Текст книги "Вулкан Капитал: Орал на Работе 2 (СИ)"

Автор книги: Игорь Некрасов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 24 страниц)

– Бля, а ты точно вызвал его? – перебила Дарья, не в силах слушать его рассуждения.

– Заказ был подтвержден системой в 18:07, – невозмутимо парировал он, – и, как я уже сообщил, прибытие ожидается с минуты на минуту.

Дарья с раздражением вздохнула и достала собственный телефон, погрузившись в ленту соцсетей. Игорь, наблюдая за этой сценой, неожиданно для себя предложил:

– Дарья, если хочешь, можем вместе выпить. И Семен Семеныч, вы как? – добавил он, обращаясь к старшему коллеге. – У меня никаких дел нет.

Семен Семеныч поднял на него строгий взгляд.

– Коллега, позвольте напомнить, что завтра рабочий день, начинающийся, согласно регламенту, в 08:00. Что касается корпоративных мероприятий в неформальной обстановке, то я не являюсь их противником, однако бесцельное употребление алкогольных напитков без четкого протокола и повестки я считаю пустой тратой времени, вредной как для продуктивности, так и для здоровья.

– Ты пить-то умеешь? – перебила его Дарья, с насмешкой глядя на Игоря. – Набухаешься и начнешь плакать, как тогда, – она громко рассмеялась, явно вспоминая прошлый случай, когда их увозили в автозаке.

– Ну, один раз живем, – отшутился Игорь, пожимая плечами. – Чуть-чуть можно выпить, все равно домой не тороплюсь.

Дарья оценивающе посмотрела на него, затем махнула рукой.

– Со стажерами я обычно не пью. Но похер, – выдохнула она. – Марина уже настроила меня, а тут ты со своим предложением подвернулся.

Игорь, слегка задетый ее тоном, тихо пробормотал:

– Я, вообще-то, уже реальные сделки закрываю…

Семен Семеныч, будто защищая его, тут же вступил своим ровным, нудным голосом:

– Коллега Дарья Станиславовна, должен отметить, что по факту Игорь Семенов демонстрирует весьма обнадеживающие результаты и потенциальную…

– Ой, не пизди! – грубо перебила его Дарья. – Он тут неделю работает, и кроме того, как он с тобой в женском туалете докладные сочинял, я его другую работу и не видела!

Игорь лишь покрутил головой и усмехнулся ее подколам, не находя, что ответить.

Внутри же у него пронеслось: «Ну сукаааа… Ее точно надо трахнуть!»

– Ладно, – Дарья снова повернулась к Игорю. – У тебя деньги-то есть? Не придется за тебя платить?

– Конечно, – кивнул он.

В этот момент Семен Семеныч, сверяясь с телефоном, объявил:

– Такси, согласно данным приложения, подъехало к главному входу. Номер автомобиля соответствует заказу.

Дарья посмотрела на Игоря, на его ожидающее лицо, и, тяжело вздохнув, как будто делая ему одолжение, буркнула:

– Ну, давай, пошли, собутыльник.

– Супер! – обрадовался Игорь.

Дарья тяжело вздохнула и, уже отходя к выходу, бросила через плечо так, чтобы слышал только он:

– Я уже жалею об этом…

Она быстрым, решительным шагом направилась к двери. Игорь и Семен Семеныч последовали за ней, немного отставая. Пользуясь моментом, Игорь наклонился к своему неожиданному наставнику.

– Семен Семеныч, насчет лифта… – тихо начал он. – Я ей так сказал, потому что она первая заявила, что у меня вид, будто меня только что ебали.

Семен Семеныч кивнул с видом глубокомысленного понимания.

– Что же, данное обстоятельство вносит ясность в происшедшее. Я, в принципе, предполагал, что первоисточником вербальной агрессии и неподобающих формулировок явилась именно коллега Дарья Станиславовна. – Он сделал паузу, чтобы его слова возымели должный эффект. – Однако, дружище, позвольте вам напомнить: ваша ошибка заключалась в том, что вы опустились до ее уровня. На подобные выпады следует реагировать не ответной грубостью, нарушающей корпоративный этикет, а сохраняя достоинство и давая конструктивный, деловой отпор.

Они уже подходили к машине. Дарья, не дожидаясь их, уже сидела на переднем пассажирском сиденье, уставившись в телефон.

– Вот видите, – продолжил Семен Семеныч, слегка понизив голос, но сохраняя свою нудную, наставительную интонацию. – Она позволяет себе резкие высказывания в мой адрес, а я, в свою очередь, четко и по делу ей отвечаю, не допуская перехода на личности и соблюдая субординацию. Мне кажется, именно по этой причине она испытывает некое почтение, даже, осмелюсь сказать, опаску.

С этими словами он открыл дверь и уселся на заднее сиденье такси.

Игорь, залезая следом, с трудом сдержал смех. «Он думает, что она его боится? Он серьезно?» – пронеслось у него в голове, пока он пристегивался, глядя на затылок Дарьи, которая демонстративно игнорировала их обоих.

Таксист, мрачно глядя на навигатор, уточнил, сверяясь с заказом:

– Значит, так… Улица Тверская, 15, корпус 2 и улица Садовая-Кудринская, 25? Всё верно?

– Да, – отозвался Семен Семеныч.

– Первую точку можешь оставить, – сказала Дарья, не поворачиваясь. – Высади нас недалеко от «Нуара». Это на той же Тверской.

Потом она обернулась к Семену Семенычу, перекинув руку через подголовник сиденья.

– Ну что, Семеныч, окончательно решил? Может, пойдешь с нами? Один бокал, для приличия…

– Коллега Дарья Станиславовна, – тут же начал он своим размеренным тоном, – как я уже имел честь пояснить, я не вижу рациональной цели в…

– Понятно, – тут же перебила его Дарья, махнув рукой и поворачиваясь к таксисту. – Вторая точка высадки остается как есть.

– Верно, – коротко подтвердил Семен Семеныч.

Таксист тяжело вздохнул, явно давая понять, что его терпение тоже не безгранично.

– Ну что ж… Поехали.

Машина тронулась, увозя эту странную троицу в вечер, полный неопределенности и обещающий новые нелепые повороты.

Игорь откинулся на сиденье, глядя на мелькающие за окном огни вечернего города. Он машинально достал телефон, проверяя сообщения. Ничего нового: ни от Ани, ни от Камилы, ни даже от Карины. Только спам от банков. Он снова сунул телефон в карман.

В салоне повисла тягостная тишина, нарушаемая лишь шумом двигателя. Её нарушил Семен Семеныч, обратившись к Игорю своим ровным, душным голосом:

– Коллега, я слышал, вы сегодня находились в кабинете Виктории Викторовны в тот момент, когда к ней прибыл наш уважаемый основатель, Виктор Вольнов.

Игорь вздрогнул, оторвавшись от окна.

– Да, я был там.

– А не будете ли вы так добры, – продолжил Семён Семеныч, понизив голос до конфиденциального шёпота, – пролить свет на суть произошедшего? Общая картина, как вы понимаете, остаётся несколько туманной.

У Игоря в голове мгновенно всплыли откровенные образы: он на коленях, его лицо между ног Виктории Викторовны, пальцы, глубоко вошедшие в её анальное отверстие, и оглушительный рёв её отца. Он с трудом сдержал смешок и, стараясь сохранить невозмутимость, покачал головой.

– Знаете, Семён Семеныч, я бы не хотел говорить, что именно там происходило.

– Верно, верно, – тут же, почти с облегчением, кивнул Семён Семеныч. – Всё абсолютно правильно. Не распространяться о делах руководства – признак хорошего тона и лояльности. Дискреция в таких вопросах – основа корпоративной безопасности.

В этот момент с переднего сиденья раздался хриплый голос Дарьи, которая, оказалось, слушала их весь разговор.

– Да что там могло быть-то? – фыркнула она, не оборачиваясь. – Всё и так ясно. Вика пизды получила конкретно от своего бати. Давно пора было.

– Коллега Дарья Станиславовна, – немедленно поправил её Семён Семеныч, – Виктория Викторовна.

– Отстань, а, – отмахнулась она. – Виктору давно уже надо было наведаться. Вика хоть и хороша, спору нет, но тоже бывает, что-то хитрит постоянно. Ничего удивительного.

– Тут я, пожалуй, вынужден с вами согласиться, – неожиданно поддержал её Семён Семеныч, глядя прямо перед собой. – Эпизодические отклонения от стратегически выверенной линии поведения действительно имели место быть.

Игорь снова уставился в окно, наблюдая за сменой пейзажа. Улицы становились всё более незнакомыми; в этих районах он раньше не бывал. После ещё пары поворотов вдалеке показалась яркая неоновая вывеска, и вскоре он увидел само заведение – «Нуар». Ресторан выглядел дорого и стильно: фасад из тёмного полированного камня, скромная, но изящная подсветка, сквозь массивные стёкла виден был приглушённый свет и силуэты людей в элегантной одежде.

– Так, тут, пожалуйста, – бросила Дарья таксисту, и машина плавно притормозила у тротуара.

Пока Дарья и Игорь собирались выходить, Семён Семеныч, не поворачиваясь, произнёс своим ровным, наставительным тоном:

– До свидания, коллеги. И позвольте ещё раз напомнить, что завтрашний рабочий день начинается, согласно регламенту, в 08:00. Пунктуальность…

Дарья, не дослушав, громко цокнула, открыла дверь и вышла на улицу, громко хлопнув ею за собой.

Игорь, открывая свою дверь, перебил Семёна Семёныча:

– Мы всё помним, спасибо. Доброй ночи.

– Хорошего вам вечера, дружище, – неожиданно тепло ответил Семён Семеныч и протянул ему через сиденье руку для прощального рукопожатия, на его лице играла редкая, но искренняя довольная улыбка.

Игорь, слегка удивлённый, пожал его сухую ладонь, сказав:

– До свидания.

Он вышел из машины и догнал Дарью, которая уже недоверчиво наблюдала за этой сценой через стекло, прежде чем развернуться и направиться ко входу в ресторан.

– Подожди, – окликнул он её у самых дверей, сделанных из матового чёрного стекла. – Я тут ещё не был.

Дарья обернулась, и на её губах скользнула короткая, едва заметная ухмылка.

– Ну, смотри не обалдей от цен, стажёр, – бросила она и толкнула тяжёлую дверь.

Их встретил прохладный, насыщенный ароматами воздух. У входа, за скромным столиком, сидел невозмутимый мужчина в идеально сидящем тёмном костюме – его внимательный, оценивающий взгляд скользнул по ним, но не задержался надолго. Они прошли дальше, вглубь зала.

«Нуар» оправдывал своё название. Интерьер был выдержан в глубоких, приглушённых тонах: стены цвета воронёной стали, бархатные диваны цвета спелой сливы, низкие столы из чёрного матового дерева. Свет исходил от бронзовых бра на стенах, отбрасывающих причудливые тени, и от крошечных лампочек, встроенных в потолок, словно звёзды в ночном небе. Где-то тихо, почти на грани слышимости, играл джазовый стандарт – томный саксофон переплетался с нежными переливами рояля. В воздухе витал густой, сложный коктейль запахов: дорогого кофе, выдержанного виски, трюфелей и кожи.

Дарья, не дожидаясь метрдотеля, уверенно повела их к уединённому диванчику в нише у панорамного окна, выходившего на ночную улицу. Они устроились на мягком, утопающем бархате, а через мгновение к столу бесшумно подошёл официант в безупречно белой рубашке и чёрном фартуке. Молча, с лёгким поклоном, он поставил перед каждым тяжёлое, кожей обтянутое меню, где названия блюд и вин были вытеснены изящным серебряным шрифтом.

– Готовы ли вы сделать заказ, или вам потребуется несколько минут? – тихо и почтительно спросил официант.

Дарья, не глядя на него, уже листала страницы.

– Подойдёшь позже, – коротко бросила она.

– Хорошо, – кивнул он и так же бесшумно удалился.

Игорь взял меню в руки. Тяжёлая кожа была приятной на ощупь. Он открыл его, и его взгляд упал на цифры в графе «Цена». У него перехватило дыхание. «Салат „Цезарь“ – 1800… Тартар из говядины – 3200… Стейк рибай – 7500…» Он машинально перевёл взгляд на винную карту. «Бокал Просекко – 1700, бургундское – от 2500 за бокал…» В ушах зазвенело.

Он быстро прикинул содержимое своего кошелька и сглотнул, денег, что в нем были, хватило бы ему на неделю, если не больше. Но с такими ценами максимум, на что он мог рассчитывать, это салат «Брут» и рюмку столового вина.

Дарья тем временем изучала меню с видом знатока.

– Так, – протянула она, водя длинным маникюром по списку. – Пить на пустой желудок не хочется, голова потом треснет. Надо ещё что-то заказать. А ты что будешь? – Она подняла на него взгляд, и в её глазах читалось насмешливое ожидание.

Игорь, не отрываясь от меню, за которым пытался скрыть своё потрясение, пробормотал:

– Я, наверное, буду… просто пару бокалов вина. Я не очень голоден.

Дарья фыркнула, наблюдая за его бледным, ошеломлённым лицом.

– Ну конечно, просто пару бокалов, – с насмешкой протянула она и снова повернулась к меню, перелистывая страницы с преувеличенной важностью. Помолчав, она тихо, будто про себя, добавила: – Тааак… Ну, раз ты нищеброд, тогда уж я закажу что-нибудь поесть нам обоим. А то неловко как-то есть одной.

Игорь, уколовшись, попытался отшутиться:

– Да нет, я правда просто не голоден!

– Ага, – отрезала она, даже не удостоив его взглядом, продолжая изучать раздел с горячими закусками. Через пару минут она с решительным видом захлопнула массивное меню. – Ну всё, я выбрала. Где этот официант ебучий, в конце-то концов? Долго его ждать? – раздражённо бросила Дарья, беспомощно оглядывая зал.

Игорь не сдержал короткого смешка.

– Ты же сама ему сказала потом подойти.

Она тут же заметила приближающегося официанта и, не глядя на Игоря, резко шикнула:

– Заткнись.

Игорь лишь усмехнулся её наглости и наблюдал, как официант бесшумно подходит к их столу.

– Готовы сделать заказ? – вежливо спросил он.

– Да, будьте так любезны, – Дарья откашлялась и, не заглядывая в меню, чётко выпалила: – Принесите, пожалуйста, тартар из говядины, тартар из тунца, трюфельные брускетты и сырное плато. И две стопки односолодового виски с хорошим дымком. Чтобы чувствовался.

– А мне вина… – начал было Игорь, но Дарья тут же перебила его, обращаясь к официанту:

– Нет, ему тоже виски.

Официант кивнул и удалился. Игорь смотрел на Дарью с выражением тихого ужаса, будто она только что обанкротила его на год вперёд.

– Че уставился? – она подняла на него бровь. – Будешь, как баба, вино пить, пока я виски буду тянуть? Расслабься.

– Если честно, у меня не так много денег, Дарья, – тихо признался Игорь, чувствуя, как по лицу разливается краска.

– Ебать, ты Америку открыл! – фыркнула она, откидываясь на спинку дивана. – Думаешь, я не поняла? Это по твоему лицу было написано, как только ты меню открыл.

Игорь смущённо хмыкнул, потирая ладонью шею. Было одновременно и неловко, и странно приятно, что она всё заметила, но не стала его унижать при официанте.

– Не ной, – почти снисходительно бросила она, ловя взгляд кого-то через его плечо. – Если не хватит – я за тебя добавлю.

– Ну… хорошо, – с облегчением согласился он, а сам в уме с тоской подумал: «Отлично! Сейчас пробухаю все деньги, которые одолжил у Карины. Вот будет заебись».

Официант в это время вернулся, неся на небольшом подносе две стопки с золотисто-янтарной жидкостью и закуски: брускетты и сыр. Он бесшумно расставил их и удалился.

– Тогда у меня вопрос, – Игорь решил сменить тему, пока не свихнулся от мыслей о долгах.

Дарья тяжело вздохнула, как будто он попросил её переместить гору, и ткнула пальцем в стол.

– Давай, задавай. Только, блять, если про работу – я тебе тут же в табло дам.

Игорь усмехнулся, взял в руку стопку с виски, покрутил её, наблюдая за игрой света в янтарной жидкости.

– Вот смотри, Дарья, – начал он, явно начиная какую-то свою теорию. – Есть такие люди… говнистые. Они себя всегда показывают, подкалывают другого перед другими. И часто они так делают для того, чтобы поднять свой статус что ли над ними, оскорбляя другого. Ну, ты поняла меня, да?

Дарья тем временем опрокинула свою стопку, поставила её на стол с глухим стуком и, закусив, с хитрой улыбкой кивнула.

– Ага.

– Ну так вот, – Игорь тоже отпил большой глоток, и огненная волна покатилась по горлу, согревая изнутри. – И такие люди обычно, оставаясь наедине с кем-то, уже ведут себя хорошо. Потому что публики-то нет, перед кем себя показывать. Понимаешь, да?

Дарья, ухмыляясь, жестом показала, чтобы он продолжал.

– Давай, скажи уже.

– И так вот, – Игорь сделал паузу для драматизма. – А ты… не такая, Дарья.

Она громко рассмеялась, коротко и хрипло.

– Вот ты всегда ведёшь себя как гавно, – заключил он, пряча улыбку в своём бокале. – Хоть перед другими, хоть наедине.

Дарья не разозлилась. Напротив, она откинула голову назад и снова рассмеялась, на этот раз ещё громче и искреннее, будто он сказал не оскорбление, а самую забавную шутку за весь вечер.

– Ну хорошо, я тебя поняла, – выдохнула она, всё ещё улыбаясь, и допила свою стопку до дна. Не задумываясь, она тут же взяла вторую. – Зато я, Игорь, всегда говорю всё прямо в лицо. А не как многие мямли, которые и двух слов связать не могут, – она бросила на него многозначительный взгляд, явно намекая.

Игорь, чувствуя, как алкоголь начинает приятно греть изнутри и притуплять острые углы, тут же перебил её, допивая своё виски:

– Я понял. Но ведь на работе…

– Я тебе сказала: ни слова про работу! – резко отрезала она, ударив ладонью по столу, но в её глазах не было злобы, лишь азарт.

– Но всё же, – не сдавался он, – в первый день, когда ты вышла из отпуска, ты меня отхуесосила перед всеми. А ведь могла по-другому это преподнести. Я ведь всё-таки, как ты говорила, всего лишь неделю тут работаю.

– Хоро-о-о-шо, – протянула она, опрокидывая вторую стопку одним точным движением. Затем, не дав ему продолжить, помахала рукой, подзывая официанта. Пока тот приближался, она, глядя на Игоря в упор, произнесла: – Как я тебе уже сказала: я такая, и всё. И меня, если честно…

Официант подошёл, и Дарья, не меняя интонации, приказала:

– Принесёте нам ещё по две стопки. И так – приносите каждые пять минут, пока кто-то из нас не уснёт.

Официант лишь мило улыбнулся, словно ему каждый вечер отдают такие распоряжения, и коротко кивнул:

– Будет сделано.

Как только он скрылся, Дарья вернулась к разговору, её речь стала ещё более откровенной и резкой под действием алкоголя.

– И так вот. – она уставилась прямо в глаза Игорю и начала. – Меня. Заебали. Новички. Придурки, которые делают хуйню и думают, что их ошибки – это только их ошибки. А на самом деле это пиздец как сказывается на всех! Вот ты сделал хуйню, а твоя шаболда-наставница, Алиса, во рту хуевовая сосиска. Она сидела, даже не понимая, что её стажёр натворил. Ты уж…

В этот момент официант вернулся с новыми стопками. Дарья взяла свою, кивнула ему:

– Спасибо.

И, как только он отошёл, добавила, поднимая бокал в своеобразном тосте и глядя прямо на Игоря:

– Вот тут я по тебе и проехалась. Так что давай… за честность.

Дарья опрокинула стопку, Игорь, чувствуя, как жар разливается по телу и голова становится ватной, послушно последовал её примеру.

– Честность – это хорошо, – начал он, с трудом подбирая слова.

– Это заебись, – поправила она, закусывая.

Игорь фыркнул и, решившись на откровенность, продолжил:

– Слушай, а почему ты к Виктории Викторовне тогда обратилась… как там было… «Викусь»?

Дарья громко рассмеялась, вытирая тыльной стороной ладони губы.

– А что?

– Ну как же? – Игорь развёл руками, отчего мир слегка поплыл перед глазами. – Начальница же. Такая строгая. И все с ней на «вы». А тут… Я, если честно, тогда охренел, когда в лифте мы стояли и ты ей говоришь «Викусь». – Он снова засмеялся и, чтобы скрыть смущение, сделал ещё один глоток.

– Так я тоже с ней на «вы» общаюсь, – пожала плечами Дарья. – Просто тогда я тебя в лифте не видела, вот так и вышло. А так наедине мы с ней… без формальностей.

– Вы с ней что, подруги? Или типа того? – с пьяным любопытством спросил Игорь.

– Не-е-ет, – протянула она, качая головой. – Таких «друзей» мне не надо. Она вся хитровыебанная. Просто я уж давно работаю, и как-то… вместе были на корпоративах. И даже случай был один… – она запнулась, её взгляд на секунду стал отсутствующим, но тут же она отмахнулась, словно отгоняя навязчивое воспоминание. – Но это не твоё дело.

Они ещё немного посидели, перебрасываясь колкостями и шутками. Игорь, разгорячённый виски, начал подкалывать Дарью за её вечную брутальность, а она в ответ ехидно спрашивала, не боится ли он, что его Алиса заревнует. Смех давался легко, а тяжёлые мысли тонули в дымном аромате виски и приглушённом гуле ресторана.

Внезапно фоновая джазовая музыка сменилась – зазвучал томный, чувственный бит трип-хопа. Барабаны создавали ленивый, гипнотический ритм, а приглушённый синтезатор и тягучий вокал создавали атмосферу тёмной, интимной клубной эстетики. Это была музыка, под которую не танцуют, а скорее двигаются в такт, погружаясь в собственные мысли и ощущения.

Дарья тут же оживилась. Она отпила последний глоток и встала, её тело уже слегка покачивалось в такт.

– О, пойдём потанцуем.

Игорь помотал головой, чувствуя, как пол уходит из-под ног.

– Да я не умею… И не хочется, честно.

Она наклонилась к нему, и её взгляд стал твёрдым, почти угрожающим.

– Игорь, подними свою задницу и пошли. Сейчас же. Не заставляй меня тебя тащить.

Он хотел было ещё поспорить, но что-то в её тоне – не просто приказ, а почти физическое давление – не оставляло пространства для манёвра. С тяжёлым вздохом, чувствуя себя нелепо, он поднялся.

Пол под ногами оказался неприятно зыбким, плыл, а в висках отдавался ровный, настойчивый гул, сливавшийся с шумом в ушах от алкоголя. Они направились в сторону зала, где уже двигались несколько пар.

Игорь шёл следом, глядя на её спину.

В полумраке силуэт Дарьи казался иным – не колким и острым, как днём в офисе, а плавным и загадочным. Свет от бра выхватывал из темноты линию плеч, изгиб шеи и заставлял мерцать шёлк её блузки. Каждый её шаг был отточенным и уверенным, даже когда пол слегка колебался.

Он всё ещё чувствовал жар виски в крови, но к нему теперь примешивалось что-то другое – тягучее и настойчивое, исходящее от самой атмосферы «Нуара». Ритм музыки, Massive Attack «Teardrop», который сначала был просто фоном, теперь пульсировал где-то в основании его черепа, настойчиво приглашая отдаться и перестать сопротивляться.

Дарья, не оглядываясь, коротким жестом, почти небрежно, протянула ему руку назад – не для того, чтобы взять его за руку, а скорее жест-приказ «иди за мной, не отставай». И он, всё ещё внутренне ворча, послушно ускорил шаг, чувствуя, как странное предвкушение понемногу вытесняет неловкость.

Они миновали последние столики и оказались в зоне, где под этот томный, обволакивающий бит несколько пар уже двигались в полумраке, их силуэты сливались с тенями. Дарья сразу же закрыла глаза и отдалась музыке, двигаясь плавно, почти змеино, её тело изгибалось в такт каждому удару барабанов.

На ней была всё та же облегающая чёрная юбка, которая теперь, в полумраке, казалась вторым слоем кожи, подчёркивая каждый изгиб соблазнительных бёдер. Световые блики скользили по шёлковой ткани её тёмно-бордовой блузки, заставляя ткань мерцать при каждом её движении. Она была полностью погружена в себя, и на её обычно колком лице застыло выражение почти блаженного наслаждения.

Игорь, пьяный и заворожённый, не мог оторвать от неё взгляда. Он с удивлением поймал себя на мысли, что, когда она молчит, с закрытыми глазами, она невероятно сексуальна. И не просто сексуальна – в её расслабленных чертах была какая-то неожиданная нежность и даже уязвимость.

«Если бы я её не знал, – промелькнуло у него в голове, – подумал бы, что она ранимая».

Его внимание привлекло движение рядом. Другие пары, поддавшись тому же гипнотическому настроению, начали танцевать в обнимку, и тут его осенило.

«А ведь можно и её обнять. Это будет мой первый шаг к тому, чтобы ей присунуть».

С этой циничной и пьяной мыслью он внутренне усмехнулся и, набравшись смелости, сделал шаг вперёд. Он подошёл к ней вплотную, нарушив её личное пространство. Дарья чуть приоткрыла глаза. Взгляд её был мутным от алкоголя и музыки, но в нём не было ни удивления, ни протеста.

Она всё поняла без слов.

Медленно, почти ритуально, она обвила его шею руками. Её пальцы коснулись затылка, и по его спине пробежали мурашки. Игорь в ответ уверенно обхватил её за талию. И они начали двигаться. Уже не два отдельных человека, а единое целое, медленно раскачивающееся в такт тягучему, как расплавленный сахар, ритму.

Ее тело было удивительно пластичным и послушным в его руках. Голова Дарьи уже лежала у него на плече, и он чувствовал ее теплое, ровное дыхание у своей шеи. С каждым выдохом волна ее аромата – горьковатый шафран и что-то животно-мускусное – накатывала на него, кружа голову сильнее алкоголя.

Этот запах был таким же сложным и доминантным, как и она сама, он въедался в сознание, сбивая с толку. Игорь инстинктивно притянул ее еще ближе, почти стирая и без того несуществующую дистанцию между ними. Он почувствовал, как ее грудь упруго прижалась к его грудной клетке – мягкий, но безоговорочный натиск, от которого у него перехватило дыхание.

Волна жаркой волны накатила изнутри, пульсирующим приливом устремившись в низ живота и заставив кровь густо и тяжело стучать в висках.

«Шаг второй к приближению траха», – пронеслось в его пьяной, затуманенной голове.

Пользуясь тем, что она, казалось, полностью растворилась в музыке, он начал медленно, будто невзначай, скользить ладонью вниз по ее спине. Дарья не дёрнулась. Она лишь глубже уткнулась лицом в его плечо, и ее пальцы чуть сильнее вцепились в его волосы на затылке.

Это молчаливое разрешение, эта ее расслабленная податливость обожгли его сильнее любого открытого вызова. Его рука, наконец, достигла цели – округлого, идеального изгиба ее ягодицы под тонкой тканью юбки. Он замер на секунду, давая ей время отреагировать. Но она лишь продолжила плавно двигаться, ее бедра описывали медленные круги, непроизвольно втирая его ладонь в попку.

Тогда Игорь начал нежно гладить ее, ощущая под шелком и тонким слоем кружев упругую и невероятно нежную попочку. Он слегка сжимал ее, и каждый раз, когда его пальцы вдавливались в упругую плоть, по его спине пробегал разряд тока.

Он чувствовал каждую мышцу, каждый нерв через барьер одежды, и это сводило его с ума. Охмелевший от её близости и виски, он потерял остатки осторожности. Его ладонь стала наглее, сжимая уже не нежно, а с почти собственническим желанием, пальцы впивались в упругую плоть, грубо очерчивая её форму.

И тут её губы вплотную прикоснулись к его уху, и он услышал тихий, хриплый шёпот, в котором не было ни капли игры:

– Ещё раз тронешь – я тебя убью.

Фраза прозвучала как обухом по голове. Игорь чуть ухмыльнулся, не отстраняясь, и так же тихо, прямо в её волосы, пробормотал:

– Прости, я машинально.

– Ага, – тут же беззвучно выдохнула она, и в этом одном слове был целый спектр – и сарказм, и принятие извинений, и лёгкое презрение к его жалкой отмазке.

Они продолжили двигаться, Игорь послушно поднял руку чуть выше, на безопасный уровень её талии. Но он не убрал её полностью. Кончики его пальцев всё ещё ощущали память о её форме, жар, исходящий от тела через ткань.

Он вёл её в танце, и между ними снова возникла невидимая стена – та самая, что всегда отделяла его, стажёра, от неё, звёздного брокера. Так, в напряжённом, почти невыносимом молчании, они и простояли, пока последние, затухающие ноты не растворились в воздухе, и музыка не сменилась на что-то более нейтральное и фоновое.

Ритм сменился, и Дарья резко отстранилась, разомкнув их объятия. Её глаза, блестящие от виски и танца, уставились на него. В них читалась усталость, насмешка и капля раздражения.

– Обязательно нужно было вести себя как последний дебил? – выдохнула она, но без прежней ядовитости, скорее с констатацией факта.

Игорь фыркнул, пытаясь сохранить лёгкость.

– Мне просто было приятно тебя обнимать.

Она покачала головой, и на её губах дрогнула улыбка.

– Точнее, мою задницу, да?

Игорь смущённо покраснел и растерянно развёл руками.

– Нууу… – начал он, но Дарья тут же перебила.

– Ладно, хватит. Пошли.

Она развернулась и направилась к их столику, её каблуки отчётливо стучали по полу, отмеряя дистанцию, которую он только что попытался сократить. Игорь, чувствуя себя немного глупо, поплёлся следом.

Подходя, он увидел, что официант, верный её странному распоряжению, уже поставил на стол две новые стопки виски. Дарья грузно опустилась на бархатный диван, откинулась на спинку и залпом осушила одну из них. Игорь сел рядом, сохраняя почтительную дистанцию.

– Класс, – выдохнула она, глядя перед собой. – Люблю танцевать.

– А я не очень, – попытался пошутить Игорь, всё ещё ощущая на ладони жар её тела.

Дарья повернула к нему голову, и в её глазах заплясали знакомые ехидные огоньки.

– С такими-то танцами, Игорек, тебе лучше б сразу достать свой член и дрочить у всех на глазах, – бросила она с присущей ей дерзкой ухмылкой. – Эффект был бы тот же, а мне не пришлось бы отбиваться.

Игорь, смущённо хмыкнув, сделал глоток виски. Жгучая жидкость придала ему немного наглости. Он подвинулся к ней чуть ближе, сократив дистанцию, которую она только что установила.

– Ну, если честно, Дарья, – начал он, глядя на нее исподлобья, – пока ты там молчала, мне даже показалось, что ты… нежная. – он выдержал паузу, наслаждаясь её удивленно-возмущенным взглядом, и добавил: – И… такая приятная на ощупь.

Дарья коротко, хрипло, но громко рассмеялась.

– Больше не делай никому комплиментов, ладно? Ты не умеешь. У тебя это звучит как диагноз.

Она отпила из своей стопки, поставила её на стол с глухим стуком и откинулась на спинку дивана, изучая его с насмешливым прищуром.

– Вообще, обычно, – начала она с преувеличенной назидательностью, – когда приглашают даму в ресторан, за неё платят. И относятся к ней… ну, знаешь, – она сделала многозначительный жест рукой, – как к даме, понимаешь? А ты… мало того, что пьешь, можно сказать, за мой счёт, так ещё и лапаешь меня при всех, как последний извращенец. Где же галантность, Игорь?

Игорь усмехнулся и подвинулся к ней ещё ближе, так что их колени почти соприкоснулись. Его взгляд скользнул к её ногам, а затем снова встретился с её глазами.

– Подожди, если ты так хочешь… – он медленно поднял руку, явно собираясь положить её ей на колено. – Я могу быть вежливым с тобой.

Дарья сразу поняла его намерение. Её глаза сузились, но в уголках губ играла улыбка.

– Вот только посмей, сука.

Игорь замер на мгновение, его рука зависла в сантиметре от её колена. Затем, не отводя взгляда, он всё же опустил ладонь на тёплую кожу выше колена. Дарья не дёрнулась, не оттолкнула его. Вместо этого она тихо рассмеялась, качая головой, поражённая его наглостью.

– Ну ты и ублюдок бесстыжий, – выдохнула она, но в её голосе не было злости, скорее невольное уважение к его нахальству. – Руку убрать не хочешь?

– А что? – Игорь не убирал руку, слегка проводя большим пальцем по её коже. – Мне казалось, ты против только грубостей. А это вроде как… не грубо.

Дарья покачала головой, всё ещё не веря его наглости.

– Ты перепил совсем? Я тебе по-русски говорю: не лапай меня!

Но Игорь, пьяный и возбуждённый её близостью, не слушал. Вместо того чтобы убрать руку, он медленно, почти вызывающе, провёл ладонью чуть выше, под край её юбки, ощущая под пальцами тонкое кружево нижнего белья.