Текст книги "Звёзды, пламя и сталь. Книга 7 (СИ)"

Автор книги: Игорь Лопарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 16

Бритый, который сегодня возглавлял группу на ховерах, сверился с планшетом, где виднелись отметки всех его подчинённых. В общем-то, цель вышла на площадь, где, как только что сообщил ему Рыкарь, её и поджидали арварцы.

Всё пока шло по плану, и его люди, не доходя метров трёхсот до той самой площади, остановили свой транспорт и приняли, как говаривал Зварыч, «позу ожидания». Но Бритый, помня о том, что его до сих пор считают виноватым в текущем положении группы, незавидном, прямо скажем, решил таки перестраховаться.

– Рыкарь, это Бритый, приём, – пробормотал он в микрофон.

Система защищённой связи была старенькой, но при работе на периферийных системах, таких, к которым принадлежала и система Гермунд, вполне ещё годилась. Оширцы местные пока не способны были взломать даже те простенькие алгоритмы, которые были зашиты в аппаратуру группы.

– Бритый, это Рыкарь, что там у тебя? – голос командира был деловым, сразу было видно, что ещё немного, и начнётся заваруха, где все члены группы должны будут выдать свои лучшие результаты. Уж очень много сейчас от этого зависит.

– Вышли на рубеж развёртывания, – тут же ответил Бритый, – готовы выдвигаться по команде согласно ранее утверждённого плана.

– Вы там не засыпайте только, – хмуро продолжил Рыкарь, – противостоять нам будут ребята очень не простые. Только один уже троих завалил…

– Ну так то арварцы были, – критически заметил Бритый, – я таких и больше бы положил…

– Ладно, хорош тут петушиться, – хмыкнул Рыкарь, – я просто хотел тебе сказать, что планы могут и поменяться, причём быстро и очень серьёзно. Так что оставайся на связи и слушай, что я буду говорить. Понял?

– Понял, принял, – грустно вздохнул Бритый. Ему не нравилось то, что планы могут поменяться. Ведь если это произойдёт, то придётся проявлять сообразительность, подстраиваясь под новые вводные. А вот с сообразительностью у Бритого были проблемы. Он, конечно, соображал, только вот, иногда очень туго…

– Ладно, отбой, – сказал Рыкарь и связь разорвалась. Бритый ещё пару секунд вслушивался в шорох несущей частоты, потом, сообразив наконец, что сеанс связи завершён, полез за сигаретой.

Прикурил, сделал пару затяжек, щурясь на местное бледное светило.

Он стоял на узкой улице, и его ховер перегораживал как бы не половину прохода. Хорошо хоть, что убогие оширцы не скандалили, а старались бочком прошмыгнуть мимо огромного лаовая.

Но покурить Бритому так и не удалось. Система связи разразилась требовательной трелью. А это значит, что Рыкарь что-то хочет сказать. И лучше с ответом не тянуть…

– Слушаю Бритый, – пролаял он, стараясь изобразить, что полностью готов к действию.

– Всё, харош пузыри пускать, – голос у Рыкаря был весёлым и злым, – пора учиться страху божию. Давай команду своим гаврикам на движение к площади. Обе наши цели там. Пусть открывают огонь по готовности. Если живым кого возьмём, то хорошо. А если нет, то и нет. Начали! – и связь опять прервалась.

Бритый смахнул прилипший к нижней губе окурок и вдавил кнопку общего вызова.

– Архаровцы, все слышат меня? – в динамиках раздалось утвердительное мычание нескольких голосов, – слушай мою команду! Все на крейсерской скорости выдвигаемся к площади. Обе цели там. Открываем огонь на поражение по готовности. Вопросы? Предложения?

– Никак нет, – в разнобой ответили подчинённые.

– Тогда вперёд, говнюки! – Бритый был перед боем особенно ласков ко всем. А к подчинённым, так особенно.

* * *

Вокруг сыпались горящие обломки вражеского флаера. Неподалёку лежала обгоревшая тушка его пилота. И на фонаре, что стоял поодаль метрах в десяти висело что-то дымящееся и очень мало аппетитное. Если бы я перед миссией ел, то меня наверняка стошнило бы. Пахло дерьмом, гарью, палёными арварцами и Ушедшие ещё знает чем.

Над площадью стелился удушливый дым, а на камнях догорали какие-то детали развалившегося флаера. А из-за угла метрах в сорока от меня доносился какой-то подозрительный лязг.

– Дрищ, что там лязгает? – не сказать, что я вдруг запаниковал, но до паники мне оставалось не так уж и много. Что-то многовато неожиданностей на единицу времени у нас…

– Успокойся, это не танк, – хоть Джимми и призывал меня успокоиться, но как-то получалось у меня не очень. – это всего лишь тяжёлый штурмовой робот.

– Ага, – повод для оптимизма, наверное всё-таки есть, ибо это не танк, – уже легче, – нервно хохотнул я, – а кто это? Судя по тому, что флаер кудрявых мальчиков эта хрень сбила, то получается, что это ещё кто-то…

– Скорее всего, это охотники за нашими головами, – предположил Дрищ.

– Тихий, ты как? – перед тем, как схватиться с роботом надо было выяснить, как себя чувствует мой товарищ. Если не хуже меня самого, то это уже не плохо.

– Нормально, – тут же откликнулся Тихий, – откуда это вообще взялось? – похоже, Серёгу тоже интересовало, откуда в нашей пьесе появились новые персонажи. Бронированные и обладающие очень не кислой огневой мощью.

– Такое дело, – Дрищ немного замялся. По ходу появление этой железяки он проворонил. Хорошо хоть, что она решила сначала ссадить флаер, который нас тут поливал свинцом. – тут с полчаса, как подъехал краулер и припарковался на стоянке около магазина…

– И что было дальше? – театрально изумился Тихий.

– А дальше, – Дрищ невесело хмыкнул, – открылась задняя дверь, высунулся переносной пандус, и по нему съехало вот это… Ну потом вы в курсе, что произошло…

– У меня такое впечатление, – сказал Тихий, что он по наши души пол… Ах, твою мать!

– Что такое? – Тихий вообще не большой любитель ругаться, но тут прямо-таки разошёлся…

– Да тут по мне прилетело что-то, – прокряхтел он, – из проулка.

– Так, – голос Дрища стал ещё более виноватым, – по вашим следам сюда выдвинулись четверо. Искин только их вычислил. Находятся менее, чем ста метрах от вас. Одеты в городскую одежду. Под рокеров косят. Для конспирации наверно. Типа загонщики.

– Ага, едко прокомментировал Тихий, – а если бы они стрелять не начали, то и не вычислил бы, так?

– Ну, хватит уже, – Дрищ понял, что крупно облажался, и теперь стремился увести разговор в сторону. И, после его следующей фразы, я был склонен думать, что у него это таки неплохо получается. – от краулера, кстати, ещё пятеро вслед за роботом топают. В лёгких боевых скафах.

– Ага, – я тут же скалькулировал общее количество наших оппонентов. – итого девять рыл на нас, двух инвалидов…

– Это если тяжёлого боевого робота в расчёт не принимать, – подметил Тихий.

– Ага, и в краулере может ещё кто до поры прячется, – добавил я. – Дрищ, похоже, пришло время и тебе принять посильное участие в нашем утреннике.

– Так я же только за! – воспрял Джимми. Не иначе, как решил реабилитироваться. – кстати, – добавил он уже не так радостно, местная полиция начала оцепление района.

– От ты ж… – вот этого нам и не хватало. Расстроило меня это известие тем, что если тут появилась полиция, то они тут только для того, чтобы дождаться, когда бой затихнет, а потом повязать выживших. А выжившие им нужны вовсе на для пыток и издевательств. Местная полиция совсем не злобная. Но очень прагматичная. Это я к тому, что на мертвецов вешать ущерб, понесённый городом бесполезно. Мёртвые, как это говорится, сраму не имут, и никому ничего не должны.

А потому платить за всё и возмещать убытки будут живые. Если их удастся поймать.

– Так, Джимми, в бой пока не суйся, – сказал я. И тут же услышал в ответ:

– А боевого робота ты на бой на кулачках вызвать собрался? – Дрищ был в своём репертуаре.

– Дослушай. Мы с Тихим тут некоторое время продержимся. Твоя задача обеспечить транспорт для нашего отхода. – пояснил я, – платить за сожжённое и испорченное городское имущество я не намерен. А если мы не смоемся, то придётся.

– Понял, – тут же отозвался Дрищ, – тема денег была ему близка и понятна, и он тут же отрапортовал – приступаю к выполнению.

Я, пока шёл обмен мнениями, добрался до Тихого, который спрятался за каменным парапетом и менял батарею в винтовке.

– Ну что, с кого начнём? – спросил я, хотя склонялся к тому, чтобы разделаться с теми, кто зашёл нам, так сказать, в тыл.

– Я думаю, – Тихий зло прищурился, давай вдарим по тем, кто одет попроще. Если мы их положим, то и угрозу сзади устраним, и, если что, путь к отступлению будет…

– Логично, – согласился я, – только вот отступать далеко не получится. Там, если ты не забыл, полицейское оцепление.

– Помню, помню, – скривился Тихий, правда почти сразу встрепенулся и ткнул стволом винтовки в один из проулков, – смотри, они там в кучу собрались, все четверо.

– Это которые под байкеров косят? – уточнил я, – в кожанках и с крупным гладкостволом?

– Ну да, – Тихий почесал плечо, куда совсем недавно прилетела двадцатимиллиметровая пулька. У него костюмчик был вроде моего, так что он синяком отделался. Но зло на удачливого стрелка, судя по всему, затаил.

– Ну, давай тогда и врежем по этим козликам, – предложил я, – триста… тридцать… три!

У нас всё получилось. Каждый из нас нажал на спуск ровно два раза. И каждый из четырёх ублюдков, собиравшихся на нас охотиться, получил своё.

Куртки у них были усилены сталью. Но супротив энергетического оружия Джоре сталь должна была быть раз в пять толще, так что они прилегли, типа устали. И только лёгкий дымок, что поднимался от тлеющих курток, показывал, что дело тут не в усталости.

– Парни, – это Дрищ, – для того, чтобы улизнуть от полиции я тут только ховеры нашёл. На них эти вот свежие трупы недавно катались. В проулке, что справа от вас как раз пара стоит.

– Джимми, это случаем, не боевой робот там топает? – спросил я, наконец осознав, что лязг этого механизма стал слышен гораздо лучше.

– Да, он как раз на площадь вылез, – подтвердил Дрищ, – может уже пусть мои птички им займутся? – в голосе его я расслышал слабую надежду. Он, похоже уже смирился с тем, что останется только наблюдателем.

А вот и напрасно. Сколь бы круты мы с Тихим ни были, а драться с тяжёлым боевым роботом, у которого есть спаренная артиллерийская установка, нам не под силу.

Нет, неприятности-то мы ему доставить сможем, но не более того.

– Да, я думаю, что пришло время твоих птичек, – Дрищ не ожидал от меня такого подарка, а потому лишь сдавлено хрюкнул.

– Но птичек натравливай пока только на робота. С остальными, я думаю, мы разберёмся, – сказал я, – только не устраивай там эпичную битву.

– Как это? – удивился Дрищ.

– Это я к тому, что железяку надо будет одним ударом прижучить. Бац, и всё, и вокруг только горячее железо разлетается? Усёк?

– Так точно! – ответ Дрища потонул в грохоте выстрелов орудийной спарки этого чёртова робота. А долбил он про нашей лёжке, и от массивного каменного парапета начал разлетаться во все стороны крупный щебень, а поле зрения надёжно заволокло пылью.

Не иначе, как эти ухари, что на нас напали, заметили, что их людей мы приложили именно из лучевого оружия.

И, соответственно дали команду своему железному болвану создать нам для стрельбы невыносимые условия. Это бы было оправдано, если бы мы использовали арварские или аратанские поделия. Но в наших-то руках была техника Джоре, хоть и не самая продвинутая, но всё равно, дающая сто очков вперёд современным Т1-излучателям.

Но сейчас даже передовые излучатели нам не помогут. Это я к тому, что на парапет, что отделял нас от оппонентов продолжали щедро сыпаться снаряды мелкокалиберных пушек робота. Хорошо хоть, что это были просто болванки.

Так что мы с Тихим были вынуждены отважно дожидаться, покуда Дрищ соберёт свою стаю, и они все набросятся на этого мастодонта.

Дрищ, хочу сказать, подошёл к делу очень творчески.

Я от него такого креатива, честно говоря, и не ожидал вовсе. Он, как оказалось, не поленился вывесить над городом парочку «Хобгоблинов». А это, на минуточку полноценный дрон для открытого космоса. Хоть и лёгкий.

Но он и в атмосфере тоже вполне себе работоспособен. И очень даже.

– Парни! – Дрищ решил нас предупредить перед тем, как его питомцы начнут клевать тушу этого монстра. – если вы до сих пор не включили генераторы энергетических щитов, то настоятельно рекомендую сделать это в ближайшие десять секунд.

– Всё будет так круто? – поинтересовался Тихий.

– Да! – радостно подтвердил Дрищ, – шесть секунд!

Тихий запустил руку в карман, вытащил оттуда какой-то девайс, который я сразу и не распознал. И со словами:

– Это мне Гвидо подогнал, спасибо ему за это, – активировал генератор щита.

При этом он поднял руку над головой, и над ним развернулось голубоватое тихо гудящее поле. Не иначе, как это тот самый трофей, что Гвидо добыл при штурме «Скотовоза»…

А ведь было это только, считай, вчера… А мне уже кажется, что времени много прошло.

Насыщенная у нас жизнь, однако…

Тихий даже немного подвинулся. Чтобы его щит и меня прикрывал хоть чуть-чуть.

– Спасибо, Серёга. Но у меня свой, так что лучше себя прикрой как следуе…

И тут громыхнуло… Нет, не так, Громыхнуло! Добануло и врезало…

Я хоть и лежал на камнях, стараясь не попасть под огонь роботовой спарки, а всё же подпрыгнул. Вернее меня подбросило. Земля вздрогнула, как при восьмибалльном землетрясении…

– Готов! – азартный крик Дрища возвести о том, что боевой робот пришёл в полную негодность.

Я, на всякий случай, осторожно высунул нос над раскуроченным в хлам парапетом. И перед взором моим предстала картина полностью развороченного робота. Он раскрылся, словно огромный стальной цветок. Вверх вздымались рваные металлические лепестки, а в глубине этого сюрреалистического цветка продолжалась вторичная детонация и оттуда со свистом вылетали во все стороны куски металла.

Зрелище было действительно эпичным. Спаренный залп двух «Хобгоблинов» дел, однозначно, натворил.

– Теперь, Серёга, нам надо быстро перестрелять оставшихся оппонентов и в темпе сваливать, – сказал я озабоченно.

– Ну да, – согласился Тихий, – если компенсировать убытки городского хозяйства от наших попрыгушек, то мы если и не разоримся вконец, то заметно обеднеем…

– Точно! Давай не будем тянуть мзина за гениталии, – бодро воззвал я к Тихому, и довершим наше скорбное дело. Упокоим этих инвалидов! – я имел ввиду облачённых в скафандры врагов, которые. как большие жуки возились в горах щебня, которые совсем недавно были приличной булыжной мостовой.

– Дрищ, если остался ещё ресурс, присоединяйся! – надо быстрее, а потому любая помощь лишней не будет.

Мы с Тихим синхронно высунулись из-за своего укрытия и открыли огонь. Сверху по оппонентам долбили «Хобгоблины», и меньше, чем за минуту всё было кончено.

– Там ещё краулер за углом стоит, – сказал Дрищ, явно намекая на то, что он бы и его с удовольствием на ноль помножил, – эти гады на нём приехали. И там, скорее всего, кто-то ещё сидит.

– Ну и пусть себе сидит, – я живо представил себе, как полицейское оцепление стягивается к площади, и из этого краулера выковыривают того, кому не повезло выжить в нашей схватке.

Почему не повезло? Ну так все просто. Именно ему и предстоит оплачивать всё, что мы успели порушить и уничтожить

А если учесть, что ушлые оширцы, чей культурный досуг мы превратили чёрт знает во что, выкатят иски по возмещению морального ущерба…

Причём размеры сумм в этих исках буду ограничены разве что фантазией составителей.

Так что я не завидую тем, кто в этом краулере отсиживается. Они быстро поймут, что было бы лучше геройски погибнуть, да…

Пользуясь тем. Что вокруг не было никого, мы с Тихим быстро нашли те самые ховеры, о которых нам говорил Дрищ, и изготовились к отступлению.

Само собой, лететь отсюда напрямую в космопорт было бы верхом наглости. Поэтому мы решили, что пусть все будет не так быстро, но зато мы стряхнём с хвоста всех, кто удумает нас преследовать.

Тут мы поступили просто. Сначала мы прорвались через оцепление, пользуясь тем, что ховеры, что мы замародёрили, могли подняться хотя бы до десяти метров.

Пролетели над полицейскими, которые даже «мама» крикнуть не успели. А пока они там метались, мы были уже за десяток кварталов от места происшествия. Там просто взяли такси, и спокойно прибыли в аэропорт, где нас встречал радостный Дрищ.

Глава 17

Мы сели в такси. Причём сели, не переодеваясь, не умывая закопчённые физиономии. Вокруг нас распространялась кислая вонь сгоревшей взрывчатки… В общем выглядели мы с Тихим, как пара «диких гусей», что вернулись с образцово-показательной карательной акции. Оружие попрятали по кофрам и кобурам, но все равно было понятно, что нашу одежду оттопыривают явно не садовые инструменты.

Водитель же такси, оширец преклонных лет, был невозмутим, словно аватар одного из главных оширских божеств. Не помню, как эту сущность величали жрецы, но все сходились на том, что именно она уделяла особое внимание только своему внутреннему спокойствию. А всё, что происходило вовне, божество демонстративно игнорировало, полагая что это не более чем суета сует и томление духа.

Он удостоил нас скептичным взглядом. Хмуро буркнул, чтобы мы взяли покрывало, что лежало свёрнутым за задним диваном, и аккуратно его постелили, дабы не заляпать пороховой сажей обивку сидений из рельефной синтекожи. Это была единственная действительно дорогая деталь интерьера флаера. Всё остальное было убого до невозможности.

В общем, у меня сложилось такое мнение, что он каждый вечер развозит утомлённых крутыми разборками местных хунгузов по домам, где их наверняка ждут желтокожие дети и узкоглазые жёны.

И это было хорошо. Я ожидал истерик, попыток закрыться в своём транспорте и вызвать полицию и тому подобных панических действий. Но обошлось.

Плохо же было то, что услышав, что нам вот прямо приспичило лететь в космопорт, он по-людоедски улыбнулся. А когда мы сказали, что в космопорту выходить нам надо не на обычной стоянке для общественного транспорта, а на логистической площадке 56/32-С (оттуда до стоянки «Беглеца» было метров сто, не больше), его лицо стало похоже на морду улыбающегося крокодила. И уж совсем неприлично довольным он стал, когда услышал о том, что нам очень не хотелось бы вступать в близкий контакт с любым представителем служб охраны законности и порядка.

Само собой, выслушав нас, он объявил цену за свои услуги и услуги своего летающего ужаса.

Мы с Тихим пару минут хлопали себя по карманам, пытаясь найти анонимный чип, на котором нашлась бы сумма, что объявил нам водила. Это было не просто, ибо она была ничуть не меньше стоимости двух билетов класса люкс на орбитальный шаттл. Нашли таки.

– А если твоё корыто упадёт, – застенчиво спросил Тихий, – нас на эти деньги же и похоронят с почестями?

– Не извольте беспокоиться, – получив чип, водила, похоже, примирился со всем несовершенством мира и впал в состояние, граничащее с нирваной, – домчу с ветерком.

Говорил он, кстати, на оширском, так что тут я привожу только вольный перевод его слов. А так там были ещё разные труднопереводимые идиоматические выражения, да…

Домчал он нас с ветерком, без обмана.

Во время движения в салоне действительно было очень ветрено, так как форточка, что была в окне около задних сидений не закрывалась от слова «совсем».

Я честно пытался её закрыть, но, взглянув на отражение узких ехидных глаз в зеркале заднего вида, просто наконец осознал то, что слова «с ветерком» были не фигурой речи, а честным предупреждением.

На территорию космопорта мы залетали не в отведённом для этого воздушном коридоре, а по какой-то странной траектории.

Судя по тому, что наш пилот лихо покачал крыльями, пролетая над блок-постом служителей закона, у него тут все было схвачено.

Те полисмены, что не были заняты в тщательном досмотре какой-то грузовой платформы, стоявшей перед КПП, просто помахали нам вслед.

Дико конечно это всё выглядело. Но зато ко мне пришло понимание, почему мы заплатили такие безумные деньги за десятиминутный полёт.

Похоже, что цена тут складывалась с учётом оплаты тотального бездействия стражей порядка.

А вообще, да… Оширская коррупция, это явление, достойное самого пристального изучения.

Когда мы подошли к «Беглецу», все люки были задраены, и корабль выглядел готовым выдержать небольшой штурм.

– Дрищ, мы уже тут, – сказал я по мыслесвязи, – открывай калитку.

– Я вас так рано не ждал, – как бы оправдываясь, ответил он, – тут же опустилась малая аппарель и мы с Тихим быстренько шмыгнули внутрь.

И, стоило только мне оказаться внутри, как бронепандус опять пошёл вверх, надёжно отсекая нас от внешнего мира.

– Запрашивай разрешение на взлёт, – скомандовал я, – пока местные не чухнулись, что виновники большого бадабума, что недавно случился в городе, уже готовы покинуть эту убогую планету.

– Ну да, – согласился Джимми, – есть риск остаться тут очень надолго, если сейчас смыться не успеем…

– Да не так всё плохо, – повод для того, чтобы совсем уж не переживать был прост. Тут все можно было купить, вопрос лишь в сумме, – надолго мы в любом случае не задержимся. Но если нас сейчас остановят, придётся хорошо заплатить.

– Ну уж нет, – возмутился Дрищ. Он, как, впрочем и все мы, очень любил деньги и не без оснований считал, что сэкономленный кредит, это всё равно, что заработанный кредит. А потому тронул один из сенсоров и деловым тоном начал переговоры о взлёте:

– Диспетчерская, запрашиваю разрешение на взлёт…

Взлетели, следует отметить, без помех. Но, когда мы уже вставали в разгон, находясь на планетарной орбите, по гиперсвязи с нами связался диспетчер, и голосом, не терпящим возражений, объявил, что если мы не подойдём к ближайшей орбитальной станции и не предоставим борт для досмотра, по нам через пятнадцать минут откроют огонь.

Я тут же спросил корабельный искин, сколько времени нам требуется для ухода в варп.

– До достижения нужной скорости нам остаётся четыре минуты семнадцать секунд, – механический голос тут же развеял мои сомнения.

Пока эти узкоглазые уроды расчехляют свои орудия с затянутыми паутиной стволами, мы гарантировано выйдем из зоны поражения.

А дальше план был прост. Мы запрашиваем спецов по вормхоллам и они строят нам маршрут до ближайшей нейтральной системы.

И, достигнув этого тихого уголка, мы сможем перевести дух и не торопясь обдумать свои дальнейшие планы.

А в том, что планы нуждаются в существенной корректировке, сомнений не было, так как за последние несколько дней мы успешно возбудили нездоровый интерес к своим скромным персонам. И, что характерно, теперь нас достать хотят, как минимум три организации.

Арварцы и охотники за головами мечтают наши головы просто открутить, а оширцы стремятся нас обезжирить за те безобразия, что мы успели учинить на их территории.

Хотя, я думаю, что не сумев нас сразу прищучить, они вплотную займутся теми лузерами, что прятались в краулере. Так что остаются только охотники за головами и арварцы. Но и этого нам хватит, чтобы как следует задуматься о том, что и как делать дальше.

Ребята из «Хоул Логистикс» в очередной раз не подкачали, и мы, получив от них маршрутную карту, тут же встали в разгон к вормхоллу.

Надо сказать, что уже кто-то нас активно искал. По крайней мере корабельный искин сообщил, что в системе работает несколько сканеров, которые упорно пытаются кого-то нащупать.

А если учесть, что когда мы только в эту систему прибыли, подобной активности не наблюдалось, то напрашивается вывод, что это пытаются локализовать именно нас.

Но, поскольку стеллс-поле было включено на полную, я думаю, что эти любознательные ребята остались с носом.

Да, в любом случае, скоро мы нырнём в вормхолл, а там ищи ветра в поле…

Нырнули. Несколько часов, и мы оказались в системе Зороа. Система эта знаменита тем, что тут нет вообще ничего полезного. А поскольку она находилась недалеко от сектора пространства, где пролегала граница Империи Аратан, то в своё время поисковики излазили её вдоль и поперёк.

Но это было давно. И после того, как все убедились в том, что делать тут совершенно нечего, система стала довольно безлюдной.

Подозреваю, что сюда изредка забредали только такие ребята, как мы. То есть те, кому надо было просто перевести дух и собраться с мыслями.

После того, как мы с Тихим сходили в душ, немного привели себя в порядок и вообще, пришли в себя, мы все втроём собрались в кают-компании.

– Приветствую вас на борту «Беглеца», – со смешком провозгласил Дрищ, как только мы с Тихим вошли.

– И тебе здрасти, – Тихий ответил улыбкой.

– Ну, чем хвастаться будем? – сразу спросил Джимми.

– Вот так вот, даже кофе не предложишь? – ухмыльнулся я, – все мысли, только о деньгах, значит? – сказал я, плюхаясь на своё место и водружая на стол кофр, в котором сейчас находилось содержимое очередной заначки Мганги Пхукунци.

– Ко-о-фе? – задумчиво протянул Дрищ, но потом подобрался и довольно бодро объявил, – сейчас организуем…

И через три минуты кофейник уже кипел и в воздухе разлился аромат кофейных зёрен, кардамона и корицы.

– Сливки? – поинтересовался с некоторой издёвкой Джимми. Он знал наверняка, что и я и Тихий предпочитаем чёрный кофе. Но спросил, чтобы подчеркнуть свою нарочитую заботу.

– Хватит шутовства, – увещевающим голосом сказал я, – ты же знаешь, что мы оба пьём кофе, чёрный, как уроженец центральных систем Арвара.

Дрищ, продолжая отыгрывать радушного хозяина разлил кофе по чашкам.

– Хорошо оказаться дома, – сказал Тихий, начав прихлёбывать волшебный напиток мелкими глотками.

– Да, – задумчиво сказал Дрищ, как это ни странно, а именно этот кораблик и ассоциируется с понятием «Дом»…

– Что-то вас в какую-то сентиментальную философию потянуло, – сказал я, опасаясь, что разговор действительно повернёт в ту область, куда мне не особенно хотелось углубляться.

Чтобы изменить тему, я рывком поднял опалённый в бою кофр и грохнул им столешницу. Внутри что-то звякнуло.

Расстегнул магнитные застёжки, и Дрищ тут же сунул туда свой любопытный нос:

– А что это там за шкатулочки такие красивые? – он сунул руку в тёмное нутро кофра и вытянул оттуда длинную и широкую шкатулку. Но не деревянную, а металлическую, и без инкрустаций золотом. Значит это был не реликварий… Уже хорошо.

Интересно, что бы тогда это могло бы быть?

Но узнать ответ на этот вопрос вот прямо сейчас нам было не суждено…

Мой коммуникатор, который вёл себя всё это время вполне себе прилично, вдруг разразился каскадом звуков, извещая меня о том, что я опять кому-то нужен.

Судя по мелодии вызова, это была Коломбина.

Вот её я, честно говоря, ожидал услышать в последнюю очередь. Ведь совсем недавно мы с ней говорили. Ну, тогда, когда она передала нам контакты «Хоул Логистикс».

И я терялся в догадках, пытаясь предположить, зачем это я ей вдруг понадобился…

Но, самый лучший способ это выяснить, это просто тронуть сенсор приёма. Что я, собственно, и сделал:

– Привет, красавчик! – она была, как всегда, бодрой и отвратительно жизнерадостной, – успел соскучиться?

Ну, само собой, она хотела услышать что, да, и вообще… Ну, доставить женщине такое, сравнительно небольшое удовольствие я могу, тем более, что никаких ни физических, ни моральных затрат это за собой не повлечёт. Ну, разве что самую малость совру, поскольку нисколечко не скучал, ибо времени на это не было совершенно:

– Весь извёлся в ожидании, когда же ваше величество соизволит…

– Ты опять издеваешься? – уже своим обычным, стервозным голосом спросила она.

– Ну не всё ж тебе издеваться-то, надо мною, ранимым и беззащитным…

– Ой, ну кто бы уже говорил, – фыркнула она, – более толстокожего, грубого и самоуверенного самца я в жизни не встречала…

Ага, речь зашла о самцах. Не иначе, как это результаты её близкого общения с этой киской, ну, я имею ввиду мзин-фемаль по имени Ниэри, с которой они не разлей вода, сколько я её помню…

– Тебя заразили воинствующим феминизмом? – я постарался, что бы голос мой сочился ядом.

Ответом мне был вздох, который донёсся до меня через сотни парсеков:

– Ладно, я знаю, что ты можешь препираться сутками, словарного запаса тебе хватает. Но я не просто так решила послушать твои плоские остроты. Я по делу.

– Да я тоже думаю, что вряд ли ты будешь тратиться на гиперсвязь только ради того, чтобы сказать мне пару гадостей… – высказал я очевидное предположение.

– Ну, всё не так плохо, – а вот тут у неё прорезались характерные мурлыкающие интонации мзин. Общение с этими кошачьими явно накладывает на неё свой отпечаток. Интересно, а не придёт ли она однажды к тому, чтобы имплантировать себе клыки, как у мзин, сделать стоячие ушки и приживить хвостик?.. Что-то отвлёкся я, а она, между тем, продолжала:

– Я тоже умею считать деньги, а потому этот сеанс связи идёт за счёт принимающей стороны, – и довольно рассмеялась. – тем более, что если судить по размерам комиссионных, которые мне заплатил «Хоум Логистикс» за вас, как за новых клиентов, денег у вас куры не клюют.

Я посмотрел на дисплей, и таки да, на экране была строка, в которой мелькали цифры начисляемых платежей:

– Ну, денег никогда не бывает слишком много, – вздохнул я, – а раз так, то давай покороче… Выкладывай, чего тебе вдруг из-под меня понадобилось.

– На самом деле, именно мне от тебя вот ничегошеньки не надо, – сказала она, и после небольшой паузы добавила, – … пока не надо.

– Сара, имей совесть, денежки-то капают, – воззвал я к совести этой оторвы, – мои, заметь, денежки…

– Душный ты, – вздохнула она, – в общем, слушай. Тот самый деятель, чьи контакты ты мне передал, оказался очень полезным агентом. И я вынуждена принести тебе благодарность за этот прямо-таки королевский подгон…

– Слышать, как ты меня за что-то благодаришь действительно как-то не очень привычно, – признался я, – но я по прежнему не верю, что ты говоришь со мной сейчас только по тому, что из тебя неудержимо рвутся слова этой самой благодарности…

– Нет, – согласилась она, – дело в том, что этот человек очень-очень просил меня передать тебе зашифрованный файл. И срочно.

Насколько я понял, речь шла о майоре Стиле, который по своей воле завербовался в агенты Коломбины, или кто там ещё за ней стоит. Но вот зачем ему пересылать мне файл? Да ещё такими окольными путями? Загадка, однако… Но ладно, надо заканчивать этот разговор, а то скоро баланс моего аккаунта гиперсвязи уйдёт в минус.

– Так давай этот файл сюда, – сказал я, – время-то тикает.

– Сейчас, – буркнула она и до меня донеслись звуки какой-то тихой возни, а потом на дисплее показался и статус-бар передачи файла.

Прошло меньше двух минут, и передача успешно завершилась.

– Получил? – заботливо спросила Коломбина.

– Да, – тут же ответил я, и задал всё-таки вопрос, который меня мучил, – а что он напрямую его не передал?

– Ага. Он говорил, что ты спросишь про это, – хихикнула она, – и по этому поводу просил сказать тебе, что все ответы на твои вопросы ты в этом файле и найдёшь. И да, он сказал что пароль – это номер того коммуникатора, который он тебе оставил для связи.