Текст книги "Иисус. Человек, ставший богом"

Автор книги: Хосе Антонио Пагола

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 43 страниц) [доступный отрывок для чтения: 18 страниц]

Похоже, удар в правую щеку довольно часто применялся с целью унизить более слабых. Сильные мира сего безнаказанно били своих рабов, землевладельцы – слуг, мужья – жен. Кто мог протестовать против этого? Обычно унижения сносили терпеливо. Люди покорялись беззаконию тех, кто обладал властью. Иисус считает по-другому. Может, стоит отреагировать неожиданным образом? «Когда тебя кто-нибудь ударит по правой щеке, не теряй своего достоинства перед агрессором. Посмотри ему в глаза, отбери у него право унижать тебя, предложи ему другую щеку, заставь его увидеть, что его насилие не возымело никакого успеха, и ты продолжаешь оставаться таким же, как и он, человеком или большим».

Почему бы не ответить именно так в подобных ситуациях? «Если кто-то хочет отнять у тебя рубашку, прикрывающую твое тело, сними также и верхнюю одежду и отдай ее ему. И предстань таким перед всеми: обнаженным, но не лишенным достоинства. А вор пусть окажется в смешном положении, и все смогут увидеть, как далеко зайдет его замысел»80. Представим себе другую ситуацию. Предположим, что в какой-то момент римские солдаты заставят тебя нести груз на протяжении одной мили. «Почему бы тебе не выразить готовность пройти еще одну милю? Они придут в замешательство, ведь, согласно римскому закону, запрещено принуждать кого бы то ни было следовать более одной мили. Это не станет великой победой над Римом, однако ты проявишь свое достоинство и неприятие его несправедливого угнетения»81.

В Царстве Божьем мир должен тяготеть не к насилию, а к любви и состраданию. Наверняка Иисус не ждет чудесного преображения этого несправедливого и жестокого общества, которое он так хорошо знал. Вскоре Иисус на себе испытает грубую силу власти. Но, возможно, он хочет дать импульс радикальным и непокорным меньшинствам, которые, уклоняясь от общей тенденции, могли бы освободить людей от каждодневного насилия, легко овладевающего всеми. Иисус подразумевает мужчин и женщин, участвующих в развитии Царства Божьего с сердцами, не исполненными насилия. Они могут ответственно и смело противостоять беззаконию, обличая недостаток человечности в этом обществе, построенном на насилии и безразличии к страданиям жертв. Эти люди являются истинными свидетелями Царства Божьего в несправедливом и жестоком мире. Их немного. Людей, способных поступать как сыновья и дочери Бога сострадания и мира, меньшинство. Непохоже, чтобы Иисус думал о какой-то большой общности. Его последователи будут «горчичным зерном» или совсем небольшой «закваской». Однако их жизнь, почти всегда обреченная на распятие, станет светом, способным более ярко и правдоподобно возвещать о новом мире Божьем.

Литература

1. Иисус как учитель мудрости

WITHERINGTON III, Ben, Jesús the Sage. The Pilgrimage of Wisdom. Minneapolis, Fortress Press, 2000.

GRENIER, Brian, Jesús, el Maestro. Madrid, San Pablo, 1996, pp. 15–63.

PERKINS, Pheme, Jesús сото Maestro. La ensenanza de Jesús en el contexto de su época.

Cordoba, El Almendro, 2001.

BARBAGLIO, Giuseppe, Jesús, hebreo de Galilea. Investigacion histórica. Salamanca, Secretariado Trinitario, 2003, pp. 391–449.

STEIN, Robert H., The Method and Message of Jesús’ Teachings. Louisville, KY, John Knox Press, 1994, pp. 1-32.

MARGUERAT, Daniel, «Jesús le sage et Jesús le prophete», en Daniel MARGUERAT/ Enrico NORELLI/Jean-Michel POFFET (eds.), Jesús de Nazareth. Nouvelles approches d’une enigme. Ginebra, Labor et Fides, 1998, pp. 293–317.

CHILTON, Bruce/EVANS, Craig A., «Jesús and Israel’s Scriptures», en Bruce CHILTON/Craig A. EVANS (eds.), Studying the Historical Jesús. San Francisco, Harper and Row, 1983.

CROSSAN, John Dominic, In Fragments. The Aphorisms of Jesús. San Francisco, Harper and Row, 1983.

BRUCE, F.F., Hard Sayings of Jesús. Downers Grove, IL, Inter-Varsity Press, 1983.

WINTON, Alan P., The Proverbs of Jesús. Issues of History and Rethoric. Sheffield, Academic Press, 1990.

2. Иисус и Закон

THEISSEN, Gerd/MERZ, Annette, El Jesús histórico. Salamanca, Sígueme, 1999, pp. 389–448.

LOADER, William, Jesús Attitude towards the Law. A Study of The Gospels. Grand Rapids, MI–Cambridge, Eerdmans, 2002.

GNILKA, Joachim, Jesús de Nazaret. Mensaje e historia. Barcelona, Herder, 1993, pp. 249–303.

BARBAGLIO, Giuseppe, Jesús, hebreo de Galilea. nvestigación histórica. Salamanca, Secretariado Trinitario, 2003, pp. 443–449.

SCHLOSSER, Jacques, Jesús, el prof eta de Galilea. Salamanca, Sígueme, 2005, pp. 159–181.

SANDERS, Ed Parish, Jesús у eljudaismo. Madrid, Trotta, 2004, pp. 353–386.

– Lafigura histórica de Jesús. Estella, Verbo Divino, 2000, pp. 219–227.

WRIGHT, N. Thomas, Jesús and the Victory of God. Minneapolis, Fortress Press, 1996, sobre todo pp. 369–442.

3. Этические аспекты учения Иисуса

CHILTON, Bruce/MCDONALD, J.I. H., Jesus and the Ethics of the Kingdom. Grand

Rapids, MI, Eedermans, 1987.

WIEBE, Ben, Messianic Ethics. Jesus’ Proclamation of the Kingdom of God and the Church in Response. Waterloo, Ontario, Herald Press, 1992.

SCHRAGE, Wolfgang, Ética del Nuevo Testamento. Salamanca, Sнgueme, 1987, pp. 27–146.

SPOHN, William C., Go and do Likewise. Jesús and Ethics. Nueva York, Continuum, 2000.

HARRINGTON, Daniel/KEENAN, James, Jesús and Virtue Ethics. Lanham, MD – Chicago, IL, Sheed andWard, 2002.

4. Нетрадиционное в учении Иисуса

WRIGHT, N. Thomas, El desafio de Jesús. Bilbao, Desclee de Brouweer, 2003, pp. 71–96.

BORG, Marcus Spirit, Culture and Life of Discipleship. San Francisco, Harper, 1991, pp. 79-124.

SANDERS, Ed Parish, «La rupture de Jesús avec le judaisme», en Daniel MARGUERAT/Enrico NORELLI/Jean-Michel POFFET (eds.), Jesús de Nazareth. Nouvelles approches d’une enigme. Ginebra, Labor et Fides, 1998, pp. 209–222.

5. Ненасильственное сопротивление несправедливости

N ELS О N-P ALLMEYER, Jack, Jesús against Christianity. Reclaiming the missing Jesús. Harrisburg, PA, Trinity Press International, 2001.

WINK, Walter, Engaging the Powers: Discernment and Resistance in a World of Domination. Minneapolis, Fortress Press, 1992.

HORSLEY, Richard A., Jesús and the Spiral of Violence. Popular Jewish Resistance in Roman Palestine. Minneapolis, Fortress Press, 1993, pp. 255–284.

SWARTLEY, Willard M (ed.), The Love of Enemy and Nonretaliation in the New Testament. Louisville, KY, Westminster – John Knox Press, 1992 (especialmente, los articulos de D.J.WEAVER, «Transforming Nonresistance: From Lex Talionis to: “Do not Resist the Evil One”» [pp. 32–71]; Richard A. HORSLEY, «Ethics and Exegesis: “Love your Enemies” and the Doctrine of Nonviolence» [pp. 72-101]; W.WINK, «Neither Passivity nor Violence: Jesús’ Third Way [Matt. 5, 38–42 par.]» [pp. 102–125]).

6. Другие исследования

HERZOG II, William R., Jesús, Justice, and Reign of God. A Ministry of Liberation. Louisville, KY, John Knox Press, 2000, sobre todo pp. 144–167.

TOMSON, Peter, L’affaire Jesús et lesjuifs. Paris, Cerf, 2003.

Глава 1 °Cоздатель движения обновления

Сила притяжения (с. 238) Искренняя приверженность многих (с. 239) • Двенадцать (с. 241) • Решительный призыв (с. 245) • Жизнь с Иисусом (с. 250) • Новая семья (с. 253) • Служа замыслу Бога (с. 256) • Посланные возвещать о Боге и исцелять (с. 258)

С самого начала служения Иисуса окружают друзья и соратники. Наступление Царства Божьего предполагает изменение вектора движения всего народа, что не может быть задачей исключительно одного проповедника. Необходимо основать общину мужчин и женщин, выходцев из деревень, которые вместе с ним станут помогать другим осознавать спасительную близость Бога.

Намерение Иисуса кажется вполне понятным. Его последователи будут сопровождать его в странствиях по Галилее и Иудее; они разделят с ним опыт переживания Бога; вместе с Иисусом они научатся тепло встречать Его приход; направляемые им, они начнут возвещать всем о пришествии Царства Божьего. Иисус сам обучит и подготовит их к этой миссии. Как же образовалась группа самых близких его учеников и учениц? На кого он рассчитывал, организуя это движение? Какова была жизнь рядом с Иисусом?

Этот опыт был коротким, но интенсивным. Не было времени для безмятежного времяпровождения. Похоже, группа учеников гораздо больше была воодушевлена харизматичной силой Иисуса, чем поддерживаема четкой организацией. В эту общину входят его лучшие друзья и подруги, знающие Иисуса ближе всех остальных, лучше других ощущающие его горячую любовь к Богу и к обездоленным. Ученики не явят образец верности в момент расправы над Иисусом, но, когда они вновь встретятся с ним, источающим жизнь, то станут его наиболее преданными и убежденными свидетелями – теми, кто лучше всего распространит его проповедь и передаст его дух. Именно их них вырастет движение, давшее начало христианству.

Сила притяжения

Иисус обладает чем-то таким, что притягивает людей. Кто-то приходит к нему, движимый любопытством и симпатией к пророку-целителю. Таких большинство. Среди этого множества людей есть, безусловно, и те, кто испытывают к нему нечто большее, чем просто любопытство. Его проповедь убеждает их. Многие из них становятся его приверженцами. Когда Иисус приходит в их деревни, они предлагают ему помощь и гостеприимство, но своих домов не покидают. Наконец, есть группа учеников и учениц, повсюду сопровождающих его и участвующих в его миссии. Из них Иисус выбирает двенадцать человек, образующих самый постоянный ближний круг1.

Иисус произвел ошеломляющее впечатление на простых жителей Галилеи. Сначала это было удивление и любопытство. Затем – надежда и воодушевление. Множество людей приходит к нему, чтобы послушать его притчи. Многие приводят к нему больных родственников или просят его прийти к ним в дом и вылечить любимого человека. Похоже, людей все прибывало и прибывало. Вероятно, его провожали до соседних деревень, а затем возвращались обратно. Несомненно, Иисус пробуждал в людях активность и воодушевление2, что подтверждает Иосиф Флавий, который в конце I века пишет, что Иисус «привлек к себе многих иудеев и эллинов»’. Эта популярность никогда не ослабевала. Она сопровождала его до конца жизни4.

Подойти к Иисусу не трудно, поскольку он почти всегда проповедует на открытых пространствах. Часто он делает это на берегу Галилейского моря, вблизи небольших причалов, куда люди приходят за рыбой5. Иногда он ищет более спокойное место – склон какого-нибудь холма, откуда открывается вид на столь любимое местными жителями маленькое море. Порой он останавливается на обочине дороги, чтобы передохнуть. Любое место годится, чтобы проповедовать его послание. Он также выступает на небольших деревенских площадях. А излюбленное его место, безусловно, синагога, где собираются местные жители для празднования субботы. Иногда толпа становится слишком большой. Вполне возможно, что источники преувеличивают происходившее в действительности, но предлагаемые нам «подробности» заставляют думать о сильном притяжении, исходившем от Иисуса. Нам сообщается, что в какой-то из дней он вынужден был говорить с народом из лодки, а люди сидели на берегу. Порой толпа настолько теснит его, что он с трудом может передвигаться. Иногда люди все идут и идут, не давая ему даже поесть; Иисус вынужден просить своих учеников сопроводить его в тихое место, чтобы «отдохнуть немного»6.

Большинство тех, кто приходят к Иисусу послушать его притчи и увидеть проводимые им исцеления, составляют самые бедные и лишенные поддержки слои населения7. Это простые и пренебрегаемые всеми люди, не играющие какой-либо значимой роли в обществе, это рыбаки и крестьяне, живущие собственным трудом; семьи, которые приводят к нему своих больных; женщины, осмеливающиеся выйти за пределы дома, чтобы посмотреть на пророка; просящие милостыню слепые, пытающиеся своими криками привлечь внимание Иисуса; люди, чья жизнь далека от Завета и кого называют «грешниками», не соблюдающими закон; бродяги и безработные, не нашедшие себе лучшего занятия. Они трогают сердце Иисуса, он видит, что они «изнурены и рассеяны, как овцы, не имеющие пастыря»8.

Не всегда любопытство народа перерастало в глубокую и стойкую приверженность. Иисуса слушают с восхищением, но его слова вызывают сопротивление. Людям трудно изменить свое привычное восприятие, а ведь он этого ждет от них. Похоже, что население Хоразина, Вифсаиды и того же Капернаума отвергло его проповедь или осталось к ней равнодушно9. Однако число сочувствующих ему очень велико.

Искренняя приверженность многих

Среди окружавших Иисуса находились люди и целые семьи, выражавшие ему сердечную преданность. Их воодушевление не было преходящим чувством. Некоторые из них следуют за Иисусом по дорогам Галилеи. Другие не могут оставить свои дома, но они готовы оказать ему самую разную помощь. Фактически именно они предоставляют ему кров, пищу, информируют его о происходящем и всячески ему помогают, когда он приходит в их деревни. Без их поддержки группе бродячих учеников, сопровождавших Иисуса, пришлось бы трудно.

Многие из числа помогавших были родственниками или просто друзьями тех людей, которых исцелил Иисус, и они хотели как-то отблагодарить его за посещение их деревни. Эти люди, проживавшие в селениях Галилеи и Иудеи, составляли настоящие «группы поддержки», тесно сотрудничавшие с Иисусом. Он никогда не называл их учениками, но они слушали его с той же верой и благоговением, как и те, кто повсюду его сопровождал.

Мы немногое знаем об этих оседлых учениках. Нам известно, что когда Иисус входит в Иерусалим, он не останавливается в святом городе, а идет в Вифанию, маленькую деревушку в трех километрах от Иерусалима, где гостит в доме одного человека и двух его сестер – людей, которых он особенно любил – Лазаря, Марфы и Марии10. Как-то раз он, вполне возможно, был приглашен на обед к прокаженным из Вифании, который прежде был исцелен Иисусом. В Виффагии же, деревеньке близ Иерусалима, по всей видимости, ему предоставили осленка, чтобы он въехал на нем в город. Рассказывается также о том, что в Иерусалиме жил его друг, который отвел Иисусу и его ученикам место для празднования знаменательной трапезы, когда Иисус прощался с теми, кто шел вместе с ним сюда из Галилеи11.

Именно они и составляют самый ближний круг Иисуса. Он состоит из мужчин и женщин, которые, привлеченные личностью Иисуса, оставили свои семьи, по крайней мере на время, и отважились следовать за Иисусом. В течение более чем двух лет, между 28 и 30 годами н. э., они разделяют с ним жизнь, слушают весть, повторяемую им в каждой деревне, изумляются той вере, с которой он излечивает больных, не перестают удивляться теплому чувству и свободе, проявляемыми им, когда он принимает за своим столом грешников и людей с дурной славой.

По дороге ученики идут за ним на расстоянии нескольких метров. Пока они обсуждают друг с другом какие-то дела, Иисус молча обдумывает свои притчи. Вместе они переживают голод и жажду12. Придя в деревню, они в первую очередь стараются найти сочувствующие семьи, чтобы те разместили их в своих домах. Ученики добывают воду и организуют место для еды. Они также заботятся о том, чтобы народ смог спокойно послушать Иисуса: иногда они находят ему лодку, чтобы с берега его было всем лучше видно; в другой раз они просят людей сесть вокруг него, чтобы его лучше было слышно. В конце рабочего дня они прощаются с народом и готовятся к отдыху. В это время они могут поговорить с Иисусом более спокойно и непринужденно. Эти ученики и ученицы были его доверенными лицами. Лучшими друзьями и подругами на протяжении его жизни бродячего пророка13.

В точности неизвестно, сколько их было, но группа не ограничивалась Двенадцатью. Среди спутников Иисуса были мужчины и женщины различного происхождения. Одни – грешники, другие – крестьяне из Нижней Галилеи. Но также мы встретим здесь и прежде работавшего в Капернауме сборщика налогов по имени Левий, сын Алфеев. Некоторые были с ним с самого начала: Нафанаил, галилеянин с чистым сердцем, и двое мужчин, позднее ставших очень уважаемыми в христианской общине, звали их Иосиф Варсава, который был прозван «Иустом», и Матфий14. К группе учеников примкнул также и один слепой из Иерихона, исцеленный Иисусом, звали его Вартимей15.

Членов столь неоднородной группы, сопровождавшей Иисуса в его бродячей жизни, сам он называет «учениками». Слово это не было привычным для того общества16. Вполне вероятно, Иисус и его ученики сами стали употреблять его между собой, безусловно не наполняя его тем специфическим содержанием, которое оно приобретет позднее, когда станет означать учеников иудейских раввинов. Возможно, Иисус и некоторые из его окружения вспоминали опыт ученичества, пережитый ими с Иоанном Крестителем17. Мы также не должны забывать, что Иисус проповедовал в местах, где помнили о двух великих пророках Северного царства. Иосиф Флавий пишет, что более молодой из них, по имени Елисей, «последовал» за пророком Илией и стал его «учеником и слугою»18.

Двенадцать

В определенный момент из всех своих учеников Иисус выбирает двенадцать, и они становятся самым ближним его окружением19. Они составляют самое важное ядро учеников, и, одновременно, самое устойчивое. Большинство из них не обладают яркой индивидуальностью. Источники придают больше значения всей группе в целом, чем ее составным частям. Эти Двенадцать живут в тени Иисуса. Их присутствие рядом с Иисусом – живой символ, позволяющий смутно различить надежду, лелеемую в его сердце: достичь восстановления Израиля как зачатка Царства Божьего20.

Вероятно, все входящие в состав Двенадцати – галилеяне21. Среди них есть несколько рыбаков, а остальные, наверняка, крестьяне из близлежащих деревень. Это простые и малообразованные люди, живущие собственным трудом22. Здесь нет ни книжников, ни священников. Однако и между ними есть различия. Семья Иакова и Иоанна занимала достаточно высокое социальное положение. У их отца Зеведея была собственная лодка, и он нанимал поденщиков, работавших на него. Вполне возможно, он поддерживал отношения с семьями, занимавшимися солением рыбы в Вифсаиде, Тарихее (Магдале). Петр и его брат Андрей, наоборот, принадлежали семье бедных рыбаков. Вероятно, у них не было своей лодки. Только сети, которыми они ловили рыбу с берега в неглубокой воде. Немалое число людей жили в схожих условиях. Оба брата работали вместе. Они прибыли из Вифсаиды в поисках большей выгоды в их скромном деле. У Петра жена была из Капернаума, и они жили одной большой семьей в доме ее родителей. Единственное, что они оставляют, чтобы следовать за Иисусом, это свои сети23.

Группа была достаточно разнородной. Одни, как Петр, были женаты, другие, вероятно, холосты. Большинство из них оставили всю свою семью, но Иаков и Иоанн живут со своей матерью Саломией, Иакова Младшего вместе с Иосией сопровождает их мать Мария. Большинство происходят из традиционных иудейских семей и носят еврейские имена. Однако Симон, Андрей и Филипп, все трое родившиеся в Вифсаиде, жили, похоже, в среде с выраженным языческим влиянием и носили греческие имена24. Филиппа отец назвал в честь тетрарха (!). Вероятно, Филипп и Андрей говорили на греческом и поэтому в каких-то ситуациях выступали посредниками между греческими странниками и Иисусом25.

Вероятно, они не всегда легко уживались друг с другом. Симон «Хананеянин», наверняка прозванный так из-за своего ревностного следования Торе26, должен был мириться с близким присутствием Левия, сборщика податей, и учиться жить, перенимая отношение Иисуса, настаивавшего на том, чтобы они принимали всеми отвергаемых людей, таких как грешники, мытари и проститутки. К тому же Иаков и Иоанн, прозванные Воанергес, то есть «сыны грома», по-видимому, обладали взрывным характером27 и создавали напряжение в группе своими притязаниями на привилегированные места рядом с Иисусом28.

Похоже, у Иисуса сложились особые отношения с Петром и двумя братьями, Иаковом и Иоанном. Все трое рыбачили в одном и том же месте на море и знали друг друга еще до встречи с Иисусом. С ними Иисус чувствовал себя комфортнее всего. Он выказывал им большое доверие. Всем троим он дал любопытные прозвища: Петра он назвал «камнем»29, а братьев – «сыновьями грома». Как гласит христианская традиция, только они стали свидетелями столь особых событий, как «преображение» Иисуса на вершине горы в Галилее и его мучительные молитвенные взывания к Отцу в Гефсиманском саду в ту ночь, когда он был схвачен30.

Несомненно, самый выдающийся из Двенадцати ученик – это Петр. В источниках он предстает главным выразителем мнения и лидером учеников вообще, и Двенадцати, в частности. В какой-то момент Иисус дает ему имя Кифа («камень»), которое в переводе на греческий звучит как Petrys, и впоследствии оно превратилось в его собственное: с этим именем он всегда стоит во главе Двенадцати31. По христианским источникам можно составить впечатление о Петре как о человеке честном, обладающим спонтанной реакцией, решительном и горячо преданном Иисусу, и в то же время не лишенном сомнений, способном поддаться слабости и страху в момент испытаний. Из его уст исходит высокопарное свидетельство веры в Иисуса: «Ты – Христос, Сын Бога Живаго», и категорическое отрицание: «Не знаю Человека Сего»32. Его деятельность в первой церкви также состоит из света и тени: усердный и решительный глава Иерусалимской церкви, и, одновременно, готовый на неоднозначные и не совсем ясные, по крайней мере в глазах Павла, поступки. Все это сделало его личность особенно привлекательной в среде христиан. Неоднократно побывав в заключении в Иерусалиме, от уехал в Антиохию, а позднее – в Рим, где принял мученическую смерть во времена правления Нерона, между 64 и 68 годами, возможно, на Ватиканском холме.

На что рассчитывал Иисус, окружив себя этой сплоченной группой из двенадцати мужчин? Безусловно, все видели в этом символ, указывавший на двенадцать родов Израиля. Но о чем в действительности думал Иисус? Эта небольшая окружающая его группа людей символизирует для него новый Израиль. Восстановленный и обновленный, столь любимый Богом народ превратится в точку отсчета нового мира, в котором Его Царство достигнет самых краев Земли. Включенные Иисусом в его миссию по провозглашению пришествия Бога и исцелению людей, эти Двенадцать дадут скромный, но реальный импульс для истинного возрождения Израиля.

При виде того как Иисус ходит по селениям, окруженный Двенадцатью, во многих сердцах просыпалась давно назревшая мечта: снова увидеть всех иудеев едиными, составляющими одно царство, как во времена Давида (около 1000 года до н. э.). Считалось, что Израиль состоит из двенадцати родов, произошедших от двенадцати сыновей Иакова, однако начиная с VIII века до н. э. это было уже не так. В 721 году до н. э. ассирийцы разрушили Северное царство (Израиль), и местные жители были изгнаны из своей земли. Они больше не вернулись. В 587 году до н. э. вавилоняне завоевали Южное царство (Иуду) и депортировали в Вавилонию колена Иуды и Вениамина. Население так никогда и не восстановилось в прежнем составе. Правда, в 538 году до н. э. некоторые депортированные вернулись и начали восстанавливать Храм, но Израиль был уже раздроблен, а его сыновья и дочери разбросаны по всему миру. Таким его знал Иисус. В галилейских селениях жила лишь небольшая часть иудейского народа, а Иисус желал прийти ко всему Израилю, включая тех, кто проживал теперь в различных областях Римской империи. Это были дети «диаспоры». Их так и называли: «Рассеяние». Неужели народ так никогда и не будет снова соединен Богом?33

Пророки всегда поддерживали эту надежду в сознании народа: «Господь… соберет изгнанников Израиля, и рассеянных Иудеев созовет от четырех концов земли»34. Во времена Иисуса продолжали ждать чуда. В одном из фрагментов Писаний, который Иисус мог слышать, говорилось, что Мессия Давида «соберет народ святой… и будет судить колена народа, освященного Господом Богом его»35. В Кумране постоянно говорили о восстановлении «двенадцати колен Израиля» в последние дни: присутствие «двенадцати мужчин» в Совете, возглавлявшем общину, всем об этом напоминало36. Иисус разделял ту же надежду, но он думал не об этническом или политическом возрождении, а о целительном и освобождающем присутствии Бога в Его народе, которое начинается с больных, отверженных и грешников. Поэтому своим ученикам он «дал силу и власть над всеми бесами и врачевать от болезней»37. Восстановление Израиля началось именно так: незаметно, но реально. Пусть перестанут думать о политическом триумфе или разгроме язычников. Иисус жаждал восстановления Израиля и давал ему испытать на себе милосердие Божье. Вот как прокладывало себе путь среди людей Царство38.

Решительный призыв

По возвращении из Иорданской пустыни Иисус, по-видимому, следует в Назарет. Там был его дом; там жила его семья. Неизвестно, сколько времени он пробыл в родной деревне, но в какой-то момент его присутствие стало вызывать напряжение. Это был не тот Иисус, которого знали раньше. Люди увидели, как он изменился, когда он стал говорить во имя Божье. Он притязал даже на исцеления и изгнание бесов, движимый своим Духом. Его земляки удивлялись и недоумевали. Его друзьям и подругам детства, с которыми он играл и рос, трудно было поверить во все это. Они видели Иисуса за ремесленной работой, знали его семью. Как ему пришло в голову предстать перед ними в качестве пророка? Иисус покинул свою деревню и ушел в область озера39. В Капернауме и его окрестностях он стал собирать вокруг себя первых учеников, чтобы те следовали за ним, вместе реализуя тот замысел, который созрел в его сердце после расставания с Иоанном Крестителем40.

Будущие ученики приходили к Иисусу по-разному. Некоторых он звал сам, вынуждая их бросить прежнюю работу. Другие приходили вдохновленные теми, кто уже встретился с ним41. Возможно, были и те, кто сам хотел стать учеником, и Иисус давал им понять, что значит следовать за ним42. Женщин, вполне вероятно, привлекала его доброжелательное отношение и принятие. К великому удивлению многих, Иисус принимал их в группу своих последователей. В любом случае, группа формируется по исключительной инициативе Иисуса. Его призыв решителен. Он не вступает в разъяснения. Иисус не говорит, зачем он их призывает, и не предоставляет им никакой программы. Он не соблазняет их привлекательными целями или высокими идеалами. Они научатся всему вместе с ним. И сейчас он зовет их следовать за ним. Это все43.

В источниках описывается, что он действовал с удивительной властью. Он не объясняет мотивов и причин. Не допускает условий. Следовать за ним нужно немедленно. Его призыв требует полной готовности: абсолютной преданности, превосходящей все другие; подчинение, превосходящее все остальное, включая религиозный долг, считавшийся святым. Иисус торопится призвать их, движимый проснувшейся в нем страстной жаждой Царства Божьего. Он незамедлительно хочет положить начало движению, которое будет провозглашать Благую весть от Бога: люди уже сейчас должны испытать Его исцеляющую силу, народу надо показывать знаки Его милосердия.

Призыв Иисуса радикален. Желающие следовать за ним должны оставить все, что есть у них. Иисус направит их жизнь в новое русло. С ним закончится их пребывание в привычной безопасной обстановке и начнется непредсказуемое существование. Царство Божье наступает стремительно. Ничто не должно отвлекать их. Впредь они будут на службе у Бога, активно вовлеченные в жизнь и пророческую миссию самого Иисуса44.

Иисус предлагает им оставить дом, где они живут, семью и землю, принадлежащую их родственной группе45. Сделать это нелегко. Дом был основой и фундаментом, корнями человека; именно здесь каждый получал свое имя и формировался как личность; здесь можно было получить помощь и поддержку со стороны родственников. Дом был всем: психологическим убежищем, местом работы, знаком социального положения. Разрыв связей с домом – большое оскорбление для семьи и бесчестие для всех. Но в первую очередь – это обречение себя на полную неизвестность и опасность. Иисус знает это по собственному опыту и ни от кого ничего не скрывает: «Лисицы имеют норы, и птицы небесные – гнезда; а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову»46. Он менее защищен, чем животные: у него нет дома, он ест то, что ему подадут, и спит там, где придется. Он не предлагает своим последователям ни славы, ни надежного существования. Кто последует за ним, будет жить, как и он, служа тем, у кого нет ничего47. Неудивительно, что при таком маргинальном и небезопасном образе жизни вокруг них появляются бродяги и отбившиеся от своих корней люди48.

Покинуть свой дом означало отказаться от семьи, поставить под угрозу свою честь, перестать работать на своих домашних и поддерживать жизнеспособность своего рода. Как Иисус может говорить им о том, чтобы «оставить землю», самую большую для крестьян ценность, единственное средство поддержания существования, то единственное, что придает семье какой-либо вес в обществе? Он просит от них слишком многого: жеста неблагодарности и отказа от солидарности; позора для всей семьи и угрозы для ее будущего. Иисус знает, на какие конфликты он может спровоцировать эти патриархальные семьи. Как-то раз он прямо говорит об этом: «Думаете ли вы, что Я пришел дать мир земле? Нет, говорю вам, но разделение; ибо отныне пятеро в одном доме станут разделяться, трое против двух, и двое против трех: отец будет против сына, и сын против отца; мать против дочери, и дочь против матери; свекровь против невестки своей, и невестка против свекрови своей»49. Противостояние отцов и детей было самым тяжелым испытанием, поскольку оно подкашивало авторитет главы семьи; напряжение между матерями и дочерями сказывалось на дисциплине внутри семьи; отношения между свекровями и снохами не всегда были простыми, и они имели большую значимость для интеграции супруги в доме ее мужа. Разобщенная семья теряла необходимую для защиты своих членов и своей чести устойчивость. Семья требует полной преданности.

У Иисуса другая точка зрения. Семья стоит не на первом месте; она не нужна всем. Есть нечто более важное: служение Царству Божьему, которое уже наступает. В источниках сохранилось обескураживающее высказывание Иисуса: «Кто не возненавидит отца своего и матери, и детей, тот не может быть Моим учеником»50. Иисус требует от своих учеников большей преданности по отношению к нему, чем к их собственным семьям. Если в этом случае возникнет конфликт, они должны выбрать его. Для тех людей «любовь» и «ненависть» не представляют собой исключительно чувства, испытываемые человеком; скорее, это позиция, занимаемая определенной группой. Иисус просит от них верности и преданности (любви), даже если это приведет к разрыву и противостоянию (ненависти) с семьей. Согласно одному из источников, кому-то из своих возможных учеников Иисус не дает даже попрощаться с семьей. На самом деле тот человек хотел не просто сделать жест вежливости. Он желал обсудить со своей семьей вопрос следования за Иисусом. Он хочет стать его учеником, но сначала нужно заручиться поддержкой своих родственников и получить благословение отца. Как он может принять такое серьезное решение, не считаясь с ними? Иисус отвечает ему вполне категорично: «Никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия»51.