Текст книги "Электричка Ханкю (СИ)"
Автор книги: Хиро Арикава
Жанр:
Современная проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)
Кацуя приезжал поздно вечером, кричал и молотил кулаками в дверь. Опасаясь рассердить соседей, Мисе приходилось впускать Кацую, и он избивал ее.
Терпение Мисы в конце концов иссякло, и, взяв с собой самое необходимое, она принялась кочевать по подругам – ночевала то там, то тут и отсутствовала дома по несколько дней кряду. Так продолжалось месяцев пять. Мисе не хотелось, чтобы в семье узнали о ее проблемах. Она ведь жила уже самостоятельно и не желала причинять родителям лишнего беспокойства.
Как-то раз по пути из колледжа домой Миса обратилась в полицию, но офицер в отделении не выразил особой готовности помочь. А уж когда она сообщила свой адрес, он и вовсе указал ей на дверь – мол, район, в котором она проживает, относится к другому участку. И потом, добавил офицер, без доказательств полиция мало что может предпринять. На вопрос Мисы, что считается доказательством, он ответил, что ей потребуется справка от врача. Данный вариант Миса отвергла – у нее попросту не было ни средств, ни времени обращаться в больницу каждый раз, когда Кацуя поднимет на нее руку.
Однажды ей все же удалось сфотографировать следы побоев на мобильный телефон, но Кацуя в свой очередной приезд нашел эти снимки, удалил их, а затем опять задал Мисе взбучку, припугнув: «Попробуй повторить, и я на тебе живого места не оставлю».
Попытки мирно завершить отношения не увенчались успехом, и в итоге Мисе пришлось звать на помощь Маюми, старший брат которой был первоклассным спортсменом, вице-капитаном университетской сборной по карате. Что немаловажно, Миса знала его с детских лет.
– Миса-тян – лучшая подруга моей младшей сестры, – начал разговор брат Маюми, когда Кацуя вошел в кафе в Умэде и сел за столик, за которым уже расположились Миса и Маюми с братом.
Единственное свободное место за столиком было в углу, и Кацуе ничего не оставалось, как занять его. Миса сидела от него наискосок, Маюми буравила Кацую свирепым взглядом. Ее брат сурово уставился на Кацую и продолжил:
– Миса-тян мне как младшая сестра. Будь так любезен, не создавай ей проблем. Тебе все ясно?
Кацуя – слабохарактерный человек, способный вымещать свою злость только на женщинах и предметах, – мигом спасовал под напором брата Маюми.
– Э-э… Да я вроде бы и не создаю… Она моя девушка. Иногда мы спорим и ругаемся, с кем не бывает?
– Кажется, Миса-тян уже сказала тебе, что желает расстаться. Верно, Миса-тян?
– Верно, – горячо кивнула та. – Я хочу прекратить наши отношения, Кацуя. Хочу, чтобы ты больше не вопил под моей дверью и не стучал по ней кулаками.
Брат Маюми выпрямился и замер. Словно по волшебству, он стал казаться выше и сильнее. Негодование закипало в нем, и Кацуя, ощутив это, затрясся от страха.
– Итак, отныне ты ее не беспокоишь. – Это была не просьба, а констатация факта. – Если тебе есть что возразить, обращайся ко мне. Загляни в додзё при университете и попроси позвать вице-капитана команды по карате. Там сразу поймут, о ком речь. Я продиктую тебе номер своего телефона, если нужно. – (Кацуя в панике замотал головой.) – В таком случае, пожалуйста, немедленно удали из памяти телефона номер мобильного и адрес электронной почты Мисы-тян. Ты, Миса-тян, сделай то же самое.
– Братец, – подала голос Маюми, – лучше пусть Миса заблокирует его на своем мобильном. Теперь мало кто запоминает телефонные номера, так что, если он позвонит, а она ненароком ответит, не понимая, что это он, ситуация может снова осложниться.
– Если это произойдет, я тотчас поспешу на помощь. Миса-тян, блокируй его номер сейчас же. А ты чего ждешь? – многозначительно обратился он к Кацуе, и тот без лишних слов стер номер телефона и адрес электронной почты Мисы.
Когда Кацуя ушел, Маюми повернулась к Мисе и сердито воскликнула:
– Как ты могла довести дело до такого состояния? Почему молчала?
– Прости! Мне не хотелось тебя волновать, и потом ты ведь по-прежнему живешь с родителями… Я боялась, что они свяжутся с моими и расскажут им обо всем. К тому же что толку было звонить тебе, ведь ты далеко.
– Саяма, по-твоему, далеко?! И вообще, где бы я ни была, я откликнусь на твой зов и приду на выручку! Кроме того, не забывай, что великое демоническое божество живет в Осаке! Давно могла бы использовать его как оберег от своего чокнутого!
– Так, это кто тебе дал право называть старшего брата великим демоническим божеством? Ну, держись!
– Бе-бе-бе! – поддразнила брата Маюми и, прикрыв лоб ладонью, отсела подальше. – Только не щелкай по лбу! Пощади!
– Нет уж, дорогуша! Ты у меня ответишь за свои слова!
Будучи единственным ребенком в семье, Миса с детства завидовала тем, у кого есть родные братья и сестры. Наблюдать за этой добродушной перебранкой было необычайно приятно.
– Огромное спасибо вам обоим. Вы меня так выручили. Без вашей помощи я ни за что не выпуталась бы. – Она смахнула слезинку со щеки.
Маюми обняла подругу за плечи.
– Ты боялась, я могу понять. Отныне все пойдет на лад.
Ее брат отхлебнул глоток остывшего чая и как-то странно взглянул на Мису.
После этой встречи, состоявшейся месяц назад, Кацуя отстал от Мисы раз и навсегда.
Ее телефон был в беззвучном режиме, но она увидела на экране конвертик с новым сообщением. Щелкнув по значку, Миса обнаружила, что оно от Маюми.
С недавних пор Кэнго часто говорит о тебе, спрашивает, все ли у тебя нормально. Короче, если есть желание, позвони ему.
Кэнго звали старшего брата Маюми, и Миса не раз слышала, как подруга за глаза называет его по имени. Если бы брат узнал об этом, он отвесил бы ей щелчок по лбу.
Это большой секрет, но на днях, когда Кэнго приезжал домой, он сказал: «Миса-тян так похорошела». Кэнго, конечно, тот еще демон, но никогда не ударит женщину, так что он достойная партия. Все время, не занятое учебой, он проводит в додзё, и девушки у него нет, поэтому, если мой братец тебе интересен, действуй.
«Миса-тян так похорошела».
Она представила себе, как Кэнго произносит эти слова тем спокойным уверенным голосом, которым разговаривал с Кацуей, и ее сердце екнуло.
Но Миса не была готова проявить инициативу, ведь они уже так давно не виделись, да и при последней встрече он помогал ей уладить ситуацию с бывшим парнем…
Впрочем, Миса не могла не признаться себе в том, что и Кэнго теперь сделался весьма недурен собой.
Он стал надежным молодым человеком, рассудительным и приятным в общении. Никчемный Кацуя ему и в подметки не годится.
Разумеется, Миса не собиралась бездумно поступать по указке Маюми, однако отлично могла начать с чего-то простого. Кэнго ведь оказал ей неоценимую услугу, так почему же не послать ему маленький подарок или не угостить чаем?
Номер его мобильного у нее есть, он сам дал его тогда на всякий случай.
Спасибо. Я позвоню ему на днях. Только, пожалуйста, ничего не говори ему заранее, я немного стесняюсь.
Отправив ответное сообщение, Миса убрала телефон.
«Какой никчемный человек… Вы никогда не думали о том, чтобы уйти от него? Я ведь вижу, вам с ним тяжело», – прозвучали в голове слова пожилой попутчицы.
«Еще бы. Даже расставание с ним далось мне с превеликим трудом, но я не опускала рук, и теперь, к счастью, все это в прошлом. Спасибо вам большое», – сказала бы Миса, если бы опять встретила ту даму.
А если бы Миса опять встретила того старика, который отчитал ее во времена учебы в средней школе, она вполне могла бы поблагодарить и его.
Еще она непременно от всей души сказала бы спасибо болтушке Эт-тян и ее подругам. От одного воспоминания о том девичьем разговоре губы Мисы сами собой расплылись в улыбке. «Любопытно, как у них идут дела с подготовкой к вступительным экзаменам? Пусть каждая поступит этой весной туда, куда хочет, и продолжает так же беззаботно радоваться жизни».
За размышлениями Миса совершенно позабыла об инциденте с брендовой сумкой, которую швырнула на соседнее сиденье взбалмошная дамочка.
Мондо Якудзин
– Ну и тетки… Полный отстой!
Ясуэ Ито поежилась. Реплика была явно адресована ей – вернее, той компании, к которой она принадлежала, и пассажирка, с чьих губ сорвались эти слова, была не какой-нибудь простушкой, а яркой девушкой с умным взглядом, студенткой колледжа.
Приведи ее сын такую подругу домой знакомиться с родителями, Ясуэ едва ли сочла бы ее подходящей кандидатурой в невестки. По мнению матерей, идеальная избранница для сына – это опрятная улыбчивая барышня в плиссированной юбке и неброской блузке, ни в коем случае не напористая и не крикливая.
По крайней мере, в компании домохозяек, с которой Ясуэ сейчас ехала в сторону Такарадзуки, именно такая девушка считалась образцовой будущей невесткой. Эти дамы мнили себя утонченными особами и любили совершать совместные выходы в свет. На подобное мероприятие следовало одеться роскошно, то есть в атласное или шифоновое платье, надев броские украшения и обязательно прихватив с собой модную брендовую сумочку. Если аксессуары приобретены в одном из престижных универмагов Умэды, статус владелицы возрастал многократно, и не важно, что вещи были куплены на распродаже, в толкотне среди других оголтелых покупательниц, буквально вырваны из чьих-то рук, – все равно покупка в подобном универмаге расценивалась как нечто особенное.
Размышляя о компаньонках, Ясуэ ловила себя на мысли, что леди, которые на самом деле являются утонченными, а не только пытаются казаться таковыми, избегают пиковых распродаж, идут в универмаг, когда им это удобно, не спеша рассматривают ассортимент и покупают понравившиеся им вещи за полную стоимость.
К тому же…
Она украдкой взглянула на студентку, занимавшую соседнее сиденье. Истинные леди не стали бы сетовать во время чаепития, что сын привел домой девицу вроде этой, которая еще и позволила себе выразиться по-хамски. Им и в голову не пришло бы делиться подобными откровениями.
Идя по вагону, Ясуэ издалека увидела, что вытворила дамочка, заправлявшая в их компании: в тот момент, когда молодая пассажирка хотела сесть, нахалка швырнула сумку на пока что пустое сиденье, а затем вульгарно расхохоталась.
«Ох, стыдоба. И что только о нас подумали другие пассажиры?..»
Увы, Ясуэ недоставало смелости, чтобы отчитать приятельницу. Для той собственный поступок был проявлением доброты к растяпе, соображавшей медленнее остальных, и на примере тех, кто уже покинул их компанию или был изгнан из нее, Ясуэ знала, что будет, если она не примет этой доброты.
– Извините, – пробормотала Ясуэ сконфуженно.
Ей ничего не оставалось, как вернуть владелице сумку, которую та небрежно бросила на сиденье. Заняв место, Ясуэ ощутила резь в животе. В последнее время подобные боли начали повторяться чаще. Честно говоря, ей ни капли не хотелось ехать в Такарадзуку на обед в китайский ресторан. Одна из приятельниц где-то раздобыла меню и, проштудировав его, объявила: «Нам необходимо срочно там побывать! Возьмем по самому дорогому сету, его очень хвалят! Стоит пять тысяч иен на человека».
Была суббота, муж и сын-старшеклассник Ясуэ остались дома. Перед отъездом она приготовила им на обед жареный рис и теперь сокрушалась: «Пять тысяч за обед! Да на эту сумму мы втроем сходили бы в ресторан и наелись до отвала!» Не так давно дочь Ясуэ вышла замуж, так что расходов в семье убавилось, однако названная сумма все равно превышала их суточный бюджет на питание.
К этой компании дам Ясуэ примкнула, когда состояла в родительском комитете средней школы, где учились дети. Муж и сын знали, как нелегко ей приходится среди столь непохожих на нее по темпераменту женщин, и ни словом не попрекали Ясуэ. Напротив, они с пониманием относились к ее участию в мероприятиях, организуемых этими дамами.
Когда Ясуэ вернула сумку хозяйке и извинилась, та хмыкнула: «Всегда пожалуйста!» – и Ясуэ сдержанно улыбнулась в знак признательности. Она уже постигла секрет выживания в этом сообществе, заключавшийся в том, чтобы никогда не идти против сильных.
И тут раздался комментарий студентки, пронзительный, как удар кинжала: «Ну и тетки… Полный отстой!»
Но что могла сказать Ясуэ, чтобы девушка поняла, почему она не посмела отказаться от места, которое заняла для нее предводительница их компании?
«Я и сама не особенно рада тому, что еду куда-то с этими дамами, – беззвучно оправдывалась перед попутчицей Ясуэ. – Мне за них стыдно. Возможно, вы мне не поверите, но я тоже считаю, что вы, даже с учетом этого грубого заявления, ведете себя во сто крат приличнее, чем мои спутницы-горлопанки. Впрочем, спасибо за науку. В следующий раз я точно поеду стоя, пусть не беспокоятся о том, чтобы занять мне место».
То, что Ясуэ не хватило смелости заявить об этом вслух, автоматически причисляло ее к «отстойным теткам». Сейчас она даже завидовала тем, кого давно исключили из компании и перестали упоминать, будто их и на свете не было. К прискорбию, сама Ясуэ упустила шанс отмежеваться от общества мамаш из уже не существующего родительского комитета и теперь сама не знала, как долго еще продлится ее участие в этом дамском коллективе.
– Следующая остановка – Мондо Якудзин. Мондо Якудзин.
Ясуэ вдруг четко осознала абсурдность ситуации: мужу и сыну состряпала банальный рис с какой-то дребеденью, а сама катит в Такарадзуку, в изысканный китайский ресторан.
От этой мысли она согнулась пополам.
– Ох! Что с вами? Как вы себя чувствуете?!
К изумлению Ясуэ, восклицание раздалось из уст девушки, несколькими минутами ранее нанесшей ей словесный выпад. Незнакомка положила руку на плечо Ясуэ и пыталась поймать ее взгляд.
Компаньонки Ясуэ, сидевшие через проход, были заняты разговором и не сразу обратили внимание, что ей стало плохо.
– Ито-сан! Что случилось?!
– Вам дурно?
– Вы как? Может, к доктору?!
Женщины затарахтели хором, однако ни одна не поспешила на помощь. Единственной, кто гладил Ясуэ по спине, жалея ее, была случайная попутчица.
– Боюсь, у меня живот прихватило…
– Вот те на! А как же наш обед в ресторане?!
– Неужели не отведаете такой вкуснятины?
Ясуэ схватилась за рукав студентки и сдавленно прошептала:
– Ничего им не говорите.
Девушка процедила сквозь зубы:
– Обед в ресторане – последнее, что нужно человеку, которого скрутило от боли и прошиб холодный пот.
Борясь с мучительными спазмами, Ясуэ подняла голову и через силу улыбнулась дамам:
– Извините, мне и вправду нехорошо. Лучше вернусь домой. Желаю вам удачной поездки! Надеюсь, мое отсутствие не помешает вам отлично провести время.
– Вы уверены? Ну что ж…
– Не расхворайтесь!
Поезд плавно подъехал к платформе. Когда двери открылись, студентка встала и протянула руку Ясуэ.
– Нет-нет, спасибо. Я справлюсь, не волнуйтесь.
– Я тоже выхожу.
Если честно, Ясуэ понимала, что ей будет трудно идти самой.
– Благодарю вас! Мне так неловко!
Студентка молча повела Ясуэ под руку, не обращая внимания на дамочек, даже не соизволивших помочь своей приятельнице.
«Надо посидеть на скамейке. Наклонюсь вперед и буду ждать, когда пройдет приступ».
– Пожалуйста, скажите, когда вам станет получше и вы сможете идти. Кажется, за железнодорожным переездом есть гинекологическая клиника. Наверняка другие врачи тоже принимают.
Неуверенность тона студентки навела Ясуэ на мысль, что это вовсе не ее станция.
– До чего досадно, что из-за меня вам пришлось выйти не там, куда вы направлялись.
– Ничего страшного.
Голос девушки звучал грубовато. Оставалось только гадать, продолжает ли она испытывать раздражение, которое так ярко проявилось в ее комментарии: «Ну и тетки… Полный отстой!»
– У меня, как назло, нет с собой страхового полиса.
– Завезете в другой раз. Думаю, вам возместят расходы.
– Специально приезжать сюда – это дополнительные траты… И потом у меня всегда при себе есть лекарство от боли в желудке.
– Что ж вы сразу не сказали! – фыркнула студентка и направилась к турникетам.
Проводив ее взглядом, Ясуэ открыла сумку и вынула из нее косметичку. Сумка была ее единственной фирменной вещью, которую она купила после того, как несколько месяцев откладывала часть своей зарплаты за подработку. Расплачиваясь в магазине аксессуаров, Ясуэ мучилась чувством вины, ведь солидная сумма, которую она выложила за дизайнерскую сумку, точно не стала бы лишней в бюджете семьи.
«Почему вы купили всего одну? – недоумевали дамы. – Взяли бы две или три. Когда в фирме мужа будут выплачивать бонус, непременно скажите, что вам нужна вторая нарядная сумочка!» Кое-как выдерживая их натиск, Ясуэ заверя ла, что эта сумка ей нравится как ни одна другая и прекрасно подходит практически ко всем вещам ее гардероба.
Она вытащила пакетик с лекарством, который хранила в косметичке. Та была производства никому не известного бренда, и, разумеется, добрые советчицы наперебой рекомендовали взять фирменную – того же изготовителя, что и сумка. Ясуэ отнекивалась, поясняя, что косметичку ей подарила свекровь и потому она никак не может заменить ее на другую. На самом деле Ясуэ сама купила косметичку на распродаже в супермаркете неподалеку от места, где подрабатывала. Стоила вещь пять тысяч иен – ровно столько же, сколько Ясуэ собиралась потратить сегодня на великолепный сет блюд в китайском ресторане.
Кое-как поднявшись, она уже собралась пойти за водой, но тут студентка вновь появилась на платформе и протянула Ясуэ бутылочку минеральной воды из вокзального киоска.
– Вот, держите.
– О, спасибо! Сколько я вам должна?
– Нисколько, это всего лишь вода.
Ясуэ благодарно кивнула, откупорила бутылочку и высыпала в нее горькое лекарство. Студентка продолжала стоять подле Ясуэ.
– Э-э… А почему вы… – Ясуэ замялась, усаживаясь обратно на скамью и силясь понять, с какой стати попутчица проявляет к ней неподдельное участие и при этом имеет столь угрюмый вид.
– Я чувствую себя виноватой! – буркнула та. – Я обругала ваших знакомых, причем специально говорила достаточно громко, чтобы вы услышали, и… Если ваш живот разболелся именно по этой при чине, я должна остаться рядом, пока вам не сделается лучше.
«О, какая милая девушка, – порадовалась Ясуэ. – Очень хорошая девушка. Куда лучше, чем идеальная невеста для сына, о которой мечтают мои компаньонки. Я была бы счастлива, если бы мой сын встречался с такой. Это означало бы, что он зрит в корень».
– Полноте. – Ясуэ с улыбкой махнула рукой, словно развеивая опасения студентки. – Вашей вины тут нет.
Рассудив, что, вероятно, видит эту девушку в первый и последний раз, Ясуэ решила, что может в кои-то веки дать волю языку.
– Вообще-то, мне нисколько не хотелось ехать в Такарадзуку. Мужу и сыну я приготовила жареный рис с тем, что оставалось в холодильнике, и велела разогреть в микроволновке, а сама укатила с приятельницами в роскошный ресторан, чтобы заплатить там пять тысяч за обед! В поезде меня охватило раскаяние, и нате вам – острый приступ боли в животе. – Помолчав, Ясуэ добавила извиняющимся тоном: – И еще… Моя знакомая, которая бросила на сиденье сумку, в душе совсем неплохая и не имела в виду ничего дурного, просто для нее такое поведение – норма. Да, я виновата в том, что ничего ей не сказала, но мне было безумно неловко за то, каким способом она заняла для меня место. Поверьте, я не знала, куда деваться от стыда.
Студентка опустилась на скамейку рядом с Ясуэ.
– Извините за бестактность. Я брякнула, что в голову пришло.
– Нет-нет, вам не за что просить прощения. Это я размазня, не сумела правильно прореагировать.
– Вовсе нет. – Девушка пристально посмотрела на Ясуэ. – Если бы вы что-то сказали, та, которая бросила сумку, принялась бы вас буллить. Знай я, как обстоят дела, ни за что не поставила бы вас на одну доску с ними даже в воображении. Вы уверяете, что она не имела в виду ничего дурного, но я так не считаю.
– Буллить? – переспросила Ясуэ.
– Ну, травить. Так сейчас говорят. Стала бы выкуривать вас из группы.
– Надо же, никогда не слышала этого слова.
– Вы всегда носите с собой лекарства от боли в желудке?
– В последнее время у меня участились такие рези, – уклонилась от прямого ответа Ясуэ.
– И возникают они каждый раз, когда вы куда-нибудь выбираетесь с этой компанией?
Кивнув, Ясуэ прерывисто вздохнула.
– Простите, что вмешиваюсь не в свое дело, – произнесла студентка нарочито небрежным тоном, – но, возможно, вам стоит перестать общаться с этими дамами? Ведь к лекарствам рано или поздно сформируется привыкание.
Ясуэ наклонила голову, а девушка не унималась:
– Для вас общение с ними один сплошной стресс, раз на фоне совместных поездок ваше самочувствие так ухудшается. Обратите внимание, едва вы оказались вдали от тех дам, мигом пришли в себя.
Если говорить начистоту, Ясуэ смутно осознавала это и сама, но не пробовала что-либо изменить – боялась проблем, которые могут начаться, стоит ей попытаться порвать связи с псевдоподругами из старого родительского комитета.
– Ну… я с ними уже очень давно знакома.
– Не сочтите за дерзость, но мне кажется, что вы среди них как белая ворона.
Ясуэ инстинктивно сжала бутылочку с водой. Девушка словно ее мысли прочла…
– Когда ты едешь вместе с кем-то в поезде и попутчику становится плохо, следует выйти с ним на ближайшей остановке и убедиться, что он пришел в себя, или вызвать врача. Так поступил бы любой порядочный человек, пусть даже это нарушило бы его планы. Ваши курицы и с места не поднялись, только заквохтали: «Ай-яй-яй, ну вот, а как же обед?» Им до лампочки, пропустите вы трапезу в ресторане или нет. Даже не потрудились изобразить сочувствие или хоть как-то вас поддержать, тьфу!
– Хм-м… Пожалуй, вы правы. – Ясуэ вновь поймала себя на том, что кивает, соглашаясь с доводами собеседницы. В сущности, с каждым годом общение с этой дамской компанией приносило все меньше удовольствия. После окончания средней школы дети перешли в другие, так что встречи бывших участниц родительского комитета проходили скорее по привычке, а фактически их уже ничто не объединяло.
Внезапно студентка помрачнела.
– Кроме того, если у человека, с которым вы регулярно видитесь, иные приоритеты и его общество приносит вам тягостные ощущения, лучше вовремя вычеркнуть его из жизни. В противном случае чем дольше вы остаетесь рядом с ним, тем сильнее рискуете принять его убеждения и забыть свои.
«Судя по тому, как печально звучит ее голос, она пережила болезненное расставание… – предположила Ясуэ. – Вот ведь, совсем молоденькая, примерно ровесница моей дочки».
– Не предавайте себя, иначе это обернется против вас. Заметьте, вы уже и так заработали себе приступы боли на нервной почве, а дальше что будет? – Девушка развела руками. – Ну, какой вариант вам больше по душе?
Ясуэ ответила вопросом на вопрос:
– Зачем вы мне об этом говорите?
– В недалеком прошлом в моей жизни была черная полоса, – помолчав, отозвалась студентка. – Я боялась, что окончательно зашла в тупик. Встреча со случайной попутчицей в электричке вправила мне мозги, и я сделала первый шаг к спасению. Сегодня я сама стала случайной попутчицей, которая помогла человеку в беде – то есть вам. Вот зачем.
Днем поезда по линии Имадзу ходят примерно каждые десять минут в обоих направлениях. Со стороны переезда послышался грохот, предвещающий прибытие следующей электрички.
– Спасибо. Надеюсь, вы сейчас сядете в поезд и продолжите путь. А я отправлюсь обратно домой.
– Да. Вроде вам уже лучше. Но все равно, пожалуйста, проявляйте осторожность.
Студентка поднялась со скамейки и направилась к краю платформы.
Когда поезд подошел, Ясуэ крикнула:
– Для начала я постараюсь хоть немного дистанцироваться от этой компании!
Девушка обернулась, с улыбкой показала большой палец вверх, а затем вошла в вагон, не оглядываясь на Ясуэ, – словом, повела себя так, как и подобает случайной попутчице.
Пройдя через турникеты и шагая к платформе на другой стороне станции, Ясуэ размышляла.
Она договорится с начальством и увеличит количество рабочих часов. Правда, сперва следовало обсудить вопрос с мужем, который получает налоговый вычет на иждивенцев, но Ясуэ не сомневалась, что они придут к оптимальному решению.
В последнее время у семьи туго с финансами. Кроме того, сын скоро заканчивает школу, а значит, нужно откладывать деньги на его дальнейшее обучение. Ясуэ постепенно сократит число встреч с кичливыми модницами, и однажды они перестанут звать ее в свои расточительные гастрономические поездки, тем более дамы и сейчас воспринимают ее как никчемный балласт, так что потеря для них будет невелика.
Если она признается, что причина в деньгах, «подруги» наверняка примутся критиковать ее мужа – мол, он совершенно неспособен обеспечить ей достойную жизнь. К счастью, подобные замечания несильно заденут Ясуэ, и тем не менее ей станет гораздо легче, когда отпадет необходимость раскошеливаться на дизайнерские вещи и обеды в дорогих ресторанах, просто чтобы держаться с этими особами наравне. Семейной копилке отсутствие подобных трат пойдет только на пользу. К примеру, на сэкономленные сегодня пять тысяч они втроем сходят в любимый ресторанчик сына, расположенный недалеко от дома, и семья будет сыта и довольна.
А главное…
Ясуэ не придется больше выслушивать от незнакомых людей фразы в духе: «Ну и тетки… Полный отстой!»
