Текст книги "История проституции"
Автор книги: Иван Блох
Жанр:
Культурология
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 54 страниц) [доступный отрывок для чтения: 22 страниц]
Указав мимоходом на Коринну Овидия (см. в особенности Amor., III, 11 и 12), мы приведем только два наиболее известных примера проституции замужних женщин высшого сословия. Во-первых, сладострастная Клодия, супруга Метелла Делера, которая каждый день меняла своих любовников и под конец «вела образ жизни проститутки» (Cicero pro М. Саеиио 15 и 16), так что получила прозвище «Quadrantaria» (грошовая), потому что однажды любовник сунул ей в руку вместо серебряной монеты квадранс, мелкую медную римскую монету (Плутарх, Cicero 29; Cicero pro Cael. 26; Квинтилиан VIII, 6). Она была известна не только своим корыстолюбием (Cic. р. Саеl. 21), но всем своим существом проститутки, «огненной игрой глаз, нахальством речей» (ibid. 2).
Эта Клодия, как говорят, тождественна с красивой замужней женщиной, которую страстно любил поэт Катулл, которую он воспел под бессмертным именем Лесбич (Апулей Арои., стр. 279) и вместе с тем, изобразил, как вампира в образе женщины и ненасытную проститутку (XI, 17–20):
Перев. Фета.
Перев. Фета.
Достойную пару к Клодии-Лесбии представляет царственная проститутка, давшая имя всему роду – Валерия Мессалина, супруга царя Клавдия, прототип «прирожденной проститутки» в отношении к самому рафинированному удовлетворению одновременно своей жадности к деньгам и самой развратной нимфомании; «самая похотливая и самая развратная женщина», как выразился о ней Кассии Дио (60, 14). «Остальные животные, – говорит IIлинии (Natur. hist. X, 83), – имеют чувство меры в. совокуплении, человек же почти никакого». Мессалина, супруга царя Клавдия, которая победу в этой сфере считала величественно-царской, вступила в состязание с самой известной в то время продажной проституткой и превзошла ее, так как она «в течение 24 часов имела 25 сношений». Кассий Дио (60, 18 и 31) и Аврелий Виктор сообщают (Caesar 4, Epit. 4), что в особой комнате при дворце, «комнате для наслаждений», Мессалина продавалась сама и продавала других знатных женщин, даже в присутствии их мужей. Постепенно она пришла в состояние дионисьевского опьянения, которое с свойственной ему чудесной манерой описывает Тацит:
«Мессалина между тем пировала, более развратная в своей роскоши, чем когда-либо; так как была уже поздня я осень, в доме подражали сбору винограда. Тиски выжимали, чаны текли, а подле них, опоясанные шкурами, плясали женщины, точно приносящие жертвы или бешеные вакханки. Она сама с развевающимися волосами, размахивая жезлом Вакха, и рядом с ней Силий, в венках, расхаживали на котурнах, откинув назад голову, а вокруг них раздавался веселый хор».[1055]1055
Die Annalen des Cornelius Tacitus, übersetzt von Wilhelm Bbtticher, Leipzig (Reclam). Bd. II, S. 24.
[Закрыть]
В тесной связи с таким дионисьевским состоянием опьянение и самозабвение находилась также и развращенная проституция Мессалины, доходившая до посещения публичного дома, достопамятным описанием которого мы обязаны Ювеналу (VI, 116–132):
Послушай, что Клавдий
Претерпевал. Как почует супруга, что муж почивает,
То дерзнув предпочесть палатинскому ложу рогожку,
И ночной башлык августейшая взявши блудница
Тотчас уходит, с собой одну лишь взявши служанку,
И под светлый парик волоса свои черные спрятав,
Входит она в вертеп, от тряпья устаревшего душный,
И в пустую отдельную клеть. Там она предстояла,
В золоте грудь – нагишом, под именем ложным Лициски,
И казала твою, благородный Британник, утробу;
Тут поцелуями встретив входящих и требуя денег,
Навзничь лежала она и многих вкушала удары.
А когда уже дев своих распускал содержатель,
С грустью она уходила, но что могла, хоть последней
Клеть запирала, еще горя раздражением страсти
И утомясь от мужчин, уходила еще не насытясь;
С закопченным лицом в дыму нечистом лампады,
Грязь вносила она и запах вертепа в чертоги.[1056]1056
Hugo Blumner, Saturn, S. 207–208.
[Закрыть]
Перев. Фета.
Если даже Мессалина – как это можно допустить с большой вероятностью-и представляет болезненное явление, то дионисьевская основа этого чудовищного вида проституции, если сравнить жизненное и несомненно соответствующее действительности описание Танита и Ювенала, выступает здесь особенно ясно и рельефно и является особенно поразительным подтверждением связи проституции с дионисьевским началом, подробно рассмотренной во второй главе.[1057]1057
В купленной в 1770 г. Фридрихом Великим коллекции барона Филиппа ф. – Стогиа имеется камея, на которой изображена ненасытная половая страсть Мессалины. На одной стороне изображена женщина, сидящая под деревом перед небольшим храмом, с гермесом Приапа. На другой стороне – улитка (символ похоти), окруженная семью мужскими членами, между которыми имеется надпись «Invicta» (непобедимая), указывающая на ненасытность коронованной проститутки. Вверху написано имя Мессалиина, внизу – К. юдия). См. I. 1. Winckelmann, Descriptions des pierres grav£es du feu baron de StoscJt. Florenz, 1760, S. 443 (№ 237) и изображение камеи в книге «Veneres uti observantur in gemmis antiquis». Leyden, 1785, T. II, Tafel 2 u. 3.
[Закрыть]
А что случаи проституции знатных женщин не представляли ничего неслыханного и бывали, напротив, довольно часто, показывают слова философа Сенеки (Epist. 97): «Ты хочешь иметь жену того строгого мужа? Хорошо, я тебе доставлю ее. Или жену того богача? Я устрою тебе сношение и с этой».
Кроме рассмотренных нами трех больших категорий античной проституции – бордельных и уличных проституток, музыкальных и вакхических, гетер и дам полусвета – нам остается еще рассмотреть последнюю весьма обширную группу, детскую проституцию. Но мы находим более целесообразным рассмотреть ее в главе об античной торговле девочками и мальчиками, с которой она теснейшим образом связана.
3. Топография античной проституции, античные бордели, дома свиданий, квартиры для встреч. – Интенсивная городская цивилизация древности создала также вполне определенную топографию как оседлой, так и бродячей проституции, во многих отношениях сохранившую свои основные черты и по сей день и позволяющую, в особенности в средние века, ясно проследить влияние древней эпохи.
Нужно иметь в виду топографические особенности двух родов. Одну из них совершенно верно отметил Гете в стихотворении «Der Gott und die Bajadere», когда он относит дом баядеры к тому месту, где находятся «последние» дома («wo die letzten Hauser sind»), т. e. вне черты города. Действительно, значительное число античных борделей расположено было на окраине города, у городской стены, в большинстве случаев даже за стеной города. В этих пустынных и отдаленных местах устраивались обыкновенно низшие бордели.
Другая, впоследствии более значительная часть проституции, напротив, открыто преследовала в своей топографии большие, людные центры, поблизости от которых всюду можно доказать следы ее существования, причем это равно относится, как к оседлой, так и к бродячей проституции. Те части города, в которых находились главные магазины и проезжие улицы, места, в которых находились по соседству большие увеселительные заведения или заведение для отдыха и гигиенических целей (променады, театры, цирки, бани, бега, гимназии) были в то же время и центрами проституции. Соответственно своему священному происхождению, последняя вначале часто бывает связана в своей топографии с каким-нибудь храмом, большей частью Венеры или Изиды, как это еще ясно заметно в Афинах и Риме.
В то время как уличная проституция, не стесняясь, располагалась на главных улицах, бордели большей частью находились в узких переулках, прилегающих к главным улицам, либо в одиночку, как например, в Помпее, либо в форме целых бордельных улиц – как в Афинах, Самосе и Риме, где встречаются, впрочем, обе формы – благодаря которым соответственная часть города получает отпечаток бордельного квартала и часто даже прямо носит такое название. Это относится, например, сплошь к га– ванным кварталам больших торговых городов (Коринф, Александрия, Афины и др.), в которых всего раньше, конечно, понадобилось сконцентрировать проституцию в особых помещениях.
Бродячая проституция пользовалась еще, кроме того, такими местами, в которых, по их расположению, можно было сейчас же совершить сношение, как мосты, своды, арки, углубление в скалах, городские стены, деревья и кусты, надмогильные памятники и другие всякие темные углы, в которых удобно было спрятаться, темные переулки, semitae и angiporta, которые особенно охотно посещали проститутки, отсюда получившие название «semitarü moechi» (Катулл, 37). Квартиры гетер и квартиры для встреч также находились большей частью в таких маленьких улочках.
Что касается специальной топографии проституции в античных городах, то мы ниже рассмотрим, главным образом, условия, существовавшие в Авинах и Рим е, о которых мы имеем в этом отношении более точные сведение и по которым можно судить также об условиях в других больших городах.
В Афинах центрами проституции служили главным образом три места: керамеикос, пникс и рынок гавани в Пирее.
Наиболее старым кварталом проституции, вероятно, в связи с расположенным на его границе, к северо-западу от агоры, храмом Афродиты – должен считаться керамеикос, и притом не только наружный, но и внутренний. Дело в том, что внутренний керамеикос лежал первоначально кнаружи от старых городских стен, как «квартал горшечников» (Тhukyd. VI, 57, 1). После постройки стеныфемистокла, название «керамеикос» особенно часто применялось к «наружному керамеикосу», предместью города.[1058]1058
Waiter Jucleich, Topographie von Athen. In «Handbuch der klassischen Altertumswissenschaft» von Иwап von Muller, Bd. III, T. II, Abt.2. München 1905. S. 163.
[Закрыть] Здесь был впоследствии и собственно бордельный квартал и любимое местопребывание уличных проституток.[1059]1059
Kurt Wachsmuth, Die Stadt Athen im Altertum, Leipzig 1890, Bd. II, Abt. I, S. 259–260; у Гезихие под словом «керамеикос»: «место в Афинах, где стояли для продажи проститутки».
[Закрыть] Особенно дурной славой – благодаря многочисленным проституткам, сидевшим у дверей – пользовался квартал Скирон наружного керамеикоса.[1060]1060
Там же, стр. 230.
[Закрыть] Впоследствии агора (рынок) была в Керамеикосе оживленным местом сношений низших гетер, до известной степени биржевой проституции, где надписи на стенах и в особенности на известных столбах[1061]1061
Речь идет, вероятно, главным образом об учрежденной Атталом 1 из Лериамона в северном конце агоры двойной галереи из колонн (Атен. V, 212f).
[Закрыть] служили газетами и сообщали текущие известие о различных высокого или низкого ранга гетерах (Лукиан, Dial, meretr. 4 и 10). Во времена империи проституция концентрировалась поблизости от Леокориона, в северной части агоры (Alkiphron, III, 5, 1). С древних пор оживленным местом, куда «слетались» афинские проститутки и гетеры, была граница между наружным и внутренним керамеикос, у дипилонских ворот. Здесь находилась красивая, образованная колоннами променада, о которой Ливий (XXXI, 24) говорит, что она имела около 1000 шагов в ширину, и которая вела от агоры через дипилонские ворота к сильно посещаемой мужской молодежью гимназии, носившей название «академии». Этим и объясняется, почему проститутки собирались здесь в таком большом количестве, что в устах народа дипилонские ворота носили название «ворот публичных девушек».[1062]1062
См. К. Bursian, Artikel «Athenae» in Pauly’s Realencyklopadie, 2. Aufl., Bd. 1, S. 1974.
[Закрыть] Это был настоящий «корсо»[1063]1063
См. H. Kiepert, Lehrbuch der alten Geographie, Berlin 1878, S.' 279, und W. Wachsmuth, Hellenische Aitertumskunde, 2. Aufl., I, 785.
[Закрыть] города Афин.
Наряду с керамеикос, укромным уголком, которым пользовались особенно бродячая и мужская проституция, был шика (Рпух), старое место народных собраний, громадный, выстроенный против ареопага полукруг с лестницами, нишами, ступеньками и многочисленными потайными уголками и ходами (Aeschines in Timarch, стр. 81, 90;. Там были также балаганы и временные помещения – внутри или подле пникса (Aristoph. Thesmophor. 658, ecclesiaz., 243). По Эсхину (I. с. стр. 81) здесь, по-видимому, были и настоящие бордели, как можно заключить, принимая во внимание все указанное место, в котором говорится о мужской проституции в связи с одинокими домами пникса.
Порядок, введенный для проституции Солоном, коснулся, главным образом, квартала гавани Пирея, где проституция и раньше уже достигла обширных размеров, в связи с расположенным на берегу моря храмом Афродиты и благодаря сильно развитой здесь торговле и наплыву иностранцев. Солоновские государственные бордели расположены были в Пирее. В особенности торговая гавань и рынок гавани были центрами бродячей, бордельной и трактирной проституции (Pollux Onomast. IX. 34). Аристофан (Pax 165) говорит о «проститутках в Пирее», как о всем известном факте, а Плавт в «Epidicus» (Акт II, сц. 2) весьма наглядно рисует, как в Пирей стекаются со всех сторон разряженные проститутки во время прибытие флота. Во время империи проститутки еще жили частью в Пирее, частью в городе (Лукиан, Dial, meretr. II, 2).
Что касается распределения афинских борделей, то несомненно, что уже в 5-ом веке существовали типичные бордельные улицы», в которых многие бордели расположены были рядом. Интересное описание такой – опороченной улицы занимает у Аристофана почти весь четвертый акт (сц. 1–6) ero «Ecclesia2usae» Там говорится о 5 расположенных рядом на одной улице борделях, населенных большей частью очень немолодыми уже проститутками, которые оспаривают друг у друга единственного молодого посетителя. Виламович-Меллендорф[1064]1064
V. Wilamowits-Moellendorff, Staat und Gesellschaft der Griechen, S 122.
[Закрыть] упоминает также, как о местах, где практиковалась проституция, о базарных помещениях афинской агоры. По его мнению, дело шло здесь не о крытых ходах между лавками или помещениями, а о просторных галереях, позади которых находились эти помещение и кабинеты, они нанимались для торговых целей, но служили также кабаками, борделями и квартирами для свиданий. Такую же связь между торговлей и проституцией представляла и «Лаура» в Самосе, которая ч на основании приведенных нами сообщений (см. выше, стр. 220)[1065]1065
Высказанный мною там взгляд на характер Лауры подтверждается еще одним местом из комедии «Bacchis» Сопатра, где он говорит, что женщины из Самоса такие же лакомые, как и тамошние пряники (Атен. XIV, 644с).
[Закрыть] должна считаться типичной бордельной улицей и которая имела такую же променаду перед лавками, как афинский рынок, но представляла крытый ход, так называемый «пассаж».
Относительно топографии проституции в Римемы гораздо более осведомлены, чем относительно Афин. Мы обладаем даже-по крайней мере в отношении к полусвету – особым сочинением об этом, именно в первой части первой книги «Искусства любить» Овидия, где систематически перечисляются и описываются все места, где собираются элегантные проститутки. И в Риме также различают проституцию поблизости и внегородских стен от проституции внутригородской, которая топографически опять-таки разделяется по центрам торговой и религиозной жизни и жизни развлечений.
Проституция у городских стен и за чертою города прямо так и называется «summoeniana» (Мари, I, 34, III, 82, XI, 61, XII, 32) или «extramurana» (Иамприд. Antonin. Heliogobalus 27) и ей противопоставляется вообще (там же 27) проституция «intramurana». Марциал считает проституток у городской стены самыми низкими и упоминает бордели, расположенные в этой местности. Большинство из них расположено было в том месте, где находился большой преторианский лагерь, к северо-востоку от него, чтобы дать возможность солдатам удовлетворять свои половые потребности по близости. Действительно, расчистка старого сервиева вала у квиринала (совсем близко от castra praetoria) привела к раскрытию многочисленных жилых домов, которые после засыпки рва оказались пристроенными непосредственно к стене вала, – это и были «simmoeniana» Марциала, в которых помещались, по-видимому, довольно много лупанариев.[1066]1066
Cm. Otto Richter, Topographie der Stadt Rom. 2. Aufl. München 1901. S. 171. (In Iwan v. Mullers Handbuch der klassischen Altertumswissenschaft, Bd. III. Abt. III, Teil 2).
[Закрыть] Учрежденные здесь впоследствии бани Деоклетиана несомненно еще больше способствовали развитию проституции этой местности. Сервиевский вал был также излюбленным местом, где околачивался и всякий другой вообще сброд, связанный так или иначе с проституцией, как например, прорицательницы (Ювенал, VI, 588; V, 153), бедные поденщицы (VIII, 43).
Настоящая загородная проституция принадлежала, вероятно, главным образом, к бродячей (кладбищенские, уличные и полевые проститутки).
Если мы обратимся теперь к внутренней части города, то одним из старейших кварталов проституции был «Victts Tuseus» (Этрусская улица), который издавна служил вместе с площадью «velabrum» соединительной дорогой между форумом и circus maximus и всегда был местом оживленной деятельности; там продавались например, восточные материи для платья (Марциал, XI, 27). Выше (стр. 262) мы уже упоминали о плавтовском описании «улицы этрусков», как местопребывании проституированных мужчин и женщин. Название улицы, надо думать, указывает на очень древнюю связь ее с проституцией, так как этруски издавна пользовались дурной славой за свое сладострастие и любовь к проституции (Плавт, «Cistell.» II, 3, 20), что подает повод Отфриду Мюллеру[1067]1067
K. O. Müller, Die Etrusker, Breslau 1828, Bd. I, S. 277, Anm. 16. (Собрание всех цитат об этрусской проституции).
[Закрыть] понимать название «Tuseus vicus» именно в этом смысле, т. е. что имя это, вероятно, вначале было для римлянина равнозначаще с «бордельной улицей». Намекая на это, Гораций (Сат. II, 3, 328) говорит о «Tusci turba impia vici».
Проституция, по-видимому, сильно была распространена и на другой, отходящей от форума большой торговой улице, на знаменитой «Священной улице» (Sacra Via), f северо-восточной стороны Палатина. По крайней мере, Марциал упоминает о проститутке Ледеиз публичного дома на Sacra via, а Проперций (II, 23, 15) говорит о проститутке, «часто развратничающей на Священной улице».
Бесспорно, что главной квартирой бордельной проституции был в Риме городской квартал Субура, связывающий форум с восточной частью города, главная улица долины того же имени, расположенной между склонами холмов Квиринала, Виминала, Циспия и Оппия, главный пункт для сношений в старом Риме, местность, переполненная с одной стороны торговыми, с другой – вообще всякого рода деловыми и предающимися безделью людьми.[1068]1068
Otto Richter а. а. О., S. 306.
[Закрыть] Но присущий ему особый характер квартал Субуры получил собственно от гораздо более многочисленных здесь, чем в других частях Рима, «famae non nimium bonae puellae», которые большей частью сидели перед своими борделями, расположенными преимущественно в центре (in media) Субуры (Марциал, VI, 66). Этот проституционный квартал был, по меньшей мере, так же стар, как Viscus Tuseus, потому что Ливий (III, 13) уже в 461 г. до Р. X. сообщает о вольном поведении кучки кутивших в Субуре юношей. Во время империи в «damosa Subura» (Мари. XII, 18) расположены были многочисленные бордели, тянувшиеся от входа в этот квартал (Mapti. II, 17: suburae faucibus primis) и до самого выхода его; в них жили большей частью старые рафинированные проститутки (Марц. XI, 61: Obscena Leda; XI, 78: suburunae magistrae; Приап. 40: no.ta Suburanas inter Teiethusa puellas).
При описании остальных мест, где ютилась проституция, мы придерживаемся описание Овидии, наиболее соответствующего действительности (Агsamat. I, 67-170). Согласно этому описанию, следующие шесть мест служили сборными пунктами для бродячей проституции, а частью также благоприятными пунктами для устройства борделей:
1. Porticus (Овид. А. am. 67–74). Как место прогулок элегантных проституток, поэт, прежде всего, называет портики, большие галереи с колоннами, садами и фонтанами. У Проперция (И, 23, 5) встречается вопрос: «В каком портике спрятались они теперь?» Гораздо позднее еще Ювелан (VI, 60) и Марциал (VШ, 79) упоминают о портиках, как о местах свиданий с элегантными дамами и дамами полусвета. Эти галереи с колоннами были излюбленным местом проституции даже в VИ-м веке.[1069]1069
Julians Bartfeind, übersetzt von H. Reichard, Stuttgart 1856, S. 94.
[Закрыть]
Всего чаще посещалась галерея Помпея, близ театра Помпея (на Марсовом поле), которая была связана с обширным тенистым парком (Pompeia sub umbra, Ovid. А. а. I, 67; Pompeia in umbra, Mart. Хи, 47; «umbrosis соlumnis», Propert, 11, 32, 11). Катулл (55, 6-12) приходит на поиски своего друга Камерия в портик Помпея:
И в славных портиках Помпея,
Мой друг, всех женщин вопрошал,
Что мне казались помилее:
«Вы скрыли», к ним я пристаю,
«Камерия, дрянные девы».
Перев. Фета.
На Марсовом поле расположены были также портик Октавия и портик Марцелла, между тем как много посещаемый полусветом портик Ливия расположен был на Эсквилине. Наконец, Овидий называет еще одно место, где можно было найти гетер – колоннады при храмеАполлона на Палатине.
2. Храм Изиды (Овид., там же, 1, 77–78). – Проститутки и сводницы часто посещали расположенный на Марсовом поле, к северу от цирка Фламиния, храм Изиды и пользовались им для разврата (Марц. XI, 47, 4; Проперций II, 19, 10; Joseph, antiquit. Jud. XVIII, 3, 4; Hegesipp. II, 4). Ювенал (VI, 489) называет несколько храмов Изиды, служивших местом для проституции.
3. Форумы (Овид., там же, I, 79–88). – Из различных частей римского форума Овидий указывает на Юлианский форум и на находившийся там храм Venus Genitrix, как на место, которое особенно охотно посещали римские кокотки, преимущественно по вечерам (Горац. Сат. I, 6, 113).
4. Театры (Овид., там же, I, 89-134). – По описанию Овидия, проститутки целыми толпами устремлялись в различные театры. Здесь представлялся удобный случай, как для однократных сношений с обыкновенными проститутками, так и для завязывания более продолжительных связей с элегантными гетерами, «cultissima femina» (I, 97). Проперций (II, 19, 9) и Лампридий (Vita Heliog. 26) также намекают на проституцию в театрах. В Византии бордели были непосредственно соединены с театрами (Procop. Hist. arc. IX, 3).
5. Цирк (Овид. I, 135–163). Circus maximus (между Палатином и Авентином) издавна был местом пребывание бродячих и оседлых проституток-последних постольку, поскольку вообще связаны были с цирком и самые бордели, вероятно, в свою очередь связанные с расположенным в непосредственной близости храмом, еще в 295 г. до Р. X. посвященном богине Венере. Внутри цирка проститутки тем лучше могли устраивать свои дела, что женщины здесь, в противоположность театрам, могли сидеть среди мужчин (Овид. Amor. Ill, 2, 3; Trist II, 284: hie sedet ignoto iunetca puella viro). Кроме дам полусвета (Катулл, 55,4; Горац. Сат. I, 6. 113: fallacem circum), тут всегда находились также прорицательницы и сводницы (Ювен. VI, 588). Бордели же, напротив, находились в галереях нижнего этажа и в лежащих над ними жилых помещениях,[1070]1070
Otto Richter а. а. О., S. 176.
[Закрыть] открывавшихся наружу; на эти именно бордели аркад цирка и намекает Ювенал (Сат. III, 65: ad Circum jussas prostare puellas): к ним же относится сообщение Лампридия (Vita Heliogobali 26), что император Гелиогобал собрал или посетил, всех проституток цирка и других мест (там же, 32). Ср. также Cyprian de spectaculis 5; Anthol latin. ed. Riese, I, 190.
6. Арена (Овид., там же, I, 164–170). – Игры гладиаторов происходили во времена Овидия на форуме, позднее – в Amphiteatrum Flavium, нынешнем Colosseum. Проперций (IV, стр. 76; lascivum forum) намекает на присутствие полусвета на гладиаторских играх. По близости от coiosseum расположены были также бордели второго округа.[1071]1071
Там же, S. 171.
[Закрыть]
Как мы уже подробнее изложили выше (стр. 144–147), во времена империи общественные бани все больше и больше становились центрами проституции, имевшими тем большее для нее значение, что число бань во много раз превосходило число борделей. В константиновском описании римских округов насчитывается, например, только 45 лупанариев, а бань – 856.[1072]1072
Там же, стр. 376.
[Закрыть] Самыми знаменитыми и наиболее посещаемыми были термы Аиртппы и Нерона на Марсовом поле (Дио 54, 29; Sncton. Nero 12); расположенные рядом, недалеко от Kolosseum, термы Тита и Траяна, термы Каракуллы на Авентине и, наконец, термы Диоклетиана в Квиринале. Частности, касающиеся проституции в банях, уже приведены нами выше. Здесь же мы упомянем только, что Марциал (II, 14 и V, 70) называет наиболее знаменитыми 4 бани: Фортунами Фауста, Грилла и Лупуса, которые служили в то же время борделями и кабачками.
Античный бордель первоначально был общественным, т. е. государственным зданием, – как это видно из общего греческого название оикема (здание), употребительного для борделя (Геродот II, 126, Атен. XIII, 577а, б), а у Павзания, например, встречающегося всюду в смысле здания, предназначенного вообще для общественного употребления, как храм и т. д. (см. Павзаний, Descript. Graec. 1, 2, 5 и 5). Греческий государственный бордель времени Солона, разделяющий иносказательное название «общественное здание» с храмом, из которого он, быть может, произошел, в такой форме, вероятно, существовал только в Vl-м веке до Р. X… к которому относится например, и «Лаура» в Самосе, учрежденная Поликратом, как общественный институт. В позднейшее время большинство греческих, как и римских борделей, были, вероятно, частными предприятиями, которые, правда, подлежали общественному надзору и обложению налогами, но в остальном ими управляли хозяин или хозяйка, которые либо владели ими на правах частной собственности, либо снимали их в аренду. В аттической и римской комедии речь всегда идет исключительно об этих частных борделях и никогда не упоминаются государственные лупанарии.
Среди античных борделей различаются две категории: обыкновенные публичные дома низшего разряда и лучшие бордели, служившие в то же время местом для встреч посторонних мужчин и женщин, – по крайней мере, там были отдельные комнаты для целей разврата, совершенно в современном духе, которые отдавались по часам и поденно., по-видимому, трактирные бордели и кабачки с женской прислугой принадлежали к первой категории обыкновенных лупанарий, а все остальные были в то же время домами для свиданий, maisons de rendez-vous. Многие проститутки, в особенности гетеры, жили также отдельно, большей частью в наемных квартирах. Иногда квартирами дам полусвета пользовались также как домами для свиданий, и вопрос о квартирах проституток в приличном доме, по-видимому, уже и в древности был такой же жгучий и щекотливый, как и в настоящее время. Как бы там ни было, но античная терминология для помещений проституток указывает на большую дифференцировку домов разврата.
Наряду с названными, общими названиями публичного борделя еще служили: Porneion (Aristoph. Wespen. 1283, Frоsche 113; Athen. XIII, 569b и мног. др.); koineion (Hesich. II, 503), kasalbion, kasaureion (Aristoph. Ritter 1282; Hesich. II, 503; Antholog Palatin XI, 363). Чаще, чем частные бордели, дома сводников, квартиры для встреч, maisons de passe, употреблялись следующие названия: maulisterion, matrylleion (Hesych. Ill, 76; Pollux IV, 48), pornoboskeion (Aristoph., Friede 815), agogeion, proagogeion (Poll. IV, 48 chamaitypeion (Lukian. Nigrin 22), tegos (Poll. XII, 13, 2; Anthol. Palatin. XI, 363); paidiskeion (Athen. X, 437f, т. e. специальный дом, в котором можно получать молодых девушек).
Трактирный бордель назывался kapeleion (Poll. IX, 34) или pandokeion (Plut. Demetr. 26; Polyaen. IV, 2, 3; Aristoph. Frosche. 55).
Обыкновенный римский бордель назывался lupanar (Juvenal, VI, 120,131; Petron. Sat. 7; Catull 42, 13; Capitollin. verus 4 и у многих других авторов), от слова «luра»=блудница (Paetant. divin. instit. 1, 20); fornix,[1073]1073
Rosenbaum а. а. О., стр. 105 упоминает о происхождении от греческаго tparnikon» – блуднический. У Sueton. Caes. 49 Fornix называется также «блудница».
[Закрыть] собственно, свод, каменный свод (например, у Ливия, 36, 23), в смысле борделя (вероятно потому, что своды часто находились в подвальных помещениях или в нижних этажах), раньше у Горация (Epist. I, 14, 21 и сат. I, 2, 30), потом у Ииетроние (7; Ргиар. 13; Juven. Ill, 156, XI, 171; Mart. I, 34, 6, X, 5, 7, XI, 61, 3); corrupiela (Frontinus De aq. 76; Cyprian, de mortalitate 15), lustrum (Horat. Sat. 1, 6,68; Cicero Phil. 11, 3, 6). Квартиры для встреч назывались imeritoriumi (FopiscMS, Vita Tacit. 10, 2) и часто находились в трактире, taverna merüoria Plaui. Menaechm. II, 3, 81; Truculent. Ill, 2, 29; Yalcr. Maxim. I, 7, 10: Yarro rde re rustica I, 2). О римских бордельных кабаках саиропае, рор i па e и ganea см. выше, стр. 131–132).
Что касается устройства античных борделей, то более подробные сведение мы имеем собственно только о римских домах терпимости. О греческих же борделях мы имеем только поверхностные описание Евбула (Атен. ХШ, 368ef), Филемона (Атен. ХШ, 569е) и Ксенарха (ib. стр. 569в), а также неопределенные указание в IV действии «Ecclesiazusae» Аристофана. Проститутки жили в одиночку в небольших или по несколько человек в более значительных борделях, где они часто стояли рядами перед дверьми совершенно голыми или в тонких прозрачных одеждах или же (как у Аристофана) лежали в окне (наши «hirondelles», ласточки). При входе в более значительный бордель, посетитель мог не торопясь осмотреть их и выбрать себе любую.
Противно тому, что мы видим в квартирах гетер, в борделях двери всю ночь были открыты и заглядывать туда мешал только пестрый занавес.
В «Ecclesiazusae» Аристофана проститутки выглядывают в окно «как ласки» (акт IV, сц. I, стих 958) и привлекают прохожих мужчин словами вроде следующих:
Hier herein, hier herein,
Trauter Schatz, komm herein,
Tritt ein zu mir und ruhe
Die schone Nacht in meinen Armen!
(IV, 2, Vers 986–989).
(Сюда, сюда, сокровище, войди ко мне и покойся в эту прекрасную ночь в моих объятиях).
Некоторые описание борделей в комедиях Плавта относятся, быть может, к Греции. Но так как они совпадают с тем, что нам подробнее известно из других источников о римских лупанариях, то мы считаем целесообразным остановиться на них именно здесь, где мы говорим об этих последних. В общем устройство римских борделей было довольно примитивное, так что их грязь, их узкие, маленькие и темные помещение с чувством брезгливости упоминаются большинством авторов. Были, однако, и лучшие дома или более элегантные комнаты в обыкновенных борделях, как это еще и теперь можно видеть в Помпее.
С interieur римского борделя мы отчасти уже познакомились из приведенного выше описание ночного посещение борделя Мессалиной. Но прежде, чем перейти к деталям, мы хотим привести еще другое знаменитое описание борделя, именно описание Петрония (Сат. 7–8).
Энкольпий заблудился, разыскивая своего друга Асцилтоса и свою квартиру. Он спрашивает встретившуюся ему старуху, как ему найти дорогу. «Она повела меня в глухое место (locum secretiorum) и, вежливо откинув занавес (centonem), сказала. «Ты живешь, вероятно, здесь». Когда я ответил, что решительно не узнаю своего дома, я вдруг увидал несколько мужчин, бесшумно расхаживающих между надписями над кельями (titulos) и голыми девками. Наконец, но, к сожалению, слишком поздно, я понял, что меня привели в бордель (fomicem). Проклиная хитрую старуху, я закрыл свое лицо и хотел убежать через лупанарий на другую сторону, как вдруг у выхода (aditu, т. е. у входа с противоположной, задней стороны борделя) мне выступил навстречу Аснилтос, такой же утомленный и полумертвый, как я. Можно было думать, что его привела сюда та же старуха. Со смехом поклонившись ему, я спросил его, что он делает в таком грязном месте. Он руками стер пот с своего лица, и сказал: «Ах, если бы ты знал, что со мной случилось!» – «Что же именно», спросил я. Продолжая смеяться, он рассказал мне следующее: «Когда я блуждал по всему городу и никак не мог найти нашей квартиры, ко мне подошел почтенный отец семейства и вежливо предложил мне быть моим проводником. Темными и кривыми улицами он привел меня сюда, сунул мне в руку монету и потребовал от меня развратного действие (stuprum). Уже проститутка получила свой асс за сданную ею комнатку, уже схватил он меня своей рукой, и если бы я не оказался сильнейшим, он бы совершил надо мной все, что угодно».[1074]1074
По переводу Wilhelm Beinse (новое изд. Adolf Weigel, Лейпциг. 1898 г., т. I, стр. 42–44) и анонимному переводу по тексту ВШисИсг'. (Штутгарт, 1874, стр. 4–5).
[Закрыть]
Описание Ювенала и Петропш превосходно дополнены открытым в 1862 г., после раскопок в Помпее лупанарием, снимок с которого имеется в сочинении Жаннеля[1075]1075
J. Jeannel, De la prostitution dans les grandes vilies au dix-neuvieme siecle. 2 me edition. Paris 1874, S. 115.
[Закрыть] и который вкратце описывает May,[1076]1076
August Май, Fuhrer durch Pompeji. 2. Aufl., S. 54. См. так же li. Schoe– uer, Pompeji, Stuttgart o. J. (1877), S. 118.
[Закрыть] а более пространно – Гусман.[1077]1077
Pierre Gusman, Pompei. La ville, les moeurs, les arts, Paris 1900. S. 259–260.
[Закрыть]
