорил:

– Будьте осторожны, контингент тут собрался, мягко говоря, не из лучших.

– Отчего так? – заинтересовался я.

– Большая часть военных – это смертники. Вместо казни они выбирают ссылку на эту границу и несут тут службу всю жизнь. Так что должны понимать, что внутренняя атмосфера… своеобразная, – генерал явно задумался, подбирая слова. – Но если то, что о вас говорят, правда, думаю, вам не о чем переживать.

– Спасибо за предупреждение, – серьёзно кивнул я, по-новому оценивая плотоядные взгляды, регулярно бросаемые в сторону моей жены. Что-то подобное мне рассказывал и моряк в повозке – И как часто происходят нападения орков?

Я перевёл тему, затронув очень важный вопрос.

– По-разному. Хотя за последние полгода атаки резко прекратились – это подозрительно. Эти твари плодятся с невероятным темпом. Слава небу, они живут разрозненными племенами, так что набеги случаются, но не критично. То ли дело великая орда… – густые брови генерала сомкнулись, он явно вспоминал что-то, и это трогало какие-то далёкие струнки его души. – Помню тот день. Их были тысячи, целое зелёное море, словно огромной волной накрыло нас. Я был ещё совсем ребёнком, залез под перевёрнутую телегу и сидел, смотрел сквозь щели, как топоры разрубают наших воинов, словно те сделаны из грёбаного тростника. Тогда множество орков погибло, но из наших не осталось никого. Потом у них был пир… – лицо генерала становилось всё хмурнее, казалось, даже взгляд потемнел от тех видений, что вновь всплывали в его памяти. – Они собрали каждого человека, павшего в тот день, и насаживали на вертел, крутя над костром, доводя до хрустящей корочки.

Генерал замолчал, и мы шли какое-то время молча. Каждый обдумывал услышанное. Генерал, кажется, мысленно всё никак не мог выбраться из того дня.

– А что было потом? – Иллейв не выдержала, желая узнать конец истории.

– Потом, набрав телеги человеческого мяса, а погибло тут около двух тысяч человек, половина из них двинулась обратно в степи. Но другая половина отправилась к Пограничному. Его стены выдержали, но цена была немаленькой.

– И что в итоге? – заворожённо спросила Иллейв.

– А в итоге пришло подкрепление вместе с братом императора, и орков не стало. Кхм… – прокашлялся он. – Вот мы и пришли.

Повернув за очередную палатку, мы оказались около чёрного шатра, куда тут же и проследовали.

Внутри стоял стол, несколько стульев, и стойка, на которой висел явно женский доспех. Вот, в принципе, и всё убранство видимой части шатра. Другая его часть огораживалась пологом белого цвета; полотнища были немного раздвинуты, и я смог разглядеть небольшой лежак, заправленный мягкими шкурами. В шатре стояла крепкая женщина с яркими рыжими волосами. Её тело, одновременно стройное и привлекательное, не было лишено крепких мышц, что нисколько не портило её внешнего вида.

– Генерал, – тут же сориентировалась она, вставая из-за стола и вытягиваясь по струнке.

– Лейтенант, принимай пополнение, – по-отечески улыбнувшись ей, сказал генерал. – Это Пабло Тарлингтон, его жена Иллейв Тарлингтон и Роб Нельский. Это лейтенант Анжела Лопас.

– Приятно познакомиться, лейтенант, – кивнул я ей.

– Анжела у нас командир спецотряда, там все одарённые, так что думаю, вы впишетесь, – улыбнулся генерал. – Ну что ж, пожалуй, оставлю вас.

Генерал ушёл, и Анжела взяла нас в оборот.

– Наслышана о вас, Пабло. Что ж, пойдёмте, представлю вас вашему отряду. Главный в отряде – Плющ, мужик простой, но требовательный, так что смотрите там.

Плющ значит… Имел честь познакомиться с ним на арене, даже новые приёмы специально под него выдумывал. Опасный и опытный противник, а ещё боец, не лишённый чести – таких я уважаю.

Наше подразделение располагалось в дальнем краю лагеря, чуть в стороне от основных палаток. Каждый из шатров, отдельного отряда, был огорожен небольшим забором, высотой около метра.

Плюща я узнал сразу. Он сидел на вырубленном под скамейку бревне и что-то накладывал в свои мешочки.