Текст книги "Мой любимый хулиган (СИ)"

Автор книги: Иоланта Палла

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)

34. Больная

Мне не нравится контроль. Отчитываться тоже не царское дело. Мама – исключение.

Имеет право, но Стрельник…

Мало того, что Бэтмен, действительно, провожает меня до двери, так еще и потом закидывает сообщениями. Содержание смсок лишь определениями различается, а смысл один – когда я закончу?

А я сама без понятия…

Работа кипит. Мероприятие заканчивается, и стрелки часов переваливают за полночь. Я все натираю до блеска каждую тарелку. И хоть подмогу кинули. Нет. В одиночку дышу парами моющего средства и пытаюсь удержать веки на месте, потому что они норовят сомкнуться. Телефон в очередной раз вибрирует, оповещая о сообщении, и я закатываю глаза. Угораздило же связаться с настырным парнем!

Нет бы домой отправиться! Он, судя по активности, находится где-то поблизости.

Хотя сама мысль о том, что Стрельник ждет меня, пугает до чертиков.

Непривычно. Страшно. Волнительно. И хочется его увидеть.

Задумавшись, чуть не разбиваю тарелку. Кожа покрывается липким потом. Еще не хватало вкинуть половину заработанных денег за нанесение ущерба.

Через пару часов с чувством выполненного долга покидаю стены ресторана. Стараюсь быстрее, чтобы Галя не вручила мне пакет с едой. Если Стрельник меня ждет, то будет стремно. Ничего такого нет в том, что я беру оставшуюся еду. Это же не с тарелок у гостей собрано. Но тем не менее я решаю в этот раз не тащить ничего с кухни. Получив конвертик, двигаю в раздевалку, а потом на улицу. Ветровку застегиваю уже на ходу.

С часто бьющимся сердцем смотрю по сторонам, но спорткара нигде не вижу. Странно…

Так активно меня закидывал сообщениями, а теперь исчез.

Усмехаюсь своей глупости. Зачем ему меня ждать?

Наверное, нашел вариант поинтереснее. Ему есть, с кем провести время. Желающих хоть лопатой откидывай.

Пожав плечами, ежусь от порыва ветра и иду вперед. Открываю приложение, чтобы вызвать такси, как раз на повороте за здание, и врезаюсь в парня. Еле удерживаю телефон в руке.

– Осторожней, красавица, – хрипит, скалясь.

За ним стоит еще один. Лица не видно. Темно. Капюшон скрывает половину. Делаю шаг назад и в сторону, чтобы пройти, но они преграждают мне путь.

– Пропустите, – голос звучит ровно и спокойно, чего не скажешь о поджилках.

Они-то трясутся. И плохое предчувствие затапливает грудную клетку, будто едкой кислотой.

– Торопишься? – первый противно улыбается.

Лицо у него такое, как у маньяков. Шрам на левой щеке. Короткие волосы. И запах. Бухие черти.

– За мной парень сейчас приедет, и лучше вам с ним не пересекаться.

Блеф чистой воды, но нужно же как-то от них избавляться.

– Все вы так говорите, – хватает за запястье и тянет на себя, – а потом оказывается, что цену себе набиваете. Может, сразу к делу приступим.

– К де… делу? Каком делу? – дергаю руку и отворачиваюсь.

Противно жуть просто.

– Повеселимся, вот к какому, – грубо толкает к стене.

Второй без слов преграждает возможный путь побега. Вот тут-то паника уже полностью овладевает моим телом. Зубы стучат друг о друга, и дрожь такая, словно меня в морозильную камеру кинули.

– А я не хочу.

– Так мы тебя и не спрашиваем, – придвигается ближе, а мне хочется врасти в стену.

Нужно биться с ними до потери пульса. Я ведь могу. Все лучше, чем быть униженной.

И когда чужие руки лезут под ветровку, я начинаю брыкаться. Получаю по лицу. Слышу отборный мат и визг тормозов около нас. Глаза ослепляет свет фар, ну а знакомый голос и вовсе вытесняет из реальности.

– Свалили!

– Слащавый решил себя показать, – от меня отступают.

Но страх не проходит. Их двое, а Стрельник один…

– Лена, в машину, – рычит, стреляя в меня злобным взглядом.

– Так это твой парень, красавица, – смеется урод, – ничего. С ним разберемся и уделим тебе внимание.

– Я сказал, – Рома сжимает кулаки, глядя на меня, – села в машину. Быстро.

И вид у него… Такой… Как у дикого зверя перед нападением.

Сглатываю и передвигаю ноги в сторону спорткара.

Сейчас его побьют из-за меня.

Чувство вины перекрывает доводы рассудка. Я открываю дверь, но не сажусь, потому что вижу под сиденьем Стрельника знакомую рукоять. Тянусь к ней.

Точно!

Вытягиваю из-под сиденья биту и улыбаюсь, как безумная.

Пока я отвлекаюсь, парни уже начинают махать кулаками. Рома сцепляется с разговорчивым, а второй хочет ударить его исподтишка. Крыса!

Побегаю к нему и трескаю по спине. Не сильно. Я же не дура. Но получается переключить его внимание на себя.

Страшно до икоты. Что и происходит, после того, как я замахиваюсь битой и ору во все горло:

– Я – больная! Бегите, пока не поздно!

35. Психиатрия

– Всё-всё, отпусти, – Стрельник пытается забрать биту из моих рук, но они, как приклеенные. – Ладно, понял, – усмехается, приобнимает за плечи и толкает к машине, потому что самостоятельно я вряд ли с места сдвинусь, несмотря на то, что пару минут назад махала битой и дрыгалась так, будто меня током шарахнуло.

Бережно усаживает меня на пассажирское сиденье, где я начинаю осознавать весь треш произошедшего. Сердце срывается с места и выдает такие биты, что любой музыкант позавидует. Сотрясает все тело от них, словно меня швырнули на дискотеку к одной из колонок.

– Удивила ты меня, Сирена, в очередной раз, – Рома садится за руль.

В салоне загорается свет, и я смотрю на биту в своих руках, потом на Стрельника. Вид, видимо, у меня говорящий. Роман тянет руки к орудию и вопросительно поднимает бровь, когда забрать ее снова не получается. Еле как разжимаю пальцы. Вижу кровь на его нижней губе. Невольно застываю взглядом на ссадине.

– Вот так лучше, – убирает биту опять под сиденье, – если честно, даже я испугался, – истерично усмехаюсь с его тона.

– У тебя кровь, – указываю на губы.

Улыбается. Тянется и проводит подушечкой большого пальца по уголку моих губ.

– У тебя тоже, – скрипит зубами, а я чувствую легкое жжение.

Не заметила, когда получила по лицу. Вот как действуют страх и адреналин.

Рома достает влажные салфетки из бардачка и вытирает кровь сначала мне, а потом затрагивает и свою рану. Вручает мне стаканчик с какао. Опять. На колени кладет коробку с чем-то очень вкусным. Ошарашенно взираю на его дары.

– Тебе вроде понравилось, – пожимает плечами. – Попробуй, – кивает на колени, – клубника в шоколаде – горьком, молочном, белом и с орешками. Какой больше нравится?

Глаза так широко раскрываются, что я становлюсь похожа на комичного персонажа из мультика. Что точно смешит Стрельника. Я испугалась до смерти, особенно его адской стороны, а он изволит надо мной потешаться, причем открыто, не скрывая своего приподнятого настроения.

– Жуй, – открывает коробку и запихивает мне в рот клубнику в молочном шоколаде. – Хах, – улыбается, пока я изображаю хомяка, ведь ягодка огромная, и мои щеки тут же увеличиваются в размере. Чудесно…

– Надо было мне ответить на сообщение, – хмурится.

Настроение Бэтмена резко меняется. Он сжимает стаканчик с какао и жадно делает глоток.

– М-м-м… – мычу, прожевывая сладость.

Вкусно до отвала носа. Честно.

– Больше туда не пойдешь, – выдает, и моя челюсть отвисает.

Вовремя ее подбираю, чтобы изо рта ничего позорно не вывалилось. Проглатываю.

– Пойду, потому что это единственная работа, которую я могу себе сейчас позволить и потерять ее не могу.

Сжимает челюсти, прищуривается и подается вперед.

– Мало? Хочешь еще раз нарваться на таких ублюдков? – каждое слово, будто выплевывает.

Поджимаю губы. Нет. Не хочу. Мне бы от этой схватки отойти и состыковать милого и опасного Стрельника в одну личность.

– То-то же, – отворачивается, пьет какао.

– Я не из вредности это делаю, а из-за необходимости. Мне нужно матери помочь. Она вкалывает на двух работах и уже не вывозит.

Шумно выдыхает.

Ему не понять, что некоторым нужно убиваться на работе, чтобы прожить. Как побитая собака, смотрю на клубнику. Даже эта сладость наверняка влетела ему в копеечку. И если на моем бюджете отразиться подобная покупка, то на его вряд ли. Плечи опускаются.

– Могу взять тебя к себе охранником, – произносит вполне серьезно.

Поднимаю голову.

Парни сбежали, когда я разоралась и начала махать битой. Покрутили около виска прежде, чем скрыться за зданием. Так себе характеристика для резюме.

– Не боишься? Я же больная.

– Не страшно. Моя психиатрия твою уже приняла, как родную, – вгоняет в краску, заправив выбившуюся прядь волос мне за ухо. – Но работенку придется сменить, Сирена.

36. Родина ждет

Роман

Лежу пластом на кровати. Таращусь в потолок с идиотской улыбкой на побитом лице. Костяшки ноют. Губу саднит. В груди вибрирует.

И думаю я вовсе не о том, как мог начистить физиономии тем шакалам, а о Сирене. Ее испуганные глаза и грозный вид, с которым она активно махала битой, впечатались в память и не хотят исчезать.

Мне нравится эта девчонка.

Чем?

Не похожа на других. Ее порывы искренние. Она не пытается мне понравится и не стыдится выглядеть смешно или глупо.

Что бы на ее месте сделала другая?

Спряталась бы в машине, охала и ахала, может, даже всплакнула бы и восторгалась тем, что я всех побил такой вот «молодец» во всех смыслах этого слова, но не Потапова.

А как она клубнику жевала…

Чёрт!

Переворачиваюсь на живот и вжимаюсь лицом в подушку, чтобы прогнать прочь иллюзию, которую подкидывает мне гнусная фантазия. Издевательство…

Тянусь к телефону, захожу в переписку с Леной и вижу, что чертовка тоже не спит.

Меньше часа прошло с того момента, как я отвез ее домой.

Сбежала без лишних сантиментов, а я и не держал, хотя хотелось ее потискать и ощутить тепло девичьего тела.

Нажимаю кнопку вызова. Должна ответить. Она не будет мариновать, а в лоб скажет…

– Что тебе надо, Бэтмен? На часы смотрел? Ой, подожди, – хмыкает, – угадаю. Соскучился по мне? – говорит с ехидством, а я еще больше растягиваю губы в улыбке, да так, что рана трескается сильнее.

Провожу по ней языком и чувствую привкус крови. Черт.

– А ты обо мне думала, поэтому не спишь? Угадал, – лыблюсь, представляя, как смешно Сирена сейчас морщит нос, а может и глаза закатывает, хотя нет, последнее не про нее.

Скорее всего прищуривается и представляет, как меня душит.

Я бы даже пожертвовал своей шеей, чтобы ощутить прикосновение тонких пальчиков. Р-р-р.

– Угадал. Вспоминала, какой ты надменный.

– И беззаботный, – хмыкаю.

В связи с последними событиями ее высказывание задевает не так сильно, как в первые минуты.

– В общем, я тут решил, что буду возить тебя до рестика, – сам офигеваю от своего заявления.

На том конце провода возникает подозрительная тишина.

– Ты там вырубилась резко? Чего молчишь?

– Оцениваю твою шутку, а еще ставлю диагноз.

– Какой?

– Биополярочка прогрессирует. То говоришь найти другую работу, то сам ко мне в водители нанимаешься.

Ха-ха-ха.

– Не смешно, Рома.

– Но ты же не согласишься бросить шляться по ночам?

– Мхм, – вздыхает.

Прекрасно понимаю, что не всем так «везет» с богатыми родителями, как нам с братьями, поэтому не наседаю. Хотя хочется.

– Тогда буду тебя отвозить и забирать, ок?

– Ты невыносим!

– Вот и договорились, – криво улыбаюсь.

По грудине растекается приятное тепло. Прикрываю глаза и разговариваю с Сиреной еще около часа, а потом меня вырубает. Кажется, у нас завтра состоится еще одна встреча. И я хочу ее удивить и порадовать одновременно. Хорошие идеи выветрились. Просыпаюсь от шума в коридоре. Отец пытается достучаться до меня. Зевая и держа телефон, иду открывать. С некоторых пор предок не знает о том, что такое личное пространство и нагло заходит, когда ему приспичит, поэтому я закрываю дверь на замок.

Впустив отца, просматриваю переписку с Леной. И там странное сообщение.

«Ну ты и козел, Стрельник!»

Не успеваю понять, за что получил такое определение. Батя вырывает айфон из рук.

– Ты чего?

– Научись меня слушать, Роман, – убирает телефон к себе в карман.

– Не понял. У нас что дедовщина пошла?

– Сегодня ты проводишь день с семьей. Телефон получишь позже.

– Да, бать…

– И бать, и мать, и брат, и сват, – кивает на выход. – Приводи себя в порядок. Родина ждет.

37. Не «Камеди»

Роман

– Не проще работников нанять?

Смотрю на Мирона, который закатывает рукава по локоть и усмехается. Комната в его квартире похожа на поле боя. Голые стены, только что переустановленное окно, ванночки с краской, шпатлевка, лопатки и валики.

– Молодец, Мир, – хвалит любимого сына отец, скидывая с плеч свитер. – Уже основную работу сделал.

Проходит вперед, разминает шею, как перед боем.

Складываю руки на груди, прищуриваюсь и прилипаю боком к косяку, не спеша хватать инструменты.

Скриплю зубами.

Я рассчитывал по-другому провести день. С Сиреной, которая словила загон, и я не могу узнать, по какой причине вдруг превратился в парнокопытное.

Злюсь на отца за его рвение соединить семью. Нельзя из невозможного сделать возможное.

– Тебе особое приглашение нужно? – Мирон берет валик и принимается пропитывать его краской.

– Я согласие на эксплуатацию труда не давал.

– Роман, – с нажимом произносит отец, вздергивая бровь.

Я думал, мы в состоянии оплатить ремонт, а не марать руки. Делаю шаг вперед и с тоской смотрю на футболку с автографом известного футболиста. Ей уже пять лет. Лучшее воспоминание с похода на чемпионат.

Снимаю. Оставляю только брендовые спортивные штаны. Мирон усмехается, глядя на меня.

– Че? – огрызаюсь. – Слишком дорогой ремонт будет. Не расплатишься со мной потом.

– Ну-ну, – бесит своим идеальным поведением.

Тоже беру валик, но его из моих рук выхватывает отец. С непониманием таращусь на него.

– Сами хотели, чтобы я работал.

– Да, – кивает в угол, где стоит ведро со шваброй, тряпка валяется рядом. – Твои инструменты на сегодня.

– Шутите? Я не буду полы мыть.

– Будешь, – произносит уверенно батя, принимаясь за дело.

– Заставишь?

Какая-то идиотская шутка, не иначе.

Такого унижения я с детского сада не испытывал. Только там это считалось нормой, потому что ты еще сопливый и жизни не вкусил.

– Привыкай, – Мирон переглядывается с отцом, который с невозмутимым видом занимается покраской потолка.

– К чему?

– К армейским нормам.

– Не понял.

Предок выравнивает спину. Серьезный такой. Аж по спине холодок пробегает.

– Твое поведение и отношение ко всему, в том числе и семье, мне уже вот здесь, – стучит ребром ладони по горлу. – Не хочешь добровольно меняться, я тебя отправлю в казарму, а там будут ломать.

Криво улыбаюсь, воспринимая его речь, как стеб.

Но Мирон качает головой. Батя хмурится. И обстановка не «Камеди».

Стискиваю зубы и кулаки.

Армия – не мое.

Со вздохом беру ведро и иду в ванную, чтобы набрать воды.

38. Козел

Роман

К концу дня я выжат, как лимон.

Пот стекает по спине ручьями. Комната братишки вылизана до блеска, потому что батя включил режим взводного и не щадил меня.

Я-то думал, что квартира Мирона готова к заселению, ведь в прошлый раз меня использовали в качестве сборщика мебели, но они будто издеваются надо мной, подкидывая трудовые будни вместо заслуженных выходных.

Мысли о Сирене всплывают, когда я падаю брюхом в кровать, и я хочу подняться через пять минут, чтобы получить обратно телефон и разобраться с «козлом» от боевой девчонки, вот только организм решает иначе.

Отрубаюсь.

Утро начинается с чашки крепкого кофе и недовольного лица предка. В голове шум, словно я вчера заходил на тусовку к друзьям, а не корячился на новой хате старшего брата.

Избегаю столкновений с его новой пассией и ее родственницей.

Аккуратно и грамотно сваливаю до того, как меня поймают и заставят общаться с девочкой из фильма ужасов.

В школу на своей детке езжу редко. Сегодня как раз такой день.

Зеваю. Вспоминаю, что нужно было сделать по предметам, когда останавливаю тачку во дворе.

Суета вокруг заставляет недовольно скривиться.

Мне бы еще один денек на то, чтобы выспаться. С ночными заездами к ресторану и батиными загонами кажется, что я не спал подряд суток трое.

Жалею, что по пути не купил себе стаканчик эспрессо.

Двойной.

Без сиропа и прочей чепухи.

Такой, чтобы глаза на лоб полезли.

Беру рюкзак, выбираюсь из детки, закидываю на плечо груз и выискиваю среди учеников Потапову.

Никогда никого не выслеживал, а сейчас испытываю желание стать ее персональным сталкером.

Хлопаю по карманам и, скривившись еще сильнее, провожу рукой по лицу.

Так торопился свалить от бати, что забыл про свой конфискованный телефон.

Чтоб тебя!

Встретив пацанов, жму им руки и иду вместе с галдящей толпой в здание.

Первый этаж заполнен учениками. Кто-то тусуется у поста охраны, потому что «дежурный». Некоторые у раздевалки. Мизер трется около окон или расписания, но нигде не вижу Лены.

Зато ее кудрявая подружка с насмешливым взглядом прожигает во мне дыру, и вообще девчонки как-то странно на меня косятся, как будто моя корона внезапно потеряла блеск.

Иду к расписанию, нахожу класс Потаповой и направляюсь к кабинету, где у нее первым уроком проходит химия.

Моя «химия» тем временем вспыхивает от реагентов.

Сирена бросается в глаза сразу своим траурным прикидом и пунцовыми щеками. Налетает на меня, выходя из класса.

– Воу-воу, – улыбаюсь, придерживая ее за талию.

Рад ее видеть чертовски. Аж скулы сводит.

– Пошел к черту! – шипит сквозь стиснутые зубы. – Руки убрал! – жгуче хлопает мне по кистям.

Поднимаю руки в знак капитуляции.

Радость от встречи утихает, потому что Потапова точно не в восторге от моего появления.

– Вот сейчас самое время объяснить, какого черта ты не в настроении, – посмеиваюсь, выдавая остатки положительных эмоций.

Лена опасно прищуривается.

Хорошо, что бита в машине, а не в ее умелых руках.

– Серьезно, Стрельник⁈ – шипит, поглядывая по сторонам. – Не понимаешь⁈

Вопросительно поднимаю брови. Она тянет меня за рукав в сторонку, но от любопытных все равно не спрятаться.

– Я жду.

– Я тоже жду, – прищуривается сильнее. Глаза превращаются в щелки. – Извинений, как минимум.

– Э-э-э, за вчерашний день? Я не смог, извини. Дела нарисовались. Обещаю устроить прогулку в ближайшие дни.

– Сказать, куда ты можешь пойти со своей прогулкой⁈

– Не надо. Направление я понял, а вот причину твоего загона – нет. Поясни.

– Посмотри в телефоне.

– Хм, нет его у меня.

Нервно достает свой, раздувает ноздри, пока ищет что-то в чатах, а потом практически припечатывает мне его в нос.

– Полегче, ну, – беру и смотрю видео, где я и Клемёнов стоим у входа на стадион.

– Закроешь нас в подвале, – отрывки моих фраз. – Я получу свое. – Кадры нашего с ней танца.

По спине ползет липкий и неприятный холодок.

– Уложил ее?

Снова моя рожа на весь экран. Довольная. Пьяная.

– Так точно. И не раз.

В ушах звон. Остального не слышу. Перевожу взгляд на Лену, которая горько усмехается.

– Скажи, что тебя подставили. Ты не при делах, да?

Сжимаю челюсти. Я что совсем на дебила похож?

– Вот поэтому, Рома, пошел к черту, – толкает меня, – козёл!

Проходит мимо, а я тяжело вздыхаю.

И ведь не поспоришь.

39. Обнять и плакать

Роман

– Весело как, – ухмыляется Клемёнов, глядя в экран телефона.

Он, оказывается, тоже был не в курсе того, что происходит в новостных чатах.

Присвистывает, рассматривая видос с разных углов.

– Мастерски собрали кадры, не придерешься.

– Да ну⁈ – хлопаю по рулю и стискиваю зубы. – Ты еще премию выпиши гению за МАСТЕРСКУЮ подставу!

– На меня-то че злишься? – Саня убирает телефон в карман и хмурится. – Не я же это сделал. Вообще не в курсе местных муток. Давно не интересно.

Не врет.

У него были причины удалиться из всех чатов.

Протягиваю руки, ложусь на них и пялюсь в лобовое. Перед глазами до сих пор стоит разгневанное лицо Сирены.

Раньше бы наплевал, а сейчас свербит во всех местах.

Есть за мной косяк. Да, я попросил Саню закрыть нас в подвале, но все остальное – бред редкостный. Фразы, брошенные мной в разное время, кто-то додумался снять и записать.

И кто?

Чтобы слышимость была хорошая, нужно стоять близко. Максимально близко. Значит, кто-то из близкого окружения. Понятия не имею, кому понадобилось воткнуть мне палки в колеса.

– Что делать будешь?

Для начала стоит поговорить с Леной, а потом уже выяснить, кому рожу начистить.

– Доказать свою невиновность.

Саня цокает и как-то странно на меня смотрит.

– Чего?

– Ты бы сам поверил словам после такого сочного видео? – Клемёнов задирает бровь, глядя на меня и не моргая.

Сдуваюсь.

Нет.

Не поверил бы, а значит…

– Сначала доказательства нужно найти, а потом уже к девчонке подкатывать.

Вижу, как Потапова выходит из-за поворота. Припекает.

Друга не слышу.

Мне. Нужно. С ней. Поговорить.

Хотя бы для того, чтобы оценить масштаб предстоящей операции по обелению своей скромной персоны в ее глазах. Перехватываю четко около двери в подъезд.

Удивляется, но тут же закрывается, сложив руки на груди. Ноздри, как у маленького дракончика, раздуваются, и вот-вот лупанет пламя.

– Я не при делах, Сирена.

– Хочешь сказать, что ты не просил кого-то закрыть нас в подвале? – бровь выразительно ползет вверх.

– Просил, но вину мою это не доказывает.

– Думаешь? – прищуривается. – Думаешь, я поверю, что ты белый и пушистый после всего, что увидела и услышала? Стрельник, ты вообще в адеквате? Или прилетело битой случайно?

– Мхм, – затрудняюсь ответить.

Как-то прилетало, но на функции мозга не повлияло.

Надеюсь.

– Там все фразы, которые я когда-то говорил.

– Ха!

– КОГДА-ТО, Сирена, – выделяю с нажимом, но она дергает ручку на двери, пытаясь избавиться от меня.

Не даю.

Перекрываю движение и ожидаемо отхватываю по лицу.

Стопорюсь.

Сжимаю кулаки.

– Ты просто фирменный козёл, – цедит сквозь зубы. – Мало того, что поссорил меня с подругой и облил грязью, так еще и не отрицаешь этого. Мрак!

Все-таки вырывается и хлопает дверью перед носом.

Чудесно.

Возвращаюсь к тачке, сажусь за руль и скриплю зубами.

Ни одна девчонка мне еще по лицу не хлестала.

Ощущения смешанные.

Наказать? Или обнять? Или все вместе?

– И как? – спрашивает друг осторожно.

– Как-как? Обнять и плакать, вот как, – завожу мотор. – А лучше найти того, кто меня подставил.

– Что сделаешь, когда найдешь?

Криво улыбаюсь.

– Будет сюрприз.