Текст книги "Миллиардер и поп-дива (сборник) (ЛП)"
Автор книги: Ив Монтелибано
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)
– Ты такая красивая, Cara.
Я пропала. Пропала за десять секунд.
– Я тебя хочу. Очень сильно.
Полностью пропала. Фух!
– Джан…
– Разве ты меня не хочешь?
Окей, до свидания «вишневый пирог». Привет, любовничек.
– Хочу.
Его улыбка практически растопила все непрочные кости в ее теле. Она уже имела дело с конфузом, позволив ему знать о ее дерьме с Брижит, но она позаботится об этом завтра. Если повезет, то после сегодняшней ночи она не увидит его снова.
Джан сопровождал Валенну в ресторан на крыше роскошного отеля, где ждали встречи с ней оставшиеся четыре кандидата.
– Зачем тебе вообще нужно встречаться с ними? Просто попроси одного из своих людей, сказать им, что ты выбрала победителя, и это все. – сказал он ей, когда Баба вез их к месту встречи в ее арендованном лимузине.
– Правила есть правила. Я обязана им сказать несколько слов в признательность за размещение своих ставок, которые не были ничтожными суммами, и свои извинения за трату их драгоценного времени.
– Сделай это быстро. Чтобы ты не забыла: я единственный миллиардер, который прямо сейчас должен иметь для тебя значение. Они тратят мое драгоценное время, стоящее пятьдесят миллионов долларов. Ночь принадлежит мне, а не им.
– Ты – не милосердный победитель.
– Вообще–то, обычно я скромный при победе, но высокомерный при поражении. Тем не менее, я еще не потребовал свой приз, а они задерживают мое удовольствие.
Она покраснела.
– Ты заткнешься?
Он ухмыльнулся.
– Просто охраняю то, что принадлежит мне.
– Только сегодня ночью.
Он никоим образом не позволил ей исчезнуть из виду сегодня ночью, даже на минуту.
Валенна очаровала мужчин в тот момент, когда вошла в отдельную комнату этого эксклюзивного ресторана и каждому из них пожала руку. Он молча стоял на заднем плане с Тайтусом и Бабой, позволив ей заниматься своим делом.
Джан неоднократно поглядывал на свои часы, нетерпеливо считая каждую прошедшую минуту. Сегодня ночью имела значение каждая секунда. Он испытал облегчение из–за того, что встреча не длилась дольше, чем это было необходимо. Они возвращались в лимузине через тридцать минут.
– Тебе тоже следовало встретиться с этими парнями. Они все – клевые! – сказала она.
Он фыркнул.
– Конечно. Все они смотрели на тебя с вожделением, надеясь, что ты их выберешь.
– Жаль, что там не было Кима. Я действительно надеялась с ним встретиться.
– Что за Ким?
– Ким Чен Ын. Он вошел в топ–5.
Его глаза расширились.
– Тот парень?
– Ага. Я собиралась его выбрать, если бы ты не расчистил бульдозером свой путь на моей пресс–конференции.
– Действительно? – издевался он. – Ты бы предпочла его вместо меня? – Она ведь пошутила, не так ли?!
– Ага. Во–первых, он, вероятно, богаче, чем ты. Он практически владеет целой страной. Во–вторых, он меня обожает. В–третьих, он известнее тебя. Должно быть, у Обамы есть его портрет на столе в Овальном кабинете, чтобы каждый день напоминать об огромном присутствии Кима. В–четвертых, он такой милый! У него есть кое–какие стильные шмотки. Люблю его стрижки! Что там не любить?
Он в оцепенении пялился на нее.
Потом она расхохоталась.
– О боже, Ты должен прямо сейчас увидеть свое лицо. – она сделала его снимок своим телефоном.
– Валенна. – предупредил он ее.
– Ты всегда такой серьезный? – она ему показала его лицо на экране своего телефона. – Да ладно, остынь!
Хорошо, она его поймала, шаловливая ведьма. Очевидно, что она просто каталась со смеху.
– Не смешно.– прорычал он. Ким владел атомной империей в Северной Корее, которая была способна вызвать у НАТО крупные головные боли, что заставляло его собственную Империю выглядеть словно мопс рядом с гребаным питбулем. Дерьмо, на самом деле ему грозила небольшая опасность. Самую малость.
– Но я рада, что ты вломился на мою пресс–конференцию.
– На самом деле, правда? Почему?
– Потому что ты намного привлекательнее, чем Ким. И ... говорила ли я тебе, что у меня есть твой «Z–10»?
Сейчас, ЭТО, несомненно, заставило его остыть. Нет, распалиться.
– В самом деле?
– Ага. Это моя самая любимая в мире машина. Я так взволнована каждый раз, когда сажусь за руль.
Джан ничего не мог с собой поделать: он широко ухмыльнулся, его член еще больше набух от желания, его грудь расширилась от гордости и ... радости.
– Так–то лучше, «чпокатель вишенки». – она ему подмигнула.
Он усмехнулся.
Dio, как она это сделала? Заставила его чувствовать себя так чертовски хорошо? А у них даже пока не было секса.
– Ты бы поверил, что я получила миллион долларов пожертвований от каждого из моей школы? – радостно сообщила она ему.
– Твоей школы?
– Для художественно одаренных детей из бедных семей со всего мира.
– Именно туда пойдут и мои деньги?
– Ага. Огромное спасибо. Моя школа будет одной из самых лучших в мире. Твои деньги будут потрачены не зря, я обещаю.
– О, да, сегодня ночью мои деньги будут потрачены не зря. – он затащил ее на свои колени. Она визжала, как ребенок, и громко смеялась, уткнувшись лицом в изгиб его шеи.
Она так хорошо себя чувствовала в его объятиях, мягких и теплых, пахнущих раем. Валенна заставляла вибрировать от жизни каждую клеточку его тела, и, все же, ее тепло давало ему утешительное чувство единения.
Эти чувства были ему чужды.
– Валенна Джонс. – пробормотал он в ее приятно пахнущие волосы, когда его руки сжались вокруг нее.
– Джанфранко Золдатти.
Он переплел их пальцы.
– Твои апартаменты или мои?
Она сжала его руку.
– Твои.
ПОЖАР
Частный лифт открылся в большом фойе в «Чэйрмэнс Вилла». [Прим. пер. – апартаменты в австралийском отеле «Кроун Тавэрс»].
– Не удивительно, что эти апартаменты были недоступны, когда Нуша звонила для резервирования номера. Ты был быстрее меня. – прокомментировала Валенна.
– К сожалению, Cara. В следующий раз мы будем в этом отеле вместе, и я с удовольствием разделю эти апартаменты с тобой.
Она улыбнулась ему. Как будто это когда–нибудь снова случится. Простым совпадением было то, что ее концерт проходил во время «Австралийского Супер Гран–При».
Рука в руке, они вошли в очень просторную гостиную, в которой был прекрасный вид на ночной Мельбурн. Она чувствовала себя пьяной, а чувство предвкушения, делало ее немного легкомысленной.
Наконец–то, они были одни.
Были окутаны тишиной.
– Хочешь немного вина?
– Было бы хорошо, спасибо.
Он оставил ее, чтобы подойти к бару.
Она подошла к панорамным окнам и села на обитое плюшем кресло. Бабочки в ее животе не успокаивались. Определенно, ей был необходим стакан или два какого–нибудь алкоголя.
Он пришел с двумя бокалами красного вина.
– Спасибо. – она приняла бокал на длинной ножке и сделала глоток. Это был очень хороший купаж, которого она раньше не пробовала. Жидкость тепло путешествовала к животу, заставляя трепет немного утихнуть.
Джан сел на кресло напротив нее.
Они смотрели друг на друга и улыбались друг другу.
Она чертовски нервничала, но решила отказаться от своей скромности, чтобы усилить свою уверенность в себе, она просто еще раз вспомнила о том, что этот мужчина купил ее девственность за нелепую сумму. И не было никаких сомнений в том, как сильно он ее хотел. Она должна сосредоточиться именно на этом факте: на его желании обладать ей. Чуть ранее была небольшая драма, которая практически саботировала ее цель, но, благодаря своей настойчивости, он спас ее от кратковременного идиотизма.
С ее стороны, аукцион был поразительным решение, а результат даже превзошел ее самые смелые ожидания. В результате чего перед ней сидел этот супер–горячий–парень. И он, на сегодняшнюю ночь, был весь ее. Да, ей следовало перестать думать о том, что она была той, кого практически «взяли». Это работало и в обратном направлении. Она «возьмет» его, будет им обладать.
Хватит на сегодня драмы. Она будет владеть этой ночью. А также владеть им.
– Джан?
– Да?
– Ты тратишь время, пялясь на меня.
– Ты очень красивая. Пялиться на тебя – никогда не будет пустой тратой времени. – тихо ответил он, его внимательный взгляд изумлял. Мужское восхищение было чем–то, что она давно принимала, как нечто само собой разумеющееся, предоставленное ей выбранной профессией; но она чувствовала себя застенчивым подростком под его вопиющим мужским взглядом. Она наконец–то поняла фразу «плавящий трусики взгляд». Даже Кериону не случалось заставить ее «течь» просто из–за собственнического внимательного взгляда.
– Это делает чудеса с моим эго, ты знаешь?
Он усмехнулся.
– Хорошо. Но мне интересно... Ты действительно собиралась выбрать Кима вместо меня?
Она закатил глаза.
– О, он этого не оставит. Мужчины!
– Ну? – настаивал он.
Она стала серьезной.
– Джан, ты был моим первым выбором. У меня не было на уме второго варианта, но я – женщина своего слова. Я устроила этот аукцион, я должна была выполнить свои обязательства перед участниками торгов. Да, я собиралась выбрать одного из топ–5. Если бы я не выбрал кого–нибудь из них, то продлила бы время для выбора, и проверила бы оставшихся пять участников из топ–10, но ты ворвался на мою пресс–конференцию и полностью изменил ход истории, и сейчас мы здесь. Знаешь, как я называю такие события, происходящие в идеальное временя?
– Нет.
– Я называю это судьбой.
Он молчал. Его кадык двигался – верный признак дискомфорта, он явно не знал, как реагировать. Она чуть не рассмеялась. Мужчины! Так жаждут заниматься сексом, но уклоняются от самой идеи любовной связи. Хотя, она не могла его винить. Судьба. Это значительное слово. Конечно же, она просто его дразнила. Валенна улыбнулась и сжалилась над беднягой.
– Не нервничай, дорогой. – протянула она своим самым соблазнительным голосом. – Это просто означает, что лишь тебе одному, и никому иному, было суждено владеть мной сегодня ночью. И вообще, поблагодарила ли я тебя за то, что ворвался на мою пресс–конференцию?
Она видела, как его грудь вздымалась от малейшего вздоха, но знала, что он был доволен ее словами.
Черт, он был действительно...
Слова не были в состоянии описать то, как божественно он смотрел в данный момент. Она чувствовала себя так, словно выиграла супер–джек–пот в лотерее. Мужчина, предложивший самую высокую цену за ее «вишенку», выглядел, как самый грандиозный подарок Санты, и, как исполненное желания крестной–феи, – в одном флаконе. Мало того, что он поцеловался, как на Новый год и на четвертое июля. Каковы были шансы? Она Ему нравилась, в этом нет никаких сомнений.
– Джан?
– Да?
– Можешь дать мне несколько минут, чтобы подготовить себя?
– Конечно, Cara.
Она улыбнулась и встала.
– Пятнадцать минут, а затем следуй за мной в ванную комнату.
– Валенна?
– Да?
– Ты, хотя бы ...
– Что?
– Ты, хотя бы, видела раньше член, правда?
– Да. Множество.
– Серьезно? Живой член?
Она сглотнула, ее щеки загорелись.
– Только на картинках и в порно клипах, но я знаю, как они выглядят, не волнуйся. – легкомысленно сказала она.
Джан неровно выдохнул.
– Dio, как ты выжила в Голливуде? Это почти невозможно!
Она надменно подняла на него бровь.
– Джанфранко, ты меня оскорбляешь?
– Нет, Cara mia. Нет.
– Тогда почему ты выглядишь так, словно практически жалеешь о покупке моей «вишенки»?
Он коротко рассмеялся, покашливая.
– Это не сожалеющий взгляд. Я просто ... Я нервничаю.
Она улыбнулась ему.
– Нервничаешь? Разве я не должна быть единственной, кто это чувствует? Я здесь девственница.
– Я именно так себя чувствую прямо сейчас.
– Почему это?
Он пожал плечами.
– Я действительно не помню, чтобы раньше лишал кого–то девственности.
Ее глаза расширились.
– Никогда?
– Не могу вспомнить ни одно раза, иначе я бы прямо сейчас вызвал на помощь свой пережитый опыт.
– Ох, так ты девственник в «срывании вишенок»! Добро пожаловать в клуб!
Она разразилась приступом хохота. Ее совершенные груди размера «С» подпрыгивали, когда вздымалась ее грудь, заставляя его член становиться твердым, если это вообще было еще возможно.
– Валенна, заткнись. Я сейчас собираюсь скинуть свои трусы.
Она перестала смеяться, выпрямившись в ванной, и смотрела на него, ее глаза сияли от предвкушения.
– Хорошо.
Расстегнув свои джинсы, он наклонился, чтобы пихнуть их вниз по своим ногам. Джан снова медленно выпрямился в полный рост, затаив дыхание.
Ее глаза упали на середину его туловища и там застыли, а затем расширились, пока не стали столь же огромными, как у совы.
Такая реакция у женщин была для него обычным делом, но за ней, как правило, следовали вздохи благоговения, затем визг восторга и волнения. Тем не менее, те женщины не были девственницами. Все они хотели, чтобы большие, первоклассные члены вытрахали из них дерьмо.
А сейчас, он боялся, что эта маленькая девственница испугается до смерти, зажмет свои ноги и не позволять ему войти, или еще хуже, с криками выбежит за дверь, потому что даже он знал, что это чудовище эрекции, которое он прямо сейчас выставлял напоказ, сделает ей больно. Он чувствовал себя таким большим, и ему казалось, что кожи на его копье не достаточно для того, чтобы удержать его свирепый стояк. Впервые в своей жизни, он хотел иметь член поменьше. По крайней мере, только в этот раз.
– Вот твой живой член. – пытался он ее дразнить.
Она несколько раз сглотнула, ее глаза были прикованы к его члену.
– Аполлон. – прошептала она.
– А? – он только что услышал, как с ее губ сорвалось имя какого–то мужчины? Имя другого мужчины?!
Тогда она воскликнула:
– Я так и знала! Ой. Мои. Чертов. Бог. «Аполлон–11»!
На мгновение он был ошеломлен.
– «Аполлон–11»?
– Именно, ВОТ ЭТО! Как ты называешь эту огромную штуку, которая взлетает самостоятельно?
«Аполлон»...
Он расхохотался. Ее фигура речи была уморительной. Cazzo, он был настолько возбужден, а она заставила его покатиться со смеху. Его член никогда раньше не был описан, как космический корабль.
Она опустилась на колени в ванне, чтобы получше его рассмотреть, пузырьки цеплялись за кончики ее крепких, полных грудей. Чертовски горячо, его пальцы чесались от желания сжать этих красавиц.
Она поманила его пальцем.
– Иди сюда.
Он привык к тому, что был единственным, кто дает указания. В том обществе, где он вращался, женщины знали его по репутации. Он был недвижимой силой. Все они прилагали усилия, чтобы привыкнуть и приспособиться к нему. Все они приходили к нему на его условиях. Он брал то, что они предлагали, они без жалоб брали то, что он мог им дать, и без вопросов их оставлял, когда больше не хотел, чтобы они были рядом. Не имело значения то, чем они зарабатывали на жизнь, или какими были их жизненные обстоятельства. Наследница, супермодель или стриптизерша высокого класса – все они, на его взгляд, были одинаковыми, просто уходящими любовницами.
В спальне, королем был он.
Эта американская женщина его не знала. У нее не было о нем никаких предвзятых представлений.
Неожиданно, это было для него глотком свежего воздуха. Валенна заставляла его ощущать странные чувства и вести себя таким образом, что полностью противоречило его личности и образу жизни. И все это за два дня.
Он подошел к ней, останавливаясь у края ванны.
Она пялилась на его член, словно это было самое увлекательное, что она когда–либо видела.
– Вау. – произнесла она практически почтительным тоном, а ее глаза засияли от благоговения.
Он молча поблагодарил богиню «членов» там, на верху, за то, что не заставлял ее испугаться, потому что он действительно в ней нуждался прямо сейчас. Он не мог дождаться, когда себя в нее вонзит, почувствует ее теплую, влажную тесноту, обхватывающую его, как перчатка.
– Ты не боишься этого? – спросил он в то время, как она продолжила пялиться.
Она даже не взглянула на его лицо.
– В какой–то момент меня должны «чпокнуть». Я надеялась, ради себя, что у тебя удобный, карманный швейцарский нож, но, в конечном итоге, у тебя ЭТО – итальянский меч!
Он ухмыльнулся, находя очаровательным ее словарный запас, любопытный микс шика и улицы.
– Космический корабль и меч. Мой член никогда не хвалили так творчески, Cara mia.
Она вздрогнула.
– У меня нет выбора, кроме как принять его, не так ли? Всего его?
– Да, у тебя нет выбора, кроме как его принять, но не бойтесь, Piccola. Я обеспечу, чтобы ты, по крайней мере, несколько раз отправилась на небеса, прежде чем я в тебя войду. – Merda, это прямо поэзия. Ее чувство юмора быстро отразилось на нем.
Она снова покраснела, но ее глаза были озорными.
– Могу я его потрогать?
Он слегка выпятил свои бедра.
– Это все – твое, Piccola. – сказал он, молясь о самоконтроле. Он протекал, его яйца были плотными и набухшими, требуя освобождения.
С осторожностью, ее указательный палец слегка прикоснулся к сверкающей куполообразной верхушке. Он сделал рывок своим членом.
Она завизжала и отскочила.
Он усмехнулся.
– Так волнительно с тобой встретиться, полностью. Еще более волнительно, чем встретиться с твоей киской.
Хихикая, она снова придвинулась ближе. Так близко, что он мог чувствовать ее теплое дыхание на своем стволе. У нее были маленькие губы, но такие восхитительные, нижняя губа была чуть полнее, и находились они в нескольких дюймах от него. Ему было интересно, сможет ли она открыть их достаточно широко, чтобы вместить его размер. Она тебе сказала, что раньше не глотала член. Ее губы такие же девственные, как и ее киска, похотливый ты кабель. Не волнуйся. Мысль о том, что все, что они будут делать сегодня ночью, было практически ее первым опытом, заставила его почувствовать себя королем горы. В его возрасте, он предпочитал женщин, знавших все грязные ходы в постели, которые соответствовать бы его опыту и выносливости.
Этот опыт в «распаковывании», который он переживал с Валенной, был для него в новинку, но требовал все его терпение и самообладание, что было не маленькой задачей, учитывая, что ее любопытство несло его на грань.
Неуверенно, ее пальцы кружили по его стержню, словно это был хрупкий фарфор. Легкое касание послало больше крови к его паху. Он втянул в себя воздух, все его тело стало жестким. Это просто потрясало, он буквально пульсировал в ее руке.
– Сожми его. – приказал он.
Ей не нужно было повторять дважды. Ее пальцы плотнее обхватили его длину, сжимая.
– Ааах, Cara mia, это так чертовски хорошо!
Другая ее рука придвинулась, чтобы помочь. Теперь обе ее ладони были обернуты вокруг его стержня, и он пульсировал, словно в ее руках было его сердце.
– Ух ты! Это так... прикольно, вау! – ее лицо пылало от удивления, как у ребенка, который только что открыл новую, увлекательную игрушку.
– Валенна... – простонал он, сжав кулаки.
– Он такой горячий ... и живой!
Она двигала своей рукой ... вверх и вниз.
Dio!
Он смотрел на ее руки, расположенные на его члене. Ее маленькие пальцы едва могли покрыть его окружность, но она обрабатывала его всеми своими десятью пальцами, и они скользили, терлись и двигались вокруг него с удивительным мастерством.
– Уверена, что ты раньше не трогала член? – он не мог не просить ее. Мысль о том, как она делает это другому мужчине... Нет, он не будет об этом думать.
Она ухмыльнулась ему и облизала губы.
– Есть ли еще какой–нибудь способ, чтобы с этим поиграть? Я не держала раньше член, но это не трудно. Кожа такая упругая, такая твердая и все же такая шелковистая. В тот момент, когда ты к нему прикасаешься, твоя рука не сможет не тереть его таким образом. – она сделала это снова ... и снова.
Cazzo! Так хорошо!
Он хотел сказать ей, чтобы с этого момента она даже и не думала касаться любого другого члена, но прикусил язык. Опасная территория. Осложнение, которого он определенно не хотел. Она была просто перевалочным пунктом, очень дорогой версией, но тем, что ему ужасно было нужно. Сегодня ночью он доставит себе удовольствие, а к утру двинется дальше.
– О, Джан, я думаю, что он все еще увеличивается!
Извергая проклятия себе под нос, он осторожно убрал ее руки от своего паха. Он не хотел, чтобы его снаряд взорвался на ее лицо. Это произойдет внутри ее девственной киски.
Джан присоединился к ней в ванне, наполненной ароматной водой. Может быть, теплая вода немного уменьшит его эрекцию, чтобы продержаться немного дольше во время этой необходимой прелюдии. Она подалась к другому концу, когда он высвободил для себя место. Ванна была удобной для пар. Разведя ноги, он вздохнул, почувствовав, как расслабляются его напряженные мышцы. Он был таким напряженным, когда она к нему прикасалась.
Между ними поднимался пар. Он почувствовал, как его нервы немного расслабились, за что был благодарен. С Валенной он был похож на высокооктановый гоночный автомобиль, работающий без перерывов. Только его гениальное вождение удерживало его от того, чтобы он со всей дури не врезался в какую–нибудь стену.
– Итак, что же мы будем делать дальше?– спросила она.
– Сидеть здесь и отдыхать.
Ее брови соединились.
Его забавлял разочарованный взгляд на ее лице.
– Так жаждешь потерять свою «вишенку»?
Она пожала плечами.
– Ну, это не я потратила 50 миллионов долларов.
– Будь уверена, что я знаю, как хорошо их потратить. Внутри этой неизведанной территории.
Еще один румянец. Он задавался вопросом, как она могла так краснеть и говорить самые возмутительные вещи, которые ни одна нормальная женщина не сказала бы мужчине, которого недавно встретила. Но опять же, Валенна Джонс не была обычной женщиной. Сейчас он мог это видеть очень хорошо. Такое очаровательное противоречие. Как правило, он был проницательным, если дело касалось языка тела женщин, но Валлена продолжала бросать ему крученые мячи. На самом деле, она заставляла его чувствовать себя неуклюжим школьником. Ни одна женщина не выбивала его из колеи таким образом, с тех пор, как в возрасте пятнадцати лет он впервые излил свою похоть в рот женщины постарше.
– Я забыла принести с собой сертификат от своего гинеколога. – она закрыла рот и захихикала. – Это кажется таким убогим. Сертификат, подтверждающий девственность.
– Нет необходимости.
– На самом деле?
– Я узнаю достаточно скоро.
– Как? У тебя не было девственниц, ты сам сказал?
– Совершенно верно. Не было ни одной. Это будет очень уникальное чувство, отличное от всего, что я испытывал раньше.
Она кивнула.
– Хорошо. Я также хочу научиться кое–чему посредством этого приключения.
Она играла с пузырьками на поверхности бурлящей воды.
– Например?
– Как доставить удовольствие мужчине.
– Почему, после того, что произойдет, ты тотчас же собираешься изучать это более детально? – это был глупый вопрос, о котором он пожалел, как только его задал.
– Не тотчас же, в конце концов. Ворота моей чувственности, так сказать, наконец–то будут открыты. Я не хочу возвращаться к той женщине, которая не знала, как удовлетворить своего мужчину, так что я была бы очень признательна за несколько советов от тебя, моего первого любовника. – она одарила его знойной улыбкой.
Ее слова послужили причиной того, что внутри него произошло что–то странное. Его кишки болезненно скручивались от эмоции, которую он не хотел назвать. Merda.
Он скрестил ноги.
– Иди сюда. Откинься на меня своей спиной.
Она подползла к нему и повернулась, пока не оказалась сидящей между его ног.
Он выпрямил ноги и притянул ее к себе на колени, она извивалась.
– О мой, я могу тебя чувствовать!
На самом деле, его стержень лежал прямо посреди расщелины ее сексуальной задницы.
– Прекращай извиваться, или он порвет твою девственность под водой, а это не закончится хорошо, учитывая, что это твой первый раз. Ложись.
Она откинулась назад, пока ее голова не оказалась лежать в сгибе его шеи.
– Расслабься, Piccola.
– Ммм... – промурлыкала она и комфортнее на нем устроилась.
Он взял жидкое мыло для ванн и налил достаточное количество на свои ладони, размазывая по ним мыло. Затем обхватил ее полные груди, которые просто выглядывали над водой.
– О! – выдохнула она. – Джан…
– Совет номер один. Я – визуал. Я возбуждаюсь из–за сексуальной женщины.
Он нежно массировал ее грудь. Черт, оригинальные запчасти. Он не чувствовал ни одной неопознанной летающей тарелки, расположенной в этих горах–близнецах. Он их массировал, прижимал друг к другу, покрывал твердые полушария своими ладонями. Такие чертовски красивые.
– Что для тебя значит «сексуально»?– выдохнула она.
– Доверие очень сексуально. – он сам себя удивил, сказав это. Джан был доминантом, и первая вещь, которую он ломал в женщине, приходящей к нему в постель, была иллюзия того, что она могла его сексуально контролировать. – И сиськи, которые я могу сжать, как эти, не опасаясь, что я что–то здесь сломаю.
Она хихикнула.
– Сжимай все, что хочешь. Они не взорвутся.
– Никогда ничего сюда не клади. Или я убью твоего врача. – он катал ее соски между своими большими и указательными пальцами, осторожно за них потянув. Такие отзывчивые маленькие клубнички, ему не терпелось их облизать и пососать.
– Оооо мой бог, это ощущается так хорошо. Я не знала, что мои соски могут быть такими чувствительными.
Ее ответ заставил его захотеть потереть ее клитор и посмотреть, как она отреагирует. Он не знал, что ознакомление девственницы с основами может быть таким приятным. Слышать ее благоговейное затрудненное дыхание и хриплые вздохи открытия, сделало стоящей каждую секунду его задержки.
– Я не могу поверить, что ты даже не мастурбировала.
– Это странно?
– Это не только странно. Это практически невозможно, учитывая твой образ жизни. Тебе никогда не было интересно?
– Было. Я на самом деле пыталась это сделать несколько раз, но ...
– Да?
– Я не знаю. Предполагаю, что чувствовала себя виноватой или что–то такое. Просто, мне было неудобно это делать. Плюс, я всегда, с самого раннего возраста, была занята своей карьерой. Я не взрослела, как нормальная девушка. Редко была одна, всегда в окружении людей, мне едва хватало времени на себя. Большую часть своей жизни я делила комнату со своей сестрой, пока она не потребовала свою собственную комнату.
– Хорошо ей. Вероятно, она обнаружила свою кнопку удовольствия.
– Ты так думаешь?
– А что думаешь ты? – он одновременно ущипнул ее за оба соска, сдавливая сильнее, представляя, что оба великолепных полушария были переполнены молоком. Cazzo, почему мысль о ее буферах, наполненных молоком, так его заводит? Странно.
– Оооо, мои соски ощущаются, как провода под напряжением!
– Куда они направляются в данный момент?
– Вниз…туда. О боже, это хорошо, Джан. Можешь всегда так делать?
Он усмехнулся.
– Я могу сделать гораздо больше, Piccola. Почувствуй это. – пока одна его рука была занята ее буферами, он скользнул другой вниз по ее мягкому, плоскому животу, кружа вокруг ее пупка, потом вкручивая свой мизинец в крошечное отверстие. Это заставило ее безостановочно тереться своей задницей о его эрекцию. – Совет номер два, меня заводит то, что я завожу тебя. Мне нравится слышать, как ты говоришь о том, как тебе нравится то, что я делаю для тебя.
Его рука прокралась между ее ног.
– О! – она тут же сжала свои ноги, заперев между ними его руку.
– Раскрой свои ноги, Piccola. Дай мне почувствовать то, что сегодня ночью принадлежит мне.
– Извини, инстинкт. Никто меня там раньше не трогал. – она снова медленно раздвинула свои ноги.
Он прижался к ее шее.
– Рад знать. Мне не нравится мысль о каком–то неловком придурке, касающемся тебя здесь. – он обхватил ее голую киску. – Dio, ты здесь такая мягкая, Cara mia. Такая гладкая. Такая изящная.
Его пальцы дразнили ее губы, массируя их мягкость.
Ее таз начала вращаться, протираясь сильнее о его руки.
– Это ощущается хорошо, Piccola? Хочешь, чтобы я чуть больше потер твою киску?
– Да, о, да! Джан, пожалуйста!
Его средний палец скользнул между ее складок, находя клитор.
Он с шипением выдохнул. Она там пульсировала, так чертовски горячо. Несмотря на воду, он мог чувствовать ее липкие выделения. Он бы хотел, чтобы она так же текла для него позже, покрывая этой влагой весь его член.
Сейчас пять его пальцев работали вместе, чтобы ее ласкать, скользя вверх и вниз по шелковистой щели, чувствуя много плоти. У нее была такая сочная киска. Именно такая, как ему нравилось.
Он одновременно работал своими пальцами над ее сосками и клитором.
Сейчас она извивалась на его коленях, мучая его член.
– О мой Бог, это всегда так хорошо?
Он поцеловал ее в щеку.
– Лучше. Это становится только лучше и лучше, Cara mia.
Он касался края ее маленькой дырочки, девственного маленького отверстия. Попытался просунуть в нее палец.
Она ахнула, когда почувствовала вторжение.
– Джан! Ммм…
Cazzo, такая маленькая. У нее вообще есть отверстие? Конечно же, есть. Нетронутая дырочка. Вскоре он войдет в эти ворота ее рая и проложит через них туннель, теряясь в нем.
Хорошо, этой прелюдии было достаточно. Он не хотел взорваться в воде.
– Давай, Piccola.
Она реагировала медленно.
– А?
Он встал из ванны с ней на руках. Она прижималась к нему, когда вода стекала с их тел.
Он вышел из ванны и заставил ее сесть на бортик. Схватил полотенце и досуха вытер ее тело. Они оба пахли каким–то фруктовым дынным ароматом, который она добавила в воду.
Она прикоснулась к его груди, пробежав ладонями по его грудным мышцам, направляясь вниз к кубикам его пресса.
– Боже мой, ты такой твердый ... везде!
Она снова смотрела на его член.
– Не прикасайся к нему. – предупредил он. – Я еще не хочу кончить.
Вода не рассеяла его эрекцию. А лишь только усилила ее. Он никогда не видел, чтобы его член оставался таким твердым в течение столь длительного времени. Он стоял между ними, словно кинжал, готовый нанести удар.
– Я чувствую себя ребенком. – мечтательно пробормотала она, когда он нажал полотенцем между ее ног.
– Да, действительно, моя самая драгоценная Piccola достойна пятидесяти миллионов долларов. – он побежал полотенцем вниз по ее стройным ногам. Под мягкими галогенными лампами ее кожа сияла здоровьем. Она была не белоснежной, а полностью покрасневшей из–за загара. Именно так, как он и хотел.
– Кстати, это ведь не облагается налогом?
Он покачал головой, усмехаясь.
– Dio, Валенна, у тебя дерзкий рот.
– Что, это был практичный вопрос.
Он поцеловал ее в нос.
– Да, это не облагается налогом. Теперь, ты готова?
– Я была готова с прошлой ночи. Проснулась сегодня утром, мечтая о тебе. А еще, у меня были мокрые трусики.
– Cazzo, более, чем дерзкий рот.
– Что ты с ним собираешься делать, большой мальчик?
– Валенна Джонс, ты в секундах о того, чтобы тебя проткнул член, размером с космический корабль, и тебе лучше не быть плаксой.
Она ударила его по заднице.
– Ты слишком много говоришь. Давай уже перейдем к этому!
Он рассмеялся, довольный тем, что сейчас она была настолько расслаблена, что это успокаивало и его нервы. Он не мог поверить в то, что так чертовски нервничал.
