Текст книги "Выбор ведьмы (СИ)"
Автор книги: Илона Волынская
Соавторы: Кирилл Кащеев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]
Явление четвертое: еще и змеицы
Приливной волной в водную тюрьму ворвались Мраченка и Белая Змея. Следом ковыляла Лаума.
– Человечья ведьма права – действительно проходной двор! – вздохнул Шен.
– Я думала, они шутят, эти креветки трехголовые в карауле, что мимо них в тюрьму целая толпа прошла! – в ответ взревела Мраченка. – Убить их мало! Чешую счистить – скребком, как с рыбы!
Лаума молча заковыляла обратно к выходу. Желтые старушечьи клыки нехорошо скалились, когти выразительно постукивали.
– Караульные не так уж виноваты. У нас была чешуйка Владычицы, – напряженно глядя ей вслед, попыталась вмешаться Криза.
– Одна на всех? – ехидно поинтересовалась Белая Змея.
– Скажем так, по одной на каждую группу.
– Чешуйка Владычицы, даже сама Владычица… да будет вечно ее крыло над нами! – буйствовала Мраченка. – Это владения Воды! Это тюрьма Воды! Они обязаны были на пороге лечь, но не пропустить никого! Хотя бы пока не свяжутся с Великим Водным!
– Хоть кто-то службу понимает… и та змеечка! – пробурчал Шен.
– А ты молчи, предатель! – рявкнула на него Мраченка.
От входа, куда ушла Лаума, донесся пронзительный драконий вопль. Не рев, не рык, а именно вопль, как мог бы орать дракон, которого чистят как сушеную воблу. Криза жалостливо сморщилась, белая кошка, мелко дрожа, прижалась к ее ноге.
– А если бы нам не пришлось посреди ночи в тюрьму спускаться, что бы тут к утру было? Совместное заседание Совета человеческих богатырей и Старших Зверей Прикованного? Говорите быстро, зачем сюда явились? – взор Мраченки кипел, как кипят в небе тучи во время грозы.
– Мы… Я… От имени! – невнятно пробормотала Криза.
– И по поручению! – выглядывая из-за ее ног, мяукнула белая кошка.
– И по просьбе, – неловко подхватил Елеафам и замолчал, явно не зная, что еще сказать.
– Змеечки, я вас маленьких от чешуйницы лечила! – напомнила Криза, невольно пятясь под взглядом Мраченки.
– Запираемссся, значит? – зловеще протянула та.
От входа снова донесся пронзительный вопль. Потом еще один.
– Ничего, – милым голоском прощебетала Белая Змея. – Лаума сейчас разберется с караульными… и вернется.
Бланш Девон Рекс тихо осела в обморок – точно белая пушистая подушечка с лапками. Елеафам и Шен спина к спине встали в боевую стойку. Криза посмотрела на них тоскливо и тихонько поинтересовалась:
– До рассвета еще далеко?
– Достаточно. В драконицу превратиться не успеешь, – заверила ее Мраченка.
– Давай пока быстренько заберем за чем пришли, чтоб потом не отвлекаться, – озабоченно сказала Белая Змея, Мраченка кивнула и шагнула к чанам. Взялась за крышку…
– Куда ты, вон же они! – Белая Змея ткнула пальчиком в сложенные у аквариума «мумии» наемников.
– Точно! А это вообще наш чан! – хмыкнула Мраченка и все-таки приподняла крышку. – Доброй ночи, Гивр-ямм, не спится? – не дожидаясь ответа, захлопнула крышку обратно. – Называется, прокатился змей на Целебные Источники… в кастрюле. Там в шкафу в кастрюле посидел, тут в тюрьме в кастрюле… – с насмешливым сочувствием пробурчала Мраченка, направляясь к упакованным в паутину человеческим наемникам… и, подхватив двоих будто кукол, потащила к выходу. Вторую пару с легкостью подобрала Белая Змея… Полупроснувшиеся наемники что-то невнятно бормотали.
– Простите, змеечки, а могу я узнать… сами вы зачем среди ночи явились в тюрьму? – вдруг спросил Шен.
– И почему караульные пропустили вас? – подключился Елеафам. – Тоже чешуйка Владычицы?
– С этим предателем я вообще разговаривать не буду, а ты… Фффима, хвосты не попутал? – фыркнула Мраченка. – Мы водные драконицы! Для нас указ – воля Великого Водного! Конечно у нас его чешуйка! – И между тонких пальцев змеечки мелькнула серебристо-стальная чешуйка.
– Не называй меня Фимой! – обиженно пробубнил Елеафам.
– Он велел вам забрать человеческих наемников? – Шен напряженно смотрел на змеечек. – А как велел – лично или тоже… отпечатанным письмом?
– Фима! Заткни своего… подельника! – в гневе швыряя наемника на пол, рявкнула Мраченка. – Здесь мы задаем вопросы!
– А знаете, милые змеечки, я бы тоже хотел это выяснить, – раздался новый голос.
Явление героя
С тихим звоном на фоне аквариума с русалкой материализовалось ледяное кресло. В кресле, положив ногу на ногу, вальяжно расселся…
– Великий Водный! – охнула Белая Змея.
Айтварас Жалтис Чанг Тун Ми Лун небрежно почесал между ушами возлежащего у него на коленях пестрого кота. Черная кошка у его ног растерянно покосилась на зарывшиеся в пеструю шерсть тонкие пальцы Великого дракона и неловко переступила с лапы на лапу. Пестрый кот прикрыл светящиеся глаза.
– Поступки моего бывшего начальника охраны… вызывают сомнения. – Айт едко усмехнулся, а лицо Шена стало каменно-невозмутимым. – Но вопросы он по-прежнему задает верные. Так как именно я велел вам забрать человеческих наемников, Мраченка Мин?
– Аааа… Ээээ… Посыльный… с письмом и чешуйкой… там было сказано – срочно. Мы даже Повелительницу Дъну Лун не предупредили, сразу сюда… – промямлила Мраченка. – Но похоже, Великий никого не присылал… – понимая, что весь этот разговор неспроста, грустно заключила она. И, не дожидаясь приказа, с поклоном подала Айту письмо. Айт развернул лист… и требовательно щелкнул пальцами.
– Ч-что угодно Великому? – растерялась Мраченка.
– Письмо котам от Владычицы, – буркнул Шен и шагнул к Айту, протягивая ему измятое письмо. Грозно зашипев, Мраченка оттолкнула его, выхватила листок и сама подала Айту. Тот внимательно изучил обе бумажки.
Из коридора донесся шорох.
– Лаума возвращается, – пробормотала Белая Змея.
– Это не Лаума, – вдруг напряженно сказала Криза. – Точнее, не только Лаума.
Явление величественное
К легкому непрерывному шороху добавилось быстрое заполошное шарканье. Лаума с перекошенной физиономией влетела в тюрьму… Тьма коридора дрогнула… и на пороге коброй поднялась тонкая фигура, туго затянутая в отливающее серебром черное платье. Все, даже кот на коленях у Великого, почтительно склонились. И только Айт, сперва не торопясь сложил листки, сунул их за отворот колета, спихнул кота с колен и наконец неспешно поднялся навстречу:
– Приветствую Мать мою и Владычицу!
– Ей-то что здесь нужно? – изнемогая, простонала Криза… и тут же зажала себе рот рукой.
– Полагаю, Владычица пришла за Гивр-ямм, – невозмутимо объявил Айт.
– За кем? – со змеиной грацией скользнувшая вниз по ступенькам, Табити остановилась, изумленно глядя на Айта. – За младшим архивариусом? С чего ты взял, сын мой?
– Или за ним, или за пауком Прикованного. Просто за остальными уже приходили, – вежливо сообщил Айт.
– Действительно, – словно только увидев, Табити-Змееногая внимательно оглядела собравшихся вокруг чанов с узниками котов и драконов… и почему-то с интересом уставилась в пустоту. Все дружно обернулись за ее взглядом… и, не обнаружив ничего – стенка и стенка! – снова повернулись к Владычице. Та едва заметно усмехнулась: – Какое в твоей тюрьме собралось… разнообразное общество!
– Причем совершенно добровольно, – улыбнулся Айт.
– Могу я узнать, что ты сам здесь делаешь? – с такой же ленивой усмешкой ответила Табити. – Я была уверена, ты сейчас у покоев Земли ищешь способ вызвать свою ведьму на свидание! – В голосе Табити прозвучало отчетливое неодобрение.
– Вы же не велели, Матушка, – удивленно приподнял брови Айт. Уточнять, выполнил ли он повеление, не стал. – А здесь я по просьбе кота Мака.
Иркин кот замер копилкой, ничем не выдавая своего удивления.
– Коты не слишком любят воду, вот он и попросил оказать милость Дару Корат Си-Сават, найдя другое место для ее заключения.
– Ради какого-то пестрого ты помчался в тюрьму среди ночи? – подозрительно прищурилась Табити.
– Ради того самого пестрого, что спас сестрицу Дъну, да и меня самого, – напомнил Айт. – Так Гивр-ямм нужен? – кивая на чан, деловито поинтересовался он.
– Гивр-ямм? – задумчиво повторила Табити, подошла к чану и, приподняв крышку, заглянула внутрь. – И правда, Гивр-ямм… Нет, совершенно не нужен! – и опустила крышку, походя шмякнув поднимающегося змея по рогам. – А уж паук тем более.
Сзади послышался глухой удар… крышка вылетела, и башка Гивр-ямм поднялась над чаном. Пенсне на змеином носу перекосилось, одно стеклышко треснуло, рога нацелились вперед, как у атакующего барана.
– А почему? – истерически прошипел он. – Почему не нужен?
– Паук?
– Я! Почему приходят за кем угодно – только не за мной? Я такой же член ТОМД, как и все!
– Все? – немедленно вычленил главное Айт. – Кто эти все?
– ТОМД? – задумчиво переспросила Табити. – Какое странное слово!
– Тайное Общество Молодых Драконов! – чуть не хором проскандировали змеечки.
Табити воззрилась на Гивр-ямм с таким непередаваемым выражением, что змей начал тихонько погружаться обратно в чан, только рога да глаза над краем остались.
– Если все в этом обществе такие же молодые и такие же драконы… – задумчиво начала Табити.
– Мне было обещано! – Обида старого архивариуса была так велика, что он забыл о страхе. Змей выпрямился как отпущенная пружина и закачался над чаном, гневно посверкивая разбитым пенсне. – Что я стану драконом! Я рылся в архивах, я… делал все, что мне приказано! А меня даже из тюрьмы выкрасть не пытаются! – Змей яростно сорвал пенсне хвостом.
– Я больше скажу, червячок: тебе и с драконством наврали, – хмыкнула Табити. – Никто не сделает простого ямм драконом.
– Но… Владычица же обещала моему брату Сэрвару… – растерянно забормотал Гивр-ямм, – сделать его драконом, если он убьет ведьму, именуемую…
– Владычица никогда не лжет! – метнув взгляд на Айта, строго оборвала змея Криза.
– Клянусь Мной, никогда! Я только иногда фигурально выражаюсь, – заверила Табити. – Я имела ввиду, что своими подвигами Сэрвару-ямм сравняется с истинными драконами… а не что у него крылья отрастут! Как говорят человеки: «Рожденный ползать летать не может».
– А… Э… Как же… – змей бессмысленно открывал и закрывал пасть, подслеповато щурясь на Владычицу.
– Да будет ваша правда, Матушка, такой же своевременной, как ваши же… фигуральные выражения! – Айт тоже одарил Мать-Владычицу недобрым взглядом – влезла со своими откровениями, подождать не могла! – Гивр-ямм, а кто в этом тайном обществе обещал сделать для вас тоже, что Мать наша и Владычица для Сэрвару-ямм?
– Но это же тайна! – срывающимся голосом выдал Гивр-ямм и расстроенно зашипел: – Не знаю я! Мне обещали… если я все буду делать… то я… то меня…
– Письма писали? – устало спросил Айт.
Гивр-ямм горестно кивнул.
– Старый червяк ты, а не молодой дракон, – с удовольствием припечатала Табити. – Ну, вы тут и без меня разберетесь, не собираюсь на ночь забивать себе голову чешуйней вроде заговоров старых змеев с молодыми драконами. Ничего в этих заговорах интересного, каждый следующий похож на предыдущий… – Табити с пресыщенным видом махнула рукой, небрежно звякнули оплетающие ее пальцы тонкие платиновые цепочки. – Гораздо больше меня интересует вот это… – и Табити хищно скользнула к чану.
– Мороженое?! – дружно охнули змеечки.
– А вы думали, я бы приползла сюда ради чего-нибудь другого? – Табити величественно выпрямилась и словно подросла, как поднимающаяся для атаки кобра. Подол черно-серебристого платья приподнялся над полом, из-под него метнулся кончик змеиного хвоста. – Если уж мой непочтительный сын не обеспокоился порадовать Мать мороженым… приходится бедной, заброшенной детьми старухе позаботиться о себе самой. – Она с легкостью подхватила громадный чан одной рукой и плавно заструилась вверх по лестнице, на ходу сдирая с него крышку, как ребенок обдирает пластиковую крышечку со сладкого рожка. Миг – и гибкая фигура исчезла во мраке… Еще миг… Из темноты с грохотом вылетел чан из-под мороженого, шарахнулся об пол и покатился, оставляя за собой сладкую бело-молочную дорожку.
– Мало того что вы почти все слопали! – донесся из темноты гневный голос Змееногой. – Вы еще и шерсти кошачьей туда натрясли!
– Меня казнят! – провыла очнувшаяся было белая кошка и снова сползла в обморок.
– А эти письма… поручения… вы сохранили их, Гивр-ямм? – не отвлекаясь на мелочи вроде гнева Матери-Владычицы, вкрадчиво спросил Айт.
– Как сказать… – Гивр-ямм украдкой покосился на Мраченку.
– Сохранил-сохранил, он все хранит! – оскалилась змеица.
– А если я… отдам их… вы… вы, Великий, исполните то, что было мне обещано? – вкрадчиво прошипел змей-архивариус, аж извиваясь от надежды и нетерпения.
– Нет, Гивр-ямм, – мягко сказал Айт. – Я не превращу вас в дракона. Но с другой стороны… – рассудительно продолжил он, – я не превращу вас в пояса, сумочки, сапожки и другие ценные вещи из змеиной кожи. По-моему, это достаточная награда.
– Достаточная, – уныло кивнул Гивр-ямм. – Хоть в чан больше не засовывайте. Раз я столетний змей… а не молодой дракон, хребет, знаете ли, уже не тот, чтоб так скручиваться. – Покряхтывая и горестно покашливая, он перетек через край и заструился к лестнице, всей змеиной фигурой демонстрируя готовность ползти куда скажут – лишь бы подальше отсюда.
– Вот сидел бы в своем архиве… и не шипел, столетний, – фыркнула ему вслед Белая Змея.
– Мак, ты со мной! – скомандовал Айт. Пестрый кот потянулся и коротко потерся о ногу змея. – Ладно-ладно… Не знаю, что ты в ней нашел, но эта твоя черная подружка-убийца может идти с нами. Под твою ответственность.
– Я ему не подружка! – горделиво вскинула голову черная кошка.
– А ответственность все равно твоя. – Айт взбежал по лестнице – коты мягкими скачками неслись рядом. Криза тоскливо поглядела на чан с царевной, Сэрвару-ямм и Муравьиным Гадом – оттуда не доносилось ни звука, будто те утонули в мороженом… или просто затаились. Медленно, украдкой Криза двинулась к выходу.
– А вы куда? – Айт замер на ступеньке. Он не оглядывался, но Криза чувствовала на себе пристальный взгляд… и кажется, даже тихие шаги рядом прошуршали…
– Вы ж так хотели сюда попасть! – словно специально тут же возвысил голос Айт. – Вот и сидите тут!
– Все? – жалобно спросила Белая Змея.
– Ничего, вам полезно будет! Чтоб в следующий раз не бегали за тайными посланиями… будто вы не молодые драконицы, а какие-нибудь столетние ямм!
Глава 21
Архивный змей
– Фффухх! – воздух рядом с поджидающими за углом котами чуть заметно задрожал, и на площадке у входа в тюрьму материализовались три новые фигуры.
– Твоя Мама – она что, может сквозь отвод глаз видеть? – с претензией, словно такие способности Владычицы Ирия были злостной подставой со стороны Айта, выпалил Богдан.
– Даже Великие не знают, что Владычица на самом деле может, а чего нет! Креветкой трехголовой прикидываться – вот это она мастерски может. Настолько, что мои братья даже верят, – раздраженно фыркнул Айт. – Понять бы еще, зачем она на самом деле приходила…
– Самое смешное будет – если и правда за мороженым. – Изумрудное свечение в глазах Ирки медленно гасло, и она устало привалилась к стене. – Чего ж у вас отвод глаз так тяжело дается… как будто я тебя в полном драконьем облике прятала!
– Давай я тебя понесу! – с искренним беспокойством поглядывая на нее, предложил Айт.
Свернувшийся у стены Гивр-ямм поперхнулся и громко закашлялся.
– Спасибо, я сама, – поглядывая на трясущего рогами и бородкой змея, пробурчала Ирка. – Я еще не инвалид! – и с некоторым усилием отлепилась от такой твердой, надежной стены. Чтобы тут же почувствовать руку Айта на талии.
– А ты бы стал носить меня па руках? – на ухо Богдану прошипела Танька.
Богдан окинул ее медленным оценивающим взглядом…
– Я ж не дракон – надорвусь! Хочешь, могу за ноги отволочь? – выдвинул он встречное предложение.
– Мы идем или как? – рыкнула на них Ирка, которую то ли вели, то ли несли.
Гивр-ямм торопливо полз впереди. Светлые коридоры владений Воды, освещенные прозрачными трубками со спрятанной внутри молнией, быстро остались позади, сменившись грубо вытесанными переходами с факелами на стенах. Наконец Гивр-ямм остановился перед очередными высокими каменными дверями.
– Вы спрятали письма в архиве? – дернул бровью Айт.
– Я разделил. Сведения, которые меня просили найти, носил с собой, а приказы прятал тут. – Гивр-ямм нажал хвостом – и двери начали открываться.
– Надеялись использовать, если обманут и так и не сделают драконом? – грустно усмехнулся Айт. – Только не учли, что вас обманули в главном – выполнить ваше желание невозможно. Стоило ли ради старой сказки идти на предательство, губить все, что у вас есть?
– А что мне беречь? – горько оскалился змей. – Берегут не настоящее, берегут будущее, когда есть на что рассчитывать. А мне уже сто лет, и я младший архивариус в архиве Владычицы!
Танька метнулась в распахнутые двери первой… и аж застонала от наслаждения. Архив был похож на громадный склад, заполненный… а чего тут только не было! Испещренные насечками каменюки – перед их количеством, размером и древностью нанесенных на них текстов знаменитый Розеттский камень[19]19
Камень с тремя надписями, на основе которых были разгаданы египетские иероглифы. Текст нанесен в 196 г. до н. э.
[Закрыть] казался убогим новоделом! Дальше стояли открытые сундуки с табличками ассирийской клинописи. Таньке пришлось спрятать руки за спину, потому что так и тянуло покопаться в ящиках с папирусами, раскатать туго свернутые пергаментные свитки, зависнуть над тонко выполненной миниатюрой в громадном, окованном железом фолианте и просто перебрать на полках пахнущие старой бумагой и временем кипы листов, плотно сшитых суровой толстой ниткой.
– Пчхи! – черная кошка чихнула и принялась яростно вылизывать мгновенно посеревший от пыли хвост, при этом с изумлением глядя вслед пестрому, словно скользившему между пылинками, не задевая ни одну.
– Домашняя ирррийская кошечка! – со снисходительностью взрослого к котенку фыркнул тот. – Манэко-нэко, и зачем ты в убийцы подалась?
– Не смей поминать своего пестрого демона в моем присутствии! – сверкнула глазами кошка. – У меня были лучшие учителя рода Корат – те же, что учили моих братьев!
– Тех самых братьев, что пытались год назад подстеречь меня на переходе из Ирия в мир людей? – Кот ощерился. – Все забываю спросить: а Ирусан об этом знает?
– Так это ты их… – задохнулась черная. – Пестророжденная тварь, мой кузен остался без уха!
– Это они тебе не все еще рассказали, – «успокоил» ее кот. – Хвостов там тоже недосчитались, а уж драных морд… – Кот блаженно прижмурился от воспоминаний.
– Эй, вы, а ну не ссориться, а то быстро хвосты купирую под самый корень! – рявкнула Ирка.
– Кошки Фрейи, почему она так со мной разговаривает? – шепотом спросила кошка, и непонятно было, то ли она возмущение выражает, то ли просто интересуется.
– Потому что она может, – ответил кот, выразительно косясь на полувылизанный хвост Дару.
– Если тебе что-то не нравится, можешь вернуться в тюрьму! – отрезала Ирка. – Сама ж видела, впускают туда по первой же просьбе.
Айт сморщился как от зубной боли.
– Мне все-все нравится, а кузену за этот год и второе ухо оборвали. Я лучше тут, – немедленно заверила Дару, почему-то прячась за ноги Таньки.
– Не пугай ее, Ирка! – рассеянно бросила Танька, восторженно потроша старые канцелярские папки с завязочками. – Ты представляешь, тут у них данные по всей межмировой торговле за последние сто лет! Я понимаю, зачем заговорщикам этот… архивный змей понадобился! Я всего пару папочек пролистала, а знаю о Вольхе Всеславиче такое… такое… – Она взмахнула папкой, подняв вокруг облако пыли. – У вас это все оцифровано? А то б я вашу базу данных скачала! Не бесплатно, конечно.
– Оцифр… Как это? – архивный змей сделал стойку на хвосте.
– Не понимаете? – Танька оглядела архивный зал с рабочими столами, расставленными без всякого порядка (по принципу «куда влезло – туда и воткнули»). На столах лежали кипы листов, торчали из чернильниц перья птичьи и железные, вставочками, какие только в музее увидишь, карандаши, чернильные и даже шариковые ручки. Кое-где стояли пишущие машинки: громоздкие старинные и более компактные, поновее. У стены приткнулась даже древняя персоналка с еще монохромным монитором. Танька разочарованно вздохнула. – Неудивительно, если другой техники у вас нет. Тут хороший комп нужен и несколько сканеров, клинопись вообще в трехмерной проекции сканировать надо… Ну, сделать для всех документов цифровые копии и хранить вот это все… – она широким жестом обвела архив, – на сервере… Ну в компьютере! – Она ткнула пальцем в древнюю персоналку. – Почти таком, только поновее! Сильно поновее.
Змей с сомнением уставился в темный экран.
– Давайте вернемся к тому, зачем мы сюда пришли, – напомнил Айт.
– Прошу в мой скромный уголок! – делая приглашающие жесты хвостом, заторопился змей и скользнул между полками.
Кроме ветхого стола с самой допотопной из пишущих машинок в закутке между стеллажами торчал древний сейф, похожий на стоячий гроб, и на ободранных полках валялись кипы пожелтевших бумаг. В воздухе стоял неистребимый запах пыли. После того как в закуток набились один дракон, пусть и в человеческой форме, трое людей и два кота, места не осталось вовсе.
– Склад всяческого старья… включая меня! – Гивр-ямм развесился вдоль полок наподобие лианы и принялся хвостом копаться между книгами. Присевшая на край стола Танька, небрежно запустила руку в шерсть черной кошке и принялась почесывать ее между ушами. Чистоцветная черновельможная дева Дару, убийца драконов, оцепенела, на морде у нее было написано напряженное ожидание неведомой опасности.
– Вот, нашел! – близоруко щурясь поверх разбитого пенсне, змей перебирал вынутые из книги листочки.
Танька фыркнула не хуже кошки, Ирка согласно кивнула: тайник среди книг, да еще на собственном рабочем месте – примитив. И этот змей искренне считает себя заговорщиком?!
Айт принялся просматривать жиденькую стопку бумажек – листов А4, тетрадных листов и даже обрывков оберточной бумаги.
– «Найти тайное и безопасное место для содержания особо опасных особ, представляющих особую опасность для нашего молодого дела…»
– Что, так и написано? – восхитился Богдан.
– Слово в слово… – кивнул Айт. – Значит, это вам трое Великих обязаны заключением в башне? – он недобро покосился на змея. Развернул еще одну мятую бумажку. – «Выяснить, где обретается ведьма Великого Водного»… Выяснили, Гивр-ямм?
– Вы же сами понимаете, что да, – с достоинством сообщил змей.
Иркины пальцы невольно скрючились как когти. Значит, выяснил. Навел. И Айта захватили в плен и попытались запереть в той самой башне, про которую он тоже… выяснил. Из ее груди вырвалось тихое рычание, от которого поджали хвосты и змей, и черная кошка. Танька успокаивающе провела ладонью по спине кошки, отчего та напряглась еще больше. Змея никто гладить не стал.
– Клянусь Шешу, Ирка, а вот опять про тебя: «Узнать, зачем Сайрус Хуракан послал в человечий мир огненного из своего ведомства»! – хмыкнул Айт. – И кто ж это у нас в Пещерах такой любопытный? И осторожный… даже самая мелкая записочка отпечатана, значит, по почерку ничего не поймешь…
Ирка громко хмыкнула:
– Может, ты с настоящими оперативниками и тусовался, а вот с бабкой детективные сериалы явно не смотрел. Иначе знал бы, что даже у принтеров бывают характерные особенности печати, а уж у старых пишущих машинок тем более!
– Факт! – энергично подтвердила Танька. – Дай-ка… – она ловко изъяла бумажки у Айта, разложив их на столе. Девчонки склонились над записками, но первый поверх Танькиного плеча ткнул пальцем Богдан:
– «Ц» везде западает. И рядом с «л» маленькая точка.
– А «к», наоборот, чуть выше остальных! – сообразил, что надо искать, Айт. – Подождите… – Он вытащил из-за отворота колета отнятые у Адельсода и Мраченки послания. – А ведь здесь то же самое! «Ц» западает, «к» выше, «л» с точечкой…
– Ну вот, теперь, если удастся найти машинку, на которой это напечатано, мы сможем выяснить, кто руководит заговором драконов! – Танька примерилась к машинке в попытке понять, где же у нее лоток для бумаги.
– Погодите! – Богдан растерянно огляделся. – Но… Мы же знаем кто! То есть теперь уже никто, потому что вот этот водный… – он указал на Айта, – тому водному… – махнул куда-то, видно намекая на Целебные Источники и их Хранителя Чен-Тана, – башку откусил!
– А тот воскрес и теперь письма пишет, – пробурчала Танька. – В общем-то у меня сразу были некоторые сомнения… Заговором драконов все же проще управлять из драконьей «столицы», а не из местного Баден-Бадена[20]20
Курорт в Германии.
[Закрыть]… О, я поняла! Ирка, ты представляешь, сюда всего один лист за раз заправить можно!
– Можно и четыре, если под копирку, – обиделся Гивр-ямм.
– Мра-а-ак! – Танька с хрустом и звоном заправляла лист в машинку. Лист перекосило.
– Чен-Тан всегда был слишком… самовлюблен, – задумчиво сказал Айт. – Если бы я искал подставного главу заговора, я бы выбрал именно его. Хотя бы потому, что сам он никогда бы не признал себя подставным.
– То есть ты убил… не того? – все еще не понимал Богдан.
– Как это – не того?! – возмутился Айт. – Очень даже того! Просто я еще не всех, кого надо, убил, – деловито пояснил он.
Танька наконец запихала лист в машинку и попыталась пробежать пальцами по клавишам. Те не шелохнулись.
– Так что, нам все здешние машинки проверить придется? – засомневался Богдан.
– Их тут немного, – отрезала та и азартно тюкнула пальцем в клавишу. Рычажок наконец подпрыгнул и ударил в черную ленту. На бумаге отпечаталась буква. Танька хищно пошевелила пальцами и застучала по клавишам. Машинка разразилась пулеметной очередью, каретка с грохотом поехала…
– А если этой машинки тут вообще нет? – уперся Богдан.
– Есть, – негромко сказал Айт и указал на отпечатанную Танькой фразу: «Шел цыпленок по дороге, угодил корове в ноги, клюнул он корову в нос, у цыпленка хвост отрос…»
– Да, я тоже слышал, что с сумасшедшими надо соглашаться, – сосредоточенно кивнул Богдан и уже привычно отступил, чтоб Танькин кулак его не достал.
– «К» выше, «ц» западает, а вот и «л» с точкой… – Не обращая на них внимания, Айт провел заострившимся пальцем вдоль строки. – Гивр-ямм, а ведь это ваша машинка. Выходит, это вы у нас глава заговора молодых драконов и старых змеев?
Девчонки, Богдан и даже коты с интересом уставились на змея.
– Вообще, если б это был шпионский детектив, я б на него сразу подумала, – довольно сказала Танька. – Весь такой жалкий, почти безобидный – злые заговорщики заморочили бедного книжного змея. А са-ам! Самый коварный змей и есть!
– Точно! Те, которые от книжек не отлипают, все такие. Преступные архивариусы! – немедленно поддакнул Богдан, а от карающего Танькиного кулака прикрылся кошкой.
– Прятаться от девушек за котиками некрасиво, – отбирая кошку, буркнула она. Дару Корат Си-Сават, убийца драконов, уже даже не сопротивлялась, позволила сгрести себя в охапку и почесывать под подбородком. А через минуту она вдруг расслабилась, задрала голову и тихо заурчала как трансформатор, но тут же спохватилась и затихла, настороженно позыркивая по сторонам.
Пасть Гивр-ямм открывалась и закрывалась, с клыков потянулась желтая ниточка не то слюны, не то яда, глаза стали больше очков.
– Чего это я жалкий? Я отличный архивариус, я не виноват, что в архиве Владычицы меня не ценят, так хоть кто-то оценил, да! Вон Мраченка Мин, когда мои заметки отняла, даже сказала, что без меня у заговорщиков бы ничего не вышло! – в запале зашипел змей, тут же спохватился, сообразив, чем он хвастается… и аж закрутился на хвосте, едва не сверзившись с полки, за которую цеплялся. – Я, может, и младший архивариус, но ведь не совсем червяк, чтоб на собственной машинке такое печатать. Я бы хоть два извива до чужой прополз! – Он махнул хвостом в сторону общего зала. – Когда котам и Мраченке Мин письма писали, я вообще ничего не мог напечатать. Я в чане сидел! А машинка здесь!
– Сообщник! – немедленно припечатала Танька.
– А как бы я с ним связался, как?! – Змей даже вошел в азарт, доказывая свою невиновность. – Со мной никто не разговаривал! Кому я нужен, старый книжный змей! Получили с меня что хотели, а теперь пусть со мной делают что хотят! – с горечью бросил он.
– На жалость не давите, – отрезала Танька. – Может, вы тайный сигнал подали?
– Отстучали в крышку чана азбукой Морзе! – подхватил Богдан.
Змей снова замер с открытой пастью.
– А… Я не додумался! – растерянно выдал он. – Хотя я ведь знаю азбуку Морзе… Погодите! А как бы я узнал, что меня слышат, причем именно те, кому нужно? В чане-то? И что они тоже знают азбуку Морзе?
– Вы должны были надеяться, – проникновенно сказал Богдан. – Верить! День и ночь, день и ночь тихо и упорно стучать в чан, раз за разом отстукивая: три точки, три тире, три точки…
– Кто мог воспользоваться вашей машинкой, Гивр-ямм? – прекратил балаган Айт.
– Да кто угодно – в архивном кубле полно змеев! Владычица лично к нам захаживает, а не только в Тронную Пещеру вызывает! – в голосе его прозвучала гордость, тут же сменившаяся унынием. – Правда, когда она сюда приходит, с ней старшие архивариусы разговаривают, это только в Тронную младших гоняют… – и, увидев непонимающие взгляды, пояснил для неграмотных ведьм, здухачей и котов: – Здесь хоть и архив Владычицы, но считается вроде как наша территория. Разрывать хозяев когтями на ленточки на их же территории все же неприлично – даже если хозяева не все хвосты занесли! Риска меньше, честь больше.
– А кто-нибудь еще, кроме змеев-архивариусов и Владычицы… Великие, например, здесь бывают? – задумчиво спросила Танька.
– Я – нет, у Воды свой архив. Может, старшие? – Айт вопросительно поглядел на Гивр-ямм, старый змей отрицательно покачал рогами.
– За последние сто лет, что я при архиве обретаюсь, из правителей Ирия лишь Владычица изволила нас посещать. Каждое ее появление – такая радость, такая радость! – змей вдруг прямо вдоль полок вытянулся во фрунт.
Только тогда увлекшаяся Ирка поняла, что уже пару секунд слышит стремительный шорох чешуек по камню. Зато Айт успел очень много – стопка старых и новых записок мгновенно исчезла, одним движением он выдернул лист из каретки машинки и сунул его в стол. Ведьмы и здухач успели лишь одно – исчезнуть. Танька растворилась прямо сидя на столе, Ирка с Богданом протаяли сквозь полки, лишь воздух чуть заметно замерцал. Шорох промчался к закутку Гивр-ямм… и в узком проходе между полками возникла Табити-Змееногая.
Взгляд, которым Владычица окинула крохотный закуток, был таким долгим, что его хватило бы и на бальный зал.
– Сын мой, твоя забота о заключенных начинает меня просто пугать, – протянула Владычица, переводя взгляд с Гивр-ямм на черную кошку. – Что ты делаешь в моем архиве? Подбираешь им что-нибудь почитать перед сном?
– Забота о подданных – даже о заключенных! – главная обязанность Великого, – невозмутимо объявил Айт.
– Кстати о подданных… Чего ж я тебя искала – хотя могла бы и не беспокоиться после твоей выходки с мороженым… Там Мертвый лес перешел в наступление – и прямо на твоих любимых приграничников. Вроде бы кто-то еще держится, но это ненадолго. Впрочем, если хочешь еще погулять со своей милой ведьмочкой, я могу послать Вереселень Рорига. – И, сочтя свою миссию выполненной, Владычица мило улыбнулась и выскользнула из-за стеллажей.
