Текст книги "Солнце в Овне (СИ)"
Автор книги: Хельга Франц
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)
Глава 32
На третьи сутки меня и Илью Артём забирает домой. Нас сопровождает целая машина с его людьми.
Похоже, похищение не только на нас произвело неизгладимое впечатление. Ярового тоже встряхнуло, раз он усилил охрану.
Надеюсь, до сопровождения в туалет в его доме не дойдёт.
Как только приезжаем на место, сразу иду на кухню поздороваться. И попадаю в крепкие, пахнущие свежеиспеченными булочками, объятия Марты. У неё даже слёзы по щекам текут.
– Это ж кто посмел мою девочку обидеть, а? Ироды! – Причитает она, не выпуская меня из захвата.
Но как только в помещение заходят Илья и Артём, меня тут же отпускают на волю.
Да, выражение чувств при Яровом тут не приняты. И перестроиться людям сложно. Я-то как раз всеми руками за обнимашки.
Ну ничего, поправим.
– Скоро накрою обед в столовой. – Отчитывается перед Артёмом домоправительница, вытирая слёзы краешком полотеца. – Уже всё готово.
– Накрой на троих, пожалуйста. Мы всей семьей пообедаем. – Прошу я с улыбкой.
И даже не знаю, кто больше удивлён: Марта или мужчины.
– Что? Вы же братья? Вот и пообедаем в семейном кругу, как все нормальные люди.
– Нормальные люди – это не про нас. – Вставляет свои пять копеек Илюха.
– Будем исправлять. – Стою на своём я, упрямо глядя в глаза Артёму. Попробуй переубеди.
– Мне всё равно. Это была инициатива Ильи. – Пожимает плечами муж. Его телефон звонит. Посмотрев на дисплей, мужчина разворачивается и уходит в сторону кабинета.
Вот, значит, как. Это Беда ввёл за правило обособиться и питаться отдельно, делая вид, что они не родственники.
Неожиданно. Я думала, мой нелюдимый муж так постановил.
То, что у Ильи были какие-то привилегии по сравнению с остальными, было понятно сразу. Он один тут разгуливал, где хотел.
Но чтоб игнорить брата. Не порядок. Так в семье не делается. Но раз Артём его этому не научил, придётся мне заняться.
– Вот и отлично. Раз все согласны, встретимся в час за обедом. – И не дожидаясь ответа, отправляюсь наверх на свой чердак. Я уже соскучилась по работе. Хотя пока не представляю, как буду одной рукой печатать.
– Э-э-э… как бы мне и так было неплохо. – Тянет в догонку Беда. Но его уже никто не слушает.
Практически бегом взбираюсь по лестнице на третий этаж.
В этот раз дом Артёма воспринимается мной совсем по-другому. Уже не чувствую себя узницей. Я теперь неотъемлемая часть всего этого.
Надеюсь, надолго, но не уверена в этом. Кто знает, как быстро Яровому надоедают женщины. Но хочется подольше побыть в этом состоянии.
Наверное, наивно с моей стороны ожидать, что он полюбит меня всей душой, и больше никогда не отпустит от себя. Он слишком взрослый и матёрый, чтобы довольствоваться такой неумехой, как я.
И как только он это поймёт… Лучше не думать. Пусть идёт всё так, как идёт. Я уже решила для себя, что не смогу сама отказаться от мужа. Вот если прогонит, тогда и буду думать, что мне делать дальше… без него.
Или всё же «когда прогонит…»?
Захожу в своё любимое пространство. Вот моё место силы. Я и правда ощущаю себя сейчас немного ведьмой.
Зажмуриваюсь. Наполняюсь здешней атмосферой, визуализируя, как я это умею. Наконец мой мир вернулся на свою орбиту.
Смеюсь от переполняющего меня чувства довольства и умиротворения.
Оказалось, совсем неважно, где эта комната находится. В огромном дворце Ярового, или в моей маленькой двушке на окраине.
Главное, что в ней всё как я люблю, каждая мелочь продумана и на своём месте. Мебель удобна и радует глаз своей расцветкой.
Сажусь за свой стол. Глажу ноутбук и книги здоровой рукой. Здесь совсем нет пыли. Удивительно. Спасибо Марте за её заботу. Ждала меня. Не сомневалась, что вернусь.
Обед проходит без сучка без задоринки. Мы мирно общаемся за столом. Преимущественно с Ильёй. Артём как всегда больше молчалив. Но на вопросы, заданные напрямую ему, отвечает.
Меня это воодушевляет. Я полна энтузиазма вдохнуть в этот дом жизнь, смех и нормальное общение между проживающими.
После обеда я снова возвращаюсь на свою мансарду. Проверяю накопившуюся почту. Отвечаю клиентам, извиняюсь за задержку. Одной рукой получается медленно. Но я не сдаюсь.
Через некоторое время моё уединение нарушает Артём.
Он без стука и стеснения входит в комнату с целой кипой бумаг, лежащих стопкой на ноутбуке в его руках. Во второй руке – телефон, в котором он на ходу что-то пишет.
Даже не взглянув на меня кладёт своё добро на журнальный столик у диванчика, пододвигает его к полюбившемуся креслу и усаживается в него.
Мои глаза с каждой секундой рискуют выпасть из орбит.
А что собственно происходит? Я что-то пропустила?
Следом за Артёмом заходит Марта с чашкой ароматного кофе и ставит его на столик рядом с моим мужем.
– Алёнушка, тебе принести кофе или чаю? – Тихо спрашивает, улыбаясь, Марта. – У меня такие булочки есть, пальчики оближешь. Тебе парочка не помешает, совсем исхудала. Бедная моя ласточка.
– Спасибо, от чая с булочками я бы не отказалась. Я могу сама спуститься.
– Что ты, что ты! Сейчас всё принесу.
Она с довольным видом уплывает из комнаты.
Я не успеваю ничего спросить у Артёма, чтобы прояснить ситуацию, как в мой давир размашистым шагом заходит Глеб. А мне остаётся только хлопать глазами.
– Тём, я тут кое-что нарыл. Тебе следует посмотреть. Похоже им кто-то слил информацию о поездке Алёны и Ильи в ТРЦ в тот день. – Бросает быстрый взгляд на меня. – Может в другом месте это обсудим?
– Продолжай.
Глеб пожимает плечами и продолжает как ни в чём не бывало.
– Короче, судя по тому, что они собрались спонтанно в тот же день, а не планировали это заранее, скорее всего это кто-то из наших, кто был в это время в доме.
Ах да, я же совсем забыла!
Глава 33
– Собери личные дела тех, кто был тогда, изучи сам и принеси мне. – Отдаёт приказ Артём. – Не верю, что среди нас есть крыса. Я сам всех тщательно отбирал.
Глеб так же стремительно уходит, как и пришёл.
– Глеб прав, в твоём окружении предатель. – Начинаю я.
– Это тебе космос подсказал?
– Нет. Это те придурки, что нас похитили, думали, что я в отключке и проговорились.
Артём задумчиво смотрит на меня. Изучает внимательно лицо. Интересно, как я выгляжу в его глазах?
– Вычисли его.
Что?! Это шутка?
– Как? Не по адресу обращение.
– Ты первоклассный аналитик и психолог. Вот и примени свои знания.
– Я – астролог.
– Один чёрт.
Чёрт тут действительно один, и это точно не я. Любит он обесценивать то, чем я занимаюсь.
Возвращается Марта с чаем и булочками. Ставит их на мой стол с тёплой улыбкой. И молча удаляется.
– Я дам тебе почитать дела людей, когда их принесёт Глеб. Попробуй прикинуть, кто бы мог слить инфу и почему.
А ведь я утаила от него кличку, которой называли ту самую крысу. Намеренно. Боюсь, он первым делом подумает на Илью. Не хочу его подставить. Я убеждена, что это не он.
Артём слишком порывист и импульсивен. Всех неугодных сметает со своего пути. И мне не дают покоя его сбитые костяшки. Это он за нас мстил. Я чувствую. Даже не представляю, что он сделает с Илюхой, если подозрения на него падут.
Надо самой прощупать, может действительно отыщу что-то в личных делах его сотрудников.
– Я попробую, но ничего не обещаю.
– У тебя получится. Я уверен.
Он снова зарывается в свои документы, не замечая меня. И вроде следует оставить его в покое. Вся его поза об этом кричит. Но как бы мы на моей территории. Это не его мир. А мой.
Продолжаю буравить Ярового взглядом. Но он не обращает внимания. Дракон толстокожий.
Опять не успеваю издать ни звука, как в комнату влетает Беда со своим ноутбуком.
Проходной двор какой-то!
Что они все здесь забыли?!
Это захват территории без объявления войны? Мне уже начинать обороняться?
Я им комнату не отдам. Пусть даже не надеются. По соседству есть ещё две. Хоть и не такие удачные, как эта, на мой взгляд. Вот пусть расчищают и обустраивают.
– Семейные посиделки? – Ехидничает Илюха, и без стеснения хватает булочку с моего стола. Усаживается на мой любимый диванчик, устраивая ноут поблизости. – Чего меня не позвали?
– Нашёл то, что просил? – Игнорируя его вопросы, строго спрашивает Артём без намёка на улыбку.
– Неа. Там такие пароли, что мне несколько дней их взламывать придётся.
– И?
– Так я не к тебе, а к Алёнке пришёл. – Отрезает Илюха, разворачиваясь ко мне. – Ты в курсе, что наши тебе кликуху дали. Ты теперь у нас «Ржавая кошка».
Смотрю на беду в недоумении.
– В смысле?
– В прямом. Наши, когда узнали, что ухо прокусила и морду того бородатого чёрта исполосовала именно ты, вспомнили, что есть такая дикая хищница – ржавая кошка – самая маленькая в природе. Окрас чаще всего рыжий. Она, когда охотится, молниеносным прыжком впивается ногтями в затылок и съедает жертву. Ну прям как ты тогда.
Довольный собой поедает мои булочки Илья. Троглодит. Как не в коня корм. Сколько ж в него влазит?
– Так что считай, ты прошла посвящение. Теперь ты часть команды Ярого. Мужики тебя зауважали.
– Меня это к чему-то обязывает?
– Вообще ни к чему. Просто тебя приняли. Ты теперь своя в доску, сестрёнка. – Идёт ко мне вразвалочку Беда.
А я шокировано только глазами хлопаю, и ощущаю крепкие руки у себя на плечах. Это меня Илюха приобнял… в знак посвящения, наверное.
Ржавая кошка. Ну надо же было придумать.
– Руки убрал. – Тихо цедит Артём.
Он даже на нас не смотрит, что-то в ноутбуке печатает. Но мы сразу понимаем кому и почему это было сказано.
Илья отпускает меня и отходит в сторону.
– Строгий у тебя цербер, Алёнка. Бросай его. Скучный он. – Полушёпотом бросает в мою сторону парень. Но его, конечно, слышат все. Артём никак не реагирует.
– Я жду результатов. – Припечатывает тяжёлым взглядом Илью.
– Будут тебе результаты, будут. – Устало вздыхает Беда.
Не могу смотреть на то, как они общаются. Спешу разрядить обстановку.
– Может сегодня после ужина фильм все вместе посмотрим? – Не теряю надежды сдружить их.
– С ним? – Указывает пальцем на Артёма Илья, задержавшись в дверях.
– Да, все втроём.
– Роботы не смотрят кино, ты не знала? Они только работают.
Артём ничего не отвечает. Кроме движения бровей, больше никакой реакции.
Ну как дети, ей богу.
– Давайте так, я выбираю фильм. А вы просто придёте к нужному времени.
– Ну как скажешь, золотце.
И вот теперь Артём издаёт предупреждающий рычащий звук.
Любит Илюха нарываться. Специально брата провоцирует. Экстремал, млин.
Глава 34
Когда Глеб заносит стопку папок, Артём забирает их из его рук и несёт ко мне. Сортирует. Выкладывает несколько отдельно.
– Эти трое вас в ТРЦ сопровождали. Они уже уволены. Но всё равно глянь. Остальные были накануне и в день поездки в доме.
Он уволил троих охранников из-за того, что нас похитили? Зачем так жёстко? Может они вообще не при чём.
С этой стороной Ярового мне до сих пор сложно смириться. Он словно дровосек отсекает топором всё, что вдруг становится ненужным. Малейшая ошибка – на казнь. Без разбора. Без объяснений. Малейший проступок – вон с его орбиты. Без суда и следствия.
Это меня пугает. А вдруг я тоже когда-нибудь накосячу. Меня он также вышвырнет вон? А я могу. Я по правилам не умею жить. Мне в рамках тесно. Люблю творить, стирая грани дозволенного.
– Может кто-то подслушал наш разговор с Глебом в моём кабинете, когда я давал распоряжения о вашей охране? – Продолжает как ни в чём не бывало рассуждать Артём. Не подозревая о моих душевных терзаниях.
– Нет. Звукоизоляция в твоём кабинете отменная. Я проверяла. Ой! Я не это имела в виду…
Чёр-р-рт! Язык мой без костей.
Артём с подобием улыбки окидывает меня любопытным взглядом. Он ведь улыбается? В его голове происходит какой-то мыслительный процесс. Но молчит.
– Оставь их. Я посмотрю. Потом скажу, что думаю. – Пряча взгляд, быстро тараторю я. Тушуюсь. Язык мой до добра меня не доведёт.
Ему никуда не надо? Чего всё тут ошивается? Ну невозможно же работать.
И как по волшебству у мужа начинает звонить телефон на столике. Он медленно подходит и берёт его в руки. Но не отвечает. Бросив на меня короткий нечитаемый взгляд, выходит из комнаты.
Да! Да! Да! Пусть перевернётся на твоей улице грузовик с конфетами, так вовремя позвонивший! Можно выдыхать. Надеюсь, когда он вернётся, то забудет о моих словах.
Перекрещиваю пальцы на здоровой руке. Только бы забыл. Как неудобно получилось.
Стараясь отключиться от оплошности, начинаю читать досье на людей Ярового. Просматриваю папку за папкой. В каждой есть фото. Строгое, как на паспорт. Но мне помогает дополнить картину.
Надо найти этого человека. Но как? Я же никогда таким не занималась.
Сухие факты биографии мне ничего не дают. Не вижу никаких зацепок.
«Лохматый». Они называли его «Лохматый». Почему? Что их навело на такую мысль?
Меня прозвали «Ржавой кошкой», потому что рыжие волосы, и я вцепилась в бородатого со спины когтями и зубами, располосовав его лицо и разодрав ухо. Действительно, прям как кошка.
А тут почему «Лохматый»? Какая могла быть ситуация?
Пролистываю по-новой папки, рассматривая странички с фото. Разбираю на кучки. В одной двое, потому что изображены с волосами более длинными, чем сейчас.
В другой пятеро, полностью лысые. Этих выделила, потому что может «Лохматый» – это сарказм.
Ищу в их биографии что-то, чем можно было бы шантажировать. Но ни детей, ни престарелых родителей нет.
Большинство бывшие военные, из спецподразделений. Одиночки.
Снова начинаю с начала. По-новой просматриваю фотокарточки, вглядываясь в лицо.
У всех покерфейс. Но глаза одного из них меня чем-то цепляют. Короткостриженый. Не подходит ни в стопку с волосами длиннее нормы, ни к лысым.
Но внутри что-то сжимается, когда я смотрю в это лицо. Обычные черты. Незапоминающиеся. Даже если я его видела, в голове не отложилось.
Но взгляд… такой… сомневающийся, что ли. Словно на перепутье. Нет той решительности, что и у всех. Об этом говорят положение бровей и степень открытия самих глаз, диаметр зрачка.
Вчитываюсь в его данные – Сергей Витальевич Патлатый.
Патлатый, Лохматый – созвучно. Патлатый. Патлатый.
Лезу в браузер, вбиваю слово "патлатый", ищу значение.
Небо! «Косматый, с патлами». Ну конечно! Патлы! Неужели он?
– О чём ты думаешь? – Врезается в мои думы Артём.
Ух! Как он с такой комплекцией может так тихо передвигаться. Совсем бесшумно. Я даже если очень захочу, не смогу так. И ведь вешу вдвое меньше его.
А Яровой тем временем проходит ко мне за спину и читает открытую страничку:
– Косматый? И к чему это?
– Я не уверена.
– Говори.
– Те люди, что нас похитили, называли предателя «Лохматый». Я пыталась подобрать человека под эту кличку. Получилось двое с более-менее длинными волосами на фото. Пятеро лысых, на случай, если кличка – это издёвка. Ну и этот Патлатый. Тоже подходит.
– Хм.
– А ещё взгляд…
– Что с ним не так?
– В нём сомнение. В отличие ото всех остальных.
Артём достаёт из кармана телефон. Нажимает на вызов.
– Зайди в поднебесье.
Это он так мою комнату называет? Поднебесье? Красиво.
Через минуту появляется Глеб.
Пересказываю ему всё то же самое, что и Яровому. Он только кивает. Ничего не говорит.
Непонятно, считает ли он мои доводы стоящими внимания или нет. Но забрав все выделенные мной папки, уходит.
Надеюсь, невинные головы не полетят? Как же тяжело выносить кому-то приговор.
Глава 35
До конца дня новостей по поиску предателя не поступает.
Глеба нигде не видно. Артём тоже молчит, как воды в рот набрал.
Хотя о чём я? Это его нормальное состояние.
Вечер проходит, как я и планировала. Мы все вместе ужинаем. Потом идём смотреть приключенческий фильм, который я выбрала.
Зайдя в гостиную, Артём сразу устраивается рядом со мной на диване. Заграбастывает одной рукой к себе под бок. Пока я включаю телевизор и ищу нужный файл на флешке, куда заранее закачала кино, муж жадно дышит моими волосами. Словно надышаться не может.
Начинается всё довольно миролюбиво. По-домашнему.
Илье мой выбор точно нравится. Это ясно по его комментариям и интересу, с которым он смотрит, сидя в кресле.
А вот по Артёму, как всегда, сложно судить.
Первую половину фильма я держусь, делая вид, что действие на экране меня захватило, и ничего другого я не замечаю.
Но вот после…
Внимание всё чаще уплывает к мужчине рядом.
Он так близко сидит, что я чувствую, как вздымается его грудь от глубокого дыхания.
И хоть фильм мой любимый, сосредоточиться на нём мне сложно. Я всё время отвлекаюсь на свои ощущения. А Яровой только усугубляет ситуацию, поглаживая мою шею кончиками пальцев.
За весь день Артём не сделал ни единого интимного намёка в мою сторону. Никаких лишних прикосновений. А ведь большую часть дня мы провели вместе. В одной комнате. В поднебесье.
А сейчас ведёт себя так, словно это норма наших отношений.
Мужские пальцы опускаются на предплечье. Вырисовывают там непонятные узоры.
Губы Артёма приближаются к моему уху.
– Ты охренительно пахнешь. – Едва слышно произносит мужчина, прищипывая мочку моего уха.
И я плавлюсь.
Мои пробки вышибает.
Господи, Боже мой! Из этого мужчины тестостерон просто выплёскивается. Его следует запретить законом. И впускать в женское общество только под охраной.
Мои волосы подрагивают от его дыхания.
Мой сердечный ритм сбивается. Руки начинают слегка дрожать.
Трусики намокают.
Чтобы сдержать волны удовольствия, которые я то и время ловлю внизу живота, дважды скрещиваю ноги – не только в районе коленей, но и цепляюсь щиколотками.
Он ещё даже не начал меня ласкать, а я уже возбуждена как никогда прежде.
Кусаю нервно свои губы.
Воздух вокруг нас становится густым. Чтобы сделать вдох, приходится прикладывать усилие. Всё время думаю об этом. Потому что стоит перестать, как начинаю задыхаться.
Его рука возвращается на мою шею, ведёт пальцами к подбородку, потом назад. Задерживается на ушке. Обводит медленно раковину. Поправляет волосы.
Я снова чувствую, как он утыкается носом мне в волосы и делает глубокий вдох.
Забываю, зачем мы здесь. Кто мы есть.
Прикрываю глаза и позволяю горячим ощущениям страсти проникнуть в меня в полной мере.
Тяжёлая тягучая аура мужчины поглощает с головой. Порабощает. Наполняет мои ноздри его парфюмом. Флюиды нашего влечения повышают в сотни раз мою чувствительность..
Мне кажется, от нас даже пахнет возбуждением.
Внутри всё пылает. Грудь тяжелеет. Внизу живота пульсирует. Чувствую, что объятьями дело сегодня не закончится.
Тело ждёт продолжения. Мне и хочется, и страшно. Страшно разочаровать своего мужчину.
Я в этом профан. Ничего не умею, никаких ярких эмоций от процесса не испытываю.
Даже то, что переживаю сейчас в разы ярче, чем то, что я ощущала во время секса со своим бывшим партнёром.
От этой мысли распахиваю глаза и немного возвращаюсь сознанием на Землю.
Взгляд случайно выцепляет Илью.
О звёзды! Я про него совсем забыла.
Начинаю принудительно глубоко дышать, чтобы успокоиться. Сосредотачиваюсь на экране. Заставляю возбуждение затухнуть.
Переключаюсь.
Как только на экране появляются титры, я вскакиваю с хриплым вскриком:
– Ну вот и всё!
И падаю навзничь на пол.
Я совсем забыла о том, как мудрёно переплела свои ноги и их ещё надо постараться распутать. Благо, приземлилась не на больную руку. Повезло.
Дьявол!
– Всё нормально? – Усмехаясь интересуется Беда. – Тебе помочь?
– Нет. Спасибо. – Раздраженно буркаю я.
Конфуз – это моё второе имя. А уж завершить вечер без неловкой ситуации мне надо постараться. Чему тут удивляться? Пора бы уже привыкнуть.
Хорошо, что в комнате темно. На нас рыжих краска стыда и смущения видна ярче, чем красный свет на светофоре.
Как только распутываю ноги снова вскакиваю. Но Артём перехватывает меня, с лёгкостью забрасывая на своё плечо.
– Пора спать. – Ставит Яровой жирную точку на наших посиделках. Расположив свою ладонь на моей пятой точке, словно припечатав, выходит из комнаты.
– Спокойной ночи. – Доносится ехидное пожелание Ильи нам в спину.
О Боги!
Глава 36
Животом чувствую, как перекатываются мышцы на спине и плечах Артёма. В отличие от Ильи, он по-мужски строен, мускулист и накачан.
У меня от его вида слюнки текут. И, скорее всего, не только у меня.
Пока Артём не спеша поднимается со мной по лестнице, я то и дело зависаю взглядом на его заднице. Ну а куда мне ещё смотреть, находясь вниз головой на плече? Там есть на что посмотреть. Подтянутая, округлая. Я ему даже немного завидую.
Вселенная что-то явно перепутала, когда создавала его. Зачем мужику такая задница? Вот женщине понятно, зачем. А мужику? Это надругательство над всем женским родом.
На ум откуда-то из подсознания приходит стишок: «Ваша попа, как орех, так и просится на грех».
Мне и правда хочется пожамкать его ниже спины. Но я ни за что в таком не признаюсь. Ни за какие коврижки.
Оуч!
Зажимаю в кулаке его рубашку на спине. Нельзя давать рукам волю. Нельзя!
И расслабляться нельзя. Когда я расслабляюсь, то начинаю действовать на автопилоте. А сейчас мой автопилот сломан. Его малость заклинило. На одном соблазнительном теле.
Алёна, что за дичь у тебя в голове?
Артём заносит меня в нашу спальню. Аккуратно кладёт меня на кровать. И уперев кулаки по обе стороны от моей головы, начинает плотоядно разглядывать моё тело.
– Ну что продолжим?
– Эмм…
Он чувственно проводит губами по моей щеке.
Спускается к шее.
Уделяет внимание каждой ключице, лаская их языком. Прижимается губами к пульсирующей венке в углублении между ними.
Раздевает меня. Медленно. Покрывает нежными поцелуями каждый новый оголившийся участок тела.
Моя грудь пылает. Соски затвердели и покраснели, словно рябина на морозе.
Меня скручивает от сладострастной судороги.
Мышцы живота сжимаются.
Токи желания стекают ниже. Сосредотачиваются где-то в трусиках, которых через мгновение я лишаюсь.
Ох!
Где-то на подсознании слышу глухой звук захлопнувшейся двери. Меня подбрасывает на кровати и отключает от нашей вакханалии.
Артём замечает, что я чувственно уже не с ним.
– Что такое?
– Мммм… ничего. Дверь хлопнула.
Разглядывает меня как диковинку. От его взгляда у меня словно ожоги на коже остаются.
Я вся горю.
Но мозг думает о другом. Сумбурно вспоминает события дня. О том, о чём сейчас вообще неуместно думать, но поделать с собой ничего не могу.
– Ты где-то не со мной.
Упс!
– Прости. Не могу забыться, что-то всё время отвлекает.
– Понятно.
Артём привстаёт на кровати.
Нет, нет, нет! Вернись!
Дотягивается до своего телефона. Листает там что-то.
Я всё испортила! Идиотка!
– Слушай, это всё неважно. Мужчины слишком преувеличивают женское удовольствие от секса. – Начинаю я неуверенно.
– Преувеличивают? То есть оргазма у тебя ни разу не было? – Бросает на меня любопытный взгляд муж.
– Нет. – Эта тема меня смущает. Начинаю тараторить. – Я знаю, что у женщин идёт всё от головы.
И моя явно не понимает, что в эти моменты делать. Но это я уже думаю про себя. Не решаюсь озвучить.
– У вас от головы. Да. Поэтому вас надо вырубить, разогнав всех тараканов по норам. – Продолжает тягуче медленно тихо говорить, высматривая что-то в телефоне.
От тембра его голоса по телу разбегаются мурашки. Я бы его слушала и слушала.
Вот только! Что он только что сказал?
– Эмм… – Он правда собирается меня вырубить?
Сладкое удовольствие, разливающееся у меня внизу живота, окончательно перекрывается удивлением и насторожённостью.
– Образно, ведьмочка моя рыжая. Всего лишь образно. Просто надо вас сначала заласкать так, чтоб мозг завис на происходящем, вытесняя всё остальное. А живность боялась нос показать из своего укрытия.
И тут Артём включает чувственную брутальную музыку: Bon Jovi – Bed of Roses.
– Смотри на меня. – Командует в своей грубой манере.
Мужчина начинает раздеваться, снимая постепенно одежду. Музыка проникает в мои суетливые мысли, поселяя там страсть, вожделение, восхищение.
Рубашку.
Я вижу его перекатывающиеся мышцы. Сокращение пресса.
Во рту становится сухо.
Джинсы.
Я с усилием сглатываю.
Трусы-боксёры.
Божечки мои! Не выдерживаю и поднимаю взгляд к потолку.
– Глаза! На меня! – Снова отдаёт резкую команду муж.
Я возвращаюсь к разглядыванию его восставшей плоти. Этого он хотел? Внушительно. Надеюсь, мне не будет больно.
Артём тем временем устраивается поудобнее у меня между ног. Начинает пытку самой чувствительной и интимной лаской. И меня сносит от его губ и языка… там.
К музыке прибавляются мои стоны.
Мужчина, словно виртуоз, сочиняет мелодию моей страсти.
Ощущения начинают заполнять меня.
Этому жаркому напряжению тесно в моём теле. Оно рвётся наружу, выжигая меня сквозь вены.
Я чувствую его на кончиках пальцев. Оно вибрирует в висках, заглушая все посторонние звуки.
Становится нестерпимым. Тело выгибает.
Не справляюсь с натиском. Сдаюсь.
С криком срываюсь в космос. От взрыва меня расщепляет на астероиды.
Мне кажется, я больше ни на что не способна после такого. Но Артём доказывает обратное.
Войдя в меня до упора, начинает с силой двигаться во мне.
И с только ему известным ритмом вновь доводит до вспышки сверхновой.
От второй волны меня разрывает на метеориты.
На линии помехи. Связь с реальностью прервана.
