Текст книги "Всегда была твоей (ЛП)"
Автор книги: Хлоя Руксель
сообщить о нарушении
Текущая страница: 33 (всего у книги 35 страниц)
“ Слишком поздно, я уже вцепилась в нее когтями. Эмма притягивает ее к себе.
“Ну, если она сможет справиться с Ними, то легко справится со всеми нами вместе взятыми”, – смеется Морган.
“Факты”, – соглашается Ронни с Морг. “Эмма – самая сумасшедшая в нашей группе”.
“Почему все продолжают говорить, что я сумасшедшая!?” Эмма хмуро смотрит на всех нас, скрещивая руки на груди.
“ Потому что ты такая, Банни. Но мы все любим тебя за это. Мой брат подходит к ней и целует в щеку.
Она толкает его в грудь, но сразу же после этого прижимается к нему. – Тебе лучше.
“Где все дети?” Я смотрю на всех, затем на Шейна. “Я тоже не видела твоих сестер”. Всего их вместе должно быть четырнадцать, и это не считая гостей, которые пришли со своими.
“Все дети постарше в бильярдной с двумя нанятыми спасателями”, – говорит Шейн.
“Сэм и Джозефина тоже там, с Данте и Грейси”, – добавляет Сесилия.
“ Наталья, их няня, ” Эм указывает на Морган и Клея. – И Вивиан, наша новая няня, с малышами в гостиной.
“ А собаки? Где мои малыши? Я оглядываюсь по сторонам, ожидая, что в любую секунду появится Кекс.
“Они в спортзале. Они и раньше гуляли, но начали слишком волноваться, когда все пришли, поэтому мы поместили их туда с едой, водой, кроватками и игрушками. С ними все в порядке, ” заверяет меня Шейн. – Марианна проверяла их каждые полчаса.
“Хорошо”. Я улыбаюсь, радуясь, что с моими малышами все в порядке. Шейн прав, нас много людей – я бы сказала, около сотни.
“Но серьезно, тренер. О чем ты думал, приобретая пять больших собак?” Сайлас смеется, и мы все присоединяемся.
Несколько часов спустя все вручают подарки, и мне кажется, что я разворачивала их несколько часов. У нашей дочери будет безбожное количество одежды и игрушек, это точно. Наконец-то мы добираемся до последнего подарка, который от Памелы и Адама.
Памела протягивает мне белую коробочку со светло-розовым бантиком сверху. Она нежно улыбается мне, затем возвращается к мужу, и они с любовью обнимают друг друга. Я оттягиваю концы банта, позволяя ему развернуться у меня на коленях, затем снимаю крышку и откладываю его в сторону. Там повсюду оберточная бумага, под которой прячется подарок. Я осторожно снимаю его и ахаю, когда вижу красоту внутри.
Золотая музыкальная шкатулка в форме шестиугольника, винтажного вида, украшенная маленькими бриллиантами. Я осторожно вынимаю ее из коробки и замечаю маленькие ножки под ней для поддержки. Сверху находится маленький брелок в форме сердца с выгравированным на нем именем Стеллины, а на лицевой стороне музыкальной шкатулки выгравировано еще одно послание.
“Моя прекрасная внучка, я люблю тебя сегодня, завтра, всегда”, – говорю я тихо, чтобы все услышали, когда слезы подступают к моим глазам.
“Открой это”, – уговаривает меня Памела.
Я делаю, как она говорит, откидываю крышку, и начинает звучать тихая колыбельная. Внутри маленькая шкатулка для драгоценностей с логотипом Andromeda Jewels над ней. Я вытаскиваю его, поднимаю крышку, и меня встречает золотое ожерелье с маленькой золотой подвеской в виде кекса, усыпанной бриллиантами. Он идентичен тому, что Шейн подарил мне на Рождество, только немного меньше.
Подняв кулон, я переворачиваю его, чтобы провести пальцем по надписи шрифтом Брайля, которую я ожидала увидеть на обратной стороне, но выпуклости расположены иначе, чем у меня. – Что здесь написано? – Спрашиваю я. Я поднимаю взгляд на Адама и Памелу.
– Маленькая Звездочка, – тихо говорит Адам.
Я сглатываю застрявшие в горле эмоции, мои щеки горят так же, как и нос. “Спасибо, это… У меня даже нет слов”. Я шмыгаю носом, когда Шейн наклоняется и прижимается губами к моему виску.
“Это еще не все, дорогой”, – говорит мать Шейна, снова кивая в сторону коробки.
Я передаю ожерелье Шейну и снова заглядываю в шкатулку с украшениями, нахожу фотографии незнакомых мест и список с пунктами. Я достаю их со дна коробки и пролистываю изображения, останавливаясь на фотографии Эйфелевой башни. Я смотрю на Шейна, надеясь на объяснение, но он, кажется, так же сбит с толку, как и я. Мы оба смотрим на его родителей снизу вверх, ожидая какой-нибудь подсказки относительно того, на что мы смотрим.
Памела наконец заговаривает. “Хотя шкатулка и ожерелье предназначены для Стеллины, мы хотели бы сделать вам подарок и за все, что вы сделали для нашего сына и внучки”.
Адам кладет руки на плечи своей жены и продолжает движение к ней. “Мы знаем все о вашей любви к выпечке и о том, как много это значит для вас, поэтому мы хотели бы отправить вас с Шейном на неделю во Францию, пока мы присматриваем за Стеллиной для вас двоих. Конечно, только когда вы будете готовы. Мы понимаем, как тяжело бывает разлучиться с ребенком на неделю. Это может случиться как в следующем году, так и через пять. Это зависит от тебя.” Он одаривает меня понимающей улыбкой.
“Здесь приведен список всех лучших пекарен Франции. Когда вы будете готовы отправиться в путешествие, мы организуем для вас целый маршрут с особым доступом к определенным шеф-поварам и владельцам, с которыми мы познакомились во время наших визитов туда ”, – заканчивает Памела.
“Боже мой...” Начинают литься слезы, потому что для меня это мечта, ставшая явью. Я всегда хотел поехать, но никогда не мог себе этого позволить.
“Шейн, помоги мне встать”, – срочно говорю я ему, нуждаясь в том, чтобы пойти к родственникам со стороны мужа и поблагодарить их должным образом.
Как только я встаю на ноги, а Шейн крепко держит подарок в руках, я, пошатываясь, подхожу к ним и обнимаю их обоих, пока слезы текут по моему лицу. “Большое тебе спасибо. Ты даже не представляешь, как много это значит для меня”.
“ Теперь ты часть семьи, Обри. Мы всего лишь желаем тебе счастья, как и любому из наших детей, – говорит Адам, поглаживая меня по руке.
Памела протягивает мне салфетку, когда мы отрываемся друг от друга, и я быстро вытираю слезы, улыбаясь им обоим, прежде чем занять свое место на диване. Все начинают расходиться, переходя к болтовне теперь, когда все подарки открыты, и именно тогда я замечаю Джулиана, идущего впереди меня с коробкой подарков в руке и выглядящего крайне встревоженным. Что на него совсем НЕ похоже.
Он кладет подарок мне на колени, стараясь не ударить им по животу, затем отпускает, когда я надежно удерживаю его на месте. Он довольно тяжелый, несмотря на то, что размером с обувную коробку.
“ Джулиан? Я не понимаю, ты уже купил нам подарок, – говорю я, поднимая крышку, чтобы заглянуть внутрь.
“Да, ну, мне сообщили, что книги – это предмет, который многие забывают купить ребенку. Я просто хотел убедиться, что моя племянница не останется без них. Книги – это знания, и я отказываюсь позволять тебе растить неграмотного ребенка”. Он подтягивает рукава своего костюма, затем поправляет запонки, которые на самом деле не нуждались в починке, отказываясь смотреть на меня.
“ Что ж, спасибо тебе, Джулиан. Я обещаю, что наша дочь получит полноценное образование. Я хихикаю, когда начинаю просматривать подборку, зачитывая названия каждого сборника рассказов. Здесь их должно быть не менее пятнадцати.
Джулиан выпрямляется, когда понимает, что я делаю, его глаза слегка расширяются, и внезапная перемена в его поведении заставляет меня нахмуриться, но я игнорирую его и продолжаю свое исследование, пока не добираюсь до самой последней книги.
“Угадай, Как Сильно я Тебя Люблю по...” Я поднимаю глаза, понимая, что это такое, и мой взгляд встречается с его. – Джулиан Сторм, – шепчу я его имя, привлекая внимание нескольких человек, когда они снова собираются вокруг, чтобы посмотреть, что происходит.
Джулиан громко стонет и закрывает глаза, выглядя очень недовольным тем, что я сказала это вслух. Я вытаскиваю книгу снизу и позволяю Шейну убрать коробку с моих колен, пока я рассматриваю ее более внимательно. На обложке изображен мультяшный рисунок Джулиана и маленькой девочки, которая очень похожа на меня, когда я была маленькой.
Слезы застилают мои глаза, когда я открываю книгу на первой странице, где меня приветствует другой рисунок, на котором он держит мою дочь, когда они смотрят друг на друга, и я снова начинаю читать вслух. “Моя милая мисс Стеллина, можете ли вы догадаться, как сильно я вас люблю?”
“Ты действительно должен прочитать это вслух!?” Джулиан пощипывает переносицу. “Если бы я знал, что все так обернется, я бы просто выбросил книгу в детской, чтобы ты нашла ее позже”.
Я хихикаю, шмыгая носом, когда кто-то протягивает мне еще одну салфетку, и я решаю проигнорировать его комментарий и продолжить рассказ. “Я не знаю, дядя Джулиан. Как сильно ты меня любишь? Стеллина спрашивает его следующим, когда я переворачиваю страницу еще раз, и на этот раз на фотографии Джулиан за своим столом смотрит на фотографию Стеллины в рамке. “Я люблю тебя больше, чем свою работу”.
Джесси фыркает. – Сильно сомневаюсь в этом.
Несколько смешков эхом разносятся по комнате, когда я перехожу к следующему. “Я люблю тебя больше, чем естественные науки и математику. Я люблю тебя больше, чем моего суперсильного младшего брата. Я люблю тебя больше, чем своего умненького младшего братишку. Я издаю влажный смешок, рассматривая фотографию Джулиана и моей дочери, обнимающихся, на одной из которых Джейсон выгибается на заднем плане, а на другой Джесси сидит перед компьютером в окружении стопок книг.
“Я люблю тебя больше, чем все вкусное печенье, которое печет твоя мама. Я люблю тебя больше, чем всю отвратительную еду, которую готовит твой папа”. На этих фотографиях я выпекаю на одной странице, а Шейн стоит перед плитой с готовящейся едой на другой, а под изображением написано: “Определенно больше, чем это!”
“Я не думаю, что это очень подходит для ребенка”, – ворчит Шейн, хмуро глядя на своего лучшего друга, который только что оскорбил его в книге.
“ О, перестань, это восхитительно. Я снова хихикаю и переворачиваюсь. “ Я люблю тебя больше, чем палящее солнце. Я люблю тебя больше, чем самую сильную бурю. Я люблю тебя больше, чем самую большую луну. Я люблю тебя больше, чем самую яркую звезду”. Все они содержат иллюстрации, на которых они держатся друг за друга, стоя снаружи, глядя и указывая на каждую упомянутую вещь.
Мой голос начинает дрожать, и слезы текут по моим щекам, когда я читаю последние три страницы. “Я люблю тебя больше, чем вселенную. Я люблю тебя больше, чем саму жизнь. Я люблю тебя больше, чем ты когда-либо сможешь понять, ” заканчиваю я шепотом, проводя пальцами по рисунку Джулиана, целующего щеку моей дочери. “О, Джулиан...” Я тихо плачу и смотрю на него снизу вверх, хотя он по-прежнему отказывается встречаться со мной взглядом.
“О, боже мой. Почему я должен продолжать делать это с собой, – бормочет он себе под нос, когда мне удается подняться с дивана и подойти к нему как можно быстрее, обвивая руками его шею.
Он мгновенно напрягается от моего прикосновения, но, как и каждый раз, быстро смягчается и обнимает меня. “Большое тебе спасибо, Джулиан. Это действительно много значит для меня, и я не могу дождаться, когда буду читать это Стеллине каждый вечер. Она будет самой счастливой маленькой девочкой в мире, у которой есть такой замечательный дядя, как ты.
Его хватка на мне усиливается, голова слегка наклоняется и ложится мне на плечо, и это, должно быть, самый человечный Джулиан, которого я когда-либо видела. Я до сих пор мало что знаю о Джулиане, поскольку он предпочитает держаться особняком и никогда не раскрывается, но в одном я уверена: его холодность – это не просто выбор, это щит.
Если бы мне пришлось гадать, Джулиан так долго был лишен привязанности, что теперь чувствует необходимость замкнуться в себе и не знает, как реагировать, когда кто-то готов раскрыть ему свои объятия. Он не хочет быть резким или отстраненным; он просто не помнит, как этого не делать.
“Клянусь, чем больше проходит дней, тем меньше я узнаю его”, – смеется Джейсон своим обычным низким голосом. “Я думаю, что твоя материнская плата снова испытывает некоторые технические трудности, брат”.
Джулиан быстро выпрямляется, и я отступаю назад, понимая, что наш момент закончился. “Да, похоже на то”. Он прочищает горло и уходит, как будто ему не так сильно нужны были эти объятия, как мне.
Глава тридцатьпятая
Обри
Ну... все пошло не так, как планировалось.
~ День свадьбы ~
Я стою перед огромным зеркалом на подставке, позволяя пальцу скользить по моей детской выпуклости и по материалу платья. Я в восторге от того, что Либби создала специально для меня. Я видела похожие свадебные платья, когда ходила по магазинам, но ни одно из них не было сшито на мой округлившийся живот. Как Либби удалось это сделать, выше моего понимания, но я влюблен в это.
Мое платье – красивое белое платье-футляр из эластичного крепа с вырезом в форме сердца и кружевными длинными рукавами с открытыми плечами. Оно облегает мое тело сверху, до самых бедер, затем ниспадает прямо вниз, с глубокой кружевной спинкой, которая украшена рядом пуговиц по всей юбке и шлейфу.
Я чувствую себя так, словно парю на облаке с тех пор, как у меня родился ребенок. Открыв все подарки, большинство гостей ушли, оставив нас заканчивать вечер только с нашими близкими друзьями и семьей. Затем мы собрались на улице с детьми и щенками, чтобы поужинать барбекю и поиграть в несколько веселых игр. Может, это и не было традиционной мальчишеской вечеринкой, но для нас это было идеально.
В конце концов у меня все-таки нашлось время позвонить Октавии и узнать, как у нее с мамой дела. Она сообщила мне, что ее мать ушла посреди ночи и упала в канаву, сломав лодыжку. Они нашли ее только на следующее утро и сразу же доставили в больницу.
Она чувствовала себя ужасно из-за того, что пропустила мой душ и, скорее всего, тоже не сможет присутствовать на свадьбе. Но я успокоил ее, что все в полном порядке, что она должна оставаться рядом с матерью, пока ей не станет лучше. Ну, ее лодыжка, болезнь Альцгеймера, кажется, становится только хуже с каждым разом, когда я разговариваю с Тави.
Бедная девочка, ей всего девятнадцать лет, и ей приходится справляться со всем этим в одиночку...
На следующий день Шейн осыпал меня любовью от восхода до заката всеми мыслимыми способами. Затем вчера мы с Шейном, а также группа новобрачных прибыли в замок на репетицию ужина.
Я до сих пор понятия не имею, как будет выглядеть моя свадьба. Сегодня утром устанавливали все украшения, а вчера свадебному координатору было строго приказано сообщать нам как можно меньше информации. Она только показала нам, куда мы будем ходить, каких сигналов нам нужно будет ждать и как будет проходить свадьба . Единственная подсказка, которая у меня пока есть, – это то, что все в примерочной одеты в платья лавандового цвета, а мой букет цветов представляет собой сочетание лавандовых, темно-фиолетовых и белых роз.
Мои волосы были изящно завиты, а верхняя половина удерживалась заколками с цветочными деталями. Я также накрашена, чего я обычно не делаю, но я сказала визажисту, чтобы макияж был как можно более простым и естественным. Поэтому мы выбрали золотисто-светло-розовые тени для век, очень тонкую линию подводки для глаз, тушь для ресниц и нежно-розовую помаду телесного цвета.
Она также нанесла очень слабый намек на румяна, который, как я сказала ей, на самом деле не нужен, учитывая, что я постоянно краснею. Также было добавлено немного столь необходимого консилера под глазами, чего я действительно не хотела, потому что это скрыло бы мои веснушки, а я знаю, как сильно Шейн их любит. Но после прошлой ночи мешки у меня под глазами стали слишком заметны. И все же каким-то образом она сотворила свое волшебство и идеально их спрятала, не слишком скрывая мои веснушки.
Теперь вернемся к прошлой ночи… Это было ужасно.
Я проснулась в час ночи от ужасной боли. Эти схватки были намного сильнее предыдущих, и, казалось, ничто не могло помочь им пройти. Шейн практически все это время сходил с ума, потому что не знал, как помочь и что делать.
Замок находится в двух часах езды от того места, где я должна была рожать, так что для нас это была не идеальная ситуация. Наконец, Шейн позвонил в родильное отделение, чтобы узнать, стоит ли нам приходить или нет. Они сказали нам рассчитать время схваток и попробовать принять теплую ванну и посмотреть, поможет ли это им пройти. Что если они настоящие и у меня настоящие роды, то они не поблекнут, а просто станут ближе и хуже. Но ванна сделала свое дело, и они медленно исчезли, пока я больше не почувствовал боли.
Все, о чем я продолжала думать, это то, что если это были, как они это называют, "ненастоящие схватки", то я никогда не переживу настоящие. Все это было причиной того, что мы с Шейном не спали в общей сложности четыре часа ночью и сейчас очень измучены, у нас мешки под глазами.
Но все в порядке, мы сегодня женимся. Завтра мы сможем отдохнуть.
Сесилия подходит ко мне с любящей улыбкой на губах. – Ты выглядишь потрясающе, Обри.
У нас с Шейном на нашей свадьбе по четыре человека. Сесилия, Эмма и Морган были выбраны моими подружками невесты, а Ронни получила титул подружки невесты. Шейн выбрал Джулиана своим шафером, а Джейсона, Джесси и Хейли – друзьями жениха. Хотя я думаю, что то, что Хейли женщина, сделало бы ее подружкой жениха.
– Спасибо, – шепчу я, мой естественный румянец просвечивает сквозь макияж.
“Я не могу поверить, как много изменилось с тех пор, как мы впервые встретились. Кто знал, что так сложатся наши жизни? Что ты придешь на мою свадьбу в качестве нового члена нашей группы, а четыре с половиной года спустя я стану частью твоей.
Я беру ее за руку и поворачиваюсь к ней лицом, поскольку начинаю проявлять эмоции. О, кого я обманываю? Я был взволнован все утро. “Не думаю, что я когда-либо должным образом отплатил тебе за то, что ты впустил меня в свою жизнь. Ты, Эмма и Морган. Я не думаю, что ”спасибо" когда-нибудь будет достаточно ".
“Тебе не нужно ничем нам отплачивать, Брей. Ты – семья. Твое присутствие в нашей жизни – величайший подарок, о котором мы могли бы просить”. Она сжимает мою руку, затем шепчет что-то неожиданное, что, как я думал, она не помнит. “У тебя есть какие-то сомнения?”
Это тот же самый вопрос, который я задал ей в ночь перед ее свадьбой, когда я все еще не был уверен, был ли брак тем, чего я хотел в своей жизни. Она сказала мне, что с самого начала знала, что Сайлас – единственный для нее, и что если этот мужчина когда-нибудь появится в моей жизни, я тоже это узнаю.
Мои глаза щиплет от слез, когда я смотрю глубоко в ее карие глаза. “Ни единого”, – выдыхаю я сентиментальным голосом.
“Все в порядке! Пока не доводи невесту до слез, ее макияж только что закончен, – кричит Эм, подходя к нам с Ронни, обе несут поднос с бокалами для шампанского, и один немного не того цвета, который, как я предполагаю, является каким-то игристым соком для меня.
“Давайте все поднимем тост в честь того, что Обри начинает новую главу в своей жизни”. Она протягивает мне флейту потемнее, затем идет передать обычную Сесилии, но та краснеет и качает головой.
“ Подожди. ” Я хватаю ее за запястье. “ Ты что? Я опускаю взгляд на ее плоский живот, затем снова поднимаю.
Она кивает со слезящимися глазами. “Мы с Сайласом узнали вчера, но не хотели отвлекать внимание от тебя и твоего важного дня. Мы собирались рассказать тебе все после свадьбы.
“Боже мой! Данте будет старшим братом!” Эмма радостно восклицает, ставит поднос и заключает Сиси в объятия.
– Я так рад за тебя, милая. – Следующим входит Морган, и они обнимают друг друга.
Ронни подходит ближе и обнимает Сесилию. “Боже, теперь эти двое точно не оставят меня в покое, как только узнают, что ты тоже беременна”, – говорит она, говоря о своих мужчинах. Она смотрит на меня через плечо Сиси и подмигивает.
“Лучше удвоить усилия, если ты все еще не готов. Я не удивлюсь, если они найдут способ обойти твой имплантат. Эти парни теряют терпение ”. Сесилия ухмыляется.
Сесилия поворачивается ко мне, когда я раскрываю объятия. Она тепло улыбается и делает шаг в мои объятия. “Поздравляю. Я могу только представить, как взволнован Сайлас.
“ О, он на седьмом небе от счастья. Она мечтательно вздыхает и отстраняется. “Мне жаль, я знаю, что это твой момент”.
Я отмахиваюсь от нее и потираю живот. “ Не стоит. Это просто делает этот день еще лучше, – успокаиваю я ее.
В этот момент раздается тихий стук в дверь, за несколько секунд до того, как она открывается и входят мои родители. “О, моя малышка… Посмотри на себя.” Моя мать подбегает ко мне со всхлипом.
“ Мам, пожалуйста, не плачь, потому что тогда я тоже заплачу. Я издаю влажный смешок, когда она обнимает меня.
“ Хорошо, хорошо. Прости. Это просто... Она делает глубокий вдох, выдыхая. “ Ты так быстро повзрослел. А теперь оба моих ребенка разъехались, создают свои собственные семьи и начинают новую жизнь ”.
– Ну, Грейсон уже начал свою новую жизнь некоторое время назад, – замечаю я.
“Да, ну, он давно опоздал”. Она хихикает, когда я присоединяюсь к ней, и отступает назад.
Входит мой отец, смотрит на всех моих друзей. “Ууу, мне кажется или здесь становится жарко”, – шутит он и подмигивает девушкам, останавливаясь передо мной, и внезапно все шутки исчезают в мгновение ока, когда его собственные затуманиваются.
“ О, папа... Я обвиваю руками его шею.
“ Моя милая, красивая девочка. Он прерывисто выдыхает. – Я так, так горжусь тобой, милая.
“ Спасибо тебе, папа, – шепчу я, и мои глаза наполняются слезами. Я быстро поднимаю взгляд, пытаясь сморгнуть их.
“Ладно, что ж, леди, пора идти. Мужчины уже занимают свои места”. Моя мама хлопает в ладоши как раз в тот момент, когда координатор входит в комнату, чтобы забрать нас.
Отец держит меня за локти, заглядывая в глаза. – Давай поженимся.
“Давай поженим меня”.
ШЕЙН
Я подтягиваю рукава пиджака и поправляю галстук-бабочку, затем делаю глубокий вдох, прежде чем последовать за группой моего жениха в холл, где все ждут начала церемонии.
Я не нервничаю из-за женитьбы на Обри. Я слишком долго ждал этого дня. Но после вчерашнего страха я беспокоюсь за нее. Казалось, ей было очень больно, и я ничего не мог сделать, чтобы помочь. Я ненавижу это чувство. Я просто надеюсь, что мы сможем пережить сегодняшний день без каких-либо осложнений, чтобы завтра мы могли просто расслабиться и сосредоточиться на ней.
К счастью, в последнее время у Обри не было серьезных приступов головокружения и она не жаловалась на головокружение, что чрезвычайно обнадеживает. Она по-прежнему постоянно проверяет свое кровяное давление и следит за тем, чтобы следовать всем рекомендациям, но расслабиться сегодня ей будет трудно.
Я прохожу через двери и ступаю на белую дорожку. Работа, проделанная Иден, феноменальна, и я знаю, что Обри будет на небесах, когда увидит все это. Белые стулья стоят рядами лицом к возвышению, где мы с Обри произнесем наши клятвы.
Дорожка выстлана белой сетчатой тканью, перекидывающейся от одного кресла к другому. Они идут до самого начала с прикрепленным по пути темно-фиолетовым букетом, не давая людям ступить на дорожку. По обе стороны дорожки также разбросаны педали с розами лавандового цвета, а за спиной служителя находится элегантная квадратная арка, покрытая белыми и фиолетовыми драпировками с большим количеством цветов.
Я тоже не смог удержаться и по пути заглянул в зал для приемов. Он похож на этот, только украшен белым и светло-фиолетовым повсюду. С потолка свисают шторы, ведущие на сцену, где мы с Обри будем сидеть с нашими родителями. Огромное количество круглых столов расставлено по залу с огромными и высокими центральными элементами на каждом, оставляя большое пустое пространство в центре, предназначенное для танцпола.
Это был всего лишь беглый взгляд, поэтому я уверен, что пропустил целую кучу деталей, но из того, что я увидел, Иден проделала замечательную работу. Это красиво и волшебно, без излишеств, именно так, как хотела бы Обри.
Я приветственно машу рукой всем нашим гостям, направляясь к платформе. Список гостей был единственной частью нашей свадьбы, о которой я позаботилась, решив, кто будет присутствовать, и разослав приглашения. В итоге у нас собралось около ста пятидесяти гостей, что на самом деле не так уж много по сравнению с собственной свадьбой Иден. Для нее нас, должно быть, было по меньшей мере пятьсот человек.
Я пожимаю руку служителю и встаю справа, а Джулиан, Джейсон, Джесси и Хейли стоят позади меня. Все они одеты в светло-серые костюмы с лавандовыми галстуками, за исключением Хейли, которая одета в платье, идентичное платью подружек невесты. Но вместо того, чтобы быть бледно-фиолетовым, как у них, у нее светло-серый в тон костюмам.
Людям может показаться странным, что моя бывшая жена участвует в моей свадьбе, но мне было наплевать. Хейли была моим другом до того, как стала моей бывшей женой. Признаюсь, поначалу я нервничал, когда заговорил об этом с Обри, даже если они друзья. Она вполне могла бы сказать, что ей это неприятно, но, как я должен был догадаться, ей понравилась эта идея.
Ведущий объявляет, что церемония начнется, прямо перед тем, как заиграет приятная мелодия в исполнении живого квартета. Морган первой идет к алтарю, за ней Сесилия, затем Эмма и замыкает шествие Ронни.
Все они занимают свои места слева, когда ведущий просит всех встать ради невесты. Музыка сменяется нежной мелодией, и секундой позже в поле зрения появляется моя невеста, держащаяся за своего отца.
Мой Ангел.
Ее глаза мгновенно встречаются с моими, когда остальной мир исчезает вокруг нас. Она выглядит великолепно. В этот момент в мире нет ничего прекраснее ее. Мое горло сжимается от эмоций, а глаза начинает щипать. Я не плакала на своей первой свадьбе, но теперь, с Обри, я ничего не могу с этим поделать. Даже если бы я попыталась сдержать слезы, это было бы невозможно.
Она – воплощение каждой моей мечты.
Ее щеки вспыхивают от тихого смешка, сорвавшегося с ее губ, когда она замечает, что я вытираю глаза, и секунду спустя на ее собственных глазах появляются слезы. Когда она, наконец, доходит до конца прохода, ее отец пожимает мне руку, прежде чем поцеловать ее в щеку и передать ее мне.
– Привет, – шепчет она.
– Ты прекрасна, Ангел, – бормочу я в ответ, когда из ее глаза скатывается еще одна слеза, которую я быстро вытираю.
“Пожалуйста, присаживайтесь, спасибо”, – говорит священник, готовясь начать свою речь.
Мы с Обри смотрим друг на друга, берясь за руки, зная, что делать. Но в тот момент, когда ее рука оказывается в моей, она ахает, а ее глаза расширяются. Я хмурюсь, сбитая с толку ее реакцией. – Милая, что случилось?
Только когда она опускает взгляд на землю между нами, до меня доходит. У ее ног небольшая лужица воды, маленькие капельки которой попали на мои туфли.
Мои глаза превращаются в блюдца, когда я понимаю, на что уставилась. Я снова смотрю на Обри, несколько раз моргнув. “Это что?..”
– Ммм. – Она кивает и густо краснеет.
“О Боже,… Все в порядке. Ты в порядке?” Спрашиваю я, когда она снова кивает. “Все в порядке. Все в порядке, мы отвезем тебя в больницу”.
“В чем проблема?” – шепчет нам служитель.
– У нее только что отошли воды, – говорю я ему.
– О боже. – Его глаза расширяются, когда он смотрит на мокрое пятно.
– Мне очень жаль, но нам придется отменить свадьбу и отвезти ее в больницу.
“Нет, подожди. Мы все еще можем закончить церемонию. У меня пока нет схваток”. Она крепче сжимает мои руки, когда я иду провожать нас по платформе.
“Что? Нет. Ни в коем случае. Обри, у тебя скоро будет наш ребенок. Я не рискую этим, ” бормочу я, не желая устраивать сцену. Хотя все начинают перешептываться друг с другом, скорее всего, спрашивая, что происходит.
“ Что происходит? Ронни шепчет со своего места, когда вся наша свадебная компания наклоняется, чтобы услышать мой ответ.
“У Обри отошли воды, и она хочет довести свадьбу до конца”, – сообщаю я им.
Ронни фыркает. “Прости, это не смешно, но у меня было предчувствие, что это произойдет”.
“И вы все говорите, что это я сумасшедшая. У нее буквально схватки, но она хочет продолжать свою свадьбу, как ни в чем не бывало ”. Эмма качает головой и, прищурившись, смотрит на своих друзей.
Пожалуйста, Шейн. Я действительно хочу, чтобы мы поженились до рождения нашей дочери. Мы все здесь, всего в нескольких минутах от свадьбы. Роды могут занять несколько часов, прежде чем это действительно произойдет ”, – умоляет Обри, заставляя меня чувствовать себя разорванной.
Я двигаю челюстью, размышляя, что делать, затем поворачиваюсь к священнику, прежде чем обратиться к нему. “Есть ли какой-нибудь способ сделать эту церемонию самой быстрой в истории? Уберите все отрывки и речи. Мы также воздержимся от наших личных клятв. Мы можем сделать это в другой раз. Просто ‘Я согласен" и покончим с этим?
Он выглядит удивленным тем, что мы решили продолжить церемонию, но кивает. “Да, я верю, что мы можем это сделать”.
“ Отлично. Тогда давай вернемся к свадьбе. Я снова смотрю на Обри, снова беру ее руки в свои и провожу большим пальцем по ее коже.
Служитель прочищает горло. “Прошу вашего внимания”. Он ждет секунду, пока все успокоятся и посмотрят в нашу сторону. “В церемонию были внесены небольшие изменения из-за ...” – он опускает взгляд на живот Обри – “непредвиденных обстоятельств”. Он улыбается, когда несколько человек ахают от осознания. “Таким образом, это будет продвигаться вперед быстрым, но красивым образом”.
Он выпрямляется и улыбается всем, прежде чем начать. “Друзья и семья, мы собрались здесь сегодня, чтобы отпраздновать любовь и преданность между Шейном Ашером Джефферсоном и Обри Лили Форд”.
Обри со стоном закрывает глаза и морщит лицо, слегка прогибаясь в талии, и я сразу понимаю, что это начинается.
Глаза священника снова расширяются, и он спешит продолжить с остальной частью своего сценария. “Шейн Ашер Джефферсон, берешь ли ты Обри Лили Форд в законные жены? Любить и лелеять, в болезни и здравии, до тех пор, пока вы оба будете жить?”
“ Да, ” говорю я, сжимая руку Обри, когда она вскрикивает от боли. Ронни быстро подходит к ней сзади и начинает массировать нижнюю часть ее спины и помогать мне поддерживать ее.
Господи Иисусе, нам не следует делать это прямо сейчас.
Все начинают волноваться на своих местах при виде происходящей перед ними сцены. Родители Обри и мои уже присели на краешек своих мест, в то время как Грейсон стоит в конце своего ряда, готовый подойти к сестре, как только все закончится.
Он достает телефон и одними губами произносит: “Скорая”. Я киваю, говоря ему позвонить за одним. Я не хочу рисковать, не попав в больницу вовремя и вынужденная рожать самостоятельно. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.
