Текст книги "Вернуть величие (СИ)"

Автор книги: Григорий Магарыч

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Глава 12

Полёт в тёмный омут по ощущениям длился целую вечность. Я погружался всё глубже. Казалось, моё тело сейчас достигнет дна, но этого не происходило.

Тьма вокруг сменилась мерцающей от света огненных факелов ямой. Я ощутил сырость, стало внезапно зябко. Понял, что сижу в темнице, над которой слышны взрывы. По обе стороны от меня сидят такие же знакомые лица. Три дюжины детей с чумазыми мордашками. Все грязные – настолько, что видно лишь глазки.

Это воспоминание?

Перед нами лежит бездыханное тело мальчика нашего возраста. Глазки его закрыты, а руки и ноги согнуты в неестественном положении. Над ним возвышается седой мужчина с книгой в одной руке и медным крестом в другой, он шепчет что-то неразборчиво, но мы знаем, это молитва.

Епископ захлопнул книгу, двое других мужчин утащили тело мальчика. Мы снова остались одни.

В голове сотни мыслей. Я несмотря на детский возраст, понимаю, что священник врёт нам, говоря, что отправляет души погибших детей на свет Божий. В отличие от других, я вижу нити души, вижу их ауру. Точно не знаю, что именно с детьми происходит там, на поверхности. Но они редко оттуда возвращаются прежними. Есть догадки, что солдат из знатных родов лечат, высасывая энергию из нас.

Мы были скотом, которых отправляли на убой.

Медленно встаю на ноги и смотрю на остальных детей. Головой понимаю, что я следующий в очереди, поэтому произношу:

– Завтра с рассветом я убегу из этого места. Я знаю, мама ждёт меня там. Она скучает. Я хочу её обрадовать. Кто со мной?

Дети сидят молча. Начинают переглядываться в поиске поднятых рук. Затем Ева подаётся вперёд и произносит.

– Я с тобой, Аристарх, – поднимает она руку.

– Хорошо, бусинка, – улыбаюсь в ответ.

У нас с ней в темнице завязалась крепкая дружба, и я помню, насколько трепетно относился к ней. Называл её ласково бусинкой, а она веселилась. Когда грохот усиливался, мы брались за ручки. Даже спали в обнимку.

– Я с вами побегу, – отозвался третий ребёнок. Калист.

Он был самый старший среди нас. Епископ берёг его для солдат высших чинов. Ждал, пока Калист повзрослеет и нарастит больше ауры в резерве.

– Вас же убьют! – шепчет девочка, которая сидит рядом с Калистом. – Давайте останемся. Епископ обещал, что скоро всё закончится.

Нет, не закончится. Я киваю Калисту и Еве. Сажусь к остальным. Сердце бьётся в груди, страх туманит разум. Но я унимаю дрожь. Знаю, что умру в любом случае, если не попробую. Это успокаивает. Представляю перед глазами образ мамы и невольно жмурю глаза.

…

Пространство размывается, будто клубы дыма, истаивая на глазах. И вот я снова падаю в тёмный омут, не видя перед собой ничего.

Воспоминания ранят до глубины души. Чувствую, как на глазах наворачиваются слёзы. Будучи ребёнком, не понимал, в каком ужасе нахожусь. Я хотел жить. Хватался за каждую возможность, чтобы обнять маму и сказать ей, что скучаю.

Тьма снова рассеялась, открывая взор на тёмный лес.

…

Мы бежим изо всех сил, спотыкаясь и падая, но вновь поднимаемся. На глазах слёзы, детские сердца готовы выпрыгнуть из груди. С того момента, как мы сбежали, прошло пять лет. Но нас искали по всей Империи. И нас нашли.

Пять лет в бесконечных бегах поменяли нас. Ни я, ни Ева, ни Калист… несмотря на детские лица мы не были детьми. Живя в бегах, были вынуждены воровать и убивать. Я помню, как потратил два года на поиски мамы. Но от дома, в котором мы жили, остались лишь щепки. От этого воспоминания сердце в груди сжимается.

– Быстрее! – кричит Калист, перепрыгивая с ветки на ветку. Огненные стрелы пролетали мимо него, со свистом проносясь над нашими головами.

Ева отстаёт от нас всё сильнее. Мне приходится замедляться, чтобы не отпускать её из виду.

Стрел слишком много. Уворачиваться от них всё сложнее. За нами устроили самую жестокую охоту. Один из летящих снарядов взрывается перед Евой. Она падает без сил.

Останавливаюсь, падаю рядом с ней и пытаюсь взять на руки. Но всё безуспешно.

– Оставь меня, Аристарх, – просит она, глядя на меня. – Я устала. Я не могу больше.

Калист и не думает останавливаться. Его силуэт скрывается за стволами деревьев. Я же не слушаю, лишь поднимаю тело Евы на спину, но падаю без сил вместе с ней.

– Ева, вставай. Ещё немного, – губы мои дрожат, слёзы заливают глаза. – Ева, пошли!

Но Ева не плачет. Она лежит на спине, глядя в небо, и улыбается. Грудь её прерывисто вздымается от усталости, но ей это не мешает наслаждаться звёздным небом.

– Смотри, Аристарх, – Ева поднимает ручку и пальчиком показывает на звёзды. – Мама мне рассказывала, что это созвездие Плеады. Боги улыбаются нам.

Я падаю на колени. Плевать на звёзды. Беру её за ручку и пытаюсь поднять. Но я выдохся. Становится тяжело дышать.

– Ева… – шепчу я. – Пожалуйста. Встава-ай.

Пальчик девочки касается моего носа.

– Дурашка, – шепчет она. – А мне не страшно совсем. Знаешь почему?

Я мотаю головой, не оставляя попыток поднять её. Но всё без толку. От горящих стрел местность заполоняет густым дымом.

– Я тоже не знаю, – вздыхает она. – Наверное, мне просто нравится здесь. Я чувствую себя свободной бусинкой. Хи-хи. Так весело.

– Не время для веселья, Ева! – злюсь я. Вдали слышны крики солдат, виден свет факелов. – Вставай уже!

– Беги, Аристарх, – Ева берёт меня за голову и тянет к себе. Целует в щёку и смущённо улыбается.

Над моей головой пролетает стрела. Затем летит вторая. Я падаю на Еву, закрывая её тело собой. Мы смотрим друг другу в глаза. Я со слезами, а она с улыбкой. Четвёртая, пятая, шестая. Стрелы градом сыпятся на нас, пробивая наши тела насквозь. Я чувствую запах крови во рту. Смотрю, как из носа Евы течёт алая жидкость.

А она улыбается.

– Я люблю тебя, – шепчет девочка и прикрывает глазки. – И хочу быть рядом всегда, даже там, на небесах.

– Ева!

– Возьми меня за руку.

Помню, как загорелась моя душа в тот момент. Помню, как пламя само вырвалось из меня. Четыре дюжины людей с факелами окружили нас, продолжая расстреливать, но были уничтожены. Сгорели дотла. Именно в тот день я понял, что меня так просто не убить. Понял, что способен постоять за себя.

Евы не стало в тот день, но её улыбка навечно впечаталась в мою память. Именно в тот миг душа Евы перелилась во что-то большее.

* * *

Чёрный омут в очередной раз меняет картину.

Мелкая хижина на берегу реки. Двое молодых парней, жгуты мышц которых переливаются в свете палящего солнца. Между ними целая пропасть, несмотря на то что они друг от друга в десяти метрах. Оба бросают в воду камни. Лица обоих мрачные, словно сама ночь.

– Ты просто завидуешь мне, брат, – говорит Калист, швыряя камень в воду с такой силой, что тот поднимает за собой небольшой ураган в реке. – Меня заметили! Я наконец смогу выбраться из этой грязи!

Я качаю головой.

– Аристократам нельзя доверять, – спокойным тоном произношу, сидя на траве и вертя пальцами белый шарик. Это дух Евы, и он всегда со мной. Служит напоминанием о тех временах. – Будь они кем угодно. Ты им не нужен. Ты для них никто. Им нужна только твоя сила.

Калист смыкает губы в нить, сжимает камень в руке и со всей силы швыряет в меня. Но тот не долетает. Он плавится быстрее, чем достигает своей цели. Калист морщится, глядя на моё спокойное лицо.

– Мы больше не те сосунки, прячущиеся в землянках, брат! – кричит он. – Мы способны служить знатным родам. Быть полезными! Я устал бегать. пойми ты меня наконец!

– Они выбросят тебя, когда перестанешь быть полезным. Либо убьют, чтобы глаза не мозолил.

– Если ты выбираешь сгинуть в этом месте, то так тому и быть. А меня ждут победы, слава и деньги. Отныне я дворянин. Советую держаться от меня подальше. Попадёшься на пути, сотру в пыль, как эти камни.

Калист разворачивается и идёт в хижину, оставляя меня наедине с мыслями.

Пространство размывается, словно клубы дыма, истаивая на глазах, и вот я вижу очередную картину.

* * *

– Калист был славным воином, верой и правдой служившим своему роду! Память о его свершениях останется с нами навсегда! Его имя не будет забыто, его подвиги останутся в истории рода Ярославского!

Мне двадцать. Я сижу на дереве, держа в руках шарик духа огненного ворона. Сижу в сотне метрах от столпившихся у ямы с надгробием брата людей, но слышу речь священника отчётливо. Слёз нет, как и жалости к парню. Это был его выбор.

Дворяне выжали из Калиста всё. И продолжали выжимать, пока у брата были силы. В конечном итоге всё привело к смерти парня. Его выбросили в яму точно так же, как это происходило с детьми в темницах.

Мы никто для них. Лишь ресурс, животные.

Подкинув шарик, я поднялся на ноги и молнией пронёсся вдаль, оставляя за собой лишь мятые листья.

В тот день я уничтожил главу дворянского рода, который отдал приказ убить потерявшего руку Калиста. Помню, как горело его огромное поместье. Помню запах горящих тел солдат из его личной гвардии. Именно после той ночи в обществе меня прозвали Фениксом.

Какова ирония.

* * *

Из беспорядочных прыжков по своим же воспоминаниям я выходил в омут с мокрыми глазами. Я потерял всех, кто был мне так дорог. Они убили их. Пытались убить и меня, но погибали раньше.

Феникс боролся за свою жизнь, убивая всех, кто смел посягнуть на его свободу. Будь то аристо, либо Демоны. Ему было начхать. Он не герой и никогда не был им.

Но время шло, Демоны наращивали мощь, и Феникс стал нужен Империи. Настолько, что получил статус Великого Гвардейца будучи преступником. Его убийства в конечном итоге были оправданы. Дела сшили белыми нитками, чтобы скорее выполнить его условия.

Помню, как на приёмах они были учтивы со мной. Они не уважали, но боялись. Каждый знал, кем был Феникс до того, как получил статус Великого Гвардейца, но строили из себя невежд и закрывали на это глаза.

Прошло время, и их потомки уже снимают фильмы обо мне, выставляя великим героем.

* * *

Я медленно открыл глаза.

Понял, что вокруг уже не прошлое, а настоящее. По ощущением казалось, я прожил детство во второй раз. Со всеми эмоциями. Но в реальности это длилось лишь около двух-трёх часов.

Осматриваюсь одними глазами. Я всё ещё лежу, но по какой-то причине около мусорного бака. Опустив глаза, заметил в ста метрах то самое здание, у которого недавно развязалась бойня с Демонами. Сейчас оно оцеплено, а с крыши валит дым. Изредка мелькают полицейские, которые отдают команды водителям эвакуаторов. Кто-то делает фотографии погибших, другие же отбиваются от журналистов.

А затем слышу старческий смех.

– Надо ж было так нахрюкаться. Ну ты и исполнил, етить-колотить.

Осмотревшись, заметил старика в лохмотьях. Он сидел рядом, опершись спиной о мусорный контейнер, и беззубо улыбался, глядя на меня. В руках он держал бутылку.

– Повезло, что я тебя оттащить незаметно успел, – гоготнул бездомный. – Думаю, тело твоё в обезьянник увезли бы, не окажись меня рядом. Ты лежал на траве, облёванный, грязный и весь в дерьме. Как я вчера. Буга-га.

Издав однократный хрип, я приподнялся с такой тяжестью, словно кто-то сдавливал мои глаза. В голове же всё крутилось в бешенном ритме.

– Воды, – прохрипел я, разодрав глотку.

– О-о-о, сушняк водой не вылечить! – уверенно заявил старик и протянул бутылку. – Вот, лекарство от всех невзгод.

– Что это?

– Сей напиток обладает множеством названий, но я ласково зову его эликсиром долголетия, – красочно презентовал тот свою бутыль. – Поможет, или нет, сказать не могу. Но душу точно согреет.

Приняв бутылку, я опрокинул её. Сделал большой глоток и поморщился.

– Ты в своём уме, прохиндей проклятый? – выругался я. – Это ж водка!

– Чем богаты, – развёл тот руки в стороны. – Не нравится, возвращай.

Злобно посмотрев на старика, я приложился к бутылке снова. На этот раз высушил её досуха и выбросил в контейнер.

– Ох ты ж ёп твою мать… Алкаш малолетний! – сокрушался тот, негодуя. – Мне не оставил! Я теперь где лекарство искать буду? Вот и помогай людям!

Жидкость и впрямь помогла. Сосуды расширились, пустив по жилам больше крови и насытив кислородом мозг. Сухость не пропала, но стало действительно легче. Я снова опустил взгляд на бездомного.

– Исчезни, – отмахнулся я.

– Ох как заговорил, – покачал головой старик. – Смотри-ите какой деловой. Я ему жизнь спас, а он мне исчезни. Раньше молодёжь была уважительнее!

– Раньше и трава была зеленее, – хмыкнул я, суя руку в карман. – Чтоб меня. Телефон подрезали.

Старик посмотрел на меня по лисьи. Показательно взял свою потрёпанную раскладушку и начал что-то тыкать.

– Вызови мне водителя, – попросил я.

– А меня здесь нет. Ты же попросил меня исчезнуть, я и исчез! – пожал он костлявыми плечами. – Вернусь только после извинений и денежной компенсации.

Лёгким движением руки я выдернул мобильник из рук старика. Он и моргнуть не успел.

– Извинения приняты, – подсел он ближе. – Ты же мне его вернёшь, да?

– Верну, только не дыши на меня.

Сделав звонок, протянул аппарат старику и поднялся на подкашивающиеся ноги. Дождался, пока автомобиль остановится у переулка и свалился в салон, пообещав водителю дать вдвое больше за мой внешний вид. Тот нехотя согласился, и мы тронулись с места.

Спустя несколько минут машина остановилась около ворот нашей скромной усадьбы. Мы с водителем вышли вдвоём. Тот не поверил в мою честность и решил проводить до дома лично, чтобы я оплатил поездку.

Когда деньги были возвращены, я поблагодарил мужчину и вошёл в дом.

В ванной оказался чуть ли не с порога. Скинул с себя изорванную одежду и встал под поток холодной воды с открытым ртом. Ощущал себя измотанным, старался отгородить от воспоминаний прошлого. Получалось не всегда.

За две сотни лет в кромешной темноте многое забылось, но это видение… оно открыло давно зажившие раны.

Выходя из ванной, тщательно почистил зубы и обернул полотенце вокруг бёдер.

Дверь напротив открылась, показалась сонная мордашка Маши.

– Кость, ты чего так поздно? – спросила она. – Всё в порядке?

– Да, спи, – тихо сказал я.

– А Света где? – заглянула она мне за спину. – Она не с тобой?

– Нет, – мотнул я головой. – Не знаю, где она. Вполне возможно, мы больше её не увидим.

Сестра серьёзно посмотрела на меня, скрестив руки на груди.

– Приставал к ней? Только честно.

– Если бы, – хмыкнул я, направившись к холодильнику. Маша увязалась за мной. – В момент встречи с Орловым мы попали на разлом. Дядька ранен, его отряд телохранителей пал. Светлана решила помочь ему. Видимо, уехала с ним.

Наступило молчание. Маша переваривала сказанное минуту, а затем осеклась. Посмотрела на меня с ошеломлением.

– У тебя встреча была с Орловым? – уточнила она.

– Да, – кивнул я. – Он слёзно просил нас вернуться в род. Говорил, семья загибается без нас. Бабка, говорил, раскаялась.

Маша покачала головой.

– Пусть утрутся, гиены самовлюблённые. Где они были, когда мы так нуждались в поддержке? – размахивая руками, сокрушалась она. – А сейчас, когда жизнь начала налаживаться, объявились. Завтра что-то щёлкнет в их тупых головах, и мы снова окажемся на улице. Ну уж нет.

Я выхватил колбасу и хлеб. Взял нож и начал нарезать их.

– Утро вечера мудренее, Машуль. Иди спать.

– Эй, ты какой-то задумчивый, – Маша сделала шаг ко мне и посмотрела в мои глаза. – Кость.

– Оу?

– Можно тебя обнять?

Я хмыкнул, и Маша обхватила меня руками со спины.

– А-а-а, – шепнула она мне под ухо. – Ну, тут всё ясно.

– Что тебе ясно? – буркнул я, скованный в объятиях сестры.

– Ты ж наклюкался. От тебя на метр спиртом несёт, – она отпустила меня и посмотрела в глаза. – За старое взялся? Я уж думала, ты бросил.

– Я спать хочу, Маш. Давай завтра поговорим.

– Ладно, отсыпайся, алкаш мой ненаглядный, – хлопнула она меня по плечу. – Активированный уголь в ящике с лекарствами.

– Ага.

Кровать встретила моё разгорячённое тело приятным холодком, мгновенно заставляя забыться сном. К счастью, в ощущении безопасности.

Глава 13

Поместье Голенищевых. Москва.

– Как же ты расцвела за последнее время. Не могу перестать любоваться тобой, Агата, – Роман Голенищев с улыбкой смотрел на свою дочь. Девушка вернулась в родной дом после четырёх лет обучения за границей.

Встреча произошла в кругу самых близких. В просторной гостиной за вытянутым столом вместе с дочерью сидели Роман и Татьяна Голенищевы, вокруг которых стояли служанки. Родители держались за руки и не могли оторвать глаз от Агаты. Девушка в свою очередь больших эмоций не демонстрировала; она сидела в телефоне, не отрываясь от экрана. Периодически кивала отцу, но продолжала увлечённо пялиться в свой аппарат.

– Расскажи, доченька, – стараясь не обращать внимания на отстранённое поведение дочери, подала голос супруга Романа, Татьяна. – Как ты добралась?

– Всё нормально, – лаконично отозвалась Агата.

Родители переглянулись.

– Завтра мы организуем празднование в честь твоего приезда, Агата, – осведомил Роман, улыбаясь уже не так ярко. – Ты получила образование в престижном университете. Такое событие не может остаться незамеченным. Мы хотим поделиться гордостью с близкими нашему роду людьми.

– У меня планы, – отозвалась дочь.

Родители снова посмотрели друг на друга. Улыбки на их лицах становились всё менее естественными.

– Мы понимаем, но всё же гостей нужно будет уважить, – чуть настойчивее заявил князь. – К тому же, ты уже взрослая. Тебе пора начать думать о дальнейшей судьбе рода. Мы разослали приглашения людям, и они захотят увидеть тебя.

– Ну пап, – недовольно пробурчала Агата.

– Никаких «ну пап», Агата, – встала в защиту супруга Татьяна. – Ты встретишь гостей, проведёшь с ними время, а потом можешь ехать по своим делам. Отложи встречу с друзьями на пару часов.

– Агата, любовь моя, я уже всё организовал, – добавил Роман. – Мы не можем отменить такое мероприятие. Некоторые получили уведомление за месяц, чтобы была возможность освободить вечер. К тому же, завтра тебя ждёт много сюрпризов.

– Ненавижу сюрпризы, – поморщилась дочь. – Говорите сразу, что вы собираетесь мне дарить?

– Хорошо, я скажу, – успокоив жену за руку, отозвался князь. – Для начала, мы покажем тебе новенькую модель автомобиля, который ты просила у нас. Твоей нынешней машине больше двух лет. И здесь не Европа, я не хочу, чтобы кто-то думал, что у нас проблемы с деньгами.

– Хороший сюрприз, – пожала плечами Агата.

– Но это не всё.

– Что ещё?

– При собравшихся гостях мы объявим, что приобрели тебе квартиру в двух станциях метро от Кремля. Тебе в столице пригодится собственная жилплощадь. Для ремонта мы пригласили лучших дизайнеров. Назовёшь им свои предпочтения, и они всё сделают.

– Этот сюрприз ещё приятнее, – отозвалась Агата. – Папуль, да ты в ударе.

– И последнее, – заключил отец. – Мы пригласим на твой праздник внуков нашей служанки Авдотьи Викторовной. Пригласим Константина и Марию Коршуновых. Я хочу, чтобы ты присмотрелась к парню, потому что он, скорее всего, станет твоим будущим мужем.

– Чего? – резко замерла Агата. – Не в обиду тётушке Авдотье, но не буду я выходить за первого встречного-поперечного. Папа, ты обещал, что не станешь портить мне жизнь своими планами по укреплению рода!

– Агата, ты моя дочь, а Константин постиг нити мироздания и способен сильно укрепить наши позиции в Империи. На фоне кризиса одарённых он на вес золота! Ты ещё попробуй понравиться ему. Только представь, какие девушки будут виться вокруг него!

Агата сомкнула губы в нить. Девушке даже интересно стало, кого на этот раз решил подсунуть ей отец.

Зашла в социальную сеть и в поиске набрала «Константин Коршунов». Город Новгород. Зашла на страницу парня и поморщилась от увиденного.

Единственная фотография Константина на аватарке – худощавый мерзкий парень с сигаретой во рту сидит на кортах в спортивном костюме и с кепкой, где на английском зияет надпись «кусок бычьего дерьма». Но это не всё, снизу, в статусе, подпись: «Если драка неизбежна – бить надо первым».

– Папа! – Агата показала экран отцу. – Ты про этого говоришь?

Отец сощурился, оглянул фотографию парня и кивнул. Посмотрел на Авдотью, которая слегка съёжилась.

– Да, это Константин. Не будь так категорична. На самом деле он очень хороший и талантливый парень, родная.

– Я в свою комнату, – вскочила Агата и вышла из гостиной.

– Авдотья Викторовна, ты её не слушай. Она у нас вспыльчивая немного. Остынет и вернётся.

* * *

Утро для меня наступило позже обычного, но ощущал я себя на удивление бодрым. Не теряя времени даром, выбежал на улицу и начал разминку.

Тренировка выдалась скучной, если говорить честно. Без профессиональной убийцы в обтянутых трико в качестве спарринг-партнёра было непривычно и слишком просто. Нагрузки не те.

Но я не падал духом. Колотил воздух, имитируя что-то вроде боя с тенью. Представлял перед собой гибкую фигуру ассистенки. Но и это быстро надоело, поэтому спустя пару часов я уже шагал обратно в дом.

Принял контрастный душ. Почистил зубы. Посмотрел на себя в зеркало.

И вот тут меня поразили изменения, связанные с активацией второй сферы.

В зеркало на меня смотрел совсем другой человек. Широкоплечий, спортивный и подросший парень. Энергия, которая была в переизбытке всё это время, впиталась в организм и буквально раздула его. Ясно, что такие мышцы были больше картинкой. На деле в физическом плане я сильно лучше не стал.

Но такое тело куда проще укрепить. И это крайне приятная новость.

Что касаемо вчерашних сновидений, я убрал их туда, где они и лежали. В дальний ящик. Прошлое уже не изменить, так зачем горевать? Сентиментальность всегда была частью меня, а с возрастом становилась ещё более ярко выраженной, но я справился.

У меня новая история, и она будет написана по новому.

Когда ступил на порог кухни, Маша уже что-то готовила. Судя по запаху, что-то вкусное.

– Доброе утро, – приветствовала сестра, услышав мои шаги.

– Доброе, – грузно вздохнув, присел я за столик.

– Как-то пустовато в доме без Светланы, знаешь, – покачала головой Маша. – И кофе попить не с кем. Ты как? Вчера выглядел совсем смурным, я и узнала-то тебя с трудом.

Я отмахнулся.

– Телефон потерял.

– Теряй, теряй, Кость. Всё теряй. Мы ж миллионэры, – проворчала она в нос. – В следующий раз на нитку привяжешь и на шею повесишь. Растяпа.

Девушка положила на стол две тарелки с вкусно пахнущей едой. Разлила по стаканам чай и присела напротив. Посмотрела на меня и застыла.

– О, ты подкачался? – спросила она, внимательно оглянув меня. – Ой, Кость, ну жени-и-их. С каждым днём всё краше и краше.

Я поиграл грудными мышцами.

– Это уже лишнее, Кость, – убрала она улыбку с лица.

– Что? – я оглянулся, снова напрягая грудь.

– Ну, это, – сестра указала пальцем на мой торс.

– Ничего не понимаю, – я развёл руки в стороны, надувая грудь и бицепсы поочерёдно. – Что лишнее?

– Ну всё, хватит мышцами играть, – цокнула она. – И вообще, что ты при сестре голый щеголяешь? Надень футболку.

– Не хочу, – буркнул я, протыкая вилкой лист салата.

Мы принялись завтракать.

– А мне бабушка звонила, – как бы невзначай осведомила сестра. – Тебе привет от неё.

– Какая именно? – поднял я взгляд на сестру, пережёвывая сельдерей. – Орлова?

– От Орловой трубки не беру, – покачала она головой. – А звонила Авдотья Коршунова. С папиной стороны которая.

– А, ну-ну. И что сказала?

– Сказала, что сильно скучает. Потом добавила, что её хозяин, господин Голенищев, ждёт тебя в гости завтра, – перечисляла она, вспоминая. – Ещё что-то про дочь князя говорила. Якобы одна из его дочерей вернулась из-за границы. В честь возвращения праздник, вроде. Говорят, она настояла, чтобы на празднике был ты. Влюбилась в тебя, кажется. Бабушка показывала ей твои фотографии в социальной сети.

Я поднял бровь.

– В какой ещё сети?

– Кость, не тупи. Ты давно на свою страничку заходил? – Маша включила телефон и принялась что-то искать. А когда нашла, покачала головой. – Заходил две недели назад? Кость, это несерьёзно!

– Потом заскочу, как телефон новый куплю, – кивнул я.

– Не забудь!

Информация о «влюблённости» проскочила мимо ушей. Знаю я, какая там любовь. Князю, судя по всему, дочурку самую страшненькую сбагрить пришло время, а желающих нет. Вот и поинтересовался у своих служанок, есть ли желающие ухватиться за возможность стать чуть богаче. А обо мне ещё и говорят в последнее время часто.

– Ещё Светлана писала. Сказала, что Орлов живой и с ним всё хорошо, – добавила сестра, чем вызвала моё повышенное внимание. – Писала, что Лидия Александровна благодарна тебе за то, что спас жизнь её сыну, Марку Орлову.

Я хмыкнул.

– И всё?

– Ещё она передала, что не может с тобой связаться. В остальном тихо.

– Одолжи? – я вытянул руку. А когда сестра вручила телефон, набрал Светлану и вышел на террасу.

Покачиваясь на скамейке под навесом, слушал гудки в динамике. В мыслях горело любопытство. Светлана наёмный сотрудник, она не принадлежит Орлову. Да, он ей заплатил, но и я не беден. Одного профессионала позволить себе могу. К тому же, за последнее время я привык к ней, а она – ко мне. Мы, можно сказать, начали понимать друг друга с полуслова.

Гудки прервались, и в трубке прозвучал знакомый голос.

– Да?

– Доброе утро, Светлана, это Коршунов, – приветствовал я. – Ты хотела связаться со мной?

– Да, господин, – отозвалась девушка. – Просила с целью узнать, какие будут дальнейшие действия в отношении нашего с вами договора? Орлов передал, что несмотря на разговор, который закончился на высоких тонах, вы спасли ему жизнь. Чем проявили уважение. И, так как я была нанята именно им, господин дал добро на то, чтобы я продолжила работать на вас. Но посоветовал всё же уточнить, как вы относитесь к тому, что Орловы пытаются вас защитить.

– Хм. Орлов не разорвал контракт? – искренне удивился я. – Интересно. Я уже собирался предлагать тебе работать на меня за мой счёт. Ну, раз такое дело…

– С его стороны было бы верхом глупости разрывать контракты, – констатировала Светлана. – К тому же, оплата была внесена заранее. Вопрос лишь в вашем желании принимать такие «подарки».

– Мы, Коршуновы, любим подарки, – хмыкнул я. – Да, пообщались на высоких тонах, но это не значит, что я буду строить из себя сильную и независимую. Раз такое дело, возвращайся на свой пост, родная. Дел невпроворот. А Орлов мне не враг. Пусть думает, как наладить отношения с сестрой.

– Приятная новость, – сдержанно протянула Светлана в трубку. – Я передам ему обязательно.

– И ещё, по пути купи мне телефон, Светлана, – добавил я напоследок. – И, я тебя умоляю, не скупи-ись.

– Как скажете, – вздохнула она в трубку.

Я отключился. Вернулся на кухню и оставил телефон на столе перед Машей. Сестра посмотрела на меня с вопросом, а я ей многозначительно кивнул, мол, всё хорошо.

Присев за стол, доел остатки завтрака и поглядел на Машу.

– Мне нужно рассказать тебе кое-что важное, – начал я.

– Света бросила тебя?

– Что? Нет, конечно, – поморщился я. – Я хочу сказать, что нам не стоит пропускать мимо ушей приглашения Голенищевых. Судя по всему, они собираются втянуть нас в свой род. Так же, как это делают Орловы. Да, заходят с другой стороны, но сути это не меняет.

– Да. Как-то слишком странно всё это.

– Поэтому нужно держать их на расстоянии вытянутой руки, Мария, – обозначил я. – Поэтому приглашение нужно принять. Только так мы сможем понять точно, чего они от нас хотят и на что готовы пойти.

– Я готова довериться тебе, – заявила она. – Но если мы решим навестить Голенищевых, то буду вынуждена попросить у тебя немного денег. Там будут уважаемые люди, а у меня из одежды только джинсы с протёртыми ляжками и мамино пальто.

– Назови сумму, – я потянулся за деньгами. – Сколько тебе нужно, чтобы не чувствовать себя бедной на приёме у князя?

– Я даже не знаю, – задумалась она, проводя подсчёты. – Тысяч пять, наверное.

Я положил на стол десять тысяч. Не то, чтобы не жалко денег на сестру, просто в арсенале моём хранится сфера разлома, которую я сохранил после боя с Демоном. И она стоит явно дороже простых артефактов. Тут тридцатью тысячами не обойдёшься.

– Пока всё не потратишь, домой не вернёшься, – заключил я. – А теперь иди. Я вызову нам машину.

Сестра посмотрела на меня.

– Нам?

– Мне нужно проехаться до банка. Хочу кое-что продать.