355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Григорий Кваша » Принципы истории. Россия от Востока через империю к Западу » Текст книги (страница 7)
Принципы истории. Россия от Востока через империю к Западу
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 08:57

Текст книги "Принципы истории. Россия от Востока через империю к Западу"


Автор книги: Григорий Кваша


Жанры:

   

История

,

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)

В дальнейшем, когда теория двинулась вперед, всенародные знаки стали именоваться открытыми, что, по сути, изменило очень мало. Открытые значит, люди с открытой душой, открытой улыбкой, часто у них и дом бывает открытый, а если позволяют средства, то и открытый стол.

ххх

В дальнейшем социальная структура знаков гороскопа еще преподнесет сюрприз, а пока все кажется ясным и замечательно симметричным. Пантин и Лапкин уходят в сторону, и предоставляется возможность соединить воедино личные гороскопы людей и ритмы истории.

Гражданские войны

Разумеется, в статье разговор ведется только о политиках, однако подразумевается, что гражданские войны ведет весь народ. При этом воюют не столько красные с белыми или коммунисты с демократами, сколько те, кто жаждет народного единства, с теми, кто ратует за разделение народа на богатых и бедных, умных и глупых, благородных и безродных.

Также хотелось напомнить, что "Гражданские войны" стали, по сути, первой совсем самостоятельной работой автора по истории.

"16 августа 1990, "СЦ", "Гражданские войны"

В 1881 году Россия в четвертый раз за свою тысячелетнюю историю вступила в 144-летний цикл силового преобразования уклада жизни.

36 лет длился латентный (скрытый) период, и до 1917 года мало кто догадывался, что Россия стала уже другой страной, с другим смыслом существования. 1917 год был для многих неожиданностью, но в целом он был предопределен очень жестко, даже в мелких своих подробностях.

Одной из подробностей являлась неизбежность кровавой гражданской войны в течение 4 лет – с 1917 по 1921 год. Иногда 1922 год называют концевым для Гражданской войны, но Россия в 1922-м уже не воевала (наступил НЭП), ее волновала экономика, а не политика.

В 1953 году (через 36 лет после 1917 года) наступила очередная революция, закончилась вторая 36-летка цикла – принудительная (террористическая). И началась третья – номенклатурная (партаппаратно-ведомственная).

Точно так же, как в 1917 году, началось военно-террористическое противостояние. Теперь уже на номенклатурном, аппаратном уровне началось новое гражданское противостояние. Ну и, наконец, в долгожданном 1989 году произошла революция, коей мы уже не чаяли дождаться, и мы вступили в четвертую, заключительную 36-летку, а заодно в четырехлетнее противостояние, на этот раз на информационном уровне, ведь и революция произошла информационная.

В чем сокровенный смысл этих исторических метаний? Дело в том, что в указанном 144-летнем волевом (имперском) цикле все хорошее происходит в момент всеобщей синхронизации, в момент единения нации (в то время как у цивилизованных народов поощряют именно индивидуализм). А для того, чтобы синхронизироваться, как следует, необходимо сначала как следует разругаться – это известно.

Остается разобраться в механизме уникальных синхронизаций или хотя бы определить их признаки. Для этого обратимся к структуре гороскопа.

Структура эта не слишком мощна и не определяет главные линии поведения человека, но в российских циклах ее значение очень велико.

Благодаря ей огромные группы населения периодически оказываются не в своей тарелке. До революции не в своей тарелке были всенародные знаки, сразу же после революции – эзотерики. Почему так происходит, достаточно очевидно. Всенародные знаки до революции, как и весь народ, заняты личным благоустройством либо личным творчеством. Вся эта деятельность не приносит им больших успехов, часто их преследуют неудачи, им тесен костюм индивидуалиста, душа требует простора. Когда же они пытаются заняться своим делом, общественно-полезной работой, борьбой с разъединением людей, то натыкаются на всеобщее непонимание, осуждение. В лучшем случае, на упреки в наивности.

Когда революция совершается, и старый строй, старая власть исчезают, то индивидуалисты больше не нужны народу как вожди. Народу становятся нужны синхронизаторы, т.е. всенародные знаки. Только они способны провести ту самую консолидацию, которая, конечно же, не ведет ни к какой демократии, но единственно спасает страну от развала. Ведь гражданские войны тем и хороши, что сначала все воюют со всеми, но постепенно уходят "синие", "зеленые", "белые", и побеждают центристы. Даже американцы поняли уже, что лучше одна большая Россия, чем сотни самостоятельных княжеств, готовых передавить друг друга.

На этом теоретическая часть закончена, и начинается практическая. Николай II, как ортодокс (Дракон), свои лучшие годы закончил в 1905 году, и последние 12 лет самодержавия правили эзотерики. Александра Федоровна, Григорий Распутин и Вырубова родились в год Обезьяны (надо думать, они неплохо понимали друг друга) и стали символами агонии старого режима

Все, кто не соответствовал эпохе, вынуждены были уйти. В смерти Столыпина (Собака) были заинтересованы, кажется, и левые, и правые. Процветали министры закрытых знаков. Горемыкин родился в год Кабана, Штюрмер – Обезьяна. Показателен состав, может быть, единственной организации, призванной спасти умирающий строй – "Совета объединенного дворянства". П. Милюков (Коза), П. Рябушинский (Коза), В. Маклаков (Змея), А. Шингарев (Змея), генерал М. Алексеев (Змея), В. Шульгин (Тигр), профессор П. Струве (Лошадь). Запомним этот состав. Практически без изменений он повторится еще дважды.

Конечно, приведенный список не отражает всего политического расклада тех лет, но, продолжая его, ничего нового мы не обнаружим: С. Прокопович (Коза), А. Коновалов (Кабан), Церетели (Змея), Керенский (Змея). Для кого-то взлет политического значения пришелся на середину 12-летия, для кого-то на самый конец 1917 года. Но все они к концу 1917 года пережили резкое падение своего политического значения.

Совершенно невероятно выглядело для стороннего наблюдателя возрастание роли открытых знаков. Малоизвестный до 1917 года В. Ленин (Лошадь) в течение одного года не только стал известен всей стране, но и смог эту страну перенацелить. Огромную популярность получил никому не ведомый до 1917 года Л. Троцкий (Кот). Медленно, но верно встал другой могучий Кот Сталин. Его власть достигла максимального значения в 1929 году.

Поскольку революция 1917 года была в основном военно-террористической, то из четырех открытых знаков она давала преимущества в основном Коту (террор) и Петуху (армия). Из Петухов наибольший успех сопутствовал М. Фрунзе, может быть, самому гениальному полководцу в человеческой истории, и Я. Свердлову, ближайшему помощнику Ленина – человеку-компьютеру, говоря по-современному. Значение Крысы было невелико, и все же Бухарин и Куйбышев – это те, кто определил созидательное лицо тех перемен. При этом надо помнить, что синхронизаторы появились не только на стороне новой власти, но и на стороне контрреволюционных сил. Там тоже шла синхронизация. Но намного менее успешно, и в конце Гражданской войны заправляли все те же закрытые знаки – Деникин (Обезьяна), Врангель (Тигр).

После 1929 года Сталин перестал играть положительную роль. Остальные открытые знаки кто сам догадался умереть, кто был уничтожен. И вот уже ближе к революции 1953 года политическое значение сохранили одни лишь закрытые знаки.

Берия (Кабан), Багиров (Обезьяна), Абакумов (Змея), Ворошилов (Змея), Молотов (Тигр), Калинин (Кабан) и Жданов (Обезьяна). Рядом с ними Коза, знак почти закрытый (Вышинский, Микоян, Булганин). Такова "гвардия" политиков, пытавшихся выжать последние крохи из умирающей модели лагерного социализма.

1953 год, с марта по декабрь, перевернул все с головы на ноги: мало кем учитываемый "клоун", шут гороховый, "Ныкыта", неожиданно набирает очко за очком в политической борьбе и вскоре уверенно приводит к власти партаппарат (отстраняя от власти НКВД).

Хрущев, как и всякий российский вождь-революционер, родился в год Лошади. Наступление всенародной 12-летки символизировали и возглавляли Подгорный (Кот), Шверник (Крыса), Щербицкий (Лошадь), Громыко (Петух) и многие другие, например, Николай Дудоров (Лошадь), ставший министром внутренних дел и в первую очередь отдавший 16 строительных главков, входивших в состав МВД.

Но особенно ярко после суровых и мрачных сталинских времен заблистала открытая улыбка всенародности в литературе, кино и прочих зеркалах нашей жизни. Первым учуял оттепель Эренбург (Кот), за ним пошло и поехало. Дудинцев (Лошадь), Вознесенский (Петух), Евтушенко (Петух), Окуджава (Крыса), Галич (Лошадь), Данелия (Лошадь), Рязанов (Кот), Солженицын (Лошадь).

Но уже 1965 год благополучно перевел страну в ортодоксальную 12-летку, а там и 1977-й набежал (1965-1977 – это точная датировка косыгинской реформы). Разумеется, Косыгин – ортодокс (Дракон). И мы все окунулись в эпоху индивидуализма и внутреннего расцвета личности.

Началась пора разложения власти. Волна за волной шли закрытые знаки. Рашидов (Змея), Киселев (Змея), Романов (Кабан), Устинов (Обезьяна), Черненко (Кабан), Тихонов (Змея). Умирают Суслов (Тигр) и Пельше (Кабан) и тут же новая волна: Андропов (Тигр) и Алиев (Кабан). Умирают Рашидов и Киселев – и сразу новая волна: Воротников (Тигр) и Чебриков (Кабан). Умирают Андропов, Устинов, Черненко, но сменяют их все те же закрытые знаки: Лигачев (Обезьяна), Рыжков (Змея), Соколов (Кабан). Страна уже ждет революцию, но время еще не пришло.

1985 год дает последнюю волну закрытых знаков: Яковлев (Кабан), Зайков (Кабан), Никонов (Змея), Язов (Кабан), Медведев (Змея), Примаков (Змея). Тут необходимо отметить, поскольку речь идет о людях, что закрытые знаки в третьей 12-летке – это большое благо, другие были бы еще хуже. Виноваты не сами знаки, а их время. Разумеется, оптимальным было бы пребывание у власти именно Тигров, как сильнейших среди закрытых политиков, например, Андропова или Воротникова.

Что касается искусства, то и тут главенство закрытых знаков было впечатляющим: Тарковский (Обезьяна), Любимов (Змея), Герман (Тигр), Высоцкий (Тигр) и длиннейший список артистов закрытых знаков.

Замечательный список наших лучших мультипликаторов представлен практически одним знаком – Змея (Норштейн, Бардин, Хитрук, Амальрик, Угаров, Назаров и т.д.). Ну и, конечно, литературные кумиры, те, кого мы читали весь застойный период: Платонов (Кабан), Набоков (Кабан), Пастернак (Тигр), Аксенов (Обезьяна), Войнович (Обезьяна), Гроссман (Змея). Теперь пришло время закрытым знакам подвинуться. Не все осознали, что пришло время новых людей, новых идей. Благородно ушел Воротников. Другие цепляются, не желая понять, что время требует истинной открытости, а не игры в гласность и демократичность. Чикин (Обезьяна), Андреева (Тигр), Полозков (Кабан), Макашов (Тигр) и многие другие проигрывают один бой за другим. Так что с закрытыми знаками все ясно. А как открытые? Где их взять? Главной фигурой, которую подарил 1989 год, был академик Сахаров (Петух). Из великого человека, о котором многие знали, но которого почти никто не слышал, он превратился во всесоюзного вождя и учителя. Разумеется, перенести такое напряжение истерзанному организму было страшно трудно. Фактически Сахаров сжег себя во имя нашего единения.

ххх

Статья "Гражданские войны" на многих оказала сильное воздействие, была неоднократно перепечатана в разных изданиях. Но как ни странно, наибольшее воздействие оказала она на своего автора. На какое-то время я попросту застрял на этой теме. Стал учитывать один-единственный фактор. В результате появилось довольно большое количество однобоких работ, прогностическая сила которых оказалась небольшой, а научная ценность не превысила ценности самой первой статьи. Радостно приветствовались любые лидеры открытых знаков. Другие факторы, известные уже в это время, такие, как принадлежность к классу технократии или к сфере информационных систем, не слишком учитывались.

Впоследствии, когда посыпались один за другим многие фигуры открытых знаков: Гавриил Попов (Крыса), Станкевич (Лошадь), Грачев (Крыса), – когда страна упорно отказывалась слышать то Солженицына (Лошадь), то правозащитника Ковалева (Лошадь), стало ясно, что фактор этот далеко не первостепенен, по крайней мере, в политике.

Тем не менее, как одна из составляющих общего уравнения исторической алгебры, идея о гражданских войнах открытых с закрытыми остается.

Таким образом, подводя промежуточный итог, можем сказать, что есть последовательность подъем-стабилизация-спад (застой) и параллельно с ней последовательность идей открытых-ортодоксальных-закрытых. И там и там речь идет о 12-летиях. Однако алгебра с этого только начинается. Нас еще ждет достаточно сложная идея о раздвоенности мира Запада и мира Востока, более простая и все же достаточно тонкая идея о фазовом запаздывании экономики и идеологии и, наконец, идея о формировании 12-летий по образу и подобию арифметических четырехлетий.

Ну а пока нужно выжать все возможное из идеи борьбы старого (закрытого) с новым (открытым).

И пошли чередой работы про уход закрытых знаков и приход открытых. В том же 1990 году выходит статья "Берегите Тигров", в которой описывается феномен тигриного присутствия в российской власти на роли серых кардиналов. Патриарх Филарет правил при первом Романове – Михаиле Федоровиче. Остерман был советником Петра и Анны Иоанновны. Петр Шувалов был фактическим руководителем правительства при Елизавете Петровне. Первейшим из первых при Екатерине II был Григорий Орлов. При большевиках тенденция продолжается: у каждого правителя есть свой Тигр, а то и два-три. При Сталине – Молотов и Маленков. Потом Суслов, Андропов, Воротников...

Далее утверждалось, что Тигр хоть и обладает сильнейшей волей, но основанной не на силе народа, а на силе личности, а потому во времена всеобщей синхронизации после 1989 года его влияние будет невелико. Прошло несколько лет, и выяснилось, что беречь Тигров не так уж и актуально. Значительную власть, причем в типичном для Тигров стиле (скромно прячась за спиной первого лица), получил Черномырдин. Когда же пришло время убрать Черномырдина, на его место пришел такой же скромный Тигр – Кириенко. Менее скромные Тигры – Коржаков или Лебедь – действительно проваливались с большим треском, однако говорить об их добровольном уходе, об их угасании и несовпадении с народными движениями было бы преждевременно. Удельный вес Тигров в современной российской политике не снизился. В определенном смысле воля Тигра пересилила его закрытость.

Однако отменять теорию из-за тигриного политического упорства не стоит. Вождями Тигры так и не стали. Говорить о том, что тигриные идеи синхронизируют народ, нельзя.

Апофеозом гражданских войн в их современном состоянии стали события августа 1991 года. Как и предсказывал структурный гороскоп ("Гибель армии"), главными героями событий этого года псевдорешений были военные. Плохие военные (закрытых знаков) проиграли, а хорошие военные (открытых знаков) выиграли борьбу за влияние в армии. В дальнейшем гибель армии продолжится, и все военные без разбора знаков станут "плохими". Ну, а пока открытые знаки торжествуют, а вместе с ними торжествует теория, предсказавшая их победу. По этому поводу выходит статья "Победили открытые знаки".

Главный пафос статьи, как уже сказано, в военной сфере. Кабаны (Язов-Варенников-Ахромеев) ушли. Пришли десантник Грачев (Крыса) и летчик Шапошников (Лошадь). Однако кроме военной темы затрагиваются и другие. ГКЧП, как и положено по теории, представлено в основном закрытыми, ортодоксальными знаками. Особенно много Быков. Большие авансы раздаются Хасбулатову (Лошадь), Егору Яковлеву (Лошадь), возглавившему телевидение, Ивану Силаеву (Лошадь). По поводу Ельцина выражается сдержанный пессимизм.

В любом случае фактор открытых знаков оценивается как главный, остальные же факторы не принимаются в учет вовсе. И это обидно, ибо уже тогда были известны такие мощные факторы, как необходимость технократической власти (этот фактор предрекал политическую смерть Хасбулатову и Яковлеву), антимилитаризм новой власти (минус Грачеву и Шапошникову), а также твердость позиции того, кто стал на точку высшей имперской власти (большой плюс Ельцину).

Хотелось бы отметить, насколько исторический процесс многомерен, насколько историческое уравнение сложно в решении. В нем много неизвестных. В нем высокие степени, а потому решения неоднозначны. Впрочем, не будем забегать вперед. Пока в алгебре истории мы зафиксировали лишь два слоя... Пора переходить к третьему.

Два сдвига по фазе

Все казалось таким простым и ясным. Революция, подъем, синхронизация, открытые знаки. Однако по здравому рассуждению становилось ясно, что подъем и синхронизация не могут идти одновременно во всех трех стихиях. Зачем бы тогда существовали вслед за политической революцией экономическое решение четыре года спустя и идеологическое решение восемь лет спустя, если бы подъем шел сразу во всех стихиях? Эти простые рассуждения, однако, не пришли в голову сразу. Алгебра поначалу пыталась обойтись без арифметики. Однако более подробный взгляд на историю и окружающую жизнь заставил думать о фазовых сдвигах.

Еще в январской статье 1992 года "Капитализм нам не грозит" ничего не говорилось о том, что открытые знаки в экономике появились позже, чем в политике. Как год водораздела между "старыми" лидерами (Тарасов, Тигр, и Михаил Бочаров, Змея) и "новыми" (Константин Боровой, Крыса, Юрий Милюков, Петух, Владимир Виноградов, Лошадь, Михаил Ходорковский, Кот) указывался 1989 год. Но уже в мартовской статье 1993 года "Мы будем петь и смеяться, как дети" делается решительный прорыв в постижении истинной алгебры истории: фазовое отставание открытой идеологии описывается подробно и достоверно. Причем, как помнится, поражало меня тогда (поражает и сейчас) не то, что идеология нового времени отстает от революции на восемь лет, а то, что она длится восемь лишних лет, когда в политике уже наступает период достаточно реакционной ортодоксальной стабилизации. (Так нерадивых школьников поражает сложность алгебры после примитивности арифметики).

Март 1993, "З" № 3, "Мы будем петь и смеяться как дети"

Победный 1993 год будет победным для государства, для властителей, для средств информации, но народа эта победа коснется мало. Только 1997 год убедит всех в наступлении хороших времен. Виновато в этом постадийное включение открытых знаков в процесс подъема. В 1989 году начали подъем открытые знаки в политике, в 1993 году к власти приходят открытые знаки в бизнесе, и лишь в 1997 году в дело включатся идеологи открытых знаков.

В имперском развитии (революции в годы Змеи) коммерсанты – самый угнетенный слой населения (кто бы мог подумать?). Политики, а это все, кто живет по законам власти и престижа, находятся на гребне жизни. А подавляющая часть населения – это так называемые идеологи, неподкупные, принципиальные, честные люди. Вот и получается, что подъем народа начнется никак не раньше 1997 года.

Обеспечат подъем информационные системы. Политическая информационная революция помогла создать политические партии, подготовила все революции, путчи, перевороты, помогла уладить все политические споры. Банковская революция помогает наладить финансы, разбудить спящую экономику. Революция в идеологической информации (фестивали, премии, конкурсы и т.д.) возродит искусства, науки и прочие идеологические сферы. Одновременно проснется народ в целом, не сумевший разобраться в политике и экономике, но блестяще разбирающийся в кино, музыке, литературе и даже науке.

Собственно говоря, энтузиазм и счастье фиксируется искусством в течение 12 лет, а стало быть, речь идет о периодах 1925-1937 и 1961-1973 годов.

Время первых пятилеток мы готовы заливать черной краской: там террор, подлость, предательство. Но ведь это все в политике. Идеология, хоть и чужда нам сегодняшним, мудрым и умиротворенным, на самом деле очень светла. "Веселые ребята" сняты в 1934 году, "Цирк" в 1936 году. В том же 1936 году снят изумительно светлый фильм "Дети капитана Гранта". На последней грани уходящей открытой идеологии сняты "Волга-Волга" (1938), "Остров сокровищ" (1938), "Александр Невский" (1938). За этими фильмами уже пустота: не снимает Вайншток, катится вниз Александров ("Светлый путь"), пытаясь насильно удержать ушедший оптимизм. То же у Пырьева ("Трактористы", "Свинарка и пастух"): веселье вымученное, дутое, фальшивое. А ведь всего два года, как шагнули за грань 1937 года.

"Чапаев" снят в 1934 году. Думается, что по числу просмотров он намного опередил бы любой голливудский шедевр. И дело не в том, что в те годы кроме "Чапаева" было нечего смотреть. Много лет спустя, в хрущевские годы, "Чапаев" все еще оставался любимейшим фильмом.

Чудо-музыку писали к фильмам Прокофьев, Дунаевский. Такую музыку не напишешь под дулом пистолета. Пела душа, душа народа. И если мы не научимся отделять грязь политики тех лет от чистоты всенародного оптимизма, то так ничего и не поймем в своей истории.

В 1928 году Ильф и Петров пишут "Двенадцать стульев", в 1931 году "Золотой теленок". Зощенко: 1924-й – "Аристократка", 1927-й – "Нервные люди". Разве это не самые веселые и светлые книги в нашей жизни? "Записки юного врача" (1926), "Дьяволиада" (1925) – это уже Булгаков. В 1929 году он начинает писать роман "Мастер и Маргарита". "Конармия" (1925) – Бабель. Что же нам еще нужно от того времени?

Ильф – Петух, Петров – Кот, также Коты Булгаков, Прокофьев, Александров, Дунаевский – Крыса, Бабель и Зощенко – Лошади. Большинство тех, кто творил открытое искусство, было представлено открытыми знаками. Наступивший 1937 год потому и душил их беспощадно. Не всех убила пуля: кто-то умирал "своей" смертью, кто-то переставал писать, снимать фильмы... Остальным оставалось ждать 1961 года.

Впрочем, дважды войти в одну реку очень трудно. Разве что Илья Эренбург (Кот), прекрасно писавший до 1937 года, воспрял духом в 1961-м, создав удивительный образец мемуарной литературы ("Люди, годы, жизнь"). В остальном же 1961 год должен был выдвинуть совершенно новых идеологов.

Не с чем сравнить ликование 1961 года: Гагарин в космосе, строительство "хрущеб", стремительный расцвет науки, образования. На лицах ослепительные улыбки, радость и доброта затопляют все кругом. Посмотрите документальные фильмы о тех временах, посмотрите художественные фильмы тех времен... Они не глубоки, не заумны, но в них радость, оптимизм. Разве это не дороже мастеровитости?

"Я шагаю по Москве" Данелии и "Добро пожаловать, или посторонним вход запрещен" Климова выпущены в 1964 году, в том самом году, когда политики "сдали" Хрущева. Вновь в политике грязная игра, а в сердцах людей еще весна. Таковы законы: государство живет, на восемь лет опережая народ, народ на восемь лет отстает от властителей.

Когда-нибудь мы научимся измерять энергию фильмов, книг, песен. Тогда мы точно будем знать, какой заряд радости выплеснулся в стране с 1961 по 1973 год. Однако без всяких измерений достаточно посмотреть "Республику ШКИД" (1966) или "Волшебную лампу Аладдина" (1967), чтобы на душе посветлело и от сердца отлегло.

Полока, Рыцарев, Данелия родились в год Лошади; Климов в год Петуха; Рязанов, Мотыль в год Кота. Вновь все открытые знаки. Быть может, самый прославленный фильм открытого кинематографа – "Белое солнце пустыни" (1970). В нем все сошлось: открытое время, открытый знак режиссера, открытые знаки актеров (Луспекаев, Кузнецов), открытые знаки Окуджавы (текст песни) и Марка Захарова (тексты писем). Даже название фильма, по сути, символ эпохи, ее света и пустоты.

К 1973 году постепенно свет меркнет. Леонид Гайдай, по сути дела создавший летопись открытого 12-летия (от "Барбоса" – 1961 до "Ивана Васильевича"– 1973), вдруг теряет свою способность удовлетворять вкусы всего народа. Его фильмы смешны уже не для всех.

В 1974 году покидает страну Александр Солженицын и Александр Галич наиболее бескомпромиссные лидеры открытой идеологии. Лодка медленно уходит под воду.

Новая, на этот раз последняя волна открытой идеологии ждет нас с 1997 по 2009 год. Мы будем вновь петь и смеяться, как дети, и песни эти услышит весь мир.

ххх

В дальнейшем тема открытого кинематографа приобрела довольно громкое звучание. Оказалось, что предсказывать новую волну открытого кино намного надежнее, чем предсказывать волну открытой политики, поскольку кино – это кино, а политика иногда меняется до неузнаваемости. В частности, в четвертой имперской фазе высшим проявлением политики может стать уничтожение политики (размывание центральной власти).

Кино же, в отличие от политики, решает достаточно однозначную задачу. Необходимо пробудить народ, насытить его энергий, уверить его в наступлении светлых времен, воссоздать единый и неделимый российский народ после долгих лет разъединяющих тенденций.

И если поначалу главным в открытом кино казалось участие в них открытых знаков, то постепенно вырисовались другие особенности этого главного для Империи, а стало быть, для России XX века, жанра.

Главные тезисы изложены в работе "Открытое кино" в марте 1997 года. Основная идея открытого кино, сознательно или неосознанно внушаемая зрителю, проста: оставь свое жилище и иди к людям, ибо только вместе вы сила... В отличие от закрытого кино, камерного, интимного, насыщенного тонкой игрой артистов, в отличие от ортодоксального кино, насыщенного идеями, разговорами, проблемами, открытое кино должно быть простым, природным, чистым и наивным.

Важнейшим признаком открытого кино должно быть воспевание открытого пространства и клеймение позором заборов, замков, стен и т.д. Поэтому если действие фильма происходит не в открытом море, то, по крайней мере, на берегу моря или, на худой конец, на берегу речки. Если действие фильма не в пустыне, то непременно в степи или, в крайнем случае, в лесу. Самое лучшее, если в фильме есть и пустыня, и море. При этом в каждом эпизоде фильма выход в открытое пространство должен нести благо, пользу. Уход же в дома, города, улицы должен нести неприятности. Особые же неприятности сулят закрытые учреждения: тюрьма, психиатрическая лечебница и т.д.

Стоит ли приводить примеры? Они хорошо известны: "Белое солнце пустыни", "Человек-амфибия", "Полосатый рейс" и т.д.

Несмотря на крайнюю необходимость открытых фильмов и безусловную народную любовь, не все так просто с их созданием. Не любят открытого кино критики: для них оно слишком просто, примитивно, односложно. Слишком низкий жанр, не о чем порассуждать. Впрочем, нелюбовь критики – это полбеды. Настоящая беда состоит в том, что это кино не слишком любят сами создатели кино – сценаристы, режиссеры, актеры. Сценаристам почти нечего писать: ведь в открытом кино играют овраги, играет река, а не мысль сценариста. Режиссерам в таких фильмах очень трудно самовыражаться, ибо самовыражается в этих фильмах народ, а режиссер лишь улавливает народные чаяния. Из-за этого явления режиссеров, целенаправленно снимавших открытое кино, почти нет. В лучшем случае, удается снять два-три открытых фильма даже режиссерам открытых знаков. Лишь один режиссер умудрился снимать открытые фильмы все 12 открытых лет. Это Леонид Гайдай. Чаще всего открытый фильм, тем более удачный открытый фильм – это случайность, редкая удача, озарение. И в этом есть рациональное зерно, ибо энергия хорошего открытого фильма столь велика, что, будь таких фильмов много, мы бы взорвались от избытка радости и света.

Открытым фильмам могли бы радоваться операторы и актеры. Операторам действительно есть что снимать, над чем подумать: ведь почти все нужно снять на природе, в условиях вечно уходящего света. Актерам в открытом кино тоже хорошо: все почти как на капустнике, много экспромта, много радости, веселья. Впрочем, нет глубины, нет того, что зовут актерской игрой. Необыкновенно много зависит в открытом кино от композитора. Он фигура подчас не менее значимая, чем режиссер. Недаром наше открытое кино – это кино Дунаевскиого, Прокофьева, Петрова. Многое дает открытому кино его близость к анекдоту. Это особенно злит критиков и особенно радует народ. Очень важна афористичность: каждый шедевр открытого кино полон фраз и словечек, которые потом годами и даже десятилетиями ходят в народе.

Итак: детскость, природность, энергия, задор, отсутствие морали, отсутствие любых стилистических ухищрений, простота, примитивизм, реки, море, пустыня, болото, ненависть к запорам и замкам, любовь к свету и воздуху, а самое главное любовь к нашему народу, любовь и вера в него. Да и, собственно, почему бы нашим творцам не любить свой народ? Ведь имперский ритм единственное место, где народ и интеллектуальная элита одной крови т.н. идеологи. Вот уж воистину у нас действительно народная интеллигенция.

На этом пока можно завершить разговор о сдвигах по фазе. Хотя тема эта замечательная и во многом невразумительная, ибо люди сознательно и подсознательно ждут подъема, единого для всех. Все полагают, что раз пришла новая власть, то сразу же начнется и экономический подъем. А если уж пошел экономический подъем, то тут же и расцвет искусства, науки и культуры. Увы, бизнес от политики отстает на четыре года, а культура от политики отстает на целых восемь лет. Таковы сложности алгебраического подхода к истории.

Если и этого уровня сложности недостаточно, то можно ввести еще один уровень – подготовительный этап и внешняя экспансия. Для примера возьмем Россию XX века, четвертую фазу становление информационной власти. Итак: политический подъем с 1989 по 1993, однако информационная подготовка этого подъема (гласность) идет с 1985 по 1989 год. С другой стороны, сформировавшись внутри государства, новая власть с 1993 года выходит на международную арену в своем новом облике и четыре года, по 1997 год, восстанавливает былое международное значение.

Экономический передел идет с 1993 по 1997 год. Однако информационная подготовка к этому переделу (создание банков, бирж, финансово-информационной структуры) идет с 1989 по 1993 год. При этом количество банков заведомо раздуто, все они созданы как бы под пустоту, ибо идет спад. И лишь после 1997 года, наши финансы, наш бизнес начинают реально возвращаться на международный уровень.

Наконец, самое интересное. Реальные подвижки в культуре, в идеологии, да и вообще в народном самосознании начинаются лишь после 1997 года. Но до этого уже четыре года (1993-1997) идет беспрецедентное информационное движение в сферах грядущего подъема: бесчисленное количество премий, фестивалей, конкурсов... В один из означенных годов количество фестивалей чуть ли не превысило количество снятых фильмов. Многие называли это пиром во время чумы. Однако дело в том, что в идеологии, как в политике и бизнесе, информационные вагоны побежали впереди паровоза, паровоз же пока разгоняется. Наконец, в 1997 году был снят впервые за многие годы приличный букет приличных фильмов. И на фестивалях, на которых недавно нечего было демонстрировать, идет уже перегруз. Как следствие, выхода на международную арену наших фильмов, книг и прочего нельзя ждать ранее 2001 года. Таков еще более дробный, еще более тонкий слой исторической алгебры, способной решать уравнения разной степени сложности.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю