Текст книги "Тайными тропами"

Автор книги: Ирина Ильина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

Глава XI

Как хорошо дома!

Кажется, мама всерьез решилась взяться за мое воспитание. Как-то вечером я случайно услышала ее жалобы отцу:

– Только и делает, что бегает, снежки, коньки да лыжи, больше никаких интересов!

– Но учится хорошо, читает много, в компьютере лучше меня разбирается, – возражал отец.

– В подружках у нее мальчик ходит! Ни одной девочки. Ни в школе, ни во дворе, – продолжала напирать мама.

– Ну и что, что мальчик, – не соглашался папа, – они же с пеленок вместе. Радоваться надо, что есть настоящий друг.

– Ничего не умеет! Уже большая девочка, а навыков никаких.

– Научи ее щи варить.

– Как же! Будет капусту шинковать, пальцы порежет.

– Ну, милая, не споткнувшись, не пойдешь, – засмеялся папа.

– Ты так безразличен! – возмутилась она, – тебе все равно, какая у нее будет судьба?

– Научи ее вязать, – отмахнулся он.

Со следующего дня началось рабство. Мама по дороге с работы купила пряжу, спицы, а дома усадила меня на галеры, то есть на диван рядом с собой и заявила:

– Вера, пора научиться работать руками.

– Я ими пишу и держу ложку, – огрызнулась я.

– Этого мало, будем вязать. Давай куклу, я покажу, как снимать мерки.

Я вспомнила своих голых кукол. Как объяснить, куда делись их одежки?

– Мам, давай без кукол, а? Лезть за ними на антресоли, потом снова прятать!

– А что же мы вязать будем? – растерялась она.

– Носки свяжите, – подсказал папа, отрываясь от газеты.

Долго мама показывала, как набирать петли, как вязать лицевую, как изнаночную. В ее руках так уютно лежала нить, как только пряжа оказывалась у меня, она становилась скользкой и непослушной, путалась, выпадала, а спицы царапали пальцы. От злости я искусала губы, но это мало помогло в овладении сложным ремеслом вязания. Несколько вечеров были бездарно потеряны, но я осилила пару рядов, и стало что-то вырисовываться.

– Вот, умничка, – обрадовалась мама, – завтра с утра еще повяжешь, так и научишься!

Утром, понимая, что лучше сколько-то поработать, взяла ненавистный клубок, села на диван и, чуть не плача, начала вязать, путая лицевые и изнаночные петли. Это я потом поняла, что путала, а сначала казалось, что все неплохо получается, я даже к ниткам стала терпимей относиться. Упражнялась с полчаса, потом – надоело. С чистой совестью, – я же трудилась! – бросила вязанье в плетеную корзинку и достала свою шкатулку.

В номере Минкуса не было никого. У гномов царила тишина, будто все куда-то ушли. Не было видно ни детей, ни взрослых. То же запустение у эльфов. У нано на посту оставалась моя команда, но и они спали. К амфи я заглянуть через шкатулку не смогла. Почувствовав неладное, не раздумывая, забыв предупредить Сергея, достала туфельки, надела их и оказалась в совершенно незнакомом месте.

Огромный хрустальный дворец. Наружные стены, совершенно гладкие, были прозрачны, за ними плавали рыбы, морские коньки, осьминоги и кальмары. Вот и знакомый дельфин, он уперся носом в стену и улыбался. Дворец стоял на морском дне. По песку ползали огромные морские звезды, в такт течению кивали роскошными гривами актинидии, какие-то колючие черные шарики быстро передвигались между кораллами, которые переливались яркими красками. Видимо, был день.

Внутренние перегородки, искусно изрезанные резцом мастера, за счет множества граней и отражающихся в них лучей света, теряли свою прозрачность, становились растушеванными. Вся мебель в комнате тоже была хрустальной. Здесь стояли маленькие столики, диванчики, на хрустальных подставках – хрустальные подсвечники, журчала, подкрашенная во все цвета радуги, вода в разнообразных хрустальных маленьких водопадах. Все здесь казалось произведением высочайшего искусства. Подсвечники и водопады сделаны в форме рыб, дельфинов, актинидий. Кроме этого, вдоль стен стояли выполненные из хрусталя скульптуры олимпийских богов.

Сверкающие грани стен уходили высоко вверх, сводчатый потолок тоже был прозрачным, и я видела днища проплывающих над дворцом кораблей. Я пожалела, что не позвонила Сергею, а сбежала без него. "Но я же так испугалась за друзей!" – пыталась себя оправдать.

Послышались легкие шаги. Вошла красивая женщина в полупрозрачном, бело-голубом длинном складчатом хитоне, подпоясанном золотым ремнем, заколотым на плечах золотыми с перламутром брошами. Ее длинные волнистые волосы цвета спелой пшеницы были схвачены золотой лентой.

– Здравствуй, Вера! Я – Амфитрита, жена Посейдона. Ты погостишь у нас? Мы с мужем очень тебе благодарны, ведь это ты спасла нашего дельфина?

– Не совсем я, там были еще мой друг Сергей, двое нано – Минкус и Гери. А еще Волчок, Барсик, Орлик, Дракоша. Нам помогали нимфы. А, главное, – Гея.

– Не скромничай, Вера, если бы ты не попала в Фэйритэйл, не было бы и твоих друзей. Давай присядем, – предложила она.

Амфитрита указала на два кресла около столика. Когда мы сели, хозяйка позвонила в хрустальный колокольчик, вошли две нимфы с подносами в руках.

– Угощайся, Вера! Мы знаем, ты очень любишь нектар. А еще мы приготовили для тебя фрукты.

Я поблагодарила радушную хозяйку, взяла чашку, попробовала. "Дриопа готовит нектар лучше, – подумала, – этот имеет странный горьковатый привкус, будто в кофе забыли добавить сахар". Повисло напряженное молчание, пить этот нектар не хотелось, но было неудобно просто поставить точеную хрустальную чашку на стол. Отхлебывая понемногу слегка горьковатый напиток, я разглядывала плавающих за стенами рыб. Вдруг рыбы исчезли, замерли звезды, а актинидии ускорили свое движенье. Со дна усилившимися потоками стал подниматься песок.

– Это Посейдон, – просто сказала Амфитрита.

Через несколько минут стремительной размашистой походкой вошел высокий голубоглазый мужчина с серебряно-золотыми кучерявыми волосами, длинной бородой, в просторном ярко-синем хитоне с золотым трезубцем в руках.

– Верочка! – воскликнул он радостно, – мы так мечтали об этой встрече! Мой дельфин много о тебе рассказывал! Мы хотим, чтобы ты у нас отдохнула, пожила. Ты же любишь море?

– Море я люблю, но остаться надолго не могу. У меня же родители! Они будут переживать. Нет, час – два, не больше!

– Ладно, ладно, девочка! Там видно будет, пока я тоже выпью нектара, и пойдем кататься на дельфинах. Ты каталась на дельфинах?

– Нет!

Я даже задохнулась от счастья! Какое приключение! Снова кольнула совесть: надо было зайти за Сергеем! Зря поспешила. Торопливо допила остатки нектара, уже почти не ощущая горечи, взяла протянутую Посейдоном руку и вышла с ним из дворца. Как странно, я на морском дне, но не задыхаюсь, не тону, дышу полной грудью! Удивленно посмотрела на Посейдона:

– Не бойся, сейчас ты дышишь, как морские боги.

К нам подплыли три дельфина в золотых упряжках. Усаживаясь на спину одному из них, беря в руки золотую уздечку, увидела, что на мне хитон из тонкой ткани цвета морской волны, подпоясанный серебряным ремнем. Моему восхищению не было конца! Все трое взмыли вверх, на поверхность, началась удивительная гонка. Солнце блестело на золотых и серебряных брошах, на усыпанной драгоценностями упряжи, брызги воды создавали множества радуг, быстрота дельфинов вызывала радостное чувство полета.

Гонка закончилась вничью возле подводного хрустального замка. Счастливые, мы прошли в обеденный зал. Там тоже все было хрустальным. Прекрасные нимфы подали обед. Что это были за блюда, я не знала, но все было невероятно вкусным! После еды в соседней зале пили нектар, я удивилась, что он имеет чуть горьковатый вкус. Раньше я пила такой сладкий! Только где?

Вдоль дальней стены стояли в ряд несколько арф. Океаниды сели к инструментам, и начался удивительный концерт. Завораживающие звуки наполнили залу, в середину выплыли нимфы и закружились в танце. Высокое сопрано зазвучало на фоне музыки. Восхитительные звуки и танцы привели меня в священный трепет.

– Вера, пора спать, – тихо произнесла Амфитрита.

Она подала мне руку и отвела в спальню. Посреди комнаты стояла кровать под балдахином из тончайшей полупрозрачной ткани с длинной серебряной бахромой. На хрустальной кровати лежала толстая перина и гора подушек. За стенами замка было темно. Я сразу заснула, а утром проснулась счастливой и отдохнувшей. Нимфы помогли мне надеть хитон, проводили в обеденную залу, где Амфитрита и Посейдон уже ждали меня.

– Сегодня ты будешь кататься на морских коньках, – сказал Посейдон.

– Ты довольна? – спросила его жена.

– О да! – восхищенно воскликнула я.

После завтрака и чашечки удивительного, слегка горьковатого нектара, к дверям дворца подкатила карета. Это была огромная перламутровая раковина, запряженная цугом морских коньков. Я села, взяла в руки вожжи. Вчерашние гонки еще свежи были в памяти, но решила не торопиться. Разглядывая коралловые рифы, удивительных медуз и рыб, слегка поводила вожжами, и послушные коньки поворачивали вправо или влево. Подплывали океаниды, протягивая мне драгоценные камни, поднятые с морского дна. Я радовалась каждой встрече, каждому камешку. Вдруг моя раковина захлопнулась, а коньки рванули, что было сил. Сквозь маленькую щелку увидела погоню – за нами гналась огромная рыбина, возможно, акула. Если коньки не смогут оторваться, конец! Но тут перед мордой кровожадной охотницы сверкнул золотой трезубец. Акула испугалась, быстро развернулась и исчезла в толще воды. Раковина открылась, коньки встали, рядом был Посейдон:

– Какая вредная рыбина, – произнес он, – всех извести их, что ли?

– Ой, не надо, – взмолилась я, – пусть живут! Я не буду далеко заплывать!

– Уговорила, Вера, пусть живут! Ты добрая девочка! Возвращайтесь во дворец. Я тоже скоро буду.

Во дворце Амфитрита уже ждала меня. Она расспрашивала, где я каталась, что видела. Узнав о встрече с акулой, ужаснулась и успокоилась, когда услышала, что Посейдон успел прийти на помощь:

– Надо быть осторожней, Вера! Далеко не отплывай, хорошо, что Посейдон оказался близко.

– Договорились, не буду заплывать далеко.

Вечер прошел, как вчера. Ложась спать, я почувствовала какое-то беспокойство. Мне надо было что-то вспомнить, но – что? Так и не разобравшись в своих неясных ощущениях, заснула. Утром во время завтрака спросила:

– Можно мне покататься на дельфине?

– Конечно, только недалеко.

Дельфин уже ждал. Я взобралась ему на спину, и мы всплыли на поверхность. Посмотрев вокруг, удивилась – вода, вода, легкие барашки пены на волнах, чайки, пикирующие вниз. Суши не видно. "Суша, что означает это слово? – подумала, – раньше я слышала его?" Мне стало неприятно, будто что-то важное забыла. Вдруг услышала:

– Вера? Ты здесь?

Ко мне стремительно приближался полупрозрачный, прохладный юноша на коротких легких крыльях. Я не успела его ни о чем спросить – дельфин нырнул в воду и понесся стремглав ко дворцу. Амфитрита встретила у дверей.

– Что-то случилось? – спросила она.

– Там был Зефир, – ответил дельфин.

– Зефир? Какое знакомое имя! Мне кажется, я где-то его слышала. Может, я его знаю? – заволновалась я.

– Не может быть, – коротко ответила Амфитрита, помогая мне спуститься с дельфина.

– Но он обращался ко мне по имени! – возразила я.

– Не удивляйся, тебя знают в Фэйритэйл многие, – ответила Амфитрита, – не стоит волноваться, пойдем, Вера.

– Странно, а кто я?

– Ты наша дочь.

– Не может быть!

– Почему?

– Не знаю, но моя мама другая. И папа тоже!

– Пойдем, Вера, выпьем нектар.

Мы прошли в залу, сели к маленькому столику, нимфы подали нектар. Я сделала глоток и подумала: "Горчит, кто-то готовит лучше, но кто?" Допив нектар, сразу захотела спать:

– Амфитрита, я пойду, посплю, – почти засыпая, сказала я.

Войдя в спальню, увидела странных синих человечков за хрустальной стеной, они стучали, делали мне какие-то знаки, извиваясь всем телом. "Удивительно, но, кажется, я где-то их видела. Что со мной, что с моей памятью?" – напряженно думала я. Потом забралась на кровать с ногами, сжала виски ладонями и застыла, пытаясь вспомнить, где видела этих человечков. Ничего не вспомнила. Вернулась к прозрачной стене, там уже никого не было. Тогда я легла в постель, но сон, который пытался свалить меня еще полчаса назад, куда-то исчез. Я лежала, разглядывая складки и бахрому балдахина над головой. Вдруг послышался шорох и рядом со мной на кровати появились два странных маленьких существа. Прямо на глазах, к моему удивлению, они увеличились в размерах. Что-то знакомое было в обоих.

– Кто вы? – растерянно спросила я.

– Вера, я – Сергей, это – Минкус. Мы пришли за тобой, надо торопиться, ты здесь уже третьи сутки, пойдем!

– Мы с вами знакомы? – снова я задала тот же вопрос.

– Вера, нет времени, понимаешь, совсем нет времени! – торопили меня они, – сейчас вернется Посейдон!

Еще не понимая, что происходит, я сразу поверила этим двоим:

– Что делать?

– Уходим тропой нано, – ответил тот, что назвался Сергеем.

Они взяли меня за руки, мы странным образом уменьшились и провалились в хрустальную кровать, последнее, что я видела в оставляемом мною дворце – испуганные лица нимф. Вот мы и в каком– то номере. Я с удивлением разглядывала все вокруг, чувствовала: бывала здесь раньше, видела мебель, картины, камин. Я знала здесь все, знала мальчика и молодого мужчину, но кто они? И где я? В комнату вошла красивая женщина с подносом, на котором стояли чашки с нектаром.

– Здравствуй, Верочка! – обрадовалась она.

– Дриопа, она ничего не помнит! – с отчаянием произнес тот, что назвался Минкусом.

Дриопа поставила на столик чашки.

– Сейчас, попьем нектар и будем вспоминать, – спокойно произнесла она.

Когда я сделала первый глоток, подумала: "У Амфитриты нектар горчит, а здесь – сладкий!" И тут я все вспомнила!

– Сколько времени я там пробыла? Как все получилось? Как вы меня нашли? – я засыпала своих друзей вопросами.

– Вера, я пришел к тебе, как мы и договорились, – начал Сергей, – звонил, звонил, а ты не открывала. Я точно знал, что ты должна быть дома. Знаешь, почувствовал что-то неладное, вернулся к себе, тропой нано прошел в твою комнату.

– Ты сам ходишь тропами нано?

– Да ты тоже можешь, – вмешался Минкус, – только не пробовала делать это сама. Ты же уже не раз так ходила!

– Правда? Продолжай, Серый!

– Ну вот, я увидел открытую шкатулку, в ней нет твоих туфелек, заглянул сюда, нигде никого нет. Я понял, что все у амфи, и отправился туда путем нано. Но там не было ни тебя и никого, кроме самих амфи. Я испугался, и той же тропой пришел сюда. Мы все встревожились, стали искать тебя. Но поиски оказались напрасными.

– Нас очень насторожило, – вмешался Минкус, – что океаниды перестали появляться в наших водах, что исчезли дельфины. Тогда мы попросили Зефира полетать над морем. И в один из дней он заметил тебя на дельфине. Сразу понял, что ты его не узнала.

– Тут подключились амфи. Они же дышат под водой, как рыбы. Эти маленькие смельчаки подобрались ко дворцу Посейдона, пытаясь достучаться до тебя. Они нам рассказали, что ты и их не узнала. Пришлось нам с Минкусом идти тропой нано. Вот и вся история, – закончил Сергей.

– А дома все в порядке? Сколько там прошло времени?

– Полные сутки, – усмехнулся Сергей, – вместо нас там нано. Вчера твои родители ничего бы не заметили, если бы Юн не связала целый носок. Но она девушка умная, выкрутилась, объяснила, что очень старалась, зарабатывала бонусы. Поверили. А мои вообще ничего не поняли. Айи весь вечер пролежал на диване с книжкой, что очень на меня похоже.

– Сама посмотри, – засмеялась Дриопа, указывая на зеркало.

Я подошла, в зеркале моя комната, на диване сижу я и старательно вяжу носок.

– Как похожа!

– Ну это легкое колдовство, – развеял мое удивление Минкус.

– А как же я оказалась у Посейдона? Почему я не попала к вам?

– Посейдон и Амфитрита – боги, им многое доступно! – вздохнул Минкус, – как-то заколдовали твою шкатулку.

– А память, я же все забыла?

– Наверное, травы, добавленные в нектар, – предположила Дриопа.

– Возможно, – поддержала я, – нектар Амфитриты был слегка горьковат. Нам не пора? Надо отпустить на волю Юн и Айи.

– Да, конечно, пора, но как ты себе представляешь появиться дома в дорогом хитоне? – рассмеялся Минкус.

– Что же делать?

– Вернуть твою одежду обещал Меркурий, – сказал Сергей.

– Расскажи, как там, у Посейдона, – попросила Дриопа.

Мой рассказ прерывался восхищенными возгласами дриады. Она не могла представить ни хрустальный дворец, ни прогулки в раковине, запряженной морскими коньками. Наконец появился Меркурий:

– О, девочка Вера уже здесь? И я принес ее одежду. Но не просто так, вы же понимаете? Я обещал вернуть хитон. Ведь он шит золотом!

– Да, да, дорогой Меркурий, я сейчас.

Выхватив из его рук свою одежду, побежала в ванную и услышала вслед:

– Наконец-то меня назвали дорогим, наконец, признали мои заслуги!

Когда я переоделась и вышла, рядом с Меркурием на подоконнике сидел Зефир.

– Прости меня, Зефир, что я тебя не узнала!

– Конечно, Вера, я понял, что морские боги тебя опоили забудь-травой!

Отдав хитон Меркурию, попрощавшись с друзьями, мы ушли тропою нано. В комнате, встретившись с собой, я так растерялась, будто и не знала, что меня ждет Юн.

– Вера, тебе придется закончить носок, – вывела она меня из замешательства.

– Постараюсь, – ответила я, – спасибо!

Нано исчезла в стене, я взяла недовязанный носок. "Что тут делать?" – подумала и услышала, что открылась входная дверь. Бросив вязанье, побежала в прихожую. Мама снимала пальто, я прижалась к ней, такой нежной и любимой:

– Мама, я забыла, как вязать дальше!

– Узнаю свою дочь, – рассмеялась мама, – а то – как подменили девочку! Не волнуйся, я все тебе еще раз объясню! А не хочешь, так брось его вообще!

"Как хорошо, как тепло дома!" – подумала я радостно, прижимаясь к ласковой и мягкой, настоящей маме.

Глава XII

Утомительная слава

Утром Сергей позвонил:

– Как ты?

– Ничего, нормально. Не могу довязать этот дурацкий носок!

– Потом довяжешь.

– В этом ты весь, Серый! Я же ничего не могу оставить на потом.

– А что там, в шкатулке?

– Боюсь даже заглянуть туда сама. После вчерашнего. Заходи, посмотрим.

Уже через пять минут Сергей был у меня. Шкатулка лежала в ящике там, куда я ее положила. Брать шкатулку в руки было боязно: а вдруг опять попаду, куда не надо. Поборов страх, взяла шкатулку, открыла. Радостное лицо Дриопы окончательно успокоило:

– Вера, Сережа! Срочно к нам! Нас ждет королева! Бал через час, вас еще и одеть надо!

– А без нас нельзя? – спросила я.

– А что вам мешает?

– Недовязанный носок.

– Глупость, какая! Носок! Это не может тебе помешать! Посмотри на него, – нимфа весло улыбалась.

Я оглянулась: спицы быстро-быстро двигались, закрывая петли.

– Да, – сказал Сергей, – умеешь ты вязать!

Мы рассмеялись, я схватила туфельки, Сергей взял меня за руку, и вот мы в номере Минкуса. На диване заботливо разложено платье Золушки, рядом костюм принца. Дриопа в дорогом хитоне, украшенном искусной цветочной вышивкой, застегивала сандалии. Минкус перед зеркалом завязывал галстук. Пара выглядела экстравагантно: сероглазая брюнетка в роскошном древнегреческом наряде и стройный, в строгом черном костюме, светловолосый нано. Я невольно залюбовалась ими. Сергей в это время с удивлением разглядывал разложенные на диване одежды:

– Вер, ты это наденешь?

– Конечно. А что?

– А мне надо влезть вот в это? – он указал пальцем на костюм принца.

Дриопа и Минкус замерли на мгновенье, потом подошли к нам:

– Тебе не нравится? – испуганно спросила дриада.

– Ну, как сказать, – замялся Сергей, – пока лежит – ничего, но надевать я это не буду.

– Что же делать? – растерялся Минкус.

– Не знаю, может, – Сергей кивнул на костюм Минкуса, – что-то такое?

– Это возможно, – облегченно вздохнул Минкус, – пойдем.

Они вышли, Дриопа помогла мне одеться, я заплела косы, прилетели цветные бабочки-заколки. Вернулись Минкус и Сергей. В строгом черном костюме с тонким галстуком, казалось, Сергей стал взрослей и выше ростом. Придирчиво осмотрев друг друга, мы вышли из номера, спустились вниз, сели в карету. Солнце просвечивало между крышами дворцов, создавая иллюзию ажурности и легкости. Кроны деревьев устремлялись ввысь, разделяя солнечные лучи на множества тонких лучиков. Из открытых окон лились звуки музыки, город жил радостно и счастливо.

Во дворце сначала мне показалось все, как прежде: та же лестница, тот же шут, превращающийся в Пана и плачущий на ступеньках, та же анфилада роскошно украшенных зал, но потом что-то странное, лишнее, сразу не понятное. Меня даже охватило беспокойство, однако, через минуту все поняла: я никак не ожидала увидеть во дворце амфи. А это были именно они! Три маленьких синих человечка стояли около дальней стены тронной залы. На них была необычная одежда – белые хитоны до пят и широкие рубахи с длинными рукавами.

– Минкус, здесь – амфи?

– Да, королева установила с ними дипломатические отношения. Гери служит королевским послом. Сами амфи долго находиться в столице не могут: им нужна вода и пещеры, поэтому их послы меняются каждые полгода. Они боятся прямых лучей солнца и прячутся в длинные одежды. Сейчас их много и в городе. Ходят по лавкам, посещают оперу.

Я видела, с каким восхищением смотрел вокруг Сергей. Трон так же был повернут спиной к залу.

– Прекрасная королева, Мифиона Первая! Я выполнил приказ, – громко произнес Минкус.

Трон повернулся. На этот раз королева предстала в образе Геры.

– Здравствуй, мудрая и отважная девочка Вера! Так вот какой твой друг! Я пригласила вас, чтобы наградить за смелость, умение помочь друзьям, когда им плохо, когда даже взрослые мои подданные опускали руки! Ваши подвиги воспевают наши поэты. Что же можно подарить вам? Долго думала я и придумала!

Мифиона хлопнула в ладоши, и в залу вошли две нимфы, с подносами в руках. На каждом подносе лежала маленькая тоненькая веточка с вялыми листочками. Нимфы встали позади нас.

– Каждому из вас я дарю по веточке лимона. Дома вы посадите их в землю и поставите на окна. Они будут цвести и плодоносить. Если вам потребуется помощь, оторвите листик, и мы придем. Когда будете срывать лимон, загадайте желание, только не используйте никому во вред, иначе росток погибнет.

Мы низко поклонились прекрасной королеве и поблагодарили за щедрый подарок.

– И еще, я бы хотела, чтобы вы попадали к нам только по радостным поводам! Хватит уже бед!

После этих слов трон повернулся спиной к залу, мы вышли. Дорога обратно была так же коротка, как и в первый мой приход к королеве. В номере Минкуса я с сожалением сняла платье, оделась в свою одежду. Сергей тоже переоделся и стал знакомей и ближе. Потом мы пили нектар. Минкус много рассказывал об амфи. Оказывается, у них целая система пещер, и теперь они заселили и ту, в которую когда-то заманили дельфина. Выбрали мудрого вождя и мирно уживаются с соседями. Гери оказался очень хорошим послом. Наша неспешная беседа стала потихоньку увядать. Пора было собираться домой. Когда мы уже прощались, в окно влетел Зефир:

– Вера, Сережа! Погодите, меня прислал Посейдон. Он переживает, что заставил тебя страдать. И очень рад, что у тебя такие хорошие друзья. Понимаешь, Посейдон думал, что ты станешь счастливее в роскоши подводного царства, теперь он понимает, что ошибся. Вот, возьмите! Эти раковинки не простые. Но что они могут и как, вы должны догадаться сами.

– Спасибо, Зефир! Передай Посейдону, что я совсем не обижаюсь! Жаль только, что со мной не было Сережки. Думаю, что он с удовольствием покатался бы на дельфине, правда, Серый?

– Ничего, вот поступлю в мореходку, наплаваюсь тогда! – улыбнулся Сергей.

Зефир улетел, мы, распрощавшись с друзьями, ушли домой. Посадили лимонные веточки в маленькие горшочки, которые мама приготовила для рассады. Были последние дни каникул, и мы решили покататься на коньках. Во дворе почти никого не было, одна малышня с санками на маленькой, сделанной добрым дядей Васей, горке. Нагонявшись друг за другом, нападавшись и жутко устав, хотели уже возвращаться домой, когда услышали дикий визг. Вопли раздавались сверху. Мы увидели, что с балкона летела вниз маленькая девочка. Сергей сорвал с себя пальто, мы растянули короткое пальтишко в руках, понимая, что вряд ли это спасет ребенка и подбежали под балкон.

– Эх, сорвать бы листик, Зефир бы прилетел! – воскликнула я.

– Точно, – ответил Сергей, – но веточки в комнате.

В этот момент полупрозрачный, озябший бог легкого ветерка подхватил падающую малышку и аккуратно положил ее в растянутое нами пальто, и исчез. К нам уже бежала растрепанная и перепуганная мать девочки. Увидев свое дитя в руках Сергея, завернутое в его пальтишко, живое и невредимое, упала в обморок у наших ног. Сбежались все, кто был во дворе. Кто-то поднимал мать, кто-то забрал у Сергея девочку, потом женщину, рыдающую и прижимающую к себе дочь, повели в подъезд. Мы остались.

Рядом стояли еще растерянные мамаши со своими малышами и дворник.

– Ребята, вы настоящие герои! – сказал с уважением дядя Вася, – оденься, простынешь.

Сергей натянул пальто. На нас навалились усталость и слабость. Еле перебирая ногами в неудобных коньках, мы вернулись домой. На подоконнике лежал сорванный листик.

– Кто же его сорвал? – спросил Сергей.

– Не знаю, может – Минкус?

– Вряд ли, он бы не успел. Как странно, и Зефир прилетел. Только мы подумали, как все получилось.

– Да, если бы не Зефир, девочка разбилась бы!

– Не знаю, не знаю! – услышали мы голос от окна.

В форточку заглядывал, дрожащий от холода, Зефир.

– Скорее к нам, ты же мерзнешь! – воскликнул Сергей.

Зефир воспользовался предложением, и в комнате сразу стало прохладно.

– Я почему прилетел: вы зря сомневаетесь в себе, обращаться к колдовству надо тогда, когда положение безвыходное, напрасно не расходуйте листики, ладно?

– Хорошо, но как листик оторвался?

– А это вы должны понять сами, – лукаво произнес Зефир и исчез.

А вечером на нас навалилась всей своей тяжестью слава. К нам шли и шли: и родители, бабушки, тети и дяди спасенной девочки, и милиционеры, и представители городского телевидения, и члены городской думы. Все представлялись, представлялись, благодарили моих родителей за то, что воспитали прекрасную дочь, потом шли к Сергею, и там все начиналось сначала. Честное слово, мы устали от этого паломничества. Когда же оно закончилось, закончились и каникулы. В школе на общей линейке нас похвалили и все забылось. Только иногда кто-то из ребят дразнил нас: "Пара героев, что ходят строем".

Такова она – слава! Сначала громкая и радостная, потом обидная, но всегда утомительная.