Текст книги "Ведьма. Погоня за счастьем (СИ)"

Автор книги: Ида Фьорд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)

– Это не я, – сказала Даша свинке. – Это солнце.

Пышка открыла один глаз и посмотрела на неё с выражением «ну-ну».

꧁༺══—༻∞༺—══༻꧂

В коридоре Артём шёл к своему ведру и улыбался.

– Она краснеет, – сказал дракон на руке.

– Вижу.

– И свинка золотая.

– Вижу.

– Ты ей нравишься.

– Знаю.

– И что будешь делать?

– Работать продолжу, – ответил Артём. – А там посмотрим.

Он подошёл к ведру. Пол был на месте – можно мыть.

Артём взял тряпку и принялся за работу, насвистывая какую-то старую армейскую песню.

Из приёмной доносился голос Зигмунда:

– … и подпись поставьте вот здесь! Разборчиво! Не как курица лапой!

Глава 4
О пирожках, бывших и внезапных чувствах

Даша не могла работать.

Это было настолько непривычное состояние, что она сначала даже не поняла, что с ней происходит. Просто сидела перед котлом, помешивала зелье, а мысли упорно уползали куда-то не туда. Вместо расчетов пропорций ингредиентов она думала о том, как Артём улыбнулся, когда сказал про пирожки с яблоками.

– Это безумие, – сказала Даша вслух.

– Что – безумие? – спросила Пышка.

– Ты… – Даша замерла. – Ты заговорила?

– Я всегда говорила. Просто ты не слушала. Точнее, слушала, но не понимала. А сейчас, видимо, настолько выпала из реальности, что начала понимать.

Даша схватилась за голову.

– Я сошла с ума. Точно. Пять лет одиночества, стресс – и вот результат. Морская свинка заговорила.

– Во-первых, не я просто какая-то морская свинка, а магическое существо. Во-вторых, я и раньше говорила, а сейчас ты в том состоянии, когда готова слышать. Это называется «открытие канала».

– Какого канала⁈

– Эмпатического. Ты влюбилась, дурында, и твоя магия пошла вразнос. Поздравляю. Теперь ты слышишь меня.

Даша закрыла глаза и сделала три глубоких вдоха.

– Ладно, – сказала Даша, открывая глаза. – Допустим, я тебя слышу. Наверное, я переутомилась. Или съела что-то не то.

– Ты ела вчера пирожки, – напомнила Пышка. – С капустой. Которые он принёс.

– Это не считается.

– Считается. Ты улыбалась, когда ела. Я видела.

– Я всегда улыбаюсь, когда вкусно.

– Ты улыбалась не еде. Ты улыбалась ему.

Даша зарычала и отвернулась к котлу, а Пышка довольно засопела. Кажется, она получала от этого разговора искреннее удовольствие.

В дверь постучали.

– Даша? Ты там?

Сердце пропустило удар.

– Видишь? – прошептала Пышка. – Даже сердце реагирует.

– Заткнись!

– Не дождёшься.

Даша поправила халат, пригладила волосы и крикнула:

– Войди!

Артём просунул голову в дверь. Сегодня он был без швабры, зато с большим свёртком в руках.

– Я не вовремя? – спросил он, заметив её раскрасневшиеся щёки.

– Нет, нормально. Просто… жарко. От котла.

– Угу, – кивнул Артём с совершенно непроницаемым лицом. – Я принёс, обещанное.

Он развернул свёрток, и по лаборатории поплыл такой запах, что Пышка дёрнулась вперёд, едва не свалившись со стопки отчётов.

Пирожки. С яблоками. Ещё тёплые, румяные, с аккуратными защипами по краю и присыпанные сахарной пудрой.

– Ты… сам пёк? – спросила Даша, сглатывая слюну.

– Ночью. Не спалось.

– Почему?

Артём посмотрел на неё. В серых глазах мелькнуло что-то тёплое.

– Думал кое о чём.

– Спасибо, – сказала она, принимая свёрток. – Очень… вкусно пахнет.

– Попробуй.

Она откусила кусочек. Яблоки, корица, тонкое слоёное тесто – всё таяло во рту.

– Божественно, – выдохнула она.

– Рад, что нравится, – Артем улыбнулся.

– Ты вообще кем был в прошлой жизни? Кондитером?

– Военным, – спокойно ответил он. – Но на кухне всегда любил возиться. Это успокаивает.

Даша замерла с пирожком в руке.

– Военным магом?

– Ага. Спецподразделение. Самые сложные задания, самые опасные точки. Пять лет.

– И… что случилось?

Артём помолчал. Подошёл к окну, посмотрел на улицу, где по тротуару бродили маги, курьеры на метлах, пара гоблинов с сумками.

– Выгорел, – сказал он тихо. – Просто однажды понял, что не могу больше. Смотреть на смерть, на боль, на то, что мы делаем друг с другом. Решил, что хватит. Уволился. Искал тихое место.

Даша смотрела на него и чувствовала, как внутри что-то переворачивается. Не жалость – он не производил впечатления человека, которого можно жалеть. Что-то другое. Более глубокое.

– Тяжело, наверное, – сказала она просто.

– Бывает, – кивнул Артём. – Но здесь легче. Тут… все иначе.

В дверь снова постучали.

В комнуту зашла женщина. Высокая, стройная, с длинными чёрными волосами, уложенными в идеальную причёску. Платье – тёмно-синий шёлк, расшитый серебряными звёздами. Глаза – синие, холодные, как лёд. Запах – дорогие духи, от которых у Даши защипало в носу.

Взгляд женщины остановился на Артёме.

– Артём, – произнесла она с ледяным спокойствием. – А я тебя ищу.

Артём побледнел.

– Элеонора.

– Не рад? – женщина улыбнулась. – А я так старалась. Приехала издалека. Хочу поговорить.

– Нам не о чем говорить.

– Ошибаешься. Нам есть о чём поговорить. Например, о том, почему ты сбежал и прячешься в какой-то дыре, моя полы.

– Я не прячусь. Я тут живу.

– Живёшь? – Элеонора обвела взглядом лабораторию, задержалась на Даше, на Пышке, на разбросанных бумагах. – Здесь? С этой?

Даша почувствовала, как внутри закипает злость.

– Я – Даша, – сказала она, выходя вперёд. – Зельевар этого отдела. А вы, простите, кто?

Элеонора посмотрела на неё как на таракана.

– Я – та, кто была с ним пять лет. Та, кто знает его лучше, чем кто-либо. Та, без которой он не мог дышать.

– Была, – подчеркнул Артём. – Ключевое слово – была.

– Люди не перестают быть близкими просто так.

– Люди перестают быть близкими, когда предают.

Элеонора вздрогнула, но быстро взяла себя в руки.

– Я не предавала. Я выбрала лучшее для нас обоих.

– Ты выбрала деньги и положение. Это твой выбор. Но ко мне это не имеет отношения.

– Имеет. Потому что я хочу, чтобы ты вернулся.

Даша слушала этот диалог и чувствовала, как внутри всё сжимается. Она не имела права ревновать – они с Артёмом даже не встречались, ничего не обещали друг другу. Но ревность была. Острая и болезненная.

Пышка подошла и ткнулась носом в её ногу. Свинка была золотой. Ярко-золотой, почти светящейся.

– Дыши, – шепнула Пышка. – Она просто пытается вернуть то, что потеряла. Но потеряла не просто так.

– Я дышу, – шепнула в ответ Даша.

– Врёшь.

Элеонора перевела взгляд на Дашу.

– А вы, милочка, понимаете, с кем связались? Он – герой. Легенда. Его имя знают в высших кругах. А вы… кто вы? Провинциальная зельеварка с разноцветной свиньёй?

– Свинкой, – поправила Даша. – И она не разноцветная, а магическая. Есть разница.

– Мне плевать на разницу. Я хочу, чтобы ты поняла: он не для тебя. Он для другого мира. Для другого уровня.

– Это он сам решает, – спокойно сказала Даша. – Не вы. Не я. Он.

Элеонора уставилась на неё с удивлением. Видимо, не привыкла к отпору.

– Ты смешная, – наконец сказала она. – Ладно. Артём, я остановилась в гостинице «Изумруд». Приходи поговорить. Если не придёшь – я сама найду способ связаться с тобой.

Она развернулась и вышла так же эффектно, как вошла.

В лаборатории повисла тишина. Артём стоял, глядя на закрытую дверь. Лицо у него было каменное, только желваки ходили. Даша смотрела на него и не знала, что сказать.

– Извини, – наконец выдавил Артём. – Я не знал, что она приедет. Не знал, что найдёт меня.

– Ты её любил?

Вопрос вырвался сам. Даша даже не успела подумать.

– Да, – сказал он честно. – Любил. Глупо, сильно, без оглядки. Думал, что это у нас навсегда.

– А что случилось потом?

– А потом она выбрала не меня. Выбрала карьеру, деньги, безопасность. Сказала, что моя работа слишком опасная, что она не хочет жить в вечном страхе. И ушла к тому, кто мог дать ей спокойную жизнь.

– К кому?

– К богатому магу. Старому, скучному, но надёжному. Я её не виню. У каждого свой выбор.

– Но больно до сих пор?

Артём помолчал.

– Уже нет. Просто… неприятно. Как старая рана, которая временами ноет.

Даша кивнула.

Она понимала. Очень хорошо понимала.

– Знаешь, – сказала она тихо. – Я тоже когда-то любила. Парня, с которым училась. Думала, что вместе навсегда, а он выбрал другую. Более красивую, более талантливую, более… успешную. И ушёл.

– Давно?

– Пять лет назад. С тех я пор одна.

– Ты не одна, – сказал Артём. – У тебя Пышка. И… может, я.

Даша подняла на него глаза. Он стоял совсем близко. Так близко, что можно было разглядеть золотые крапинки в его серых глазах.

– Ты меня совсем не знаешь, – прошептала она.

– Знаю достаточно. Знаю, что ты добрая, что заботливая, хотя притворяешься равнодушной. Знаю, что ты красивая.

– Артём, – начала Даша. – Я не знаю, что между нами происходит. Но я боюсь.

– Чего?

– Всего. Что это ненадолго. Что ты уйдёшь. Что я опять останусь одна.

– Я не уйду.

– Ты не можешь обещать.

– Могу. Я ушёл из армии, из жизни, которую строил пять лет. Ушёл, потому что понял: это не моё. А здесь – моё. Я чувствую это. Дай мне шанс, – попросил он. – Просто шанс. А там посмотрим.

Даша смотрела на их переплетённые пальцы и чувствовала, как внутри тает последняя льдинка.

– Хорошо, – сказала она. – Шанс. Но если обидишь – Пышка тебя покусает.

– Договорились.

Он улыбнулся. Она улыбнулась в ответ.

И в этот момент дверь лаборатории с грохотом распахнулась, и влетела Лидия.

– Там! – закричала она. – Там! В коридоре! Глеб!

– Что Глеб? – не поняла Даша.

– Он в лужу наступил! На нестабильный пол! И теперь он… он…

– Что «он»⁈

– Он исчезает! Частично! У него нога то есть, то нет! Бежим быстрее!

Даша закрыла глаза. Ну почему такие происшествия происходили в самый неподходящий момент?

Они выбежали в коридор, где у нестабильной лужи собралась уже целая толпа. В центре стоял Глеб, бледный как мел, и с ужасом смотрел на свою правую ногу, которая то появлялась, то исчезала.

– Спасите! – заорал он при виде Даши. – Я не хочу остаться без ноги! Я на бал собирался!

– Не переживай, – сказала Даша, подходя к луже. – Сейчас что-нибудь придумаем.

Она присела на корточки, рассматривая мерцающий пол. Пахло от него озоном и чем-то кислым.

– Это зелье нестабильности, – сказала она. – Кто-то разлил концентрат. Он реагирует на магию. Чем сильнее маг – тем быстрее исчезает.

– Я сильный маг! – с ужасом сказал Глеб.

– Знаю. Потому исчезаешь.

– И что делать⁈

– Нужен стабилизатор. Артём, сбегай ко мне в лабораторию, там на стеллаже, синяя банка с серебряной крышкой…

– Которая вчера разбилась? – уточнил Артём.

– Точно. Другая. Такая же. Она есть. Я точно помню.

Артём умчался.

Даша осталась смотреть, как нога Глеба мерцает всё чаще.

– Долго он так продержится? – спросила Лидия, записывая что-то в блокнот.

– Минут пять. Потом начнёт исчезать выше.

– А если совсем исчезнет?

– Тогда станет призраком. Есть такой вариант.

Глеб застонал.

Из толпы вылез Зигмунд фон Грюн с папкой бумаг.

– Молодой человек! – строго сказал он Глебу. – Пока вы тут исчезаете, заполните заявление. У нас форма для магических происшествий. Нужно описать обстоятельства, время, место и ваши ощущения.

– Вы с ума сошли⁈ – заорал Глеб.

– Нисколько. Бюрократия превыше всего. Без бумажки вы – никто. Даже если вы без ноги.

Толпа захихикала.

Прибежал Артём с банкой. Даша открыла её, зачерпнула горсть серебристого порошка и бросила в лужу.

Пол зашипел, задымился и перестал мерцать. Нога Глеба обрела стабильность.

– Ура, – вяло сказал кто-то из толпы.

– Спасён, – выдохнул Глеб и осел прямо на пол.

Даша посмотрела на Артёма.

– У меня от всего этого уже голова болит.

– Сходим куда-нибудь вечером? – спросил он. – Просто посидим, выпьем чаю. В тишине, где нет порталов, магических существ и колдовских зелий.

– А где ты найдёшь такое место?

– Есть одно. Кофейня «Магический заряд». Там бариста – мой друг, который готовит лучший кофе в городе.

Даша посмотрела на Пышку. Пышка была золотой.

– Ладно, – сказала она. – Уговорил.

И впервые за долгое время улыбнулась по-настоящему.

Глава 5
Кофе, магия и первое свидание

Даша стояла перед зеркалом и не узнавала себя.

Нет, внешне она была узнаваема – те же фиалковые глаза, те же пепельно-розовые волосы, те же золотые веснушки. Но что-то изменилось.

Она смотрела на своё отражение и видела там не уставшую зельеварку в старом рабочем халате, а… женщину. Которая собирается на свидание.

– Это безумие, – сказала она вслух.

– Безумие, – согласилась Пышка, восседая на кровати. – Но приятное.

Даша вздохнула и вернулась к изучению гардероба.

Проблема была в том, что за последние пять лет она ни разу не покупала одежду, которая не предназначалась бы для работы или для дома. В шкафу висели: три одинаковых халата, две пары джинсов, куча футболок от зелий и только одно платье, которое она купила три года назад на корпоратив, куда в итоге не пошла. Оно было чёрным, простым, длиной чуть выше колена, с длинным рукавом и скромным вырезом. Максимально подходящий вариант из всего, что у нее было в арсенале.

Даша подошла к зеркалу и критически оглядела свою пепельно-розовую гриву. Волосы висели неопрятными прядями, кое-где торчали в разные стороны, а кончики и вовсе напоминали мочалку.

– Это результат неудачного зелья, – напомнила она Пышке. – Они теперь всегда так будут.

– Ты можешь их заколдовать.

– Пыталась. Они колдуются обратно через час.

– Тогда просто расчеши и оставь. Ты красивая и так.

Даша посмотрела на свинку с подозрением.

– Ты подлизываешься?

– Я говорю правду. Ты редко её слышишь, поэтому не узнаёшь.

– Нахалка.

– Знаю. Давай уже одеваться, а то опоздаешь.

Через полчаса Даша стояла перед дверью, готовая к выходу. Чёрное платье сидело идеально (спасибо магии, которая подогнала его по фигуре), волосы были распущены и хотя бы расчёсаны, на губах – блеск (нашёлся в старой косметичке, не просрочен ли – Даша решила не проверять).

– Ну как? – спросила она.

Пышка окинула её оценивающим взглядом.

– Хорошо. Только обувь смени.

Даша посмотрела на свои ноги. На ней были кроссовки. Любимые, удобные, с разноцветными шнурками.

– А что не так?

– Ты идёшь на свидание. В кофейню. Не в лабораторию.

– В кроссовках удобно.

– В кроссовках удобно везде. Но иногда нужно выбирать между удобством и эстетикой.

– Я выбираю удобство.

– Тогда хотя бы шнурки сделай одинаковыми.

Даша вздохнула и перешнуровала кроссовки. Получилось не идеально, но Пышка одобрительно кивнула.

– Иди уже. А то он подумает, что ты испугалась и не приддешь.

Даша глубоко вздохнула и вышла на улицу. Пышка осталась одна в квартире. Посидела немного на кровати, подумала, потом слезла и направилась на кухню.

꧁༺══—༻∞༺—══༻꧂

Кофейня находилась в самом центре магического квартала, в старом трёхэтажном здании с лепниной на фасаде и кованой вывеской, которая светилась тёплым янтарём по вечерам.

Даша стояла напротив входа и не решалась зайти.

Стеклянная дверь была приоткрыта, оттуда доносился запах кофе – густой, насыщенный, с нотками корицы и чего-то ещё, что Даша не могла опознать. Играла тихая музыка.

Она видела сквозь стекло: небольшой зал, столики с деревянными столешницами, мягкие кресла, на стенах – картины с магическими пейзажами. За стойкой возвышался молодой парень с дредами и пирсингом, который лениво протирал чашку. Артёма видно не было.

– Соберись, – сказала Даша себе. – Свидание – это не так страшно.

Она толкнула дверь.

Внутри было тепло и пахло так вкусно, что у неё потекли слюнки. Парень за стойкой поднял глаза, лениво улыбнулся и кивнул на свободный столик у окна.

– Садись, – сказал он. – Артём скоро будет. Попросил передать, что задерживается на пять минут.

– Спасибо, – сказала Даша и села.

Столик у окна оказался идеальным местом. Отсюда был виден весь зал, улица за стеклом, и при этом никто не сидел за спиной.

– Чай? Кофе? – спросил парень, подходя к столику.

– Кофе, – выдохнула Даша. – Чёрный, без сахара.

– Латте с карамелью, – сказал парень, не слушая. – Ты похожа на человека, которому нужен латте с карамелью. И пирожное. За счёт заведения.

Он ушёл, а через минуту вернулся с огромной кружкой, доверху наполненной молочной пеной, и с тарелкой, на которой лежало пирожное – шоколадное, с орехами, политое глазурью.

Даша поблагодарила баристу и в этот момент дверь кофейни открылась, и вошёл Артём. Он был не в рабочей форме.

Даша сначала даже не узнала его – настолько привыкла видеть в синей униформе уборщика. Сейчас на нём были тёмные джинсы, простая белая рубашка с закатанными рукавами (дракон на руке лениво шевелился, переползая с локтя на запястье) и лёгкая куртка. Волосы влажные – видимо, только что из душа.

Он увидел её и улыбнулся так, что у Даши внутри всё перевернулось.

– Привет, – сказал он, подходя. – Извини, что опоздал.

Илья принёс Артёму чашку чёрного кофе и молча удалился за стойку, откуда принялся наблюдать за ними с видом профессионального свата.

– Ну как ты? – спросил Артём. – Нравится тут? Кофе вкусный?

– Очень. Этот бариста – гений.

– Илья? Он просто любит своё дело. Как и ты.

– Я?

– Ты любишь зелья. Я видел, как ты с ними возишься. Ты не работаешь – ты живёшь этим.

Даша задумалась.

– Наверное, ты прав, – сказала она. – Просто я никогда не думала об этом так. Для меня это просто… ну, работа. Которую я делаю.

– Не правда. Для тебя это больше, чем работа. Ты светишься, когда варишь.

– Это просто эффект такой, от магии…

– Это не магия. Это ты.

Даша почувствовала, как щёки заливаются краской.

Они сидели и разговаривали. Обо всём и ни о чём. О зельях и армейских буднях. О Пышке и драконе на руке (дракона, кстати, звали Шуршик). О магии и о простых вещах – о том, какое пирожное вкуснее, какой кофе лучше, почему осенью так хочется спать.

Время прошло незаметно.

За окном стемнело, фонари зажглись ярче, прохожих стало меньше. В кофейне играла уже другая музыка – медленная, гитарная.

– Знаешь, – сказала вдруг Даша. – Я боялась, что будет неловко. Что мы будем сидеть и молчать, и я не буду знать, что сказать. А мне было… легко.

– Потому что не надо притворяться, – ответил Артём. – Я такой, какой есть. Ты такая, какая есть. Всё просто.

– Ты правда так думаешь?

– Правда.

Она посмотрела на него.

Он сидел напротив, в свете тёплого магического света, и смотрел на неё так, будто она была самым важным человеком в этой кофейне. В этом городе. В этом мире.

– Артём, – начала она.

– Да?

– Я… я не знаю, что со мной происходит. Но когда ты рядом, мне спокойно. И хочется, чтобы ты не уходил.

Он протянул руку через стол и накрыл её ладонь своей.

– Я никуда не уйду, – сказал он. – Обещаю.

И в этот момент дверь кофейни распахнулась.

На пороге стояла Элеонора.

Она была в том же синем платье, но сейчас оно казалось ещё более вызывающим. Волосы распущены, глаза подведены, в руках – маленькая сумочка, явно очень дорогая.

– Ах вот ты где, – сказала Элеонора, входя. – А я тебя по всему городу ищу. Думала, может, случилось что.

– Не случилось, – холодно ответил Артём.

– Вижу. Сидишь, кофе пьёшь. С ней.

Она посмотрела на Дашу с таким презрением, что даже Илья за стойкой нахмурился.

– Элеонора, уходи, – сказал Артём. – Мы не договорили в прошлый раз, но сейчас я тебе скажу чётко: между нами ничего нет и быть не может. Ты сделала свой выбор. Я сделал свой.

– Твой выбор – это она? – Элеонора рассмеялась. – Посмотри на неё. В дешёвом платье, в кроссовках, с немытой головой…

– Волосы у меня чистые, – встряла Даша. – Я их сегодня мыла. И платье не дешёвое. Оно просто скромное.

Элеонора проигнорировала её.

– Артём, опомнись. Ты – легенда. Герой. А она – никто. Провинциальная зельеварка с разноцветной свиньёй.

– Со свинкой, – поправила Даша. – И она разноцветная не просто так, а от настроения. Есть разница.

– Мне плевать на разницу!

– А мне плевать на тебя, – вдруг сказала Даша. – Честно. Пришла, наговорила гадостей, пытаешься вернуть то, что сама потеряла. Но это так не работает! Люди – не вещи! Их нельзя вернуть просто потому, что захотелось.

Элеонора уставилась на неё.

– Ты… ты кто такая, чтобы мне указывать?

– Я та, с кем он сейчас сидит. Та, кому он улыбается. Та, кому он пирожки печёт. А ты – та, кого он бросил. И это твой выбор, не его.

В кофейне повисла тишина.

Илья за стойкой замер с чашкой в руке.

Артём смотрел на Дашу с удивлением и восхищением.

Элеонора медленно багровела.

– Ты пожалеешь, – прошипела она наконец. – Ты ещё узнаешь, кто я такая.

– Я знаю, кто ты такая, – спокойно сказала Даша. – Ты та, кто бросает людей, когда им трудно. А потом хочет вернуть, когда им хорошо. Такие не заслуживают второго шанса.

– Артём! – взвизгнула Элеонора. – Ты будешь это слушать⁈

– Буду, – сказал Артём. – И скажу тебе то же самое. Уходи. Пожалуйста.

Элеонора постояла ещё секунду, сверля их взглядом. Потом развернулась и вылетела из кофейни, хлопнув дверью так, что звякнули чашки на стойке.

– Ничего себе, – выдохнул Илья. – Я ее никогда такой не видел! Ты как?

– Не знаю. Кажется, меня сейчас вырвет.

– Это адреналин. Пройдёт.

– Ты уверен?

– Да. Дыши глубже.

Она сделала несколько глубоких вдохов. Дрожь постепенно утихла.

– Я наговорила лишнего? – спросила она.

– Ты сказала правду. То, что я сам должен был сказать давно.

– Она же теперь будет мстить.

– Пусть только попробует.

Даша посмотрела на него. В его серых глазах было столько тепла, что она почти физически ощутила, как оно согревает.

– Артём?

– М?

– Я, кажется, начинаю в тебя влюбляться.

– Я уже, – сказал он с теплой улыбкой. – С первого дня, как только увидел тебя в лаборатории.

– Может, прогуляемся немного? Вечер чудесный…

– Почему бы и нет. Пойдем.

Они вышли на улицу. Вечерний воздух был прохладным, пахло дождём, фонари горели тёплым светом, по небу плыли редкие облака, подсвеченные снизу городским сиянием.

– Холодно? – спросил Артём.

– Немного.

Он снял куртку и накинул ей на плечи.

– Спасибо.

– Пожалуйста.

– Артём?

– М?

– А что будет завтра?

– Завтра будет завтра. Я приду на работу, буду мыть полы, ты будешь варить зелья. Потом, может, сходим куда-нибудь. Или просто посидим в лаборатории, поговорим.

– А послезавтра?

– А послезавтра – то же самое. И через неделю. И через месяц. Если ты захочешь.

– Я захочу, – сказала Даша, густо краснея.

Они остановились у её подъезда. Старый дом, обшарпанная дверь, магический домофон, который вечно глючит.

– Ну, я пошла, – сказала Даша.

– Подожди.

Она обернулась.

Он стоял близко. Очень близко.

– Можно? – спросил он тихо.

– Что?

– Поцеловать тебя.

Даша замерла. Сердце колотилось где-то в горле.

– Я… да. Можно.

Поцелуй длился всего несколько секунд. Но ей показалось – вечность.

Он отстранился и посмотрел на неё.

– Вкусно, – сказал он. – Пахнешь пирожками.

– Это ты пирожками пахнешь. А я – зельями.

– Значит, мы друг друга дополняем.

Даша улыбнулась.

– Спокойной ночи, Артём.

– Спокойной ночи, Даша.

Она зашла в подъезд, поднялась на свой этаж, открыла дверь.

В квартире было темно, только из кухни пробивался слабый свет.

– Пышка? – позвала Даша.

– Здесь, – донеслось с кухни.

Даша прошла на кухню и замерла.

На полу сидела Пышка. Рядом с ней лежал синий тапок. И ещё один. И ещё три. И чья-то шляпа. И зонтик. И, кажется, живая курица.

– Я тут это… порталы открывала, – виновато сказала Пышка. – Скучно было.

Даша закрыла глаза.

– Сколько?

– Чего – сколько?

– Предметов. Сколько ты натаскала?

– Я не считала. Много.

Даша открыла глаза и посмотрела на свою свинку. Та была золотой. Ярко-золотой, сияющей.