Текст книги "Гений рода Дамар 7 (СИ)"

Автор книги: Игорь Кольцов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 17

* * *

– Господин, я поймал крысу, – заявил Рахэ с порога.

Я поднял голову от бумаг и кивнул на кресло возле своего рабочего стола.

– Садитесь, Крат, – сказал я. – И докладывайте.

– Мы поставили постоянный пост наблюдения рядом с той комнатой, где вы нашли постороннее устройство, – усевшись в кресло, заговорил Рахэ. – Смена длилась восемь часов, пересменок – после ухода первой смены строителей. Сегодня крысу взяли с поличным. Дали зайти в комнату, забрать прослушку и остановили на выходе.

– Кто?

– Мико Тартус, из людей Шотто.

Не мои, уже хорошо.

– Что он сказал про заказчика? – спросил я.

– Ничего, – поморщился Рахэ. – Я потому и пришел к вам. Господин, как вы планируете казнь?

– В каком смысле, как? – приподнял брови я.

– Насколько я знаю, вы можете его казнить собственноручно и без согласования с кем-либо, – ровно сказал Рахэ. – Вы на своей земле и в своем праве.

Теоретически, да.

Но по факту вопросы ко мне у СИБ все равно возникнут. Ничего критичного, на самом деле, отделаюсь одним допросом в присутствии сильного мага-менталиста, который чувствует ложь, и самого навороченного артефакта-определителя лжи из всех, какие найдутся в СИБ. Ну и устным внушением от Юпре, наверное. Если ему будет не лень.

Однако раздуть эту историю можно. Еще бы, одинокий юнец все-таки начал чудить, оставшись без опеки старших родичей, и убил простолюдина без суда и следствия.

И именно сейчас, я почти уверен, мои противники в лице тех же Рамсей такой повод не пропустят.

Да, я опровергну слухи легко. Собственно, сам факт, что СИБ не имеет ко мне претензий, быстро сведет волну слухов на нет.

Но на какое-то время общество всколыхнется, и потрепать мне нервы каверзными вопросами и холодностью при общении на приемах отдельные аристократы вполне могут. Опять же, слегка, ничего критичного, но оно мне надо?

Куда проще и логичнее сразу привлечь к этому делу СИБ.

Итог будет ровно тем же, только придется немного подождать, пока СИБ проведет проверку и даст официальное подтверждение правомерности наказания.

К тому же, мне нужна была огласка. Я практически уверен, что строитель не понимал, на что он подписывается и чем рискует. Родовые земли довольно редки, а простолюдины в большинстве своем в знании законов плавают. Незнание законов не освобождает от ответственности, конечно, но на планирование влияет очень сильно.

Пора напомнить, чем чреваты любые враждебные действия на родовых землях. Всей стране напомнить.

Глядишь, и не придется больше вылавливать шпионов на своей территории. Просто исполнителей, готовых рискнуть жизнью, не найдется.

– Предпочитаю официальный путь, – сообщил я.

– Отлично! – расплылся в улыбке Рахэ.

Я вопросительно приподнял брови.

– Есть у меня знакомец в отделе А-1, – произнес безопасник. – Он мне немного должен, да и мужик нормальный, сработаем на пару.

– Давайте еще раз, – мотнул головой я. – Отдел А-1 – это что?

– Это первый отдел СИБ, который занимается тяжкими преступлениями, связанными с аристократами, – пояснил Рахэ. – Поэтому А и один. Если мы сдадим нашу крысу в СИБ, именно этот отдел будет заниматься нашим делом. А поскольку людей там не особо много, то есть большая вероятность, что вести дело будет как раз мой знакомец. Дело резонансное, а он – старший следователь с безупречной репутацией.

– И откуда такие связи, – удивленно покачал головой я.

Прямой вопрос я задавать не стал, даже интонацию сделал не вопросительной, вроде как просто впечатлен и отдаю своему безопаснику должное. На такие вопросы не отвечают, и я это понимал.

Но мне было очень интересно, откуда у Рахэ такие контакты.

Прежде Рахэ работал в клановой службе безопасности. Ключевое слово – клановой. Не родовой. Основная привилегия кланов – это нахождение вне юрисдикции СИБ. Нет, понятно, что СИБ и за кланами присматривает, но официально вмешиваться в дела кланов СИБ не имеет права.

Каким образом Рахэ мог не просто пересечься с сотрудником СИБ, но и заиметь в его лице должника, я не представляю.

Если, конечно, не брать в расчет грязные варианты вроде слива закрытой клановой информации.

– Не думайте лишнего, господин, – улыбнулся Рахэ, явно просчитав ход моих мыслей. – Я помог Итону по мелочи, просто проверил кое-какую информацию внутри клана и сообщил, что он копает не туда, а его версия несостоятельна. Ничего больше. Мне это стоило пары часов работы, а ему серьезно облегчило расследование. Иначе ему пришлось бы выходить на свое начальство, а тому – на императора, чтобы получить санкцию на допрос клановца. И если бы эта ниточка оказалась пшиком, а она им и оказалась, на карьере Итона можно было бы поставить крест. За неоправданное вмешательство в их дела кланы подняли бы вой на всю страну.

– Благодарю за пояснения, – склонил голову я.

Рахэ лишь кивнул в ответ.

– Тогда скажите мне, над чем вы собрались работать на пару с вашим знакомым из СИБ? – спросил я.

– Строитель боится, – поморщился Рахэ. – Говорит, ему не просто хорошо заплатили, чтобы он притащил к нам этот прибор, а потом забрал и отнес заказчику. Ему еще и пригрозили семьей. Дескать, проговоришься кому – одна из твоих дочерей умрет.

– Хотите размотать эту ниточку на пару с СИБ? – понимающе улыбнулся я.

– Именно, – кивнул Рахэ. – Следить за мужиком бесполезно, ему дали инструкции на случай провала и хорошенько запугали, так что он просто не пойдет на встречу со своим визави. Да и толку, там наверняка цепочка посредников. Зато действия чиновников вполне могут вывести нас на заказчика. СИБовцы на таких делах давно руку набили.

– Риски, минусы? – коротко поинтересовался я.

– Придется сдать не только крысу, но и прослушивающее устройство, – ответил Рахэ.

– Приманка, – сделал вывод я.

Рахэ вновь кивнул.

Не то чтобы этот диктофон – или чем там на самом деле является этот прибор – представлял какую-то особую ценность для заказчика. Но если будет простая возможность его заполучить, то такая попытка вполне может последовать. Главное, четко и незаметно ее отследить.

И это действительно епархия СИБ, тут им наверняка равных нет.

– Мы можем выяснить, что там записано? – поинтересовался я.

Ничего важного, по идее, быть не должно. В моем доме пока не было хоть каких-то значимых встреч и серьезных разговоров, из-за стройки я просто не приглашаю сюда гостей.

Разве что недавний визит главы рода Ридера мог попасть в запись, но мы там ничего секретного не обсуждали. Только предложение Рамсей. Ну и договор на продажу поместья подписали.

Несколько моих разговоров по телефону, особенно слышимые только с моей стороны, тоже никому никакой особой информации не дадут.

Тем не менее, мои люди, и Рахэ в том числе, до сих пор считали родовое поместье самым защищенным местом и явно тут язык не сдерживали. Бытовуха вряд ли кого-то заинтересует, хотя в отдельных случаях и такая информация может пригодиться, а вот тот же Рахэ вполне мог обговаривать со своими подчиненными схемы обеспечения безопасности.

Так что лучше бы проверить, что именно мы отдаем. Причем отдаем и самой СИБ, и заказчику, если тот все-таки умудрится вытащить прибор из СИБ и не попасться при этом.

– Выясним, – к моему удивлению, спокойно кивнул Рахэ.

– Как?

– Дешифратор, – коротко ответил он.

Но, увидев мое непонимание, ехидно усмехнулся:

– Подписываете сметы не глядя, господин?

– У меня нет фотографической памяти, – насмешливо парировал я. – Или вы предлагаете мне все эти списки наизусть заучивать?

Рахэ примирительно поднял руки и пояснил:

– Это было в одной из первых смет моей службы. Машинка дорогая и редкая, поставка только под полную предоплату и небыстро. Ее всего неделю, как привезли. Зато работает – сам себе завидую, у нас даже в клане такой игрушки не было. Берет практически все, кроме совсем уж навороченных артефактных изделий. Но у нас явно не оно. Сейчас засажу за расшифровку своего помощника, к утру у нас будет полная распечатка. Если там не три-пять потоков в записи, конечно. Тогда до следующего вечера провозимся.

– Этого строителя вы не отпустили, я надеюсь?

– Господин, – укоризненно протянул Рахэ. – Нет, конечно. В подземелье сидит.

Я лишь усмехнулся. Вот только в качестве тюрьмы это несчастное подземелье еще и не использовали.

Но не отдать Рахэ должное я не мог, более надежного места в поместье действительно не было. Посторонний человек ни зайти, ни выйти сам оттуда не сможет. У Рахэ есть допуск, он провел строителя в подземелье и запер. И тот никуда не денется, защитная линия не даст.

Изящное решение, даже охрана не нужна.

– Тогда жду расшифровку, – сказал я.

– Принесу сразу, как будет готова.

– Благодарю.

* * *

После разговора с Рахэ я успел пообедать и вернуться в свой кабинет, а еще через час Торм сообщил, что Шотто просит о встрече со мной. Главный строитель нечасто сам приезжал к нам, только если нужно было отчитаться за очередной этап выполненных работ или что-то согласовать.

Но на этот раз причина явно была иной.

Исчезновение коллеги не прошло для строителей незаметным. Рахэ сообщил начальнику смены, что его подчиненный арестован, но вряд ли вдавался в подробности. А начальник смены сам на рожон лезть не стал, отправил сообщение своему руководству.

Вот Шотто и приехал разбираться.

В мой кабинет он вошел с собранным и сосредоточенным видом. Он не лебезил заранее, готовый извиняться за любую ошибку своих людей, но и не собирался качать права. Сначала он явно хотел разобраться, что случилось.

И это характеризовало его с наилучшей стороны.

– Господин Дамар, – приветственно склонил голову он.

– Садитесь, уважаемый Шотто, – кивнул на кресло я. – Разговор нам предстоит не очень приятный.

Шотто сел в кресло и выжидающе уставился на меня.

– Одного из ваших людей мои безопасники поймали на шпионаже, – сообщил я. – Поймали с поличным. Прослушивающее устройство изъято, ваш человек изолирован.

– Что с ним будет? – ровно спросил Шотто.

– Смертная казнь.

Шотто вытаращился на меня с изумлением.

– И вы тоже не знаете законов, – невесело хмыкнул я. – Родовые земли, уважаемый Шотто. Вы находитесь на моих родовых землях. Если грубо, вы тут чихнуть не имеете права без моего разрешения. Любые действия, направленные против хозяина родовых земель на его территории, караются смертью. Я могу казнить вашего человека хоть сейчас.

Шотто сглотнул, но когда он заговорил, его голос звучал почти нормально:

– Но вы этого не сделали, господин Дамар.

– Только потому, что мне не нужны лишние слухи, – разбил его надежду я. – Сдам деятеля в СИБ, они подтвердят правомерность наказания, и его казнят. Возможно, даже публично. По крайней мере, я буду настаивать именно на этом варианте. Вереница его последователей мне здесь не нужна.

Шотто прикрыл глаза и сделал глубокий вдох.

Понимаю. Накрылась его будущая безупречная репутация. Имя преступника мало кто запомнит, а вот обстоятельства дела и название строительной конторы или имя ее хозяина – легко.

Шотто с энтузиазмом взялся за мою стройку во многом ради этой самой репутации. Выполненный заказ аристократа, если тот остался доволен, – это прямой билет на новый уровень. После окончания моей стройки Шотто вполне могли начать поступать заказы от других аристократов. А это не только большие деньги, но и связи.

Сейчас же Шотто стоило думать не о перспективах, а о том, как выйти из текущей ситуации без потерь. Хотя бы финансовых.

– Я прошу прощения, господин Дамар, – поклонился из положения сидя Шотто. – Клянусь вам, я и мысли не допускал о том, чтобы как-то вам вредить. Но я не уследил за своими людьми, и я виноват.

– Извинения приняты, – кивнул я.

Шотто вновь сделал большие глаза.

– Давайте будем реалистами, – усмехнулся я. – Вы могли предотвратить эту ситуацию?

– Если бы изучил закон о родовых землях и проинструктировал своих людей – то мог, – тяжело вздохнул Шотто.

– Ценю ваш подход, – слегка улыбнулся я. – И вашу попытку взять на себя ответственность. Однако вы – всего лишь работодатель. Для своих работников вы не отец, чтобы их воспитывать и наставлять. Винить вас в данной ситуации было бы странно.

– Благодарю, господин Дамар, – склонил голову он.

– Тем не менее, – продолжил я, – прошу вас предупредить своих людей, чем чреваты враждебные действия на родовых землях. СИБ какое-то время будет проверять сложившуюся ситуацию, и мне бы не хотелось, чтобы за это время еще кто-то повелся на щедрую оплату за якобы простое дельце.

– Непременно, господин Дамар.

– Благодарю за встречу, уважаемый Шотто, – кивнул на прощание я.

– Благодарю, господин Дамар! – вскочил он и вновь поклонился, прежде чем покинуть мой кабинет.

Глава 18

* * *

Следующая неделя прошла спокойно. Новых неприятностей не было, а старые пока не спешили о себе напоминать. Разве что штрафы за перекрытые дороги приходили регулярно.

Последние договоры с Эксара и Алейро ушли на регистрацию в имперскую канцелярию, деньги учителю и пока еще союзникам я перевел.

Съезжать ни Ридера, ни Алейро еще были не готовы, но оба рода уже начали переговоры о покупке подходящих им вариантов загородных домов. Появился шанс, что как раз к моменту окончания оформления наших сделок кто-то из них сможет начать переезд.

Прямым текстом я их не торопил, но про штрафы за перекрытые дороги рассказал. И мой намек все прекрасно поняли.

Если Эксара на штрафы было бы плевать, то Ридера и Алейро явно оценили то, что я не попытался разделить с ними эти расходы. Строго говоря, объединенный квартал – это не моя личная собственность, нас тут аж пять родов. И защита работает на всех, а штрафы плачу только я.

Но я не стал мелочиться. Пока еще суммы штрафов были некритичны, а расторопность Ридера и Алейро в поиске нового жилья для меня куда более выгодна, чем их вложения в штрафы.

Правда, старик Фуге, когда узнал о штрафах, ругался долго и виртуозно.

Причем не столько на чиновников, сколько на мою гордыню, как он выразился. Дескать, не дело это, тянуть в одиночку то, что нужно всем. И ладно Ридера с Алейро, их старик сразу посчитал отрезанными ломтями, но он сам-то тут живет и никуда съезжать не собирается. А значит, дороги – это наши общие проблемы.

В общем-то, он был прав. Я не нашел, что ему возразить, так что пришлось разделить с ним эту ношу.

Род Эксара я привлекать не стал, им тоже скоро съезжать, у них свой квартал будет.

Подвижек по дорогам, кстати, не было. То ли мои мысли о том, что это общая проблема, и ее все равно придется решать на государственном уровне, оказались несостоятельными. То ли государственная бюрократическая машина куда более неповоротлива, чем я полагал.

Так что я лишь все больше убеждался в том, что принял верное решение. Не стоит проводить новое объединение квартала, пока этот вопрос не будет закрыт.

Просьбу Фуге я выполнил, поговорил с учителем, и буквально через пару дней старик получил свое приглашение на свадьбу принцессы. Эксара подтвердил все, что объяснял мне старик Фуге, и к его просьбе отнесся серьезно. Такие мероприятия пропускать нельзя, я запомнил.

Больше всего меня удивлял тот факт, что наш автосервис работал, как ни в чем ни бывало. До сих пор там не было ни малейших сомнительных происшествий. Хотя, казалось бы, только-только организованный бизнес кто-то просто обязан проверить на прочность.

Возможно, конечно, я просто чего-то не знал. Например, какой-нибудь негласной традиции не покушаться на чужой источник дохода даже при масштабных интригах. В принципе, это даже логично. Если все начнут гадить друг другу именно в бизнесе, в стране очень быстро не останется фирм с нормальной репутацией, которые принадлежали бы аристократам. От нас клиенты шарахаться начнут. А кушать-то всем хочется.

Но это лишь мои предположения.

Как бы то ни было, ни на складах, ни на автосервисе проблем не было. И даже конкурентов, которые захотели бы проверить только-только созданный бизнес не нашлось. Впрочем, конкурентов у нас действительно не было ни там, ни там.

СИБ тоже пока молчала. Рахэ сдал им строителя-шпиона вместе с артефактом прослушки. Расшифровку я пролистал, там действительно не оказалось ничего интересного, так что мы даже не стали пытаться затереть что-то из записей. Наше дело попало к приятелю Рахэ, и тот сразу предупредил, что проверка займет пару недель. Это стандартный срок для подобных дел.

За Шотто, кстати, я внимательно наблюдал. Как ни крути, удар он получил очень серьезный, у него, можно сказать, все планы на жизнь рухнули. И еще не факт, что сам шпион был для него простым работником, о котором завтра никто в фирме и не вспомнит.

Но и тут мои опасения не оправдались. Шотто по-прежнему приезжал, когда требовалось мое решение или подпись, уклониться от встреч и общения не пытался, и изменений в его поведении при разговорах не было. Он был все так же увлечен проектом и старался сделать все наилучшим образом.

В общем, все было хорошо.

Однако ощущение затишья перед бурей у меня усиливалось с каждым днем.

* * *

Императорский прием по случаю свадьбы старшей принцессы был назначен на три часа дня.

Сами молодожены в это время еще будут кататься по городу и заниматься памятной фотосессией, но и сбор гостей – дело небыстрое. Особенно когда приглашена фактически вся аристократическая столица.

Молодожены появятся на приеме ближе к шести вечера, как раз когда соберутся все гости. Император, скорее всего, тоже раньше в парк не выйдет. У гостей будет время обсудить изменившийся расклад сил.

Вопреки привычной мне по моему миру традиции выдавать принцесс замуж за равных, то есть за детей правителя соседней страны, здесь все было иначе. Да, такие браки тоже случались, но крайне редко. Как правило, только после войн, в качестве скрепления мирного договора.

В обычное время император предпочитал родниться с верхушкой аристократов.

Только сейчас, изучая этот вопрос перед приемом, я понял, почему так выделяют именно десятку сильнейших. Не пятнашку и не двадцатку, а именно десятку. Именно этим родам, как правило, и доставались принцессы.

На этот раз повезло роду Нгуен.

Хотя как повезло? Древний имперский род не мог пустить такой вопрос на самотек. Наверняка за руку принцессы разворачивались целые баталии, пусть и в переносном смысле этого слова.

Я с этим родом не сталкивался вовсе, даже издали на турнире его представителей не видел. Нгуен вели довольно закрытый образ жизни, не устраивали приемов, почти не участвовали в общественной жизни и не лезли в политику. По крайней мере, открыто.

В общем, они были не на слуху.

Понятное дело, что десятку сильнейших поименно знает вся страна, но это, пожалуй, все, что известно о Нгуен широкой общественности. Чтобы выяснить о них что-то еще, нужно копать.

Что ж, сегодня Нгуен точно будут в центре внимания. И потому, что они теперь родичи императора, и потому, что сам по себе род вызывает любопытство, которое в другое время просто не удовлетворишь.

Мы с Валери приехали почти к самому началу приема. Минут на десять позже, да и то только потому, что недооценили масштабы пробок на въезде.

Императорский дворец гудел. Машины шли сплошным потоком и останавливались только для того, чтобы высадить пассажиров. Меньше минуты на машину, но даже так пробка растянулась на несколько кварталов.

Ни о каком сопровождении даже речи не шло, все машины охраны императорская гвардия останавливала в километре от дворца.

Мы вышли у западных ворот, охрана бросила беглый взгляд на приглашение и нам вежливо пояснили, что двигаться нужно прямо. От этого входа вглубь парка вела только одна пешеходная дорожка, а сам парк, где будет проходить прием, начинался почти сразу за воротами.

Дорожка петляла среди деревьев, поэтому, несмотря на то, что и впереди, и позади нас наверняка шли другие гости, создавалась иллюзия уединения.

Валери держала на губах нейтральную полуулыбку и скользила взглядом по парку. Даже здесь, на входе, было, на что посмотреть. Деревья не стояли сплошной стеной, в просветах между ними виднелись и фонтаны, и скульптуры, и праздничная подсветка, которая проявит себя во всей красе только ближе к вечеру, когда стемнеет.

Валери, не стесняясь, крутила головой и что-то тихонько мурлыкала себе под нос. Я прислушался.

– Направо пойдешь – к великим попадешь, прямо пойдешь – древних найдешь, налево пойдешь – судьбу обретешь.

– Что? – удивился я.

Невеста бросила на меня быстрый взгляд.

– Детская считалочка, – улыбнулась она. – Так нас, видимо, готовили к подобным мероприятиям. Свадьба любого члена императорского рода – событие масштабное и одновременно единственное, куда приводят молодежь. Молодежи – налево.

– Серьезно? Именно так и распределяются гости?

– Да, – подтвердила Валери. – Мы почти дошли до развилки. Нам же не налево?

Метрах в двадцати впереди действительно маячила развилка. И да, разветвлялась дорожка ровно на три. Правая забирала вправо градусов на сорок пять, центральная отклонялась совсем чуть-чуть влево, а левая уходила влево под прямым углом.

– Нет, ты серьезно? – еще раз переспросил я. – Детская считалочка, предназначенная для одного-единственного мероприятия, которого может и не быть?

– Почему для одного? – вскинула брови Валери. – Любой императорский прием строится по такому же принципу. Даже открытый ежегодный. Да и некоторые аристократы, если им размер поместья позволяет, делают точно так же. По сути, детям дают знание, которое им почти наверняка однажды пригодится. Чему ты удивляешься?

Рядовые аристократы из бедных родов на императорском приеме или на приеме рода из десятки сильнейших? Сильно сомневаюсь.

Но мечтать не запретишь, что называется.

– Нам прямо, – сказал я. – Или ты хочешь налево?

– Не хочу, – усмехнулась Валери. – Но придется. Именно там, среди молодежи, обычно происходит самое интересное. Любая свадьба – повод для новых знакомств и разговоров на тему брака, но такая свадьба – особенно. Множество союзов родов начинались с таких вот встреч молодого поколения. Сегодня этикет менее строг, его можно чуть-чуть отодвинуть в сторону и знакомиться со всеми подряд. Но только среди молодежи.

Меня контакты среди молодежи не особенно интересовали, я уже вышел на более высокий уровень, у меня и знакомств среди глав родов хватало.

Но это не значит, что от таких контактов нужно отказываться.

– Предлагаешь разделиться? – уточнил я.

– Через полчасика, – кивнула Валери. – Именно сегодня я тебе больше пользы принесу, если буду крутиться среди молодежи. Другого настолько удобного случая для завязывания контактов мне еще долго не представится.

Мы дошли до развилки и двинулись по центральной дорожке.

– Все так делают, да? – поинтересовался я.

– Да, почти все. Для этого, собственно, и привозят сюда молодежь.

– А если у тех уже невесты или женихи есть?

– До свадьбы все можно изменить, – пожала плечами Валери. – Чаще, конечно, привозят молодежь, у которой пары еще нет. Но даже если есть, общение на приеме не является чем-то предосудительным, и навязываться в супруги никто не будет. Потенциальная помолвка в любом случае обсуждается главами родов. И не на приеме.

– Понял, – благодарно кивнул я. – Тогда сейчас немного пройдемся по центральной части парка, и я провожу тебя к молодежи.

– Хорошо, – улыбнулась Валери.

* * *

Парк очень быстро заполнялся людьми. Если сразу после нашего выхода на открытую поляну, где прогулочные дорожки были разделены невысокими кустами, там было всего несколько десятков человек, то через полчаса – уже под сотню.

А таких открытых островков, разделенных рядами деревьев, было чуть ли не полтора десятка. По крайней мере, со всех сторон от центральной поляны просматривались другие, и они тоже не были пустыми.

Мы успели прогуляться по трем таким полянам. Встретили почти всех своих союзников: и Ридера, и Алейро, и Фуге. Разве что учителя я пока не видел. Да и других знакомых хватало.

Среди них, правда, не было никого из десятки сильнейших. Равно как и великих кланов. Похоже, считалочка Валери работала.

В какой-то момент Валери легким кивком указала в сторону, и я плавно свернул туда. Пришло время отправить ее в свободное плавание.

До молодежных полянок мы шли чуть ли не десять минут, и я понял, что сильно недооценил масштаб приема. Этих полян тут было не полтора десятка, а как бы не полсотни.

Поляны молодежи я узнал сразу. Столько юных аристократов в одном месте я еще никогда не видел. Да и обстановка там действительно была куда более живой и раскованной. Играла громкая музыка, молодежь сбивалась в небольшие компании, то и дело раздавался задорный смех, а движения тех, кто куда-то шел, были непривычно быстрыми и порывистыми.

Стоило нам появиться на поляне, к нам тут же подлетела Кира Барнами. Одна.

И это тоже было непривычным, девушки редко оставались в одиночестве на приемах, и уж точно не могли себе позволить подойти к паре. Только к таким же одиноким женщинам.

– Господин Дамар, – приветственно склонила голову Кира. – Валери.

– Приветствую, госпожа Барнами, – кивнул в ответ я.

– Привет, Кира! – улыбнулась Валери.

По имени? Неплохо. Не думал, что у моей невесты есть подруги в великом клане.

Впрочем, что я знаю о женских интригах? Когда наши спутницы остаются одни, их просто не слышно и не видно на обычных приемах. Вся женская часть гостей словно бы исчезает где-то.

Нет, я понимаю, что для них выделяется отдельная зона, но мужчинам туда ход закрыт, так что я понятия не имею, что именно там происходит.

А Валери, выходит, зря времени не теряет, умница.

– Вы оба к нам? – осторожно поинтересовалась Кира Барнами.

– Нет, я только проводил Валери, – слегка улыбнулся я.

– О-о! – не смогла сдержать предвкушения девушка. – Тогда хорошего вам вечера, господин Дамар.

– Уже прогоняете? – фыркнул я.

Кира замерла, а я улыбнулся.

– Да шучу я, шучу. Хорошего вечера, красавицы.

– Благодарю! – в один голос ответили они.

Проводив их взглядом, я развернулся и двинулся обратно. Меня ждала куда менее приятная компания взрослых солидных глав родов, и никаких послаблений этикета.

Впрочем, я уже почти привык воспринимать приемы как работу и увиливать от нее не собирался. Надо значит надо.