Текст книги "Вулкан Капитал: Орал на Работе 2 (СИ)"

Автор книги: Игорь Некрасов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 24 страниц)

Игорь усмехнулся, не сбавляя темпа.

– Ну, если хочешь, могу заглядывать к тебе в гости.

– Может, как-нибудь навестишь меня в сауне? – предложила она, и в ее голосе прозвучал игривый вызов.

– Я только буду рад, – он вложил в слова всю возможную похабность. – Трахать такую дырочку…

– Да, еби ее, – страстно прошептала она в ответ. – Если хочешь и когда хочешь.

Эти слова стали для него последней каплей. Игорь начал входить в нее с новой силой, более резко и глубоко. Камила тихо застонала, ее тело затрепетало, и она сжалась вокруг него в мощном оргазме. Ее внутренние мышцы судорожно сжимали его член, не отпуская, и это невероятное ощущение подсказало Игорю, что он тоже на грани. Он замедлил движения, чувствуя, как волна нарастает.

– Я скоро… кончу, – с трудом выговорил он. – Куда? Может, в рот? – предложил он и решил пошутить. – Или, если хочешь, могу твою дырочку наполнить.

Она тихо фыркнула.

– Можешь и… внутрь.

Игорь почти остановился.

– Ты что, не боишься?

– Я поставила спиральку, – успокоила она его, все еще переводя дух. – Чтобы случайно не залететь… от кого-нибудь. Так что не переживай.

«Блин, ну, надеюсь, не залетит», – мелькнуло у него в голове, но мысль о том, что он может кончить прямо в нее, сделала свое дело.

Через несколько последних, глубоких толчков его член затрясся, и он с громким стоном выпустил в нее горячую сперму, заполняя ее. Камила в ответ снова застонала, выгибаясь, будто переживая второй оргазм, ее ноги судорожно обвились вокруг его поясницы.

Игорь, приподнявшись, не вынимал член еще несколько мгновений, наслаждаясь последними пульсациями и чувствуя, как ее влагалище продолжает ритмично сжиматься. Наконец он медленно вынул свой член.

Раздался тихий, влажный звук, и он увидел, как из ее растянутой, влажной и покрасневшей киски, блестящей от их смешанных соков, густой белой струйкой вытекает его сперма. Она медленно стекала по ее промежности, пачкая темные волосы и кожу.

Игорь с наслаждением наблюдал за этой картиной, затем перевел взгляд на ее лицо. Ее грудь вздымалась, соски были набухшими и твердыми. Она тяжело дышала и наконец прошептала:

– Класс… давно меня так никто не трахал.

Игорь ухмыльнулся, удовлетворенный.

– Ну что, теперь стресс ушел?

– Ой, не напоминай, – она слабо улыбнулась. – Я только забылась.

Она приподнялась на локтях, все еще переводя дыхание.

– Ну всё, теперь я залечу.

Игорь удивленно поднял бровь и подумал: «Только попробуй, бля», но она тут же добавила:

– Шучу я, шучу. Не переживай. – она чуть напрягла мышцы живота, и из ее киски потекла новая порция спермы. – Ппц, так… много, – покачала головой Камила.

– Ну ты сама виновата, – пошутил он. – Слишком хороша.

Затем он снова взял свой член и провел им по ее киске, размазывая сперму по ее волосатой промежности, пачкая ее еще сильнее. Он снова вошел в нее на один неглубокий толчок, и раздался мокрый звук смешанных жидкостей.

– Ах, – она слабо выдохнула. – Спасибо… надо пойти умыться, пока Лейла не проснулась.

Они поднялись с кровати. Игорь не мог оторвать глаз от ее испачканной спермой киски. Белые капли медленно стекали вниз.

– Не смотри, – смущенно сказала она. – Я стесняюсь.

– Ничего страшного, – отмахнулся он. – Выглядишь… шикарно.

Камила фыркнула и наклонилась, чтобы собрать разбросанную одежду. В этом положении он увидел все: ее растянутую, влажную и перепачканную киску, и чуть выше – аккуратную анальную дырочку, над которой тоже блестели капли его спермы.

Она тихо открыла дверь, убедилась, что в коридоре никого нет, и обернулась к нему. Она протянула Игорю свою футболку.

– На, можешь вытереться этим пока и собираться. А то мало ли, пока я умываюсь, Лейла проснется.

– Хорошо, – усмехнулся он, принимая футболку.

Пока Камила неслышными шагами направилась в ванную, Игорь начал вытирать свой член и руки о мягкую ткань, на которой еще оставался ее запах.

Он быстро привел себя в порядок, думая, что дома уже помоется как следует. Натягивая брюки, он услышал из гостиной слабый голос Лейлы:

– Камила-а-а?

«Блин, – мелькнуло у Игоря, – наверное, лучше подойти. Скажу, что Камила в туалете. А то будет странно, если в квартире чужой парень, а она в душе. Звук воды ведь не слышно».

Он вышел из комнаты и направился в гостиную. Лейла лежала на диване, глаза все еще были закрыты, но она явно не спала. На ней была одна из тех просторных футболок, которые носят дома. Ворочаясь, она подтянула ее края, и ткань задралась, открывая вид до самого низа живота. На ней были почти прозрачные светло-сиреневые трусики из тонкого кружева.

Через ажурную ткань ясно проступали аккуратные, гладкие половые губы, лишенные какой-либо растительности. Кожа в этом месте казалась особенно нежной и бархатистой, а сам вид этой интимной, ухоженной детали был одновременно невинным и невероятно соблазнительным. Игорь на мгновение застыл, снова чувствуя знакомое щемление желания, прежде чем заговорить.

– Она… в туалете, – сказал он, подходя ближе.

Лейла удивленно приподняла бровь и попыталась приоткрыть глаза, но тут же поморщилась от боли.

– А… я думала, вы уже ушли.

– Пока нет, но скоро, – ответил Игорь. – Ваша сестра переживала, что вам станет хуже, и попросила меня посидеть еще немного.

Лейла слабо улыбнулась.

– Да, она у нас трусишка. В стрессовых ситуациях обычно не помощник. Спасибо вам, что помогли мне.

– Да ладно уж, – отмахнулся Игорь, с иронией вспоминая, какую именно «помощь» он только что оказал Камиле.

– Блин, вот дурак, – вздохнула Лейла, – взял и прыснул в меня перцовкой.

– Да уж, идиот, – согласился Игорь. – Но, если что, ему тут же врезали, так что, можно сказать, за тебя отомстили.

Она снова слабо улыбнулась.

– Еще раз спасибо. – она помолчала, словно собираясь с мыслями. – Может, запишите мой номер? Когда мне станет лучше, я бы хотела как-нибудь отблагодарить вас. Кофе угостить, например.

Игорь усмехнулся.

– Ну, я был бы не против, честно говоря.

Он достал телефон и записал ее номер.

– Что-то Камила там застряла, – заметила Лейла, поворачиваясь в сторону коридора.

– Сейчас посмотрю, где она. Вам что-то нужно было?

– Воды хотела.

Игорь кивнул, и его взгляд скользнул по ее фигуре. Через полупрозрачную ткань трусиков ясно виднелись аккуратные пухлые половые губы, гладкие и нежные.

– Сейчас принесу, – сказал он, направляясь на кухню.

Он сделал всего пару шагов, как из ванной бесшумно выскользнула Камила. На ней была большая футболка, доходившая до середины бедер, и больше ничего.

– Блин, она проснулась, да? – тихо спросила она, понизив голос.

– Да. – Игорь кивнул. – Попросила воды.

– Ааа… – она выдохнула. – Ладно, хорошо. Сейчас.

Она прошла на кухню, налила в стакан воды и направилась в комнату к сестре.

– На, сестренка, держи. Как самочувствие?

– Становится лучше, – голос Лейлы звучал уже не так слабо. Она сделала несколько глотков и добавила: – Чего ты там человека задерживаешь? Отпусти уже домой, мне легче.

Камила тихо рассмеялась.

– Ладно, сейчас скажу ему.

Игорь стоял в коридоре и все слышал. Камила подошла к нему, ее глаза блестели в полумраке.

– Ну, вроде всё ок. Так что… отпускаю тебя, – она сказала это с легкой, прощальной улыбкой.

– Что ж, спасибо за гостеприимство, – ответил он в том же шутливом тоне. – Мне и вправду пора.

Он направился в прихожую, надел обувь. Камила последовала за ним. Она оглянулась на дверь в комнату и, убедившись, что сестра не слышит, встала на цыпочки и прошептала ему на ухо:

– Запиши мой номер, – прошептала она. – Я бы хотела повторить.

– Буду только рад, – так же тихо ответил Игорь.

Одной рукой он достал телефон, а другую запустил под ее длинную футболку. Его пальцы скользнули по гладкой коже живота и легко нашли ее киску. Она была влажной, горячей и, как он и предположил, без трусиков. Он провел пальцами между ее половых губ и легко, всего на сантиметр, вошел в нее.

Камила схватила его за запястье, но не оттолкнула, а лишь прижала его ладонь сильнее к себе.

– Не возбуждай, блин, – выдохнула она, и в ее голосе смешались укор и мольба.

Игорь тихо рассмеялся.

– Тогда диктуй номер.

Она назвала номер, и он вбил его в телефон. Пальцы его все еще касались ее, чувствуя, как она пульсирует в такт учащенному дыханию.

– Еще раз спасибо, Игорь, – сказала она, наконец отпуская его руку. – И надеюсь… до встречи.

Он кивнул, последний раз встретившись с ней взглядом, полным взаимного понимания и обещания. Затем он открыл дверь и вышел в прохладный ночной подъезд, оставив за собой квартиру, полную женских секретов и внезапных возможностей.

Ночной воздух был прохладен и свеж, но внутри Игоря горело приятное тепло. Он шел по пустынным улицам, и на его лице играла улыбка. «Блин, как же все прекрасно сложилось, – думал он, – несмотря на весь этот хаос». В голове пронеслись откровенные образы. – Только в следующий раз надо будет кончить ей прямо в рот. Надо же накормить бедняжку, – с похабной усмешкой подумал он, уже предвкушая следующую встречу.

Игорь уже дошел до своего подъезда. Он поднялся на свой этаж, тихо открыл дверь. Из-за двери Карины доносился ее сдавленный, соблазнительный смех – видимо, шло очередное шоу. Игорь направился к своей комнате, не обращая на это внимание, но тут ее дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы показать ее лицо с накладными ресницами и яркой помадой.

– Привет, сосед, – прошипела она, чтобы не слышали подписчики. – Ты чего так поздно? Я уж думала, ты одолжил у меня деньги и сбежал в другую страну.

Игорь фыркнул.

– Да не, на работе задержался.

– Ммм, – Карина оценивающе щурилась, скользя взглядом по его помятой рубашке. – Судя по твоему виду, тебя там не только работой загружали.

Он рассмеялся, качая головой, и Карина добавила:

– Ладно, я пошла, у меня стрим в самом разгаре. Я там приготовила покушать, если хочешь – поешь. И запомни, – она сделала строгое лицо, пародируя заботливую мамашу, – завтра ровно в 20:00 быть дома! Не опаздывай.

Она послала ему воздушный поцелуй, подмигнула с хитрой улыбкой и так же бесшумно закрыла дверь.

Игорь, чуть подумав, пошел переодеваться в старые спортивные штаны, после пошел в ванную и умылся прохладной водой, смывая с себя остатки долгого дня. И, пройдя на кухню, он выпил стакан воды, глядя в темное окно. Есть ему не хотелось – тело требовало только одного: отдыха.

Он прошел в свою комнату, поставил телефон на зарядку и рухнул на кровать. Последнее, что он почувствовал, прежде чем сознание отключилось, – это глубокая, заслуженная усталость и смутное, но уверенное предвкушение того, что грядущие дни принесут ему еще немало сюрпризов.

Сон накрыл его почти мгновенно.

Глава 9

Сквозь сладкую дрему до него донесся скрип двери и знакомый голос:

– Просыпайся, сосед! Утро доброе, красавчик!

Игорь резко вскочил, сердце заколотилось в панике. Первым делом он потянулся к телефону.

– Черт! Будильник!

Карина, стоявшая на пороге в коротком шелковом халате, рассмеялась.

– Расслабься, паникер. Всё нормально.

Он, щурясь, взглянул на экран.

– До работы еще полтора часа, – с облегчением выдохнул он и плюхнулся обратно на подушку. – Ты что, мой личный будильник? Или снова пришла рисовать на мне усы?

Карина рассмеялась, облокотившись о косяк двери. Шелк ее халата мягко подчеркивал изгибы тела.

– Расслабься, Пикассо сегодня во мне не проснулся. Мне нужна твоя помощь.

Игорь, все еще не открывая глаза как следует, недовольно промычал что-то в подушку.

– Какая еще помощь? – пробормотал он, наконец переворачиваясь на спину и смотря на нее через прищуренные веки.

Она вошла в комнату и села на край его кровати.

– Незначительная, честно. Нужно достать одну коробку с верхней полки в кладовке. Я сама точно не справлюсь, так что вставай. – она кокетливо покачала ногой, демонстрируя домашние тапочки-медведи, совершенно не сочетающиеся с ее шикарным халатом. – А ты высокий, ручки длинные… Ты же не откажешь даме?

Игорь уставился на нее взглядом, полным немого вопроса: «И стоило меня будить?» Он с театральным стоном повернулся на другой бок, спиной к ней, и буркнул в подушку так, чтобы она едва расслышала:

– Иннах…

Но она услышала. Ее смех прозвучал прямо у него над ухом.

– Ты что, охренел? – без всякой злобы выдохнула она и с разбегу прыгнула на него, обрушившись всем весом на кровать. Пружины жалобно заскрипели. – Вставай, давай! Иначе я от тебя не отстану!

Игорь, кряхтя, слегка откинул ее, освобождаясь из-под нее.

– Ну ты серьезно? Из-за коробки меня будишь, Карин? – его голос был хриплым от сна. – Возьми табуретку, я не знаю.

Она на секунду задумалась, затем соскочила с кровати.

– А дааа?.. Ну ладно… – И, развернувшись, она выпорхнула из комнаты в сторону кухни.

Игорь с недоумением смотрел ей вслед.

– Хмм… Что за утро такое? – пробормотал он. – И куда эта ненормальная ушла?

С кухни донеслись звуки: скрип, шорох, будто кто-то двигал табуретку. Игорь с облегчением рухнул обратно на подушку.

– Похоже, все-таки сама, – выдохнул он и закрыл глаза, пытаясь поймать ускользающие остатки сна.

И вдруг он услышал ее быстрые, решительные шаги, возвращающиеся по коридору. Он инстинктивно приподнялся на локте и замер. В дверном проеме стояла Карина. В ее руках была та самая табуретка, которую она держала, как бейсбольную биту, замахнувшись через плечо. Лицо ее было исполнено комической, но решительной ярости.

Она сделала пару шагов в его сторону, и Игорь мгновенно вскочил на колени посреди кровати, протянув перед собой руку ладонью вперед, в универсальном жесте «стоп».

– Воу-воу-воу! Ты чего, Каринка?

Она сделала еще пару шагов вперед, до самого края кровати, и с грозным видом выполнила несколько коротких, угрожающих взмахов табуреткой, явно показывая, что намерена пустить ее в ход. Несмотря на комичность ситуации, в ее позе читалась неподдельная решимость.

– Ну-ка, быстро встал и помог мне! – приказала она, и в ее голосе, несмотря на всю строгость, звенела та самая дерзкая нотка, которая делала ее одновременно невыносимой и очаровательной. Ее глаза сверкали, а губы были плотно сжаты, но в уголках рта таилась едва заметная улыбка, выдававшая ее игривый настрой.

Игорь, все еще не веря своим глазам, громко вытер сонное лицо ладонью.

– Да ты что, ненормальная, что ли? – почти крикнул он, его голос сорвался от изумления. – Что с тобой сегодня? С чего такой приступ ярости с утра пораньше?

– Да ты охренел? – ее глаза округлились от возмущения.

Игорь, делая невинное лицо, развел руками:

– В смысле? Почему охренел?

– Не придуривайся! – она все еще сжимала в руках свою импровизированную дубину. – Ты меня послал на три буквы! Я это ясно услышала!

Игорь, понимая, что отпираться бесполезно, мгновенно сменил тактику. Его голос стал мягким и медовым.

– Погоди, погоди, милая… Ты, наверное, не так всё поняла. Я сказал тебе «сейчас».

Она скептически приподняла бровь, чуть замахнувшись табуреткой.

– Ах да?

– Да-да, солнышко! – он отступил на шаг, прижимая руку к груди. – Ты что? Я бы никогда такого тебе не сказал, ты чего, родная? – он видел, что ее хватка на ручках табуретки чуть ослабла, и продолжил, понизив голос до заговорщицкого шепота: – Кариночка, любимая моя… Я бы в жизни такое не позволил. Успокойся.

– Ах ты лжец, – она все еще хмурилась, но в ее тоне уже послышались нотки неуверенности. – Думаешь, я дурочка, что ли? Или глухая?

– Нет, радость моя, – покачал головой Игорь. Подумав секунду, он осторожно предложил: – Слушай, отпусти табуретку, а? Давай спокойно поговорим. Мы же не сумасшедшие какие-нибудь. – она молча смотрела на него, явно ожидая продолжения. – Ну вот, спокойно, – он мягко жестикулировал. – Ты хочешь коробочку… Ладно. Но зачем ты так рано-то меня разбудила? Я же мог потом тебе ее достать, когда сам проснусь.

Карина надула губки, словно обиженный ребенок.

– Мне надо сейчас.

Игорь не сдержал смешка, глядя на ее надутые губы и грозно занесенную табуретку.

– Ну слушай, радость моя, – начал он, стараясь говорить как можно вежливее. – Если уж по-честному… Что тебе стоило самой ее достать? Ты же вон с табуреткой стоишь, воинственная такая. Неужели бы не дотянулась? Или коробка тяжелая?

– Я высоты боюсь! – выпалила она, и ее щеки снова покраснели, но на этот раз скорее от досады.

Игорь расхохотался.

– Ты что, шутишь? Высоты? Это же табуретка, а не Эверест!

В ответ она снова сделала угрожающий взмах, наклонившись вперед. Игорь резко вскочил с кровати, отпрыгнув подальше.

– Стой! Ладно! – выдохнул он, поднимая руки в знак капитуляции и лихорадочно соображая, как бы побыстрее разрядить обстановку. – Ладно, я помогу. – он тяжело вздохнул, пытаясь прийти в себя после утреннего шока. – Просто я не понимаю… Неужели нельзя было спокойно сказать? Я же спал…

– Игорь, – Карина посмотрела на него с внезапной непритворной серьезностью. – Я тебе помогаю, когда тебе что-то нужно. Деньгами там или еще чем… И по дому я от тебя ничего не прошу. А ты меня взял и послал… по-хамски.

Игорь, все еще делая вид, что не причастен к оскорблению, вздохнул с показным раскаянием.

– Ну всё, милая, я понял. Всё. Давай пойдем, и я тебе достану эту злополучную коробку. Пошли.

Она ничего не ответила, но взгляд ее смягчился, став игривым и даже немного торжествующим. Она просто жестом, все еще держа табуретку наготове, указала ему на дверь, мол, проходи.

Игорь, с театральным вздохом мученика, покорно проследовал в коридор. Карина шла следом, и он чувствовал ее взгляд на своей спине.

– И где твоя коробка? – спросил он, оглядываясь на нее.

– В кладовке. На верхней полке, – коротко бросила она, направляя его жестом табуретки.

Они вошли в тесное помещение кладовки, заставленное коробками и старыми вещами. Игорь поднял голову.

– Та самая? – он указал на большую картонную коробку, пылившуюся под самым потолком.

– Ага. Осторожно, она не легкая.

Игорь встал на цыпочки и без особого труда снял коробку. Пыль закружилась в воздухе.

– Таак, – он поставил ее на пол. – И что в ней такого ценного-то?

Карина, наконец-то поставив табуретку, посмотрела на него с загадочным выражением лица.

– Спасибо, – сказала она просто, не отвечая на вопрос. – Можешь идти. Свободен.

С этими словами она взяла коробку в охапку и, не объясняя больше ничего, вышла из кладовки, направившись к своей комнате. Дверь за ней закрылась, оставив Игоря одного в коридоре в полном недоумении.

Он постоял секунду, глядя на заветную дверь.

«Ненормальная, – мысленно констатировал он. – Что это с ней? Гормоны, что ли, шалят?»

Сон как рукой сняло.

С раздражением Игорь побрел в ванную, чтобы умыться. Холодная вода немного прояснила голову, но не рассеяла чувство легкой досады. Потом он направился на кухню, поставил чайник и, пока тот шумел, пошел в свою комнату за телефоном.

Проходя мимо комнаты Карины, он на секунду замедлил шаг. Оттуда доносился шорох – она явно возилась с той самой коробкой.

«Не удивлюсь, если там у нее целый арсенал фаллосов лежит, – с саркастической усмешкой подумал он.»

Взяв телефон с тумбочки, он вернулся на кухню, сел за стол и разблокировал экран. Первое, что он увидел, – сообщение от Ани. Время на сообщении показывало глубокую ночь – второй час.

Аня: Приветик, не спишь?

Под сообщением была фотография.

Аня лежала на кровати, полностью обнаженная. Свет от экрана телефона, который она держала в вытянутой руке, мягко освещал ее тело. Ее грудь была упругой и высокой, с темными, набухшими от возбуждения сосками. Она высунула кончик языка, а ее свободная рука не закрывала, а скорее прикрывала ладонью лобок, оставляя видными аккуратно подбритые изгибы и намекая на скрытую нежную киску. Взгляд ее был томным и направленным прямо в объектив.

Под фотографией было еще одно сообщение:

Аня: Как и обещала) Вот тебе подарок) 😘

Игорь почувствовал, как по телу разливается тепло, а в штанах начинает назойливо пульсировать нарастающее возбуждение. Он тут же набрал ответ, не отрывая взгляда от снимка:

Игорь: Да, я уже спал, вот только проснулся. Ты просто золотце)

Он отправил сообщение и, подумав, добавил еще одно:

Игорь: Всегда бы так просыпаться по утрам.

Сообщения ушли, но статус «прочитано» не появлялся. Аня, видимо, отправила фото с полуночным порывом и снова уснула. Игорь отставил телефон, подошел к выключившемуся чайнику и заварил себе крепкий кофе. Вернувшись на стул, он принялся медленно потягивать горячий напиток, попеременно глядя то на пар из кружки, то на экран с застывшим в соблазнительной позе телом Ани. Он пролистал и другие ее фото в галерее – более ранние, но еще более откровенные, что от них перехватывало дух.

«Может, подрочить перед работой?» – промелькнула у него спонтанная, но весьма заманчивая мысль. Он бросил взгляд на время. До выхода оставалось еще с полчаса. «В принципе, успеваю», – мелькнуло у него в голове.

Допив кофе, он отнес кружку в раковину и направился к себе в комнату. Закрыв дверь, он задумчиво посмотрел на него.

«Блин, – подумал он, – надо сюда замок поставить, чтобы Карина не входила, когда вздумается».

С этими мыслями он лег на кровать, устроившись поудобнее, но тут же спохватился.

«Черт, салфетки же надо… Но их нет».

С неохотой он поднялся, достал из шкафа чистое полотенце и снова устроился на кровати. Приспустив штаны, он освободил свой уже возбужденный член, снова открыл фотографию Ани на телефоне.

«Ну что, погнали», – мысленно подбодрил он себя, обхватывая ладонью твердый ствол и погружаясь в созерцание соблазнительных изгибов на экране.

Его рука задвигалась в размеренном, привычном ритме. Взгляд скользил по изгибам тела Ани: вот тень между грудями, вот линия бедра, уходящая в таинственную мглу. Он представлял себе запах ее кожи, звук ее дыхания, приглушенные стоны.

Дыхание Игоря участилось, по телу пробежала знакомая дрожь, предвещающая разрядку. Он ускорил движения, пальцы сжались чуть туже, мир сузился до экрана телефона и нарастающего жара внизу живота.

И вдруг – скрип.

Едва уловимый, но такой знакомый звук поворотной ручки. Он не успел ни среагировать, ни даже осознать его. Дверь в его комнату бесшумно приоткрылась, и в проеме, словно призрак, возникла Карина. Она стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на него с выражением хитрой, все понимающей кошки, поймавшей мышку.

– Игорь, – прозвучал ее бархатный, полный язвительности голос. – Мне скучно. А ты там чем занят, а?

Игорь застыл, будто его поймали на месте преступления. Одна его рука все еще сжимала его возбужденный член, другая – смартфон с откровенным фото Ани. Мозг лихорадочно пытался найти хоть какое-то оправдание, но выдал лишь нелепое:

– А… это… изучаю анатомию. – прозвучал слабый, срывающийся вопрос, больше похожий на писк.

Карина фыркнула, и ее губы растянулись в широкой, довольной ухмылке.

– Ясно, – протянула она с убийственной простотой.

И, не дожидаясь приглашения, она плавно вошла в комнату и уселась на край его кровати, в опасной близости от него. Пружины слегка прогнувшись под ее весом.

– У меня просто настроения нет сегодня, – заявила Карина, разглядывая ногти. – Ничего не хочется. Ни стримить, ни фильмы смотреть. Тоска одна.

Игорь лежал, все еще не веря происходящему. Одна его рука бесцельно держала его член, а другая сжимала телефон, на экране которого все еще сияло соблазнительное изображение Ани. Он смотрел то на свой возбужденный ствол, то на фото, то на Карину, сидящую в полуметре от него, и его мозг отказывался складывать эту картину воедино.

– … и подписки опять падают, – продолжала между тем Карина, явно не нуждаясь в его ответах. – Говорят, алгоритмы поменяли. Приходится постоянно что-то придумывать, чтобы хоть кто-то заметил. Устала, в общем, и настроения нет.

Он кивнул, издав невнятный звук, больше похожий на мычание. Его мысли крутились вокруг абсурдности ситуации: он был в шаге от оргазма, а теперь слушал монолог о стратегиях в вебкам-бизнесе. Он украдкой попытался прикрыться одеялом, но Карина, словно почувствовав это, бросила на него быстрый взгляд, и он замер.

– Может, скажешь что-нибудь? – спросила она, подперев подбородок рукой.

Игорь, все еще находясь в ступоре, пробормотал первое, что пришло в голову:

– Да… стримить… это да… тяжело.

Карина покачала головой, но легкая улыбка тронула ее губы. Она подвинулась ближе, пружины кровати снова жалобно скрипнули. Тяжело вздохнув, она снова начала говорить, и в тот же миг ее пальцы мягко, почти небрежно, обхватили его все еще напряженный член.

– Вот именно, тяжело, – согласилась она, начиная медленно и ритмично водить ладонью вверх-вниз, абсолютно естественно, словно так и должно было быть. – Представляешь, вчера один тип написал, что у него фетиш на девушек, которые суют себе в попу картошку…

Игорь не мог поверить в происходящее. Он слушал ее рассказ, чувствуя, как ее рука движется по его телу, а на экране телефона все еще была застывшая в соблазнительной позе Аня. Его мир сузился до этого противоречивого, сюрреалистического момента.

Карина, не прекращая своего монотонного рассказа о причудах клиентов, продолжала ритмично двигать рукой. Ее движения были опытными и уверенными, словно она разминала кусок теста, а не держала в руке его возбужденный член.

– … а потом он попросил меня назвать его «мой картофельный принц», – невозмутимо повествовала она.

Игорь убрал телефон, экран погас. Он смотрел на Карину, пытаясь понять: она издевается? Или для нее это действительно настолько обыденно? Выражение ее лица было спокойным, задумчивым, будто она обсуждала погоду.

Он молча слушал, и понемногу дикость ситуации начала перевешивать шок. Уголки его губ непроизвольно задрожали, пытаясь сдержать смех. Это был нервный хохот, рождающийся на стыке возбуждения и полнейшего недоумения.

В этот момент Карина на секунду убрала руку, чтобы почесать кончик носа, и так же спокойно вернула ее на свое место, не прерывая ни рассказа, ни ритма.

– … в общем, в итоге он кончил, просто слушая, как я ему в деталях рассказывала, как бы это самое… делала с картошкой. – Ее пальцы ловко скользили по его напряженному члену, и в ее голосе прозвучала легкая усмешка. – Ну ты понял? Я же не дура, чтобы совать себе в попу картошку… И если уж так подумать, там и тренировка нужна, и смазка литра два. А так – просто поговорила, красочно так… И всё, готово. Думаю, его воображение сработало лучше…

Игорь смотрел на нее, пытаясь поймать ее взгляд, но она смотрела куда-то в пространство, продолжая свое дело. В конце концов, он не выдержал.

– Карина, – тихо произнес он.

Она обернулась к нему, ее пальцы все так же ритмично двигались.

– Что?

Игорь смотрел на нее с изумлением, смешанным с раздражением.

– Ну, в смысле… что? Ты же видишь, чем я тут занимался, когда ты вошла.

– И что? – она подняла бровь, как будто он спросил что-то совершенно очевидное. – Я же помогаю тебе, как раз…

Игорь фыркнул, не в силах сдержать смех.

– Ну, спасибо, конечно, огромное. Но ты тут какую-то… ерунду мне рассказываешь, – он рассмеялся. – Ты уж как-то определись: или помогаешь, или… не знаю… не мешай, что ли.

Карина сузила глаза, и ее рука на мгновение сжалась чуть сильнее, заставив его вздрогнуть.

– Не зли меня, – сказала она, и в ее голосе впервые прозвучала легкая сталь. – Я тебе уже сказала, что настроения нет. – И, подчеркивая свои слова, она продолжила двигать рукой с прежней, почти ленивой уверенностью.

Игорь, окончательно сбитый с толку, не выдержал:

– И что это значит? – его голос прозвучал громче, чем он планировал. – Ты хочешь потрахаться, что ли? Я просто не понимаю!

Карина тяжело вздохнула, но на ее губах играла та же загадочная улыбка.

– Нет, – ответила она просто. – И не могу. Ко мне гости пришли.

Игорь отстранился от нее, как от крапивы. Он резко натянул штаны, пряча свой все еще возбужденный член.

– В смысле? – прошипел он, оглядываясь на дверь. – У тебя в комнате кто-то есть? Гости пришли… они там?

Карина поднялась с края кровати и рассмеялась, звонко и искренне.

– Какой же ты дурак, – выдохнула она, вытирая слезу. – Не в комнате! «Эти дни» у меня, я имела в виду. Критические. Понял теперь?

Игорь замер с открытым ртом, а затем медленно выдохнул, сжав веки.

– Ну ты и… – он чуть не сорвался на «ебанутая», но вовремя поймал ее взгляд. В ее глазах читалась не шутливая угроза, а нечто более серьезное – обещание немедленной и болезненной расправы, если он позволит себе лишнее. Он сглотнул и закончил уже другим тоном: – … понятно. Теперь ясно, почему ты сегодня такая… странная.

Игорь почувствовал, как напряжение немного спало, и старая привычка подшучивать над ней пересилила осторожность.

– Ну, если для настроения… – начал он с притворной невинностью. – Могу тебя в попку отыметь. Раз уж другие варианты временно недоступны.

Карина, уже развернувшаяся к выходу, остановилась и медленно повернула голову. Она окинула его долгим, оценивающим взглядом – с головы до ног и обратно.

– И ты туда же, – произнесла она безразличным тоном, в котором, однако, слышалась тень насмешки.

С этими словами она вышла из комнаты, оставив дверь открытой.

– Но я же не картошку имел в виду! – громко крикнул он ей вслед. Услышав, что ее шаги затихли, он тихо, уже для себя, добавил: – А член.

Он еще секунду постоял, пытаясь осмыслить этот утренний диалог, затем вздохнул и подошел к кровати за телефоном. Взглянув на экран, он понял, что времени больше нет – пора собираться на работу.

«Ну спасибо, Карин», – мысленно подвел он итог, снимая домашние штаны и принимаясь надевать брюки от костюма.

Ощущение ее руки на себе все еще было живым и ярким, создавая странный контраст с предстоящим формальным днем. Он застегнул ремень, поправил воротник рубашки и бросил последний взгляд на свою постель, на которой несколько минут назад разворачивалась одна из самых абсурдных сцен в его жизни.

«Надо будет все-таки замок поставить», – окончательно решил он, выходя из комнаты и направляясь к выходу.

Прихожая встретила его тишиной. Игорь наскоро обулся и вышел на улицу. Утро было серым и прохладным, словно сама погода отражала его предстоящие рабочие будни. Он зашагал в сторону остановки, и с каждым шагом в голове назойливо стучала одна и та же мысль: «Сибирский цемент», «Дальневосточная энергетика». Эти названия висели на нем тяжким, бесперспективным грузом. «Кому это сдалось? – размышлял он, свернув на безлюдную в этот час улицу. – Даже спекулянтам-однодневкам это неинтересно. Холодные, мертвые активы». Он мысленно перебирал клиентскую базу, но все лица в памяти обретали одинаковое скептическое выражение.

На остановке никого не было, и автобуса тоже.

Игорь встал у остановки и вспомнил вчерашний вечер: Лейла, присевшая на корточки от боли, ее беспомощные всхлипы. «Интересно, как она? Наверное, еще красные глаза. Надо будет написать, спросить». А за этим воспоминанием, словно тень, возник другой, более свежий и жаркий образ: Камила в полумраке своей комнаты, ее влажное, отзывчивое тело, ее стоны. «Надо будет обязательно повторить», – с уверенностью подумал он, и на лице у него появилась легкая улыбка.