Текст книги "Хранитель Пути Зверя (СИ)"

Автор книги: Игорь Маревский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

Глава 10

Сражение с собой – излюбленная сюжетная линия многих романов. Персонаж пытается отыскать свою истинную сущность путём прохождения через препятствия, преодолевая сложности и, в конечном счёте, обретая не только безмятежное будущее, но и силу, от которой дрогнет весь мир. Всё это в теории звучало прекрасно, и более того, я множество раз становился свидетелем, как выдуманный человек достигал вершин могущества так, словно для этого требовалось всего лишь усилие воли.

На деле всё оказалось не так.

Солнце опустилось за горный перевал, и вместе со светом луны в долине поселился прохладный ветерок. Я чувствовал, как он редкими порывами добирался до моего лагеря и пытался вывести из состояния погружения. Несколько часов пролетели как одно мгновение после того, как мне удалось успокоить свой разум.

Дедушка оказался прав. Стоило только настроиться на определенный звук, поймать его ритм, визуализировать перед собой маятник, который качался из стороны в сторону, как сознание утонуло в безмятежном трансе.

Медитация для меня была самым тяжелым пунктом моего Пути не просто так. Жизнь в большом городе, где каждый норовит пройтись по тебе сапогами, если вдруг на мгновение остановишься и выйдешь из общего потока, сыграла со мной злую шутку. Я настолько привык бежать вперёд, будто мой пребывание на земле может закончится в любую секунду, что совсем позабыл, каково это – просто сидеть и ни о чём не думать.

Разум прокручивал в голове множество вариантов, я думал, где ещё взять медяков, что сумею приготовить из уже собранных ресурсов и за сколько продать их через Саида. Руки чесались, требовали тренировок, колени начинали ныть от постоянно сидения, а задница молила о том, чтобы я встал и хотя бы немного размялся. Вот как сосредоточиться, когда всё моё естество буквально тащило меня вперёд?

Я открыл глаза и медленно выдохнул. Интерфейс уведомил, что из шести часов мне удалось записать на счёт всего лишь четыре. В течении двух я, видимо, слишком сильно был занят размышлениями и был недостаточно сосредоточен. В любом случае, результат оказался лучше, чем ожидал, да и пора, наконец, взяться за дело.

Вода в котелке успела остыть, и я сделал несколько глотков, закусив кусочком ржаного хлеба. Готовить себе полноценный ужин не хотелось, хоть, пускай, это и стало бы неплохой тренировкой. Вот только мой разум полностью был захвачен безуспешными попытками продвинуться в технике медитации. Горы полнились энергией, более того, она сочилась не только из естественных природных источников, но и свободно витала в воздухе. Однако мне категорически не хватало умений, чтобы её ощутить, впитать и, конечно же, трансформировать.

Когда достаточно стемнело, а единственным источником освещения стал зависший в небе лунный диск, я собрал подготовленные плоские камешки, взял с собой котелок с остывшей водой и отправился в долину.

До сих пор не могу поверить, что в этом месте совсем недавно пролилась кровь. Она казалась настолько умиротворённой, что даже яркий свет ночных и таких чужих для меня звёзд – не нарушали идеального баланса окружения. Кто бы мог думать, что в один день мне выпадет возможность смотреть на светила, который могут быть в совершенно иной галактике! Даже луна здесь была другой.

Всё, что она имела общего привычным светлым диском в небе – это всего лишь округлая форма. Когда солнце скрывалось за горизонтом, в зависимости от времени суток, перемежалась от ярко-белой, до тёмно-оранжевой и даже тёмно-красной. К тому же, она была в несколько раз больше той, что вращалась вокруг Земли, и ярко выделялась на небесном ночном полотне.

На мгновение показалось, что из пещеры на меня смотрели жадные и голодные глаза, но я всё равно продолжил идти, несмотря на потенциальную опасность.

Моллюски лениво выползали на берег, перебирая своими крохотными лапками. Со стороны они были похожи на обычные плоские раковины, у которых внезапно отросли конечности и появился завидный аппетит.

Ещё днём я оставил на берегу кусочек вяленной говядины и размокший ржаной хлеб, выстроив к ним камешками широкую борозду туннеля смерти, которую нагло скопировал с недавней охоты. Вода в водоеме была достаточно тёплой, чтобы в ней без труда могли купаться люди даже после захода солнца, а значит, моллюски любили тепло.

Первый из их сумел добраться до мяса, беспардонно миновав размокший хлеб, и приоткрыл свою раковину. Изнутри на меня смотрело нежное, розовое мясо и нечто блеклое, очень похожее на небольшую жемчужину. Существо разинуло раковину, словно зубастую пасть и, молниеносно клацнув, оторвало кусок говядины.

Кажется, это неправильные моллюски. И они делают неправильный мёд. Или вообще не мёд. Не припомню, чтобы они вот так оттяпывали целые куски, причём не обычного мяса, а вяленного до состояния подошвы. К первому присоединился второй, а затем третий. Моллюски, манимые запахом пищи, добровольно заходили в туннель смерти и приступали к долгожданной трапезе.

Я подождал, пока набьётся достаточно существ, а затем схватил булыжник, отрезал им путь обратно и обдал волной холодной воды. Теплолюбивые существа, получив такой удар по нервной системе, не успели схлопнуть ракушки, и, пока они не пришли в себя, я принялся запихивать в отверстия плоские камешки.

Живыми они были довольно опасны, поэтому пришлось хватать одного за другим, перетягивать крепкой бечёвкой и запихивать в мешок. Медленные, практически обездвиженные резким шоковым ударом, они не смогли сопротивляться, пускай и нескольких, самых буйных, пришлось закинуть в котёл с холодной водой. В конечном счёте, мне удалось собрать семь штук, в то время как остальные спешно зарылись глубоко под землю и не стали вылезать даже ведомые запахом еды.

Разделывать добычу пришлось прямо на месте, благо, что мне удалось всё подготовить заранее. Рядом со мной на рюкзаке лежала двойная марля, возле которой был небольшой мешочек со специями, в которых меня в первую очередь интересовала соль. Действовать необходимо быстро, так как неизвестно, насколько сильными окажутся мелкие засранцы.

Я схватил ближайшего моллюска и тут же совершил первую ошибку. Случайно прошёлся большим пальцем по острой кромке раковины и заработал глубокий порез. Как только капли моей крови попали в пасть моллюску, он внезапно оживился и, будто охваченный судорогой, принялся раскусывать засунутый между створками камень.

На какой-то из попыток я заметил, что он вот-вот треснет, и раковина схлопнется навсегда. Проблема в таких ситуациях такова, что, конечно, её всегда можно размозжить камнем, однако содержимое зачастую приходит в негодность. Мне пришлось спешно вставлять кончик ножа, нащупывать им точку крепления и срезать.

Как только само существо погибало, раковина внезапно переставала сжиматься и раскрывалась, как весенний цветок. Я приложил палец к губам, быстро обмотал его куском тряпки, дабы не злить ошарашенных холодной водой существ, и принялся за второго. Раковины отщёлкивались в момент смерти моллюска, позволяя без труда вытащить и мясо, и небольшие мутные шарики.

Они падали на сложенную в два слоя марлю, и, когда мне удалось расправиться с последним, собрал все семь бусинок, посыпал сверху солью и замотал в аккуратный кулёк. Жемчужины, хотя называть мутные шарики таким словом у меня язык всё же не повернулся, оказались обычный дешёвкой. Пластиковые на вид, они были похоже на то, что можно найти на шее и у жены обычного уличного торговца, не более того. Однако даже за них кто-нибудь сможет предложить хоть какую-то цену, и осталось только найти подходящего покупателя.

Не успел убрать мясо в холодное, тёмное место рюкзака, где бы оно сохранилось бы до момента готовки, как заметил едва слышное шевеление сбоку. Я схватил нож и резко развернулся, мысленно надеясь, что это не яогуай. Передо мной оказался обычный на вид заяц. Он с особым интересом смотрел на меня, а затем выпрямился на задних лапках, показал когти и развесил парусовидные уши.

Вся его грудь, начиная от кончика носа до живота была в крови. Причём, самое удивительное, не в его собственной, а торчащие из пасти два зуба больше походили на тонкие и острые клыки вампира. Мне ещё никогда не приходилось встречать такое существо, и я не сразу понял, как действовать в сложившейся ситуации.

Правда, через мгновение маленький монстр решил мне подсказать.

Он присел, выставил перед собой когтистые лапы, со всей силы оттолкнулся и бросился в атаку. Я успел схватить мешочек с мясом моллюсков и отскочить в сторону. Когда наглый засранец пролетел мимо, то заметил, что на самом деле его целью оказался не я, а моя добыча. Заяц вновь попытался броситься, в этот раз зайдя с другой стороны, и выхватить мешочек из моих рук.

Долго размышлять над его судьбой я не стал. Когда в следующий раз мелкий ублюдок решил, что лучше сначала избавиться от человека и уж потом забрать его добычу, мне удалось встретить его мощным пинком по рёбрам. Существо, явно не ожидая такого поворота событий, перекрутилось в воздухе, ударилось лапками о холодный камень пещеры и противно зашипело.

Другой бы на его месте убежал, спрятался и не стал бы продолжать охоту, но не кровавый заяц. Он прижал длинные уши, оскалил кривые, почерневшие зубы и вновь бросился в атаку. На мгновение мне показалось, что он был заражен своего рода бешенством. Чем-то очень сильным, всепоглощающим, что заставляло его бросаться хоть на циркулярную пилу.

Я бросил мешочек на землю, поймал существо за шею, а когда его когти оцарапали плотный материал моего рукава, уложил на землю и коротко полосонул ножом по горлу. Кровь брызнула в лицо, и сначала показалось, будто и меня ждёт то же самое, что случилось с Кори и Угольком. Застрять вот так в одиночестве посреди маленькой долины, медленно умирая от напавшей лихорадки – не то, как представлял собственную смерть.

Правда, нельзя сказать, что я её и представлял, но всегда думал, что уйду как минимум красивее, если это вообще возможно. Я замер и, затаив дыхание, смотрел за тем, как из шеи злобного зайца рывками вытекала кровь. Густая, красная, она прикасалась к сырой земле и струйкой уходила к водоему. Если наружу полезут моллюски, буду хватать одного за другим и выбрасывать на берег, а потом уже разбираться.

Секунда ожидая, другая – и вот прошла уже минута, а я всё ещё не валился с ног. С другой стороны, Уголька срубило через минут пятнадцать, а у меня всего прошла одна. Тем не менее, стоять, согнувши спину над всё ещё теплым трупом плотоядного зайца было бы глупо, поэтому схватил тушу, поднял её за заднюю лапу и потащил трофеи в лагерь.

Из темноты пещеры на меня смотрели незримые глаза, присутствие которых я теперь ощущал буквально на физическом уровне. Их владельцы шипели, тёрлись рогами о холодный камень, но так и не решились выйти наружу, всё ещё помня, что случилось два дня назад. Я вернулся обратно в лагерь, подвесил тушу зайца над пустым котелком и аккуратно сложил мясо моллюсков на самый верх рюкзака.

Нутро подсказывало, что убитое мною существо как раз обитало в той самой перещерке, но я решил всё же проверить. Включая мох, ягоды, мясо, Конский хвост и будущую тушу зайца, можно смело сказать, что походный мешок за спиной будет набит трофеями до самого верха. К тому же, у меня попросту не осталось свободных мест, куда можно сложить дополнительные растения или ягоды, а карманов на штанах, как ловко заметил Саид, здесь ещё не придумали. Правда, на походной рубахе осталось три небольших, в которые, в теории, можно было поместить ещё несколько веточек Кровавых ягод.

Однако осталось ещё одно дело, не менее важное, чем сбор ресурсов. Нужно обязательно нащупать место силы, при этом не погружаясь в глубины тёмных пещер. Я дождался, пока кровь с туши зайца сольётся, повязал её поверх застёгнутого мешка и взял с собой на случай, если придётся пройти дальше.

Котелки и прочие предметы быта мне удалось спрятать недалеко от дерева и засыпать старой листвой. Может, когда-нибудь и пригодятся, но варить и кашеварить лучше в безопасности торговой лавки Саида.

Я вернулся на поляну долины и внимательно осмотрелся. Где в теории медитации может быть самое подходящее место? Дедушка много говорил о пещерах. Изоляция от внешнего мира, каменные стены, по которым звук капель воды расходился убаюкивающим эхом, идеально могли бы стать местом силы. Осталось только избавиться от живущих там Тулонов, и можно вполне забираться на несколько часов.

Правда, видел я, на что может быть способно и небольшое стадо земляных козлов, поэтому решил попробовать недалеко от водоема. Пышная крона дуба подходила как ничто другое, особенно учитывая, что недалеко плескались рыбёхи, создавая монотонный стук капель о водную поверхность. Я устроился под сенью толстого дуба, поставил мешок на землю и уселся в медитативную позу.

Вдох – выдох. Секунда за секундой, я отмерял время по стуку собственного сердца, ощущая, как замедляется дыхание и частота ударов в груди. Медленно, спокойно, все мысли прочь. Тёплая, едва ощутимая волна чего-то загадочного окутала моё тело и изучала каждую его частичку. Казалось, она здоровалась, пыталась познакомиться поближе с незнакомцем, но я в ответ молчал.

Всё дело в том, что энергия протягивала мне руку, старалась войти в контакт, но для меня она была попросту невидимая. Невидимая и неосязаемая. Это жестокая правда, с которой мне придётся смириться. Именно поэтому вместо того, чтобы тратить все силы на поиски и попытки её ощутить, я медленно выдохнул и освободил разум от всех тревог и мыслей.

Сквозь плотную завесу, которая разделяла меня и внешний мир, послышался перестук маленьких ножек о камень. Видимо, моллюски решили показаться и добрались достаточно близко, чтобы попытаться цапнуть. Вдруг нарастающее чувство тревоги едва не сорвало мне весь процесс, и пришлось напомнить себе, что эти мелкие засранцы не видели во мне угрозы. По крайней мере, до тех пор, пока не хватаю и не пытаюсь их выселить из ракушки острым кончиком ножа.

Секунды сливалась в минуты, минуты переходили в часы. Я сидел у водоема маленькой долины, и впервые за всё время мне удалось добиться состояния абсолютного умиротворения. Я смирился, что мое тело слабо, духовная энергия для меня на том же уровне, что и тёмная материя, но это всего лишь временно. Сквозь постоянные тренировки, медитации и улучшения навыков в интерфейсе, рано или поздно я не только добьюсь уровня практика, но и смогу вступить в долгожданный контакт.

Мысль об этом помогла не просто прийти к внутреннему примирению, она подстегнула меня стараться ещё сильнее. Моё ядро, моё естество, как бы это ни называли, постепенно пробуждалось.

Я ощущал это на непонятном мне метафизическом уровне, то, что заложено глубоко внутри человека, у которого есть способности к духовной энергии с рождения. Во мне говорила кровь отца, кровь матери и предков, подарившие возможность стать практиком.

Каждая проведенная минута на поляне долины всё больше раскрывала во мне потенциал, а мне показалось, будто вокруг меня возникает незримая броня, не только отделяющая, но и защищающая от внешнего мира. Неосязаемая энергия, невидимая и протянутая рука знакомства, она медленно сжала пальцы, выставив вперёд только большой и указательный, а затем выписала передо мной родовой иероглиф моего имени 忍(Рен). Терпение, стойкость и самоконтроль. Этим именем меня наделили родители, даровали при рождении, и кажется, оно было чем-то большим.

//Внимание. Обнаружено место силы.

//Владелец: Отсутствует.

//При присвоении места силы способностью «Родовые чернила» вы получите бонус при каждой медитации. Количество поглощаемой энергии при медитации увеличится на 100%.

//Желаете присвоить место силы и наречь его именем рода?

Да. Нет.

Спокойно, без лишних слов и эмоций, я выбрал левый раздел и едва не утратил концентрацию. Во тьме закрытых глаз передо мной появился сотканный из светло-голубых линий иероглиф моего имени. Он дрожал в моём присутствии, словно верный пёс, который желает впечатлить своего хозяина и спешит услужить как может.

На кончиках моего указательного и среднего пальца тускло засияла энергия того же цвета. Слабая, практически невидимая, она пыталась от меня чего-то добиться, но я был слишком глух и слеп, чтобы понять её слова.

Я некоторое время молча сидел, размышляя над появившимся изображением, и пришёл к единственному выводу, что мне нужно закончить рисунок. Я поднял правую руку, медленно, с особым трепетом, будто опасался спугнуть любопытную синицу, решившую отдохнуть на подоконнике моего окна, и прикоснулся пальцами к рисунку.

Первая линия получилась отвратительной. Слишком волнистая, слишком неровная, от неё откровенно пахло неопытностью художника, но я всё равно продолжил выводить и начал с верхнего ключа 刀(нож). Короткая линия слева, с небольшой завитушкой снизу, затем горизонтальная и резко уходящая вниз, местами напоминающая слоновий хобот.

Интерфейс подсветил верхнюю часть, уведомив, что рисунок более-менее сойдёт, и я приступил ко второму ключу. 心(сердце). Короткая черта слева, резкая, как удар ножом, затем длинная посередине с чётким хвостиком в конце, словно черпак, которым набирали в корыто воду, и последние два, практически параллельные друг другу.

Я медленно выдохнул, понятия не имея, получилось у меня или нет, так как действовал исключительно на инстинктах. У меня даже не было ни капли представления, что это за умение – «Родовые чернила», но по какой-то причине был уверен, что оно связанно с духовной энергией. Не с той, которая всё ещё была для меня неосязаема, а скорее, с какой-то скрытой, заложенной глубоко внутри.

Иероглиф имени вспыхнул ярким светом, и внезапно всё вновь погрузилось в непроглядную тьму.

//Внимание. Умение «Родовые чернила» успешно применено.

//Место силы теперь принадлежит вам.

//Доступен бонус: +100% эффективности поглощение энергии при медитации.

//Обнаружено ваше место силы. Бонус активирован.

Я открыл интерфейс и заметил, что просидел ещё два часа, а напротив шкалы 9100 появилась небольшая икона ×2. Не успел я обрадоваться, как внутреннее чувство самосохранение ударом сердца вырвало меня из концентрации и вернуло в реальный мир.

Никаких магических символов, никаких горящих энергией иероглифов – ничего. Вместо этого ощутил, как в лицо рывками дует горячий и мокрый воздух. Воздух, из влажных ноздрей альфа-Тулона. Чёрная как ночь шкура, скатанная в толстые колтуны, алые глаза с тёмными горизонтальными зрачками и огромный шрам на толстенном лбу с витиеватыми рогами.

На них всё ещё мерцала та самая субстанция, которая отправила Уголька в агонию горячки всего за несколько минут, а само существо смотрела на меня, выбивая землю правым копытом. Оно явно не собиралось садиться мной рядом и погружаться в безмятежность, как раз наоборот. Сердце отбивало бешенный ритм, отсчитывая жалкие секунды до того, как альфа-Тулон попробует меня убить.

Однако всё, что у меня было при себе, – это короткий нож, рюкзак с собранным добром и непоколебимая уверенность в себе. Не знаю, что произошло со мной при медитации, и знает ли о «Родовых чернилах» дедушка, но теперь мне стало до жути интересно. И чтобы выяснить, правда ли мне удалось клеймить собственное место силы, или всё это побочный продукт галлюцинаций, мне сначала придётся выжить.

Выжить – и попробовать убить альфа Тулона.

Глава 11

– Тихо, тихо, спокойно… – я продолжал повторять снова и снова, сжимая пальцами рукоять ножа.

Тулон надменно фыркнул, наклонил голову и, направив на меня покрытые ядом рога, ринулся в бой. Я перекатился в сторону, попутно захватив с собой рюкзак. Мои трофеи едва не стали причиной моей скоро гибели. Набитый до самого верха небольшой походный мешок, на котором красовалась привязанная туша убитого мною зайца, весил без малого килограмм десять. Поэтому пришлось его отбросить в сторону, удобнее перехватить нож и приготовиться к бою.

Представить только! Вернуться после первого похода с трофеем в виде альфа-самца всего стада тулонов. Да я не только смогу расплатиться с долгом семьи и вернуть Саиду за экипировку, так ещё останется для того, чтобы собрать новую экспедицию. Свою собственную! Возможно взять на поруки двое крепких парней и свалить весь груз на их плечи, а может, даже…

Пока я размышлял и представлял, сколько смогу выручить за тушу альфы, земляной козел на полной скорости запрыгнул на камень у входа в пещеру, перекувыркнулся в воздухе и уверенно приземлился на все четыре ноги. Быстрый, агрессивный и чертовский опасный. Лучше держать все инстинкты готовыми к битве и не распыляться на лишние мысли.

Наши взгляды встретились, и на мгновение показалось, будто его пасть оскалилась в злобной ухмылке. Тулон бросился в атаку, как и присуще всем козлам, стараясь насадить меня на длинные витые рога. Вот их стоит избегать в первую очередь. Малейшая нанесённая царапина наградит меня зубодробительной лихорадкой, и придётся отдать все трофеи на лечение неизвестного мне заболевания.

На мгновение задумался, а стоит ли вообще сражаться? Тулон явно быстрее меня, обладает природным и к тому же смертельным оружием, а что я? У меня плотная одежда, удобный нож и кое-какая начальная физическая подготовка. Однако совокупность недавно полученного умения и внешняя манифестация моего имени в виде духовного иероглифа запрещали бежать, поджав хвост.

Без мешка в руках мне легко удалось увернуться. Однако Тулон тут же на месте развернулся, и в сантиметре перед носом у меня просвистели кончики его рогов. Не успел я среагировать, как он, используя силу задних ног, пулей прыгнул мне навстречу и едва не лишил меня жизни. Крепко стиснул зубы, отпрыгнул и со всей силы зарядил ему ногой по рёбрам.

Мягкая, скатанная в канаты, но пушистая на первый взгляд шерсть по ощущениям показалась чуть ли не металлической. Резкая, пульсирующая боль в ступне едва не повалила меня с ног, и Тулон поспешил этим воспользоваться. Я сделал шаг назад, споткнулся о лежащий за спиной мешок и, падая в водоем, понял, что меня только что обыграли.

Альфа специально подставил бок, догадываясь, что человек ударит именно туда, и оказался прав. Пускай, это и звучало как оправдание, но уверен, что другой на моём месте поступил бы именно так. Однако это не отменяло того факта, что сверху в прыжке на меня летела огромная туша самого что ни на есть настоящего яогуая.

Я плюхнулся в воду и ещё до того, как ощутил под собой твёрдую поверхность водной глади, быстро заработал руками и ногами, пытаясь отплыть прочь. Ударной волной от приземления Тулона меня отбросило на пару метров, а сам Альфа увяз ногами в мягком песчанике и мотнул головой. В очередной раз я чуть не стал жертвой острых и ядовитых рогов существа и вдруг понял, что надо бежать.

На данном уровне моих умений, экипировки и прочего у меня нет ни единого шанса против этого существа, и если до сих пор мне пока везло, то следующая атака может стать для меня последней. Я взял нож Кори в зубы, быстро заработал руками и ногами и смог выбраться на твёрдую поверхность долины. Песчаник на некоторое время замедлил движение Альфы, но, благодаря мелкой глубине и мускулистому телу, он в три прыжка смог вырваться и ступить на твердую землю.

Внезапно мы оказались друг напротив друга. Человек, чья плотная и промокшая одежда лишь сковывало его движения, и яогуай. Монстр, чья густая и промасленная шерсть, защищающая мускулистое тело, готовился отомстить за своё стадо. Я согнул колени, заранее коснулся левыми пальцами сырой земли долины и затаил дыхание.

Между нами было от силы метров пять и мой походный мешок со всем, что удалось собрать. Я ни за что не оставлю его здесь, так как от содержимого напрямую зависит благополучие моей семьи. Если вернусь ни с чем, с пустыми руками и с долгом Саиду в сорок медяков, то сделаю только хуже.

Я смирился с мыслью, что Тулона мне не одолеть, по крайней мере, не на моём нынешнем уровне, но вот оставить трофеи за спиной? Нет. Это не даже не обсуждалось! Моё сердце отбивало бешенный ритм, тело едва сдерживало дрожь, а разум и здравый смысл кричали в унисон: «Беги, беги, спасайся!»

Признаюсь, мне впервые в жизни оказалось настолько страшно, но даже и так я всё равно отказывался показывать ублюдку спину и оставлять ему заработанные кровью и потом трофеи. Альфа выбил копытом землю, наклонил голову и надменно фыркнул. Я смотрел ему в глаза, пытаясь понять, когда наступит тот самый момент атаки, и выбрать окно для переката. Схватить мешок, быстро забросить его на спину и бежать к узкому перешейку. Если повезёт, он не станет преследовать меня вне долины, а если нет… То придётся вот такими уловками пробивать себе путь вниз.

Тулон атаковал. Ожидаемо быстро, выставив рога вперёд и выбивая из земли мелкие осколки камней и поднимая пыль. Я, как и планировал, отскочил, попутно схватил мешок и, ловко закинув его за спину, затянул на груди удобную тесьму. Альфа вновь развернулся на месте, и в этот момент из пещеры показались две пары красных глаз.

Видимо, особо любопытные члены его стада вышли посмотреть за тем, как вожак справляется с одним из убийц. Они не посмеют встать между ним и добычей, но заставят меня достаточно нервничать, чтобы совершить ошибку. Ну уж нет, не доставлю им такого удовольствия и покину эту горы живым!

Нож только мешался. Я убрал его в ножны и заткнул за пояс, освободив обе руки. Вместо этого схватил лежащий под ногами острый камень и, когда Тулон привычно рванул в атаку, со всей силы швырнул навстречу противнику. Он попал прямиком в цель, где-то возле левого глаза существа, и Альфа, поведя головой, запнулся.

Этого момента хватило для того, чтобы уйти с линии атаки, а затем со всех ног бежать в сторону узкого прохода. Я на физическом уровне ощущал, как смерть тянет свои костлявые пальцы к вороту моей рубахи. От её холодного прикосновения у меня на загривке встали волосы, а шея инстинктивно вжалась в плечи, не позволяя пальцам превратиться в смертельную удавку.

Однако, учитывая вес моего рюкзака, альфа всё же оказался быстрее. Я в последнюю секунду ушёл с линии атаки, отпрыгнув в сторону, и увидел, как мимо меня промчался товарный поезд с чёрной как ночь шерстью. Он развернулся на месте и блокировал единственный выход из долины, загоняя меня в мою же ловушку. Ирония… Спастись мне мешали камни, которые сам же и натаскал.

Альфа выбил копытом землю и вместо атаки ждал, пока я сам к нему приближусь. Нарезать круги по всей долине, пытаясь отманить его от прохода, настолько же бессмысленно, насколько пытаться одолеть его обычным дешёвым ножом. Куда бы ни побежал, он всё равно окажется быстрее и сильнее меня и неотвратимо заберёт мою жизнь. В голове вновь промелькнула мысль бросить рюкзак и спасать собственную шкуру, но я тут же отбросил её прочь и сосредоточился на цели.

Каким бы быстрым или шустрым он ни был, у всех есть уязвимые точки, и Тулон не стал исключением. Когда он нагнул голову, чтобы встретить меня острыми и ядовитыми рогами, я заметил, что при этом его глаза смотрели в землю. В такой позе он не видел ничего кроме собственных копыт и полагался лишь на восприятие положения жертвы.

Я на полном ходу схватил очередной камень, замахнулся и швырнул его в лоб существу, чем заставил на себя напасть. Тулон бросился в атаку, но разогнался не сильно, открыв мне проход максимум на метр. Он знал, что в любой момент сможет развернуться и блокировать его, не пропустив жертву к спасению, но у меня появился план.

Вместо того, чтобы скакать из стороны в сторону, я решил использовать его же массивную тушу против него самого. Когда оказался за спиной монстра, со всей силы шлёпнул ему по заднице и выбежал из прохода долины. Тулон ожидаемо дрогнул, подскочил на месте и ударил мне в след, попадая своей массивной рогатой головой по основанию сложенных друг на друга камней.

Лишь когда это произошло, мне полностью удалось увидеть, какой силой обладал вожак яогуаев. Те камни, что были снизу, дробью разлетелись в разные стороны, а вот верхние повалились вниз. Я не стал оборачиваться и смотреть, сработал ли мой план, и бежал со всех ног, оставляя за спиной тлеющие угли моего костра.

Как только я ступил на ровную каменную поверхность, из долины раздался слаженный вой сразу нескольких Тулонов. Пускай, я и был знаком с этими существами совсем недавно, но мне без труда удалось понять, что это был крик триумфа. Они заставили человека покинуть их владения, точнее, это сделал один вожак. Гордый, сильный и быстрый, он прогнал странника невидимой плетью, возвращая себе заслуженное положение во главе собственного стада.

Я бежал до тех пор, пока не оказался на крутой тропе склона и едва не сорвался вниз. Из-под ног полетели маленькие камешки и щебёнка, хвалённые сапоги с промасленной подошвой помогли вовремя остановиться, но гора решила иначе. Она, словно напоминая, что ничего не дается просто так, и у всего есть своя цена, нагнала на меня ветер из долины, и он, ударив в спину, лишил меня равновесия.

Мир перевернулся с ног на голову. На мгновение ощутил, как земля ушла из-под ног, а я повис в абсолютной невесомости над крутой пропастью горы. Если бы не инстинкты и вовремя замеченная ветка дерева, летел бы я дальше, пока не добрался до подножья в виде кровавого пятна с мешком, набитым трофеями. Однако пальцы крепко вцепились в растущую из камня толстую ветку, и я повис, болтаясь на ней, как переспелый плод.

Будто этого оказалось мало, вдобавок меня дёрнуло посмотреть вниз и воочию оценить, как далеко придётся падать. Тут уж точно не получится спастись. Неминуемая смерть… Так что, пока этого не случилось, замахнулся второй рукой, раскачался на ветке и ухватился за уступ скалы. В эту же секунду она, не выдержав мой вес с мешком, треснула, обломилась на середине, и я едва не отправился за ней.

Сколько раз за последние несколько минут у меня замирало сердце – уже перестал считать. Пять, десять, двадцать, какая разница? Я спешно шлёпал ладонью по холодному камню, повиснув над пропастью и болтаясь на одной руке. Наконец удалось нащупать щель, в которую пролезли пальцы, и натужно подтянуться. Со лба гроздьями капал пот, влажные ладони то и дело норовили соскользнуть по камню, а прерывистое дыхание заставляло сердце стучать быстрее.

Пока не ощутил под собой твёрдой поверхности, всё ещё думал, что падаю вниз. Вот-вот пальцы разожмутся, нога соскользнёт, и на этом мой путь будет окончен. Однако мне удалось не только выбраться, но и отползти на достаточное расстояние от пропасти, чтобы наконец выдохнуть. Перед тем, как перевернуться на спину, я устало снял рюкзак, убедился, что за мной не гнались Тулоны, и позволил себе на мгновение расслабиться.