Текст книги "Миллиардер и поп-дива (сборник) (ЛП)"

Автор книги: Ив Монтелибано

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 11 страниц)

– Лучше скучно, чем раздражающе.

 Она медленно улыбнулась и начал печатать.

– Что ты печатаешь?

– Добавляю новые факты.

– Какие новые факты?

– О тебе ... хмм, привлекающую внимание связь с женщиной.

– И кто эта женщина?

– Подожди ... – она закончила печатать и нажала кнопку «Сохранить».

– Вот! – она подняла ноутбук, чтобы он мог прочитать то, что она набрала.

В этом году Джанфранко попал в заголовки, как тот, кто выиграл торги в самом обсуждаемом аукционе в истории аукционов, аукцион «Чпокнуть девственность поп–дивы», согласно которого певица Валенна Джонс отдала свою «вишенку» Джану за колоссальную сумму в размере 50 миллионов долларов.

 Он разразился смехом.

– Я не могу поверить, что ты это написала.

– По крайней мере, ты сам громогласно заявил об этом факте на моей пресс–конференции.

– Cara, ты сумасшедшая. Теперь у меня есть новое название на моей «Вики», отличное от водителя–чемпиона. Чпокатель вишенок. У Вайноны будет сердечный приступ, когда она это увидит. У нее уже был припадок, когда я ворвался на твою пресс–конференцию. Она сказала, что мои все мои рекламные контракты будут отменены, и она будут надрывать свою задницу в течение многих лет, чтобы покрыть затраты.

– Кто такая Вайнона?

– Мой публицист и бизнес–менеджер.

– Ой. Я просто пошутила. Я сейчас все удалю.

– Нет, оставь это.

– Конечно же, мы не можем оставить это там. Я просто прикалывалась, это глупо!

– Нет, давай оставим все, как есть. В любом случае все об этом знают.

– Ты уверен?

– Да. Это тот факт, которым я очень горжусь и история, которую я хотел бы запечатлеть на моей «Вики».

– Ммм, Окей. – гордость в его голосе безумно ее веселила. Это был окончательный комплимент. Он был горд ее «вишенкой». Это было похоже на обрамление в рамку ее девственной крови и выставление ее в его семейном музее. Даже лучше. На его «Вики»! Блин! Эпично!

 Он обнял ее сзади, переплетая их пальцы.

– Итак, как ты находишь парней?

– А ты не слишком молод, чтобы назваться Padrino? Это означает «Крестный отец», не так ли?

– Я сказал им об этом, но они не слушали.

– Я предполагаю, это потому что они очень сильно тобой восхищаются.

 Он хмыкнул, словно смутился.

– Хм, а может быть, они фантазируют о том, что работают на миллиардера босса мафии.

 Он прижался к ее шее.

– Я думаю, что ты слишком одержима идеей о моих связях с мафией. Это тебя заводит?

 Она вздрогнула в притворном ужасе.

– Пожалуйста, я не хочу, чтобы меня выслеживало ФБР. У меня достаточно проблем с Налоговой.

– Что с Налоговой?

 Она вздохнула, вспоминая о своем финансовом затруднении.

– Мой бывший бухгалтер не задекларировал огромный процент моего подтвержденного заработка в течение двух лет. Можешь ли ты поверить в некомпетентность некоторых людей, которым ты платишь хорошие деньги, чтобы упростить для себя некоторые вещи? Теперь Налоговая хочет, чтобы я заплатила все сразу.

– Это отстой. Сколько ты должна Налоговой?

– Значительную сумму, с которой сейчас все улажено. Мне не нужно беспокоиться. Теперь у меня есть твои деньги, чтобы заплатить, так что... – пошутила она.

– Просто скажи мне, если тебе нужна помощь.

– Действительно? – она была удивлена, и довольна тем, как он отреагировал на ее шутку. Она предполагала, что миллиардеры не беспокоятся о миллионах. Пятьдесят миллионов долларов, вероятно, для него просто разменная монета. – Это так любезно с твоей стороны. Есть ли у тебя привычка предлагать погасить долг своей любовницы?

– Нет. Предложение только для тебя.

– Почему только для меня?

– Потому что ты заставляешь меня смеяться. Много. Никто не заставляет меня смеяться так, как это делаешь ты.

 Она почувствовала, словно ее грудь разорвется от внезапного давления эмоций, которые росли внутри нее. Этот мужчина знал, как соблазнить словами. Какая женщина не почувствовала бы себя безвольной, как легкомысленное желе, услышав подобное? Ее глаза наполнились слезами, и она старалась быть легкомысленной. – Это так щедро с твоей стороны, но у меня достаточно денег в банке, спасибо. Вот дерьмо!

– Что…?

– Я просто поняла, что в один прекрасный день, очень скоро, газетчики ударят по мне этим фактом. Как только у них закончатся вещи, чтобы написать обо мне, как только они досуха выжмут все из рассказа об аукционе, они подадут все под другим углом. Именно эту информацию они могут использовать! Я чувствую это!

– Кажется, ты слишком хорошо знаешь папарацци.

– Что еще ты ожидал? Я прожила с ними в течение десяти лет. В моей профессии, они необходимое зло. Они поддерживают твою популярность, но ты должна принять их сторону. Но я буду сражаться с ними из–за этого. Я собираюсь сделать свой проект «Art for Freedom» очень публичным. Даже превратить его в реалити–шоу. Я могу заработать больше денег для проекта и показать общественности в процессе, как я трачу каждый пенни из твоих 50 миллионов долларов.

– Ты только что придумала телешоу, в то время как мы обсуждаем твой долг Налоговой?

 Она рассмеялась.

– Вроде.

 Он поцеловал ее в макушку.

– Ты – гений.

– Они могут называть меня разными именами, но никак не мошенницей.

– Как ты собираешься потратить эти деньги, это твое дело, Cara. Ты заслужила это, отдав свою девственность, это не было пожертвованием. Здесь нет никакого обмана.

– Ну, просто чтобы убедиться ...

– Я думаю, что они не собираются использовать эту информацию. У них есть дойная корова погорячее, которая продержится в течение некоторого времени, и заработает больше денег ... то есть, если ты хочешь, чтобы это длилось в течение некоторого времени.

 Она затаила дыхание.

– И ... что это? – спросила она мягко.

– Мы.

Была ее очередь молчать. Ее сердце наполнилось надеждой. Он на самом деле просил ее быть его ...

 Не–а.

Но он только что сказал «мы». Это означало, отношения определенного сорта. Правильно?

 Бред.

 Она ждала, чтобы он продолжил, но он также молчал, как будто ожидая ее ответа. Теперь настало его время, чтобы сказать волшебные слова, черт побери! Почему он просто категорически не попросит ее быть его девушкой?

 Но, возможно, он не имел в виду именно это. Может быть, он просто хотел еще одного продления, чтобы иметь больше секса с ней. Что еще это может быть?

 Проходили секунды, он молчал, а она боялась, что он мог принять ее молчание за отрицательный ответ. А она бы не отвергла то, что тоже ужасно хотела. Боже, помоги ей, но она хотела, а также нуждалась в том, чтобы провести с ним больше времени.

 Она медленно повернулась к нему лицом.

– Ммм ... Я тоже об этом думала.

 Сейчас его глаза были непроницаемыми. Она сразу поняла. Он думал, что она отвергает его. Черт, он был чувствительным.

– О чем?

– О нас.

– Да?

Она опустила глаза на его грудь.

– Это сексуальная вещь ... это все ново для меня. Это словно гигантский парк развлечений с большим количеством веселых аттракционов.

Он ничего не сказал. Именно тогда, когда она хотела, чтобы он говорил, он этого не делал. Не честно!

– Я думала... Я должна попробовать все аттракционы. Я попробовала несколько, и мне понравилось... очень ... но я еще к ним не привыкла и до сих пор немного боюсь пробовать другие. Но так как я уже здесь ... – ее рука проникла под его рубашку, чувствуя его тепло. – Я должна изучить каждый уголок этого... парка. Я должна попробовать все, протестировать все... пока я не буду полностью удовлетворена.

Она нерешительно встретилась с ним глазами, тоже боясь. Что если она просто самонадеянная?

Его губы приняли форму блаженной улыбки.

– Ты очень хорошо используешь слова, Рiccola. Я тоже хочу исследовать с тобой парк. Каждый уголок. Каждый аттракцион.

Она улыбнулась, ее грудь переполнилась облегчением и радостью.

– Окей. Итак... как же мы будем действовать?

Он нежно прикоснулся к ее щеке.

– Мы разберемся по пути. У нас много времени.

Она кивнула.

– Да. Много времени.

– Хотя, есть аттракцион, который я бы протестировал с тобой сейчас.

Ее глаза загорелись. Игривый тон в его голосе вернулся.

– Что это?

Его ухмылка была испорченной.

– Это называется «Якорь».

– Что он делает?

– Он качается и подкидывает тебя вверх и вниз.

 Она облизала губы.

– О, я бы с удовольствием поездила на этом ... «Якоре».

 Он усмехнулся и поцеловал ее.

 Затем он поднял ее, чтобы она оседлала его колени, словно она ничего не весила. Скорость, с которой он ее вытащил, показала его огромную силу.

Она почувствовала его под собой, уже вздыбленного от возбуждения, тыкающегося в нее.

– О, это тот якорь, о котором ты говорил?

– Что ты думаешь? – он поднял вверх ее таз, пока его руки сжимали ее за бедра, чтобы сильнее прижать ее к его эрекции. В любой момент, его член мог просто пробить отверстие в его штанах и далее в ее трусиках, таким твердым он ощущался. Она не хотела, чтобы между ними были какие–либо барьеры.

Ее руки направились к его ширинке, освобождая из заключения его член.

– Вот он, мой якорь. – промурлыкала она, сжимая толстое основание. Он пульсировал в ее руке, его жар опалял ее ладонь. – О, Джан, я тебя хочу.

Его руки легли ей под юбку и сорвали с нее тонкие, кружевные трусики. Она задохнулась, когда дергающее движение на мгновение ужалило ее кожу, но затем его искусные пальцы развели губы ее киски, касаясь ее отверстия, распространяя ее влажность по всем ее складкам.

– Бля, ты так легко промокла, крошка. Это для меня?

– Я намокаю, просто думая о тебе, и это происходит каждую минуту.

Одно предложение, и он был готов взорвать свой заряд внутри нее. Dio, он не был легко возбуждающимся мужчиной. Он трахнул слишком много женщин, и его безответственные дни давно закончились, но теперь, один ее жеманный взгляд, и он был твердым, как скала, и когда она начала так говорить, словно она не могла получить достаточное количество его, Джана, он просто хотел быстро попасть внутрь нее. Сейчас он был таким чертовски твердым, что не понадобится много времени, чтобы он потерял контроль.

Он сжал основание своего члена и потер головкой ее клитор.

Она сходила с ума, терлась своими бедрами, пытаясь пронзить себя его шестом.

– Скажи мне, что ты хочешь меня.

– Я тебя хочу. Сейчас, Джан, пожалуйста.

Он поднял ее на ноги, чтобы она нависала над ним.

– Потрись своей киской о мое лицо. Я хочу тебя попробовать.

Ее глаза показали ее скромность под лунным светом.

– Джан…

Улыбаясь из–за ее застенчивости, он подцепил своей рукой ее ногу и поднял ее, положив на свое плечо. Она задыхалась из–за того, что была вынуждена удерживать на нем равновесие.

– Теперь, подними свою юбку и покажи мне мою чертову киску.

На этот раз ей не нужно было повторять дважды. Запах ее капающего влагалища довел его до крайности. Сладкая и свежая. Dio, он мог есть ее вечно. Он плескался в ее сочной щели, дегустируя ее, всасывая этот комочек взрывных нервов, пока она не начала кричать в ночи, практически разваливаясь на части.

 Он остановился.

– Нет! – завизжала она.

– Объезжай меня. – приказал он.

Через мгновение эта крошка снова его оседлала, на данный момент, взяв контроль на себя.

 Он опустил голову на лежак, позволив ей взять бразды правления.

 Она схватила его за член и направила его к своему входу.

 Бля, она была горячей, а он был в нескольких дюймах от извержения.

 На этот раз, она смогла пронзить себя его стержнем. Еще она выкрикивала, когда он растягивал ее тугое–как–кулак отверстие, но она опускалась на его шест, ее маленький жадный канал проглатывал его целиком, окружая его своим теплом, лаская его от основания до кончика своими сладкими стенками.

– Черт, Валенна ... ты ощущаешься такой... Ты не имеешь представления, насколько хорошо это ощущается, детка.

 Затем она его объезжала, подпрыгивая на его коленях, ублажая себя на его члене, используя его.

 Он толкнул вверх эластичный топ, в который она была одета, освобождая ее груди. Они подпрыгивали выше его лица, когда она скакала на его члене. Захватывая ее соски поочередно своим ртом, он всасывал ее, а ее влагалище еще плотнее стискивалось вокруг него, и он не думал, что сможет продержаться еще дольше.

 Джан схватил ее за бедра, врезаясь в нее на высокой передаче, сверля ее, как он на самом деле хотел.

 Она завопила:

– О боже, о боже, о боже...!

 Он опустился на колени на лежаке, и держал практически весь ее вес на своих руках, быстро пронзая ее под таким углом, который бы неоднократно ударял по ее точке G. Она развалилась на части в его руках, трясясь, словно провод под напряжением, ее влагалище терлось о его член в подчинении. Dio, он собирался, к чертям, умереть от гребаного сердечного приступа из–за слишком сильного удовольствия.

 С воплем, он взорвался, стреляя своей спермой глубоко, глубоко внутри нее.

 Он обнял ее, держась за нее, словно она была его спасательным кругом, когда вся его оболочка тряслась и содрогалась от неистовства его освобождения.

 Он опустился обратно на лежак, утягивая ее с собой, лишенный всех сил.

Но он чувствовал себя возродившимся. Он уже чувствовал, как регенерировало его тело, каждый его дюйм покалывал, как счастливый, довольный клиент.

Такой. Бля. Возвышенный.

Теперь он боялся.

Если он будет таким каждый гребаный раз, то он не знал, как много он будет ее потреблять, прежде чем он, наконец–то, сможет сказать, что с него хватит.

Чтоб. Меня.

Валена вздохнула в полном удовольствии, когда наслаждалась после очередного разрушительного восторга в руках своего любовника.

 Боже, это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.

 И во что же она только что сама себя втравила?

 Она только что подписалась на неясный безо всяких условностей сексуальный роман с Джанфранко Золдатти.

 Могла ли она на самом деле справиться с такой сделкой, как эта?

 Могла ли она справиться с таким мужчиной, как он?

 Секунды спустя, ее сомнения были уничтожены его поцелуями на закате.

 Чтоб. Меня.

** Конец**